Кристианна Капли

Одержимая

Не ищите ад в другом мире.

Он — в нас, и только мы способны его преодолеть.

Я сижу на широких каменных ступенях церкви, обхватив колени руками. Хочется разрыдаться. Хочется выть. Хочется броситься к кому-нибудь, схватить его за плечи и трясти-трясти-трясти, крича: "Его больше нет! Его больше нет! Понимаете?!".

Но сил не хватает даже на то, чтобы подняться…

Его действительно больше нет.

Он умер.

Но я все равно не могу смириться с этой мыслью. Мне все еще кажется, что он жив, просто уехал далеко-далеко, и я не знаю, когда вернется ко мне. Наверное, для меня он никогда не умрет.

Поднимаю глаза и смотрю в свинцовое хмурое небо… и вспоминаю, как все началось.

***************

Летом 1996 года, когда мне исполнилось четырнадцать лет, мои родители уехали на дачу. Несколько дней их не должно было быть дома, и я осталась одна.

Четырнадцать лет. Родительского контроля нет, целая квартира и деньги на жизнь в твоем распоряжении.

И самое главное: свобода. Делай, что хочешь! Иди, куда хочешь! Ешь, что хочешь!Приводи в гости кого хочешь!

Да, в четырнадцать лет именно это и казалось настоящей свободой. Простой и неглубокий смысл.

Вечером я решила пойти на дискотеку. Неподалеку как раз открылся новый клуб. К сожалению, все друзья разъехались на лето, поэтому компания так и не набралась.

В принципе, она была мне не нужна: считающая себя полностью самостоятельной в отсутствии родителей, я даже рада была одиночеству. Тогда это показалось крутым.

В клубе было много народа: парни и девушки, старше и даже младше меня. Кто танцевал, кто зависал у барной стойки, кто отдыхал за столиками, а кто-то жался к стенке.

Закрыв глаза, я могу вспомнить, как выглядела тогда до малейших подробностей. Этот день врезался мне в память, оставшись там навсегда. Он подобен клейму, которое выжгли на моих воспоминаний. Его не спрятать глубоко. Оно всегда на виду. Уродливое напоминание о случившемся.

На мне джинсовая юбочка и светлый топик, подчеркивающий стройную фигуру. Никакой угловатости - плавные и манящие изгибы юного тела. Русые волосы красиво уложены. Легкий макияж. Тогда я очень гордилась, что аккуратно подвела голубые глаза. Впервые получилось это сделать качественно, не размазав.

Симпатичная? Привлекательная?

Правильно. Именно такой я и была в тот день. Мне хотелось веселья, хотелось показаться безбашенной оторвой, готовой кутить всю ночь!

Мой наглый взгляд скользнул по парням, распивающим спиртное у стойки, и остановился на высоком красавце блондине. Как раз в этот момент он обернулся, словно почувствовал мое внимание, и встретился со мной глазами. Прекрасное мгновение промелькнувшей между нами искры взаимной симпатии.

И вот, он уже танцевал рядом со мной, а потом и со мной. Его сильные руки приобнимали меня за талию, а глаза буквально раздевали … Впервые, парни, нет, тогда они казались мне мужчинами, обращали на меня столько внимания, и я буквально таяла от жгучего взгляда светлых глаз. Сколько неведомых ощущений он тогда пробуждал во мне!

Мы танцевали.

Потом он познакомил меня со своими друзьями: Стасом и Никитой. Самого прекрасного принца звали Олег. Они заказали выпивку, и я оказалась в центре внимания, чувствуя на себе завистливые взгляды остальных девчонок.

Еще бы! Мне достались самые классные парни этой вечеринки!

Помню, мы пили. В тот день я впервые попробовала коктель "Кровавая Мэри". Он был такой вкусный: алкоголя я почти не чувствовала из-за соленого вкуса томатного сока, поэтому пила и пила алую жидкость, которой, будто по моему желанию, заполнялся опустевший мгновение назад бокал.

Пьяной я себя не чувствовала, однако, покинув клуб, Олегу пришлось меня придерживать, чтобы я ненароком не села попой на асфальт.

Было поздно, и на небе сияла россыпь стекляшек-звезд, равнодушно взирающих на меня со своей головокружительной высоты.

Они втроем провели меня до подъезда.

Олег шел со мной рядом, держа руку на талии. Мы то и дело целовались, шутили, смеялись, потом снова целовались - я не хотела, чтобы прекрасный вечер заканчивался.

- Тебя ждет кто-то дома?

Правильно было бы ответить, что дома родители. Но я была пьяновата, и не только от "Кровавой Мэри": обаяние Олега вскружило мне голову. Тем более, оставшись одна, я считала себя самостоятельной девочкой. Поэтому …

- Нет. Родители на даче. Они приедут через пару дней,- бросила и махнула рукой, показывая какая это все на самом деле чепуха.

- Прекрасно,- странная улыбка заиграла на губах Олега, и следом за ним последовал удар в живот …

Я не удержалась на слабых ногах и упала. Скорчилась, потому что было очень больно. А еще стало страшно. Страшно настолько, что я боялась поднять глаза и посмотреть на окруживших меня парней.

Но посмотреть все равно пришлось … Пришлось, когда Олег схватил меня за волосы, рывком поставил на ноги и потом, перекинув через плечо, понес куда-то.

Я помню, что пыталась вырваться: но в голове играл хмель, сил во мне было немного, и их уж точно было недостаточно, чтобы дать сдачи крепкому парню. Все, что мне оставалось, это повиснуть обездвижено, словно мешок картошки, и скулить … просить меня отпустить, обещать что-то.

Они принесли меня в какое-то здание, на чердак.

Вместо ожидаемого мной мусора там было чисто и посредине был постелен матрас. Белый. Без единого пятнышка.

И тогда я поняла, к своему ужасу, что меня не отпустят, пока не возьмут свое.

Эти мерзавцы готовились! И отступать от своего они не захотят!

- Пожалуйста, не надо!

Они швырнули меня на матрас - он оказался, на удивление, мягким.

Никита и Стас обхватили мои запястья и лодыжки  - я ничего не могла сделать, а даже если и могла, то страх и ужас предстоящего сковали меня крепче их рук.

- Знаешь,- Олег начал меня раздевать: сначала маечка, потом юбка, маленький лифчик и, наконец, трусики,- мы ведь делаем тебе одолжение. Представь себе, крошка, ты влюбишься. Отдашься этому парню, а потом любовь пройдет. И твое маленькое сердечко будет разбито, - теперь пришел черед его одежды: он стянул майку, обнажая торс. Штаны не снял - просто расстегнул ширинку.

- Я делаю тебе одолжение,- достал из кармана презерватив.

Эту сцену я запомнила до мельчайших подробностей, но в тоже самое время она кажется мне такой смутной … будто произошла не со мной.

Может, мне это приснилось? Или я наблюдала это в кино?

Когда я увидела презерватив, то мелькнула странная мысль, похожая на облегчение. В этой ситуации защита показалась мне самым лучшим из вариантов. Даже тогда пыталась я искать плюсы.

Он навалился сверху.

Я ощутила всю тяжесть его крепкого тела.

Он не целовал меня в губы: ограничивался шеей, ключицей, грудью и животом.

Моя маленькая грудь оказалась в его большой ладони, и он больно сжал её, перед тем, как войти в меня.

А я …

Я ничего не чувствовала: ни боли, ни удовольствия - просто лежала, слушала стук его сердца, учащенное дыхание, вдыхала запах его тела, смешивающийся с запахом, царившим на чердаке, исходящим от матраса.

В какой-то момент я отключила все ощущения. Лежала под ним бревном, не двигаясь. Только дыхание и взгляд, скользящий по потолку и лицам присутствующих, выдавали мою жизнь.

Про секс я знала из книг и фильмов. Благодаря последним, я пребывала в наивной иллюзии, что весь кошмар, творящейся со мной, очень быстро закончится.

Но нет …

Их было трое.

Трое крепких здоровых парней: сначала Олег, потом Никита …

Не знаю, сколько прошло времени … Я просто закрыла глаза и лежала, пытаясь отстраниться от слишком резкой, острой реальности. У меня это даже получилось, правда, ненадолго.

Из спасительного забытья меня вывела тяжесть - это на меня навалился Стас. Пришла его очередь. Запах его одеколона ударил в нос. И если сначала, на дискотеке, он показался мне приятным, то в тот момент … мне хотелось блевать от переизбытка этого сладковатого аромата.

И все началось сначала.

Очередная пытка моего тела.

Хорошо, что разум заблокировал ощущения.

- Ромула?

Мой дед литовец дал мне такое имя. Он когда-то очень давно любил женщину, которую звали также. Красивое. Оно мне всегда нравилось, но из уст Олега оно звучало гадко. Будто на чистое доселе белое имя вылили помои.

Я не шевелилась.

Стас, кончив с приглушенным стоном, откатился от меня - матрас был достаточно широкий. Полежав несколько секунд, он поднялся и начал одеваться.

Ко мне же подошел Олег. Он осторожно поднял меня и поставил на нетвердые ноги.

Только опустив взгляд, я увидела кровь на внутренней стороне бедра. Но боли все еще не было… Как мне потом сказала врач, причиной был шок. Он и стал своеобразным заменителем обезболивающего.

- Одевайся,- тихо, но твердо скомандовал мне Олег.

Я подчинилась - взяла протянутую одежду.

Тело двигалось, словно на автомате: в голове пусто, туман заволок сознание, а руки сами натягивали юбку, расправили майку, поправили волосы.

- Вот,- Олег протянул мне визитку.- Это моя знакомая. Она врач-гинеколог. Сходишь к ней на днях.

- Хорошо,- даже не посмотрев на карточку, я спрятала его в карман джинсовой юбки.- Я могу идти?

- Да,- то ли он спешил куда-то, то ли ему стало неуютно, но Олег стоял, покачиваясь на пятках и покусывая нижнюю губу. Встретившись со мной взглядом, он неожиданно спросил:

- Тебя может провести?

- Нет,- мотнула головой.- Не надо. Сама дойду, - и пошла к лестнице, уперев взгляд в пол.

- Ромула,- окликнули меня напоследок,- ты же понимаешь, что рассказывать про это никому нельзя. Мы знаем, где ты живешь.

Я рассеянно кивнула в ответ, не до конца даже осознав смысл произнесенных им слов.

В ногах поселилась слабость, поэтому когда я спускалась, то держалась за перила. Каждую секунду мне казалось, что я скачусь с лестницы кубарем…

Однако, падать на глазах этих ублюдков, не хотела. Они и так получили достаточно.

Домой я добралась нескоро.

Шла медленно, то и дело останавливалась, когда слабость и тошнота накатывали так, что мне казалось, что я и шага не могу больше ступить. Но потом это мерзкое ощущение отпускало, и я продолжала движение.

Дома никого не было.

Стояла гробовая тишина.

Темно.

Я не включала свет: прошла в темноте на кухню, открыла холодильник и достала бутылку водки.

Обычно я не пью её. Мне не нравится ни запах, ни вкус … Но этот день был исключением.

Достав из шкафчика с посудой стакан, села за стол.

Я давилась, плевала, кашляла, вытирала выступившие слезы, но пила … пила так, чтобы напиться.

И мне удалось.

Я заснула под утро, уронив голову на сложенные руки.

***************

Спустя несколько дней, когда боли внизу живота прошли, я сходила на прием к гинекологу, адрес которого мне и дал в тот злополучный вечер Олег.

Про случившееся я никому не рассказала: это было слишком грязно, страшно и мерзко, чтобы обличать смысл в слова. Мне не хотелось раскрывать другим этот темный секрет. Таким образом, наверное, я пыталась отдалить эпизод из прошлого, надеясь, что рано или поздно он выветриться из памяти, как масса других неприятных воспоминаний.

Работала Ирина Владиславовна в частной клиники, и за прием ей нужно было заплатить. Однако, когда она узнала, что я от Олега, то сразу же пригласила в кабинет и закрыла дверь на ключ.

- Когда?

- Четыре дня назад.

- Кровотечения?

- Только во время …. - я запнулась,- этого … Больше нет.

- Садись,- она кивком указала на гинекологическое кресло.

Я сделала все, как она велела. Терпеливо ожидала конца процедуры, разглядывая белый потолок и изредка бросая косые взгляды в окно, за которым начинался серый и унылый город.

День был пасмурный, угрюмый, подернутый легкой дымкой тумана, окутывающей одинаковые здания многоэтажек.

- Тебе повезло,- Ирина, закончив, отошла от меня, стянула перчатки.- Разрывов нет. Только ссадины. Небывалая удача … - сказала она и замолчала, понимая, что словосочетание "небывалая удача" вообще не может относиться к подобному случаю.

- И много таких, как я?

- Три.

- Почему вы его покрываете? Знаете, что он и его друзья творят и молчите!

- Он мой сын,- её голос даже не дрогнул, а остановившийся взгляд Ирины был направлен в окно.

- И все равно … - проговорила я тихо.- Это не может служить оправданием,- слезла с кресла, оделась и направилась к выходу.- Знаете, пусть это и звучит наивно, однако, наказание за наши поступки всегда настигнет нас …

- Надеюсь на это,- она горько усмехнулась, слегка повернувшись в мою сторону

Я была зла, поэтому ушла, не преминув громко хлопнуть дверью.

В больничном туалете меня стошнило.

Настолько отвратительной мне показался эта женщина и разговор с ней.

***************

Последующие несколько дней я была довольно вялая: почти не выходила на улицу, пребывала в меланхолии, апатии и избегала долгого общения с родителями. Поэтому мать настояла на том, чтобы отправить меня на дачу, где в тот момент отдыхали бабушка с дедушкой.

Семья у нас большая, поэтому вместе со мной туда приехал и мой троюродный брат Артем.

Первый раз я его увидела в сенях. Он стоял, немного согнувшись, потому что он был очень высокий, а дверной проем низкий. У него были светлые волосы, взлохмаченные ветром, и яркие голубые глаза с кротким, немного наивным взглядом.

Странное чувство охватило меня, когда я его увидела: такого растерянного и от этого забавно нелепого в мешковатых джинсах и майке с какой-то надписью.

Дрожь пробежала по телу, задержавшись теплотой внизу живота. Но потом меня окликнул отец, и необычное ощущение ушло.

Однако, оно вернулось позже ...

Когда я и Артем отправились купаться на речку. До нее было минут двадцать ходьбы от дачи.

Артем показал мне бережок, скрытый от посторонних глаз высокими зарослями камыша. Там была теплая водичка - мелководье прогретое солнечными лучами и мягкий приятный песочек.

Ощущение внизу живота зародилось, как только мне предстал Артем, выходящий из воды. Фигурой он худощав, однако, видимо ходил качаться: у него была крепкая грудь, сильные руки и накаченный пресс.

Стоило мне увидеть, как капли влаги стекают по его телу, меня снова охватила дрожь. Тепло сменилось жаром, и я больше ничего не смогла с собой поделать ...

Буквально набросилась на парня, впилась в его губы жарким поцелуем, руками принялась ласкать влажное тело.

Несколько секунд он не отвечал мне - опешил, но потом желание взяло вверх...

Он целовал меня с такой же страстью, как и я его.

Похоть требовала своего.

Не прошло и пары минут, как я лежала на мягком песочке, прижимая навалившегося Артема себе крепче.

От моего купальника мы избавились быстро, точно также, как и от плавок парня.

Он тихо застонал, когда я впилась ногтями в его спину, а я лишь шумно выдохнула, когда он оказался во мне.

Больше всего хотелось, чтобы охвативший меня жар затух ... Но от близости с Артемом желание разгорелось сильнее.

- Глубже ... Быстрее ... - прохрипела я на ухо парню.

Он выполнил мое пожелание: задвигался во мне активней.

Спустя некоторое время он откатился от меня, довольный и утомленный страстью. А я же отвернулась, свернулась калачиком, стиснув кулаки так, что ногти больно впились в ладонь.

Похоть отпустила меня, хотя тело продолжала бить мелкая дрожь.

Монстр внутри меня заснул, оставшись удовлетворенным проделанной работой. Сытый, он задремал, но я знала, что проснется ... и снова будет голоден.

И от собственного бессилия перед живущим внутри меня чудовищем захотелось разрыдаться. Но глаза остались сухими... слезы так и не навернулись.

- Ромула? - Артем растерялся от резкой перемены в моем настроении: то я накидываюсь на него в порыве страсти, то теперь молчу, сжавшись нагая на влажном песке. - Ты в порядке?

- В полном,- на моих губах заиграла натянутая улыбка.- Там случаем поблизости не валяется мой купальник?

Это был четверг.

Я очень хорошо запомнила.

Ведь тогда впервые, я познакомилась со своим персональным монстром, с которым мне отныне пришлось делить и тело и разум.

***************

Время шло.

Если подумать, то время  по своей сути удивительно … Кажется, что оно медленно течет, движется со скоростью улитки - серый быт обесцвечивает жизнь, создавая иллюзию, что Кронос замедлил ход. И только оглянувшись, понимаешь, что на самом деле миновало намного больше, чем можно было предположить.

И я оглянулась на прошлое, понимая, что со дня моего изнасилования прошло четыре года.

Мне уже восемнадцать лет, я учусь в одиннадцатом классе, собираюсь поступать на политолога.

За эти четыре года многое изменилось, но одно осталось неизменным - монстр внутри меня.

Первые дни нашего с ним знакомства навсегда остались в моей памяти, хотя я стараюсь не воскресать эти моменты.

Сначала я была перед ним бессильна - он оказался сильнее меня: ранее неизведанные ощущения захватывали меня в плен, я была полностью в их власти - во власти монстра.

Я помню всех, с кем переспала, даже если видела их впервые. Это были мальчики из моего класса, друзья, парни, с которыми я знакомилась на вечеринках, в клубах и так далее …Длинный список. Очень длинный.

Череда моего внезапного желания, затем быстрый секс в машине, в туалете клуба, в ванной, да где угодно, и мы расходимся, будто не знаем друг друга.

Этот кошмар длился два года.

Потом я кое-как научилась контролировать себя. Сначала очень сложно, но затем монстр более-менее покорился мне. Правда, не всегда удается себя сдерживать … Если он очень голоден, то у меня нет шансов выстоять против его напора.

Я молила о спасении.

Молила о смерти.

О чем угодно, лишь бы это чудовище внутри меня заснуло вечным сном.

И кажется, Бог меня услышал, потому что в феврале 2000 года я встретила Рому.

Мое солнце. Мое спасение… самое дорогое и самое ценное, что когда-либо было в моей жизни.

Наша встреча не была из ряда необычных и наша любовь не была из тех, что называется "с первого взгляда".

Но давайте по-порядку …

Февраль выдался холодным: снежный, ветреный, он будто не хотел уступать свои владения наступающей весне. И понедельник стал как раз таким днем, когда погода разыгралась не на шутку.

Я возвращалась с курсов. Они заканчивались в семь часов, а темнело быстро, поэтому, когда я вышла из здания школы, то небо было почти черное: ни звезд, ни месяца - все скрыли за собой тучи. Дул ледяной ветер, то и дело швыряющий мне в лицо мелкие льдинки.

Я поспешила к метро, мечтая о том, как приду домой и буду греться горячим чаем с малиновым вареньем.

Витая в облаках, не заметила, что на дороге гололед. И, конечно, же упала. Причем так неудачно, что сильно ударила колено.

- Черт! - выругалась сквозь зубы, прижимая ладонь к ноющей конечности - детская привычка.- Черт! - холодно, больно, острый твердый снег режет кожу …

Понедельник определенно точно плохой день!

- Вам помочь? - раздалось вежливое у меня над ухом, и мочку приятно обожгло чужое дыхание. Затем сильные руки подхватили меня и осторожно  поставили на нетвердые ноги - колено продолжало болеть.

- Спасибо,- смахнув с ресниц снег, я взглянула на своего "спасителя".

Это был парень, лет двадцати. У него были темные волосы, запорошенные снегом, и сильные руки, которыми он поднял меня. Но самое главное, глаза … у него были голубые глаза, напоминавшие мне небо, летнее и безоблачное.

- Всегда пожалуйста,- он улыбнулся, и я не смогла удержаться, чтобы не улыбнуться в ответ. Такая теплая и согревающая улыбка у него оказалась.

Я раньше никогда таких не видела.

Хотя нет … раз, в церкви, когда была маленькой, видела похожую на одной из икон.

- Вас может подвести?

- А где ваша машина?

- Там,- он указал на темный силуэт автомобиля, припаркованного на обочине.

- Не откажусь.

В салоне пахло кожей. Видимо, машина была недавно куплена.

- Я Рома.

- Ромула.

Он улыбнулся похожести наших имен, включил печку - я подставила под потоки горячего воздуха замершие пальцы.

- Надо подождать пока машина прогреется … - он потер холодные ладони, затем легонько стукнул себя по лбу.- Забыл: у меня же есть горячий чай. Будешь?

- С удовольствием!

Он перегнулся и начал искать что-то на заднем сиденье. Спустя несколько минут, обнаружив искомое, Рома вернулся в прежнее положение, держа в руках хромированный термос. Разлив горячую жидкость, он протянул мне пластиковый стаканчик.

- За что выпьем? - в шутку спросила я.

Он задумался, но буквально на секунду.

- За встречу! - и улыбнулся чертовски обаятельной улыбкой.

И именно тогда, попивая горячий чай, сидя в его постепенно теплеющей машине, я осознала - монстр так и не проснулся.

Чудовище не пробудилось!

Хотя при каждом мужчине, будто чувствуя их запах, оно с ленцой поворачивает голову и с любопытством оглядывает "жертву" - я ощущаю тепло внизу живота.

Но сейчас ничего, кроме тепла печки и горячего чая.

Может, этот человек ангел?

Мелькнула у меня забавная мысль.

И я усмехнулась сама себе …

***************

А на следующий день я слегла с высокой температурой и воспаленным горлом. Ангина. Не мудрено с такой-то "жаркой" погодкой на улице.

Для меня эти дни проплывали незаметно: я почти целые дни лежала в кровати: много спала, почти ничего не ела, кроме лекарств, пила какие-то травяные настои.

Помню смутно, мама обмазывала меня водкой, чтобы спала высокая температура. Жар уступал, и я провалилась в обычный сон…

Мне снилось многое, но больше всего я запомнила те сны, где выдумка смешалась с реальностью, образовав причудливый коктейль.

Там был и тот злопамятный день, когда я отправилась на дискотеку, секс с Артемом, затем мои опасения насчет беременности, жалкие первые попытки контролировать себя, воспоминание, как я стояла на крыше нашего дома, решаясь прыгнуть  - так мне было противно жить, смирение, борьба … и, наконец, встреча с Ромой.

Даже тогда во сне, мне становилось легче, когда я о нем вспоминала … хоть, я и видела этого человека впервые, мне казалось, будто я знаю его всю жизнь.

От него будто исходил свет. Целительное солнце, находясь в лучах которого раны на моей душе заживали в несколько раз быстрее. Рядом с ним я превращалась из монстра обратно в человека.

Драгоценные мгновение, спрятанные так глубоко в памяти, чтобы ни за что не забыть … сохранить. Шкатулка с самыми ценными минутами, ключик от которой возле сердца.

Мне снился Рома…

И мама удивлялась, чему я могу во сне улыбаться.

А я улыбалась ему.

Моему ангелу.

***************

После того, как я вылечилась, прошла неделя, прежде, чем дома раздался телефонный звонок. Голос мой был еще осипший, поэтому, когда я ответила, то меня не узнали.

- Добрый день. А позовите, пожалуйста, Ромулу.

- Это я…

- О, привет.

- Привет,- я улыбнулась: не узнать этот голос, я не могла. Рома.

- Я звонил тебе раньше, но твоя мама сказала, что ты болела.

- Вылечилась уже.

- Замечательно. Потому, что я хотел пригласить тебя в кино.

- С удовольствием соглашусь,- я почувствовала, что и Рома улыбнулся на том конце провода.

- Тогда я заеду за тобой в шесть. Может, есть пожелания в выборе фильма? - спросил.

Я уловила хитрые интонации в беседе и шире улыбнулась.

- На твой вкус.

Как я и предполагала: его вкус меня не подвел.

В наше первое свидание я узнала многое. Например, что у Ромы хорошее чувство юмора. Или что он десять лет занимался борьбой. Или что он купил машину два года назад. Или что он работает в рекламном агентстве своего знакомого - тот устроил его PR- менеджером.

Девушки ему нравятся харизматичные, веселые, жизнерадостные. По секрету Рома мне признался, что терпеть не может стесняшек.

Я рассмеялась.

Потом спросила, похожа ли я на стеснительную барышню.

И снова засмеялась, получив отрицательный ответ.

- А теперь расскажи мне про себя.

Фильм закончился час назад: мы сидели в кафе, расположенном недалеко от кинотеатра и ели вкусное мороженое.

- Про себя … - облизав ложку, я задумалась.- Ммм…

Что я могу про себя рассказать?

Меня зовут Ромула.

Мне восемнадцать лет.

Я психически не здорова.

Моя болезнь называется нимфоманией.

А все начало с того дня, четыре года назад, когда меня изнасиловали трое подонков. Обычно после подобного человек начинает испытывать отвращение к половым отношением, однако, моя карта легла иначе …

С той ночи внутри меня поселилось чудовище, похотливое, жестокое и алчное … Когда оно просыпается, я перестаю быть человеком.

Невольно сравниваю себя с суккубом. Демоницами, который совокупляясь с мужчинами, выпивали у них жизненные силы.

Порой мне кажется, что я так и делаю. Кажется, что за счет этого и существую.

Единственное, что меня спасает - это надежда. Глупая, слепая, обреченная на крах вера в то, что однажды, в один прекрасный день я проснусь человеком, а не наполовину монстром…

Конечно, это не было произнесено вслух.

Молчание длилось не более нескольких секунд: Рома ждал моего ответа, а в моей голове за мгновение пронеслись эти слова.

- Я тоже не люблю стесняшек,- и улыбнулась, окуная ложечку в подтаявшее мороженое.

Мы засмеялись.

И в тот момент я мысленно пообещала самой себе, что пока я рядом с ним, не дам волю чудовищу, живущему внутри.

***************

Я прекрасно помню ту ночь, когда я и Рома занимались любовью.

Можете, смеяться, можете сказать, что заниматься сексом, любовью и трахаться это одно и тоже, но не для меня.

Одно дело, когда похоть толкает тебя в объятия малознакомого мужчины, ты знаешь только его имя и видишь, что все, что он к тебе испытывает - та же самая похоть, когда после секса ты молча одеваешься и уходишь, будто ничего не произошло, когда потом запираешься в туалете и рыдаешь, потому что снова дала волю монстру, снова оказалась слабее … а потом тебя может вырвать … так отвратительна твоя жизнь …

Но с Ромой все было по-другому.

Он любил меня, и я любила его … чувства переполняли меня, и оказывалась на их вершине.

Это подобно тому, как ты катаешься на качелях: то вверх взмываешь, то несешься вниз, и дыхание перехватывает, и небывалая свобода, подаренная полетом, подступает тугим комком к горлу…

Это прекрасно.

Когда Рома был во мне, я крепче прижималась к его твердому горячему телу и молилась, чтобы он никогда меня не покинул. А любимый, словно читая мои мысли, целовал нежно и шептал, что любит меня и будет рядом …

А еще я прекрасно помню, как утомленная страстью сидела в кровати, подтянув к себе колени, он же лежал рядом и любовался мной.

Мне было так хорошо с ним.

Истерзанная муками душа отдыхала, чувства нахлынули на меня высокой волной … и тут я внезапно не выдержала: разрыдалась на его глазах. Он меня обнимал, целовал и утешал, а я не нашла в себе силы рассказать о том, что на самом деле творится со мной.

Чудовище, монстр, ты не заслуживаешь такого прекрасного человека, как он … не заслуживаешь …

Я тихонько всхлипывала в его объятиях, чувствуя себя защищенной. Он же гладил меня по волосам и тихо шептал: "успокойся, малышка. успокойся".

Но я так и не смогла найти в себе мужество рассказать ему о монстре, живущим внутри меня и пожирающему мою душу.

Больше всего на свете, я боялась, что он уйдет от меня … оставит одну наедине с моим кошмаром.

Погрязая в грехе, я тону в нем, захлебываюсь, и единственное мое спасение - это Рома.

Я не могу его потерять.

Это будет выше моих сил.

Боюсь, что если его не будет рядом, я не найду в себе силы бороться дальше.

***************

3 года спустя …

- Слишком толстая дорога … - он наклонился надо мной.- Хочешь, чтоб у тебя сердце остановилось? - и Сергей отобрал у меня дисконтную карту из какого-то супермаркета и испортил все то, что я так старательно делала добрые десять минут.

- Спасибо за заботу, милый,- в моем голосе проскользнули нотки язвительности, но парень только усмехнулся, заметив их. При нем можно позволить себе такое поведение. Ведь единственное, что нас связывает - это отличный секс.

- Приятного аппетита,- кинул он карточку на стол, а я же свернула купюру в трубочку и наклонилась к стеклянной поверхности стола.

- Оставь мне немного.

Я запрокинула голову назад, с силой вбирая воздух в ноздри. И махнула рукой, типа "окей".

Сергей удалился.

Эта однокомнатная квартира с живущим в ней Сергеем, у которого всегда можно достать кокаин - новый этап моей жизни.

Побороть монстра очень сложно, но мне удалось пойти с ним на компромисс. Научившись чувствовать скорое "пробуждение", я тотчас звоню Сергею и встречаюсь с ним в ближайшем месте. И там мы уже трахаемся ( а по другому ведь и не скажешь) : в машине, в туалете, на последней ряду в кинотеатре, на стройке … Где угодно.

Для моей человеческой половины есть Рома, а для чудовища - Сергей.

Закончив, я поднялась и направилась к прилегающую к гостиной комнату, служившей спальной. Небольшая, тут помещалась узкая длинная кровать и стол с ноутбуком. Вместо стула табуретка: на ней лежали мои вещи.

- Ты уже уходишь? - Сергей замер на пороге, наблюдая, как я одеваюсь.

Двадцать один год.

Работаю в рекламном агентстве, куда меня устроил Рома.

Учусь на дизайнера, а собиралась поступать на политолога.

Подсела на наркотики, потому что жизнь в последнее время окрасилась в серые краски. И только кокаин приносит в нее хоть какой-то оттенок радости.

Мерзость, не правда ли?

- Да.

- Как твой парень поживает?

Внешне Сергей напоминает мне одного актера, имени которого я не помню. Впрочем, такая внешность ничем особенным не выделяется: крепкое тело, черные волосы, карие глаза с лукавым огоньком и тонкие губы, на которых играет хитрая улыбочка.

- Нормально,- я застегнула лифчик, натянула сверху майку.

- Все еще наивно полагает, что ты проводишь это время в церкви? - насмешливо спросил Сергей.

- Сережа, это не твое дело,- я ему мило улыбнулась, глянула в зеркало, поправив волосы, смахнула белый порошок с кончика носа и подхватила сумочку.- Мне пора. Спасибо за прием, - чмокнула парня в щеку и направилась к выходу.

- Жду от тебя звонка,- донеслось мне вслед.

И самое отвратительное, что я позвоню ведь …

***************

Рома ждал меня возле входа в агентство.

Заметив мое приближение, он улыбнулся и, стоило мне подойти к нему ближе, как я оказалась прижата к крепкому телу, жадно вдыхая аромат его дорого одеколона.

Внутри меня воцарился покой.

Как это обычно бывает, монстр внутри заснул … порой мне даже казалось, что он никогда больше не проснется. Конечно, я ошибалась.

- Ты прекрасно выглядишь! - Рома отстранился, оглядел меня - я не сдержала улыбки. - И какой блеск в глазах! - нотки восхищения в его голосе меня буквально покорили. Знал бы он, отчего этот блеск …

- Все и-за тебя,- промурлыкала я, обвив его шею руками.- Так, что за срочное дело?

- Тебе, как той, что любит рекламу, это понравится,- лукаво улыбнулся мне Рома, высвобождаясь из объятий, взял за руку и повел внутрь здания. Где по его словам меня ждал какой-то сюрприз.

Мы прошли по коридору, кивнули оба сторожу и направились к лифту. Поднялись на третий этаж.

- Так, и что ты хотел мне показать? - полюбопытствовала я, когда мы зашли в кабинет.

Рома направился к столу, достал какую-то бумагу и протянул её мне - на его губах играла загадочная полу-улыбка, заинтриговавшая меня.

Я взяла лист и пробежала по нему глазами.

Онемела от удивления …

- Но …

- Ты, наверное, хочешь узнать, как мне удалось уговорить их на такую крупную сделку?

- Очень.

- Все виной мой дар убеждения.

- Это … - я ткнула пальцем в напечатанное имя дизайнера.- Это мое имя?

- Ну, как видишь,- теперь Рома буквально светился от радости.- Ты в проекте,- замолчал с удовольствием глядя на мое ошарашенное лицо.- Ну? - поторопил.- Где крики "Я люблю тебя, милый"? Или "Не верю!"?

- Я … я просто сейчас в … шоке полном … - я себя даже ущипнула, надеясь, что происшедшее не сон. Рома рассмеялся.- Даже не знаю, как тебя отблагодарить …

- Просто поцелуй меня,- и через секунду я почувствовала вкус его губ и оказалась в его крепких объятиях.

Я подумала о пакетике с граммом кокаина в сумочке и о том, чего же на самом деле мне не хватает.

- Вина такое отвратительно чувство,- я смотрела, как спиралькой поднимается дым от его сигареты.- Рома для меня столько делает, а я …

- А ты упорно скатываешься в пропасть,- закончил он за меня.

- Да… Не понимаю, зачем я тебе все это рассказываю… - усмехнулась.

Сергей же затушил сигарету, отпил немного воды из стакана. И сказал правду:

- Потому что я единственный, с кем ты можешь поделиться.

- Верно.

Мы сидели в том самом кафе, где состоялось мое первое свидание с Ромой. Только сейчас вместо мороженого мы ели картошку фри. Точнее ел Сергей, я же не притронулась к ней и пальцем.

- Ромула, ты думаешь, я не понимаю, что с тобой происходит? - он затушил сигарету, снова закурил - мы сидели у приоткрытого окна, поэтому я поежилась. То ли от ветра, заглянувшего в помещение, то ли от вопроса.

- Ты о чем?

- О твоей болезни. Все эти звонки средь белого дня, страсть и твое внезапно остывшее отношение. Я далеко не дурак, как ты думала. Когда это произошло?

- Семь лет назад. Их было трое.

- О… давно … - Сергей затянулся.- Твой парень знает?

- Конечно, нет,- я простонала.- Господи, за что мне это? За какие грехи в прошлом жизни? Ты бы знал, как я устала … семь лет постоянной внутренней борьбы. Зачастую мне кажется, что петля и прыжок с крыши был бы самым лучшим решением… однако, стоит подумать о маме, она же совсем одна после смерти отца или о Роме, понимаю, что рановато покидать этот мир.

- Поэтому ты нашла альтернативу. Наркотики.

- Это самое безобидное … - и я уронила голову на сложенные руки.

- Эй, не раскисай, крошка! Я что ли думаешь, приехал слушать твои нюни?

- А зачем тогда? - поинтересовалась я, приподнимая голову - Сергей хмыкнул.

- Помочь тебе хочу,- затушил сигарету, достал деньги и положил их возле стакана. Допил остатки воды.

- С чего это?

- Не знаю,- он пожал плечами.- Может, во мне добродетель проснулся.

- И как же ты мне поможешь? - усмехнувшись, поинтересовалась я у него.

- Пойдем … - он поднялся и поманил меня за собой.

Я нахмурилась, но послушалась.

Мне стало интересно.

А местом, куда привез меня Сергей, оказалось маленькое кладбище. Военное кладбище и городское были соединены вместе и располагались в центре города. Не снесли могилы только потому, что тут были похоронены герои войны.

Широкие кованые ворота открыты: Сергей вошел первым, я за ним.

В сгущающихся сумерках подступающего вечера кладбище приобрело мрачную нотку, присущую больше фильмам ужасов.

- Куда ты меня ведешь?- спросила я у шагающего впереди уверенным шагом парня - мы шли по широкой дорожке, вымощенной мелковатыми камнями.

- Узнаешь,- ответил он, придавая этой ситуации еще больше таинственности.

Но все разрешилось, когда я увидела маленькую церковь, окруженную высокими тополями, словно стражами.

- Так вот, куда ты меня привел …

- Да,- Сергей остановился, посмотрел на меня.- Когда люди не знают, что делать, они приходят сюда. В церковь. И ищут ответы.

- У Бога?

- В себе, конечно,- он усмехнулся, достал сигареты.- Я тебя в машине подожду.

- Ладно… - я пожала плечами и направилась к трем пологим ступеням, ведущим внутрь.

Стоило войти, как в нос ударил тяжеловатый приторный запах. Все освещалось свечами, поэтому взгляды икон казались мне осуждающими… Хотя может, это моя совесть болит?

Как и полагается, перед тем, как войти, я перекрестилась.

Мне на глаза попалась пустая лавочка, и я опустилась на нее. Положила сумочку рядом с собой. Закрыла глаза и … начала молиться.

Такое, наверное, бывает в жизни: ты встречаешь внезапно того, с кем, думал, никогда не встретишься, и именно эта встреча меняет многое. Для меня таковой стала встреча с Ириной Владиславовной, матерью Олега. Того самого, что изнасиловал меня со своими друзьями на злополучном чердаке.

Встретились мы, когда я вышла из церкви - от терпкого и тяжелого запаха ладана начала болеть голова…

Вдыхая пропитанный ночной прохладой воздух, я неспешно двинулась по широкой тропинке, пересекающая кладбище и выводящей ко второму выходу: маленькой и неприметной калитке.

- Ромула? - раздался удивленный оклик, и я замерла, услышав знакомый голос.

Где я могла его слышать? Откуда я его знаю?

Ответ пришел, как только я обернулась и посмотрела на подошедшую женщину.

Мать Олега.

За десять лет Ирина Владиславовна изменилась: её темные волосы поседели, под глазами легли тени усталости, само ранее полное лицо осунулось, и глаза … заглянув в её выцветшие глаза, я заметила отражение своих же огоньков отчаяния.

- Не ожидала вас здесь встретить,- мой голос был холоден, как лед, да собственно, вряд ли Ирина ждала радости от меня.

- Пришла на могилу сына. Заметила, вашу фигуру и не смогла не окликнуть …Даже сама не знаю, почему … - и замолчала под моим острым взглядом.

- Значит, Олег … - значит, эта сволочь сдохла?

Неужели?

Даже не верится…

Я много раз просила Бога покарать ублюдка, и похоже моя заветная мечта сбылась.

Жаль, что меня его смерть не вылечит.

- Да,- кивнула женщина.- Его убили полгода назад. А Никита и Стас в тюрьме…

Ясно, можете не продолжать: на мне все не остановилось, и ребята оказались там, где им самое место… В аду, конечно, они окажутся позже.

- Не могу сказать, что сожалею.

- Я знаю… просто хотела тебе сказать, что Олег получил по заслугам. Я тоже.

- Если вы думаете, что это меня обрадует, то ошибаетесь … Легче от этого не стало. А сейчас извините, мне пора. Прощайте,- я не говорю "до свидание", потому что твердо уверенно в том, что эта встреча последняя.

- Прощай, Ромула,- глухо отозвалась Ирина и спрятала волосы под серым платком, завязывав узел под подбородком.

Я смотрела вслед её сутулой фигуре и не чувствовала ничего, кроме опустошенности. Призраки прошлого снова навестили меня, не постучав, сделали шаг в настоящее, напомнив о том, что я так тщательно и безуспешно пыталась забыть.

В машине Сергея было тепло и пахло табаком.

- Ну, и видок у тебя,- протянул он, выбрасывая недокуреную сигарету в приоткрытое окно.

А видок, наверное, у меня и вправду был ужасный… правда, тогда меня это мало волновало.

Олег мертв.

Никита и Стас в тюрьме …

А я … я не чувствую облегчения! Почему?!

Столько раз я молила Бога отобрать у них жизнь, столько раз проклинала, столько раз представляла себе, как сама убиваю мерзавцев … и узнав о том, что рука судьбы сама со всем справилась, не чувствовала облегчения.

Только усталость.

Дикую усталость и обреченность.

Они мертвы, и их смерть ничего не изменит для меня.

Я так и останусь монстром.

И от этих мыслей я разрыдалась, а растерянный Сергей прижал меня к себе, насколько это позволял салон автомобиля, погладил меня по голове и прошептал, кажется, "тише, моя девочка"…

***************

Ссорились мы с Ромой крайне редко, даже если оба были в раздраженном состоянии, то старались смягчить напряжение, возникавшее в общении. Обычно это удавалось, ведь в присутствии друг друга мы чувствовали себя, как нельзя лучше.

Однако, этот случай стал исключением, потому что Рома нашел у меня кокаин.

Это случилось, когда я была у него в гостях: лежала на диване, читая книгу, а он ходил по комнате, разговаривая по телефону. Милому потребовалась ручка, он попросил её у меня - я махнула в сторону прихожей, бросив, чтобы искал её в сумочке.

Вместо ручки Рома нашел заветный пакетик.

- Андрей, я перезвоню тебе попозже … - донеслось из коридора, а затем Рома вернулся в гостиную и остановился передо мной.- Ромула, что это?

Я повернула голову и увидела в его руках черный пакетик с граммом кокаина, а затем наткнулась на взор Ромы, не предвещающий ничего хорошего.

Он далеко не дурак, врать ему бесполезно … лучше сказать правду… Он уже прекрасно понял, что это наркотик. И вряд поверит моей лжи.

- Кокаин,- созналась я, отложив книгу.

- И давно он у тебя? - и по его выражению лица мне сложно было определить степень ярости: дрожащий голос, тяжелый взгляд и сжатые в тонкую линию губы - вот, и все признаки. Однако, в комнате заметно похолодало, и я ощутила, что сейчас все серьезно … Рома просто в неописуемой ярости и с колоссальным трудом держит себя в руках.

- Четыре месяца.

- Только кокс? - его пальцы так сильно сжали несчастный пакетик, что побелели костяшки.

Я же, будто провинившаяся школьница, опустила взгляд и сидела, не смея смотреть на Рому.

- Да, - мой голос звучал приглушенно.

- Прекрасно … - процедил он и, печатая шаги, вышел из комнаты.

А спустя несколько секунд раздался шум - слив туалета, значит, Рома спустил кокаин в канализацию…

Чувствуя, что должна ему объясниться, я вскочила со своего места и замерла: Рома зашел в гостиную.

- Послушай, я все могу объяснить… - сбивчиво начала и замолчала под его суровым взором.

- Попробуй,- резко бросил он, подходя ко мне.

- Это ничего не значит … это просто баловство…

- Четыре месяца сплошного баловства?! - я никогда не видела его таким разгневанным. - Наркотики это для идиотов, считающих, что у них жизнь дерьмо!!

Я едва подавила в себе желание сжаться в комок. Настолько меня испугал его гнев: ярость плескалась в нем, ходила высокими волнами, щедро выливаясь из чаши терпения …

- Я для тебя столько сделал! У тебя есть все: и работа, и я, и любящая семья! Чего тебе не хватает, а?! Чего?!

Но я молчала, опустив глаза в пол…

Он же не знает, как мне порой становится тяжело. Он не знает про чудовище, живущее во мне, и про то, как с ним трудно бороться. Он не знает меня… а если узнает, то не поймет и отвернется.

- Ты мне ответишь или нет?!! - внезапно он оказался рядом со мной, я заглянула в его глаза и увидела там … нет, не злость - скорее непонимание.

Именно, непонимание я больше всего боялась увидеть.

Не в силах, отвернулась, пробормотав:

- Прости … я не знаю… - направилась стремительно в прихожую, схватила сумочку, обуваться не стала: просто подхватила туфли и покинула квартиру.

Рома мне ничего не сказал.

Мне даже показалось, что он был рад моему уходу.

К моему удивлению, Сергей открыл мне дверь сразу же. И пары секунд не прошло, как птичья трель огласила маленькую квартиру, щелкнул замок и хозяин с немалым изумлением воззрился на меня.

- Что случилось? - непонимающе спросил Сергей, когда я протиснулась внутрь, несмотря на его слабые попытки удержать меня на пороге.

- Рома нашел кокаин.

- Хм,- он закрыл дверь и насмешливо глянул на меня.- Тебе достать еще?

- Идиот! - я стукнула парня в плечо.- А вдруг он так сильно разозлиться на меня, что не захочет больше видеть… а?!

- Господи, крошка, - вздохнул  тяжко Сергей,- с каких пор ты решила, что меня интересует твоя личная жизнь? - и поймав мой умоляющий взгляд, смилостивился.- Ладно, иди на кухню. Я налью тебе виски.

- Спасибо… - тихо поблагодарила, скидывая туфли, последовала за Сергеем и опустилась на белый стул, обводя взглядом такую знакомую кухню. Помню, однажды, желание захлестнуло меня так неожиданно, так сильно, что мы не дошли до спальни - Сергей взял меня прямо на столе.

Он поставил передо мной два стакана, открыл бутылку и разлил в каждый немного янтарной жидкости с крепким градусом.

Месяц прошел с тех пор, как Сергей отвез меня в церковь. Этот случай как-то сблизил нас, сроднил что ли. Друг другу мы, конечно, этого не говорили, однако, знали. Чувствовали, что теперь я могу положиться на этого нахального засранца, а он может - на меня.

Секс дал начало чему-то, отдаленно напоминающему дружбу.

Забавно, не так ли?

- И не парься: все будет хорошо. Простит тебя твой ангел,- он шутливо пихнул меня локтем в бок - я натянуто улыбнулась.- По крайней мере я напьюсь не в одиночку,- и усмехнулся мне.

Не помню, как все началось… просто в один момент наши губы слились в жарком поцелуе. Я была пьяноватая, предательски слабые ноги отказывались держать, и Сергей, подхватив меня, понес в спальню.

Впервые, меня не сковывала в его присутствии в тугой плен похоть, и я не набрасывалась на парня, как голодный зверь… впервые, он был так аккуратен, снимая с меня одежду, и впервые он брал меня не сразу, а растягивал удовольствие от ласк.

Целовал мои губы, шею, груди, живот, бедра, ласкал, заставляя стонать …  таять, словно воск, под его горячими умелыми руками…

Я скрестила ноги за его спиной, и он вошел в меня, обдал обжигающим шепотом ухо:

- Радость моя … Девочка моя…- впервые, в голосе грубого, нахального Сергея я слышала столько нежных ноток… и в благодарность за них я целовала его, прижимала к себе крепче, словно боялась отпустить этого нового, неизвестного мне Сергея.

Он любил меня… именно, что любил… так как любил меня когда-то Рома, и странное ощущение тепла снова поселилось внизу живота, когда Сергей замер и когда я слышала, как быстро бьется его сердце. Нежного тепла, а не жара, обжигающего, поднимающегося во мне, бурлящего, словно проснувшийся вулкан, туманящего разум…

Я лежала в объятиях Сергея, таких крепких, чувствуя себя в полной безопасности, и мне было хорошо.

Я не думала про Рому, про нашу ссору и про монстра …

"Подумаю над этим завтра", - вспомнилась мне знаменитая фраза Скарлетт О'Хара, и я решила последовать её совету.

Крепче прижалась к Сергею, подняла голову и встретилась с его взглядом … также на меня смотрит Рома, и таким же взглядом я ему отвечаю: взор, наполненный любовью.

И глядя в глаза Сергея, я осознала, что он знает о моей болезни, но все смотрит так…

Все равно любит…

Рома позвонил на следующее утро и попросил прощения. И я, конечно, простила его, сама извинилась и горячо пообещала ему завязать с наркотиками.

Готова была обещать все, что угодно, лишь бы он не оставлял меня.

Мой ангел в ответ на эти слова рассмеялся хрипловатым смехом, таким родным и любимым, и сказал, что бросать меня не собирался.

- Я же люблю тебя, Ромула.

- И я тебя тоже люблю,- призналась в ответ, вытирая тыльной стороной ладони радостные слезы.

Хмурый Сергей, наблюдающий эту сцену, поднялся с кровати, натянул джинсы и ушел. Спустя несколько минут он вернулся с туалетной бумагой. Салфеток в квартире не оказалось.

***************

Вцепившись в руку Ромы, я оглядывала многочисленных гостей. По словам милого, его сестра пригласила на свою свадьбу около шестидесяти человек. Для такого большого количества приглашенных был снят огромный помпезный зал неприлично дорогого ресторана.

Сейчас мы стояли в стороне, в тени мраморных колон и осматривались. Мой взгляд скользнул по расписному потолку, по стенам с шелковыми светлыми обоями, по длинным столам из красного дуба, ломившихся от разнообразных блюд, и замер на невысокой блондинке в белом платье.

Светлана - сестра Ромы. Именно, на её свадьбу мы и пришли.  Рядом с ней стоял её жених Артем. А также родители с обеих сторон.

- Ну, что? - ободряюще улыбнусь мне милый.- Пойдем поздороваешься с семьей,- и взяв меня за руку, повел к ним.

С родителями Ромы я познакомилась еще два года назад, также, как и он с моими. Относились и его отец, и его мать ко мне хорошо… Конечно, они, как и Рома, не знали о моей болезни. Хех, если бы узнали… уж точно его мама целовала меня в щеку, а отец не обнимал.

Не знаю, сколько прошло времени: может, два часа, может, три, когда я заметила среди гостей Сергея.

Держа в руке изящный бокал с шампанским, он о чем-то беседовал с миловидной девушкой. Словно почувствовав мой острый взгляд, обернулся и приветственно улыбнулся.

А он-то что здесь делает?

Этот вопрос я и задала парню, когда приблизилась к нему. Сергей усмехнулся, заметив мое недовольство, и произнес:

- Я пришел на свадьбу своего друга. Мы с Артемом в институте учились. И вполне неплохо ладили.

- Ясно.

- Не волнуйся, малышка,- он склонился к моему лицу, заглядывая в глаза.- Я никак не выдам наш секрет,- и наглая ухмылка снова заиграла на его губах.

Язвительный ответ так и не сорвался с моих губ - к нам подошел Рома. Приобняв меня за талию, он заинтересованно глянул на Сергея и представился.

- Рома.

- Сергей. Вы, вероятно, брат Светланы? От Артема наслышан о вас.

- Надеюсь, что говорил он только хорошее,- засмеялся мой любимый.- А вы что знакомы, Ромула? - обратился Рома ко мне.

Но прежде, чем я успела открыть рот, слово взял Сергей.

- Да. Встретились на одной вечеринке. У нас много общих знакомых, и мы периодически встречались,- я не смогла не заметить хитрых огоньков в его темных глазах.- Давно тебя не видел, кстати, Ромула.

От его слов я вспыхнула.

После ссоры с Ромой и ночи, проведенной с Сергеем, мы не видели около двух недель … и этот мерзавец еще смеет делать такие намеки!

- Зато встретились сейчас,- натянуто улыбнулась.

- Небывалая удача, не правда ли? - продолжал ломать комедию Сергей.- Пойду займу свое место. Рад был знакомству и … - бросил взгляд на меня,- встрече. Не прощаюсь.

Стиснув кулаки, смотрела ему вслед.

Монстр внутри проснулся и приподнял голову - внизу живота начал зарождаться ненавистным мне жар, поэтому я схватила Рому за руку.

Только не сейчас!

Господи, ведь никогда рядом с Ромой болезнь не давала о себе!

Только не сейчас, не здесь ...

- Ромула, с тобой все хорошо? - обеспокоено взглянул на меня любимый.

Жар внизу живота затих, но только к горлу подкатил тугой комок тошноты, а спертый из-за большого скопления народа воздух давил тяжестью на виски - начала кружиться голова.

- Не очень… Выйду, пожалуй, подышу свежим воздухом.

- Тебя проводить?

- Не-не,- отмахнулась я и натянуто улыбнулась, сглотнула, но тошнота не отступила.- Я скоро приду,- и направилась к выходу, мечтая о глотке прохладного вечернего воздуха.

Перед зданием ресторана была высажена аллея японских кленов, и я направилась в тень деревьев. Вечер уже сгустился густыми красками, постепенно темнело сумеречное небо, и вытянувшиеся тени приняли меня в свои объятия, пряча от посторонних глаз.

Прислонившись лбом к гладкой коре дерева, я прикрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов. Прошло, наверное, минут десять, прежде чем, медленно, неохотно слабость начала отпускать меня.

И тут …

- Уже лучше? - раздался за моей спиной голос Сергея, но я даже не обернулась: так и осталась стоять к нему спиной, неподвижно облокотившись на стройный ствол клена.

- Да.

Он подошел ко мне и протянул что-то. Я опустила взгляд и обнаружила стакан из толстого стекла в его руке.

- Это вода,- пояснил парень.- Выпей.

- Спасибо,- поблагодарила и сделала несколько глотков холодной жидкости.

Сухость во рту прошла, а комок тошноты, чей тугой узел я еще ощущала, окончательно пропал. Вот, теперь стало лучше …

- Не ожидала тебя здесь встретить,- молчание затянулось, и я решила заговорить первая: Сергей же стоял напротив меня и курил, разглядывая небо цвета индиго.

- Да я тоже … - затянулся, а потом спустя несколько секунд добавил.- Послушай, Ромула, нам надо поговорить.

Нехорошее предчувствие относительно этого разговора шевельнулось во мне.

- О чем?

- Например, о том, что произошло две недели назад …

- Это просто секс, Сережа. Просто секс,- я опустила глаза, не выдержав острого, пронзительного взгляда мужчины. - Просто …

- Да ну? - жестко поинтересовался он, туша недокуренную сигарету.- А, по-моему, просто сексом считалось, когда ты набрасывалась на меня, словно голодным зверь….

- Господи, ну, зачем ты все это начинаешь, а? Зачем вообще затеял этот разговор?

Почему бы все не оставить все как есть? Зачем надо копаться в этом ворохе чувств?

- Потому что я … - и запнулся.- Потому что не все, что с тобой происходит,- шагнул ко мне, положил руки мне на плечи.

- С чего бы это? - сухо, даже слишком, поинтересовалась я, хмуро глядя на него.- До этого мы с тобой трахались и все было нормально. Ты не лез в мою жизнь, а я в твою. Что изменилось сейчас?

- Я люблю тебя,- ответил он просто, и именно этого ответа я боялась услышать большего всего.

Как он может меня любить, если знает, кто я на самом деле?

Невозможно.

- И я хочу тебе помочь,- он взял мою руку в свою, сжимая тонкие пальцы.- Хочу помочь вылечиться. Бороться. Я помогу тебе, Ромула,- и смотрел на меня так … смотрел так, как смотрят те, кто уверен в том, что говорит … кто принял решение и будет ему следовать.

Помочь бороться?

Он действительно это говорит или мне это слышится?

Неужели он и вправду готов мне помочь?

- У меня есть Рома,- тихо произнесла, и Сергей насупился - в его темных глазах мелькнули искорки злобы.

- А знает твой Рома, в какой состоянии его любимая? Знает он о том, почему ты подсела на наркотики? Знает ли о том, как тебе тяжело сдерживаться? - с каждым вопросом он подходил ко мне все ближе и ближе, пока я не ощутила крепость его груди и тепло, исходящее от тела.

Не найдя в себе силы ответить, я лишь отрицательно мотнула головой.

Сергей говорил правду, и каждое его слово было словно пощечина …

- Рома любит меня. А я люблю его.

- А продолжит ли любить тебя твой Рома,- его голос дрожал от ярости,- если узнает о том, что ты нимфоманка? Останется ли он с тобой, узнав, что список твоих любовников можно написать на рулоне туалетной бумаги?

- Прекрати! - я ударила было кулаком в его плечо, однако, Сергей перехватил мою руку, приблизил меня к себе.- Рома любит меня и не бросит!

- Так расскажи ему,- его шепот обжигал мне губы, а в черных глазах горела ярким пламенем ярость.- Расскажи ему все о себе. Ведь между влюбленными не должно быть тайн. И вот, увидишь, что я был прав, малышка.

Нет, нет, нет!

Рома мой ангел, и он любит меня … Узнав про наркотики, он не оставил меня, не оставит, и узнав про болезнь.

Он не такой.

Он любит меня!

- И расскажу! - с вызовом бросила, и на губах Сергея заиграла знакомая мне  наглая ухмылочка.

- Когда жить негде будет, звони мне,- хмыкнул Сергей, и злость снова поднялась во мне, как тогда, когда я увидела его среди сегодняшних гостей.

Да как он вообще смеет такое говорить?!

- Сукин сын! - я попыталась было вырвать свою руку, но хватка у Сережи оказалась поистине железная.

Вместо ответного оскорбления, он жарко впился в мои губы, обвив свободной рукой меня за талию.

И я сдалась …

Ответила на поцелуй, обвив руками его шею, прижавшись к крепкому телу и закрыв глаза, с упоением вдыхая запах его одеколона.

Сергей целовал меня жадно, его руки опустились на мои бедра и сжали пышную юбку платья; мои ладони скользнули по его плечам …

И снова зародилось тепло внизу живота, как тогда, когда мы с ним занимались любовью и я купалась в ласке его любящего взгляда.

- Моя глупая девочка,- шепнул он мне на ухо, отстранившись.

- Ненавижу тебя … - приглушенно ответила, переводя дыхание.

- Аналогично,- он усмехнулся.

***************

Но слова Сергея я не забыла. Особенно, эти: "Расскажи ему все о себе. Ведь между влюбленными не должно быть тайн. И вот, увидишь, что я был прав, малышка".

Ни черта он не прав!

Рома примет меня … по-другому же и не может быть.

Неделя ушла на то, чтобы решиться на признание. И вот, я стояла на пороге спальни, наблюдая, как Рома что-то печатает на ноутбуке.

- Рома, знаешь, мне надо с тобой поговорить,- мой голос дрожал, и любимый не мог этого не заметить.

- Что случилось, дорогая? - он оторвался от компьютера и взглянул на меня с вопросом.

- Мне надо кое-что тебе рассказать. Это очень важно,- и опустилась на край кровати, сложив руки на коленях.

Рома же развернул стул, сел лицом ко мне и ждал, когда я соберусь с силами.

Вдох-выдох.

Он меня любит.

Вдох-выдох.

- Я тебя внимательно слушаю,- он мягко поторопил меня.

Давай, Ромула…

- Это случилось семь лет назад, когда меня изнасиловали трое парней …

Он не кричал, не бил меня, не ходил нервно по комнате, не курил, не ругался - он просто сидел, сцепив руки в замок, молчал, глядя неотрывно в одну точку …

Я Роме рассказа все: и про изнасилование, и про свою болезнь, про Сергея и наркотики, а он слушал, не проронив ни слова, и лицо его оставалось непроницаемым.

И мне стало страшно: неужели Сергей оказался прав? Неужели Рома не примет меня такой, какая я есть? Неужели любовь не такая уж и сильная у нас, как я думала?

От этих мыслей мне стало дурно: к горлу снова подкатила тошнота, в ногах поселилась слабость, и я осела на кровать, все также с опаской наблюдая за Ромой.

Все также молча, он поднялся и вышел из комнаты. Я слышала, как открывается бар, как Рома достает бутылку и стакан, открывает и наливает себе выпивку.

Поднявшись с кровати, я направилась к двери и замерла на пороге, облокотившись плечом о дверной косяк, глядя, как Рома сидит на диване и напивается в стельку.

Возле него стояла бутылка рома, и он все пил и пил … а ведь, любимый так быстро пьянеет…

- Рома… - начала было я, но он остановил меня, подняв руку.

- Не говори ничего. Ты рассказала уже достаточно,- и снова потянулся к бутылке.

Я не стала его останавливать: развернулась и ушла в спальню, забралась под одеяло, свернувшись под ним калачиком.

Боже, какая я дура!

Ну, зачем-зачем-зачем я ему все рассказала?

Дура! Идиотка! Кретинка!

Хотя, теперь ты знаешь истинную цену вашим чувствам … то, что ты сама себе напридумывала, Ромула, разбилось, встретившись с реальностью… иллюзии рухнули, оставив после себя только горстки праха…

До меня донесся шум: это Рома одевался. Я слышала, как щелкнул замок, открываясь и с каким оглушительным, как мне тогда показалось, грохотом захлопнулась за любимым дверь.

Выбравшись, я обнаружила, что бутылку Ангостуры  он забрал с собой.

Что ж …

Я потянулась к телефону и набрала номер Сергея. Вместо него мне ответил автоответчик.

- Я все рассказала Роме. Ты был прав,- и повесила трубку, не в силах больше сдерживать слезы.

А поздно ночью мне пришла смс от любимого: "Прости меня, малышка. Я скоро вернусь, и мы поговорим. Люблю тебя".

Я ждала его до утра, а в одиннадцать часов позвонила мама Ромы и бесцветным голосом сообщила, что мой ангел разбился в автокатастрофе.

***************

Я плохо помню первые дни после его смерти. Все было, словно в тумане, сером и обесцвеченном. Я мало ела, постоянно плакала, курила, мне часто снились кошмары, в которых мой ангел уходил от меня, а я бежала за ним, выбиваясь из сил … во сне всегда бежишь медленно, ноги тебя не слушаются … мой ангел уходит, и я не в силах его догнать, кричу вслед: "Рома! Рома! Прости меня!", а затем просыпаюсь от крика, спустя несколько секунд понимая, что кричала я сама …

Я виновата в его смерти.

Если бы не мои откровения, он бы никогда не сел в эту чертову машину и не поехал в город …

Если бы не я, он остался еще жив.

Я во всем виновата!

Я и только я…

Внезапная опустошенность, свалившаяся на меня после смерти ангела, подкрепилась еще и моим состоянием: меня часто тошнило, я начала слишком остро чувствовать запахи и вкусы, и тугой комок тошноты каждый раз подступал к горлу, стоило мне ощутить резкий запах еды, специй, духов, пота.

Ездить в общественном транспорте на работу стало невыносимым, и я взяла отпуск на две недели. Заперлась в нашей с Ромой квартире и осталась наедине со своим горем …

Не знаю, что со мной было бы, если звонок Сергея. Услышав мой голос и сухое "нормально", парень сразу же приехал.

- Ты выглядишь ужасно,- сказал он и удивленно взглянул на меня, когда я поморщилась: ранее приятный и любимый мной запах одеколона, теперь казался слишком приторным. - Что такое?

- Ничего,- мотнула я головой.- Проходи на кухню,- закрыла за ним дверь.

На кухне Сергей выкладывал продукты из большого белого пакета.

Точно.

Я давно не ходила в магазин, и холодильник опустел …

- Ты решила морить себя голодом? - в его голосе не было и намека на шутку: Сергей спрашивал серьезно.

Я пожала плечами, ничего так и не ответив.

- Ты хоть ела сегодня?

- Нет.

- Ясно,- недовольно отозвался он и достал из пакета колбасу и хлеб.

Я же опустилась на стул, наблюдая за тем, как Сергей делает мне бутерброд. Не прошло и несколько минут, как он поставил передо мной тарелку с двумя кусками хлеба, ветчины и помидорками.

- Ешь,- скомандовал, и я послушно принялась за еду.

Вот, только стоило мне приступить ко второму бутерброду, как снова подкатила тошнота. И я, резко вскочив с места, по привычке бросилась в туалет…

Что за чертовщина со мной происходит?!

- Не знал, что у тебя такая реакция на ветчину,- за моей спиной остановился Сергей, и в его голосе промелькнули нотки беспокойства.

- Прости … - простонала, склонившись над унитазом.- Дело не в ветчине… Меня уже пять дней тошнит постоянно. От всего: от запахом, от любой еды … Отвратительно просто.

Сергей молча вернулся на кухню, я же направилась в ванную, где привела себя в порядок.

- Ромула, когда у тебя в последний раз были месячные? - этот неожиданный вопрос он задал, когда я набрала воды и снова села за стол.

Хотела было спросить, какое это отношение имеет к тошноте, но не смогла и рта раскрыть … простая догадка пронзила меня, и я, онемев, смотрела на Сережу, хлопая глазами.

Он хмыкнул, а затем неожиданно направился к выходу. Не успела я и слова сказать, как Сергей ушел, оставив меня недоуменную одну…

Вернулся он через минут двадцать, держа в руках бумажный пакет с логотипом аптеки: темно-зеленым деревом.

Внутри я обнаружила тест на беременность.

А спустя минут пятнадцать, я зашла в гостиную, где он сидел и смотрел телевизор в ожидании … стоило мне появится, как Сережа выключил звук и взглянул на меня, нетерпеливо спросив:

- Ну?

Я лишь продемонстрировала ему тест с двумя синими полосками и негромко ответила.

- Я беременна.

А через несколько дней состоялись похороны Ромы.

***************

Я сижу на широких каменных ступенях церкви, обхватив колени руками. Хочется разрыдаться. Хочется выть. Хочется броситься к кому-нибудь, схватить его за плечи и трясти-трясти-трясти, крича: "Его больше нет! Его больше нет! Понимаете?!".

Но сил не хватает даже на то, чтобы подняться…

Его действительно больше нет.

Он умер.

Но я все равно не могу смириться с этой мыслью. Мне все еще кажется, что он жив, просто уехал далеко-далеко и я не знаю, когда вернется ко мне. Наверное, для меня он никогда не умрет.

Поднимая глаза, смотрю в свинцовое хмурое небо… в то самое, куда отправился мой ангел, и воспоминания, словно картинки проносятся передо мной: некоторые быстро-быстро, другие медленно, а есть те, что я задерживаю, чтобы окунуться в них с головой, еще раз ощутив близость с ним, увидеть его улыбку, почувствовать вкус губ и нежность ласк.

И все-таки для меня он никогда не умрет.

Рома останется для меня самым светлым эпизодом в жизни, моим любимым, который отправившись на небеса, стал настоящим ангелом…

Опускаю голову, уткнувшись в колени лбом; глаза жжет, но слез больше нет - я все выплакала, поэтому даже слезинка не скатилась по щеке, когда я смотрела закрытый гроб, где лежал мой милый…

Его мать с огромным трудом сказала, что тело сильно изуродована, поэтому никто не должен его видеть… нельзя запоминать Рому таким…

Два часа назад Рому похоронили: засыпали гроб землей, прочитали молитву, оставили цветы, а затем ушли … и только я осталась стоять перед его надгробием, даже не смотря на то, что его родственники пригласили меня на поминки.

- Прости, прости, прости меня … - шептала тихо, едва слышно, стиснув кулаки так сильно, что ногти оставили красные следы-полумесяцы.- Это я виновата… Это я во всем виновата … Прости меня, Рома … Прости… - и так хотелось плакать, но слезы не появились.

А потом я вернулась в церковь, опустилась на широкие ступени и не нашла сил подняться, не нашла сил идти домой … у меня не осталось сил, чтобы жить.

Да и зачем?

Зачем такому чудовищу, как мне, жить, если я погубила своего ангела?

- Ромула! - окликнул меня такой знакомый голос, и подняв голову, я увидела приближающегося ко мне Сергея.

Откуда … ах, да, я же ему рассказала, что сегодня похороны Ромы на Северном кладбище.

Вот, он остановился рядом. Такой сильный, высокий и уверенный в себе. Чем-то напоминающий Рому.

Сергей понимающе взглянул на меня, а затем проговорил, протягивая мне руку:

- Пойдем домой, малышка. Все будет хорошо. Все наладится,- и снова в его голосе проскользнула твердая уверенность.

Он позаботиться и о малыше, и обо мне. Он поможет мне бороться. Он будет рядом.

Но нужно ли это все, когда Ромы больше нет рядом?

Когда я виновата в его смерти?

Сережа стоит и ждет, когда я приму решение, я же смотрю на него устало ... и не знаю, как мне быть ...

Что предпочтительней: жить дальше монстром или смерть и покой?

Я ... не знаю ответа…

А вы?