Annotation

Начиналось это, как попытка творчески переосмыслить мир «Сталкера».

Легенды, мифы и загадки Чернобыльской Зоны отчуждения. Затем тема пошла вширь – человек, смысл его жизни и место во Вселенной.

Первый том наших произведений вышел в мае 2008 года. Там засветились такие талантливые авторы, как Bondor, Ges, Iji, КОТ2606, LIS, Pereiro, s.e.l.d.e.s., Tank72, Отшельник, Сержант ВВС. Вышла эта книга не в последнюю очередь благодаря таланту и организаторским способностям таких людей, как Сержант ВВС, BlackAnarhist, Pereiro и КАСТАНЕДО, за что им всем большое спасибо.

Второй том вышел в августе 2008. В нём мы собрали все, доступные на тот момент, произведения одного из наших авторов - Tank72.

Сейчас же Вашему вниманию предлагается Том 3. В этом томе Вас ожидает много нового. Во-первых, мы впервые (возможно, впервые в мире) включили в книгу повесть и рассказы на олбанском. Во-вторых, в подготовке и издании участвует очень много красавиц и умниц – Афина, Алёна, Купавка, Настасья Филлиповна, Маргарита, Жанна Д’Арк, Фаина. Обо всех «старых» и «новых» авторах, кстати, мы обязательно расскажем по ходу дела. В-третьих, нас почтили своим присутствием и творчеством создатели и бессменные ведущие Театра Абсурда знаменитые Саафтары. В-четвёртых, iji написал несколько новых рассказов, а это всегда событие. В-пятых.… Да что тут рассказывать, читайте – и будет Вам счастье!

Предупреждение: в процессе чтения Ваше мнение о мире может измениться.

Не рекомендуется детям и беременным женщинам.

Серьёзно - некоторые вещи - не для всех.

Форум "Территория свободы"
Форум "Humans - значит люди"

ПРЕДИСЛОВИЯ

ПОВЕСТИ

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Эпилог

Олег "GB" Малахов

Марина "Афина" Зохно

Алексей Патрушев "Са-афтары" Олег Орлов

Вячеслав "Tank 72" Густов

Вячеслав "Tank 72" Густов

РАССКАЗЫ

Вячеслав "Tank 72" Густов

Валерий "Отшельник" Гундоров

Валерий "Отшельник" Гундоров

Валерий "Отшельник" Гундоров

"я-игрок"

Вячеслав "Tank 72" Густов

Маргарита "Маргарита" Патрушева

Александр "Ges" Кострюков

"Greg Complein"

"Greg Complein"

"Greg Complein"

"Greg Complein"

Валерий "iji" Беляев

Валерий "iji" Беляев

Валерий "iji" Беляев

Валерий "iji" Беляев

Валерий "iji" Беляев

"Crazy-StrangeR"

Денис "Joachim" Анчутин

Денис "Joachim" Анчутин

"Пьяный Сталкер" или "Likedeler"

Алексей Сорокин

Дмитрий Кащеев

Александр "Рейн" Харитонофф

Александр "Рейн" Харитонофф

Александр "Рейн" Харитонофф

СТИХИ

Марина "Афина" Зохно

Егор "Bondor" Бондаренко

Антон "FOX7812" Лаврентьев

Олег "GB" Малахов

Василий "Hauptman" Чагаев

Любовь "Жанна Д'Арк" Кочетова

Светлана "Cupavka" Кудрова

Константин "KOT2606" Большаков

"Лектор"

Маргарита "Маргарита" Патрушева

"Мarymay"

Владлена "Nastasya Fillipovna" Солуянова

"Сержант ВВС"

Евгений "Тормоз" Горбунов

Фаина "ФАИНА" Лукина

Игорь "Сержант"

Алексей Патрушев "Са-афтары" Олег Орлов

Алексей Патрушев "Са-афтары" Олег Орлов

"@nDRON"

Олег "GB" Малахов

Владлена "Nastasya Fillipovna" Солуянова

Игорь "Сержант"

Алексей "S.Pereiro" Подколзин

Вячеслав "Танк72" Густов

Илья "LIS" Ветров

Олег "Мор" Орлов

АНЕКДОТЫ

Вячеслав "Танк72" Густов

Игорь "Сержант"

"Тихий"

notes

1

2

3

4

Главный редактор: Танк72

Редколлегия: Nastasya_Fillipovna, S.Pereiro, Игорь Сержант, Jeka, Mashin

Оформление книги: S.Pereiro, BlackAnarhist, Хронавт.

Фотографии для иллюстраций: Dick

ПРЕДИСЛОВИЯ

Василий "Hauptman" Чагаев

Тени Чернобыля. Серое небо..

Здесь много лет не вырастет хлеба

И чистокровной не вырастет жизни

Кто попытался - мутанты загрызли

Выпустят книгу. Напишут ребята

Как наша фантазия Зоной примята

Как это близко нашему духу

Память обманет Зону- старуху

Тени Чернобыля - диск в дисководе

Может мы в Зоне ближе к свободе?

Рюмочку, сталкер! Колбаски и хлеба!

Выпьем, пока ещё чистое небо!

Олег "GB" Малахов

Когда на душе сложно, когда тучи на твоем небосклоне, когда весь мир против тебя - сесть и выписать что-нибудь красивое, смешное. Чтобы увидеть улыбку другого и самому отразить ее слабым отблеском. Это сложно.

Когда, наоборот, на душе радость и судьба подкидывает тебе счастья как топлива в душу. И хочется распахнуть руки и улететь. Остановиться на взлете и поделиться своей радостью и хорошоим настроением с другом, который грустит рядом по другую сторону от черного экрана компьютера безумно далеко, если считать в километрах, и поймать тепло его слабой улыбки. Это тоже сложно.

Когда тебе все равно... Когда безразличие серой пеленой накрывает родники души и лень серой паутиной затягивает извилины мозга. Это и есть самое сложное! Не поддаться. И через силу, через "не могу" заставить себя написать пару строчек. А после… Взять веник и тряпку и устроить уборку. Выкинуть весь хлам и мусор. И окинуть написаное новым взглядом и безжалостным скальпелем вырезать из него следы этой рухляди. Пусть останется треть или даже четверть, но за эту четверть тебе не будет стыдно перед собой и другими...

Вот что такое мастерство. И враки, что его не пропьешь. Очень запросто.

Вячеслав "Tank72" Густов

Итак, нашего полку прибыло! Причём, значительно прибыло. Если первый и второй сборники были исключительно «мужскими», то теперь перестрелки и взрывы органично сочетаются со вздохами и взволнованными биениями сердец. Это, разумеется, шутка. Наши дамы умеют описывать батальные сцены ничуть не хуже представителей сильной половины человечества. Знакомьтесь: Алёна, Афина, Nastasya_Fillipovna, Жанна Д'Арк, Маргарита, Фаина.

Это, разумеется, псевдонимы. В жизни наших милых дам зовут совсем по-другому. Не буду длить интригу, вот имена (в том же порядке): Алёна Астафьева, Марина Зохно, Владлена Солуянова, Любовь Кочетова (загляните на её страничку на стихи.ру - http://www.stihi.ru/author.html?lufiko), Маргарита Патрушева, Фаина Лукина. Разумеется, они дружно «отметились» замечательными стихами, а Афина ещё и написала повесть, навеянную сдружившим нас всех «Сталкером». Стихи у всех разные, но у всех хорошие. А как же иначе? Мы только такие и отбирали.

Конечно же, этот сборник не стал чисто «дамским». По-прежнему с нами BlackAnarhist и Перейро, которые в Фотошопе могут всё, а если хорошо попросить, то даже немного больше (А ещё, скажу по секрету – Перейро отменный автор).

Порадовал новым творчеством Bondor, выдали на-гора массу интересного @nDRON, GB, Joachim и Hauptman (прошу обратить самое пристальное внимание на их стихи!). Бил не в бровь, а в глаз iji (что ни произведение – то маленький шедевр), присутствовал в виде Охотника Tank72, вовсю отжигали блистательные Саафтары – Граф Де Мор и Хронавт (Один из «изюмов» тома – повесть «Меченый, как символ…»).

Неслабо зажог в дебюте «Пьяный Сталкер» Likedeler. Мысленно с нами (копит силы!) один из идейных вдохновителей всего проекта s.e.l.d.e.s. (ждём от него всего, чего угодно). Отстрелялся в нескольких номинациях суперветеран Сержант ВВС.

Так же мысленно (в очередной раз доводит до совершенства «Ангела»), и не только (читайте новые миниатюры!) присутствует Ges.

Уже на достаточно позднем этапе в наш дружный коллектив влился замечательный автор, поэт со скромным именем Тормоз. Всем рекомендую его стихи!

Не обошлось и без привлечения заезжих «звёзд». С Прозы.ру со своими творениями к нам пожаловали такие хорошие люди, как marymay, Rain, Алексей Сорокин.

ПОВЕСТИ

Олег "GB" Малахов

Битва при Эльфгорне или вид из-за кулис

Это задумывалась как небольшой рассказ в ответ на произведение Tank72 "Охотник".

Меня как автора заинтересовала техническая сторона битвы при Эльфгорне.

В результате рассказ перерос в повесть и зажил своей жизнью.

Хочу сказать спасибо Танку за его мир. Без него бы я вряд ли бы сел за клавиатуру.

Глава 1

Мяу! МЯУ! МЯ-А-А-У!

Блин, где же эта кошка! Тапком застрелю! С трудом открываю правый глаз. Потому что левый смотрит в подушку. На будильнике 8:30! УТРА! Кстати, будильник светится ярко-голубым цветом срочного вызова через вирт. Ага… Понятно… Закрываю глаз и ухожу в вирт прямо в кровати.

В пещере сумрачно, только голубеет рамка зеркала – это мой терминал. Рамка едва заметно меняет яркость тона (признак срочного вызова), ладно хоть звук отключился. Клацаю в сторону терминала зубами. На светлеющей поверхности зеркала проступает голова черного кота на каком-то зеленом фоне. Хрон, как и следовало ожидать

- Ну! ррр…

- Слушай, я знаю, что тебя лучше не будить, а то можно без лап остаться.

- Хм… (это шутка, понятная только посвященным)

- Дело очень важное и всех нас касается.

- Нас, это кого?

- Оборотней!

- Ну и? Я тут при чем?

Сажусь на хвост и демонстративно чешу лапой за ухом.

- Ты тоже оборотень!

- Я маг-оборотень! Это немножко другое. Так?

- Да брось ты дуться, а? Все уже забыли давно, а ты всё вспоминаешь.

Сжимаю зубы, чтобы не зарычать.

- Одна рыжая леди до сих пор помнит…

Хрон хмурится, поводит усами и ушами, похоже я его уел. Только мне почему-то не весело.

Кот на экране резко выдыхает и приводит последний аргумент

- Мне Стик посоветовал к тебе обратиться.

Та-а-ак… Это действительно тяжелая гирька на его сторону весов. Стик зря своим раздвоенным языком не треплет.

- Дальше?

Радостный вздох, похоже, Хрон даже дышать забыл. Это кстати тоже показатель…

- Не торопись радоваться, я ещё ничего не решил, и поменяй облик, а то я эту черную мордашку всерьез воспринимать не могу.

Не подумайте что я привередничаю, но вторая ипостась Хронавта действительно немного отличается от первой характером и привычками.

Я пока тоже приведу себя в порядок. Пара заклинаний и шерсть начинает лосниться, а обрывки постельной травки пропадают из неё.

На зеркале проявляется полосатая голова Хронавта.

- Дело такое. В Эльфостане намечается серьезная война и оборотней попросили быть наблюдателями.

- Кто? И зачем им вдруг сторонние наблюдатели понадобились?

- Как ни странно нас просила Орда, эльфы поддержали. По агентурным данным намечается массовый вброс ручного и тяжелого оружия из других игровых вселенных.

Опаньки… интересные пироги с котятами (не при Хроне будет сказано). Это же вроде запрещено… или нет? Официально да, но если никто жаловаться не будет… Да еще подмазать где надо…

Так, а я им зачем? Ну это просто, на эльфийской войне и чтобы без магии обошлось, такого не бывает. Для того, чтобы хитрую боевую магию видеть, одних способностей оборотня мало, надо еще и опыт иметь. Чего-то я еще хотел…

Пока я ворочаю тяжелые со сна мысли, Хронавт тактично молчит.

- Ограничения на «чужие» вооружения есть?

- Да. Стик предложил ограничить только реальными образцами до конца 20 века.

- Гут, молодец мудрый змей. Сколько всего наблюдателей? Кто еще из наших пойдет?

- Десять. Я, Кот2006, Стик, Белочки, еще пара ребят, ты их не знаешь.

- А боевых магов сколько?

- Трое. Есть одна новенькая, Багира, ты ее тоже не знаешь.

Тут он ошибается. Багиру я знаю очень хорошо. Очень серьезный противник, такую лучше во врагах не иметь. Причем как в магии, так и клыками/когтями (последнее для магов редкость).

Оставшиеся двое - это сестры Белочки, легкие разведчицы, но в боевой магии тоже понимают. Это если Стика не считать, он хоть и не маг, но по своей природе магию чувствует на раз-два и опыта у него тоже достаточно.

Остальные кандидаты тоже понятны. Если будет современное оружие, надо чтобы и мы понимали как его применяют. Белочки кстати и арткорректировщицами подрабатывали.

- Двое неизвестных из летунов?

- Один летун, другой артиллерист, вернее башнер.

- Зачем нам три артиллериста?

- Он за танками будет следить.

- А десятый кто?

Если я соглашусь, то всего девять, значит должен быть десятый. Хронавт мнется. Что-то не так с десятым? или со мной и десятым?

- Он БТР отлично водит! А у нас других водителей нет!

Показываю клыки.

- Кто?

- Мишка-косолапый!

Ха! Это ему я лапы пооткусывал. За дело! Он мне на нашей вечеринке, чуть уставшему, на хвост наступил. Я его не разобравшись и укоротил на все четыре лапы. Парень от шока уже на третьей из вирта вывалился. А меня с тех пор из тусовки выперли «за применение боевых заклинаний в не боевой обстановке».

Мишку-то я давно простил, он ведь не специально. А вот то, что я никаких заклинаний не применял, я фиг кому докажу. Если уж мне Карса не поверила…

- Он действительно хороший водитель?

- Спрашиваешь! Ты бы видел, что он со своим БТР-ом вытворяет!

- Не ори. Хрона я уже сегодня видел. Расстановка какая?

Если уж всех спецов подобрали, то и места для них штаб тоже уже проработал. Наблюдатель может дополнительные очки опыта, которые за мастерство начисляются, добавить или наоборот отнять.

- Косолапый и ВиктОр-башнер идут с Ордой, раз уж она наступает. Стик над наступающей ордой парит. Я с Котом среди эльфов будем. Илюша над нами висит. Белочки разделятся и по возвышенностям будут скакать. А вам с Багирой нейтралка.

Мда… Чего-то такого я и ожидал.

- Ну да, я же маг! Меня же можно и в самое пекло!

- То есть ты согласен?

Вот! В этом отличие Хронавта от Хрона. Умеет выделять главное.

- Да. Я согласен.

- Ура!

На меня уже снова смотрит черная хитрая кошачья мордочка.

- Исчезни!

- Слушаюсь и повинуюсь!

Клоун! Но все же так веселее.

Вываливаюсь из вирта. Ускоренная зарядка (хочешь не хочешь, а за здоровьем следить надо) и в душ. Дел до вечера еще много.

Глава 2

Домыться не успеваю.

Опять каркает будильник. Каркает – это в прямом смысле «Кар – Кар – Кар» и красный цвет неизвестного срочного вызова. Что интересно – на домашний аккаунт. Его, в отличие от служебного, я мало кому даю… И кому это незнакомому я так срочно нужен?

Быстренько обтираюсь, падаю в кресло и вхожу в вирт.

Антураж уже другой. Для незнакомых посетителей я предстаю в человеческом облике. Выбираю сибаритствующего помещика в банном халате и тапочках, раз уж меня из душа вытащили. Комната подстраивается под желания и на дворе поздняя весна, а солнце озорно заглядывает в окна.

Прошка, на самом деле это программа защиты, впускает в гостиную какую-то даму. Одета строго: в костюм с юбкой, а-ля секретарь большого босса. Да, похоже, с антуражем я промахнулся лет на 100 – 150. Меж тем дама приближается какой-то знакомой походкой.

И тут я ее узнаю! Черт! Карса! Вернее, Лариса! Твою мать! Бью хвостом по ножке кресла. Когда успел перекинуться не замечаю. Мех серебристый с небольшой рыжинкой, ее любимый. Эксгибиционист хренов! Перекидываюсь опять в человека, стараясь попасть в тон. Облик, как и у нее, реальный. Костюм серый с серебристым отсветом.

Мысли по прежнему путаются.

- Ты почему не со своего аккаунта?

Нашел чего спросить, идиот!

- Это мой, только рабочий.

- А почему не с личного? Раньше всегда с личного…

Грустно улыбается

- Ты же меня забанил. Да и разговор скорее деловой.

- Я? Забанил? Так всего на неделю же! А прошло полгода!

- Пять с половиной месяцев.

- Сто шестьдесят семь дней.

- Ты считал?!

Тону в ее глазах. Льдинки удивления тают в глубине.

- Да.

Меня словно окатывает желтым светом из двух прожекторов. Сам не понимаю как оказываюсь рядом. Запах ее волос, вкус ее губ. Очнулся от того что ее ладошка давит мне в плечо, а губы шепчут в ухо.

- Костя, Костенька, очнись, мы не в реале.

- Как будто раньше это нас останавливало?

- Я с работы. Я не одна в комнате.

Черт! Заставляю себя разжать руки. Надо как-то отвлечься. Чего-то там было про деловой разговор.

- Ты хотела о каком-то деле поговорить?

- Ага. Тут такое дело… В общем, нужен наблюдатель оборотень с хорошей магической подготовкой.

Мне становиться весело. Чтобы две войны одновременно со сторонними наблюдателями из оборотней – это вряд ли, не бывает таких совпадений. Набирают альтернативную команду?

- Ну и в чем проблема? Ты же магию знаешь, с эльфами общаешься. Ножи, вон, как ниндзя метаешь.

- Я не подхожу. Я современного оружия не знаю.

- А я значит подхожу? Я из «НВДД» (Не время для Драконов) последние пять месяцев не вылезал почти.

- Я слышала, как ты не вылезал! Кто за черных псов всю Свалку в «Сталкере» зачистил? И потом трое суток удерживал?

Ага, было дело… Мы могли бы и дольше. Если бы сталкеры не объединились (даже бандиты и наемники) и не атаковали одновременно со всех входов. А наша команда к тому времени уже с лап валилась. Кстати, из команды им никто не достался. Смогли в Темную Долину и на Агропром просочиться.

- Так не один же. И там мы же за псов играли, а не за людей с автоматами.

- Можно подумать ты за людей не играл?

Ну да, играл. Тут она права.

- А кто команду набирает?

- Новенькая одна, ты ее не знаешь, Багирой зовут.

Вона как! Я думал у нас Стик за главного, все-таки красный дракон. А оказывается капитаном Багира. Одно хорошо, команда та же, значит это не подкоп. И кстати, почему все думают, что я Багиру не знаю?

- Ладно, соединяй меня с твоей Багирой.

- Костя, а ты на меня, правда, не сердишься?

Опять за рыбу деньги! Вот никогда женщин не понимал. Потому и западал, наверное, на таких отвязных девчонок, как Карса или Багира.

- Лар, я же сказал, через неделю тебя простил.

- А не звонил тогда почему?

- Так ты же сама сказала «не звони мне больше»…

Прикусывает губу, взгляд исподлобья

- И ты поверил?

- А кто по мне серебряной дробью из твоего логова стрелял?

Ого! Глаза широко распахиваются до размера цветка лотоса

- Это не я! Меня тогда вообще в вирте три дня не было! Ты мне веришь!?

- Успокойся. Верю.

Целую ее в губы, потом в лоб. Прижимаю к груди, рука гладит спину. Ну, бля, найду я того кто стрелял! Я ему все лапы местами поменяю! Это точно кто-то из наших, из оборотней. Только они могли додуматься серебряную дробь использовать.

- И ты после такого меня простил?

- Конечно простил. Что я зверь какой?

Смеется.

- Я тебя теперь никому не отдам.

- Это я тебя никому не отдам!

Минут через десять мне удается заставить себя ослабить объятья.

- Лар, мы время теряем. Звони Багире.

- Сейчас, сейчас. Еще пять минут.

- Карса!

- Слушаюсь мой господин!

Улыбается, но рук не разрывает, как будто боится, что я исчезну.

В воздухе возникает окно терминала. Багира сидит за столом, какие-то бумаги просматривает.

- Привет, Карса. Нашла своего оборотня? Ага, вижу что нашла.

Взгляд женщины останавливается на мне. Узнает, не узнает? Ага, глаза собираются в щелочки, узнала значит

- Ты! Да я тебя на кусочки разорву! Только дай до тебя добраться!

Карса (именно Карса, а не Лариса) шипит в моих руках. Хоть бы не перекинулась, а то я в этом образе, ее не удержу.

- Тихо! Обе!

Затихли. Дышат тяжело, напряженно.

- Какие ко мне претензии? Бой был честный? Честный. Незаконные модификаты я не использовал. Заклинания не кастовал. Только природная сила и скорость, помноженные на долгий век волка Середины. Логи ты сама видела.

- А откусить ногу человеку у бедра одним укусом? Это как? Нормально?

Лариса (точно Лариса) прыскает в кулачок.

- Что я такого смешного сказала?

- Он в нормальном волчьем обличии медведю четыре лапы откусил. За три секунды. Не веришь? У Косолапого спроси.

Взгляд Багиры меняется. Но все равно злость остается.

- Все равно я буду против. Мы с ним в одной команде мешать друг другу будем.

Похоже, пора открывать карты.

- Сколько голосов у капитана?

- Два, как и всегда.

- Из команды я только Ильюшу и ВиктОра не знаю. Значит, в худшем раскладе будет четыре «против» и шесть «за».

- Ты уверен?

Глаза снова, через щелочки как из бойниц.

- Ну если Стик через Хрона меня просил… Кстати почему не он капитан, ему вроде по статусу положено?

- Он самоотвод взял. Дескать, он Орде сочувствует.

Узнаю Стика. Можно подумать, это ему бы помешало объективным быть. Да. Ситуация. Багире тоже не позавидуешь. Легко ли быть капитаном, когда в команде есть более опытный и уважаемый всеми арбитр?

- Ладно, капитан, наши с тобой проблемы перетопчутся пару дней? Если только в них дело. А на нейтралке места нам точно хватит.

- Перемирие до сдачи отчетов?

- Согласен.

- Ты в команде.

Багира отключается.

- А что это за история, у вас с Багирой?

Любопытство погубило кошку!

- Потом расскажу, малыш. Мне кучу дел до битвы переделать надо. И часть из них в реале.

Похоже, Лариса недовольна, что я ее так быстро выпроваживаю. Но держит свои возражения при себе. Это что-то новое. Изменилась девочка. Провожаю ее до двери и через пять минут она уходит.

* * *

В реале надо забежать к тренеру. Первое января на дворе. Он вирт-общение не признает, да и вообще давно я у него не был. Да еще надо найти Валеру Технократа. Что-то он про интересную программистскую задачу говорил. Я все же по основной специальности программист. Значит, решено, сначала к тренеру, может, какие новости у него узнаю.

Всетаки город у нас маленький, почти все витрспецы друг друга знают.

Спортзал совсем недалеко – пять минут легкой трусцой. Дядя Ахмет бывший борец, чемпион Европы по греко-римской борьбе, устроил свое логово в цоколе стандартной многоэтажки. Зал достаточно большой, хоть и низковат в некоторых местах. К нему ходят бывшие «вольники», «классики» и любители вроде меня.

- Здравствуйте, дядя Ахмет! С Новым Годом!

- А, Костя, здравствуй. Рахмат. Давно тебя не было, проходи, разминайся, через полчаса Ваха с Игорем обещали прийти, спарринг устроим.

- Спасибо дядь Ахмет, я не надолго. Дел сегодня много.

- Опять дела! И куда вы все торопитесь? Совсем помешались на этом вирте. Валерка, вон даже на праздник не вылазил!

Старый борец хмурится. Это я удачно зашел. Делаю озабоченное лицо.

- А где он? Может смогу вытащить?

- Вытащить? Алия уже пыталась, в подсобке они.

Ахмет махнул рукой и ушел к себе в тренерскую, чай пить.

Мда. Если Валера даже к Алие не вылез, то там что-то очень интересное. Иду в подсобку. В ней установлен терминал и кушетка. Сейчас на кушетке лежит Валерка подключенный к капельнице. Ё-моё! Совсем свихнулся парень! Черноволосая кареглазая красавица Алия вскидывается со стула на шум открывшейся двери.

- Давно он так?

- С Нового Года. За полчаса до курантов вылез, и через полчаса опять в вирт ушел.

Глаза у нее красные, видно плакала недавно. Тактично не замечаю.

- А если его насильно вывести?

Это можно, достаточно сделать больно руке или ноге и вирт сам заблудшую овцу выкинет. Еще аппаратный таймер есть, но он 48 часов ставится. На стенке неожиданно оживает динамик и выдает Валеркиным голосом: «Я тебе выведу!». Видимо бот на слово «вывести».

- И вот так с утра.

Всхлипывает девушка.

- А еще он себе болевой порог в вирте понизил.

Угу. Теперь обычной иголкой его не возьмешь. Разве что прижечь чем, реакция на температуру специально повышена.

- А чем он занимается, не знаешь?

- Говорит, скрещивает технику с магией.

Точно. Я как в воду смотрел. На кого-то из этих милитаристов он работает. Переделывает технику для магического мира.

- Сказал, зарабатывает нам на поездку по Средиземноморью.

Я прикидываю порядок суммы. Маловато. Даже если учитывать что перед поездкой свадьба будет (только бы не проболтаться).

- Мало это. Работа сверхсрочная, уникальная. Можно сказать - ручная работа. За нее надо на порядок больше платить. Проследи за этим. Если что, наш знак за Свалку (красивая, кстати, псиная голова на фоне цифры 3) покажешь и намекнешь, что капитану это может не понравиться.

Пока я говорю, выражение лица девушки меняется от удивления через задумчивость к решимости. Невольно любуюсь заострившимися скулами и затвердевшим подбородком. Что и требовалось. Теперь за своего парня, она кого угодно в асфальт зароет и уверен, что этот дополнительный порядок из них вытрясет. А мы если что поможем. Хорошо она не догадалась спросить, откуда я это про работу знаю.

В реале вроде все дела сделаны. Надо продуктов себе купить и можно назад. Надо еще по виртуальным закромам пройтись – на предмет информации.

Глава 3

Захожу на один из рабочих акков, тот, который программистский.

В ящике 532 письма. В основном старые или хорошо замаскировавшийся спам. Беру последние десять писем, бегло пролистываю. Все датированы вчерашним или сегодняшним числом. Во всех предложения срочной работы от солидных нанимательских контор. Обещают золотые горы. От письма к письму горы растут. Беру предпоследнюю десятку - это вчерашние и позавчерашние. От ранее просмотренных отличаются только три. Два от знакомых программистов, остальное содержание то же самое.

Последнее - приглашение на пресс-конференцию от какого-то Европейского Центра Гендерных Исследований. Почему-то сразу думаю об эльфах. Интуиции надо доверять. Если поторопиться можно даже успеть к началу. Выхожу на балкон и, оттолкнувшись от края, взлетаю. Я в облике ворона – самый подходящий облик для городских условий.

К началу не успеваю, в вирте несмотря на первое января людно. Воздух так и кишит всякой летающей гадостью.

Перед ступеньками серой монолитной коробки пресс-центра курят какие-то типы типично журналисткой наружности, с камерами и микрофонами. Обоняние пронзает сладковатый запах разлагающейся плоти с широкой лентой фекалий. Понятно – желто-чернушная пресса, низшая ступень. Шутки подсознания и использованного облика. Меняю вид и мягко приземляюсь на тротуар.

Я по-прежнему Ворон, но уже в человеческом обличье. Слышу сзади брёх одного из шакалов: - «Тоже мне Нео. Разлетались тут!». Удерживаю себя от объяснений, чем Ворон отличается от Нео, мараться не охота.

Поднимаюсь по ступенькам, справа от входа есть закуток. В нем стоят еще трое мужчин. Пахнет от них по другому – архивной пылью, сгоревшим порохом, парами бензина и почему-то дорогим мужским парфюмом. Двое тоже дымят, третий морщится, но не уходит.

- Ворон! Ты ли это?

Ага, с порохом и бензином все ясно. Знакомый журналист Никола-Питерский из GAME.EXE специализирующийся на шутерах и гонках. Жмем руки.

- Чего это ты у ЕЦГИ забыл? Или проблемы какие по их профилю?

Последнее явно подколка, но смысла я не понимаю.

- А с чего ты решил, что я к ним? И вообще где твоя вежливость? Представь меня коллегам.

- А здесь сегодня кроме ЕЦГИ никого и нету, забыл какой сегодня день? - улыбается Ник.

Ага, точно, наши еще не очухались после вчерашнего. Это только европейцам могло в голову прийти пресс-конференцию первого числа устраивать.

- Это, - поворачивается он к молодому парню в очках, - наша молодая ученая смена! Алеша Попович! Двигает вперед НТР в «Науке и Технике».

- Алексей.

Смущенно протягивает руку.

- Ворон.

Пожимаю. Рукопожатие крепкое, уверенное.

Никола продолжает в своей цирковой манере.

- А это наш гость из солнечных Альп! Макс из Максима!

Протягиваю руку

- Макс?

- Максимус если полностью. Я из Австрии.

Рукопожатие чем-то неуловимым напоминает Ваху или дядю Ахмета. Руку как бы осторожно зажимает в тиски, стараясь не помять.

- Борец?

- Айкидок.

Он похоже удивлен. Объяснять неохота.

Показываю приглашение от ЕЦГИ.

- Стоит туда идти? Чем они вообще занимаются?

Макс скептически улыбается. Ник сразу мрачнеет.

- Генедерными исследованиями они занимаются…

Непонимающе смотрю на Алексея.

- Исследованиями связанными с полом - поясняет тот.

У-у-у как все запущено. Почему в Европе – понятно. Они там уже до того доисследовались, что в Амстердаме назвать себя гетеросексаулом может быть опасно для здоровья. А у нас-то им чего надо?

Однако, положение надо спасать. А то журналисты как-то сильно заскучали. Копируя, только что прозвучавшие интонации Ника:

- Европейский Центр Половых Исследований! Плитка, ламинат, паркет, паркетная доска, ковролин! Мы исследуем ваш пол и дадим экспертное заключение о необходимости его замены!

Ага! Угадал. Повеселели акулы пера. Теперь можно о деле.

Вопрос к Алексею:

- И что там у них с научной стороной дела?

- Да запутано все, напустили туману, придумали какой-то средний пол – гендер. И на гуманизм напирают – дескать все войны от пола.

- Ага, и Жанна де Арк победила англичан потому что она женщина? Война всегда ведется за ресурсы. Даже когда лозунги сверху другие. Значит надо им эту связь порвать – наглядно так, на примерах. У тебя знакомые среди серьезных историков есть? Или те, кто причины возникновения европейских войн исследовал?

- А может не надо так сразу?

Это Ник. Макс смотрит одобрительно, но вмешиваться не будет.

- Надо Коля, надо. Иначе запудрят головы каким-нибудь чиновникам и будут мозги молодому поколению засирать, на законном, заметь, основании. Надо сделать так, чтобы любой чиновник от них как от ладана шарахался.

- Точно!

Так. Это нас уже кто-то подслушивает? Резко разворачиваюсь, так что крылья плаща взлетают на полметра. Молодые парень и девушка, еще моложе Алексея, почти дети. Девушка взвизгивает, но остается на месте. Молодец. Ворон в атакующей позе это нечто. Я как-то посмотрел фотки из коллекции админа «НВДД». В бою я, оказывается, страшен.

Поднимаю бровь. Сказали А говорите и Б?

- А еще их высмеять надо, издевательски. Так, чтобы над ними все смеялись, и каждый боялся, что про его связь с ЕЦГИ кто-то узнает.

- Дельная мысль. Вот ты и займись.

Парень делает круглые глаза, сейчас отказываться начнет.

- А Ник тебе поможет.

- А чего сразу Ник? Чуть что сразу Ник?

- А кто это описывал гонки между NFS, 4x4 и Дальнобоями на приз вашего журнала? Так описывал, что даже сами участники чуть животики не надорвали? Я потом три дня прессом маялся!

Похоже, моя похвала для Ника что-то значит.

- А вы, девушка, откуда?

- Алиса, из «Лизы».

Опа. Молодец, зубастенькая. Делаю вид что смутился.

- Ворон, из клана Воронов.

- Из земель Воронов!

Это уже опять Питерский.

- Пасть порву! Моргалы выколю!

Опять, опа. Молодые люди, похоже, не в курсе, бессмертную классику не смотрели. Макс загадочно молчит, а Алиса улыбается до ушей.

- Дмитрий, из «Комсы».

Ух, ты! А молодой-то птица высокого полета. Абы кого в «Комсу» не берут.

Пока все знакомятся друг с другом, привожу мысли в порядок.

- Значит так. Алексей! На тебе научное сообщество. Так чтобы от аргументов ЕЦГИ камня на камне не осталось, и камни в камнедробилку. Дима с Ником высмеивают их на все лады. Только, Ник, прошу, сильно не петросянь, а?

Шутка понятная не всем. Это мы с Ником поклонники двумерного кино и вообще конца 20 века. Кстати, среди игроков «Сталкеръ» таких много.

- А мне что делать? – спрашивает Алиса с интонацией ребенка оставшегося без подарка от Деда Мороза.

Что делать я еще не придумал.

- А мы с Вами, Алиса, рассмотрим эти исследования с Мужской и Женской точек зрения - спасает положение Максимус.

Причем большие буквы в названиях точек зрения чувствую не только я. Талант, однако.

Что-то я еще забыл. Что-то про журналистов. А! Блин! Удерживаюсь чтобы не хлопнуть себя по лбу.

- Кстати, Ник, тебя-то каким ветром сюда занесло? Алексей с Максом вроде как по специальности. А ты чего у ЕЦГИ забыл?

- А, да это Зловред меня направил, злыдень. ЕЦГИ является спонсором Эльфгора в Эльфостане. Вот меня и послали посмотреть, что да как. Больше никого из наших не смогли найти, блин!

Злыдень и Зловред – это прозвища главного редактора GAME.EXE. Не подвела меня интуиция. Эльфами тут пахнет просто оглушительно. А еще большим количеством новой хрустящей бумаги. И Ник что-то темнит, нюх у него тот еще. Хотя, может, провинился перед Зловредом или и то и другое…

- А Вам, зачем приглашение прислали?

Опять Алиса. Есть нюх у девочки и цепкость есть.

- Да я же еще и программист. Им наверняка для виртуальности хорошие программисты нужны. Индусов тут не наймешь.

Алиса скептически улыбается. Типа такой уж классный программист? Наступаю на ногу Нику, чтобы помолчал.

- Индусов нельзя нанимать, потому что это с их мировоззрением не сочетается. Они же этот центр сразу зачистят в виртуальности, как только узнают чем они, на самом деле, занимаются.

Все улыбаются. Да, индусы это могут. Как зачистили каких-то американских сектантов, которые под кришнаитов косили. И самое главное, не дали им возможности открыть новое представительство.

- Ну ладно, мне тут делать нечего. Пойду.

- Момент!

Максимус берет меня под руку, отходим в сторону.

- А Вы всегда незнакомыми людьми командуете при первой встрече? – улыбается он, смягчая вопрос.

- Вроде мы уже на ты? И Ник нас же представил.

- Не увиливай.

- Да это все облик Ворона. Я же не случайно представился как Ворон из Воронов. В «НВДД» у меня команда в клане Ворона. Пару раз даже военным вождем клана избирали. Оттуда и навыки командования. Политикой тоже приходиться заниматься.

- Так это Вы перемирие с волками заключили!?

Опять Алиса! Да что же это такое! Все про меня все знают!? Один я, дурак, ни чего не знаю!

- Во-первых, подслушивать нехорошо. А во-вторых, один игрок за весь клан ничего не сделает, там еще и Кошки постарались.

В смысле попытались помешать. А мы эту интригу аккуратно вскрыли и Волкам на блюдечке подсунули. Вот Волки и обиделись и замирились с нами. Только этого я ей говорить не буду.

Алиса, похоже, обиделась или вид делает.

- А я вовсе не к вам, я к Максимусу шла. Остальные разбежались уже.

- Ну тогда и мне пора.

Стартую прямо с тротуара, пока журналистам в голову еще какой-нибудь вопрос не пришел. Им же только нитку дай, весь свитер распутают (или распустят?).

Глава 4

Выхожу из вирта. Надо бы чего-нибудь поесть перед вечерней битвой. Кстати на счет поесть, чем это так вкусно пахнет? Неужели!? Не может быть! С дрожью в коленях вхожу в кухню. Она! Стоит у плиты и чего-то жарит. Оглядывается …

Стоим обнявшись. Чувство легкого дежавю.

- Костя, отпусти меня. Обед сгорит ведь.

- Пусть горит.

- Ты как хочешь, а я есть хочу!

Выворачивается из моих рук.

Макароны по флотски с какими-то приправами почти не пригорели.

- Еще немного и готово будет. Накрывай на стол.

Ставлю ее любимые тарелки с голубой каймой.

- Можно я от тебя сегодня в вирт уйду?

- Можно.

Тебе теперь все можно. Даже по моему хвосту каблучками ходить. Ну и болван я был, что не попробовал второй раз все выяснить…

* * *

На собрание команды чуть не опаздываем. Спасибо Карсе - догадалась, что на вершину башни я в облике Ворона-человека подниму нас быстрее, чем если мы будем по лестнице карабкаться.

Башня – это владения Стика. Поэтому наверху не только огромная посадочная площадка, а еще бассейн и бар.

Меняю облик с провокационного (для Багиры) Ворона на нейтрального Черного Пса (опять же человека). Заходим с необычного места, поэтому команда, развалившаяся в шезлонгах перед бассейном, о нас не подозревает. Кроме разве, что Кота стоящего возле барной стойки лицом к нам и Стика, который здесь хозяин и мою магию даже самую слабую должен чувствовать.

- Чего-то опаздывает наш маг на все руки, - Хронавт, как обычно серьезен и собран.

- У него еще 30 секунд, подождем.

Багира уверена в себе, либо тоже почувствовала мою магию, либо хорошо знает Карсу. Вот уж кто опаздывать не любит.

- Ну ждитя!

Блин! Карса как всегда всю обедню испортит. Я хотел на команду исподтишка посмотреть, и на то, как Багира из положения выйдет. А эта рыжая бестия взяла и раскрыла карты. Всегда она такая порывистая. За это и люблю.

- А-а-а! Пёсик! А пощупать можно!

Белочки. Виснут на мне. Похоже действительно рады.

- Еще раз пёсиком назовете – откушу чего-нибудь!

Демонстративно щелкаю челюстями. Смеются. Не верят. А зря. Эти полгода мне не легко дались. Ворона на них нет.

Передо мной новый человек. Чем-то неуловимо напоминает пилота или морского офицера. Наверное, это Ильюша?

- Разрешите представиться, Виктор Селиверстов. Командир носового плутонга «Александра Третьего».

- Константин. Черный Пёс. Не пират.

Жму руку. Среди своих принято называть настоящее имя, а вот фамилию не обязательно. Имя не угадал, а вот профессия верная.

- А, простите, откуда у Александра III носовой плутонг? Он же памятник?

Смеются. Похоже, я не первый кто про памятник ляпнул. Это не считая того, что на линкоре «Император Александр III» не было носового плутонга. Только бортовые, для вспомогательного калибра 130 мм.

- Я вообще-то башнер. Вон с Мишкой в Монголии по степи катались.

Опа. Это сколько же Косолапому лет? Я думал он подросток, а он даже старше меня. Я вот в Монголию не попал - контрактного стажа не хватило.

- Так откуда Александр III?

- Из «Цусимы»

Ничего не понимаю! У цусимского «Александра III» орудия были башенными!? А создатели игровой вселенной «Цусимы» гордились как раз точным воссозданием кораблей и технологий начала прошлого века. Осторожно интересуюсь:

- Какой-то новый проект броненосца?

- Нет, проект старый. Это я свою башню плутонгом называю. В ней темно как в каземате. А «командир носовой башни главного калибра» как-то длинно звучит.

Складно поет. Только военные (а тем более, военные моряки) таких неточностей не допускают. Похоже, это была проверка, и я ее прошел.

Следующий парень больше похож на баскетболиста. Высокий, нескладный, с длиннющими ручищами. Такому альбатросом быть или, на худой конец, кондором. Рука тонет в огромной ладони.

- Сергей. Ильюша.

Заинтересовано смотрю вверх. Первое это имя. А второе прозвище.

- Муромец?

Опять смех. Похоже, я у Хрона сегодня хлеб отбираю.

- Не. Я просто в ИЛ-2 люблю летать. Я вообще люблю летать.

- А облик какой? Альбатрос или кондор?

- Недолет. Хотя рядом. Птеродактиль.

Изо всех сил пытаюсь не засмеяться. Слышали анекдот про летающего крокодила? Так это он и есть! Бормочу как бы себе под нос, но так чтобы все слышали:

- Понятно тогда кто меня перекусит если что.

Ржут. Сергей тоже улыбается. Он, похоже, в курсе местной легенды.

Второй участник легендарного действа мнется неподалеку. Надо ему помочь.

- Ну иди сюда, мой косолапый друг! Мириться будем! Руку давай. Да не боись, не откушу. В следующий раз под ноги смотри, а то можно в капкан наступить.

- Так я и наступил. Всеми четырьмя лапами.

О! Судя по тому как веселятся Белочки, это старая местная шутка. Зря я Косолапого в стрельбе подозревал. Это 100% не он. Ну ничего, список еще до конца не пройден.

Кого я еще не видел? С Хронавтом и Багирой мы уже сегодня общались. Стик меня еще на подлете магией поприветствовал. Салютую Коту. Он отвечает мне рукой со стаканом тоника «Швепс» (он всегда его пьет) и падаю в шезлонг рядом с Хронавтом. Карса устраивается справа.

Багира выходит к бортику бассейна и хлопает в ладоши.

- Ну раз все собрались, то давайте обсудим что мы сегодня должны делать, а чего делать не должны.

Минут пятнадцать обсуждаем диспозицию, сигналы, обязанности и права наблюдателя, принципы начисления очков и т.д.

Связь нам обеспечивают админы Эльфостана.

Возникает жаркий спор на счет того, имеем ли мы право на применение боевой магии против одной из сторон. Сходимся на том, что только при защите от прямого нападения и по возможности защитную и не смертельную.

Решаем прикрыть себя заклятиями невидимости. У Стика, меня, Белочек и Багиры заклятия свои. Кот с Косолапым пользуются покупными очень приличного качества. Хронавт сказал, что возьмет плащ невидимости у эльфов (тоже неплохой вариант). Виктору заклятье делает Багира. Я то же самое делаю для Ильюши.

Оказывается, Карса тоже в команде наблюдателей. Она координатор и статистик.

Заканчиваем минут за десять от установленного времени.

Организовано топаем на взлетную площадку Стика, там открыт прямой портал в Эльфостан.

Глава 5

Сразу за порталом нас ждут местные админы. Высокий красивый эльф и огромный орк квадратной наружности.

Получаем амулеты связи и интерактивную карту местности.

Взяв карту и амулет, Карса возвращается на крышу башни. Портал сразу сжимается в маленький шарик и становится невидимым. Теперь чтобы его найти – нужно приложить кучу усилий. Стик наверняка его куда-нибудь спрячет. Да еще и защитит как пресловутую зеницу ока.

Расходимся. Принятие облика иногда интимный процесс и чужих глаз не любит. Багира уже колдует над Виктором. Мне тоже надо Сергея обработать.

- Принимай облик, я отвернусь.

- Я же отсюда потом не взлечу.

- Не боись, я тебя катапультой подкину метров на 100. Хватит?

- Должно хватить.

Отворачиваюсь. Багира уже закончила и сама убежала в сторону долины. Сзади раздается басовитое покашливание.

Ё! Вот это пасть! Птеродактиль сидит на лапах, крылья сложены за спиной. И все равно занимает половину небольшой полянки. Как же я его заклятьем укрою? Надо чтобы он крылья расправил, а то прорехи будут.

- Возвращайся. Придется тебя в воздухе маскировать. В воздухе обратиться сможешь? – кивает – А взлететь человеком? – опять кивок. – Ага, здесь через минуту.

Отхожу в кусты. Мне тоже надо Ворона на себя натянуть, чтобы в воздух взлететь. Возвращаюсь. Ильюша заинтересовано смотрит на мой черный реглан.

- Взлетай давай. Я догоню.

Он приседает и вдруг прыгает в небо. Прыгает высоко! В самой высокой точке полета превращается и раскрывает крылья точно саранча. Ловлю слабый отзвук магии. Смесь катапульты и чего-то еще. Отдачи почти нет – это магия высокого качества, видимо покупная.

Взлетаю сам. Я все еще в образе человека. Догоняю. С трудом. Все-таки у него размах крыльев метров десять. Один мах и под крыльями ураган. Обхожу по спирали одновременно накладывая заклятье невидимости. Птеродактиль пропадает из видимого диапазона. Перехожу на ультрафиолет, проверяю, чисто. В инфракрасном режиме видны глаза и маховые мышцы. Исправляю.

Ультразвук. Черт! Видно как на ладони. Видимо, во вселенной не предусмотрен такой тип обнаружения. Халтурщики! Это же самый простой из локаторов. Как бы тебя замаскировать? Ага, сделаем вязкое воздушное прикрытие, которое будет ловить и запутывать звук. Вспоминаю азы магии воздуха, потом экстерн. Воздушные волосы подойдут. В конце, из чистого мальчишества, добавляю активную защиту из арсенала Ритора.

Проверяю на всякий случай дециметровым радаром. Опять двадцать пять! Виден амулет связи. Маскирую. Тут же в голове раздается взволнованный голос Карсы:

- Кост! Куда Ильюша пропал? Я его не вижу!

- А поговорить?

- … Не отвечает!

Снимаю маскировку амулета.

- А так?

- А так я тебя тоже слышу (ворчит Ильюша).

Понятно. Рабочая частота.

- Всем! Циркулярно! Амулет связи светится на частоте земных радаров! Будьте бдительны!

- Стик, на связь. Ты как амулет прятал?

- На спину положил.

- Стик, я серьезно!

- И я серьезно. Радары-то снизу будут.

Помогаю Сергею переместить амулет на спину.

Сам ухожу в невидимость. Подправляю заклинание с учетом местных условий. Делаю на макушке дырочку в дециметровом диапазоне для амулета. Тут же получаю выволочку от Карсы и от Багиры, за нарушение режимов связи.

Вон уже и Эльфгорн.

Высматриваю себе высокое дерево на опушке леса. Так чтобы хорошо видеть поле боя. Ага, то что надо. На подлете ловлю отблеск на своем личном радаре как от амулета. Похоже, дерево кто-то занял.

- Карса, рядом со мной кто-нибудь из наших есть?

- Нет. Ближайший номер Ильюша, 200 метров на северо-запад, удаляется.

- А по высоте? - это чтобы не расслаблялась.

- Превышение 400 метров.

- Как узнала?!

Я точно помню, карта была двумерная. Сам ищу другое дерево.

- (с превосходством) Триангуляция по амулетам.

- Извините что вмешиваюсь, – это Стик, – но на портале еще и объемный радар есть. А справа от бара трехмерный куб местности.

- Ух ты! Да здесь все лучше, чем на этой эльфийской поделке.

- Орочьей, эльфы амулеты связи делали.

- Стик, ты информацию с карты на свой радар заведи.

- Ага… Угу… Готово.

- Вау. А что это такое черное с юга ползет?

- Отставить балаган на канале. Это орда.

Быстро подлетаю ко второму облюбованному дереву и чуть не втыкаюсь носом в радиоволну. Узкий луч уходит на юго-восток под 30 градусов к горизонту. Видимо, на самолет (или спутник) ретранслятор. По источнику луча нахожу антенну, а по ней человека в ларингофоне. Корректировщик орды, етить его! А мне куда?

Аккуратно сажусь у подножия дерева. Не снимая маскировки перекидываюсь в куницу – мой любимый разведывательный облик. Ну и что, что слабая, зато незаметная и легкая.

Быстро, но аккуратно поднимаюсь на самую верхотуру. Человек меня не замечает. Эльф с соседнего дерева, тоже. Оба увлечены наблюдением. Устраиваюсь поудобнее, как фанат на трибунах.

Скоро начнется.

Глава 6

Орда наступает, разбившись на несколько отрядов. На дальнем от меня крае идет толпа (по-другому это сборище и не назовешь) упырей и прочей нечисти. В центре несколько людских отрядов численностью до роты. Странно, я думал людей здесь больше. Ближе ко мне организованно топает отряд гномов-механиков с мушкетами и другими приспособлениями для «огненного боя». Ни орков, ни техники не видно.

Кстати, о технике. Чуть не забыл.

- Карса, мне срочно нужна Аля на закрытом канале!

Слава богу, вопросов не задает.

- Соединяю.

Громкое шипение шифрованного канала, прерываемое трелями срочного вызова, резко вплескивается в голову. Это маленькая месть. Ну рыжая! Погоди у меня. Уменьшаю громкость до терпимого уровня.

- Аля?

- Да?!

- Это Черный Пес, слушай и не перебивай. Срочно выводи Технократа из комы. Прижги чем-нибудь. Будет возмущаться скажи следующее: создавать – это одна ответственность, использовать – совершенно другая. Назад не пускай. Пусть лучше поспит. Все поняла? Вопросы есть?

- Никак нет, командир.

- Действуй!

Отключаюсь. Кажется, успел.

- Ты чего там девушке мозги пудришь?

Карса? Подслушивала она что ли?

- Во-первых, ничего подобного. А во-вторых, эта девушка имеет знак «Три дня на Свалке» и сама может за себя постоять.

Кто-то восхищенно ахает. Черт! Я думал, Карса вызвала меня по личному каналу. Почему-то среди оборотней это знак имеет какое-то преувеличенное значение. Не понимаю. Ничего такого мы в тот раз не делали. Ну держали Свалку три дня всемером, против нескольких сотен сталкеров. Так мы же не сами воевали, а в основном слепышей и псевдопсов натравливали. Тоже, кстати, сотни три их было. Не понимаю.

- Перестали канал засорять! Все внимание на поле! - Багира, держит руку на пульсе.

Кстати, она права, как-то подозрительно эльфы возле города зашевелились.

- Вижу на карте, эльфийскую батарею гвардейских минометов! - информирует Карса.

- Подтверждаю! Три MLRS. – докладывает откуда-то сверху Ильюша.

- ЗАЛП! – радуются Белочки хором

Машины выбрасывают в воздух свои хищные снаряды. Как-то они странно летят. Ешкин кот! Эльфы накрывают кумулятивно-осколочными зарядами свой же правый фланг. Что-то около 650 гранат, да на 36 ракет. Короче вряд ли там кто-то выживет…

Что-то здесь не так. Не могли артиллеристы на полтора километра ошибиться. Меняю диапазоны зрения, внюхиваюсь в воздух, в общем, ищу магию.

- Мазилы! Минус два эльфам-наводчикам, - опять Белочки.

- Наводчики здесь ни при чем, это магия. Плюс один оркам за заклинание.

Багира уже что-то нашла, она ближе. Наконец и я вижу орочье «Не смотри». А силы, силы, в него сколько вложили! Но оно только внимание сбивает, ага, есть еще одно.

- Еще плюс один людям за «Короткий взгляд». Очень аккуратно совместили, сволочи.

- Тогда еще плюс один за взаимодействие.

Тут Багира права. Да и голос второй у нее есть.

- Минус два наводчикам утверждать? – спрашивает Карса.

- Нет. Оба минуса магической защите.

Похоже, эльфам пришлось с ходу вводить в игру свои тузы из рукава.

Крейсерские танки, пройдя мимо разгромленного правого фланга, на полной скорости врубаются в левый фланг наступающей орды. Больше всего это похоже на атаку колесниц. Потеряв разгон, танки начинают планомерно утюжить упырино-троллью толпу.

Откуда-то со спины выныривает звено «Апачей» и идет в атаку на центр, засыпая людей ракетами НУРСов. Волей-неволей им приходится частично идти на бреющем над правым флангом атакующих.

Гномы дружно делают пиф-паф, и один из вертолетов валится.

- Людям плюс два за магическую дезинформацию противника.

Багира замечает, что бОльшая часть людских колонн является иллюзией. Добавляю еще один за качество исполнения.

«Апачи», не получив добычи и расстреляв впустую половину боезапаса разворачиваются в атаку на гномов. Тем ответить пока нечем. Кремневый мушкет – это вам не автомат Калашникова.

Зато тролли на своем фланге творят чудеса, вернее сказать, классно шаманят. Конечно «Магнитное колесо» это не боевое, а скорее рудокопское заклинание, но эффект применения просто потрясающий. Три танка уже стянуло в большую кучу металлолома, четвертый, терзая заднюю передачу, пытается отвертеться. Получает выстрел из гранатомета в бок и обреченно утыкается в общую свалку. Плюсую трольих шаманов, оказываюсь уже пятым.

- Оркам плюс за наличие и маскировку зенитной защиты. И второй за своевременность ее применения.

Три «Шилки» орков, расходясь веером, эффектно чистят небо от эльфийских вертолетов.

- Ильюша осторожно, а то подстрелят!

- Если подстрелят, получат еще один плюс. Кстати, плюс оркам за эффективность зенитного огня.

Отряд «Абрамсов» пытается обойти троллей через пустой центр и нарывается на плотный фланговый огнь из ручных гранатометов с обеих сторон. Видимо, так и было задумано. Плюсую орду за тактическое мышление. В центр выдвигаются БТР с секирами на эмблемах.

Второй отряд «Абрамсов» гвоздят откуда-то издалека управляемыми снарядами. В полной мере понимаю, что значит выражение «сорвало башню». Башни тяжелых танков, пролетев десятки метров, устраивают настоящие просеки в эльфийских порядках. Слышу, как Виктор плюсует танкистов Орды направо и налево.

- Плюс эльфам за командную тактику.

Один из гномьих БТР-ов горит. Эльфы обстреливают второй сосредоточенным огнем, тот суматошно огрызается из всех бойниц. По большей мере в молоко. Минусую гномов за подготовку мотопехоты.

Словно стараясь отыграть мой минус, гномы-десантники вываливаются через задние люки и устраивают аттракцион «попади в длинноухого с пол рожка». Попадают только из-за большой концентрации эльфов. В «Сталкере» их с такой стрельбой уже бы сожрали. Добавляю второй минус за подготовку десанта.

В соседнее дерево откуда-то сверху втыкается ракета «воздух-воздух». Самонавелась на эльфийский амулет связи. Хозяина амулета нашпиговывает осколками и шрапнелью. Минус магам за маскировку амулета. Сразу хотел поставить, да повода не было.

В воздухе пара звеньев Як-141 лихо маневрирует, устраивая эльфиским воздушным силам локальный Армагеддон.

Видимо, зря я про Армагеддон вспомнил.

- Ахтунг! Спасайся, кто может! Эльфы пошли ва-банк! – Ильюша азартно кричит, пытаясь догнать Б-52.

- Воздушной разведке орды минус три. Прозевали такую тушу. – Стик, как всегда, обстоятелен и спокоен.

Б-52 сбросил какой-то подарок на парашюте. До меня медленно доходит, что это не Worms 3D. Быстро вниз! На полном ходу пробегаю прямо по человеку корректировщику. Спрыгиваю на землю. Лихорадочно перекидываюсь в свой самый защищенный от катаклизмов облик. Кажется, успел! И тут меня подбрасывает земля и следом вминает воздух.

Глава 7

В голове стучат куранты. Я все еще на дереве? Я же помню что спрыгнул, но по ощущениям я вишу. Осторожно открываю правый глаз.

Лучше бы не открывал! Три орка-пехотинца стоят полукругом. Средний держит меня на вытянутой лапе за заднюю часть.

- Чёзанах?

- Смотри какой лиса жирный! Шашлык можно делать.

- Да это ж песец.

Набираю полные легкие воздуха:

- ПОЛНЫЙ ПЕСЕЦ!

Падаю на землю с двух метров. Орки в ужасе разбегаются. Они не трусы, нет. Просто на эту фразу у меня подвешано защитное заклинание. Похожее на орочье «Ужоснах!», честно говоря, сделанное на его основе, только более качественное. Поэтому на орков оно действует особенно сильно. А силы я со злости не пожалел. Так что ребята не смогут воевать еще час - полтора.

Крики, вой и орочьи маты в лесу раздаются как-то очень активно. Трем оркам производить столько шума не под силу при всем желании.

Вызываю статистику по заклинанию. Ого! Три единицы поражение «запредельное» - полчаса ужаса, и полтора часа отложенных последствий. Они даже в кустики ходить без охраны будут бояться. Пять единиц поражение – «сильное», остальные «среднее», общее число пораженных единиц – 25. Минус оркам один отряд…

Осматриваюсь. Вершины деревьев больше всего напоминают карандаши, только немногие сохранили крону, все вокруг усыпано ветками. Тушка ордынского наблюдателя лежит рядом. На лице застыло выражение крайнего удивления.

На долину смотреть больно. Ощущение, что какой-то местный бог подровнял пейзаж огромным рубанком, потом еще шкуркой прошелся и под конец сунул все это в коптилку. По земле стелятся густые полотнища дыма и гари.

Эпицентр в районе танковой позиции орды. До меня километров 5-6. Смотрю распределение поражающих факторов (как ни странно статистика мне до сих пор доступна).

Как и следовало ожидать, самым мощным оказалась ударная волна – рубанок это ее работа. Световое излучение – сработало как-то странно, вместо того чтобы все вокруг зажечь только прокоптило (вот откуда запах обгорелого дерева).

Радиационное излучение вообще не сработало, вернее, целиком преобразовалось в «Святой свет». Нечисть тут теперь несколько лет появляться не сможет.

Радиационное заражение – преобразовано в какой-то запредельный уровень отравления. Пока нам это не страшно, движок относит это поражение к непереносимым и поэтому не отрабатывает. Плохая новость, все кто попал в зону поражения и выжил – в плену. Кстати, отравление почему-то не действует на траву и деревья.

Электромагнитный импульс сработал как надо. Вся электроника, которая работала в момент взрыва, выжжена намертво. Амулет тоже превратился в красивую эльфийскую деревяшку.

Война в долине, однако, продолжается. Наступающих гномов и троллей выкосило почти полностью. Но им на помощь с другого конца выжженного пространства идет орочья и людская пехота. Один из передовых отрядов которой я только что разогнал. Техника, попавшая в зону взрыва, частью уничтожена, частью обездвижена.

В центре обнаруживаются остатки гномьего десанта. БТР-ы спасли их от удара. Правда, живут они не долго. Какой-то человек устраивает гномам показательный урок в стиле «Слалкеръ» - «зачистка неопытного бандитского дозора на Свалке». Бородачи пытаются отстреливаться, но выглядит это неубедительно.

Статистика относит убитых гномов к жертвам эльфов, а не дружеского огня. Значит человек – наемник эльфов. Только почему на нем нет эльфийского идентификатора и оружие в руках не натовское? С идентификатором, видимо, та же история, что и с моим медальоном.

Устало плюсую эльфов за сообразительность и наемника за великолепное исполнение. С удивлением обнаруживаю, что статистика обновилась. Значит, доступ к интерфейсу наблюдателя у меня сохраняется. Придется отрабатывать авансы.

Проверяю: выживет ли в постапокалиптическом аду моя кунья шкурка. Как ни странно, да! Перекидываюсь и возвращаюсь на наблюдательный пост.

В рядах наблюдателей пополнение. Молодая эльфийка что-то горячо шепчет в микрофон. А оператор рядом не отрывается от видоискателя. Как камера могла выжить в таком аду? Не понимаю. Присматриваюсь. Это только снаружи выглядит как камера, а внутри какое-то хитрое эльфячье заклинание. Из старых. С тройным запасом прочности. Такие сейчас не делают.

В это время наемник явно задумал какую-то пакость. Умело маскируясь, он расставляет по полю ящики. Судя по характеру и структуре излучения, в них мощная взрывчатка. Ага, последние приготовления, и уже не скрываясь, направляется навстречу отряду орков рыл в тридцать.

Сначала орки тормозят. В смысле - пытаются своими медленными мозгами провести сложную умственную работу. Человек помогает им характерным жестом. Отряд взрывается грозными криками и всей толпой бежит точно в расставленную ловушку. Еще один плюс эльфийским наемникам.

Бабахнуло знатно. Видимо гномы хорошо поколдовали над взрывчаткой, это они умеют. Орочьий отряд раскидало равномерным слоем по площади с гектар величиной.

Пока я отвлекался на подсчет площади разброса, наемник уже очухался и беседует с четырьмя эльфами. Вдруг эльфы достают катаны и начинают выполнять обряд «очищения от мирской скверны». Э, ребята, такого опасного человека надо было сразу убивать, если уж собрались. Вот и результат - четыре эльфийских трупа.

Специалист скорбно стоит над трупами. Видимо, размышляет о сложности и неоднозначности межрасовых коммуникаций. Так же, с выражением глубокой задумчивости на лице, получает магическую эльфийскую стрелу в голову. Жаль.

Меж тем подходит основная группа оркско-людской пехоты. Несмотря на применение мощного оружия, эльфы явно проиграли битву.

Положение спасает всеми забытая Первая Эльфийская Гвардейская Минометная Батарея. Пока остальные устраивали взаимный геноцид, артиллеристы успели перезарядится. А дальнее расположение спасло батарею от последствий показа Кузькиной Матери.

Такого плотного накрытия, как в первом залпе, не получается. Да оно и не нужно. Более 23 тысяч гранат равномерно засевают порядки вражеской пехоты. Добивать на перепаханном поле просто некого. Странная кстати методика, сначала засеять, и только после этого вспахать.

Плюсую артиллеристов. С удивлением обнаруживаю, что мой плюс третий. Значит, из наших кто-то еще жив. Тут же появляются еще два. И, напоследок, минус с темой: «Всем выжившим наблюдателям собраться в точке сброса. Багира.» Странная идея использовать меню статистики для связи между наблюдателями, хотя действенная.

Тут же меню статистики окрашивается серыми цветами недоступности. А над полем битвы зависает надпись из дымных букв «Битва закончена. Зафиксирована ничья» и подпись «Наблюдатели». Это явно Стик. В его стиле.

Автор дымного шедевра вываливается из невидимости, зависнув в паре метров от вершины дерева, на котором я устроил наблюдательный пункт.

- Забирайся, подвезу.

Это кстати, устал я, лап не чувствую. Тоже выхожу из невидимости.

- Как нашел? Я думал маскировка надежная.

- А я по последнему пеленгу на твой амулет летел.

Снизу на нас отвесив челюсть, пялится военная корреспондентка эльфов, одной рукой пытаясь оторвать своего оператора от интересного занятия съемки дымной надписи.

Чтобы окончательно добить преувеличено подмигиваю ей правым глазом. Вы когда-нибудь видели подмигивающую куницу? Жалкое зрелище, тем более с 20 метров. Поэтому в моем моргании больше магии, чем действия. Глаз увеличивается до размеров вишни и моргает, уменьшаясь до нормального состояния. Заключительный штрих движение головой, и, конечно, небольшое заклинание привлечения внимания. Все, сейчас в обморок хлопнется! Запрыгиваю дракону на спину, и он отчаливает.

- Зачем девочку напугал?

- А чего она на нас смотрела как баран на новые ворота!?

- Во-первых, не на нас, а на меня! А во-вторых, ты часто эльфийских принцесс видел?

- Это ты к чему?

- Я для этой девочки, все равно, что для тебя эльфийская принцесса.

С трудом удерживаюсь, что бы не высказаться о сексуальных фантазиях молодой эльфийки. За такое Стик меня, конечно, не убьет, но топать до портала пешком нема дурных.

Кстати, а куда мы летим. Точка сброса в другой стороне.

- Еще надо Рыженькую подобрать.

Черт! Неужели я так громко думаю!

- Нет. Просто в этом облике у тебя все эмоции на морде. И не вздумай менять! А то пешком пойдешь.

- А кто еще из наших выжил?

- Ильюша и Багира. Сами доберутся.

- А как ты собираешься Белочку искать?

- Не придумал еще. Сама нас заметит.

Не, так не пойдет. Это по отношению к Рыженькой не честно. Складываю лапы особым образом ко рту. Испускаю свою фирменную трель из щелчков и писков. Слышу издалека ответное «Цок-Цок-Цобе».

- Левее 20 градусов!

- Есть левее 20 градусов!

Это он вспомнил лихие денечки в «Пиратах». Где мы, собственно, и познакомились.

- Так держать!

Подбираем белочку и рулим к знакомой полянке. Катаклизмы битвы ее почти не задели. Багира и Сергей уже там. Спрыгиваем и разбегаемся по кустам – обращаться.

Через минуту собираемся вместе, и Стик открывает портал.

Глава 8

Остальные уже здесь. Нас встречают радостным рёвом. Кот2006 опять сидит возле бара, как будто не уходил никуда.

- Кот, намешай мне чего-нибудь на свой вкус.

- Мартини со «Швепсом» пойдет?

Мог бы и догадаться.

- Ладно, давай.

Кот берет бокал и подставляет его под кран стоящего на стойке ведерного самовара. Набулькивает. Ошалело пытаюсь понять в чем же подвох. Пробую – действительно мартини и чистый тоник один к трем.

- И сколько там?!

- На всех!

Весело тут у них.

- Разбор полетов сейчас или завтра?

Карса еще работает. Дружно смотрим на Багиру.

- А что уже есть чего разбирать? – кивок, – Тогда сегодня, пока все здесь и впечатления не истерлись.

Такое сотрется, пожалуй! Еще год буду вспоминать, как от атомного взрыва прятался.

- Какие к нам есть претензии? Много?

- Да почти нет. Наоборот большинство отмечает качественную работу. К команде поступила только одна претензия. Насчет ядерного оружия. Отвергнута на основе пункта 3.7 контракта «Ограничения на дополнительные вооружения». Ядерное оружие удовлетворяет всем ограничениям.

Ух ты! У нас и контракт есть.

- Остальные, скорее претензии к отдельным членам команды и отдельным оценкам.

- У нас не может быть претензий к отдельным членам команды. Все претензии к команде целиком.

В этом я с Багирой согласен. Сам бы так за свою команду ответил. Потом бы, конечно, вставил фитиль провинившимся, но для внешнего мира команда должна быть единой.

- Апелляционная комиссия собрана?

- Админы на связи, готовы предоставить логи и доступ к анимационному движку. Комиссия может собраться в течение 10 минут.

- А физика?

Это Виктор, сразу видно приверженца точной физики. Они в «Цусиме» на физике помешаны. Карса молчит, смотрит в небо, видимо переадресует запрос админам.

- Физика и магия считается прямо при трансляции логов. На анимационный движок идет уже рассчитанная картина. Стик, твой куб можно для видео просмотра использовать?

- Зачем? Пусть на нем карта отображается. Для видео я тебе другой нарисую.

Стик, делает пару жестов и чего-то говорит в пространство. Слева и чуть впереди от Карсы появляется видеокуб. Второй переезжает ей за плечо правее и выше. В небе появляется темная тучка, которая как бы невзначай закрывает солнце. Теперь Карса как в презентационной комнате, а мы как заинтересованные инвесторы сидим полукругом.

Вздыхаю про себя. То, что у дракона получилось парой малозаметных жестов, у меня потребовало бы несколько часов напряженной работы.

- Сейчас прокрутим установочную запись.

В кубе появляется Ильюша в человеческом обличье. Кто-то за кадром говорит скрипучим голосом: «Взлетай давай. Я догоню». Ох, и противный у меня голос. Хотя Ворону такой и положен. Илюша приседает и прыгает, камера на миг отстает, потом показывает его в полете. Вытянут в струнку, руки плотно прижаты, кисти немного развернуты, похож на воздушного акробата, догоняющего команду, только летит вверх. В верхней точке руки расходятся в стороны, миг и перед нами спина птеродактиля. Камера отъезжает, показывая его во всей красе.

- Стоп. Три секунды от начала. Медленный повтор.

Багире тоже интересно, что это за катапульта. Вот человек в кубе медленно приседает.

- Стоп. Инфра диапазон. УФ подсветка.

Картинка в кадре меняется согласно указаниям. Все правильно: магические заклинания в рабочем режиме должны излучать лицензионный код. Личные разработки не обязаны. Но я свои всегда подписываю. Во избежание.

Заинтересовано всматриваюсь в куб. Так, катапульта от «Прамаунт», еще невидимый шлем от «Старс Геймс». Шлем, надо полагать, чтобы не задыхаться при взлете. Буквы у лицензий четкие и легко заметные. Русская версия с возможностью применения в любой вселенной. Недешевые вещи, зато надежные как лом и с полной пожизненной гарантией. Кто-то из Белочек присвистывает, скорее всего, Серенькая – она в их паре больше магией занимается.

- Ну ты даешь! Я на эту катапульту уже год как облизываюсь. Но для меня даже локальная русская без поддержки дороговато… Поставила пока «Серую катапульту» от Серого.

- Я же не маг как вы, чтобы самому все делать. А взлетать с моими габаритами по-обычному не получается.

- Ну мог бы чего свободное использовать.

- Пробовал. Гарантию на все вселенные они не дают. А в «Серой катапульте» меня бы вообще в этом прыжке выкинуло из-за перегрузки. Кто мне ее напильником дорабатывать будет?

- Ладно, не заводись. Я была не права.

- Проехали.

Пока они спорят, я рассматриваю третью лицензию. Тот самый эльфиный медальон. Надпись на лицензии корявая – «ЭлЬф СоФт ИнК.» и применение только для Эльфостана. Ламеры – это диагноз. Такие надписи сейчас только у них можно встретить. Хакеры и игроки старой школы, у которых такие ники были изначально, стараются так откровенно их не светить, а то могут за ламера принять. Да и у них надписи из латинских букв.

Но ламеры не могли такую сложную штуку как средство связи сделать. Там же куча взаимодействий со средой, носителем, другими источниками, каналы и прочая заумь. Использовать чужие лицензионные разработки без указания авторства они не могут, даже если это все опубликовано под свободной лицензией и доступно кому угодно. За это можно получить реальный срок. В реале. А использование чужого кода в любой момент могут обнаружить автоматические сканеры на коммуникационных серверах.

Если они используют чужой код и ставят свою лицензию, то правообладатели обязательно должны быть указаны в тексте их лицензии. Так, а зачем точка в конце названия компании. Навожу курсор, увеличиваю. Точно. Роботам же пофигу какой размер букв в тексте. Я так и сам делаю, только я уменьшаю всю лицензию целиком.

Вчитываюсь в перечень авторов и начинаю дико ржать. Все непонимающе смотрят на меня. Потом на экран где выведен список. Кто-то догадывается отмотать команды назад, а потом снова вперед. Теперь смеемся втроем: я, Серенькая и Стик. Багира явно не в курсе. Хотя, если она магией плотно занялась не очень давно, то может и не знать.

- Ну! Объясните нам глупым, что вы такого смешного нашли?

Карса, как всегда, в своем репертуаре.

- Ой, не могу! Ой, ламеры! Стик объясни им! Я пока в себя приду.

- Ладно. Эта команда разработчиков занималась разработкой любительской радиостанции дециметрового диапазона. Вернее ее реализации для виртуальности. Что хотели они сделали и выложили под свободной лицензией. Потом кто-то из них на основе этой разработки сделал копию УКВ радиостанции. Та тоже пошла гулять по сети.

Издалека начал. Я бы сразу к сути перешел. Зато так интереснее.

- Оно бы ничего, ну использовали чужую радиостанцию, доработали для своего мира, даже авторов исходника указали. Только была с этими радиостанциями одна смешная и громкая история. Кто-то для вселенной «F-16» делал реализацию F-117 - Стелс. И при сборке вставил туда куски кода автоматических детекторов для радиостанций, честно указав авторов. Только не учли что в радиостанциях блоки детектора и излучателя объединены, а блок подавления шума на своей антенне сделан отдельно.

- В результате при тестировании альфа версии F-117 обнаружилось, что его почти любая зенитная ракета находит. Более детальный анализ выявил, что бомбардировщик излучает слабый сигнал, чуть ли, не по всему дециметровому диапазону. Виновный кусок кода, в конце концов, нашли. Написали разработчикам. Те долго смеялись. Дело в том, что подавитель шумов очень громоздкий и тяжелый, с виду ничего не делает, а работу программы тормозит. Вот его и удаляют первым делом.

- В общем, программисты посмеялись. Посоветовали где взять другой детектор для самолета. А эту историю вывесили у себя на оффсайте, как пример того «как НЕ НАДО использовать нашу разработку». Программистский мир потом долго еще гудел на эту тему. Короче БОЯН для посвященных.

- Просветились? Еще вопросы? Пожелания?

- Ага, Котик, не в службу а в дружбу, налей мне из твоего самовара, а то горло пересохло - сил нет.

- Тогда уж на всех. Карса вызывай админов, пусть собирают свой консилиум, и будем отбиваться.

Глава 9

Апелляционная комиссия собрана. По предложению Стика идем от простых вопросов к сложным. Первые несколько апелляций касаются оценок. Обычно достаточно наблюдателю, поставившему оценку, указать причину и/или показать ее на мониторе и вопрос разрешается. Так проскакиваем несколько простых оценок, выставленных моими товарищами.

Меня просят обосновать «минус» магам за маскировку амулета связи. Прошу показать 10 секунд до выставления оценки. Наблюдаем, как ракета «воздух-воздух» красиво поражает эльфа-корректировщика. Карса хмурится, потом начинает сама управлять экраном. Видим уже знакомую корявую надпись и список разработчиков.

Для нас Карса поясняет.

- Они там возмутились, типа еще не значит, что ракета на амулет пришла. Могла и просто с курса сбиться. Я им речь Стика оттранслировала.

- О! А можно мне тоже. На память!

- Все вопросы к Стику.

Приходит черед более сложных случаев. Виктора просят обосновать кучу «плюсов», которую он раздал ордынским танкистам.

- Пусть сами попробуют с пяти километров хотя бы в танк попасть! Не говоря уж про башню! - горячится тот.

Потом поясняет, что все плюсы, кроме первого, поставлены в случаях, когда оторванная башня тоже являлась средством поражения. Комиссия выпадает в осадок и начинает проверять.

Я про себя думаю, что могли бы и не мучиться, там практически любая оторванная башня в эльфийские порядки врубалась, шепотом спрашиваю у Виктора:

- Слушай, действительно сложно с пяти километров в башню попасть? Там же вроде снаряд управляемый?

- В реале? Да, сложно. Это же тебе не ПТУР. У снаряда свободы маневра в разы меньше. Да и не управляется он из танка в полете, только последние три секунды цель подсвечивается. Расстояние до целей приличное было – на пределе дальности. Тут бы в танк попасть. Хотя ему и этого будет достаточно.

- А в игре?

Усмехается.

- Тут же помех никаких. Даже воздух идеально однородный. Поставил точку, выстрелил, забыл.

В итоге забраковали только один «плюс», да и то потому, что башня пошла по ранее проделанному проходу.

- Следующий вопрос о первом залпе эльфийских гвардейских минометов. Почему минусов артиллеристам нет?

- Не трожь артиллерию! Если бы не они, орки с людьми сейчас бы победу праздновали! - Серенькая вся прямо кипит.

Но вопрос-то не про второй залп.

- Покажи им магические заклинания, кастуемые на MLRS за несколько секунд до выстрелов.

Карса сноровисто управляет экраном. Выделяет нужные заклинания. Комиссия, похоже, спорит между собой, но среди них есть серьезные маги. Поэтому к нам дополнительных вопросов не возникает.

Все наши оценки утверждаются.

Следующий вопрос. Нам показывают вид из кабины истребителя. Крутится вокруг воздушный бой. Куча звуков и индикаторов. В центре экрана в прицельной сетке мечется F-35. Есть захват. Пуск. С правого крыла срывается ракета. Красиво идет за маневрирующим F-35. На полпути вдруг словно врубается в стену (хотя какая может быть стена в воздухе) и не менее красиво разваливается на запчасти.

- Причем здесь мы?

Ильюша мнется.

- Это она в меня попала. Спасибо Черному Псу. Если бы не его защита, там бы меня и сбили.

Все смотрят на меня, потому что защита моя, значит и отвечать мне.

- Багира в контракт наши экзерсисы перед битвой включены?

- Да. Пункт 7.5 «В случае непосредственной угрозы жизни наблюдатели имеют право на применение защитной несмертельной магии».

- Тогда в чем вопрос?

Карса уже задает этот вопрос апелляционному комитету. Что-то меняется на экране. В стоп-кадре выведена схема воздушных потоков. На фоне размытого силуэта (воздушные волосы), легко заметно веретено защитного удара. Кстати, Ильюша мог и разминуться с ракетой.

- Где видно, что магия защитная? По виду воздушных потоков можно предположить активный удар по ракете.

Есть, есть у них опытный маг воздушник. Другой бы не догадался.

- Камеру на самый кончик правого крыла. Увеличение 100. Магический свет. Вот вам лицензия на активную защиту.

На экране надпись «Активная воздушная защита. (с) Ритор», номер сертификата и номер моей лицензии на использование.

- Согласно описанию защиты, она отбивает все атаки на расстоянии до одного метра от тела.

И пусть попробуют поспорить. Ритор среди воздушников маг авторитетный.

Следующий ролик показывает, как парламентер людей, одетый в какую-то безрукавку, убивает четырех эльфов. Эльфы требуют признать капитуляцию людей. Люди возмущаются и говорят, что никакого парламентера не посылали.

Что-то в этом эпизоде меня настораживает. Какой-то он обрезанный.

- Пусть прокрутят эпизод от появления парламентера.

Этот, казалось бы, невинный вопрос вызывает ожесточенное сопротивление эльфов. Багира рявкаяет

- Пусть показывают сначала или будем считать эпизод недействительным!

Голос капитана наблюдателей, видимо, уходит на комиссию напрямую. Потому что в кубе начинается показ эпизода с подхода человека. Ну ясно, чего эльфы сопротивлялись. Убийство парламентера – это одно из самых караемых преступлений. Тем более по обряду «очищения скверны». По ту сторону начинается свара. Про нас временно забыли.

Пользуясь паузой, Рыженькая объясняет, что цель обряда в получении большого количества маны. Неаппетитные подробности издевательства над источником маны благоразумно только обозначает. Повезло человеку.

Меня не отпускает ощущение, что где-то я это уже видел. Прошу прокрутить эпизод дальше. Человек задумчиво смотрит на трупы и тут в голове у него возникает стрела. Вот оно!

- Стоп! Грудь человека крупно!

Кажется, я слишком громко ору. Забыл, что вокруг сидят свои. На груди ничего нет. Странно.

- Выше на 30 сантиметров.

Ага. На шее виден шнурок, который обоими концами уходит за спину.

- Разворот камеры. Спина человека крупно.

Любуюсь на «мертвый» эльфийский амулет. Ха! Оказывается, повезло эльфам. Я этого наемника в деле видел. Мне даже представить страшно, какую бы месть он для эльфов выдумал.

- Это что?

- Это? Это эльфийский идентификатор для своих наемников.

Багира свирепеет. Ругается какими-то кошачьими ругательствами. У Кота и Хронавта краснеют уши. Карса стоит с застывшим лицом. Наконец поток ругательств иссякает.

- Еще раз такая подстава будет, я эльфам техническое поражение засчитаю!

С той стороны потрясенная тишина. Они явно не понимают, что так могло прогневать нашего капитана. «Техническое поражение» это не только проигрыш битвы и выплата репараций. Это еще и несмываемое пятно на репутации. Как правило, оно означает, что одна из сторон вела борьбу заведомо с нарушением правил. Если вы хотите играть «без правил», то вводите только одно правило «Без всяких правил» и все будет тип-топ.

Я помню случай, как именно из-за технического поражения перестал существовать один из кланов в «Сталкеръ». Они нарушили ограничения, которые сами же и установили. Правила самой игры они формально не нарушали, поэтому админы вмешиваться не стали. Их презирали все, даже монстры. В клан перестали приходить новые игроки, а старые пытались всеми правдами и неправдами откреститься от своего участия в этом клане.

Некоторым даже удалось остаться в игре. По решению совета кланов их засунули на нижнее звено иерархии. Неопытными бандитами на АТП, на Свалку и на Агропром. С обязательной отработкой нескольких десятков жизней. Таких опытных «неопытных бандитов» я после того раза больше не видел. Ох, и трудно же было…

Пока я предавался воспоминаниям, комиссии уже на пальцах объяснили и показали, что привело в бешенство нашего капитана. Они впечатлились. Эльфы теперь будут тише мыши под веником.

Надеюсь, это был самый сложный вопрос. Зря надеюсь. Орки предъявляют что-то серьезное. Что-то напрямую связанное со мной. Потому что Карса бледнеет и со страхом глядит на меня. Перевожу взгляд на Багиру. Она тоже в курсе. Губа прикушена, во взгляде потрясение пополам с сомнениями. Все, похоже, закончили. Карса не отрываясь смотрит на меня, губы дрожат.

- Они… Они требуют раскрытия личности.

Ох, нифига себе! Это серьезно. Это очень серьезно!

Карса беспомощно смотрит на Багиру. Та сначала смотрит на меня, потом на нее. Сомнения из взгляда вытесняет решимость. Выдает, словно гвозди молотком забивает.

- Согласно пункту 7.1 члены команды наблюдателей имеет право на конфиденциальность и тайну личности.

- Погоди командир. В чем суть обвинений?

- Применение запрещенного конвенцией активного психотропного оружия 8 уровня.

- Когда это? У меня и оружия-то такого отродясь не было.

Идиоты! Да даже если бы было. Я бы его все равно применять не стал. Без всякой конвенции! Я в отличие от них знаю, что это такое когда тебя такой штукой накроет.

- Время применения через полторы минуты после взрыва.

Так, это когда я без сознания что ли валялся? И тут до меня доходит. Это когда я орков распугиваю. Черт! Ладно, тут у меня позиции железные. Тут главное правильно выдержать линию поведения.

- Стик, у тебя случайно маски нет?

- Случайно есть. Лови.

Маска падает мне на лицо и сразу накрывает голову и плечи серой пеленой. Меняю под маской свой облик на человека соответствующего облику полной полярной лисы. Это Бондор – глава банды «Полный песец». Право на этот облик у меня есть. Честно заработанное. Я ему обещал в человеческом облике не появляться, так что маска весьма кстати.

- Багира, можно мне прямой канал на комиссию?

В моем голосе летят снежинки. Я этот оттенок неделю тренировал.

- Показ. 15 секунд до применения заклинания. Наблюдатель. Вид от первого лица.

- Ты чего рожу спрятал, сучий потрох?! Мы же тебя из-под земли достанем!

Горячится кто-то из главарей орков. Морда у него действительно страшная, но я не боюсь. Здоровее видали. Добавляю льда в голос.

- Мы будем доказательства смотреть или необоснованными обвинениями кидаться?

- Будем смотреть.

Это кто-то от людей. Суровое лицо больше похоже на гранитного идола. Такое же эмоциональное. Вот этот точно найдет хоть на дне моря, хоть на том свете.

- Показ.

Смотрим. Первые две секунды темнота, потом раскачивание. Потом открывается правый глаз. Ох, ну и рожи. Голоса орков. Потом я говорю спусковую фразу заклинания. Падаю. Бормочу себе под нос: «Шашлык ему! Да я тебя сам на шашлык нарежу, зажарю и съем!». Не помню, чтоб я такое говорил…

- Стоп.

- Ну и чего мы увидели?! Как кого-то взяли за жопу, а он с перепугу наших парней непроверенным заклинанием шарахнул!

Опять орк! Нарывается сука. Упираю в него ледяной взгляд.

- Извинись.

В моем голосе жидкий азот. Даже не знал, что у Бондора в арсенале такой тембр есть.

- Чего?

Он явно не понимает.

- На кого батон крошишь? Я же тебя самого за гузку возьму и в сортире замочу. Внюхал?

В голосе воет, предвкушая поживу, ледяная вьюга. Орка, похоже, достало взглядом прямо через маску. Он сбит с толку, но отступать не намерен.

- Он извиняется.

Опять человек. Перевожу взгляд на него, льдинки звенят о гранит. Он прав. Я должен закончить предоставление доказательств, а не организовывать новые проблемы.

- Принято. В представленном фрагменте доказательства обоснованности применения. Оскорбление действием, оскорбление словом, угроза расправы.

В голосе скука, вьюга не ушла, она затаилась. Небольшая ловушка для их психологов. Пусть думают, что я европеец.

- Чё? Какое еще оскорбление словом?

- Я не жирный! Я ПОЛНЫЙ!

Добавляю в голос немного гнева. А это уже американская заморочка.

- Хорошо, обоснованность применения Вы доказали.

- Дальше. Показ, прокрутка до страницы статистики.

Появляется красочная статистика заклинания. Уровни поражения выделены цветом. Запредельный мигает кроваво красным. Сильный светится розовым. Средний горит мирным желтым. Даю немного полюбоваться.

- Страница описания.

«Заклинание «Полный песец!» (тм) является дальнейшим развитием заклинания «Ужоснах!» (тм). Заклинание не смертельное, активное, защитное, круговое, с линейным убыванием силы поражения. Разрешено к личному применению. Максимальный уровень поражения «запредельное» или пятый уровень по общей шкале»

- Это все слова.

- Страница регистрации.

«Зарегистрировано в Российском Центре Психических Исследований при АН РФ. Полные клинические испытания опытного образца. Номер сертификата соответствия… Номер лицензии на использование № 1. Криптоподпись центра»

Ну что съели? РЦПИ АН РФ для психических заклинаний это примерно как Папа Римский для католиков – воплощение Бога на земле.

- Ну и где клинические испытания серии?

Усмехаюсь про себя. Ламеры. Вставляю в голос немного превосходства:

- Там же написано «клинические испытания опытного образца».

- И что?

- А ничего! Лицензия номер один присваивается опытному образцу после успешного проведения испытаний.

- Еще есть ко мне претензии?

- К Вам? Нет.

- Тогда прощайте.

Ухожу с канала.

- Стик, я отключен?

- Полностью. Остались только голосовые каналы у Багиры и Карсы. Поправка. Только закрытый канал у Багиры.

Пока он говорит, меняю облик на Черного Пса и отрываю маску. Я вымотан до предела. Все-таки быть Бондором это так трудно. Как он сам выдерживает?!

Тут же на мне повисает Карса. Успокаивающе глажу ее по спине.

- Ну ты даешь! – Виктор бьет меня по плечу, – Я думал таким айсбергом только наш капитан притворяться умеет!

Он не понял или действительно не придает значения. Для него это только игра. Ладно, разубеждать не будем.

Багира утрясла последние шероховатости.

- Все. Нам даже дополнительные премиальные накинули.

- Урра! Гуляем!

Хрон как всегда в своем репертуаре.

Ну что ж, значит веселимся! А проблемы оставим на потом.

Глава 10

- Отставить!

Ну вот только собрался веселится, а Багира весь кайф обломала.

- Тут один шибко шустрый оборотень крепко замазался.

- Да брось ты, капитан, вирт же анонимный.

Хрон все еще не врубается.

- Слушай ты! Черная морда! Куча людей знает что Хрон и Хронавт одно и то же лицо. Двое знают что Хронавт живет в городе В. Еще трое что Хрон по утрам любит пробежаться до порта и обратно. Как думаешь сколько времени понадобиться для того чтобы тебя найти?

- Ну неделя.

- Ошибаешься. В вирте к тебе подвалят уже сегодня.

- Пошлю лесом!

- Тогда к тебе послезавтра подойдут в реале. Очень серьезные молодые люди китайской наружности и попросят поделиться информацией.

- Я понял.

Это уже снова Хронавт, собран и настроен на борьбу. Где-то Багира угадала или изначально знала.

- Значит так. Этого оборотня вы не знаете. Это мой протеже. Его координат у вас тоже нет. Так что если кто хочет с ним связаться пусть ко мне обращается.

- Да и вообще он не из нашей команды, ходит как бука. Рычит на всех. Кстати надо ему людской облик подобрать.

Это уже Белочки включились. Ну, сейчас начнется… Шепотом спрашиваю у Карсы.

- Ты знаешь, что она делает?

- Удар она на себя берет.

Отвечает та таким же шепотом.

- А выдержит?

- Не знаю.

Надо этот балаган прекращать.

- Стоп! Хватит! Вы меня хотя бы спросили!?

- Да кто тебя спрашивать будет? Ты мне кое-что должен! Не забыл?

Ах, так. Еще не ясно кто кому должен…

- Кэп, можно тебя на пару слов?

Отвожу ее метров на десять. Ставлю завесу. А то ушей будет как у стенок в допросной комнате.

- Ты в своем уме? Ты понимаешь на что идешь?

- Нет это ты понимаешь куда вляпался?

- Ты про рыло оркское? Нибаюс. Меня больше гранитная рожа беспокоит.

- Ничего ты не понял. Как раз орк намного серьезнее чем выглядит. А гранитный так себе.

- Это ты ничего не поняла. Потому что до сих пор свою не виртуальную жизнь и профессию на вирт переложить пытаешься. Ты сколько в вирте? Полгода? Больше? А я с самого начала. Здесь в этой паре главный – это статуя Командора, а орк бандитский только возможности предоставляет. Так как дело в вирте началось, то куда бы оно потом не вышло, все равно будет по нашим внутренним понятиям развиваться. А значит вес Командора намного выше.

Кажется ее проняло. Или я где-то в своих догадках прав оказался.

- Кстати среди них на комиссии был один такой старичок с ноготок. Сидел в уголку молчал. Так вот чтоб ты знала. Если этот старичок скажет чтобы меня не искали, они зубами поскрипят, но искать не станут. А если скажет найти, то, как бы я не прятался, меня найдут. Даже если я совсем от вирта откажусь и все свои акки уничтожу.

- А кто это?!

- Курпатов, Анатолий Александрович (один из основателей вирта, главный теоретик) прямо из Нью-Йорка. Так что все еще серьезнее, чем ты думаешь.

- И чего теперь делать?

Она растеряна и выбита из колеи. Блин! И зачем я полез в это дело. Ладно, Черный Пес взялся, значит вези. Это еще с наемников так пошло. Так меня Вик учил. Если взялся за дело, то что хочешь делай, как хочешь крутись, а хоть мертвым, хоть зомбаком пустоголовым, дело сделай. Или лучше сразу за мертвое дело не берись.

- Значит так, капитан. Мне твои служебные дела до фонаря. Если будешь так подставляться, то мы тебе все прикрытие поломаем нахрен. Хотя мысль меня за другого выдать здравая. Но ты учти, что если они доктора Курпатова позвали, то дела у атакованных мной орков хреновые. Да не смотри на меня так. Ты сама лицензии видела, они подлинные. Программа чистая, просто сработала как-то не так. Ее же на серию не проверяли. Значит надо что, надо парням помочь – это раз. Второе надо след от программы на меня спрятать – это два. А лучше и то и другое вместе.

- Пусть оркам поможет тот человек, маску которого ты перед апелляцией показывал.

Ух ты. Просекла, что я реальную маску натягивал. Да мысль хорошая.

- Как догадалась?

- Ну я же оборотень в конце концов.

Да. Это только мы можем в чужую шкуру, как в свою, влезть. Это для обычного человека почти невозможно, для классического оборотня очень трудно, а для многоликого оборотня просто тяжело. Кстати многие хорошие актеры в вирте оборотни. А великие актеры - многоликие оборотни. Но одной актерской игры мало, надо уметь забывать себя и становиться своей маской – обликом. Поэтому нас не так много: порядка 5% от общего числа виртуалов.

- И все же зачем ты так подставляться хотела?

- А сам не догадываешься? Из-за Карсы, мне эта девочка очень понравилась. Я как на себя молодую смотрела.

- Предлагаю все обиды забыть и начать с чистого листа.

- Заметано.

- Отвернись я облик приму.

Настраиваюсь. Надо все ощущения вспомнить, и главное внешний вид. Внутренний мир мне психоматрица построить поможет. Ага кажется поймал, сейчас, сейчас. Вот оно!

Снимаю стену. Возвращаемся к команде. Карса внешне расслаблено сидит в шезлонге. Только меня не обманешь. Внутренне она сейчас похожа на паровой котел под сильным давлением, и через какой клапан пар наружу пойдет одному Богу известно. Стик стоит возле нее в позе индейского вождя и распространяет ауру непоколебимого спокойствия. Остальные собрались в кружок и что-то эмоционально обсуждают.

- Пока вы там секретничали, мы легенду придумали. Ой!

Да это действительно «Ой!». С удовольствием смотрю, как у Рыженькой глаза становятся размером с пятак. (Я специально в словаре смотрел. «Пятак» это пять копеек. Не понимаю. Но выражение мне нравится.) У остальных лица не лучше, разве что наш краснокожий по-прежнему спокоен, как скала, и Кот смотрит скорее с интересом.

- Так вот ты какой, северный олень!

Говорит Сергей с какой-то странной интонацией.

- Нет, я предполагал что «протеже» это какое-то извращение, но чтобы такое!

Хрон, пытается за шуткой скрыть свое изумление. Есть от чего, облик который я выбрал с одной стороны достаточно запоминающийся, с другой вполне обычный. В вирте так сейчас никто не ходит.

- Насмотрелись? А теперь кругом! Ну, быстро, быстро!

Багира явно что-то задумала. Неохотно команда подчиняется ее командам (О! Каламбур!). Карса, не вставая с кресла, закрывает глаза.

- Можно я только глаза закрою?

- Можно. Только не подглядывать. Так, слушаем меня все! Вы все видели новый облик. Теперь опишите. Сначала про себя. Потом я проверю! Начали!

Я же вызываю Стика по закрытому каналу, мог бы и голосом, но закрытый канал на то и закрытый что после него никаких следов не остается.

- Стик, можешь поменять в логах мой облик?

- Уже меняю.

Ну дает змей крылатый! Вот что значит опытный хакер.

- Ну что готовы?

Раздается многоголосое мычание.

- Ладно, еще полминуты.

- Все, хватит. Описываем. Сначала Рыженькая.

- Европеец. Лопоухий, кривозубый, длинный, худощавый.

- Стоп. Дальше Серенькая.

- Одет в адидасовские синие трико и грязно-белые кроссовки. Потрепанную кожаную куртку.

- Стоп. Хрон.

- Волосы темно-русые. Глаза серые, большие. Щурится, видимо близорук. Очки не носит.

Да, про очки он правильно сообразил.

- Почему так думаешь?

- Нет характерных следов на носу и еще посадка головы.

- Дальше, Карса.

- По-моему, он пошляк.

- Белочки?

- Да, точно, пошляк.

- Карса, дальше.

- Еще он неряха. Карманы оттянуты, шнурки завязаны кое-как. Кроссовки на самом деле белые, просто очень грязные.

У меня непроизвольно краснеют уши. Все-таки я в облике. Получается, это меня так откровенно обсуждают.

- Да ни х.. подобного! На себя, бля, посмотри, кошка драная! Расселась тут как на пляже.

Ой! Что же я делаю!? Она же меня сейчас на кусочки порвет! Карса поворачивает ко мне лицо и, не открывая глаз, улыбается. Бля! Вы когда-нибудь улыбку у акулы видели? Так вот, ее улыбка еще страшнее, хотя кажется куда уж больше. Все желание выеживаться куда-то испаряется. А она припечатывает:

- Вспыльчивый и ругается как моряк.

- Да куда ему до моряка? У нас даже юнги лучше ругаются. Скорее уж как сапожник. Неопытный.

Ржут. Виктор точно выбрал тон и реплику чтобы разрядить обстановку.

- Виктор дальше, раз уж начал.

- Еще он верующий, скорее православный. Я заметил крестик под футболкой. Футболка кстати темно синяя.

- Еще кто-нибудь может что-то добавить?

- Мне кажется, он одиночка или любит быть один.

Ого! Косолапый попал в самую точку.

- Все?

- Он не курит и не пьет. Интуиция.

Слышу щелчки выпавших челюстей. Все привыкли, что Кот говорит только в крайних случаях, коротко и обычно в ответ на чей-то вопрос. Он даже давешние оценки ставил молча. А тут аж два предложения и целых семь слов. Хотя правило «в ответ на вопрос» действует. Еще, я думаю, он этот облик мог видеть, все таки он старый сталкер, даже раньше меня в «Сталкеръ» пришел.

- Все можно оборачиваться. Все правильно сказали?

Да уж точно все. Оборотни, чтоб их. Все слабости и черты характера верхним чутьем ловят.

- Да все правильно. Могли бы уж ошибиться для приличия. Разве что в карманах всякие нужные вещи, и кроссовки грязные чтобы меньше заметно было. Зовут меня Плотник. Настоящего имени не называл.

- Теперь прорабатываем линию поведения. Основной мотив тот же самый. Вы меня не знаете. Меня привела Багира. Я люблю ругаться к месту и не к месту. Пробовал и здесь, только Карса меня срезала. Обиделся. Ходил как бука и почти ни с кем не говорил.

Хрон поднимает руку. Опять какую-то каверзу задумал?

- Можно вопрос?

- Да.

- А кто такой бука? Книга что ли?

- Бука – это друг Бяки! Понятно!

Улыбаются. Чего только не сделаешь для поднятия настроения.

- Второй след. Это защита Ильюши. Значит так, ты эту защиту и маскировку купил специально для битвы. Вернее ты ее собирался купить. Взял на триальный период - проверить. Кто кстати тебя к нам привел?

- Карса, мы вместе работаем.

- Хм. Это даже кстати. Она же тебе и мастера маскировки посоветовала, только просила ее не раскрывать. Карса дай ему мой адрес, по которому сегодня звонила. Приходил сегодня утром, часов в 9 с копейками, прямо с работы. Договорились на три дня проверки. Потом маскировка перестанет работать. Встретились в 14.00 в каком-то ангаре в районе Тушинки (Мемориальный Тушинский аэродром, копия в виртуальности). Я тебе поставил защиту, показал как найти лицензии. Невидимость на кончике левого крыла, увеличение 120.

- Слушай, а зачем такое уменьшение?

- Это же программы маскировки! Да, я знаю, использовать магический свет в детекторах запрещено. Но некоторым закон не писан. В конце концов, можно использовать три детектора одновременно.

- А я правда могу все это купить?

- Зачем?

- Ну… Мне понравилось.

- Да. Если хочешь. Только есть ограничения. Активная защита стандартизирована для большинства миров, и открыта. В принципе можно использовать по открытой лицензии, но лучше купить. Так принято и это не дорого. А вот маскировка будет стоить много. Там есть пара закрытых лицензий, которые надо оплатить. Да и я по легенде тебя не знаю, поэтому, цены должны быть как для обычных клиентов.

- Много это сколько?

- Примерно как половина твоей катапульты.

Кто-то присвистывает. Карса, разворачивает меня к себе лицом:

- Эй, лопоухий! А ты не зарываешься?

- Не-а, киса. Сказал же цены как для обычных клиентов. В эту сумму входят три года гарантийного обслуживания и подгонка под миры указанные клиентом.

- А можно еще некоторые функции добавить?

- Маскировку в дождь? Да. За отдельную плату.

- Третье. Меня в образе куницы видели на вершине дерева, под которым песец накуролесил. Это два разных наблюдателя - внизу песец, наверху Серенькая.

- Ты же сказал куницы?

- Да она не поймет, куница там была или белочка, далеко было. Только надо научить тебя подмигиванию.

Хихикает.

- Это когда глаз с вишню? Я умею. Ты меня уже учил.

- Не помню…

- Да ты уже был в зюзю. Можно сказать только моргать и мог.

Опять хихикает.

- Ладно, только потренируйся сначала.

- Четвертое. Раз уж я был в команде наблюдателей, то должны быть какие-то оценки выставлены от моего имени. Про эльфийский амулет – это слишком круто, это пусть на счету Серенькой будет. Пусть будут все оценки за танковые башни. Виктор ты не против?

- Нет, конечно.

- Ага, сидел там под деревом и считал. Говорил типа боулинг.

Серенькая начинает придумывать себе историю.

- Да, да. Еще подумай, как обыграть мои выражения. И куда ты от ядерного взрыва пряталась.

- Пятое. Логи на этой стороне. Стик, как у тебя дела?

- Уже готово. Везде логи подправил.

- Так уж прямо и все? А если я сейчас в своем… Ой!

- Я же сказал. Я поправил ВСЕ логи.

Да уж. На своей башне Стик царь и бог. Как он залез в личный лог Рыженькой, я даже представить не могу.

- Пожалуй, все. Вроде ничего не забыл.

- Заклинание. Из-за которого сыр-бор.

Да, пожалуй, надо оставить объяснение.

- Я его купил. У частного программера. Анонимно. Еще и доплатил за эксклюзив. Он мне и показал статистику и регистрацию. И объяснил каким образом гарантируется уникальность. Я спрашивал, действительно все чисто. Перед вами понтовался.

- Все мне пора сваливать. А вы можете оттянуться, как Хрон хотел.

- Я тебя провожу.

Это что-то новенькое. Раньше Стик таким уж хозяином не был. Вернее всегда мог проконтролировать гостей магией.

- Тут такое дело. В башню уже два раза пытались пролезть. Очень аккуратно. Один раз даже первый уровень защиты прошли. Вернее думали что прошли. Я думаю на всех известных выходах они своих наблюдателей поставили.

- Что даже и небо контролируют?

- Небо в первую очередь. Там же тоже входов-выходов не много. Я тебя сейчас через один из запасных выходов отправлю.

Вызывает лифт.

- Прими облик для большой толпы. Лучше даже бомжа. В конечной точке небольшая комната, в которой ты сможешь настроиться. Ну давай.

Жмет мне руку и через открытую дверь выбивает какой-то замысловатый код на панели с цифрами.

Двери закрываются, и я стартую вниз как на скоростном лифте в небоскребах. Это куда же меня теперь закинет?

Глава 11

Внимательно рассматриваю панель. Вполне обычная - как в 16 этажках, только кнопки пронумерованы от 0 по 15. Ха! Это же шестнадцатеричные цифры. Лифт начинает тормозить.

Спохватываюсь, что надо поменять внешность. Выбираю Копченого. Это не бомж, но где-то близко. Персонаж подобран так, чтобы вызывать неприязнь и инстинктивное желание забыть поскорее. В результате люди обращают на него внимание, но абсолютно не запоминают деталей.

Выхожу из лифта в какую-то захламленную каморку. В свете из дверей виден выключатель на противоположной стене. Включаю. Двери кабины закрываются. Снаружи выход замаскирован под какой-то электрощит. Открываю дверку. Блин! Это и есть электрощит! Внутри пыльно и какие-то рубильники. Следовало ожидать! Лифт выбросил меня на точке финиша и уехал. Вход с этой стороны может быть и не предусмотрен или для вызова нужно набрать какой-то код.

Ладно, привожу себя в полное соответствие с выбранным образом.

Выхожу через дверь и оказываюсь рядом со станцией метро. Гадство! Ненавижу подземку! Кому нужно метро в виртуальном мире?! Здесь же нет такой напряженки с местом. Стройся хоть на несколько гектар. Для быстрого доступа есть телепорты (по адресу, по месту), такси (наземные и воздушные), монорельс, в конце концов! Зачем еще метро!?

В таком взвинченном состоянии иду через толпу как горячий нож сквозь масло. Люди и монстры всех сортов благоразумно убираются с дороги. Метис подземного гнома и огненного демона (мой новый облик) смесь взрывоопасная. К тому же негативная смесь. От огненного демона не досталось ни капли их нечеловеческой красоты и почти не досталось магии, только характер вспыльчивый как вулкан и устойчивость к магии огня. От подземных гномов пришла ворчливость, но затерялись в дороге трудолюбие и основательность.

Народу не очень много – час пик уже миновал. Перед выходом на эскалатор стоит подземный гном полицейский. Вот только родственников мне не хватало! Поворачиваю к платформе.

Вообще если отвлечься от восприятия маски, то метро вполне впечатляющее сооружение гномов и людей. Жителей подземелья много: гномы, каменные тролли, огненные демоны и маги, жители Оси, люди. И всем необходим транспорт. В отличие от «верхних» такси и воздушного транспорта здесь нет.

А вот и скоростной поезд. Хищный, приплюснутый, весь изрисован граффити. На локомотиве с большим искусством нарисована голова акулы. Захожу акуле в брюхо. Настроение все еще отвратительное. Рекламное панно на стене сразу начинает надрываться:

- «Ниипет!» Вот решение ваших проблем! Принимайте «Ниипет» и все ваши заботы унесутся как дым!

А вот я тебя сейчас! Дым для подземного жителя второй враг, первый это вода.

- Как дым говоришь! Да я тебе за это сейчас морду разобью!

- Растворятся в течении реки времени?

Говорит панно с вопросительной интонацией.

- Чего? Да ты вообще врубаешься с кем говоришь?

- Принимайте «Ниипет» и приступы не контролируемой ярости вас покинут. А вы знаете, что повреждение общественного имущества наказывается штрафом?

Говорит реклама с неубедительной интонацией.

- Да меня уже давно ниипет! Меня уже все ниипет!

Ага, похоже такую реакцию создатели не закладывали. Панно зависает. Вот так то! Слышу жидкие аплодисменты невольных зрителей. Молча раскланиваюсь. Настроение приходит в норму, т.е. становиться средней паршивости.

Успеваем проехать станции «Осевую западную» и «Вход в ОСЬ» без надоедающей рекламы, когда на экране возникает лицо представителя Рамблер-Рекламы. Патентованная улыбка блестит во все 32 зуба, костюм словно только что из чистки, галстук, завязанный виндзором, точно посредине воротника.

- Здравствуйте, меня зовут Станислав. Наша компания приносит Вам свои извинения и просит указать фразы в рекламе, которые вызвали ваше отрицательное отношение.

Блин! Не хотелось бы попадать на карандаш к рекламщикам. Но теперь уже поздно, все равно там буду, главное с «плюсом» или с «минусом».

- Слава (с удовольствием вижу как рекламщик морщится), ты хоть на местоположение терминала посмотри.

- (косясь куда-то влево) Какой-то из вагонов метро?

- Да. А вы мне тут про дым, про воду.

- Боюсь, что я вас не понимаю.

- А теперь глянь на целевую аудиторию.

- Гномы, каменные гноли, осы, диггеры, люди.

- Не понимаешь? И где вас таких глупых выпускают! Кто первый враг гнома?

- Э… эльф?

- Идиот! Вода! Она выработки затапливает, опоры подмывает. А второй враг это дым! Придурки!

- Спасибо, Вы нам очень помогли.

И быстро исчезает, пока я еще какое-нибудь ведро помоев на него не вылил. Настроение поднимается до отметки «не очень», не каждый раз удается безнаказанно наорать на рамблеровцев, а уж когда они тебе за это еще и спасибо скажут...

- Станция «Осевая узловая», пересадка на ветку «Метро 2033».

- Осторожно двери закрываются. Следующая станция «Подземелья Припяти».

Выхожу на подземельях. Здесь еще один вход в игровую вселенную «Сталкеръ». Войти можно не только в припятские подземелья, а как из обычного входа в любую точку сохранения. Если Бондор сейчас в игре, то входить можно и здесь. Прямо на стене платформы висят телефоны-автоматы. От стандартных их отличает возможность позвонить в «Сталкер».

Подхожу к автомату и звоню Бондору на личный игровой телефон. Милая барышня медовым голосом сообщает: «абонент не отвечает, либо не находится в пределах игровой вселенной». Звоню уже на личный аккаунт Егора, он как и я его мало кому дает, поэтому есть надежда что примет вызов. На десятом гудке в душу начинают закрадываться сомнения, выгоняю их поганой метлой. Он берет трубку на 23-ем гудке. На маленьком экране таксофона заспанное лицо с красными как у кролика глазами.

- Кто?

- Это я, Костя.

- Какой еще Костя?

- Черный Пес.

- И? Обязательно было меня будить? Я спать лег только час назад!

- Нам надо встретиться. Дело срочное и важное.

- А по телефону нельзя?

- Нельзя. Еще, встретиться надо на тихой явке. И желательно пока тебе не светиться в вирте. По крайней мере пока я с тобой не поговорил.

- Ох-хо-хо. Что-то не нравятся мне эти заморочки. Ладно, помнишь офис где мы в прошлый раз так встречались?

- Да.

- Значит дом через улицу офис 270, минут через десять. Успеешь?

- Если потороплюсь.

- Тогда торопись. Жду.

Бросаю трубку и быстро иду к эскалаторам. Ох, не случайно один из выходов с этой станции находится всего в квартале от назначенного места встречи. У Бондора всегда есть несколько таких тихих бесплатных офисов в вирте, куда никто не ходит. Они используются один раз, а потом бросаются.

На выходе из станции меняю облик на Ворона и взлетаю с тротуара. В здание проникаю в режиме невидимости через открытое окно курилки на шестом этаже. Вряд ли кто-то следит за мной или за Бондором, но перестраховаться никогда не мешает.

К двери прихожу ровно в назначенное время. Хозяин апартаментов уже на месте. Сидит за столом, вперив тяжелый взгляд в стул перед собой. Больше никакой мебели в комнате нет, за исключением рекламных плакатов на стенах. Нет, так не пойдет. Сцену в кабинете у директора школы, я не заказывал. Сажусь на подоконник.

- Ну?

Выдыхаю как перед прыжком в прорубь.

- Я использовал твой облик.

- Какой?

- Полярную лису, молодого бандита и текущий. Последний под маской, но все равно могут узнать.

- Так! Надеюсь, реноме мне не подпортил?

Кажется, Егор ожидал чего-то более плохого.

- Скорее наоборот, дополнительный авторитет заработал. Ты в самом деле не сердишься?

Как-то неожиданно это. Я конечно с ним неформально почти не общался, наоборот всегда по делу, но все равно ждал чего-то другого.

- Да не мнись ты. Садись за стол, расслабься.

Достает из тумбочки стола бутылку коньяка и пару рюмок. Разливает.

- Наверное гадаешь почему я такой добрый? Тут ко мне на пейджер пришло сообщение от очень уважаемого мной человека. Он предсказал, что возможно ко мне придет один сталкер за помощью и просил помочь чем смогу. Так что выкладывай.

Ох. Не зря я опасался, что Анатолий Александрович меня узнает. Он меня тогда достаточно долго наблюдал (хотя я большей части из этого не помню). Да и сам доктор оборотень высшего класса, так что мог заметить использование маски. Хотел бы я знать откуда Бондор его знает?

Вкратце рассказываю историю эльфостанского противостояния и о моей роли в нем. Мой визави не скрывает своего интереса, иногда уточняя какие-то важные для него детали. Наконец перехожу к апелляции. Эту часть рассказываю подробно.

- Что, прям так и сказал «в сортире утоплю»? Эх, хотел бы я на это посмотреть.

- Ё моё. Я же совсем забыл, мне Стик дал запись со своего интерфейса. Там много чего есть. На, копируй. А пока она сливается, я тебе легенду расскажу.

Бондор сует мой диск куда-то в недра тумбочки. Рассказываю придуманную легенду особо подчеркивая скользкие моменты.

- Не, недокопировалось еще. Ты мне вот что скажи, если я программу купил, то я же за нее заплатить должен был.

- А ты и заплатил! Помнишь полгода назад переводил мой гонорар на хитрый счет через оффшор? Еще ругался, зачем так сложно. Так вот это была оплата за регистрацию программы.

- Погоди если все та сумма только за регистрацию, то сколько же программа стоит?

- Ну, считай что это от четверти до половины цены программы. Включая и эксклюзивность. Для массовых психопрограмм суммы регистрации больше на порядок, но их потом можно выпускать большой серией по меньшей цене.

- Ого! Неплохо зарабатывают маги. Может мне тоже в маги податься.

- Да не бери в голову. Такие успехи раз в несколько лет приходят и труда требуют соответствующего. А в основном всякой мелочевкой занимаешься.

- Еще. Раз я программу купил, то она у меня должна быть, так?

- Ага. Давай я тебе ее прямо сейчас в облик внедрю.

- А не жалко? Она же единственная разрешенная?

- Да единственная. Мне ее все равно теперь лучше не использовать. Придумаю чего-нибудь попроще.

Некоторое время напряженно работаем. Настраиваю и подгоняю по месту «Полный песец». Показываю новому хозяину возможности и горячие вызовы.

- Мда. Я думал все это проще. Сказал фразу – и все заработало.

- А так и есть. Только чтобы все заработало надо сначала попыхтеть с настройкой.

- А что все-таки с орками произошло?

- Не знаю. Но предположения есть. Ты про «Ужоснах!» слышал?

- Ты удивишься, я под него даже попадал! Когда его в «Сталкер» протащить еще можно было.

- Так вот, в нем за максимум взята минимальная статистическая величина, чтобы особо чувствительных людей не сводило с ума. Поэтому для большинства максимальное поражение три, очень редко четыре единицы. Да и то это только в метре от кастующего. Так что больше двух единиц мало кто получал. В моей проге задано концентрическое убывающее от центра поле поражения в единицах, а конкретное значение силы воздействия и времени последействия рассчитывается для каждого пораженного индивидуально на основе личного психопрофиля, который в настройках установлен.

Психопрофили устанавливаются по результатам обязательного для виртуалов медобследования раз в год.

- Раньше это могло быть опасно. Находились идиоты, которые правили психопрофили, чтобы их в некоторые игры допустили. Сейчас все МПИ проверяют подписи и целостность психопрофилей. Даже я слышал на некоторых станциях метро и монорельса введены в строй специальные сканеры. В общем, я не думаю, что проблемы возникли из-за неправильного психопрофиля.

- Тогда из-за чего?

- В моем случае трое находились в зоне максимального поражения. Еще я со злости силы в заклинание вложил будь здоров. Так что им могло выдать по максимуму. Плюс на орков это заклинание должно сильнее действовать. В сумме может получиться максимальное поражение в районе шести единиц. Это тяжело. Я по себе знаю.

- И как лечить? Ты же из-за этого ко мне пришел?

- Да. Тут главное не дать болезни разрастись, из вирта не прятаться. Максимум это три дня без вирта. Потом придется принимать кардинальные меры.

- Метода лечения два. Первый – это сильная эмоциональная нагрузка в игре, где магия запрещена. Во-первых, МПИ вытеснит большую часть пост эффекта, а во-вторых, сильные эмоции помогут справиться с остальным. Проще говоря, взять всю эту толпу раненых и загнать в Кваку, на какую-нибудь маленькую арену, в дефматч до 100 фрагов, так чтобы крови по колено и трупы убирать не успевали.

- А «Сталкер» подойдет?

- По первому пункту подойдет, магия в нем тоже запрещена. Только с дефматчем проблема. Не располагает он к бою до 100 фрагов.

- А второй способ?

- Честно говоря, это запасной парашют. Полная отчистка чипа до заводских настроек. Болезненная процедура, которую делать не желательно.

- А как же замена процессора?

- Это только расчетный и интерфейсный блок. Есть еще память чипа и структуры памяти внутри мозга. Так что реальная отчистка чипа после нескольких лет использования выливается в жуткую головную боль. Но вытерпеть можно и через некоторое время все придет в норму.

- Тоже по себе знаешь?

- Да. Даже вспоминать не хочу…

- Ну, значит, будем держать в уме на крайний случай.

- Пожалуй, все. Давай диск да пойду я. Если будет что-то очень тяжелое - звони мне. Помогу чем смогу.

- Хорошо. Как думаешь, когда на меня выйдут?

- Я думаю, завтра к утру.

- Слушай, а доктор об этих способах знает?

- Конечно, знает. Только он сейчас придерживается принципа невмешательства. Слишком его достали со всеми виртуальными проблемами, с нападками на вирт и на него лично и с преклонением кстати тоже. Максимум может совет дать к кому обратиться. А вмешиваться будет только в крайнем случае.

Глава 12

Возвращаюсь из вирта. Лариса все еще там, сидит в кресле расслабившись и закрыв глаза. По лицу блуждает блаженная улыбка. Насмотревшись на такое родное лицо, тихо ухожу на кухню. Надо сварганить себе чего-нибудь на ужин. Или уже на завтрак?

Занимаюсь опустошением холодильных запасов и сооружением из того, что попалось бутербродов типа «винигрет». Пока потребляю полученных метисов, в комнате раздается неясный шорох, а потом не менее неясное шебуршание.

- Ты есть чего-нибудь будешь?

- Ненаю… нехосю...

Чего это было? Смотрю на дверь в комнату. Лариса стоит, опираясь плечом на косяк. Чего-то с ней не так.

- Ты в порядке?

- Впоряде!

Э! Она же лыка не вяжет! Это сколько же надо в вирте выпить, чтобы потом в реале быть пьяной в стельку?

- Да, есть тебе пока не стоит. Пойдем, золотце, я тебя уложу. Давай, давай, вот так, сюда, аккуратненько, ложись.

Хмурит лобик.

- А мы оружия с поля битвы насобирали! Вот!

- Зачем!?

- Его все равно уничтожат. Жалко.

- Ну и ладно, закрывай глазки и спать.

- Ты только не уходи… рядом со мной…

Засыпает, бормоча и крепко вцепившись в мою руку. Ладно, помыться я и утром смогу. А теперь спать. Какой же длинный был день…

* * *

Как ни странно просыпаюсь сам. Где-то далеко за полдень. Аккуратно, чтобы не разбудить, встаю и в душ, тело после ночевки в одежде требует омовения.

На это раз успеваю вдоволь наплескаться. От раздумий о дальнейших планах на день меня отрывает подмаргивание будильника. В ящике обнаруживается письмо. Достаю выносной терминал, чтобы прочитать письмо не уходя в вирт. Письмо шифровано и подписано ключом Бондора.

«Привет. Решил что для звонка еще рано. Это письмо пойдет с кучей другой деловой корреспонденции. Мой друг вытащит его из вложения и переправит дальше.

Ситуация следующая: ко мне обратились сегодня около полудня. Нашли банально – по «Полному песцу». Пришли серьезные люди с серьезными рекомендация и вежливо попросили разрешения поговорить с человеком, который мой талисман изображает. Ну я им выдал что я не талисман, а вполне сам себе зверь, а если хотят говорить, то пусть говорят.

Поговорили плотно, я им твою легенду пересказал, еще раз программу показал, высказался о том, что я думаю о идиотах, которые атомные бомбы в чистом поле взрывают. В общем всё как договорились. Сдал им тот твой счет и облик сумасшедшего доктора в очках и белом халате.

До дефматча они сами додумались, или доктор подсказал, не суть важно, главное что метод полностью сработал. Это были хорошие новости.

Есть и плохие. Одна молодая дурочка - всего полгода как с чипом - исправила себе психопрофиль. Взяла профиль старшей сестры, чтобы ее в «кровавые» МПИ пускали. А на дефматче дополнительный контроль, на котором она и погорела. У девочки истерика и дополнительный нервный срыв. Удрала в реал. Остальные в шоке, они ее за сестру принимали.

Буквально за полчаса до визита ее в реале нашли. Сопротивляется, говорит, в вирт не пойду. Профиль, заимствованный, уже в стоп-листе. А с базовым ее только в «Симы» и возьмут, плюс всякие эльфы-фэнтази, что в данном случае еще хуже.

Я им говорю, что по своим каналам могу протащить девушку в «Сталкеръ» Т.е. наведенную магию мы снимем. Пусть покантуется у нас немного, глядишь, полегче станет. На силу уговорили. Протащили ее в Темную Долину. А вот как ей сильные эмоции организовать, этого я пока не придумал. Пока посадил ее на нашем кладбище. Пусть реального страха хлебнет. Но это не выход. Так что если есть мысли звони или пиши.

Бондор.»

Откладываю терминал. Мда. Нехорошо получилось. Место указанное в письме я знаю. В углу забора, с третьей стороны гаражи, а с четвертой стена ангара. Место атмосферное, но не опасное. Проход между ангаром и гаражами можно перекрыть парой стрелков и тогда вся достаточно большая территория становится замкнутой. Остается ее зачистить и разметить аномалии. Кстати, возле угла забора есть мало кому известная дырка на уровне двух человеческих ростов.

А мысли сами цепляются одна за другую как шерстинки в нитке. Девушка молодая и в стрелялки почти не играла. Значит, она наш мир не понимает. Надо придумать что-то ей понятное, квест какой-нибудь, например, дойти куда-то в Зоне. Куда это сразу понятно – назад к Кордону или даже блок посту военных. Не вперед же ей из Темной Долины идти, там и опытные сталкеры не всегда проходят. Еще нужен проводник, сама она не дойдет. Но проводник такой, которого она за проводника не считает, иначе эффекта не будет. Начинает вырисовываться план.

Не откладывая дела в нижний ящик, звоню Алие.

- Привет. Как дела? Как наш демиург?

- Привет. Да нормально. Этот фанатик спит уже почти сутки. С небольшими перерывами.

- Что и за оплатой не ходил?

- Я за него сходила. Представилась его агентом.

- О, как! Надо и мне такого очаровательно агента завести. (Аля хмыкает). Ну и как все прошло?

- Ты знаешь, мне показалось, что им не до меня было. Я настраивалась на серьезную битву. В десять не в десять, но в пять раз оплату поднять. Речь заготовила и что работа уникальная и срочная, можно сказать ручная, и что он из-за них чуть ли не три дня безвылазно в вирте провел и не спал. Вывалился из-за усталости и уже почти сутки дрыхнет.

- Встретили меня там двое. Один спортивный, красивый блондин, в костюме типа дипломат на приеме у иностранного посла. А изнутри похож на камень, или на бронзовую статую. (Аля тоже оборотень, поэтому нюансы характера ловит интуицией). Второй такой большой как медведь, чем-то на отставного борца смахивает, на дядь Женю, что у отца занимается иногда, в нелепом малиновом пиджаке.

- (Улыбаюсь) Это бандиты конца прошлого века так одевались. (нарочитый такой прикид)

- Да? На бандита он меньше похож. Значит, я предъявляю контракт и эту заготовленную речь на них вываливаю. Большой начинает возмущаться, что типа за народ пошел, сначала на работу за одну сумму подпишутся, а потом давай им повышение зарплаты. Тут бронзовый вступил, что, дескать, ты не прав. Девушка нам не правду сказала? Большой тушуется, вроде все так и есть, только моего программиста они не силой на работе держали, он сам работал. Дальше я не поняла о чем они.

- А вспомнить сможешь?

- Попробую. (Задумывается). Где-то вот в таком виде:

- Он чем у тебя занимался?

- Девяносто пятыми.

- И как реализация?

- На отлично! Даже защита от ЯО частично сработала.

- Ты же говорил, что такой задачи программистам не ставили?

- Не ставили. Это он по собственной инициативе.

- И работал, говоришь, сначала до тех пор пока от усталости не свалился?

- Ага.

- Так чего же тебе надо, друг ситный?

- Дальше уже ко мне. Что, мол, он хотел бы с моим клиентом познакомиться поближе. Что у него может найтись работа для специалиста такого класса. Я в ответ, что только на нормированный рабочий день и вряд ли постоянная занятость. Только под конкретный заказ.

- И тут он меня спрашивает. А сколько же ваш клиент, мол, хочет за услуги по текущему контракту? Я морду кирпичом и говорю: мне, мол, птичка нашептала, что такая работа должна оплачиваться на порядок дороже. У медведя в пиджаке натурально челюсть выпала. А бронзовый на меня глянул так с интересом. А разрешите поинтересоваться говорит, Вы случайно не знаете, зачем Вашему Клиенту нужна такая сумма? Я вижу, что можно совсем без повышения остаться и говорю что это, мол, конфиденциальная информация, но я случайно знаю, что клиент собирался в круиз по Средиземноморью со своей девушкой.

- Тут бронзовый подумал немного и говорит. Что совершенно случайно у него есть пара билетов на круиз вокруг Европы из Питера по Балтике, через Англию и Ирландию и по северному берегу Средиземного моря до Стамбула и затем до Сочи, а он, так получается, на этот круиз попасть не может. Поэтому эти билеты он моему клиенту может презентовать от себя и предложить своему партнеру выдать моему клиенту премиальные за отлично выполненную работу в размере двойной оплаты. Если вас устраивают такие условия, то все можно оформить прямо сейчас. Ведь так? И смотрит на большого.

- А его партнер выглядит так, будто только что получил нокдаун. Потом встряхивает головой и говорит что в три раза, это все-таки не в десять, а билеты не его, пусть делает с ними что хочет. Я соглашаюсь на предложенные условия. Даю им номер счета в банке, в этом маленьком европейском государстве, вечно забываю как его?

- В Лихтинштейне, и дальше?

- Видимо опять правильно поступила, потому что у медведя уважения во взгляде прибавилось. Вносим дополнения в договор. Они делают трансфер. Бронзовый отдает мне квитанции на билеты, красивые такие с голограммой и картой маршрута. Я подтверждаю, что претензий мы к ним не имеем. И все собственно.

- Билеты я проверила. Фирма такая существует и действительно круизами занимается, и круиз у них через полгода есть. Все верно. Да даже если бы и не верно. Я когда сумму платежа увидела, чуть в обморок не хлопнулась. Мне такое и в сладких мечтах не снилось.

- Ну и хорошо, что у вас все хорошо. Я тебе собственно по делу звоню, как члену команды.

Прием запрещенный, но лучшего проводника по Зоне мне быстро сейчас не найти. Аля сразу становиться серьезной. Что поделаешь, что дела у нашей команды были в основном трудные.

- Я слушаю, командир.

- Дело на несколько часов, и ты вполне можешь отказаться.

- Да что мне еще делать, Валерка все равно дрыхнет, как суслик в спячке. Проснется, салатиков пожует, посмотрит совиными глазами и снова спать. Я ему записку оставлю.

- Значит слушай.

Быстро, без подробностей, ставлю задачу.

- Когда туда сможешь добраться?

- Через минут сорок, час.

- Хорошо. Я тебя там встречу, клиента подготовлю. Твоя задача довести.

- Я поняла.

- Тогда за дело!

Быстро пробегаюсь по удобствам. Потом на кухню съесть чего-нибудь на завтрак и в вирт. Пока готовлюсь, просыпается Лариса. Мои приготовления она срисовывает в момент.

- Опять в вирт собрался? Мало тебе вчерашнего?

- Это как раз продолжение вчерашнего. Надо помочь человеку.

Она понимает, что я уже решил и отговаривать бесполезно.

- Надолго?

- На час - полтора, максимум два. Как у вас вчера все прошло?

- Плохо помню… или помню, но плохо…

- Чем это ты вчера так накачалась?

- Это Мишка! Он нам вчера про приход и уход белого медведя рассказал. Ну мы решили попробовать, на всех. Приход я еще худо бедно помню. А вот ушел он или до утра остался уже не помню.

Улыбается. А меня передергивает. Я про эту штуку в институте узнал. Берется полторашка темного пива. Отпивается по глотку. В освободившееся пространство заливается водка. Перемешать. Повторить. И так до тех пор, пока жидкость в бутылке не станет на 90% состоять из водки. Это называется «Приход белого медведя или уход бурого». Соответственно «Уход белого медведя» это все то же самое в обратном порядке, смесь дополняется темным пивом. Дожить до «прихода белого медведя» еще реально, а вот до ухода… Ходит легенда, что кто-то когда-то наблюдал полный уход белого медведя. Я в легенды не верю.

Такие эксперименты лучше только в вирте и ставить.

Кстати о вирте, пора мне.

Глава 13

Захожу прямо в Темную Долину. Тихо, дует легкий ветер и где-то далеко воет псевдопес. Как всегда здесь пасмурно и хмуро. На втором этаже домика стонет раненый сталкер. Он всегда там стонет – это программа – поможешь ему и можно получить указание на ценный лут. Иногда программа выдает мертвые ссылки или посылает к торговцам.

Аккуратно прокрадываюсь ко входу на кладбище. Где-то тут должна быть охрана. Вот они голубчики сидят, играют в карты на троих, судя по азартным выкрикам - в тысячу. Буквально на цыпочках преодолеваю самое узкое место.

Кладбище впечатляет. Это место памяти. Крестов на нем не много. В основном на них имена знаменитых бандитов. Справа от входа глухая бетонная стена ангара с редкими следами от выстрелов на грязно-серой поверхности. Слева задняя стенка гаражей. На силикатной поверхности нарисованы копотью разные надписи. По всей территории в беспорядке раскиданы обломки бетонных конструкций, ржавые обрезки труб и прочий хлам. Рассеянный тучами свет создает ощущение тоски и запустения. Хочется задрать морду к небесам и испустить вой полный сожалений о своей жизни. Ох, не зря, это место выбрано под кладбище.

Трамплин перед стеной ангара, судя по пометкам, находится в своих границах. Странная это аномалия. Находиться практически всегда под стеной ангара. Немного смещается по некоторой границе, будто патрулирует территорию. Путь вперед перекрыт каруселью, о которой говорит легкое гудение воздуха и слабое вращение всякого мусора в основании воронки. Значит, придется идти вдоль гаражей.

Обычных сталкерских болтов использовать не могу из-за опасений переполошить охрану. Поэтому иду, полагаясь на чутье и опыт. Путь преграждает еще один трамплин. Приходится, как между Сциллой и Харибдой, протискиваться между ним и каруселью.

Выхожу на знакомую полянку. В северном углу вкопан косо обломанный кусок плиты. Надпись гласит, что в этом месте покоится бандит Боров. Снизу другой краской корявая приписка «10 раз». Совсем это не правда. Здесь только два его трупа. Но мне все равно приятно.

На территории кладбища есть несколько островков, в которых никогда не появляются аномалии. Я бы на месте Бондора посадил девушку в один из них. Залезаю на П-образную конструкцию почти в центре и осматриваю территорию. Как я и предполагал, он выбрал самый удобный из безопасных участков, в котором горит костер в обрезке старой бочки.

Девочка в костюме сталкера-новичка сидит, обхватив колени рядом с костром лицом к забору и смотрит вдаль. За забором из колючки открывается красивый вид на Зону. Она даже не пытается никуда сбежать. Странно. У меня сложилось о ней другое впечатление.

За ее спиной стоит металлический крест бандита Кочерги – одного из культовых персонажей первосталака. После открытия МПИ этого бандита считал своим долгом пристрелить чуть ли не любой сталкер. Сначала работники компании играющие за этого юника пытались отстреливаться, потом прятаться. Иногда им это удавалось. Тогда сталкеры сколачивали команду и устраивали тотальную зачистку бандитских территорий. Один из лучших работников продержался на этом месте четыре месяца, а потом потребовал увеличения и так непомерно большой зарплаты. В конце концов, руководство решило что Кочергу проще похоронить.

- Кто здесь?!

Я не отвечаю. А сама она заметить меня не может, я невидим. Аккуратно обхожу жмущуюся к костру испуганную фигурку и сажусь на обломок бетонной сваи по другую сторону костра.

- Я знаю, что здесь кто-то есть! Покажись!

Тяжело вздыхаю.

- Не надо. Ты кричать будешь, сюда прибегут бандиты и мне придется их убивать.

Как ни странно мой голос ее успокаивает. Она локализует источник звука и, наверное, может различить мой силуэт в пляшущем свете костра.

- С чего это я кричать буду? Я с орками на охоту ходила.

- Ну… говорят, я страшный. Тем более для маленькой девочки.

- Да что вы все заладили маленькая, маленькая! Я совершеннолетняя, у меня паспорт есть!

Ну вот, сейчас расплачется. Неустойчивое психическое состояние – это результат действия моего заклинания, вернее, результат вызванного им стресса. Опять тяжело вздыхаю.

- Не кричи, пожалуйста, а то бандиты услышат.

- И тебе придется их убивать? Я бы хотела на это посмотреть, хоть какое-то развлечение.

- А тебе что, тут скучно?

- Ага… и страшно немного - честно добавляет сталкерша.

- Тогда чего сама не уйдешь?

- Уйдешь тут, как же!

Опускает руку куда-то вниз, гремит цепью. Оказывается, она за лодыжку прикована к кресту.

- Это за что же тебя на цепь посадили?

- Да сама виновата, не надо было соглашаться, все бы само прошло.

Тут она не права, но знать ей об этом не обязательно.

- А зовут тебя как?

- Светлана.

- Лана, значит?

- Нет! Лана это моя сестра, а я Света.

- А меня когда-то Псом звали. Черным Псом.

- Слушай, ты бы снял заклятье, а то разговаривать с воздухом как-то не очень комфортно.

Лукавит немного. Не объяснять же ей что это не заклятье. Э.. А это мысль! Только бы получилось!

Снова тяжело вздыхаю и скрывая дрожь в голосе:

- Эх. Если бы я мог снять заклятье…

- Ты что из невидимости выйти не можешь?

- Почему? Из невидимости могу, заклятье снять не могу.

- Так чего тогда невидимым ходишь?

- Это единственный способ не воевать постоянно с другими людьми.

Задумывается.

- А мне показаться можешь? Честное слово, я с тобой воевать не буду!

- Я же говорю: я страшный, ты испугаешься, будешь кричать

- И так далее?

- Да.

- Я кричать не буду, даже если испугаюсь. Честное слово даю!

Помешана она на слове что ли? Ну и ладно. Главное чтобы действительно не закричала.

- Ну если честное слово… тогда покажусь.

Снимаю невидимость. Ее глаза расширяются, видно, что испугалась, но мужественно не кричит.

- А потрогать можно?

- Можно. Тебя я не трону, ты ведь не закричала.

Робкая девичья рука осторожно кончиками пальцев проходит по руке, лицу, старому шраму на груди.

- Это кто же тебя так?

Разражаюсь тихим демоническим хохотом.

- Их уже нет никого! А я остался.

- Так говоришь - заклятье снять невозможно?

- Нет. Я сказал, что Я не могу его снять. По крайней мере, так сказано.

- А другие? Что там вообще сказано?

- Чтобы снять заклятье, надо чтобы какая-то часть меня добровольно вернулась туда, откуда я пришел.

- Это куда?

- За блок пост военных, что на входе в зону и дальше.

- И что никто не согласился тебе помочь?

- Из тех, кто согласился со мной говорить? Их было мало и никому было не интересно возвращаться назад.

- А нанять кого-нибудь, наконец, пригрозить?

- С наемниками еще связаться нужно. И заплатить им. А я ничего не могу им предложить, чего они сами добыть не в состоянии. А страхом заставлять нельзя, потому что сказано «добровольно».

- Я бы тебе помогла! Но я сама здесь на цепи!

- Да ты же Зону не знаешь!?

- А ты расскажи!

Рассказываю ей про Зону, про аномалии, про сталкеров. Показываю несколько аномалий из тех что вокруг и рассказываю сталкерские способы их обнаружения. Незаметно для себя увлекаюсь. Оказывается, рассказывать новичку про сталкер это интересно. Хотя работать «Волком» я бы не пошел.

- Вот сидят они в баре пьяные как орки на охоте. Празднуют успешное завершение дела. А тут значит им и сообщают об этой фразе бандитского главаря. Ну, молодой и говорит: «Да я его сам десять раз закопаю!»

- Гав!

Ой! Про Алю я и забыл совсем! Она в образе черного пса сидит по ту сторону забора. Девочка наверняка ее видела, но мне почему-то не сказала.

- Давно она там сидит?

- Минут пятнадцать уже слушает. Ты знаешь, мне кажется, она нас понимает.

- Конечно, понимает. Она очень умная. Видишь, у нее ошейник. Таких собак в зоне всего еще шесть.

- Гав?

- Ну, еще один матерый кабанище.

- Га-а-ав!

- Зовут ее Аля.

Делаю вид, что задумчиво смотрю на собаку, потом на девушку, потом опять на собаку.

- Слушай, ты вправду хотела мне помочь?

- Ничего не забыл?

Гремит цепью.

- Это не проблема.

Осторожно чтобы не повредить ногу ломаю замок и снимаю цепь.

- Ого! Вот это сила! А что дальше?

- А дальше Аля тебя проводит. (Алине) Проводишь?

Собака медленно кивает.

- Таких проводников, как она, еще поискать! Можно сказать, целые толпы водила!

- А как я за забор попаду? Ты же сам говорил, что здесь стены невидимые.

- Ну, на каждую хитрую гайку найдется свой винт с левой резьбой.

- О! И папа так говорит.

- Пойдем, покажу.

Веду ее в угол забора. Аля идет за нами по той стороне. По дороге собираю несколько камешков.

- Смотри внимательно.

Бросаю камешек в точку на полметра выше стыка забора. Он отлетает от воздуха. Следующий летит на высоте метра. Тоже отлетает. Третий пролетает на сквозь на высоте полутора метров.

- У нас это делают так.

Берет горсть песка и бросает в угол так чтобы песок летел большим облаком. На мгновение проявляются контуры дыры. Оказывается она начинается от самого забора, но там слишком узкая. Два столба в углу стоят не плотно, а под небольшим углом друг к другу. Границы невидимых стен соответствуют осям столбов. На высоте двух метров над забором в дыру уже может протиснуться взрослый человек.

- Ты говорил, нужна часть тебя.

Блин! Кто меня за язык тянул! Ну разве что…

Обхватываю левой рукой, концентрируюсь. Резко отрываю. Больно!

- Больно?

- Нет, я кайф от этого получаю!

- Гав!

- Извини, это действительно больно, вот и говорю всякую чушь.

Повязываю ей как галстук. Пионерский. (Были такие ребята в прошлом веке)

- Вот! Так не потеряется.

- Еще тебе нужно снаряжение. Тайник тебе Аля покажет. Оттуда много не бери, тяжело будет. Костюм сталкера с разгрузкой, МП-5, пару магазинов, патронов пачку. Обязательно светошумовые гранаты, антирадианты и бутылку воды. Поешь на месте и собой немного возьмешь. Сменные магазины сразу заряди. Встретишь кого-то, похожего на меня, стреляй смело. Я тут один такой. Вроде все. Давай я тебя обниму.

Забираюсь на верх забора, встаю, опираясь на угол. Поднимаю Свету и помогаю ей перебраться сквозь дыру. С той стороны она свешивается на руках, держась за мою и спрыгивает вниз.

- А как я узнаю, что получилось? И как ты узнаешь?

Улыбаюсь

- Я уж узнаю. А тебе Аля потом скажет. Ты главное дойди.

- Я дойду! Я чес…

- Тссс! Не говори слов. Просто сделай и все.

Девочка, ведомая собакой уходит.

Мне немного грустно и стыдно. Я ее обманул. Но ничего, зато будет здорова. И даже приобретет что-то. Если дойдет, ей будет, чем гордиться. А она дойдет, я верю.

До домика возвращаюсь без приключений. Я опять невидим. Перед дверью замираю. Не слышно стонов раненого. Значит, тут кто-то был. Если из новичков, то наверняка уже ушел. А вот если кто-то из опытных, то мог устроить засаду. Осторожно вхожу в дверь и получаю «хедшот сзади». Видимо это мне за обман.

* * *

Вываливаюсь из вирта. Лариса сидит передо мной на диване с книжкой в руках и задумчиво смотрит в лицо.

- А говорил, что на два часа. Все остыло уже.

- Зато я теперь чист перед своей совестью и могу честно сказать «Я сделал все что мог». И вообще, если захочешь, я теперь в вирт неделю ходить не буду!

- Ты же не выдержишь! А то я тебя не знаю!?

- Такого не знаешь! Я тебя на руках носить буду!

Подхватываю ее на руки и кружу по комнате.

Эпилог

Эту неделю я выдержал без особого напряжения. В последнее время в моей жизни было слишком много вирта и слишком мало Ларисы. Так что я был очень рад поменять одно на другое.

Светлана благополучно добралась до блок поста на входе в Зону. Где-то по дороге успела подружиться с ветераном по имени BASS. Я про него только легенды слышал и думал он в игре уже не появляется. Эта веселая троица: сталкер ветеран в потрепанной СЕВЕ, девочка в сталкерском комбинезоне с МП-5 в руках и щупальцами кровососа на шее и псевдособака в ошейнике с надписью «Три дня на Свалке», заявилась на блок пост и сказали капитану, что хотят покинуть Зону. Капитан потребовал сдать оружие, артефакты и части мутировавших животных, а также самих животных. Девочка сказала, что готова отдать оружие, но щупальца должны остаться при ней и друзей она не сдает. Сталкер сказал, что свой любимый обрез он никому не отдаст, а вот количество недовольных этим обстоятельством можно быстро сократить. Собака ничего не сказала, но очень красноречиво оскалилась.

Положение спас сержант Нечипоренко, из старослужащих. Он сказал, что со своим отделением будет рад сопроводить необычных визитеров до точки выхода. Капитан потом долго репу чесал. А после православного рождества сработала мина заложенная под ЕЦГИ. Началось все немного раньше с пристрелочных научных статей в серьезной прессе. Потом появилась статья в комсомолке, в которой гендеров обвиняли в проведении экспериментов над молодым поколением. Попытка ЕЦГИ отбиться, вызвала целый шквал критических и расследовательских статей и передач. А потом вышли юмористические статьи и передачи над которыми смеялась вся страна. Особенно удались фельетоны утки Кря-Кря. Как уговорили этого старого юмориста осталось загадкой. Но результаты были потрясающие. Одно «бесполое существо усредненной наружности, страдающее комплексом неполноценности» чего стоит или «бесполое почкование» с «гендер сексом». А слово «гендерас» с легкой руки какого-то наемника стало просто бесселером месяца.

Апофеозом стал «хедшот» Ника на пресс-конференции в Берлине. Когда немецкого профессора, главного идеолога программы уже задергали вопросами об отношении к тому, что происходит в России и русском секторе вирта, Ник на английском языке задал «научный» вопрос:

- Правильно я понимаю, что вы считаете, что войны происходят из-за половых различий?

- Да! Мы это доказали!

- И войны Наполеона тоже?

- Да!

- Т.е. Наполеон завоевал всю Европу из-за того, что ему Жозефина не давала?

- Да!... Нет! Это провокация!

Это «Да» СМИ растиражировали на всю Европу. Профессор конечно потом извинялся. Но французы всерьез обиделись и срезали программе финансирование.

Олег "GB" Малахов

Если тебя кто-то ждет

Михаил, третий месяц, Дикие территории, вечер

Он устал и хочет спать. Глаза просто слипаются. Но спать нельзя. Ни в коем случае! Надо найти место, где он мог бы не опасаться быть загрызенным, порванным, выпитым. Там, где он сейчас находится, ночевать нельзя! Об этом ясно говорит труп какого-то бедолаги, сидящий в трех метрах за спиной. Ничего лучшего Миха пока не нашел.

Мертвый сталкер вызывает липкий страх одним своим присутствием. Не тем что не живой, мертвецов Миха с детства не боится, а тем как он выглядит. Голова почти оторвана и висит на лоскутах ткани. Потертый сталкерский комбез пробит на груди ударом огромной лапы снизу вверх. Но особый ужас вызывает вид рук и тела – оно как бы стянуто изнутри, мумифицировано. Кожа обтягивает останки как вакуумная упаковка мясо в супермаркете. А ведь трупу и суток нет.

До сих пор мутит, и мурашки бегут по спине, когда вспоминаешь что пришлось это обыскивать… Добыча не велика: КПК с разбитым экраном, упаковка бинта, три пустых рожка к натовской LR-300 и полтора десятка патронов. Сама винтовка пострадала от той же лапы и восстановлению не подлежит. А жаль… Она бы пригодилась.

Вообще-то новичку с его снаряжением ловить на Диких территориях нечего. Он сюда даже дойти не должен. Разбитый MP-5, сменивший уже не одного владельца, да советская бесшумка ПБ с одной запасной обоймой – вот и все оружие. Даже ножа нет! Нож достался жарке под мостом. Там же остались брови и ресницы.

Кожаная куртка потрескалась снаружи, но вполне еще крепкая. Даже нашитая изнутри кольчуга держится. Только вряд ли она защитит от той твари, которая пробила своей лапой многослойный «комбинезон сталкера».

Еще очень хочется пить, но воду надо экономить – во фляге плещется едва на треть. Пить ту воду, что льется с неба – это верная смерть от отравления или радиации или и того и другого.

Старенький детектор аномалий умеет только пищать, да и ловит-то те аномалии, которые даже новичок вроде Михи учится замечать к концу первого месяца. На новый или хотя бы на ДА-6 не хватило денег.

Неплохое место есть на другой стороне асфальтированной площадки. Там, рядом с несколькими подъездными железнодорожными путями, высятся опоры мостового крана. Если забраться на самый верх, то большая часть тварей не сможет до него добраться. До спасительных опор пятьдесят метров открытого пространства, на котором тут и там валяется мелкий металлический хлам. Аномалии на асфальте тоже сложнее увидеть, а они там есть. Об этом буквально вопят все новоприобретенные чувства сталкера.

Пора решаться, пока солнце не зашло.

«Солнце! Передавай привет своей тезке – моему солнышку! И пожелай мне удачи!»

Миха успел пройти целых пятнадцать метров и даже начал обходить притаившуюся под поверхностью воронку, когда сзади раздался торжествующий рёв. В первый момент он застыл, а потом сорвался с места и побежал забирая влево. Справа тихонько колыхался воздух над воронкой, а сзади и немного слева настигали тяжелые бухающие шаги и хриплое с присвистом дыхание. Что его заставило прыгнуть вправо - прямо в объятия воронки - Миха так и не понял. Наверное, это было то самое сталкерское чутье. Преследователь, обладая большей массой, сразу среагировать не успел и протопал мимо, а увернувшийся сталкер побежал по краю аномалии. Слава Богу, воронка вращалась по часовой стрелке и сначала помогала беглецу.

Вдруг, левую щеку сталкера как будто обдало холодным ветром, а все волоски на левой половине тела поднялись под действием статического электричества. Электра слева, воронка справа! А сталкер на тонкой тропе между ними. Беглец рванулся вперед, видя свое спасение в скорости. Сзади полыхнуло. Иссиня-белый свет сработавшей электры на некоторое время перекрыл слабые лучи закатного солнца. Черная тень испуганно прыгнула из-под ног, а в спину воткнулся разочарованный крик монстра, к которому примешивалась нотка боли.

С огромным трудом Миха вырвался из объятий жадной гравитационной ловушки и выскочил на край разгрузочной платформы. Он понимал, что достаточно чудовищу побежать по его пути или оббежать воронку с другой стороны – все снова вернется к прежнему сверхопасному состоянию. Лихорадочно осмотрев бетонные конструкции в поисках пути наверх, сталкер почти сразу увидел лестницу, сваренную из металлического прута, которая вела на верхний уровень. Когда-то она спускалась до уровня рельсового пути, но сейчас нижний край был отрезан или оторван на высоте полутора метров от платформы. Самое плохое притаилось внизу под лестницей – еще одна электра. Ярким солнечным днем она была бы незаметна, но в наступающих сумерках голубоватые щупальца электрического спрута, поднимающиеся откуда-то снизу, были достаточно заметны.

Не давая страху остановить себя, сталкер разбежался и прыгнул на лестницу, метясь ухватиться руками за вторую снизу ступеньку. Удар грудью о нижнюю перекладину чуть не сбросил его вниз в холодные объятья электры. В разгрузке что-то жалобно хрупнуло. Упираясь ногами в бетонную опору, Миха подтянулся на руках вверх и смог залезть на лестницу. Колени нещадно болели после встречи с твердой поверхностью опоры, хорошо хоть послушался опытного Волка и пришил на колени дополнительные накладки.

Конечно, сидеть всю ночь на остатках конструкций радости мало, а если еще и дождь пойдет, то вообще придется кисло, но внизу в несколько раз опаснее. Поэтому, мысленно поблагодарив Зону за подаренную относительную безопасность, молодой парень полез вверх.

Отсюда был еще виден краешек заходящего солнца. Багровый ломтик становился все меньше и меньше и наконец скрылся за горизонтом. Дикие территории медленно захватывала ночь – время тварей и смерти. В свете уходящего дня Миха заметил, что мостовой кран все еще держится на своих опорах. Даже кабинка крановщика как будто цела. Это очень кстати – будет где спрятаться от возможного дождя. Уже в сгустившихся сумерках сталкер смог добраться до крана и, убедившись в надежности его креплений, а также отсутствия внешних признаков «жгучего пуха» или «ржавых волос», забрался внутрь кабинки через выбитое боковое окно.

Слабый светодиодный фонарик осветил внутренности рабочего места крановщика. Сиденье и управляющие рычаги были кем-то откручены, в пульте зияли дыры от отсутствующих приборов, а возле задней стенки лежал какой-то сверток. Внутри старого пыльника были завернуты комбинезон расцветки «ночка» с бронежилетом и ПНВ, пара армейских аптечек, LR-300 с оптикой и глушителем, две пачки бронебойных патронов и запасной магазин к винтовке, две РГД-5 и одна Ф1.

Хозяин тайника, как оказалось, предвидел возможное обнаружение своих запасов и оставил записку в одной из аптечек. В свете фонарика Миха прочитал следующее:

«Сталкер! Возьми отсюда то без чего тебе не выжить и оставь все без чего можешь обойтись.

P.S.: Будешь уходить открой форточку на левой дверце, что бы я знал что здесь кто-то был.»

Подписи не было.

Светлана, четвертый месяц, Рыльск, ночь

«Здравствуй, свет моих очей, солнце моей вселенной! Сегодня получил возможность переслать тебе весточку. К сожалению, связь возможна только в одну сторону: от меня – к тебе. Зато я узнал, что отправлять свои послания смогу хоть каждую неделю. Сергей, обещал сообщить тебе где я сейчас. В письме этого лучше не писать.

Сообщаю что со мной все хорошо: жив, здоров и трезв :). Хотя налить настойчиво предлагают. Но я решил что больше не пью, значит, не пью и точка. Эти три месяца прошли не в пустую. Я изменился. Очень. Стал больше ценить минуты жизни. Особенно меня греют воспоминания о часах проведенных с тобой. Одно осознание того, что ты где-то есть, наполняет меня радостью.

Я не собираюсь быть здесь долго. Жди меня и я вернусь. Обязательно вернусь. Надеюсь, не с пустыми руками, чтобы бедным родственником не выглядеть. Твой Мишутка :).

P.S. Если со мной что-то случиться, тебе сообщат таким же способом.»

Света положила на колени помятый листок компьютерной распечатки и закрыла покрасневшие от невыплаканных слез и нервного напряжения глаза.

Сегодня утром, когда мальчишка курьер принес на работу пакет срочной почты, она ничего такого не ждала. Да! У нее теперь есть работа. Эти уже четыре месяца тоже не прошли бесследно.

- Ты чего спать не ложишься? Тебе же на работу завтра вставать? – Лена новая подруга и по совместительству соседка, вышла на кухню в одном ночном халатике.

- Мне сегодня Миша письмо прислал.

- Ну наконец-то! Они соизволили! Хоть через три месяца, а не через год! – в голосе девушки отчетливо слышен сарказм и досада за свою «глупую» подругу.

- Ты не понимаешь! Он раньше не мог!

- Да уж, конечно, куда мне! Сургут – это ж другая планета! Оттуда же письмо надо через лунную станцию отправлять! А станцию китайцы еще не построили!

- Он не в Сургуте… - сказала и почувствовала, как предательски свербит в носу, а отступившие было слезы снова готовы политься из глаз.

- Да? А где же?

- В Зоне.

- В зоне? На Колыме золотишко что ли моет? – Лена явно не ждала такого поворота. По описаниям на бандита подругин парень походил меньше всего.

- Да не, – на лице Светы промелькнула, сразу померкнувшая улыбка, – в другой зоне – в «Зоне Отчуждения».

- Чего!? Он совсем сбрендил, этот твой Миша? Оттуда же… – подруга вовремя прикусила себе язык, недав сорваться окончательному вердикту «невозвращаются».

Светлана все-таки расплакалась. Слезы, упорно сдерживаемые в ресторане во время встречи с Сергеем, и после на заднем сиденье его Ауди, по дороге домой, прорвали плотину и хлынули из глаз бурным потоком. Очищающей волной они смыли напряжение последних часов и горечь ожидания последних трех месяцев.

Когда поток иссяк сам собой, очистившаяся и закаленная в последнее время душа взяла управление судьбой в свои руки. Это же так просто «Жди меня и я вернусь».

- Я буду ждать! И он вернется! – в голосе девушки сквозила та твердость оружейной стали, которая иногда проскакивает в голосе ее отца.

Михаил, пятый месяц, застава Долга на Диких территориях, полдень

- Эй, Пограничник, оставайся с нами. Поможешь нам границу охранять. – Сержант Галушко приветливо осклабился.

- Галл, ну чего тут охранять? Зверье после выброса еще сонное, аномалии еще не изучило, они же еще две недели будут как сонные мухи. Вот следующие две недели до самого выброса будет уже опасно. – Влазит в разговор незнакомый молодой долговец.

- Нет, ты видал! В Зоне без году неделя, а уже все знает! Мне сегодня утром Серега Темный говорил, что тушканы на подземной автостоянке сильно громко визжали.

- На автостоянке? Ну, я там мимо буду проходить, могу посмотреть. – Миха поправил свой новый АК-101, – Если что, могу стрельнуть, чтобы вам слышно было.

- Стрельнуть? Да там с утра выстрелы почти каждые полчаса слышаться. Как мы определим, что это ты? Слушай, Пограничник, а давай я тебе ракеты сигнальные дам? – сержант достает из кармана две ручные сигналки, – Вот: красную и зеленую. Если все нормально, пустишь зеленую, если там действительно тушканов много, тогда красную. Мы тогда подкрепления из Бара с дробовиками подтянем, да почистим если получиться.

- Хорошо, а если там вообще гон тушканий, то я обе ракеты запущу. Тогда сразу на плиты залезайте, чтобы эти твари вас не достали.

- Кончай так шутить! А то накличешь еще…

- А я и не шучу. Не нравится мне что-то сегодняшняя погода. Три дня после выброса, а все равно не нравится. – Сталкер почесал маленький шрамик над бровью, память о походе на Армейские склады. – Не знаешь, сегодня бандиты на галерею приходили?

- Нет, там со вчерашнего вечера Дима Демон засел, а он их дюже не любит, хе-хе.

- Ладно, пойду я. Хотелось бы на Янтарь засветло добраться.

- Удачи, передавай привет Прапору.

- И вам того же и по тому же месту.

* * *

До теплотрассы Миха добрался без приключений. Хотя Дмитрий подтвердил, что сегодня утром на территории завода была слышна суматошная стрельба из калашей и пистолетов-пулеметов. Еще Демон сказал, что на Диких сейчас сталкеров нет. Они вчера с Темным вылазку делали, хабара мало, а зверья почему-то много. А с Янтаря народ вчера даже не пошел.

Забравшись на теплотрассу, сталкер вздохнул свободнее. Он еще два месяца назад провесил отсюда относительно безопасную «верхнюю» трассу, по трубам, вагонам, крышам, до памятного мостового крана. Большинство тварей просто не могло залезть на эти укрытия, аномалии тоже в основном располагались на земле. Только в одном месте надо было пробежать десяток метров понизу.

С хозяином тайника у молодого сталкера установилось странная связь. Они переписывались записками через аптечку. В одной по-прежнему лежало предупреждение для нашедшего тайник, а в другой они оставляли записки для друг друга.

Первый раз Миха очень удивился, обнаружив вторую записку. В тот раз он принес в тайник патроны, аптечки и консервы, заработанные в своей второй серьезной вылазке – зачистке с долговцами Свалки от бандитов. Записка была короткой: «Оценил шутку юмора». Вместо оставленной кожаной куртки и МП-5 снова лежали хороший комбинезон и LR-300. Правда винтовка была без оптики, а комбез без ПНВ.

Ответная записка получилась длиннее: «А я не шутил. Это я с себя снял. То, что было – взял взаймы. Могу со временем вернуть.». Когда в следующий раз Миха принес добытый по случаю натовский оптический прицел, в тайнике отсутствовала одна аптечка, бинты и консервы, зато добавился ПНВ. В оставшейся аптечке лежало две записки. Неведомый сталкер накарябал неровным почерком: «Со жратвой это ты хорошо придумал. Мне надо отлежаться пару деньков, поэтому консервы пришлись очень кстати. Снарягу оставь себе – ты ее честно получил. Пригодится. ПНВ надо мастеру показать, а то его глючит иногда.»

Занятый воспоминаниями, сталкер практически на автомате добрался до опасного участка. Здесь надо было слезть с грузового контейнера и пройти метров десять до такого же, которого уже можно было добраться до опор крана. Миха достал заранее приготовленные «пробники» – стреляные гильзы, заполненные глиной или мокрым песком, и обкидал предполагаемый маршрут. Парочку закинул подальше, и убедился что «постоянная» электра лежит на своем месте. На диких территориях было как-то непривычно тихо: не взлаивали слепые псы, не рычали глухо снорки и даже обещанные тушканы не пищали. Это тревожило. Зона опять приготовила какую-то пакость для бывшего пограничника.

Аккуратно спустившись на руках, сталкер спрыгнул на потрескавшийся от времени асфальт, и насторожено пошел вперед, держа автомат возле груди. Вдруг сзади своим фирменным криком, уходящим в ультразвук, заверещал тушкан. Ему ответил такой хор разнокалиберных криков с разных сторон, что начавший разворачиваться сталкер рванул что есть мочи к спасительному контейнеру. На одном дыхании взлетев наверх он развернулся посмотреть на кричавших тушканов.

Около полутора десятков этих саблезубых грызунов уже подпрыгивало возле контейнера. Еще парочка влетела в электру, за что была тут же наказана. Но, самое главное, судя по отдельным пискам, тушканов было существенно больше. Миха перепрыгнул с контейнера на конструкции опор. Тушканы к опорам не полезли, с этой стороны почти вдоль всей платформы были электры. Видимо, железнодорожные пути особенно притягивали эти аномалии. Взобравшись на верхний ярус, Пограничник ползком сместился так чтобы видеть всю погрузочную платформу и вход в подземный гараж и достал бинокль.

Увиденное потрясало. На открытом пространстве тут и там шевелились кучки грызунов. В бинокль было видно, что они грызут трупы слепых псов и псевдособак. Вдалеке, на верхнем этаже незаконченной стройки, лежали уже обглоданные трупы каких-то людей. Принадлежность к какому-то из кланов было не определить – от формы остались только армейские ботинки, остальное либо было разорвано в клочья, либо выпачкано кровью до полной неузнаваемости.

Только в поле зрения копошилось до сотни тушканов. Что-то выгнало этих подземных жителей из мест их обычного обитания, и они собрались в огромную стаю. Такое случалось всего несколько раз. После того как стае не останется нечего есть на текущем месте обитания, она двинется на другую территорию, уничтожая все на своем пути. Наиболее вероятный путь лежит на Армейские склады. Все бы ничего, но в этот раз стая явно не пойдет по подземельям или через завод, а ломанется по поверхности через выход к Бару. И это произойдет достаточно скоро, т.к. жрать на Диких территориях уже больше некого и нечего.

Перебравшись на ближний к бару конец помоста, Миха достал обе сигнальные ракеты. Зажав их в, подрагивающей от избытка адреналина, правой руке и немного отклонив их в сторону Бара, он левой рукой дернул спусковые шнурки. Красно-зеленый дуплет ушел в небо…

* * *

К бункеру ученых Михаил добрался уже ночью. Сегодня он снова выбрался из опасной ловушки уготованной ему Зоной. Если бы он пошел на Янтарь раньше или если бы не собирался заглянуть на всякий случай в кабинку крана, он мог остаться на Диких навсегда, и Светик не дождалась своего Мишутку.

На подходе к бункеру сталкер промигал своим фонариком условный сигнал. В ответ из темноты мигнул тусклый зеленый огонек. Опытные бойцы Долга не использовали фонари на дежурстве – ПНВ гораздо надежнее и не демаскирует.

- Привет, Пограничник, опять приперся на ночь глядя?

- Здорово, Прапор, привет тебе от Галла, чего опять ворчишь?

- Да запарился тебя уже ждать. Сам не сплю и бойцам вон дежурить мешаю. Пойдем, поговорить надо. Сидор, я ушел, сектор весь твой.

- Понял, командир, – донеслось из темноты.

- Чего у тебя опять стряслось? Опять снорки шалят?

- Да пока ничего, я хотел узнать как обстановка на Диких.

- Тихо все. Ты про тушканов в курсе?

- Да уж ползоны в курсе. Про бойню возле заставы на Баре только ленивый не знает. Только огнеметный танк и помог.

- Какой еще огнеметный танк?

- Да там стрельба была будь здоров, пулеметы перегреваться начали. Думали, что на вторую линию обороны отходить придется. А потом пришел Tank72 с огнеметом и устроил настоящую адову топку. Стая не выдержала и повернула на Склады. Наши потом две с половиной сотни мертвых грызунов насчитали. Да на Склады еще где-то с полсотни ушло.

- Так чего глупые вопросы про Дикие задаешь? Все что там шевелилось уже загрызено и съедено, а тушканы ушли. В общем, в плане зверья, чище чем на Кордоне. А зачем тебе?

- Да думал завтра через Дикие квад отправить, а по твоим словам выходит, что завтра там не протолкнуться будет.

- Я думаю, сорвиголовы пойдут сегодня же ночью.

- Ночью!? На Дикие!?

- А кого там теперь боятся? Я даже труп кровососа видел. Обглоданный. Хотя, думаю, к обеду основная толпа уже схлынет. Только…

- Что только?

- Если собираешься после обеда идти, то лучше не надо. Не нравится мне, что зверье такое активное. Прямо как перед Выбросом. Да и шрам у меня чешется, это знак верный.

- Месяц назад ты то же самое говорил, а Выброс только через полтора дня прошел.

- Так у меня сегодня с самого обеда чешется. Значит, завтра к вечеру и будет. В конце концов, у тебя вон научные светила под боком, спросил бы у них.

- Ага, как же. Они только с нашим начальством общаются. А с нами только когда зомбаки совсем уж толпами валят или снорки под забором орут. Не, Круглов еще ничего, а вот «Сладкий» совсем зазнался.

Странно. У Михи как раз с Кругловым отношения не очень, а вот с Сахаровым они быстро общий язык нашли.

- Как думаешь, не спят еще? Если я к ним сейчас зайду?

- Сахаров точно не спит, у него сегодня какой-то эксперимент. Спроси у него про Выброс.

- Ладно.

Сталкер поправил лямку своего изрядно потяжелевшего после Диких Территорий рюкзака и пошел к дверям бункера. На Диких он сегодня хорошо прибарахлился. Тушканам ведь артефакты и снаряжение ни к чему – есть их не получается. Да и просто поля артефактов после выброса еще никто толком не проверял. Так что он, можно сказать, снял все сливки. А те, кто придет туда завтра утром, пусть кусают локти.

Самые ценные арты и те, что можно смело продавать ученым, сталкер забрал с собой. Собранное оружие и не очень ценное снаряжение припрятал в одном аномальном контейнере с мусором. Этот контейнер становился доступным только дней на пять после выброса. А в остальное время на нем жила электра. Лучшей защиты и не надо. Арты средней руки, которые можно использовать самому, а можно и продать, аптечки и главная ценность – патроны, были припрятаны в другом тайнике поближе к Янтарю.

* * *

- Ну и чего ученые?

- Да фиг его знает. Сахаров говорит, что по приборам вроде до выброса далеко, а вот по поведению мутантов выброс завтра вечером будет. Кстати, он просил тебе спасибо сказать: за то, что снорков и зомбаков оперативно пометили.

- Да ну его нафиг! После каждого Выброса помечать приходиться – электроника капризная не выдерживает.

- Зато, у тебя теперь есть большой резон предполагать, что выброс завтра. А без пометок не было бы никакой уверенности. Я профессору намекнул, чтобы он руководству вашему о своих подозрениях сообщил. Но не грех и продублировать. Я по своему списку контактов уже предупреждение разослал, чего и тебе советую…

- Ага, я по своему тоже разошлю.

- Можно я в твоем лагере прикорну, а то до Воробьевой горки далековато по темноте.

- Ложись, конечно, если что огнем поддержишь.

- Заметано. Спокойной ночи.

- Это уж как Зона даст.

Светлана, шестой месяц, Рыльск, два часа дня

- Светка, сделай мне кофе

- Павел Сергеевич, - Светлана даже не повернула головы, продолжая набивать договор со скоростью хорошего пулемета, - кофе стоит на полочке в шкафчике, сахар там же, кипяток в кулере, налейте себе кофе сами.

Телефон выдает мягкую трель внешнего вызова.

- ЗАО «Измерительные приборы», приемная, здравствуйте, - все это на полном автомате и продолжая печатать.

- Мне, это … купить надо…

- Сейчас я Вас переключу, - девушка быстро набирает внутренний номер, - Мария Александровна, клиент, переключаю.

- Так уж прямо кофе трудно было налить.

- Павел Сергеевич, если у Вас нет срочных дел, пожалуйста, не мешайте тем у кого они есть.

- Ой, какая цаца деловая. Прямо незаменимая работница, - и видя, что секретарь не реагирует на подначки, - тебя как приняли, так и уволить могут, невзирая на папочкину протекцию.

Светлана закончила набирать текст, сохранила и отправила договор по внутренней почте производственникам.

- А что Анастасия Петровна уже в декрет ушла?

- Причем тут Анастасия Петровна?

- Я думала, что подбор персонала – это ее работа, а не Ваша.

Молодой замдиректора по орг. вопросам пошел пятнами и выскочил из приемной. «Ну и зачем было понты гнуть?», - подумала девушка, набирая номер производственного отдела.

- Сережа, я твои бумажки забила. Договор у тебя в почте. Посмотришь, распечатай и согласовывай в темпе, Степан Анисимович уже спрашивал.

- Ой, Светочка, спасибо большое, с меня шоколадка.

- Ты мне лучше селектор отремонтируй, как обещал, а то барахлит.

Тут же ожила упомянутая единица офисной техники: «Света, найди мне контакты этих научников из НИИ, которые в позапрошлом месяце приезжали». Потянувшись чтобы ответить, девушка обнаружила, что кнопка уже нажата. То ли опаять заело, то ли, когда переключала телефон задела. Сразу проскочила мысль «Ой, как нехорошо получилось».

- Степан Анисимович, сейчас договор с «Глобусом» согласуют, и я его вам сразу на подпись занесу, хорошо?

- Ладно.

Хорошо хоть полтора месяца назад она не поленилась и перенесла всю информацию с визитных карточек ученых в компьютер, теперь не придется искать.

Держа в руках папку с согласованными экземплярами договора, Света вошла в светлый кабинет шефа. После обеда солнце просвечивало легкие жалюзи и оставляло на паркете сетку теней, направленных в сторону входящего. Классический рабочий стол, с приставленным к нему виде ножки буквы «Т» столом для совещаний, отражал вкусы хозяина. Он был практически пуст, если не считать большого ноутбука, небольшого, но изящного письменного прибора и фотографии семьи в деревянной рамке. Да и весь кабинет производил впечатление строгости и подтянутости. За спиной у хозяина кабинета висела карта с географией поставщиков и партнеров.

- Еще на втором экземпляре подписи надо поставить.

- Угу… , так, так. Кстати, а почему такой аврал? Почему договор в последний момент оформляем?

- Там немного технология поменялась, теперь больше деталей цинковать нужно. А технологи заводские упираются, что мы, мол, не можем в план работ ваши дополнительные заказы впихнуть. В общем, пока согласовывали время и потеряли. Сегодня только окончательный перечень работ принесли.

- А почему ты в договор эти изменения вносила, а не те, кому положено?

Света почувствовала, как краснеет. И не от того, что помогла Сергею Андреевичу перенести список и сроки работ с бумаги в компьютер, а от того, что вся нелицеприятная сцена в приемной была, по-видимому, слышна через проклятый селектор.

- Так они бы час провозились, а договор еще подписать и на завод отправить надо.

- Все равно, они за эту работу отвечают, и я с них ее буду спрашивать, а не с тебя. Сами протянули, пусть сами и выпутываются. Михайлов где?

- В приемной ждет, чтобы сразу в бухгалтерию и на завод.

- Хорошо, отдашь ему договор и сделай для меня чайку для бодрости. А я пока над этим листочком помедитирую, - берет в руки распечатку с контактами, - Погоди, я вроде информацию по самому институту и его директору не заказывал?

Секретарь, уже развернувшаяся к выходу, поворачивается обратно.

- Вы же не просто так контактами заинтересовались. Значит, возможно, будете с ними связываться. Тогда вам эта информация пригодиться. А открытая информация по НИИ, это тоже пища для размышлений.

- Хм… и по многим нашим контактам так?

- По всем за последние четыре месяца. Для более ранних я пока отчеты скомпоновать не успела.

- Отчеты?

- Это же выборка из нашей CMS. Просто в стандартный отчет добавлена дополнительная шапка и фильтры. Там это просто делается.

- Покажешь потом…, - смотрит задумчиво на листок в руках, - Семенов, еще не вернулся?

- Обещал к половине третьего быть.

- Хорошо, значит на три пригласи его, Алену Дмитриевну и Потапова. Ладно, иди, а то Михайлов в приемной уже, наверное, по стенам бегает.

* * *

- Вот здесь добавляем фильтр по фирме и у нас готов список тех людей, которые на этой фирме работают и при этом контактируют с нами. Можно еще и их отфильтровать по подразделениям, но обычно это уже не нужно. Заголовок можно в шапке менять. Как автоматически добавить я пока не разобралась, а вот просто вставить текст можно. После этого отчет сохраняем, и его потом можно в любой момент вызвать.

- Век живи – век учись… Кстати, что у тебя с учебой? Поступила на свой юридический?

- Поступила! Через три месяца первая сессия. Вы же меня отпустите на сессию?

- Отпущу, куда ж я денусь. Ладно, давай иди домой, а то опять тебя задержал… А на Пашку не обижайся. Он еще молодой, во власть не наигрался еще, все утверждается.

Света почувствовала, что снова краснеет.

- Я не обижаюсь. Но и утверждаться за свой счет не позволю.

- Ну, ну, - и со значением смотрит на селектор.

- Это случайно получилось! Да и вообще чего на чушь обижаться. Я же знаю, что Вы персонал по работе оцениваете. Если бы я оставалась такой же неумехой, как пришла, вылетела бы после окончания испытательного срока. И уж точно прибавку к зарплате не получила бы.

- Прямо уж такой неумехой, - улыбается, - печатать умела же и немецкий знала?

- Конечно, неумехой! Да даже чай правильно заварить и подать не могла! А немецкий – это Анне Григорьевне спасибо. Сколько мучений в школе было, но у нее на уроках всегда интересно было.

- А она еще работает? Вот действительно Учитель с большой буквы. Я ведь тоже у нее учился.

- Правда?

- Правда, правда. И с отцом твоим на переменах дрались. Он, кстати, заходил недавно. Про тебя расспрашивал. Чего сразу ощетинилась как дикобраз? Сядь вон на стул. Раз уж речь зашла, то давай и об этом поговорим. Это конечно не мое дело, но других ты ведь слушать не станешь? Хочешь жить своим умом, пожалуйста, живи, только это же не означает, что совсем с родителями не общаться.

- Да они меня как самостоятельную личность не воспринимают! Я для них ребенок еще! – срывающимся от волнения голосом воскликнула девушка.

- Ничего себе ребенок!? А Пашку сегодня совсем по-взрослому отшила. Это же от тебя зависит! Как сама себя поставишь – так и будет. Можно же, в конце концов, и по телефону поговорить. Нет?

И тут Свету как прорвало. Захлебываясь словами и всхлипами, она выплеснула в словах эмоциональное напряжение последних нескольких месяцев.

- Так я и говорила, – хлюп – с мамой, – хлюп, хлюп. – И каждый раз одно и то же. Как об стенку горох. Последний раз после поступления. Порадовать их хотела. А она мне – что это за специальность юрист? Да еще заочное обучение. Возвращайся, доченька, домой. Мы тебя на экономику поступим. Поздновато конечно, но успеть можно. И ведь совсем не интересует, что в КГУ на юриспруденцию конкурс три человека на место. А для заочников два. Вот как с этим бороться?

- А зачем бороться? Так ты ничего не достигнешь, а только себя в борьбе измотаешь. Делай свое дело, учись, где тебе интересно. Докажи своей учебой что это осознанный выбор. И тогда им останется только смириться.

Пока директор говорил, Светлана, немного успокоившись, вытерла платочком слезы и поплывшую косметику.

- Ну, ладно, с матерью у тебя не сложилось, но почему ты отцу ни разу не позвонила? Он ведь действительно беспокоится.

- Да я как ни позвоню, мама трубку берет. Я с ней опять поругаюсь и все настроение коту под хвост.

- Не увиливай. Можно ему на работу позвонить или на сотовый. Неужели не видела такой возможности? Или не хотела видеть?

- В рабочее время он занят, и я сама занята. Да и неудобно это. А сотку его я на память не помню. Свою старую, где все телефоны были, я дома оставила.

- Ну так я тебе напишу, – достает из кармана визитку и пишет на обороте, - Позвони. Еще лучше пригласи его куда-нибудь в кафе и поговорите. А то это не дело чтобы он через меня о твоих успехах узнавал. Договорились?

- Договорились.

- Ну и молодец, беги, давай.

* * *

- Света, давай я тебя подвезу?

«Ауди» Сергея девушка увидела, когда прошла уже полпути от проходной. Не возвращаться же. Вдруг в это раз пронесет? Не пронесло.

- Сергей Александрович, я Вам сколько раз говорила, не приезжайте за мной и цветы не приносите. Я сама до дому дойду.

- А я тебе в который раз уже говорю, что я для тебя не какой-то там Сергей Александрович, а просто Сергей.

- Хорошо, Просто Сергей. У Вас появилась новая информация?

- Э.. нет. – И взгляд куда-то вверх.

- Значит, Вы меня не слушаете или не хотите слушать. Погодите, это не вопрос, это вывод. Я Вам в прошлый и в позапрошлый раз говорила, что соглашусь с вами встретиться, только в том случае если у Вас будет новая информация.

- Но, Света, это так быстро не делается. Зона закрытая, там подходы к людям нужно искать. Мои знакомые пока ничего не смогли сделать.

- А я и не прошу быстро. В конце концов, это Вы сами предложили поискать сведения о Вашем друге. А о том, что ничего нового нет, можно сказать и по телефону.

- Но, у меня нет твоего номера!

- У Вас есть мой рабочий телефон. Я отвечаю на звонки с полдесятого до шести. Это все?

- Хочешь, я сам туда поеду?

- А вот этого не надо! Не надо на меня перекладывать Ваши решения. Вы можете ехать, можете не ехать, но это будет только Ваш выбор.

- Хорошо, но после возвращения ты найдешь время, чтобы поговорить о том, что я узнал?

- Да. Если это опять не будет «ничего нового». До свиданья, Сергей Александрович, а то меня уже ждут. Всего хорошего.

- До свиданья, Света. Надеюсь до скорого свиданья.

Девушка, обошла машину и, сердито стуча каблучками, устремилась к выходу из двора на улицу, возле которого уже минут пять ожидает Лена.

- Ну ты даешь, подруга! Такой парень ей цветы приносит, а она ему от ворот поворот.

- Да чего в нем «такого»?

- Машина, посмотри, какая, всегда в костюмчике, денег, наверное, зарабатывает, сколько мы с тобой и не видели.

- И всё? Машина, это как мой папа говорит, понты пустые. Кому она нужна такая машина в нашем захолустье. Был бы джип, чтобы по нашим колдобинам окружным прыгать, еще понятно. А деньги, это еще вопрос, где у нас такие деньги можно заработать?

- А чего же тебе тогда нужно?

- Да хотя бы элементарной порядочности. У него друг в Зону ушел. А он за его девушкой прихлестнуть решил. Это как называется?

- Ой, да всю жизнь так случается. Куча романов на эту тему написано. Раньше из-за любви стрелялись даже.

- Может ты и права. Но только я от человека, не уважающего дружбу, ожидаю и неуважения к любви. И понты тоже не люблю. У меня вон на глазах такой же понтовый есть. Достал уже. И вообще мы сапожки покупать собрались или как?

- Конечно за сапожками! Иначе чего бы я тебя ждала столько времени! Только я все равно сомневаюсь, что на мою ногу что-нибудь найдется.

- А ты не сомневайся, тетя Маша меня никогда не подводила! Да у нее же половина наших обувных салонов отоваривается. А тут только поступившие новинки осеннего сезона, все вместе, все размеры и без торговой наценки!

- Да что ты меня уговариваешь, как рекламный агент! Согласная я! Только думаю что это самое «без торговой наценки» все равно будет ого-го сколько стоить.

- Ну, подруга, красота требует жертв. Не так ли?!

Михаил, седьмой месяц, Бар, ранний вечер

- Привет, Пограничник, тебе опять чай?

Хозяин и главный работник бара «100 рентген» Николай по прозвищу, ха-ха, Бармен стоит за полупустой стойкой с задумчивым лицом. На черной футболке через грудь идет надпись «Сделано в СССР».

- И тебе привет, продавец жидкости. Чего-то у тебя людно сегодня.

- Так выброс же скоро, толи завтра толи сегодня поздно ночью. Вот мои клиенты и собираются заранее. К вечеру тут такая толпа будет, не протолкнуться. Уже сейчас почти все места отдыха забронированы. – Вздыхает.

В бункере, в котором располагается бар, есть еще несколько комнат, которые сдаются внаем целиком или по спальным местам. Можно арендовать угол чулана для хранения ценных вещей. Даже помыться теперь можно. Все дополнительные услуги не бесплатные, но опытные сталкеры предпочитают, если есть возможность, переждать выброс в баре.

- А тебе-то чего страдать? Выручка тоже будет хорошая.

- Да у меня Вадим прихворнул. А сегодня народу будет много, кто за порядком в зале следить будет?

- Излагай.

- Чего?

- Условия! Ты чего-то от меня хочешь, вот и говори чего и про оплату не забудь.

- Ох, как с тобой трудно, - морщится Бармен, - мне может настроиться надо.

- Ну настраивайся. Только молча. А я пока чайку попью, ага?

Пару секунд Бармен мнется.

- Слушай, ты мог бы на дверях возле оружейки сегодня постоять?

Брови Михи непроизвольно ползут вверх. Раз уж бармен предлагает ЕМУ эту работу, значит дела совсем швах.

- Ты хорошо подумал? Не забыл, что было в прошлый раз?

- Забудешь, такое как же! Череп на меня потом еще месяц дулся. Зато теперь, когда ко мне идет, «экзу» в своей оружейке оставляет.

В тот раз Миха только вернулся с Армейских Складов, слегка контуженый и с царапиной от гранатного осколка над бровью. Поэтому чтобы перекантоваться несколько дней Бармен предложил ему подежурить у оружейки в обмен на стол и спальное место. В первый же вечер в бар ввалился Череп со своими бойцами и уткнулся в закрытую решетку, с неразговорчивым сталкером с бинтом на голове за ней. На недоуменный вопрос: «Это еще что?», последовало молчаливое указание на плакат «Сталкер! Перед входом в бар сдай все оружие». Долговец хмыкнул и положил на стойку перед другим помощником бармена, семнадцатилетним мальчишкой, свои ВАЛ и кольт. Миха даже не подумал открывать: «Вальтер, нож и экзоскелет тоже оружие». Череп опять хмыкнул: «А если я эту решеточку сейчас погну?», – и с некоторым удивлением уставился на смотрящий ему в лоб ствол беретты. «Ну хорошо», - Череп благоразумно убрал руки от решетки, - «а если я под этим костюмом в нижнем белье?». Беретта спряталась так же быстро как и появилась. Миха выразительно посмотрел на ворот форменной рубашки выглядывающий из-под нагрудника и по наитию выдал: «Возможна торговля на вынос».

- Ну так что?

- Ты про оплату опять забыл? – выныривая из воспоминаний, осведомился сталкер.

- Оплата как всегда, стол и кров.

- Ну-ну, это у меня уже есть, не правда ли? Так зачем я должен тратить время своего отдыха?

- Э… да, три дня у тебя еще есть. А чего бы ты сам хотел?

- Три процента от выручки.

- Чего? – бармен даже встряхнулся – Да у меня даже постоянные охранники на твердой ставке, а тебе процент от выручки!? Полпроцента.

- Что даже Вадим на постоянной ставке? Не верю! Два с половиной.

- Вадим это отдельная статья. Он совладелец и получает проценты от прибыли, а они меньше чем от выручки, процент.

- Но и число процентов у него больше чем я прошу. Всего какие-то несчастные два процента.

- Работа на всю ночь. Полтора процента мое последнее слово.

- Ночь начинается в 22.00? Тогда согласен.

- Ох, крохобор. Ладно, договорились.

- Что-то не вижу радости? Куда перечислять ты знаешь. Я сейчас помыться и спать. Разбудишь меня в полдесятого, поем и на пост. Да! Поесть чего-нибудь нормального приготовь, а не колбасу эту надоевшую. Да не кисни, выброс завтра будет часиков в полдевятого - девять, так что до полудня у тебя будет аншлаг.

- Откуда про выброс знаешь? – спрашивает повеселевший бармен.

- Снорки нашептали, - говорит Миха замогильным шепотом и с усмешкой уходит в сторону внутренних комнат.

* * *

- Дядь Миш, вставайте, уже полдесятого.

С сожалением прерывая красочный сон про Свету, сталкер садиться на лежаке. Такие сны сняться ему только здесь – в задней комнатке бара. В других местах Зоны сон всегда чуткий на грани яви.

- А, Женька, привет. Как дела? Что в баре твориться?

С молодым пареньком, бывшим детдомовцем, у Михи отношения на грани приятельских еще со времени совместного дежурства возле дверей.

- Да что у меня измениться может? Нормально. Народу сегодня много, а дядя Вадим говорит: будет еще больше.

- Вадим? Он разве не болеет?

- Болеет. Только возле двери больше сидеть не кому, я по залу бегаю.

- Женька, быстро в зал, - раздается из коридора голос хозяина.

- Вас еще Соло спрашивал.

- Ладно, беги, потом поговорим.

* * *

- Привет. Приятного аппетита.

Соло, оружейник и электронщик, подсаживается к Михаилу, жадно поедающему котлеты с толченой картошкой.

- Привет, спасибо. Женька говорит, ты меня увидеть хотел?

- Ага, - и понизив голос, - за твою голову награду обещают.

- Та-ак, все не угомоняться? И кто на это раз?

- В этот раз все серьезнее. Кто-то на наемников вышел. Это не отморозки с Агропрома.

- Спрашивать откуда информация бесполезно?

- От наемников, а точнее не проси. Вообще у этого дела душок какой-то нехороший. Поэтому меня и попросили тебя предупредить. У тебя врагов на Большой Земле не осталось?

- Да нет вроде. Почему спрашиваешь?

- Заказ оттуда идет, и есть информация, что Утюгу заказ тоже оттуда был.

Михаил крепко задумался. Похоже, пора сматывать удочки. Всех денег все равно не заработаешь. Путь отхода уже месяц как продуман и частично разведан, не хватает только некоторого снаряжения.

- Соло, ты можешь кое-что для меня достать по-тихому?

- Не все. Но кое-что могу.

- Мне нужен Морской Еж, а лучше два или три.

- Три вряд ли, даже два не обещаю, а один найду. Когда надо?

- Завтра к полудню. Как раз выброс пройдет.

- Попробую.

- Спасибо. Я до конца выброса в баре буду.

* * *

- Привет. Что, как дежурство?

Огромная фигура бывшего штангиста Вадима поворачивается на крутящемся кресле и отодвигается в дальний угол стойки, освобождая Михаилу место перед оком приема-выдачи.

- Привет. Да все идут и идут. Я уж запарился. Давно такого не было.

- Так выброс плановый, - Миха сноровисто принимает два Калаша и пару Фортов, рюкзак с чем-то тяжелым - Эй, а ножи? И у тебя еще за поясом еще пистолет.

- Ножи Бармен разрешил оставить, только за вход сегодня полтинник и еще пять тысяч в залог за нож, если все будет нормально, залог вернем, - поправляет Вадим.

Сталкеры за решеткой бурчат, что, мол, не все такие богатые, отдают пистолет, два ножа и сотню с двоих за вход.

- А чего это бармен ножи разрешил? – приняв остатки и выдав сталкерам ключ, спрашивает Миха.

- Это не бармен, это я. Некоторые чувствуют себя без всего оружия неуютно. Проше говоря, голыми себя чувствуют. Так что желающие могут оставить нож при себе. С другой стоны залог не очень маленький, мелочь всякую, вроде этих, – указывает кивком в сторону только что прошедших сталкеров, – отсеивает. Народу серьезного сегодня много, так что выпендриваться просто так резону нет, скрутят. А кулаки друг об друга почесать – это пожалуйста.

- Думаешь, драка будет?

- Может, будет, может, нет. Наказание за провоцирование драки сегодня одно – на улицу выставим. – усмехается, - так что, я думаю, много желающих не будет.

- Что и ВИПов на улицу? – Миха недоверчиво качает головой.

- Ну если последствия не очень серьезные можно и штраф, но проход в ВИП-зал сегодня тоже подорожал, так что там еще более серьезные люди собрались. Эти просто так драться не будут.

- Угу.

Хлопает входная створка, и по лестнице спускаются еще трое сталкеров. Двое типичные новички второго-третьего месяца. Третьего Миха знает, пронырливый субъект. Увидев, кто сегодня на оружейке, опытный морщится и выкладывает на стол свои АКСУ, ПБ, подсумок с гранатами и армейский нож. У одного из новичков оказывается МП-5 с поцарапанной коробкой – старый знакомец. У второго только ТТ.

- Всё, открывай!

- Не все. Во-первых, сегодня вход полтинник. Во-вторых, на плакате ясно написано ВСЁ оружие. А ты гранату в поясе оставил и, - переводя взгляд на новичка, Миха натыкается на умоляющий взгляд. Приходится на ходу менять фразу, - и рюкзак заодно покажи.

- Да без запала она!

- Не волнует. Может запал у тебя в кармане или в рюкзаке. Сдавай или проваливай.

Просмотрев рюкзак, получив гранату и причитающееся за вход, Пограничник разблокировал дверь.

- Вы двое проходите. А ты, - показывает на хозяина пистолета-пулемета, - останься.

- Эй, а почему он остается? Он со мной идет!

- Слушай, Мессер, не доставай меня, а то сейчас все назад верну, и ночевать будете, где захотите. У него очень знакомый ствол, вот расскажет где его взял, и пропущу.

- А, - и обращаясь к новичку, - не задерживайся, мы тебя внутри ждем.

Дождавшись пока шаги двоих вошедших смолкнут ниже по лестнице, Михаил с интересом посмотрел на молодого сталкера.

- Ну, показывай, чего у тебя там?

Парень, немного стесняясь, достал из-за правого голенища отличный нож с анодировано черным лезвием.

- Ух, ты. А ведь это Дикобраза ножик, - говорит со своего стула Вадим.

- Уверен? Перепутать не мог?

- У него на рукояти номер 315.

- Посмотри. – Это уже новичку.

- Да действительно номер 315, но я это нож сам нашел! На Свалке! Часа полтора назад.

- Не дергайся. Нашел, и нашел. Дикобраз уже третий день как пропал. Вадим, а ты Черепашку не видел?

- В баре он.

- Угу. Теперь и я вспомнил. За стойкой сидит, - Михаил задумчиво почесал бровь и сфокусировал взгляд на молодом сталкере, - тебя как зовут?

- Андрей.

- Значит так, Андрей. Нож отдай вон Вадиму на хранение. В зал с ним мы тебя все равно не пустим. Как зайдешь, подойди к стойке, там сидит сталкер в таком зеленоватом комбезе. У него на плече еще черепашка-ниндзя нарисован. Не ошибешься. Зовут его Черепашка. Расскажешь ему где, как и когда нашел нож. Понял?

- Ага. Значит, ножа мне теперь не видать?

- Не знаю. Черепашка мужик нормальный, так что, думаю, договоритесь.

Миха разблокировал дверь, и, новичок, задумавшись, начал спускаться в бункер.

- Не зря тебя Череп «Пограничником» назвал, я прямо удивляюсь, как ты все эти спрятанные заначки видишь, - кряхтя и морщась, говорит Вадим.

- Так Череп и не ошибся или даже знал. Я действительно на границе служил. Только больше таможенникам помогал. Стоял на КПП между Россией и Украиной. И вообще, как говорил лейтенант Саманный, ничего тут сложного нет.

- Не скажи…

- Ты думаешь, трудность в том, чтобы увидеть где спрятано? Нет. Трудность в том чтобы увидеть, что кто-то пытается пронести. Его уже начинаешь внимательно рассматривать. Со временем тренируешься взглядом выделять тех, кто что-то прячет, и по их поведению догадываться где.

Снизу по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, выбегает Черепашка. Миха едва успевает разблокировать дверь перед ним.

- Ты куда собрался на ночь глядя? Выброс скоро. Умереть торопишься?

- Отстань! Вадим, покажи нож! И давай мое барахло.

- На. Успокойся. Мишка дело говорит.

- Да некогда мне! Дикобраза бандиты в Темную Долину тащат! Этот нож знак от него.

- Может, он там давно лежал?

- Да не лежал он! Воткнут был! И не было его там еще пять часов назад. Я сам на этом месте был!

- Все равно успокойся. Будешь так спешить, сам шею свернешь и товарищу не поможешь. Пока не успокоишься, автомат не отдам.

- М…, - сталкер делает глубокий вдох и с силой выпускает воздух сквозь зубы, - Отдавай. Мое. Оружие. Обещаю, по-пустому рисковать не буду.

- Другое дело, - Вадим открывает шкафчик и начинает выкладывать на стол оружие и снаряжение. В процессе говорит короткими рублеными фразами. - Прими совет. Застава Долга сегодня в Темной Долине до рассвета будет стоять. Бандиты пойдут через северный проход. Скорее всего. Ты за ними не ходи. Одному по горам совсем опасно. Лучше перехватить их перед фабрикой. Иди сразу к заставе. Там сегодня Пуля дежурит. Он по Темной Долине спец. Поговори с ним обязательно. Может чего нового подскажет.

- И помни, - вклинивается в разговор Миха, - завтра в половину девятого утра ты в любом случае должен сидеть в укрытии. Лучше выброс в Темной переждать, чем по дороге потом нарваться.

Сталкер подогнал все снаряжение, повесил на плечо автомат, попрыгал, проверяя, чтобы ничего не звенело, и рванул через две ступеньки к выходу.

- Ни пуха!

- К черту!

И только бухнула наверху створка.

- Дай ему Зона удачи.

Помолчали.

- Слушай, а ты чего до сих пор здесь сидишь? Уже моя смена началась.

- Да у меня колени болят жуть. К выбросу крутит. Даже со стула встать не могу.

- А мазь от Доктора? Кончилась что ли?

- Да некогда было с этим наплывом посетителей. Сейчас намажу, может, отпустит.

- Ага, давай тогда отодвигайся вглубь, я к окну встану.

* * *

- Дядь Миш, можно я у вас тут посижу?

- Садись, а чего из зала сбежал?

- Заколебался уже! Что я им, золушка, что ли?

- Бросил, значит, дядю Колю одного? – со слегка заметной иронией спросил Миха.

- Ничего ему не сделается! В общем зале только возле стойки жизнь теплится, остальные уже спят по всей территории. Только ВИПы еще гуляют.

- Да? С чего бы это?

- А Вы не знаете?! BASS со своими Искателями какой-то новой тропой из вылазки возвращались, ну и набрели на целое поле нетронутых артов. Да еще и арты такие, которые любому сталкеру не зазорно иметь! Нагруженные пришли, по самое не могу!

- И как не побоялись с таким грузом идти? Могли и на засаду нарваться – Миха скорее размышляет вслух.

- Да засада бы сама перед ними разбежалась, - азартно вскидывается Женька, - во-первых сами Искатели – сплошь ветераны, а во-вторых они же когда до более-менее обитаемых мест вышли, запросили через кого-то подмогу из Бара. Так туда группа матерых одиночек ушла во главе с Танком. Теперь вон в ВИП-зале празднуют.

- Не скажи… Засады разные бывают, сидели бы в засаде несколько снайперов и пулеметчик, мало бы не показалось. Да даже пары гранатометчиков на открытой местности много – накроют колонну гранатами с дальней дистанции и привет. Я видел, что может натворить даже одна осколочная граната. Тоже кстати на засаду нарвался.

- Это когда Утюга с его командой покрошили?! Расскажите! – глаза у юноши загораются интересом.

- Ты думаешь, это круто!? – неожиданно заводиться Михаил, - Ты думаешь, это классно, когда восемь молодых парней в трупы превратились?! А?

- Дядь Миш, но они же на Вас охотились? – молодой сталкер сбит столку и не понимает, что так рассердило его старшего товарища.

- Ну и что! Я по ним убиваться и не предлагаю. Но и радоваться тут нечему! Радоваться надо тому, что в этот раз живым остался…

Помолчали.

- А вообще, шел бы ты спать. А то зеваешь так, что челюсть из суставов выпадает.

- А Вы?

- А чего я? Мне все равно до самого утра тут загорать.

* * *

Утром, когда из-за неплотно прикрытой верхней створки уже вовсю просвечивало солнце, из бара поднялся Соло. Его походка навевала мысли о моряке на сухопутье.

- Далеко собрался?

- К себе пойду.

- В таком виде? Тебя же ноги не держат! Зачем? Спи уж лучше здесь.

- Точно! Танк меня звал… Тогда зачем я сюда поднялся? – морщит лоб пьяный сталкер - А! Вспомнил! На вот! - и выкладывает на стойку три «Морских ежа».

- Ого! Откуда такое богатство? – Миха быстро убирает арты под стойку. Вроде нет никого, а все равно незачем их светить.

- Один мой. Один я у Танка выцыганил, а еще один Хронавт дал.

- Сколько я тебе должен?

- Хабором отдашь. Потом.

- Не... так не пойдет, - Миха задумался, - Скажи, Хронавт со своим танком еще не передумал?

- Нет, - хмыкает Соло, - уже третью реинкарнацию собирает.

- Давай я тебе и ребятам инфой отдам. У тебя диктофон на КПК работает?

- Угу.

- Включай, я тебе наговорю, потом, как проспишься, послушаешь.

Пока Соло достает и настраивает КПК, Миха мысленно сортирует свои знания о Зоне.

- Значит, первое. Информация для Танка 72-го, на втором этаже Агропромовского корпуса, который военные держат, есть большая газовая емкость, на ней два отлично сохранившихся манометра. Еще одна такая же есть в подвале основного Агропромовского комплекса, но там радиация большая. Еще видел инструмент для газовой сварки в одной из подсобок в Х-18, рядом еще Жарка постоянно горит, там есть кислородный баллон и пара манометров с кранами.

- Второе – информация для Хронавта. На Военных Складах между базой Свободы и заставой наемников на дороге стоит танк. Он полностью целый, даже боеукладка на месте. Одна проблема - на нем постоянно «живет» мощнейшая Электра. Вариант первый: отбуксировать его на внешней тяге, пока Электра не отцепится. Вариант второй: взять с него все, что можно, на запчасти. Теперь самое важное. Электра пропадает где-то за час до выброса и появляется снова через полчаса после него, но мощность сначала маленькая, в костюме ученых можно еще часа три-четыре безбоязненно работать.

- Третье – информация для них обоих. В Темной Долине за заправкой есть люк под землю. Внизу на глубине метров десять есть комната, в которой стоит мощный дизель-генератор – питающие кабели по узким каналам уходят куда-то дальше под землю. Наверное, аварийное питание для какой-то секретной лаборатории. Рядом с генератором стоит емкость с топливом. Его там много – тонн десять. Конечно, оно дрянное уже, но все равно лучше, чем ничего.

- Четвертое – информация для тебя. При выходе с Диких Территорий к Янтарю перед туннелем под железной дорогой есть старый мусорный контейнер. На нем тоже очень часто есть Электра. Принцип такой же, как и у танка на Складах, только временные интервалы больше, пропадает где-то за сутки до выброса и появляется дня через два-три. Иногда не появляется совсем. Внутри контейнера четыре натовские винтовки с оптикой и одна Гроза. Все в хорошем состоянии. Это теперь твое.

- Слушай, а как ты про танк на складах узнал?

Смотри-ка, пьяный не пьяный, а голова работает. Танк – это, как раз, самое интересное.

- Да один раз, как раз перед выбросом дело было, нарвался рядышком на кровососов. Еле сбежал. Спиной вперед отходил. Думал, как детектор на эту электру сработает надо вправо уходить. А он не сработал, потому что не на что было. Так и уткнулся спиной в гусеницу. А тут и выброс. Я думал все. Спекся. Ничего, пересидел весь выброс в танке. Так что Хронавт прав, в танке от выброса можно прятаться.

* * *

Около восьми Михаил поднялся наверх. На улице стояла та напряженная тишина, которая предвещает бурю. Зона замерла в ожидании очередного Выброса, как штилевое море перед первыми порывами надвигающегося урагана.

Миха немного постоял на пороге в ожидании неизвестно чего, вдыхая тревожные запахи. Затем он плотно закрыл сначала наружную, а за ней более внушительную внутреннюю дверь. Спустился на два пролета и запер третью металлическую дверь перед оружейкой, окончательно отгородившись от опасностей зоны. Облегченно выдохнул и отправился досматривать сны.

Светлана, седьмой месяц, Рыльск, ранний вечер

- Светлана Владимировна, здравствуйте.

Молодой парень в форменной куртке службы доставки срочных сообщений, топчется у порога приемной.

- Здравствуй, Виталик. Проходи. Чаю хочешь? – и, не очень пытаясь скрыть свою радость, - новое письмо мне принес?

- Спасибо, чаю как-нибудь в другой раз. Да. Новое письмо. Я Сергея Александровича не встретил, и поэтому решил к вам подняться.

- Погоди, погоди. А причем тут Сергей Александрович?

- Как причем? – на лице курьера появляется удивление, - Я ему письма для Вас отдавал…

- Давно?

- Месяца два уже или три…

- А зачем? – с трудом справившись с растерянностью, спрашивает Света.

- Так Вы же сами попросили в офисе сильно не мельтешить, вот я ему отдавал, а он должен был потом Вам передать.

- А кто тебе сказал, что я просила в офисе «не мельтешить»? – в голосе секретаря появляются нотки гнева и возмущения.

- Сергей Александрович... – абсолютно круглые испуганные глаза курьера смотрят в окно, но вряд ли он что-то сейчас видит.

- С чего ты вообще взял, что можешь отдавать ему МОИ письма!

- Но они же Вашим ключом закрыты, он все равно их прочитать не сможет! И в первых письмах, он вторым адресатом был указан! Пока на ту сторону Ваш открытый ключ не пришел, - в голосе курьера звучит откровенная паника пополам с ужасом.

«Так! Надо успокоиться! Мальчик, похоже, не виноват. Но какая же СА все-таки сволочь!» - мысли проносятся в голове, словно ночные машины по трассе.

- Успокойся. Ты уверен, что те письма, которые ты отдавал Сергею Александровичу, невозможно прочитать?

- Без ключа не возможно!

- А сделать копию ключа можно?

- Непросто. Обычная копия ключа не подходит. Брелок с ключом хранит его в зашифрованном виде и расшифровывает только тогда, когда Вы дополнительный пароль вводите. Вот после ввода пароля можно попытаться ключ перехватить. К этому заранее надо готовиться. Если Вы на чужом компьютере письма не читали, то даже не знаю, как это можно сделать.

Светлана уже не раз замечала, что стоит человеку заговорить о сфере, в которой он считает себя профессионалом, как сразу же он становиться более уверенным в себе и немного снисходительным к собеседнику, если тот не такой же профессионал.

- Нет, я даже на рабочем их не открывала, только на коммуникаторе. Хорошо. А копии писем у вас хранятся?

- Да. По умолчанию копии хранятся один год. Можно этот срок изменить, если клиент захочет.

- Можешь мне принести заново все мои письма?

- Сейчас? Я посмотрю все ли у меня с собой. Иначе в офис ехать придется, - утыкается на несколько в свой коммуникатор, - Да. Я могу все Ваши письма заново Вам на коммуникатор скинуть. Включайте прием.

- Вот и хорошо. Будем считать инцидент исчерпанным.

- Правда?

- Правда, правда. Письма ведь дошли до адресата, так? А подробности мало кому интересны.

- Ну… Если Вы так считаете…

- Да. Я так считаю. Ну что? Насчет чая не передумал?

* * *

«Солнышко, каждое утро я с благодарностью встречаю рассвет над Зоной, потому что он напоминает мне о тебе…»

«Теперь я понимаю, чем может быть страшно полчище крыс…»

«Меня не оставляет чувство, что ты как-то помогаешь мне выжить в этом неприветливом месте…»

«Воспоминания о тебе помогают мне смотреть в будущее с оптимизмом и надеждой. Надеждой на встречу…»

До поздней ночи Светлана перебирала письма и воспоминания. С удивлением она вспоминала ту наивную и радостную школьницу, которая хотела назло своим подружкам задружить с парнем, совсем не похожим на их парней. Ее неприятно поразило то, что она не замечала, как Михаил тяготится невозможностью дать ей привычные развлечения (все эти элитные курские клубы, дискотеки, бары). А также то, что когда он каким-то невероятным образом их обеспечивал, она даже не обращала на это внимания, как не обращаешь внимание на привычное.

Но существенно больше было приятных открытий. То необычное, о котором она тогда мечтала, окатило ее полной мерой. Михаил научил ее видеть прекрасное в каждом, даже самом обыденном, мгновении жизни.

А ведь были и совсем особые открытия. Например, ранний рассвет над пойменным лугом. Когда краешек солнца показывается из-за дальней кромки леса. Его лучи насквозь простреливают луг, покрытый сочной зеленой травой, и, отражаясь и дробясь на каплях росы устраивают маленькие радуги. Помниться весь день она блаженно улыбалась и, несмотря на бессонную ночь, чувствовала какой-то внутренний подъем.

Сегодняшней ночью эта наивная девочка ушла окончательно. Не умерла, а затаилась где-то в глубине души, чтобы подавать оттуда свои ехидные комментарии или выплескивать наивные радость и восхищение, недоступные серьезной и в чем-то даже суровой, девушке пришедшей ей на смену. Замена происходила постепенно, так что большинство окружающих ее даже не заметило, но, именно сегодня ночью воспоминания и письма поставили последнюю точку в этом растянувшимся на полгода романе.

Уже засыпая, Света попросила неизвестно кого: судьбу, Бога или Зону, чтобы ее милый возвращался скорее.

Михаил, седьмой месяц, Бар, следующий день, около двух дня

- Ну и здоров же ты спать, Пограничник! Наверху черт знает что творится, стены ходуном ходят, пыль сыпется, а он спит как Иванушка на печи и в ус не дует.

Бармен радостно потирает руки, видимо, за эту ночь он заработал неплохую сумму. Хмурый утренний взгляд отскакивает от него как пульки УЗИ от танковой брони.

- И почему мне каждое утро хочется пристрелить кого-нибудь бодрого, - тоскливо спрашивает Миха у стеллажей с бутылками.

- Ты еще скажи, что не выспался! – хмыкает бармен, - Откуда такая мировая скорбь? На вот, полечись, - выставляет перед сталкером керамическую кружку с крышкой.

- Это чего?

- Антипохмелин! Кабанья моча, настоянная на щупальцах кровососа!

- Чего!?

- Чай это! Черный индийский. Зато сразу проснулся!

- Ну, ну. А если бы я шуток не понимал?

- Что ж я, своих клиентов не знаю? Ты пей, пей. Чего ты его нюхаешь? Есть будешь?

Подняв крышку, Миха с удовольствием вдыхает аромат правильно заваренного черного чая и, прикрыв глаза, осторожно делает первый глоток. Температура напитка как раз такая, как он любит. Пасмурное настроение тает как туман под жарким солнцем. На смену меланхолии приходит спокойная уверенность крупного хищника.

- А чего у тебя на завтрак?

- Скорее уж на обед. Гречка с маслом и сосиски.

- Давай. Четыре.

Бармен сноровисто закидывает сосиски в тарелку с кашей и запихивает ее в микроволновку.

- Кстати, Соло просил передать, что на Складах тебе делать нечего, - бармен переходит на деловой тон, - Я тебе двойной походный комплект собрал, потом в подсобке заберешь. Выручку я сегодня подсчитаю и перечислю твою долю куда надо. И еще. Час назад Черепашка с Дикобразом пришли. Оба в грязище по уши. Дикобраз больше на зомби похож, чем на человека. Просили передать тебе вот это, - выкладывает на стойку поцарапанный КПК, - Черепашка сказал, с бандитского главаря снято, и код блокировки ты знаешь.

* * *

Ночевать пришлось прямо в поле, но устраивался на ночлег сталкер спокойно. Сегодня само поле являлось для него защитой. Ни один достаточно вменяемый сталкер не пошел бы на Янтарь из Бара этой дорогой, когда есть нормальная тропа через Дикие территории, и только Искатели могли сделать это в здравом рассудке. Поле аномалий простиралось от выхода из Бара до самого озера. В этих местах даже вездесущие слепые псы старались не появляться. Говорят, здесь можно было провалиться в серую преисподнюю без дна. Откуда взялись слухи, и почему именно серая пропасть без дна, никто не знал.

Пятачок, выбранный для отдыха, был зажат между тремя трамплинами. Эта аномалия славилась своим постоянством и почти не меняла своего положения, поэтому Миха не боялся застрять на нем.

На сон грядущий Михаил решил посмотреть содержимое бандитского КПК. Пароль оказался действительно простым. Магический номер «315», набранный в третьей попытке, снял блокировку.

С неприятным удивлением Миха внимательно рассматривал свою сканированную фотографию в камуфляже и с автоматом. Он в принципе ожидал чего-то такого, но сама фотография его расстроила. Она была одна такая. Из пробной распечатки. Следующая была чуть-чуть лучше, и, молодой пограничник удалил первую, чтобы не путаться. Единственная распечатанная фотография досталась Сергею.

Вчера, стоя на посту и размышляя над словами Соло, сталкер пришел к странным выводам. Выходило, что таких врагов, которые хотели бы его убить, знали что он в Зоне и имели одновременно достаточный капитал, для того чтобы его заказать, у Михи не было. А вот друг такой был, если не считать первого пункта. Фотография в КПК послужила только доказательством.

Сталкера несколько удивило спокойное равнодушие, с которым он принял эту информацию. Огрубевший за время проведенное в Зоне разум самостоятельно принял решение и отсек лишние сейчас душевные терзания. Был друг – и нет его. Умер. А по умершим в Зоне страдать не принято.

Поворочавшись немного на твердом земляном ложе, сталкер провалился в чуткую дрему на грани яви.

Белый наемник, через пять дней, болота за озером Янтарь, день

Осторожно, стараясь не производить лишних звуков, наемник шел по следу. Сегодня с самого восхода он продирался сквозь чавкающую грязь и чахлые болотные растения. Если бы не долг перед Санфором, он бы давно плюнул и повернул назад, оставив болотам их добычу.

Кстати, еще одна странность, Санфор попросил «разобраться» с этим делом. Эвфемизмов, обычных, когда люди говорят об убийстве, Белый за ним не замечал. Если надо убить, то Санфор так и говорил «Убить». Поломав себе голову весь первый день, наемник решил, что его послали именно разобраться. То, что дело с душком, было ясно сразу. Иначе, с чего бы за убийство обычного с виду сталкера-одиночки предлагается столь высокая сумма. Да и охотников для заданной суммы маловато.

Крупные и серьезные бандитские группировки из Темной долины и Агропрома как-то по-тихому отказались от участия. А та шушера, что просочилась-таки на Дикие территории, наткнулась на долговцев и полегла почти целиком.

На Склады и Свалку клиент не пошел, но и на Диких территориях не появлялся. Белый и сам на Диких день потерял, пока через информатора не пришло сообщение, что клиента видели возле бункера Сахарова. С тем же пакетом Санфор прислал сообщение, что на охоту кроме него отправились еще несколько групп наемников и бойцов из других кланов. Все-таки сумма была очень большая.

Первая группа из четырех бойцов Волкодава отпала почти сразу. При выходе к Янтарю нарвались на псевдогиганта, потеряли одного убитым, одного контуженным и вернулись на базу зализывать раны.

А дальше начались сущие чудеса. Охотники начали сходить с дистанции один за другим. То нарвутся на непримиримых соперников, то на какое-то из порождений зоны, то на толпу зомби, стаю псевдопсов, стадо кабанов и т.д. и т.п.

Самую удачливую группу, из пары опытных стрелков, Белый нашел вчера под вечер. Сняты профессионально. Сначала задний получил бронебойную пулю в голову, затем передний такую же в корпус. Он частично сумел увернуться, и даже не был убит выстрелом, но умер от потери крови. По следам и остаткам обглоданных слепышами трупов наемник определил, что стычка была не более двух суток назад. Кто их так «сделал» не понятно. Вроде бы уходящему сталкеру не с руки устраивать засады, когда за тобой гонится куча охотников всех мастей. Но факт есть факт – эти двое попали в засаду, хорошо спланированную и четко реализованную.

Еще одного странного сталкера в темном бандитсктом плаще наемник нашел уже сегодня. Этого съели собаки.

Белый давно научился читать скрытые знаки Зоны, иначе он вряд ли смог бы прожить в ней так долго. А также он постиг странные законы для тех, кто хотел бы покинуть Зону, потому что видел их много и всяких. Обычно Зона быстро и страшно наказывала тех, кто пытался ее покинуть из трусости или малодушия. Кстати, сам наемник был одним из ее орудий для таких беглецов.

Она не вмешивалась, если уходящий был прислан сюда не по своей воле или по служебным делам. Поэтому военные и ученые могли покинуть Зону обычным путем, без дополнительных трудностей.

Очень редко Зона помогала, желающим ее покинуть. У таких сталкеров был сильный якорь с той стороны оцепления. Например, ждущая мужа жена, или дети, которые ждут своего отца. Эти сталкеры никогда целиком не принадлежали Зоне, а наоборот всегда имели в душе уголок внешнего мира.

Самое странное, что Зона сама могла узнать сильно ли ждут сталкера за колючкой, и в зависимости от этого либо вставлять ему палки в колеса, либо наоборот - организовать ему выход.

Размышляя таким образом, Белый все дальше и дальше шел по следу. Чем дольше он думал, тем все большее недоумение шло по его следам, и тем осторожнее он шел. Этому сталкеру Зона явно помогла, расчищая путь и сбивая охотников со следа. Тем удивительнее, что сам Белый идет легко и только повышенный радиационный фон на болотах заставляет немного нервничать.

Если бы не Санфор с его долгом, давно бы развернулся. Незачем с Зоной спорить в таких вопросах, а то можно самому под расчистку попасть. Но один из главных законов Зоны – «Долги надо отдавать». Кто это правило нарушает, тот долго не живет.

* * *

К вечеру Белый вышел на старую линию оцепления на краю болота. Провалившиеся бетонные коробки и остатки колючки. Где-то под землей затаились ржавые мины и прочие убийственные приспособления двинутых на голову военных инженеров. Конечно, опытный сталкер может пройти и по таким ловушкам. Чутье развивается настолько, что в гущу никак не обозначенного минного поля он все равно не пойдет. Основную проблему составляет то, сколько времени требуется на осторожный проход через опасную территорию. Наемнику опять везло: четкий след на траве позволял надеяться, что эти сюрпризы можно будет пройти быстро по уже проторенной дороге.

С час назад где-то здесь стреляли из винчестера. Наверняка это был заочный знакомый. Военные с дробовиками не ходят. Интересно в кого же он стрелял?

Первый труп снорка наемник обнаружил в ста метрах за линией дотов. Тело было прошито строчкой автоматных пуль. Рядом еще одно с теми же следами смерти. Автоматной стрельбы Белый не слышал, вероятно, автомат с глушителем. В общей сложности он насчитал семь снорочьих трупов. Последний был убит из дробовика. В пяти метрах от входа в один из дотов. В принципе картина вырисовывалась следующая. Стая снорков напала на сталкера, когда он прошел старую линию оцепления. Отстреливаясь на ходу, тот бросился к ближайшему укрытию, достаточному чтобы прикрыть хотя бы спину. Восьмой и девятый снорки лежали на ступеньках при входе. Кроме того, дальше на ступеньках красовались пятка крови. Вероятно, сталкера все-таки достали.

Спускаться вниз Белому не хотелось. На фоне светлого проема он будет представлять отличную мишень. А сам сталкер оттуда может и не выйти. Придется кричать.

- Эй, сталкер! Ты живой?

В ответ тишина.

- Эй! Тебе помощь нужна?

В ответ едва слышное шуршание.

- Слушай, я не хочу пулю на входе получить!

- А чего же ты тогда хочешь, наемник? Мою голову? – голос хриплый и как будто воспаленный.

- Да не нужна мне твоя голова!

- А чего тогда приперся?

- Разобраться! Поговорить!

- Далеко же ты забрался в поисках собеседника! Тебе не кажется?

- Кажется! Только выбора у меня не было!

- А чего ж так?

- Долг на мне.

- Угу. Понятно. Ладно, говори, раз уж пришел.

Оба, не сговариваясь, перешли с крика на нормальный громкий разговор.

- Я так понимаю, ты в курсе, что за тебя обещана награда?

- Ага. Хрипатый поделился.

- А кто заказал, знаешь?

- Да уж. Знаю. Дружок бывший постарался.

- Он в Зоне?

- Ха, ха, ха! Скажешь тоже. Снаружи он, сволочь.

Белый едва слышно выдохнул с облегчением.

- Ты твердо решил наружу слинять?

- Твердо. Надо было еще месяц назад уходить. Да захотелось еще подзаработать. Теперь точно уйду.

- Ждет кто?

- Девушка.

- Тогда проще. Мы в разборки внешнего мира не лезем. Нам и своих хватает. А вы скоро оба снаружи будете. Вот сами и разбирайтесь!

- Что ты хочешь этим сказать?

- Что я тебя не нашел.

Сталкер в бункере затих, видимо, во время разговора держал себя в напряжении, не обращая внимания на усталость и раны, а сейчас немного расслабился. Белый переместился от входа в сторону и привалился спиной к стене, используя передышку для отдыха, день сегодня выдался тяжелый.

- Тебя как зовут? - неожиданно спросил сталкер из-за стены.

- А тебе зачем?

- Надо же знать, кто меня не нашел.

- Белый. Белый наемник.

- Хех! Это кто ж тебя так?

- Да был один кадр…

За стеной завозились.

- Слушай, ты не мог бы еще одно доброе дело сделать?

- Ну вот, так и знал, стоит сделать доброе дело, тебе сразу же на шею сядут и ножки свесят.

- Не журись. Дело не сложное, надо одну вещицу на Дикие территории занести. В оплату предлагаю «Морского ежа».

- Если не сложное, чего сам не занес?

- Да как-то не по дороге мне было последнее время.

- Контракт на доставку заключать будем?

- Да, пожалуй, контракт лучше будет.

- Тогда излагай условия.

- Необходимо доставить блок ПНВ в тайник на Диких территориях, масса не больше полутора килограммов, время доставки в пределах двух недель. Предоплата - артефакт «Морской еж». Вроде все.

- ПНВ уникальный?

- Нет, можно заменить на аналогичный с не худшими показателями.

- Доступ к тайнику свободный или через аномалии прыгать?

- Достаточно свободный.

- На эти условия согласен.

- Договорились. Лови контейнеры.

Из бойницы, закрытой болотной травой на землю перед дотом вылетели два связанных контейнера для артефактов. Белый подумал, что если бы это была «фенька», то тут бы ему и кранты пришли, спрятаться от гранаты просто некуда.

Наемник подобрал и открыл оба контейнера. В одном, как и обещано, лежал «Морской еж». Во втором обложенный индивидуальными пакетами блестел потертостями странно знакомый ПНВ.

- Куда надо положить?

- В кабинку мостового крана на сортировке. Подходы объяснять?

- Не надо. Я это место знаю.

А про себя подумал: «Интересные дела творятся. Это же мой тайник. То-то мне ПНВ знакомым показался. Понятно, почему именно меня Зона сюда привела…»

- Слушай, а правда про тебя говорят, что это ты сигнал про тушканий гон подал?

- Правда. А что?

- Да так просто, интересно стало.

На самом деле, Белый уже знал, что сталкер, заглядывающий в его тайник, и сталкер, запустивший красно-зеленое предупреждение, – это один и тот же человек. В тот раз он тоже собирался на Дикие. А увидев ракеты, решил не ходить. Как оказалось не зря. Ну вот и свиделись.

- Как уходить собираешься?

- Через поляков, говорят с ними можно договориться, - в голосе сталкера слышны сомнения.

- А не боишься, что с тобой как с Бендером поступят?

- Золотые портсигары с собой не ношу, - засмеялись за стенкой.

- Здесь, южнее километра на два, в первой линии стоят бельгийцы. У них там новые автоматические пулеметы. Так они совсем обленились. Включают ночью пулеметы, а сами спать.

- В чем подвох?

- Пулеметы с тепловыми и ультразвуковыми сенсорами, настроены так - что стреляют во всё, что движется быстрее пяти сантиметров в секунду. Можно и лучше настроить, но солдатам лень. Все окрестное зверье уже пуганное – этот сектор обходит. Длина полосы обстрела километра полтора. За ночь можно преодолеть. Так что советую идти через них. Может где-то еще можно и день переждать. Зато сразу можно на вторую линию выйти, а там, если повезет и дальше.

- Я тебе что-нибудь за инфу должен?

- Нет. Ты уже все отдал. Авансом.

Сталкер хмыкнул, видимо, не посчитал «Морского ежа» достаточной платой. Не объяснять же ему, что он, сам того не зная, два раза фактически спас Белому жизнь.

- А сам сейчас куда?

- На север. Там еще есть хорошо сохранившийся участок старой границы. Есть где ночь переждать. Обойду болото с той стороны.

- А может тоже со мной? – спросил сталкер без особой надежды.

- Мне наружу не выйти. Да и делать мне там нечего - меня там никто не ждет. А в Зоне ждут.

- Тогда, легкой дороги!

- И тебе удачи на переходе!

Белый поднялся и, не оглядываясь, пошел на север вдоль столбов старой колючей проволоки настороженной походкой опытного жителя Зоны.

Через некоторое время из дота вышел и второй человек. Поглядел из-под руки в сторону заходящего солнца, и, прихрамывая на левую, перетянутую бинтом, ногу пошел вдоль тех же ориентиров на юг.

Они расходились, как две линии судьбы, вычерченные на лике Зоны. По воле Зоны и обстоятельств пересекающиеся и иногда параллельные друг другу в прошлом, и только Зона могла бы ответить, суждено ли им еще раз встретиться в будущем. У каждого была своя дорога и свой Путь. И каждого кто-то ждал в конечной точке, чтобы после встречи проложить новый Путь вместе или порознь, это уж как повезет.

Марина "Афина" Зохно

Позвони мне

ОН

-… «Позвони мне, позвони»….млять да где я ей мобильник возьму здесь!!!!

И это ж надо было додуматься пообещать, что позвоню, когда на место прибуду, теперь она весь мир на уши поставит …типа « я волнуюсь….ты обещааал….»Кто ж знал, что на кордоне на бандюков напорюсь. Да и честно сказать не ожидал я, что ЗДЕСЬ все так ..Эээ….погано. А ведь всего-то хотел денег подзаработать….

У нас мужики рассказывали, что тут сокровищ полным-полно, хоть грузовиками вывози. Поговаривали, что в Припяти ювелирный магазин был. Вот бы найти. Тогда не то что свадьбу, но и на машину еще останется…

Он шел через поле, спотыкаясь, придерживая отцовское ружьишко и трофейный автомат. Абсолютно бесполезный - патронов для него все равно не было. Вдруг вдали что-то засветилось, воздух задрожал, запахло озоном. Аномалия. Он знал о них чисто теоретически и никогда не видел своими глазами.

-Мать твою! Где же они где!?..- лихорадочно шаря в карманах, он стал искать болты - Были же, торговец дал. Да куда же они подевались!?!

Наконец болты были найдены. Кинул вправо – вспышка. Влево – еще одна. Запах озона становился все сильнее. Секундная вспышка под ногами и……

Вика! Викуля! Не позвонил……………..

ОНА

Ночное небо - синее глубокое, скрывает в себе миллионы тайн. Далекие звезды теплые или холодные, живые или мертвые не достижимо далеки и мы можем только догадываться. Древняя мудрая вселенная все знает про нас. Она видит все наши промахи, наши жалкие попытки постичь истину. Она созерцает.

Ал смотрел на нее и не мог понять, зачем она здесь? Откуда? Почему? Спросить не решился…. в отблеске костра он мог разглядеть ее чистое лицо, тонкие пальцы, светлую кожу... длинные волосы были затянуты в узел на затылке, комбинезон с чужого плеча был явно велик, тяжелый бронежилет сковывал движения... Весь этот набор дополняли кеды, задорного желтого цвета))) и где она их нашла?

Тишину нарушили шаги….

-А вот и познакомься мой товарищ - Маверик - радостно подхватил Алхимик.

Маверик был явно озадачен. Это и понятно не каждый день в мертвой Зоне увидишь женщину да еще такую хорошенькую…

-Ну–с, позвольте спросить, милая мадам, что вы делаете сегодня вечером?- попытался спошлить Мав.

-Ну ты, поаккуратнее на поворотах!!! - вмешался его товарищ.

- Ничего – ничего – улыбнулась гостья - я не обижаюсь, мне уже понятно, что для местных обитателей я похлеще редкой аномалии. Но что поделать – я уже тут и обратной дороги нет.

На этих словах глаза девушки наполнились грустью, казалось еще чуть-чуть и она зарыдает. Маверик и Алхимик переглянулись, давно им не приходилось наблюдать женские слезы и честно признаться не очень-то и хотелось. Но, спасать ситуацию было надо, а потому Маверик лихорадочно соображая начал выдавать на-гора все анекдоты, которые он мог вспомнить в такой ситуации.

ОН

Осенний воздух…Он наполнен запахами…Костер, листва, земля, спелые яблоки – все наполняет его пьянящим ароматом. Вечером, смешавшись с туманом, этот коктейль кружит голову, навевая дурманящие сны.

-Очнулся, чудило?

Он лежал на сыром земляном полу, без ботинок и куртки…Кто он? Где он? Встал, осмотрелся. У входа в палатку сидел человек. Сквозь едкий сигаретный дым он с любопытством рассматривал раненого. Кругом блуждали люди. Кто они раненый не знал.

Было ясно только то, что здесь они временно так сказать на привале.

-Ну что, дурило, как ты?- незнакомец снова затянулся и выдохнул подозрительно вонючий дым.

Раненый оглядел себя и правда, он в порядке? Только сейчас он почувствовал, как сильно болит голова, ноги были обожжены, но ходить раненый мог.

- И это ж надо было тебе туда полезть! Я смотрел за тобой и глазам не верил, ведь в самую жопу залез. Там бывалые ходить опасаются, а ты вообще – зелень…Курильщик покачал головой - она же блуждающая, а ты в нее болтами, вот она и отрекошетила….

- Ну ладно, хватит! - перебил раненый - за то, что спас – спасибо, а нотации читать не надо! -Ого! Ну, тогда давай знакомиться. .камикадзе.. меня, если ты не догадался, зовут – Курильщик.

Наступила неловкая пауза. Раненый лихорадочно вспоминал кто он, тщетно роясь в своем сознании.

- Что забыл что ли?- заулыбался Курильщик во весь свой беззубый рот.

-Да…

- Ну что ж бывает, а пока будем звать тебя …Снорк.. эээ-падальщик - сказал спаситель и дико заржал – а вспомнишь, переименуем.

ОНА

Осень благодатная пора…Буйство красок поражают воображение. Обычный зеленый становится желтым, красным, оранжевым, преображая все в округе. Серую сцену Зоны осень украсила пестрыми яркими декорациями. Суровый сталкер улыбнется, заметив под ногами желтый кленовый лист….

-Это все замечательно, но мы так и не знаем, как зовут нашу прекрасную незнакомку-знакомку? - подметил Маверик.

Возникла неловкая пауза, после которой девушка повернулась и звонким голосом пропела:

- А меня зовут Гнусмус!!!

- Как?! Гнусмус?! - удивился Ал.

- Нифига себе! - присвистнул про себя Мав, но виду не подал – Ну что ж Гнусмус так Гнусмус, мы не возражаем! – и с милой улыбкой обернулся к девушке - но давай для нас ты будешь Муся)))

Они шли по осеннему лесу и невольно любовались красотой нетронутой природы. Уже несколько десятков лет прошло с тех пор как люди, в страхе перед радиацией, покинули эти места. Некому было осваивать широкие просторы, а тот народ, что приходил сюда были либо беглые, либо любители легкой наживы. Жизнь многих из них эти земли и ее обитатели быстро укоротили.

- Без опыта, без подготовки здесь можно прожить максимум полчаса – нравоучительно заметил Алхимик.

- Так что очень хорошо, что такая славная девушка встретила нас!- подхватил Маверик – а то представь, чтоб было, если б ты на бандитов напоролась?

Не дождавшись ответа, он продолжал – точно продали бы в рабство. Сначала сами повеселились бы, а потом точно продали б какому-нибудь Борову…

- Мав, перестань!- оборвал его Ал. – Мусечка, что ты… не переживай! – заметив расширенные глаза девушки – это он так шутит!- и незаметно локтем пихнул друга.

Поскольку, как выяснялось, девушке идти было некуда, а тайну своего прибытия она так и не раскрыла, то было решено взять ее с собой до Бара. С таким расчетом, что возможно именно там она найдет все что ищет. Да и пока дойдет (если дойдет) опыта поднаберется….

Немного посовещавшись, мужчины решили идти через пост военных, благо в тот день дежурил Кузнецов. Вести девушку через тоннель и электру было рискованно. Она могла элементарно испугаться. Жадный до денег, начальник заставы ничуть не удивился, увидев рядом с опытными сталкерами юную незнакомку. Ему вообще было все равно, кто и с какой целью пытается проникнуть на закрытую территорию … Есть бабло – проходи, нет – считай ты труп. На это правило не может повлиять ни устав, ни обстоятельства.

Пересчитав деньги с улыбкой чеширского кота Кузнецов не скрываясь, начал пялиться на девушку своими масляными глазами. Вика знала этот взгляд очень хорошо…. Мерзкий, липкий. Сколько раз за свою сознательную жизнь она натыкалась на этот взгляд… десятки, сотни раз.. и как она жалела всегда, что у нее нет пистолета, чтоб выстрелить, а тут есть! Мгновенная мысль острым лезвием пронзила сердце девушки, выстрелить. Выстрелить в эти похотливые глаза. Она начала рукой искать пистолет, нашла не сразу. Непривычным был холод металла под рукой. Вика зажмурилась, собираясь с духом. Неожиданно, чья-то теплая ладонь накрыла ее руку вместе с пистолетом. Маверик, наблюдавший за ней все это время, подошел к ней вплотную и прошептал – не надо, их больше, у тебя еще будет время…. Гнусмус подчинилась.

ОН

Облака нависли над лесом тяжелые хмурые это скорее даже тучи, а не облака. Они развесили над ветками свои лохмотья, казалось если протянуть руку, то можно до них дотронуться.

Ему было трудно смириться с образом жизни бандитов. Группами они перемещались по территории Зоны, никогда не закрепляясь на одном месте больше чем на сутки. Грабили, мародерствовали, при необходимости убивали и исчезали именно в тот момент, когда по тревоге должны были прибыть бойцы БОНа. Незаметные и неуловимые они чувствовали свою безнаказанность и с каждым разом становились все более наглыми. Быть беспредельщиком Снорку не хотелось, но и бежать он не мог. Оружия ему не полагалось, из одежды тонкий спортивный костюм, свитер и кроссовки. Кроссы, правда, были знатные. Фирмы Адидас. Такие в далекие восьмидесятые носили только фирмачи и фарцовщики. Курильщик определил Снорка помощником повара на кухню (если это вообще можно назвать кухней). В его обязанности входила чистка картошки и мытье посуды. За это его кормили и не обижали.

ОНА

Старый сталкер встретил их у входа на ферму. «..Мда лихо вы… А чой-то через туннель не пошли? Чай вам-то не впервой. Батюшки, а кто-йто с вами? Никак новенький? Эх! Еперный кордебалет! Так это же – девушка!!! – удивился старик, нахмурился – и как же вас так угораздило, ребятушки?»

В ответ раздался дружный смех

– Да ладно тебе, Шнур! Здоров, отец! Давно не виделись!

Старик улыбнулся и по-отечески обнял двух друзей

– Ну заходите, всегда вам рад! У меня и чайку горячего для вас найдется, я как раз тут – и не договорив, он жестом пригласил всех внутрь здания. На голой земле, среди развалившихся стен, пропитанных сыростью и покрытых плесенью, на заваленном набок сейфе стояла газовая горелка, на которой шипел и подпрыгивал кипящий чайник. – Так сейчас мы все быстренько организуем, дочь, помоги. С этими словами дед заковылял к сейфу. На импровизированном столе, из глубин железного ящика появились: хлеб, колбаса, пачка краснодарского чая, банка сгущенного молока и что уж совсем не мыслимо – шоколад. Пока друзья, открыв рты, пялились на все это великолепие, Муся привычным жестом закатала рукава, вымыла руки антисептическими салфетками и начала ваять бутерброды.

- Отец, ну-ка рассказывай, откуда сие? – удивленно воскликнул Маверик.

- Так ить солдаты не забывают старика – улыбнулся Шнур – помогают, чем могут.

- Ага, знаем мы эту помощь – вмешался Ал – эти крысы за деньги готовы Родину продать.

- Ну, ладно-ладно тебе, у меня есть деньги у них продовольствие и провизия, что бы нам друг другу не помочь? – хитро заулыбался Шнур…

В этот момент снаружи послышался шум. Сталкеры взялись за оружие, но тут раздался с улицы голос: «Не стреляйте! Свои!»

Дед встал, отряхнулся от крошек и поковылял ко входу.

- А почему – Шнур? – воспользовавшись отсутствием старика, спросила Муся, с наслаждением уплетая шоколад.

- Так Шнуров его фамилия! Он когда-то певцом был или музыкантом, вроде группа у него своя была. А когда жена ушла от него, он от тоски сюда и подался- пояснил Алхимик.

- Да, все продал и приехал – добавил Мав.

В это время вернулся Шнур, за его спиной стояли двое незнакомых парней – вот, знакомьтесь: Сталцер и Дзот, а это прославленные Маверик, Алхимик и ..эээ..Гнусмус – докончила за него девушка. Новоприбывшие смотрели на ветеранов с уважением.

- Ребятушки, вы до Бара все равно через Агропром пойдете, а им туда и надо, возьмите их. Новички они. – Дед с сомнением оглядывал вошедших – сами не дойдут.

Маверик поморщился:

- Вы хоть стрелять умеете?

- Конечно! – воскликнул тот, что помоложе - у меня три первых места в районных соревнованиях по стрельбе. – На этих словах он гордо вскинул голову, ожидая всеобщего восторга. Но вместо этого ветераны смотрели на него как на нашкодившего первоклассника.

- А людей убивать тебе приходилось? – со вздохом спросил Алхимик.

- Нет – Сталцер как – то весь сдулся.

- Ребятушки, давайте поможем, друг другу – старик был недоволен сложившейся ситуацией.

Ни Маверику, ни Алхимику сориться с дедом не хотелось

– Отец не кипятись! Ну, мы же должны знать, кого берем с собой!

Провожая своих гостей, Шнур пихнул им в рюкзаки по банке сгущенки. Муся с улыбкой чмокнула старика в нос. Хоть Шнур и был циничным сталкером, на его лице выступило смущение. Давно он не встречал в Зоне такого чистого, нежного сердца. Накануне вечером, когда все спали, Муся и Шнур долго разговаривали. Дед хотел понять, зачем такая, по его мнению, замечательная девушка как Муся подвергает себя опасности, ради чего?

И Вике пришлось рассказать. Два месяца назад любимый попросил ее руки и сердца, они подали заявление в ЗАГС. А через две недели он собрался и уехал в командировку. Куда и зачем никого не предупредив. Обеспокоенная, Вика начала наводить справки и через какое-то время узнает, что Виталий ( а именно так зовут жениха) уехал сюда в надежде на большой заработок. И вот она здесь. Приехала за ним. Шнуру история не понравилась. Именно такие любители легкой наживы погибают в первые двое суток после прибытия, но разве мог он это сказать Вике…

Он стоял на пороге своего жилища и долго махал им рукой, а фигурки путешественников отдалялись и уменьшались.

Они вышли из леса, и Муся охнула от удивления. Посредине невероятно огромного поля стояла неплохо сохранившаяся деревня. На окнах были резные наличники, потерявшие цвет, но не потерявшие красоту формы. Под окнами, как и полагается, были палисадники: мальва и астра продолжали расти, не смотря на то, что вот уже не один десяток лет люди здесь не живут. Шиповник горделиво стоял украшенный яркими плодами, которые некому было собирать. Сталкеры остановились рядом с девушкой, невольно любуясь увиденной красотой.

-Да. Хотел бы я здесь жить. Корову завести, картошечку посадить - мечтательно произнес Алхимик

– Эх! Сейчас бы картохи с огурчиком соленым, да под водочку! – подхватил Маверик.

Новички переглянулись. Не понравилась им деревня. На всякий случай Сталцер снял с плеча автомат. Вокруг стояла мертвая тишина. Но не это смутило путников, к оглушающей тишине они успели привыкнуть. В воздухе почти физически ощущалось чье-то присутствие. Все замерли. Вика заметила, что движения мужчин замедлились, они стали более осторожными. Внимательно вслушиваясь в звуки, каждый из них готовился к встрече с врагом. Условившись между собой, Ал и Мав жестами отправили новичков проверить окраины деревни, а сами растворились в траве между домов.

Гнусмус было приказано ждать на безопасном расстоянии, чтобы в случае плохо исхода боя у нее был шанс вернуться на ферму к Шнуру. Вика плохо понимала происходящее, она никогда не видела тех самых врагов, о которых так много рассказывали ей товарищи. Вид деревни, такой человечной и понятной, заглушил страх. На минуту она забыла, где находится, что вокруг природа мутировавшая много лет. В ожидании друзей она принялась собирать букет невероятно красивых ромашек. Неожиданно темная тучка набежала на небо, спрятав за собой осеннее солнышко. Вика оглянулась и в ужасе завизжала. Перед ней стояло страшное уродливое чудовище. Огромного роста, с осьминогом вместо головы, оно тянуло к девушке свои щупальца, пытаясь ее схватить.

Ужас овладел Викой. Не понимая что делает, отступая шаг за шагом назад, она побежала в сторону леса. Страх предавал силы, бежать было легко. Но она чувствовала, что монстр догоняет. Расстояние между ними предательски сокращалось. Нащупав на бедре кобуру, Вика обнаружила, что она пуста. Пистолета не было. Не понимая что делает, в отчаянии, она остановилась и повернулась к нему лицом но, видя снова эти кошмарные щупальца, зажмурилась и завизжала. Монстр остановился. Видимо крик испуганной женщины был для него в новинку. Голос сорвался и замолчал. Секунды растянулись на минуты, стук собственного сердца рвал барабанные перепонки – Боже! Помоги! Господь, не оставляй! Отец наш, как на небе, так и на земле….

Глухой стук и чудовище всем телом двинулся на девушку. Вика потеряла сознание.

Кап.

Кап.

Кап.

Кап.

Вода. Где-то совсем рядом. Пить, очень хочется пить.

- Ну что? Очнулась, красавица? – рядом с Викой сидел Дзот. Плохо понимая где находится, Муся приподняла голову и огляделась.

- Я жива! – выдохнула она.

- Жива, жива! – парни улыбнулись. – Хорошо, что Сталцер твои вопли услышал, а то бы съел тебя кровосос.

- Кто?

- Ну, тварь, которая тебя по полю гоняла.

Вика содрогнулась от ужаса, вспоминая последние события. Немного придя в себя она огляделась. Комната, в которой они находились когда- то была столовая. Обычная деревенская столовая с большим обеденным столом и почти не сохранившейся польской стенкой. Из-за отсутствия стульев Вику положили прямо на стол.

- Ты полежи, пока не оклемаешься – Сталцер протянул девушке флягу с водой – остальных все равно еще часа два ждать

- А где они?

- Маверик и Алхимик, пошли вперед на разведку – Дзот был явно не доволен ролью сиделки. Молодой, крепкий, выносливый он мог запросто составить конкуренцию любому ветерану. Но в место разведки ему было приказано охранять девушку. Сталкер нервно посматривал на часы – Интересно, где они сейчас? Два часа уже прошло.

- Ромашки на поле собирают – пошутил Сталцер и покосился на Гнусмус.

Вика намек поняла, ей и так было очень стыдно за свою легкомысленность.

Как же я могла, так глупо себя вести! – мысленно ругала себя Вика – Сколько раз Алхимик предупреждал, Маверик тоже. И где мой пистолет? Потеряла? Нет. Не могла, так где же он?

Вика оглядела комнату снова. Ничего нового за последние три минуты, конечно, не прибавилось но, на табурете около окна лежал пистолет. Этот пистолет Вика узнает из тысячи, ведь это было оружие ее отца, подаренный сослуживцами на день рождение. Девушка вскочила на ноги – Откуда у вас мой пистолет? – она взяла оружие в руки и сразу проверила наличие патронов – Так мне кто-нибудь объяснит?

-Он был у Маверика. – коротко ответил Дзот.

-У Маверика!? – вскричала Вика – По какому праву? Как он мог? Я чуть не погибла!

-Ну не погибла же. – оборвал ее крик Сталцер.

-Ах, вам хотелось избавиться от меня – Муся в пылу начала размахивать пистолетом.

-Ну вот, началось! – закатил глаза Сталцер.

-Дзот не выдержал и подошел к девушке. Показать, как правильно держать оружие, чтобы не пристрелить находящихся рядом.

-Что тебе надо? – не поняла Вика – Вам жаль, что меня осьминог не загрыз? – она направила пистолет на Дзота – Не подходи!

Ошеломленный боец на всякий пожарный остановился и поднял руки – Ты это, по аккуратнее там. – попросил он пропавшим голосом – Предох..

-Сама разберусь! – прошипела Вика. В душе она была испугана еще больше чем Дзот, она не понимала, что происходит, и почему Сталкеры решили от нее избавиться.

-Не подходи, пристрелю.! – крикнула она неожиданно вошедшему Алхимику.

-Ого! Ничего себе вы тут развлекаетесь! А что случилось с нашей музой? – пытался разрядить обстановку Ал, но руки на всякий случай поднял.

-Почему Маверик забрал мой пистолет? – крикнула Вика. Ал еще более комично вжался в стену.

-А вот потому то и забрал, – услышала Вика позади себя знакомый голос. Не прошло и секунды, как пистолет был в руке Мава, другой рукой он сильно прижимал девушку к себе – А то смотри, размахалась. Это ж тебе не игра компьютерная. Ты ж вон, какая на расправу быстрая. Тихоня – тихоня, а чуть что за пистолет хватаешься! Мне на заставе нервов еле хватило, чуть там пальбу не устроила!

-Как ты мог! Как ты мог?! – сталкерша ( я думаю теперь ее можно так называть) пыталась вырваться из-под железной руки Мава – он же ведь убить меня мог!

-Знаю, прости Мусь, ну кто же мог предположить, что эта тварь хитрее окажется. Да и как жизнь показала, даже букет цветов в твоих руках превращается в оружие - на последней фразе Маверик весело подмигнул Сталцеру.

-Кстати Сталцер тебе жизнь спас, а ты ему даже спасибо не сказала, – вставил Дзот.

Вика смутилась и виновато глянула на спасителя:

– Спасибо тебе и прости за то, что вместо благодарности я вам концерт закатила. Меня все время преследует чувство, что я вам мешаю, что без меня вы бы давно прибыли на Росток.

-Та мелочи! – улыбнулся Сталцер – с тебя ужин и мы квиты!

Вика хитро улыбнулась, Шнур на прощание пихнул ей в рюкзак две пачки макарон. Плюс несколько банок тушенки и « Макароны по-флоцки » готовы!

-И это ты еще легко отделалась! – заметил Маверик, выскребая остатки макарон из миски – Вот если б я тебя спас….

-Ну, ты ж не спас – перебила Муся – так что остынь.

-Ну, Мусечка не обижайся! Я же пошутил. – Мав улыбнулся – и вообще, что это за разговоры были про обузу и все такое? Разве может красивая девушка кому-то мешать? Да мы тебя как родную любим! Так что даже что бы больше мыслей таких не было.

А я от себя добавлю, что обязательно научу тебя правильно обращаться с оружием. – задумчиво заметил Дзот.

Поскольку деревня оказалась не безопасной, спать решено было по двое, остальные оставались на дежурстве.

Ночь. Она таит в себе много не познанного. Хрустальную тишину осеннего воздуха разрезает крик. Чей он? может это сталкер, случайно забредший на аномалию или монстры делят добычу. Неопытному трудно определить. Все твое существо превращается вслух. Ты закрываешь глаза. Ты слушаешь Зону. Ты пытаешься угадать, понять, что еще она тебе готовит. Увы, это почти не возможно.

Наутро небольшой отряд двинулся в путь. – Еще немного и мы до Агропрома дойдем! – подбадривал друзей Алхимик.

-А что такое Агропром? – Вика глянула на Сталцера.

-Ну, по картам, которые мы у Сидоровича взяли, это территория бывшего НИИ какого-то

-Правильно – правильно – подхватил Маверик. – там, кстати, этих кровососов пруд пруди, но ты Муся не беспокойся – Мав сверкнул белозубой улыбкой - там наши лагерь разбили, да и мы рядом.

При воспоминании о твари Вике становилось дурно, но каждый раз она, стиснув кулаки, старалась улыбнуться. Она понимала, что раз она сюда приехала. Надо учиться жить по местным законам или здесь не выжить.

ОН

-Кто я? Кто я. Кто я…..

Я – серая полевая мышь. Ничем не приметный. Я ем, сплю, я пытаюсь выжить в этом странном чужом мире. Каждый предыдущий и каждый последующий день начинается одинаково. Я просыпаюсь, я открываю глаза, я все еще жив. Мир вокруг все тот же. Он так и не поменялся волшебным образом.

Где я? На Земле или уже давно в Аду?

Возможно я – Бес и несу зло другим, но у меня нет рогов и копыт.

Кто я? Кем был в той жизни?

Может я – герой?

А может, я жестокий убийца?

Я приму любую правду, только бы она была правдой! Правда, я жду тебя!

А пока я чищу картошку и мою котлы, а по ночам любуюсь и завидую звездам. Иногда, в ожидании возвращения банды Курильщика, я кручу старый приемник и настраиваю его на какую-нибудь заграничную волну. Пусть я ничего не понимаю, но эти далекие летящие сквозь свист и шипение звуки напоминают мне о детстве.

ОНА

Когда-то широкая, а сейчас совсем не заметная, дорога вела к лесу. Кордон был давно позади.

-Справа от нас – свалка. – почти шепотом объяснял Маверик – но мы туда не пойдем, - Мав вздохнул.

Муся…

-Вика. – перебила девушка. Ал улыбнулся – Вика значит? Виктория, Победа. Символично!) – Потом вдруг спохватился, вскочил на ноги, - очень приятно, Виктория!- И немного подумав, представился – Алхимик, к вашим услугам.

Немного смущенная Вика улыбнулась. Сталкеры не имели привычки называть свои настоящие имена.

-Скажи, у тебя есть гайки? – спросил Алхимик.

-Гайки? Какие гайки? – Вика чувствовала, что она что-то пропустила.

-Так, понятно, а у вас? – повернулся, Ал к парням.

-Обижаешь, начальник! – улыбнулся Дзот и достал из кармана целую пригоршню железок.

-Уже лучше. – облегченно вздохнул Алхимик. – Так вот, поясняю для неразумных, мы в Зоне – возникла театральная пауза. – Продолжаю, здесь существует такое понятие как аномалия, - слушавшие переглянулись, - как выяснилось, продолжал выступающий не все в нашем интересном коллективе знают, что аномалия это не что иное, как пространство, негативно искривленное м-полем в ту или иную сторону. И в связи с этим, имеющая по-разному реализованные побочные эффекты.

После громких и непродолжительных оваций лектор продолжил:

- Как правило, благодаря этим эффектам встреча человека и аномалии заканчивается летальным исходом для первого и артефактом для второй.

Вика оглянулась. Скучающий Маверик, на краю дороги, строил маленькую пирамиду из камней. Но, что бы оттянуть сей неприятный момент, нужны эти маленькие помощники.

- Показываю. – Алхимик осторожно ступил пару шагов в сторону от дороги. Его лицо было напряженно, он внимательно осматривал небольшую лужайку. Оглянулся.

– Вика смотри, – и резким движением выкинул вперед руку, ладонь раскрылась, из нее по инерции вылетела гайка.

Стоп кадр. Замедленная съемка. Гайка медленно летит по заданной траектории, раскручиваясь вокруг своей оси. Она блестит в лучах осеннего солнца как космический корабль. Вот она замерла в воздухе, ее сплющило и с огромной силой подбросило вверх. Вика вглядывалась в холодное небо и ждала, когда гайка упадет.

-Можешь не ждать – она не вернется. Ее уже не существует.

Пораженные увиденным, зрители стояли в безмолвии.

-Как ты узнал, что аномалия там? – только и могла спросить сталкерша..

-В том то и беда. Ее не видно и не слышно, лишь на траве можно заметить слабое свечение. Ловушка для новичков. – ответил за друга Маверик, подымаясь и отряхивая руки, испачканные придорожной пылью.

Чем дальше Сталкеры уходили от Кордона, тем неприветливее становилась Зона. Уже не было ни озорной синевы над головой ни желтых листьев под ногами.

Мрачные грязно-серые облака заполонили небо. Под ногами мертвая поросль, которую трудно даже назвать травой. Воздух наполнялся непривычными запахами. Воняло толи гарью толи озоном толи гниющей плотью. Чем-то мерзким и не приятным.

Как сварливая хозяйка Зона была не рада своим гостям. Они шли уже четвертый час. Медленно пробираясь через аномалии как саперы через минное поле.

Первым шел Маверик.

Шаг.

Присел.

Огляделся.

Еще несколько шагов.

На горизонте замаячили фигуры, которые Сталцер сразу взял на прицел. Чужие. Все замерли.

Пять пар глаз внимательно наблюдали за черными спинами незнакомцев.

-Бандюки что ли?- прошептал Сталцер.

-Они самые. – Маверик был очень серьезен. Бандиты – это тебе не плоть тупая. Бывалые переглянулись.

-Сидим и ждем – проговорил Алхимик. – Девушка может запаниковать.

Вика обиделась – Ребята, ну сколько можно со мной нянчиться?

-Не торопись, все еще впереди – успокоил Мав.

Дзот начинал нервничать, его раздражала эта девушка и все хлопоты вокруг нее. Он вообще не мог понять, зачем она приехала в Зону. Неужели она не чувствует, что лишняя тут.

-Эх, Шнур, ну удружил! – ругался про себя парень. – Мы бы одни уже сегодня на месте были, а тут…

А тем временем не известная парочка продолжала свой путь. Внезапно один из них как-то неловко вскинул руки и выронил автомат на землю. Воздух вокруг него наполнился ярким светом, последовала желтая вспышка и тело несчастного взлетело на несколько метров над землей. Округа наполнилась криками погибающего но, увы, при всем желании ему уже никто не мог помочь. Его раскручивало все сильнее и сильнее пока, в конце концов, не разорвало в мелкие клочья.

Вика вздрогнула. Стать свидетелем чужой смерти было тяжело и неприятно. Когда кругом опасность и нет возможности помочь другому, человек чувствует себя беспомощным перед Зоной. Девушка закрыла глаза. Ей хотелось стереть из памяти страшную картину чужой гибели.

-Вот это и есть встреча с аномалией – заметил невозмутимый Алхимик.

В глазах Сталцера читалось смятение. Он не был готов к смертельному зрелищу. Достав флягу со спиртным, парень сделал несколько глотков и передал Вике. Сталкерша не отказалась.

Крики несчастного разбудили стаю слепых псов и они с лаем бросились ко второму путнику. Дав по собакам длинную очередь, бандит отступал. Пристрелив несколько тварей, он прочищал себе путь и постепенно скрылся из виду. Но, еще какое - то время были слышны выстрелы и постепенно ослабевающий лай собак.

ОН

-Эй. Снорк! Как дела? Как твоя голова? Не починили еще? – послышался дружный смех.

Опять Мор на потеху другим старается меня поддеть.

-Шути – шути. Вот насыплю тебе стрихнина полную миску, тогда и узнаешь, заработала моя голова или нет! – кричу в ответ.

-Э ну ты это, не обижайся - я пошутил. – оправдывался бандит. Он еще помнил случай, когда Снорк-падальщик накормил просроченной виагрой одного очкастого. Говорят, нашли его на Дикой Территории, потом. Мертвого. В туннеле.

-На Агропроме, вроде, доктор какой-то есть. – задумался Курильщик, - мы там давно не были, надо бы заглянуть.

-Вдруг у него только кликуха такая, а сам он никакой и не доктор. Может его вообще не существует? – Бондор поежился. Не хотелось ему покидать тихое местечко ради чужака без памяти.

-Выдвигаемся в два часа ночи! – рявкнул Курильщик и ушел в свою палатку.

Бондор и Мор недовольно переглянулись. Всем было известно, что на Агропроме давно обосновались отряды Сталкеров-Одиночек. И связываться с ними лишний раз совсем не хотелось. Одиночки были хорошо вооружены, большую часть арсенала пополняли ученые, которые с готовностью меняли оружие и всякие примочки на артефакты..

ОНА

После неприятного происшествия было решено устроить небольшой привал. Время шло к закату. До места прибытия было еще далековато, а возможность провести ночь в лесу не обнадеживала. На краю поля нашли след недавней стоянки сталкеров. Костер давно затух, но было много дров.

-Ого, как нам повезло! – обрадовалась Вика.

-Это не повезло, это привет от предыдущих постояльцев, - пояснил Мав.- Так было заведено еще у охотников в тайге.

-В лесу располагались несколько домиков. Там путникам, после многодневной охоты, можно было передохнуть и набраться сил. Перед уходом из такого пристанища каждый оставлял немного еды, соли и дров. – Вспомнил Дзот.

-Своеобразная круговая порука, - улыбнулся Сталцер, удобно устраиваясь на разложенной, прямо на земле куртке.

-И вы совершенно правы! – подхватил Алхимик.

Вику поразил такой негласный закон, в этом было что-то обнадеживающее. - А мне казалось, что тут каждый сам за себя, - раздумывала она вслух.

-Ну что ты! Если бы мы не помогали друг другу, разве можно было бы выжить, - возразил Алхимик. – В Зоне существуют кланы и группировки, которые, правда, время от времени воюют между собой. Но без этого не обойтись.

-Да…Мужской мир… Вами правит Марс – Бог войны. – улыбнулась Вика.

-Хм. Ну, что-то в этом роде, - согласился сталкер.

-Ты говорил про группировки, зачем они?

-Понимаешь, люди приходят сюда по разным причинам. Различия во взглядах и мировоззрении разделили жителей зоны. Есть «ДОЛГ», который пытается навести тут порядок и обеспечить безопасность сталкеров. «СВОБОДА» - группа анархистов, ближе к центру существует «МОНОЛОИТ» - фанатики, потерявшие разум, «ГРЕХ», «ЧИСТОЕ НЕБО»…- рассказывал Мав – много тут всякого.

-Типа политических партий? – пыталась разобраться Вика.

-Ыыы – Маверика развеселило такое сравнение, - ну если девушка желает, то можно и так назвать – и вояка расплылся в улыбке.

-«ГРЕХ», говоришь? – повторил Дзот и задумался.

Вика училась преодолевать страх, контролировать его. Иногда она позволяла себе отдаляться от группы на небольшое расстояние. Девушке хотелось научиться чувствовать и понимать зону. Вика уже не обращала внимание на трупы убитых монстров. Она все лучше разбиралась в камнях и артефактах. В одну из таких вылазок она наткнулась на чей-то схрон. Ящик был привален хворостом и с дороги был совсем не виден. Внутри она нашла несколько аптечек и редкий артефакт. С гордостью, под аплодисменты друзей она демонстрировала свои находки.

-Ты настоящий сталкер теперь! – воскликнул Алхимик.

Он заметил, что с момента их первой встречи в лице девушки что-то изменилось. Появилась уверенность в себе, движения стали более точными, взгляд ясных глаз более холодным. Однако это не мешало ей, как и прежде радоваться скромным подаркам и сюрпризам, которыми ее пытались развлечь мужчины.

Темный силуэт на траве еле заметно вырисовывался в сумерках. Сталкерша не могла разглядеть что это. Но и приближаться было опасно. Вдруг силуэт дернулся, пошевелился и застонал. Это был человеческий стон. Человек. Не монстр, не контролер – ЧЕЛОВЕК. Вика поняла, что он ранен или ему плохо. В любом случае ему нужна помощь. Иначе не лежал бы он тут посреди леса, а нашел бы более укромное жилище. Но Вика медлила, она сомневалась. Поведение монстра можно предугадать, но действия человека – никогда.

Смятение закралось в душу.

Что делать?

Страх не позволял приблизиться, а уйти она не могла. Потянулись минуты сомнения: рискнуть или уйти?

Наконец она собралась с силами. Повесив на плечо автомат и жестко прижав его локтем к телу, держа палец на спусковом крючке и готовая в любой момент выстрелить, она приблизилась к лежащему. Тот не шевелился. Казалось, он был в глубоком обмороке.

Очень осторожно Вика протянула руку и нащупала пульс. Сердце мужчины билось. Уже хорошо, - подумала девушка. В душе Вики проснулся медик. Она вспомнила все, чему ее учили в мединституте. Страх уступил место желанию помочь. Отложив оружие, она деловито раскрыла свой рюкзак. Наконец-то пригодилась ее походная аптечка. Первым делом – нашатырь, надо попробовать привести пострадавшего в чувства. Вика смочила кусочек ваты вонючей жидкостью и поднесла к носу лежащего. Тот застонал, поморщился и задергал головой.

Что произошло в следующий момент, Вика поняла спустя время. Мужчина открыл глаза, повернулся к девушке. Вдруг его лицо исказилось от ужаса. Зрачки расширились. Было видно, что он боялся пошевелиться.

-Тихо, тихо, - спокойно проговорила сталкерша и с опаской потянулась к автомату. На всякий случай, чтобы мужик не перепутал ее с контролером, Вика посветила себе в лицо фонариком.

-Аааааа!- закричал неизвестный.

Он вскочил на ноги и с криками «Господи помоги!» кинулся наутек. Как кошка, Вика прыгнула в ближайшие кусты и зажмурилась. Шли минуты. Вокруг ничего не происходило. Тишина. Лишь вдалеке лай потревоженных псевдопсов. Кого же испугался человек?

Вика пожала плечами и собрав рюкзак поспешила к своим. О непонятной встрече она решила умолчать.

ОН

Вечерело. Закат покрывал небо розовой дымкой. Вокруг полыхавшего костра сидели люди. Кто-то рассказывал анекдоты, кто-то бренчал на гитаре. Снорк не любил такие посиделки. Никто из этих людей так и не стал ему другом. Отъявленные бандиты мародеры и головорезы вызывали в нем стойкое чувство отвращения. Лишь благодарность за спасение держала его рядом с ними. Собственно идти ему было некуда. Желание вернуть себе настоящее имя, а вместе с ним и свою жизнь сводило его с ума. Но память словно бы в шутку не хотела возвращаться. Привычные размышления Снорка прервал не понятный шум возле костра. Это Мор вернулся с очередной прогулки. Он был опытным сталкером, знал Зону как себя и от того Курильщик посылал его на самые сложные задания. Однажды он даже умудрился пробраться к Сидору с предложением купить какой-то редкий артефакт. Прошел мимо Волка и его сопляков совершенно не замеченным. В этот раз Мор выглядел совсем не как обычно. Не было ни важности ни напущенной надменности. Напротив, сталкер выглядел напуганным и растерянным. Он поглубже спрятался в капюшон куртки и молча сел греться у костра.

-Что с тобой, брат? – спросил Бондор.

Мор молчал. Он лишь вытянул вперед руки, поближе к огню. Было не ясно, хотел ли Мор согреться или пытался убедиться, что все вокруг реальность.

-Водка есть?

- Найдем! – обрадовался Бондор и протянул бутылку.

Мор молча, ни на кого не глядя, начал пить прямо из горла - так пьют умирающие от жажды.

- Ого, брат! Ты никак алкашом становишься? – выкрикнул кто-то из сидящих.

Отвали, - грубо рявкнул бандит, - не твое дело. Он снова задумался, лицо его принимало то растерянное , то угрожающее выражение. Он тер свой нос и руки, как бы пытался в чем-то разобраться. В это время Снорк ведомый любопытством подсел к костру.

-А.. Вот наша светлая голова, - Мор захмелел, - скажи, Снорк, мужик в бабу может превратиться?

-Фигурально – да. – ответил помощник повара.

-Вот! – Фи- гу-ра-ль-но! – Мор как учитель поднял палец вверх, - значит Контролер, сука, мозг чуть не вынес, - медленно произнес бандит и сделал еще глоток. Внимательно посмотрел на Бондора – вот ты ж не баба?

-Нет!

Вокруг костра прокатился дружный смех.

- У, как тут все запущенно . – проворчал приятель, - ладно пойдем я тебя спать отведу.

И, с песней на всю округу, друзья побрели к палатке.

«… Гоп-стоп, мы подошли из-за угла, Гоп-стоп …»

ОНА

В наступившей тишине, неожиданно громко запищал КПК.

-Ну, только этого нам не хватало, - буркнул Алхимик, читая сообщение. Селдес передает, что до выброса осталось около двух часов. – Он многозначительно глянул на Маверика.

- Ну, е… - тот подскочил на месте. – И что делать?

Так, - Ал был очень серьезен, - до укрытия далеко но, километра через полтора есть подземелье…

- Успеем. – одобрил Мав. Сталкеры наспех собрали свои пожитки.

- Придется бежать. – сказал Алхимик и с сомнением глянул на девушку.

- Успеем, - успокаивал Маверик. Он, точно древнегреческий воин, посадил Вику к себе на плечо и вся группа поспешила через лес. Впереди бежал Алхимик, за ним Мав. Позади Сталцер и Дзот. Оба держали оружие наготове, неожиданностей впереди могло быть не мало. Маверик был силен и хорошо подготовлен, от того и бежать с ношей на плече ему было легко. Года службы в рядах МВД не прошли даром.

Вика же, напротив, чувствовала себя неловко. Ей было обидно, что в очередной китайский раз ее выделяют из всей группы. Но изменить ситуацию она не могла, а потому ей оставалось сидеть на плече силача и гадать что это за Выброс такой. Словно дозорный Вика устремляла взгляд вперед, в глубину рощи, через которую пролегал их путь.

- Там! – вскрикнула сталкерша, указывая куда-то вправо. Сталцер отреагировал мгновенно, без лишних вопросов он послал смертоносный огонь в ту сторону, куда указывала девушка. Сквозь бег Сталкеры услышали протяжный стон. Будто стон Души уходящей в бездну.

- Попал. – заключил Сталцер, - спасибо!

Последние слова были адресованы Вике, которая довольная собой еще более старательно вглядывалась вдаль.

Наконец роща кончилась, у самого ее края Алхимик указал на люк в земле. Он был огорожен невысоким забором. Все глянули на часы.

- Время есть….Хорошо…- заметил Алхимик и стал лихорадочно раскручивать крышку люка.

Новички кинулись ему помогать. Маверик тем временем поставил Вику на землю, - а ты легенькая, - улыбнулся он девушке.

-Нет. Это ты такой, - она запнулась, - сильный.

Через несколько минут путники спустились в бетонное не жилое помещение. В нем пахло плесенью и было сыро.

- Так, господа, устраивайтесь. Только люк плотнее закройте – обратился Ал к Сталцеру и Дзоту.

Вика бросила рюкзак на бетонный пол достала фонарик и стала водить им по стенам, в надежде увидеть что-то интересное. Вдруг где-то далеко на поверхности раздался мощный сигнал сирены. Стены затряслись. Сквозь трещины посыпалась земля.

- Уши закройте!- посоветовал Маверик новичкам.

Послышался мощный взрыв и ударная волна прокатилась над головой. Вика чувствовала, что теряет сознание. Картинка перед глазами поплыла, она выронила фонарик, голова медленно стала съезжать в бок. Мав подхватил девушку и прижал к себе. Как много раз он пожалел, что согласился с Алхимиком провести ее на территорию Долга, знал только он. Не место ей тут, ой не место…

Стены тряслись все сильнее. Погасла лампа дежурного освещения.

- Ну что ж, - начал Ал, - коль пошла такая пьянка… Предлагаю тут и заночевать.

- Логично. - одобрил Дзот.

- Как жрать охота. - вздохнул Сталцер.

- И чаю сладкого. Покрепче. - тихонько добавил Маверик.

Дзот усмехнулся:

- Прям как после….

- Оставить! – прервал его Алхимик. Сталкеры заулыбались.

- И часто такое здесь? – спросил Сталцер.

- Что? – насторожился Ал.

- Ну, вот это, - Сталцер ткнул пальцем вверх, - выброс.

-А. Это. Ну, где-то раз в три – четыре дня. Но обычно нас заранее оповещают. Если не укрыться, то считай ты уже труп. И остается только молиться.

Сталцер промолчал.

Мне плохо! Мне очень плохо…. Все о чем я мечтала рушится, земля уходит из под ног. Руки опускаются и кажется что ничего уже не изменишь и не исправишь…

Сотни лет…

Очень тяжело.

Где ты, ветер перемен?

Добрый, Ласковый…

Мне кажется со мной это никогда не будет. Хочется быть маленькой девочкой. Забиться в угол и спрятаться от всех…

ОН

Над ним раскинулось синее небо … не голубое, не лиловое, а именно синее. Бескрайнее как океан. Предательский самолет полоснул по синеве белым шрамом. Знакомое чувство до боли до крика сжало сердце. Чья-то чужая спокойная, комфортная жизнь пролетела над ним.

- В Турцию полетели - заметил Снорк.

Вдали послышались голоса. Два бандита сидели на пригорочке и грелись в последних лучах осеннего солнца. Снорк стал с интересом прислушиваться. Опять Бондор сказки свои заливает кому-то в уши.

- Да представляешь! Я сам не поверил, вроде по началу. Баба в Зоне. Баб в Зоне не бывает! А может и не баба вовсе, а 3.14дор – Бондор неприлично усмехнулся – а вот мы завтре к ночи догоним их и посмотрим, кто оно такое…в желтых кедах…

Последние слова звоном отозвались в ушах. Почему желтые? Вдруг стало не уютно ему, то ли солнце слишком припекало, то ли трава вдруг стала жесткой и колкой. Снорк поспешил спрятаться в холодной палатке. Желтые ботинки не давали ему покоя.

- Может песня такая? «…ах эти желтые ботинки..» Стоп! Желтые кеды….- что то было родное и знакомое в этом сочетании…- Желтые кеды.. Вика! Моя Вика! Девочка моя она здесь! Викуля…

Потрясенный воспоминаниями он метался по палатке, словно тигр в клетке, его переполняло ликование, восторг и чувство гордости за свою Вику. Где-то было ее фото. Да где же оно! Он перерыл весь свой не хитрый скарб и ничего не найдя кинулся на улицу в поисках Курильщика. Тот одиноко сидел у костра и как всегда тянул свою вонючую сигарету.

- При мне была фотография девушки, где она?

- А, да, была, но я ее отдал Бездельнику. В обмен на тебя, он тогда тебя собакам скормить хотел. Веселье у него было такое, у урода.

- Где его можно найти? – не унимался Снорк

- Так теперь уже нигде, если только на небесах, напоролся он на электру за Баром.

- Зачем ты меня спас?

- Вопросы, вопросы. Зачем спас. Зачем?- Курильщик кинул окурок в костер, медленно с сомнением заглянул в глаза Снорку…

- Отвали, придурок!- он пихнул подопечного плечом и направился к палатке. Снорк не отставал.

Уже в палатке бандит начал:

-Зачем спас... А может, я добрые дела коллекционирую - скривился Курильщик – че рот раскрыл? Может я не совсем еще сволочь? - он снова закурил – или если бандит, то и не человек вовсе? А мне может идти некуда, да меня долговцы на первом же перекрестке пристрелят. – он кричал, его лицо перекосилось усмешкой отчаяния. В полумраке за папиросным дымом это было похоже на дьявольский оскал.

Поднявшись на поверхность Вика застыла в нерешительности. То что еще вечером не внушало никаких опасений утром ужасало. Воздух был наполнен новыми неприятными запахами. Мокрая ржавчина, болото, вонь гниющей плоти, все это перемешалось в отвратительный коктейль который, врываясь внутрь, мгновенно выворачивал на изнанку. Повсюду были видны трупы монстров.

Издали послышался собачий лай и на краю рощи замаячили рыжие рваные бока псевдо-собак.

- Ух, вы, бесы несносные! - прокричал Маверик, доставая торопливо автомат. Четверо мужчин встали плечо к плечу, готовясь отбить атаку безумных тварей.

Охваченная всеобщим чувством сплоченности, опьяненная в разы подскочившим адреналином, девушка выхватила из рюкзака автомат и присоединилась к отряду.

Они ждали, когда стая приблизится ближе.

Еще немного.

Совсем чуть-чуть.

Первым не выдержал Сталцер. Меткий стрелок, он дал короткую очередь по собакам. В ответ раздался пронзительный визг и еще более угрожающее рычание. Слепые, изуродованные радиацией звери с тупым остервенением стремились к своим жертвам. Сталкеры открыли огонь одновременно.

Все смешалось. Кровь, грязь, клочья разорванных собак. Крик человека охваченного лихорадкой войны, утробное рычание твари вонзающей гнилые зубы Алхимику в ногу и стук рукопашного боя.

Страх ушел.

Страх пропал.

Его место заняло пронзительное желание жить.

Вика обернулась в сторону и тут же получила удар в спину. Бешенный пес одним рывком опрокинул девушку в мокрую хлюпающую жижу. Улыбаясь смертельным оскалом он готовился нанести последний удар.

-Замри!- услышала Вика команду. В ту же секунду из кустов выскочил незнакомец.

Мощным рывком он оттолкнул пса и вонзил ему в ребро огромный охотничий нож. Острое лезвие полоснуло вдоль брюха животины выставляя на обозрение его внутренности. От напряжения ноги не держали и девушка так и осталась лежать на земле.

Она смотрела в небо.

Серое осеннее небо, холодное и равнодушное ко всему происходящему, медленно одевалось в кровавый закат.

Постепенно звуки выстрелов и лай стихли. Небо наполнили стаи воронья, желающего поживиться падалью. Дзот усталый и вымотанный оглядел поле боя. Все живы?- спросил он без особой надежды. Сталцер в знак ответа лишь поднял руку. В пылу сражения он так воинственно прикрикивал, что в итоге сорвал голос. Ал, лежавший ничком, тихо застонал.

Нога, разодранная слепым псом, болела. Разливая жгучую боль по всему телу. Маверик поспешил помочь другу. Осторожно, чтобы не задеть рану он поднял Алхимика. Тот почти терял сознание. Вика, которая уже справилась с неприятным осадком от увиденного, доставала аптечку, дабы исполнить свой долг медика.

Оправившись от первого шока и оглядевшись по сторонам, сталкеры заметили чужака на краю болота. Он сидел и мирно курил. О, бля! – выпалил кто то. Оружие чужак благоразумно положил поодаль от себя, на видное место. Показывая тем самым свой настрой.

- Не стреляйте, я свой!

Вика, тем временем, перевязывала руку Сталцеру. Услышав голос, она вздрогнула. Голова закружилась. Как давно она не слышала этот голос, такой родной и любимый. Не может быть – Вика зажмурилась, уж слишком это было все просто.

Алексей Патрушев "Са-афтары" Олег Орлов

Меченый как символ власти над символом Зоны – Стрелком

Написано на олбанском, с использованием олбанской грамматики, пунктуации, и проч. (Прим. Редколлегии)

Са-афтары: - измышления на тему "Вечный жыд - хто он?"

Когда нуб Кортавый дошел, что называется, до крайности, иными словами, когда он вынужден был оставить и мечты об "Осколке монолита" и о доле малой в общаке Борова, он встретил Сахарова; на Свалке встретил, на осенней холодной свалке - на скамейке в беседке у шлагбаума.

У Сахорова был очень потрепанный вид, еще более потрепанный, чем у самого Кортавово.

"Вот же блять - вот существо в тысячу раз несчастнее меня!" — мысленно обрадовался Кортавый, и вместе с естественно пробудившейся жадностью в нем шевельнулось эгоистическое чувство удовлетворенности:

"Не я последний в мире Теней!" и - "Наеби ближнева, пока он не опередил тебя"

Старик действительно являл собой убогое зрелище: Халат, некогда крахмально белый - сплошные отребья, изможденное лицо — в грязных клочьях давно не бритой бороды, красные, слезящиеся от коньюктевита глаза, тощие, жилистые руки, судорожно вцепившиеся в костыль перемотаный сизыми бинтами.

Можно было без особого труда угадать, что он много дней уже не ел досыта и ночевал где ни-попадя.

Возраст его был преклонен, но точному определению не поддавался. (наверное что-то около года с момента релиза - Са-афтары)

С его нищим обликом никак не вязался большой породистый, упитанный псевдоволг темно-серой масти, с гладкой, лоснящейся шерстью. Он лежал под скамейкой, наполовину высунувшись наружу и положив свою великолепную умную голову на мощные передние лапы. В том, что он принадлежал старику, можно было не сомневаться. Слишком уж доверчиво прижимался этот гордый псевдо... к рваным и грязным башмакам нищего.

Бегло осмотрев сранную пару, Кортавый нарочито осторожно присел на край скамейки, раскурил только что поднятый полновесный окурок сигареты «Винстон» и обратился к старику с обычным в таких случаях вопросом:

- Слыш батя? Интернед есь? Ападелись бля... Чета бля ляпнул, не втему...

- Что, приятель, совсем плохи дела? Да?

Старик медленно повернул к нему голову, внимательно оглядел его от бахромы и пузырящихся на коленях "трениках" до заласнившейся кожанки, на три размера больше необходимого и вдруг протянул ему свою дрожащую, со скрюченными пальцами руку.

- Сахаров… - сказал он при этом глухим, простуженным голосом.

- Как?! - переспросил Кортавый, с кряхтеним выбираясь на ружу изпода.

- Меня зовут Сахаров, профессор Сахаров! - настойчиво повторил старик.

Кортавый смешался, покраснел, но все же торопливо пожал протянутую руку и назвал свое имя.

- Новичок? - спросил после этого профессор.

- Да, всего около года, как в Зоне - признался нуб.

- Бездомный?

- Да… то есть почти… Во всяком случае, я не пойду в обратку, пока не преподнимусь…

- Голодный?

- Да, да, черт побери! - зарычал Картавый, приходя вдруг в бешенство от этих дурацких вопросов.

Но при этом - пугливо пасматревал на псевдоволга - ану вцепется?

- Безнадзорный, голодный, бросивший кодлу и долю малую! Еще что? Еще злой, злой, как собака!..

На старика эта вспышка бессильной ярости не произвела ни малейшего впечатления.

Когда Кортавый докурил свой бычок и немного успокоился, Сахаров снова обратился к нему с вопросом:

- А жить, поди, хочется?

- Бросьте издеваться!.. - буркнул нуб, уже жалея, что затронул болтливого старика.

— Я не издеваюсь, — прохрипел профессор. — Я для дела спрашиваю. Хотите жить, Картавый?

— Вообще-то надоело… Если бы не... и ... Но, по совести говоря, хочу. Очень хочу! - с неожиданной для себя искренностью ответил Кортавый.

— Тогда пойдемте! — Сахаров навалился на костыль и с трудом поднялся.

— Куда? — оторопел нуб.

— Ко мне. Посмотрите кое-что. Может быть, вам подойдет…

С этими словами чудаковатый старик пошел прочь в сторону Янтаря, шаркая ногами и часто стуча костылем по мокрым астаткам асфальта.

Великолепный псевдоволг вылез из-под лавки и пошел за ним.

Несколько мгновений Кортавый смотрел им вслед, потом махнул рукой:

— Эх, была не была! Терять уж нечего!..

Част Фторайа

Кортавый, не на секунду не задумываясь, быстро догнал профессора и уже не спеша, пошел с ним рядом. Со свалки они ушли не через главные ворота, которые бессменно охранял Прапар, а через новый проход в противоположном конце. (Спасиба Сяк)

За калиткой простирался огромный пустырь, часть, которого занимало болото.

А дальше начинался промышленный район с лабиринтом улочек и тупиков.

Когда-то здесь жили и работали люди. Но после серии выбросов, во время которых многие цеха были разрушены, место пришло в запустение. На пустыре, неподалеку от тропинки, свора слепых псов рылась в кучах каких-то отбросов.

Картавый невольно сравнил их со зверем Сахарова. Любое из этих облезлых, голодных созданий могло бы составить нищему старику более подходящую компанию, чем его изумительный красавец псевдаволг. Картавый еще раз подивился гордой осанке, спокойной царственной поступи великолепного образца звериной породы.

Он уже хотел спросить профессора, где тот взял этакое редкое сокровище, но в это время они приблизились к стае и вызвали в ней переполох.

Завидев псевдоволга, слепые собаки разразились яростным лаем. Несколько отделились от своры и подбежали поближе к тропинке, делая вид, что готовы наброситься на псевдоволга и разорвать его на кусочки как газету "Челябинский Рабочий", ну или на крайняк - "Вестник Чернобыля" - мелькнуло у нуба в том месте где у Ветеранов должен быть мозг... Кортавый, продлжавший наблюдать за волгом, отметил в нем еще одну странность. Красавец даже не обернулся на бешеный лай своих диких слепых сородичей. Он смотрел вперед и вышагивал рядом с хозяином с невозмутимостью английского лорда. У него даже уши не дрогнули, а это было уже совсем не по-волчьи.

Лишь когда Сахаров замахнулся на бродяг костылем, волг тоже взглянул в их сторону, но опять-таки, совершенно равнодушно, словно поднятый ими шум не имел к нему никакого отношения. Слепыши шарахнулись прочь, но и с безопасного расстояния продолжали с остервенением лаять, хотя от нападения их, по-видимому, сдерживал отнюдь не костыль старика профессора. Они чуяли в поведении псевдо-Лорда какую-то непонятную для себя опасность и поэтому не решались вступить с ним в драку.

Наконец пустырь остался позади. Путь продолжался по узкой, мощенной асфальтом дороге.

— Слышь, профессор,а почему ваш волг так странно ведет себя? — спросил Картавый у старика.

— Потому что он ничем не интересуется, у него все есть. — коротко бросил Сахаров.

— Это как же, ась? Он что - глухой?

— Да, и глухой, и немой...

— Гы-ы-ы... Нетвой... Ачей? Гы-ы-ы... Акуеть..дайте две! Такой великолепный экземпляр! А как его звать, дастапачтенный плафесар?

— Когда-то звали.... Склирос... а! Давно звали, лет сорок назад. А теперь его никак не зовут... Сам приходит...сука титановая... ОМГ... - поперхнулся сивый старичок...

— Сорок лет назад?! Данунах! Уж не хотите ли вы меня уверить Профессор, что этому зверю перевалило за сорок лет?! — вскричал Кортавый.

— Ему сорок шесть лет, — ответил Сахаров.

— Эээ...Харош пестеть! Псевдоволги так долго не живут! И псевдо тожа, и волки...

Старик остановился и окинул Картаваго взглядом, полным досады и раздражения.

— Ну вы батенька и бакла-а-ан... Всему свое время, — проворчал он сердито. — Вот придете ко мне и все узнаете... А пока воздержитесь от грубых замечаний! Как там у вас?.. Не...трындите, кароче... Окаг.

— Ну хорошо, хорошо, — успокоил его не нашутку трухнувшый Картавый, — я подожду, пока вы мне сами все объясните...

Дробный стук сивого костыля прервал затянувшеюся паузу, возвещая о продолжении...

Чась III

Дом, про который Сахаров не без гордости заявил: «Это мой дом!» - был огромной мрачной Лабой с выбитыми стеклами, провалившейся крышей и прочими следами разрушений, причиненными временем и стихиями. Остатки былой роскоши стояли посреди широкого двора, захламленного и запущенного до полного изумления. Короче - он ничем не напоминал пресловутый НАТО'вский бункер навязший оскоминой геймерам одной пятой суши.

— Вы ЗДЕСЯ живете, почтеннейший Профессор?! — воскликнул Кортавый, когда они вошли во двор и старик, педантично крехтя, запер за собой ржавый замок ободранной железной калитки.

Лучше бы лопатой подпер - мелькнуло под капюшоном у Кортавого, глядя на замок глазом матерава медвежатника...

— Да-да, Метчены..., Кортавый, здесь я живу, — с достоинством ответил ученый, словно перед ним были не жалкие руины, а шикарный дворец. Затем он благоговейно добавил: — Полвека назад эта лаборатория была лучшим в Европе центром исследований. Её так и называли: «Лаборатория моска Сахорова».

— Полвека назад? Бли-и-ин... Этож в два раза больше, чем я кантуюсь на свете!.. Спасибо матери с отцом!.. Но как вы не боитесь в ней есть-спать-срать?! Ведь она готова упасть от первого пука!?

— Она крепче, чем на картинке, уважаемый. Как там у?.. Не ссыте, входите.

Старик открыл высокую, обитую ржавыми листами железа дверь, на которой криво и поспешно было нацарапано штык-ножом? - "За Зону ответиш!!!" и "Пачем артефакты для народа???"

Дверь зловеще заскрипела, и, неожиданым толчком под зад отправила гостя в дом.

Ахтыж мля... - Кортавый едва поспел ногами за стремящимся поскорее в гости туловещем. Псевдоволг спокойно вошел вместе с ними - ловко увернувшись от дверного натиска.

Сначала ноги Кортавого очутились в высоком вестибюле, который еще больше поразил нуба видом полнейшего запустения. Здесь царил полумрак. Скудный свет проникал лишь через выбитые стекла высоких окон, на которых кое-где еще уцелели железные ставни. С ободранного, когда-то лепного европотолка свисали целые сталагтиды пыли и паутины.

С пола, им навстречу вздымались сталагмиты из завалов мусора, обломков статуй и ворохов бумаги. Стены были исписаны каббалистическими знаками,типа: хуйпеста...жопа... "Сахаров - сцука и казёл"... "Сенит-Чемпеон!!! ЦСКА-Кони!!! Спартаг-мясо!!!" Наташка-блять...

Не дав Картаваму дочитать заклинания в вестибюле, Сахаров подруку повел его дальше, постоянно прерывая машинальные попытки бандита найти плохо лежащее... Они вошли в сводчатый коридор, в конце которого светлело овальное окно, совершенно лишенное стекол. Из него тянуло сырым сквозняком.

- Ниразу не видел круглых форточек, наверно удобная штука, профессионально отметил про себя нуб.

Не доходя до означенного окна, Сахаров свернул на лестницу, уходившую круто вниз. На первой площадке он нашарил рукой выключатель, и тут же над лестницей загорелись пыльные лампочки.

- А старик-то а? - непрост, ой как непрост!.. откуда у него достояние Тчубайса? - озарило бандита...

- Уважамый, тут ступеньки стерлись от старости - скользкие! - недвусмысленно предупредил Кортавого приосанившийся в родных пенатах профессор.

- До песты-ты-ты-ты-ты-ты-ты... - ломанулся вниз нетерпелывый бандит: - Даеш закома-ма-ма-ма-ма...

После того как нуб смог свободно дышать и самостоятельно переставлять ноги - старик повел его дальше - по длинному коридору, делавшему вдруг неожиданные повороты из стороны в сторону...

- Следы путает - дошло до Кортавого, штоб взат дороги век ненайти...

Ножидано профессор отомкнул литую пескозасыпную дверь и, осветил новую вереницу лестниц...

- Акуеть, бедная пятая точка, - скривился Кортавый.

- Не волнуйтесь, молодой человек - тут всего-то семь пролетов, Сахаров увлеченно повлек нуба еще дальше, в подземелье, из которого веяло холодом и мышами, а так же плесенью и чемто кислым... что постоянно похрустывало под подошвами! Наконец профессор отомкнул последнюю дверь...

- Ключ адин на все - самоход, ухмыльнулся бандит.

Наши герои оказались в комнате освещенной старинной хрустальной люстрой. На Сахарова это не произвело никакого впечатления, он-то бывал тут неоднократно... считай он жил тут... А вот Кортавы-ы-ый... Кортавый - первый раз в жизни видел такую ЛЮСТРУ!!! И в таком сраче!

Собственно, о том что ЧУДОВИЩЕ источающее свет и висящее распятием под потолком было ... ЛЮСТРОЙ!!! нуб догадался лиш благодаря какому-то, скорее всего вроженному, наитию...

— Вот и мои апартаменты. Располагайтесь, дорогй Вы мой! — просипел старик, клокоча горловой радостью, и в полном восторге повалился на старый, продавленый до пружин и рогожи диван, стоявший у стены.

ЧАСТ НОМИР ЧАТЫРЕ

Псевдоволг улегся возле дивана прямо на засраном, годами не мытом голом полу, а Картавый с любопытством осмотрелся где что плохо лежит и присел на колченогий стул.

Пошарив па карманам, он извлек цывильный бычог «Уинстона», закурил и с наслаждением затянулся... Это его несколько успокоило, и он принялся более внимательно осматривать квартиру странного профессора на предмет явных и скрытых добряков... а так-жы гадевайзов с гаджытаме - ИМХО консультанта

Первое, что с удивлением отметил Картавый, была еще одна дверь. Дверь находилась в конце левой стены. Картавый уже решил, что жилье профессора завершает анфиладу коридоров и лестничных маршей, но теперь, тупа глядя в очередной дверьной косяг убедился в очередном абломе.

- Интересно, что там, за дверью? Неужели еще коридоры и лестницы, уходящие вглубь?..

Лестницы... лестницы..., Кортавый почесал зудевший тупой зубной болью многострадальный копчек...

- Какой странный дом, эта полуразвалившаяся «Лаборатория моска им. тов. Сахорова»!..

Кроме дивана и стула, в комнате был еще стол, заваленный остатками чего нипопадя: какой-то пищи, мятыми бумажками, вперемешку исписаными то каббалой странных формул, то каллиграфическими петициями всем и вся, оргрызками цветных и ч\б грифельных карандашей, венчала все это черная электроплитка (не девайс, а фуфло)на табуретке, куча тряпья за диваном и шкаф с десятком пыльных книг и папок.

На всем лежал отпечаток ужасающей нищеты, до которой докатился владелец.

Озадаченый отсутствием курева Нуб обратил внимательный взгляд на профессора...

Сахаров дышал часто, со старческими хрипами, и странными, ни начто не похожими звуками с обратной стороны. Псевдоволг замер в полной неподвижности и походил скорее на изваяние, чем на живое существо. Осмотрев комнату, Картавый занялся зверем. Теперь этот удивительный волг внушал ему, кроме жгучего любопытства, какой-то мистический ужас. Вероятно, действовала обстановка, а может, опять-же, отсутствие пресловутого "Уинстона"... очень хотелось чаю... Осторожно ступая, чтобы не разбудить старого, Кортавый подошол к волку и со всей дури прыгнул тому на хвост - никакой реакции... Но тут...

...Кортавый вздрогнул всем телом и чуть не закричал вдарив по штанам жидким испугом, - справа от него послышался шорох и из темного угла, где лежала куча старого тряпья, вдруг вышел аццки мега-огромный сиамский кот. Нервы у Картавого были напряжены, и не удивительно - столько обходиться без излишиств было выше его сил... Сердце забилось как сумасшедшее и было готово выйти горлом. Чтобы хоть немного успокоиться и подавить приступ страха, он поманил кота.

- А табачку не найдется, а? Хтьфубля - апшто это я?

— Кис-кис-кис! Сюда ИДИ, мурзилка !

Но кот даже не обернулся на зов. Он важно прошествовал к волгу, осмотрел его своими нечеловеческими глазищами, потом одним прыгом взлетел на диван, заглянул в лицо хозяину и тотчас же снова удалился в свой угол. Картавый еще раз попытался позвать его, но тут раздался хриплый голос Сахарова:

— Не утруждайте себя напрасно, Картавый! Сцукин кот Шрёдер такой же глухой и немой, как и волчара...

Потерпите, я отдохну немного, и тогда приступим к делу...

- Ну вот - опять не ево, а живет-та сним... Далее, Кортавый хотел ляпнуть шота пра: Дела у опера, в спецчасти... но вовремя осекся, вспомнив про молву, ходившую за Сахаравым па зоне...

Старик отдыхал не мене часа, а наверна паболе, многа паболе - т.к. за енто время Картавый прикончил все свои табачные бычки и крошки сигарет, вытряхнутые из кармана. Дым в комнате не скоплялся. Вероятно, несмотря на отсутствие окон, комната как-то проветривалась. Когда табак кончился, Картавый, что-бы отвлечся от размышлений над возможностью замены табака соломой из драного матраца - живенько переключился на чувство безумного голода. Он поднялся и подошел к столу в надежде найти на нем что-нибудь съестное.

Среди заплесневелях корок хлеба, картофельной шелухи и прочих отбросов валялся ломтик сыра, завернутый в относительно чистый обрывок бумаги. Картавый с жадностью вонзил в него зубы, предусмотрительно заховав относительно чистый обрывок бумаги за пазуху - жопой почуяв - к вопросу соломы из матраца придецца вернуца еще не один рас...

Но не успел он прожевать первый кусманище, как за спиной у него послышалось злобное старческое блеяние:

— Харош жрать! Оставьте мою еду в покое! Я привел вас не на ужин! Мне самому нечего кушать!

— Бросьте прикидываться нищим, профессор! — довясь сыром, отбрехнулся Картавый,

— Небось, зверюг своих чем-то кормите! Ишь, какие они у вас упитанные!..

Тогда профессор, кряхтдяпЕрдя, поднялся с дивана и подгреб к месту где его обожрали. Понюхав стол в том месте, где ранее находился СЫР... да еще и в бумаге, он спросил с укоризненным прещщуром:

— Вы скрысили МОЙ сыр, Картавый?

— Да, профессор, я съел ВАШ сыр, да не просто - съел и всё! Я ево сажрал, с бумагой и прилипшим тараканом!!!

И не чувствую Я ни малейших угрызений совести. Если вы припасли его для своих зверьков, то на сей раз вашим красавтцам придется поужинать бес сы'га!..

— Волг и Шрёдер не нуждаются в пище, — тихо прамямлил старик, беззубым, ввалиашимся ртом — Уже сорок с лишним лет прошло с тех пор, как они ели последний раз!.. А я?!.. Трудно даже представить себе ту гору пищи, которую за это время перемололи мои жылезные зубы!.. Бывает, я завидую этим тварям!..

— Но почему они не нуждаются в пище? — рухнул с дуба Картавый, пораженный этим новым открытием.

Старик не ответил. Он был поглощен своим занятием - а именно: схватив со стола сухую корку, он с жадностью принялся ее мочалить по-детски розовыми и босыми деснами.

Картавый смотрел на него, как на помешанного. Да и не удивительно - в поведении и словаре старика было слишком много странного, непривычного, ни с чем не сообразного.

Понаслаждавшись коркой минут пять, старик вдруг вынул ее изо рта и указал вставною челюстью на ободранный стул, на котором только что сидел Картавый.

— Это было давно. Да-да...Очень давно... — промолвил Сахаров, мечтательно сощурившись...

— Вы и представить себе не можете, Картавый, кто сидел на этом стуле тридцать восемь лет назад! Вам и во сне такое не приснится! На нем сидел сам Били Гетц, богатейший человек в мире. Да-да... Только не теперешний Били Гетц Пятый, а его покойный дедушка, Били Гетц Третий. Он сидел на этом стуле, как на троне, и все говорил: "Нет, Сахариныч, это мне не подходит!» Потом он ушел сцуко, и с ним ушли стопицот мелеонов денег,которые я по праву считал своими... Вот ссамых с тех пор я и нищийбля.

Но я еще хочу взять свое!!! Только бы нашелся человек, умеющий по-настоящему чего-то желать!.. А не мечтать о мировом господстве над национальной идеей для всех и сейчас...

Вот вы, Картавый, сьпи... СОЖРАЛИ мой последний кусок сыра. Если я спрошу вас: "Можете вы вернуть мне мой сыр?", - только учтите, это был мой любимый - Дор-Блю,а не какойто там Эменталь вы скажете: - "Нет, профессор, это невозможно. Я тоже и нищий и босяк!" А ведь это неправда! Вы можете мне вернуть не только этот жалкий кусочек сыра, — вы можете мне вернуть все мои богатства! Вы можете осчастливить всех, кого любите, и наказать всех, кого ненавидите! Для этого вам достаточно сказать одну только фразу: "Да, профессор, мне это подходит!" Одну эту, и только эту, фразу: - "Да-да"...

Оборвав толкать свою странную речь, старик снова принялся грызть сухую корку.

Но в нем все заметнее росло беспокойство. Прочмокав с минуту, он вдруг резким движением отшвырнул нахуй корку и поднялся:

— А-а-а-бля... Идемте. Я покажу вам кое-какие чудеса. А потом мы с вами поговорим...

С этими словами Сахаров бесцеремонно двинул ногой в бочину своего великолепного псевдоволга, едва при этом не завалившысь набок - так-как про сизый костыль он совершенно забыл, расстроеный пропажей любимого Дор-Блю... Волг поднялся, величественно прошел в угол, где в свою очередь двинул ногой па йатцам аццкова кота Шрёдера. После этого старик открыл ту самую дверь - тем самым ключом... Дверь, за которой Картавый подозревал новые мрачные коридоры и главнае - КРУТЫЕ лестницы ведущие вниз, открылась совершенно безшумна. Щелкнул выключатель, и проем озарился ярким, белым светом. Псевдо... и Шрёдер спокойно вошли в нее и скрылись за притолкой.

Сахаров торжествущим жестом указал на дверь:

- Заходите, Картавый - вы абжора! Вас ждет необычайное!

Картавый искоса заглянул в дверь через плечо старика. То, что он увидел, глубоко его поразило до глубин заскорузлой души. За дверью оказался огромный, просторный зал, залитый дневным светом десятков бестеневых софитов. В особо-строгом порядке в нем были размещены шкафы, полные приборов, сверкающих стеклом и никелем, столы с мраморными досками, большие сложные аппараты под колпаками и без них. Все предметы поражали невероятной чистотой. Кортавый потерялся в догадках: "Што эта? Лабалатория? Раз...т на органы, сцуко?... Мастиртская? - прикрутит мне калесса от... Химический цех? эндорфинами из эфедрона прамышляет старче?"

Однако от вопросов пока глубакамыслена воздержался.

Старик пропустил вперед Картавого и плотно закрыл дверь. Потерев руки, он с довольным видом осмотрел залу и сказал:

- Да-да... да-да...

Псевдоволг и сцукин кот Шрёдер внимательно сматрели прямо в глоза Кортавому...

Тот, смущщеный всеопщим внеманием, глупо улыбась, передразнил почтенного профессора:

- Да-да...

На секунду повисла зловещщая всеобщая тишина.....

Четатель, са-афторры аброщают внемание: Па поваду атсутствия наличия моска -Всио ишшо ВПЕДЕРИ....

Хороший Человек не прешол? Ну тогда - v 5.1.2.1.017

Ну вот вы Кортавый и произнесли искомое согласие!: "Да-да..." Пока не буду Вас разубеждать в Вашем же согласии подписаться в это Великое Дело, высокопарно запезделся в трех словах старый перетц...

- Чевоты гонеш? Абрубак хорошего человека!!! Старайя розвалюха!!!, - взревел наматывайа сопле на кулаг насмердь абасравшыйся Кортавый...

- Впрочем, ни будем на потребу отрываца ат сценария, - прекратил истерею прф. Сахоров.

А имено: Взяв волга за шиворот, он молча повернул ево мордом к одному из аппаратов, напоминавшему своей конструкцией гильотину. Это был стол с железной стоячей рамой.

Внизу рамы зияло страшное своей притягательностью круглое отверстие, вверху сверкал устрашающих размеров стальной нож с остро отточенным лезвием бритвы Schick.

- Protector, - отметил про себя вмиг успокоившыйся Бондюган...

Волг спокойно прыгнул на мраморную доску стола и просунул сваю лобастую башку в круглое отверстие.

Серце Кортавово невольно застучало быстрее, ладони вспотели. Проф спокойно нажал рычаг.

Тяжелый нож молнией скользнул вниз и обрушился лезвием на толстую шею волга. Бзды-ы-ыМММ...Послышался тупой удар, Кортавый нипаверел глазам сваим - показалось, что голова псевдаволга отделилась от туловища. Но аднака это был всеволеш амман зрения — ожыдаемое он воспринял как действительное. На самомжы деле - фальшивый сабак даже не дрогнул, так как нож не причинил ему никакого вреда. Старик рванул рычаг, нож снова поднялся и снова Бзды-ы-ыМММ... рухнул вниз, но фсе пять рас - безрезультатно.

- А теперь про-суньте в дырку , — приказал профессор - Да не член свой...экий вы батенька идеот... Полено...вот лежыт...дубовое...С зимы асталось.

Волчищще, пренебрежытельно - пятязь взад, слез со стола и даже не отряхнулся. Картавый просунул што преказано куда преказано, а имена дубовый кругляш сантиметров двадцать в диаметре - некуданебуть, а пряма в дыришшу. Нож, сверкнув, Бзды-ы-ыМММ... упал вниз и рассек полено, словно оно было из воска неправельных птчел.

- Смотрите, дальше! — нетерпеливо преходя в экстас прохрипел Сахаров.

Он схватил волга и потащил его бедново, как сабаку - за загревок - к большому чану. Чан сразу понял, что от него требуется и отбрехиваца никуя не стал. А волг сразу-же сиганул са всей дури в чан и свернулся на его дне в шырстянной клубок. Аццкий профессор открыл кстати аказавшийся над чаном кран, из которого ниагарой хлынула какая-то прозрачная жидкость. Резкий запах ударил не толька в нос но и поддых, заставив Картавага отшатнуться на целых три метра.

— Отойдите в сторону! Это крепкая соляная кислота!— запаздало крикнул Сахоров и, мучительно закашлявшись, нажал кнопку. В колпаке над чаном засвистел мощный вертолетный винт и принялся деловито сасать ядовитые пары.

Вскоре к чану можно было приблизиться и заглянуть в него.Что Картавый не преминул и зделадь - Уровень кислоты быстро, пряма на глазах, поднимался,пока не достиг красной черты. Псевдо.... лежал под ее поверхностью без движения, с широко открытыми глазами. Он спокойно смотрел на наклонившихся к нему людей. Из ево клыков не вырвалось

ниадново пузырька возтдуха.

— Хотите убедиться? — криво усмехнувшись, спросил профессор.

Не дожидаясь ответа, он извлек откуда-то живую белую мышь. Зажав ее длинными металлическими щипцами, он на мгновение погрузил ее в жидкость.

- Смотрите!..

Нуба передернуло от отвращения - Вот Старый Захер-Мазох, хфтьфубля - Моркис Де-Сат...

Выпустив кислоту из чана, старик обмыл волга каким-то раствором и знаком приказал ему покинуть чан. Зверь выпрыгнул из смертельной купели как ни в чем не бывало и улегся в стороне.

— А теперь возьмемся за Шрёдера, — сказал профессор. — Он может проделать те же операции, что и волг, но не стоит повторяться. На этом сцукином коте мы покажем кое-что иное!

Он взял кота и положил его в большой тигель. Сверху набросал на него множество обломков железа, затем включил рубильник. Тигель начал быстро нагреваться. Через некоторое время железо в нем расплавилось и закипело. Сахаров подал Картаваму защитные дымчатые очки матацыклиста. Или летчега? Х.З. Вопщем - явно снятые с бесхознова трупа от придыдущих экспириметов...

— Смотрите! Смотрите!..

Картавый заглянул в тигель и вздрогнул. В кипящем железе, пыщущем в лицо нестерпимым жаром, спокойно плавал как мастло в смитане - гладкий сиамский кот. У ево даже усы не загорелись!

Дав немного насладиться необычайным зрелищем, профессор рывком рубанул рубильник, выпустил жидкий металл в закрытую форму ввиде сидячева ачка, остудил тигель холодным воздухом и лишь тогда позволил коту из него выскочить.

Са славаме: Куй в жылезо пака горячо - Кортавый перехвотил Шрёдера жылезными щепцами и сунул йатца невазмутимова сеамова ката пряма в паравой молот, нагой даванул пидаль пуска - Бзды-ы-ыМММ... стопицот килограмовый кулаг атлетел в исходную пазицию...

— Я мог бы вам показать еще целый ряд таких же опытов, но думаю, что и эти достаточно убедительны, заявил Кортаваму аццки довольный Сахаров

— Да-да... да-да...! - поспешно повторил сакраментальную фразу профессора Картавый. -

Но я не понимаю, в чем вы меня хотите убедить!

— Только в одном, только в одном! Я хочу вас убедить, что эти животные абсолютно неуязвимы, что они безсмертны! Их можно бросить в жерло вулкана, ну или на худой конец - в читвертый реактор... на них можно обрушить горы, ну или на канец - Маналет! и они не почувствуют этого. Даже водородная бомба "Кузькина мама" не способна причинить им вред! Они не нуждаются ни в пище, ни в воздухе, ни в тепле. Умрет Земля, погибнет Солнце, распадется в пыль Галактика, а эти двое будут носиться в космическом пространстве такие же, какими вы их видите теперь. Над ними не властны ни случай, ни время, ни стихии. Они бессмертны, и бессмертными их сделал я, профессор Сахаров!

— Еп...Но как??? Как вы сумели такое?!

— Как? Хорошо, я расскажу вам... но патом... может быть... и то не все, а только половину...

Номир??забыл....

(Предуприждение: - встречаютцо умные, не всегда и не всем панятные слова)

Уставщый но довольный профессор погнал своих удивительных питомцев обратно взад - пинками в грязную комнату и увел за ними уприравшевося от любопытства Картаваго.

Здесь он , кряхтя, как сотня обитателей богадельни, прилег на диван, а гостю указал на единственный стул. Картавый,хатя иму уже пару рас преходилось бывать на ентом стуле, ришыл в этат рас не искушать суть-бу - разгавор пристал сирьозный и, судя павсему, надолго времени... Сделав, такое ниажыданое для себя, умозаключение, Кортавый патер все безобразие со стала на пол и вальготна уселся на ем болтая нетерпеливо нагами... а также с немым вапросам уставелся на професара:

- Доколе?... Довай уже прянекоф, а?

Пряников, аднако не последовало - в руке у старца снова оказалась хлебная корка, которую он, вероятно, прихватил на карман ище в прошлый заход в комнату, нахватавшысь дурных привычек у Картаваго...

Посасывая корку с таким наслаждением, кабудта употреблял ананасов с рябчиками, професар вызвал у нуба абильное слюноотделение, в конце каторава слюна аканчатильно атделилась и ушла в соседнюю комнату! Профессор проводил слюну вставанием!

- Вобля, васпитаный какой - решыл за професора Кортавый.

И принялся Проф излогать ачередной брет:

— Я всю свою жизнь поставил на карту этой проблеме. Проблеме бессмертия - не всех конечно, кого-нипопадя, а только имеющих рекомендации и назначение с рецептом - от врача. Мне хотелось разгадать тайну не продления жизни на какой-то определенный период, не относительного бессмертия с возможностью случайной гибели,а бессмертия абсолютного, исключающего смерть полностью: раз... и навсегда.

Как же я рассуждал, прийдя вплотную к этой проблеме? А вот как я рассуждал...

Старик задумчиво почмокал губами и продолжал:

- Надо углУбить охват вопроса потенциальных и прийти к консенсусу...А? Извините Меч... ты.. А! Не из той оперетты - занесло меня, Кортавый.

— Человек — фиктивная единица. Он единица лишь в собственном воображении, точнее - в собственном сознании. На самом же деле он неразрывно связан со своей биологической средой, от которой полностью зависит. Смерть заложена в нем самом, ибо смерть — это непреложный закон биосферы, в которой человек развился и в которой живет до сих пор. Чтобы стать единицей фактической, единицей абсолютной, человек должен уничтожить свою зависимость от биосферы, изолироваться от нее. Став абсолютной единицей, человек одновременно обретает и абсолютное бессмертие. Я понятно объясняю, а?..

— Понятно, профессор. Вы же в очках, вам виднее.... Об этом, конечно, можно спорить, но... Тчаю - нет, курева - нет, жрать холечтся как... Картавый кинул глаз на истуканов - волга и Шредера - шопестец! продолжайте!

— Спорить не о чем! Я доказал свою правоту на деле!.. Впрочем, слушайте дальше.

Изоляцию от внешней среды я принял как аксиому, выведя из неё закон бессмертия!

Этот закон, в свою очередь, подсказал мне идею скафандра. Ну чтоббы Вам было проще понять, Картавый - как своего рода экзоскелет... Вам какой больше нравится?

- Мне? Все-е-е... А лутше - ДВА?!!

- Каким образом ЭТО осуществить спросите вы?? Да просто, очень просто. Человек, желая проникнуть в чуждую и опасную среду, давно уже пользуется различными скаф... экзами! Таковы экзы антирадиационные, огнеупорные, подводные, космические...

Хотя последних - в Зоне нету... и Вам не понять ап чом я... Поскольку земная биосфера угрожает человеку неизбежной смертью, а Зона так и вовсе всеми смертями сразу, ее тоже следует рассматривать как чуждую для человека среду, от которой нужно изолироваться экзоскелетом. Конечно, я понимал, что скелетон бессмертия должен быть неизмеримо сложнее и совершеннее любого иного экзоскелетона-скафандра. Ведь он должен не только изолировать человека от биосферы, но и служить ему неуязвимой броней. Что и говорить, задача была архисложная и трудная. Однако, уловив у моего лаборанта правильный принцип, я довел лаборанта до его окончательного решения. В конечном счете экзо абсолютного бессмертия стал не просто внешней оболочкой, которую можно снимать и надевать по желанию, а неким комплексом сложнейшей обработки живого организма. Такая обработка представляет собой необратимый процесс.

Объяснять детали я вам не буду — вы все равно ничего не поймете, потому как это не для средних умов, а Ваш ум и до средних не дотяивает - гдето с пол-кило. Скажу лишь, что доступ в организм для внешней среды закрывается наглухо и навечно. Общение с миром поддерживается только при помощи зрения... Да, и предваряя Ваше ИМХО, скажу прямо: срать Вы ток же не сможете.

— Простите профессор, но когда вы говорите, складывается ощущение, что вы - бредите... Значит, Шрёдер и волг?..

— Вот именно, кот и волг стали первыми живыми существами, которые ушли из этой жизни не в тьму небытия, а в абсолютное бессмертие!

Сказать, что Кортавый был глубоко поражен сообщением профессора - это значет нечево не сказать - лучше помолчать. Он даже забыл про терзавший его нестерпимый голод. Еще бы! До еды ли человеку, когда перед ним раскрываются такие изумительные перспективы! - никаких расходов на туалетную бумагу... Выхватив изза пазухи припрятаную тама обертку от сыра Дор-блю и падабрав с полу ч/б карандаш, Кортавый принялсо счетать в столбек прибыль за ближайшые пицот лет... Аднака вместа цыфер на бумажке палучились буквы, а так-как бандит не умел писать цыфры буквами то он страшно удивился и принялся читать то-што у ево получилось... А палучилось вот што:

Но патчиму стариг, сделав своим генеальное атрытие лаборанта, словил такой ужасный аблом? Не пат-ту крышу встал? Поставщики кинули? Или могбы, на худой канец, сам себя бессмертным заделадь, как ентих, испуканов титановых - кота и псевдо?..

Картавый облизнул, пересохшие от ушедшей в неизвесном направлении слюны губы и спросил:

— Чевож человека та не пытались перелатать вот-таким-вот макаром, почтеннейшый мозгоклюй, а?

— Человека!? Епт...А для кого же я это делал, если не для человека? Но...

Впрочем, я уже говорил вам про Били Гетца Третьего… Когда я разработал план конструкции скелетона и составил смету, я понял, что генератор бессмертия поглотит, какоетам... сажрет все мое состояние. А я был тогда далеко не босяк! Одними наличными у меня было тристапять мелеонов денег. Помимо этого, три борделя, свечной заводик в Бабрусйке, адно акцыонерное общество па типу W.W.W. и арбузо-литейный комбенат по фасофке ядреных головок для наборных замков. Однако рисковать добром я не хотел. Решыв пастраховатся, я связался с Билом Гетцом Третьим и предложил ему абсолютное бессмертие за пятьсот миллионов.

- Продешывил бля, ой продешыви-и-ил... - папирхнулся Кортавый

К сожалению, мне нечего было ему предъявить, кроме сметы и плана я не мог ему показать ни-че-го...

- Да за адин тока план нада была мелеарт брадь - влес Кортавый..

Били согласился, но денег сцуко мягкамелкая, вперед не дал, - продолжыл гнуть свае Сахоров,

- Да-да... Не дал... Сказал, что уплатит тотчас же, как только станет бессмертным. Для меня его слова было достаточно. Я начал строить генератор за свой счет. Он создавался в подземелье этого дома, еще ниже опытной лаборатории, которую вы видели.

- Яж копчеком чуял - ещё ...тец-...тец-...тец скока ступенег внис... полез петерней чесать Кортавый...

- У меня было занято пицот молдаван, и более сотни специалистов-таджыков... Никто не знал, что и для чего тут строится, но платил я щедро, и все были довольны. Постепенно на постройку ушел весь мой наличный капитал, а потом дома, имения и завод. Когда генератор бессмертия был готов и опробован на волге и коте, я стал уже фактически нищим. Тогда я пригласил к себе Били и все ему показал. Волг и кот подверглись двадцати пяти различным операциям. Двое суток провел у меня Били, вникая во все, а потом он сел на этот стул и сказал: «Нет, Цукерман, мне такое бессмертие не подходит, какжы я молча буду всем врать?

Мозгофорточки ## - это то, бес чево всехние коферки, не смогут переварить всеопщее счазтье».

Это было тридцать восемь лет тому взад...

Част номир шесь . Предпалажытельна,.. нефега - шесть, СЕМЬ - вокак!!!

Старик задумался, и, казалось, аканчательна позабыл о присутствии гостя.

- А потом? Што была патом??? Неужели вы ни разу ни нашли не одного ло... пардон - "добровольца"?! - начал было Картавый.

Но старик тотчас-же оживился и перебил его:

-Что - ни разу? А! - Я сто раз пытался привлечь клиентов! Я залезал в долги, я давал объявления в "Из рук в руки".

xpohabt: - Слыш, вселенский разум, в Дальпресс надо было песать...

–А?.. Да-да... Стрёмно вспоминать! Меня либо считали шарлатаном па типу Чумака, либо, ознакомившись с принципом бессмертия, наотрез от него отказывались. Люди глупы! Они падки на всякие удовольствия и бессмертие им нужно такое, чтобы вечно есть, пить, любить женщин, болтать, слушать музыку, обонять цветы! А мое бессмертие не дает ничего, кроме вечной жизни, вечного действия, вечного бездействия, вечного мышления...

Нуда, специально для Вас, Кортавый, и только для Вас - пецот келометроф экономии на туолетной буммаге... Ххе-хе-хе... Да-да..

— Но почему, же вы себя не сделали бессмертным, а, профессор? Слабо?! Чета нипайму, но чувства такие, бута кинуть... А-а-а... Въехал! Бумага то бэ-ушноя, типа ис химчистки!!!

Учтите Проф, возьму тока Zewa, и лична, учтите - лична сверю упаковку всей партеи с фактурой!!!

Сказав этот вопрос, нуб так и впился в очки старика глазами. Сахаров ответил не сразу.

Он задумчиво сосал корку и смотрел куда-то вверх погрустневшими глазами. Потом он заговорил виновато и тихо:

— Вы имеете право знать правду...

Во первых, Я не мог заставить себя принять абсолютное бессмертие. Это предрассудок, но это сильнее меня. Я люблю жизнь со всеми ее радостями и наслаждениями. Приняв абсолютное биологическое бессмертие, я лишил бы себя всего этого... Если вы тоже тудаже, тогда оставим это...

Во вторых, далася Вам эта туолетная бумага... Вы сможете паттирать то место откуда у Вас раньше выходили никчемные анализы кала...

Да хоть евриками, хоть доларами...

— Нет-нет..., нет! — поспешно вскричал Картавый, опешывший ат-такой радужной преспективы — Я не видел от жизни никаких радостей! Слаще марковки ничё не ел... Трудное децтво... Игрушкибля, к полу приколоченые... Карабок спичег, да синие пласкагубцы... Я готов! Но, профессор... Раз пашла такая пьянка... Вы ведь, наверное, не просто так, не за кросивые глоза подарите мне два скафандра экзо-бессмертия?

У вас, стопудоф, есть условия!??.. Ану колись до жопы, гнида!!! - попробовал взять горлом Легенду Экологов Кортавый. Доселе скрывавшыеся в корманАх бандитская натура вылезла звериным аскалом...

- Впрочем, какие тут оговорки! Где падлянка?!... В чом собака парылась?!... природная осторожнось патирять стока добреков разом заставила Бандита отыграть взад, нацепив на оскал маску - обыкнавеный Лошара...

— Да, у меня есть условия. Вы атабьёте мне всё то, что я израсходовал на постройку мега-девайса. Стопицот мелеонов — вот цена того ломтика сыра, который вы у меня скрысили!

—Акуеть...дайте две!!! Стопицот мелеонов таньга? А почему не милеард?! И где же я их возьму?

- Вечна Вы Кортавый лезете впирот Броняпоистда - Астальное па-списку:

- Прейскуранд апгрейда тчиловеческой особи Кортавый в двое экзо-девайзов безмертия им. Проф. Цукерманна...

Итово, за всио пра фсё: Мелеарт денег в золоте. — Бессмертному все доступно. Все сокровища мира будут ваши! А знечет - МОИ!

Вы сможете доставать их со дна океана или спускаться за ними в жерла вулканов! Мы ограбим Форт-Нокс! Об этом не беспокойтесь, я научу вас, где и как доставать золото... Но - это только после тово каг наме будет подчистую зачищщена Зона...

ДО ПОСЛЕНЕВА КАРМАНА ВНОВЬ ПРИБЫВШЕВА ЮЗВЕРЯ-ГЕЙМЕРА!!!

Выж не забывайте, Кортавый где у нас моск... - нимнога успокоелся, приддя в сознание ушлый изобритатиль.

— В таком случае... Включите в списаг Фрейтлайнер,с саракафутовой тилегой, и чтоп двигатель-Детройт-Дизель, Каминс-непредлагать, ибо фуфло движог, для нашых целей, не гадитцо...Тилегу-штору нада. ИМХО, запарюсь я рыжевьё авоськами тыреть!

Фторой, не... типерь Первый: - Вольву Американку праси, обмылок, васимнатьцати колесную, с двухэтажной кабиной... Прриддурокк...

— Отлично! Время для нас дорого. Идемте!.. Расцвел пр. Сахаров, в картотеке Кей-Джи-Би - Цукерман, а у Моссада - Сахарко...

Часть...э..э....хз какая. сбилцо йа са счоту.

Прошла неделя, и Картавый снова сидит на ободранном стуле в комнате профессор. Старик только что притащыл ево из подземелья, где ровно семь дней Кортавого плющило и апстругивало под экзо скелетон бессмертия. Об этом времени у нуба не осталось никаких воспоминаний - его моск был отключен за неуплату. Когда он возвращался через залу, где испытывали животных, его пошатывало. Вспоминался плававший в расплавленном железе кот, и от этого воспоминания его всего передернуло.

Добравшись до стула, он тяжело на него рухнул. Голова у Картавого была полна каких-то голосов, но это были внутренние шумы, вызванные резкой перестройкой всего организма.

Сердце его болезненно сжималось, все внутренности горели аццким агнем. Ему хотелось кричать, стонать, но рот его был зашыт суровой дратвой, накрепко и, ГЛАВНАЕ - НАВЕЧНА!!!.

Старик взял лист бумаги и, набросав на нем несколько слов, поднес его к глазам подопытного урки. Буквы расплывались, прыгали, с трудом вспоминались, но Картавый все-таки прочел:

«Как вы себя чувствуете, дружище?»

Сжав карандаш непослушными пальцами, он ответил:

«Плохо! Наверно, мне пистец! А ведь вы - профессор, исщо та сука! Сдохну счаз! Ламает меня непадецке»

Аццкий профессор, в свою очередь, написал:

«Мужайтесь! Это естественная реакция. Зверьям тоже было плохо сразу после выхода из генератора. Но это быстро прошло. Ощущаете ли вы какую-нибудь потребность? Жрать , пить?»

Картавый ответил:

«Не знаю. Наверное, я слаб от голода. Ведь я перед операцией ничего не ел, кроме кусочка сыра!»

Сахаров возразил:

«Да, склерос - Картавый, вы после всех препарацый никакой не Картавый, Вы теперь и вовсе - МЕЧЕНЫЙ, запомните, а лудше запешите - МЕ-ЧЕ-НЫЙ... Ладна, пашли дальше - Голод тут ни при чём. Аццкий Мега-Девайс привел ваш организм в полное равновесие: убрал лишнее, добавил недостающее. Со временем энергия у вас будет прибывать за счет ненужных органов. Да-да..Кое-чего у вас тоже теперь нет... Но что паделать?! Забыл вам сказать про этот нюанс..Зато теперь у вас моск и нервеная система укрепятся и приобретут стабильность. Ваше мышление достигнет необыкновенной ясности ума и четкости мыслей. А пока нужно потерпеть. Помните - у вас в запасе вечность и что вам ничто уже не может угрожать!»

Нуб настаивал на своем:

«Мне плохо шопестетц! Я хочу пакемарить! Кыш нах с девана старый казёл! …Да!?? Што за мечены? Патчиму низнаю?»

«Неа....ложитесь на пол, — ответил Сахаров. — Теперь все равно, где лежать: что на перине, что на булыжниках».

Меченый-Картавый шлангом сполз со стула и растянулся на полу. Глоза у ево не закрывались и не мигали. Но все вокруг ему виделось расплывчатым, искривленным, словно сквозь текущую вотку... Не - каг после тчаю, тока бес сахора - а то-бы точна слиплесь! К нему подошел псевдо... и взглянул ему в летцо. Взгляд волга был умным и печальным. Мечено-Картаваму даже почудилось в ем настоящее человеческое сострадание, типа: «Ну, чо-типа?! Допрыгался еблан?! Все. Преплыл. А я ведь тебя предупрежда-а-а-а-л....» - гаварили вумные глоза псевда-хищнека... И глоза аццко-сеама тожа патдакивали сакраментальную фразу: Да-да... да-да... да-да...

С трудом подняв руку, он погладил скотинок по голове и мысленно произнес:

«Вот и я стал таким же, как ты, волчог мега-аццкий...! Что нас ожидает в будущем?..»

Полажыв пот голаву тюк призовой т.бум. Zewа Мечано-Кортавый правалился...

На бывшева чиловега надвинулось странное забытье. Он все видел. Но перестал сознавать окружающее. На него наплывали бредовые образы, чередуясь с чорными провалами полного беспамятства. Он метался, словно в горячке, потрясал кулаками, билсо головой ап стену. Сахаров, он -же проф. не знал, что с ним и делать. Помочь ему ничем он не мог.

Наконец, схватив из кучи в углу охапку старого тряпья, он накинул его на нубийца.

Через несколько минут стродалец успокоился и погрузился в глубокий сон.

В конетц измочаленый старик улегся на диван и закутался в свое рваное кожаное пальто.

Он снова сосал корку и с беспокойством наблюдал за Бесмерным Героем Игры STALKER - Shadow of Chernobyl...

Когда бандито замер в полной неподвижности, старик толкнул рукой псевдо..... и плаксиво спросил:

— Неужели не вынесет? Неужели зря? Эх, волга-волга-волга - матушка река....

почему мы с тобой такие несчастные и нивезучие?!

Волг в ответ даже не стукнул об-пол псевдохвостом. Его взгляд был полон глубокого безразличнова недаразумения...

Часть... а-а-а - нафек!!

Мечены проснулся через пять часов. Первое, что он воспринял обновленым сознанием, была глубочайшая тишина и непроницаемая тьма - хоть глаз выколи... хотя это, па утверждению атца роднова - пруфа Сахарко, БЕСПОЛЕЗНОЕ занятие. Аднака в теле он очучал необыкновенную легкость, как бут-то тчаю курнул не слабо — самавара три, тчитыре - казалось, оттолкнись и пари в воздухе, как птица. Темноту, бывшый смердный ничтоже сумняшеся приписал ночи и поэтому не испугался ее никуя... Однако лежать без движения не хотелось. А патаму - он резка, как поноз, вскочил на ноги, тряпки с ево головы упали, в глоза ударил желтый свет пыльной люстры, сам же гг врезолзя лбом в эту-самую ЛЮСТРУ и Стрелог окончательна асазнал себя в комнате профессора и разом все вспомнил. Подойдя к шкофу в глубоком угле комнаты проверил наличие призовово фонда бумаги Zewa - бумага была наместе.

Старик спал на диване из матраца которова торчала салома и на Меченова туд-же навалилась настальжы па любимову бычку Уинстона. Укурок подошел к нему и бесцеремонно растолкал руками - Он увидел, как глаза Сахарова раскрылись, а губы быстро зашевелились, произнося какие-то слова.

«Надо научиться понимать речь по движению губ, а также азбуку Морзе и, за одно Брайля»,- подумал Месены и, разыскав бумагу и ч/б карандаш, размашисто написал:

«Самочувствие отличное! Хочу убедиться в своей неуязвимости, немного атдохнуть, а затем приступить к работе. Вставайте, профессор! Нас ждут великие дела! Закрома Родены в апасности! Епт..это, не ис той оперы....»

Старик с трудом прочел написанное, закивал как кетайцкий болванчег и торопливо написал ответ:

«Поздравляю с бессмертием, Кортаво-Меченый! Вы увидите необыкновенные вещи!

Вы прославите мое имя во всей Вселенной! Через несколько лет вы станете властелином голактики! Как Викториан номер Три, или даже, крутче в стопицот рас. Мы прайдём маршем па всем сталитцам! Вымаем сапаги ва всех акиянах!!! Па всей Вселенай, с ужасом будут шопатам праизнасить нашы имена!!!! Панесло меня шопететц.... А пока, если хотите убедиться в своей неуязвимости, идемте в лабораторию!..»

Они прошли в соседнюю залу, и здесь профессор, как бут-та тарговый кансультант в фирме аццких электродевайсов стал указывать Меченому поочередно на все аппараты. От гильотины наш гирой сразу уклонился, от чана с соляной кислотой тоже. На тигель он уверена ответил утвердительным кивком. Сахаров кряхтя, выколотил из формы слиток металла, положил его в тигель и включил рубильник. Меченый ва все аставшиеся у него глоза, смотрел не отрываясь, как в тигеле накаляется и плавится железное железо.

Когда металл закипел, пукая пузырями и разбрызгивая при этом огненные искры, бывший бандитко стал осторожно подносить к нему руку - ни какова малейшего жара он неощущал. Все ближе, ближе ослепительная клокочущая поверхность. Вот рука коснулась ее.

Ни-че-го !!! - Ни боли, ни тепла, лишь чуть заметное сопротивление жидкости. Тогда он окунул в кипящий металл обе руки па самые локти и принялся их полоскать, так, словно это была обыкновенная вотка.

Сияя восторгом, как юбилейный рупь имени вово л., он отряхнул па старанам руки, так что фейерверком взметнулся каскад ослепительных брызг, и бросился к Сахарову, желая его обнять за грудки - па братски. (Не ахтунк) Но старик в ужасе от него шатнулся па углам, аднавремена указывая на его руки. Меченый понял, что чуть не устроил прафессару аутодафе вместе с инквезиторским сжыганием без костра. Желая, однако, поскорее высказаться и поделиться своими ощущениями, он хватанул са стала ч/б карандаш и бумагу, но те, наудивление быстро, вспыхнули у него в руках и моментально сгорели. Профессор укоризненно покачал головой, принес бумагу с новым огрызком карандаша и написал:

«Не сходите с ума! Поверхность ваших рук раскалена до тысячи градусов. Охладите руки водой, прежде чем к чему-либо прикасаться, иначе вы подо-жжоте дом!»

Бессмертный прочел эти строки и сейчас же направился к сосуду с водой. Когда он погрузил руки в воду, из сосуда рванулся вверх целый столб пара напапалам са свистом который он никуя канечно же не слышал. Охладив руки и удостоверившись об холат пр. Сахорова, что они больше не жгут, Меченый взял у Сахарова карандаш и бысторо напесал па слагам:

«Могу ли я ослепнуть от слишком яркова освещения? Или есчо как-нибуть папроще сказать, мне могут, шары загасить?»

«Нет, — ответил профессор. — Как вы сами видели, кот купался в расплавленном металле, и зрение его от этого нисколько не пострадало. Запомните, мнительный Вы мой: даже свет сверхгигантцких звезд, нападобие Полипа Фарфорова не в силах вас ослепить! Экзо, работает на все двести працентаф»

«Ладна, профессор, паверим вам на слово. Зуп даешь?!».

«Не верите?! Хотите еще подвергнуть себя испытаниям? У меня есть мегапресс в сотни тысяч атмосфер. Отличная штука! Или, если угодно, вакуумная камера. Есчо - магу вас кенжалом Гагарина ткнуть, не желаете?!».

«Не-е, довольно!!! Я хочу работать каг малдаван. Тарахти давай, где взять золото!!!

Я хочу разайтись краями - рассчитаться па нулям, алчный вы старик. Имею, агромное желание, поскорее отдать стопицот мелеонов таньга за ломтик сыра! И астальное ИТОГО в мелеарт золотом за фуровоз Вольва- Американетц»

«Слава Всевышнему! Кончились мои муки мученические!.. - атбросил астатки преличей бывшый нищщий и бессубый проф. значившийся в карта-теках всех мала-мала значемых разведков пад сенонемами продукта перегонки тростника и свёклы - СВЕРШЫЛОСЬ, воздев руки возопил он - Бабло папрёт теперь вагонами и фурами... Идемте к столу, Мечены, я должен вам дать подробные указания, где, чего, сколька и у кого нада спереть!»

Они вернулись в комнату. Цукерман расчистил на столе место и принялся писать ОЧЕНЬ падробный, фплоть да букаф и точег, План руководства по добыче золота. А Меченый, занялся пока котом и псевдоволгом. Его очень интересовало адно. Узнают в нем звери себе подобного или не узнают…

Часть точно помню = Восимь

Последующие недели Меченый с увлечением выполнял рукописные инструкции професара, так-как на самый зохудалый комп, неговаря о уже ноуте, средствов пака не-имелось. Начали они с самово простого: с хабара, лежащего в самых недоступных местах Зоны.

Бессмертному нравилось бродить по Зоне в таких чудовищных местах, куда не ступала нога самаво ШНЯГИ, легендарнова сталкера всех времён и народов, а таг-же ужоса 8 (восьми) форумов и 2 (двух) ЖЖ. Перед Меченым раскрывался мир невиданных доселе мутантов, сохранившихся без предрелизных кастрацый, в царстве сплошных аномалий и ужасной родиации.

Он бродил трассами старых теплоцентралей, павсюду, где ни попадя нотыкаясь на, так называемых Б.О.М.Ж. (Бредящие Опсилибиситом эМ и Жо) - сталкеров выкинутых из геймплея за малейше-ничтожную провиность злыми сабратьями и жывушими в колотцах на теплых трубах отопления укрывшысь чугуными люками. В поисках сокровищ приходилось вывертавать не только корманы отребья но, и, преодолев брезгливость находить, в несметных количествах это самое атребье. Кое-что для начала он ссыпал к себе за спину в железный ящик и выносил в безопасное место, но за главными грузами профессор пад сумашечий кредит - снарядил вертолёт, которой рейс за рейсом сновал на Большую землю, тарабаня в закрома тонны добытых Меченым ништяков.

В каждый полёт Сахаров отправлялся лично и зорко следил за тем, чтобы никто из пилотов не разгадал цели сего предприятия. Зависнув, вертолёт отпускал лебёдкой на землю двадцатифутовый контейнер са свентцовыми пломбами на бронестенках. Стальные тросы достигали порой длины в километр. Иногда они обрывались уходя в низ, и тогда, к удивлению пилотов, оборвавшийся конец травили со специальным грузилом; концы троса каким-то чудом сами находили друг друга и соединялись прочными скрутками, вблизи казавшимися ужасным самапалом... а потерянный контейнер, каг к сибе дамой, поднимался в брюхо вертолёта. Его разгрузку совершали двое доверенных людей, павадками и ужымками напаминая пелотам што-то до-боли знакомое...

(Некаторые абарвавшыеся с привязи кантейнеры, до сих пор, валяютццо на Янтаре. прим. Са-афтары.Гыыы..)

Последний месяц Меченый вообще не выходил на связь. Работа нисколько не утомляла его. Она казалась ему забавой. В промежутках между рейсами вертолета, он всячески развлекался, наслаждаясь своей полной неуязвимостью. Перед его подвигами бледнели все измышления досужих пестунов-са-афторов, все мифы и легенды о чудо-богатырях и титанах древности. А для него это были не подвиги, а просто шалости от нечего делать семечки пагрысть.

Он вступал в единоборство на стариных мясорубках с кровососами неслыханных и невиданных размеров и всегда, поиграв с ними, убивал их, придварительно приголубив - с помощью кинжала Гагарина. Однажды он умышленно позволил проглотить себя псевда-мегаладону с тысячезубой пастью, а потом вспорол ему брюхо из нутри - кабуто зипер растегнул - на макентоше, ВЖЫ-Ы-ЫК- и вышел из ево невредимым и весь в "белом".

Вокруг него происходила беспощадная борьба естественава атбора: одни мутанты пожирали других без хлеба и соли и сами тут же становились жертвой еще более голодных созданий. Один Мечяны, был вне этой извечной борьбы и чувствовал себя неограниченным деспатом... А иногда дажы дектатором, и Верховным Разрушителем !

Когда при одном из очередных прилётов вертолёта, лебёдка принесла прикрепленный к крюку небольшой маячог — условленое ИМХО Сахорова о прекращении работы, — бывшый Кортавый, а ныне проста немой - почувствовал досаду и глыбокое раздражение. Ему не хотелось покидать это царство вечного боя, которое своим беспределом было очень сродни его собственному. Однако он не хотел пока порывать с Цукерманом и жоска пасылать ево в путь, так как у него было еще немало собственных дел на большой земле.

Подавив в себе досаду, он вошел в сигнальный кантейнер и закрыл свинцовые варота изнутри - на лопату.

На сей раз кантейнер в трюме не вскрывали - так как два странных мужыка патсобнека на барту атсуствавали. Профессор приказал взять курс на большую землю и немедлена опламбировал кантейнер личным гербом. Верталёт лихо развернулся и рванул в кассу за обещаной малой долей... В Зоне начался выброс... За ним ещё один - очередной... патом несколько выбросов прошли без какой-либа очереди.. Работы у пилотов было по горло. Про загадочный кантейнер забыли. Сам профессор пластом лежал в вип-салоне верьхом на пасажырском кресле, страдая от жоскова похмелья... каторое в народе метка именуют - острый неапахмелит...

По прибытии в аэропорт назначения Сахаров, мимо кассы щедро расплатился с командой пилотов наличняком и лишь тогда спустился в терминал, где, заключенный в жылезный йащыг контенера, томился Меченый. С трудом открыв тяжелые ворота - так как прешлось ломеком ломать лопату внутренева замка - старик осветил внутренности кантейнера карманным фонариком и помог урке выбраться.

На бессмертном из одежды был лишь пояс с кинжалом Гагарина и футляр с электрическим фонарем на задней ноге. Но ему это не-мешало — холода-та он все равно не ощущал. Профессор провел его к себе на хату, где для него было приготовлен модный прикид от Славы Волкова, соответствовавший шику сезону и зоновской моде.

Меченый, быстро оделся в преталеный в вертикальную крупную полоску ватничег, патопал сапожыщами на полуметровой плаформе и подсел к столу, на котором ево дожыдались бумаги и карандаш.

«Какова дальнейшая программа? Или, какой есть ПЛАН?!» — размашисто написал он.

«Меченый, во первых - спасибо вам за челюсть которую Вы в поисках золота вынули у Васи Дубавицково - с дикцыей у меня теперь на много лучше, во вторых програмы нет пока никакой - её приносят в среду, а сегодня только понедельник! Так что - нету ПЛАНА. Я займусь восстановлением лаборатории, а вы отдыхайте. Позже, воть собью сальдо по Вашим долгам - мы предпримем путешествие в космас. Это будет поинтереснее катакомб ядирного реактора, Меченый!»

«Лады, — лекко согласился бессмертный. — Занимайтесь падгатовкой. Я же займусь своими делами.

Мне пора уже навестить и упорядочить семью с делами... Сколько вы можете атстегнуть ассигнаваний на мои нужды, профессор?»

«Сколько угодно, дорогой вы мой! Сколько угодно... Десять рублей вас пока устроят?»

«Устроят. Пока. Пишите чек!..»

Безсмердный криво, не по перфорацыи, атарвал из чековой книжки верхний лесток с щщедрой цыфрой 10 (десядь) рублей, сунул ево в нагрудный корман холата - проффесору.

Весело оглянулся и паставил себе на карман аставшыеся в книжке чеки, заполненые на предъявителя и, с пустыми полями в графе - сумма, и сгинул в зарослях тчая...

Войсковая Часьт номир 9 нах-бис!

Падчти около года прошло с тех пор, как Мечены покинул семью, навастрив свои лыжы, в Сталкерскую игрулю на поиски лудшей доли в-виде невиданых добряков и лишней пайки... За это время он не-только не подал о себе ни единой малявки, но даже Педчкин с почты неразу не принес весточку ввиде дензнаков! Половина Кортаваго кое-как перебивалась на случайных заработках, гхм-мх, ну-ну... типа: да - стиркой и уборкой потсобных помещений у мира, который без добрых, и при этом, богатых, людей... смотрела за двухлетним кортавчонком, который досихпор вместо "р" гаварил "л" и наеборот... Особено ему удовалась фраза "Я не пойду на рыбалку - мне папа ребро сломает!" Атакже, терпеливо ждала возвращения мужа. Она знала его характер и понимала, что не даст он о себе знать, пока чего-нибудь не добьется... ну или не получит ипотечный кредит под приемлимые проценты - патамучто, все последние ночи, перед внезапным исчезновением, старшый Кортавый метался ва сне какими-то Долговцами и сквось зубы чевото бормотал об их банке под названием Яма...

Однажды ночью соломеная вдова проснулась от грохота.

- Чу - СТУЧАТ??!! - падхватилась она.

Последыш Кортавого канешна тожа праснулся - а хуле? Чево такой колдебалет в калидоле та??!!

Аднака успакоеный славами: Спи - сама аткрою, мганавена задрых на другом бачку - сладко сапя и пытаясь вспомнеть ап чом он спал придыдуший сон...

Вскочив с постели, вдова в одной рубашке и, канечно же басеком, - шлеп-п-п... шлеп-п-п...шлеп-п-п...- пакралась к двери выяснять - может алименты ат Картававо наканетц принесли - за год??!!:

Некаво не разглядев в перескоп ночнова виденея - ана зловещще зашепталась в замотчную скважыну, каторых на броне-двери была аш две штуки:

— Кто тама? Кто тама стучит?! Абзавись как положена, а не-то счас мелитцыю вызову!

У меня свесток есь - ат мужа астался и еще - во - фурашка!!!

За дверью, малчали как рыбы ап стол, но стук неаднакратна повторился, сначала просто - ТЫДЫЩ-Щ-Щ... ТЫДЫЩ-Щ-Щ, - ногой колотет, сцука, дошло до одинокой домохойки...

А потом ТЫДЫЩ-Щ-Щ плавно перешол в высоко-художественый сольнек на бонгах - «Не качегары мы, не плотнеки!», который так любил насвистывать её миленький, её Картавый. Сердце Вдовушки сразу и беспаваротна, через питьнадцать см. жылеза прочувствовало, кто там хулиганит - за дверью и затрепетало от радости... она тудже патдержала мелодею «Амы монтажнеки - высотнеки мы!», на маракасах - тыц-ц-ц- ты-тыц... ц-ц-ц...

Повернув ключ, сняв крютчог, сбросив засов и едва нипарвав нахерцепочку, бывшая вдова Кортавово распахнула дверь. На пороге, литцом-к-литцу стоял Кортавый - суженый-ряженый... Но ее ли это супрук? Откудава на ем така багатая, раскошная фуфайка?! Впрочем, при чем тут сапаги на полуметровой платформе?!! Конечно, это он! Это его прекрасное мужественное лицо са шрамами и фиксатой ухмылкой, его любящие, разноцветные глоза!..

— Сцука-а-а-а! — тихо простонала она как молодая невеста и... БУ-У-У-МММ - бросилась на грудь мужу.

Немой, молча, абоими незанятыми руками подхватил ее из обморока и внес в комнату, прихлопнув за собой дверь ногой. С минуту он стоял посреди комнаты, держа жену на руках и глядя на нее каким-то странным — и нежным, и вместе с тем, грустным взглядом. Потом, так и не поцеловав ее ниразу, хотя она именно этого ждала, он бережно опустил ее на кровать, а сам, по-прежнему молча, присел к столу... Небрежным жестом вынул из поясной сумки типа "грыжа": - блок стикеров жолтова цвета, с золотым обрезом и в кожаном переплете из сапагов крокодила Генны, [лучше-бы домркат ребенку достал... пинатцатитонный - мелькнуло в голове у Офелии] - авторучку Паркер са стразиками и... [мне - цветочег - АЛЕНЬКИЙ... влез ихний картавчонок] принялся чевота са скипом карябать на жолтом квадратике...

— Что с тобой?.. — с мольбой прошыпела Джульета, испуганная гробовым молтчанием мужа.

Вместо ответа Мечены прешлепнул стикер клейким краем себе на лоп и предвинул ево к её заспаным глазкам. Магнолия, с недоумением, вглядывалась в жолтый кваратек, и паканцовке, мокрые ат слез буквы, из расплывающихся чернил "Пеликан" сложылись в строки:

«Не пугайся, родная! Все хорошо, а будед ёщо лудше! Я стал богат, как Сидорович, но за это, бляцкие враги, вырвали мне ботало и зашыли рот дратвой. Я повелся на это за-ради тово, чтобы ни ты, ни наш Пионер-Квакин, никогда не в чом ни знали от ворот поворот, вот!!! Напиши, как твое здоровье, нет-ли у тебя мастапатии? Как наш малыш - научился ходить на "'ыба'ку" и ломать супостату "'еб'а"??? Не мучает ли ево дисбактереос, а также диарэя???»

Он подал ей авторучку, знаками приглашая ее песать. Но Юнона скриком: РОСИЯ ЧЕМПЕОН, уронила паркер на пол и бросилась в груть к мужу. Она стала с горячностью лихорадки Паркенсона ощупывать его, гладить об летцо руками, исступленно целовать ево, залив слезами фсю парадную манишку телогрейки от Волкова... Вскоре и, совершена некстати - она заметила, что руки и лицо его холодны, как лед... не - как продюсер Айсцберк!!! В сердце ее шевельнулась страшная догадка. Она вдруг рывком распахнула на нем гламурную фуфайку и припала ухом к самой его груди, к тому месту, где должно было биться его сердце. Но грудь его была неподвижна, без малейшего признака дыхания, а сердце молчало, словно его не было.

—А-а-а!!!! Ты мертв! Ты призрак! — вскричала Маргарита и, отпрянув от мужа, забилась в угол кровати. Глаза ее расширились, наполнились ужасом. - З-О-М-Б-И-И-ИИ - говорили её прекрасные, полные слёз очки.

Проснулся в своей люле и громким басом взвыл Картавый Мальчиш. Фрида метнулась к ему и, прижав его к груди стальными тисками (струбцина №20), снова скрылась в своем углу. Она громко выкрикивала молитвы и какие-то бессвязные заклинания... В которых без труда угадывались и "Ты-бы ёще кансервных банок пренес", и "Я знаю што тебе нужно...", и "Иди-и-и ко-о-о ммне-е-е...."

Метченый молча смотрел на нее, взгляд его был полон грусти, недоумения и горечи.

Несколько мгновений он стоял в нерешительности, с беспомощно опущенными в локтях руками. Он понял причину ее неподражаемого ужаса и сначала совершенно растерялся, так как не ожидал ничего подобного. Но вот тут - самое время, он поднял с пола жолтый блок стикеров, снова присел к столу и долго что-то писал.

Эвридика тем временем несколько успокоилась. Призрак мужа был все же слишком материален, как-то не подецки посредтственным выглядели ево попытки надуть близких невероятным богадством - глаза его были слишком добры для этова, живы и по-земному сеяли в полной темноте. Нет, он не причинит ей вреда! Он небудет её МммАЧИ-И-И!!! Он же любит ее, любит сынишку Малыша! Поэтому, когда Картавы вновь подал ей блок с густо исписанным листом, она с жадностью схватила его, уверенная, что узнает наконец всю правду о процентах за ипотеку

И она узнала правду.

И тогда снова были слезы, снова Ева гладила лицо Адама, снова целовала его. Потом она поднесла к нему сына. Мальчик узнал отца и потянулся к нему ручонками, но папшка не посмел его приласкать, боясь, что ребенок испугается его ледяных прикосновений.

Наконец Пенелопа схватила "Паркер" и написала такие слова:

«Мне ничего не надо, милый! Пусть мы будем нищими, пусть мы будем голодными, только будь таким, как раньше. Отдай своему профессору все взад, но пусть он вернет тебе твой прежний облик - вынет дратву, и пусь вернет мне мою прежнюю жизнь!»

Пендыр всему - горестно покачал головой Безсмертный и ответил, скрепя золотым пером:

«Юдифь, это не-воз-мож-но! Когда я подписывался на эту разводку, я думал только о тебе и нашем мальчике. Я думал только о том, чтобы вырвать вас из этой проклятой нищеты! А теперь, поздно - фарш взад не прокрутиш! Но ты не отчаивайся, я все равно люблю тебя, только тебя одну, и никого больше! Я буду приходить к тебе. А потом, когда рассчитаюсь с Упырем, я останусь с вами тут - и навсегда».

Он песал все это совершенно искрене, как жалобу прокурору - невиновный барыжник, сам еще невкурив, что уже не смогёт быдь для Марии ни мужем, ни грелкой - не сможет па стараму любить ее...

А она это уже поняла и поэтому плакала безутешно, словно он в самом деле умер...

Для нее он стал просто дорогим призраком, холодным, недоступным и далеким - как ПопЗвизда Захаима - Пелип Фердозов!!! В этом убедили ее прикосновения ево холодных, бездушных рук, его горбовое молчание, его каменная, бездыханная грудь, в которой она не могла ниразу уловить биение пульза ево серца...

Часть, сцуконах - уже Десядь!!!

О лаборатории Сахарова снова заговорили. Развалина, которую розрабы уже занесли в Чорный списог строений, подлежащих к вырезанию с локации за малапасещаемасть, неожиданно, словна па валшебству преобразилась. Всю зиму во двор фурами и китайцкими самасвалами завозили строительные материалы и возводили леса.

Леса тут-же абтинули кетайцкой синтетической дрянью в крупную полоску и сразу выставели воружоную охрану - штоп заинтересованый нарот не колупал отверстия и не растаскивал занавес на хозяйственные нужды. Весной начался капитальный ремонт; триста разноработчих; сто киргизских инженеров - строителей; - все пахали как таджыки. Доставкой кирпитчей и роствора занемался отдельный бальон севера-карейцких кимирсенов, члены каторова передвигались не иначе как бегом, и с носилками в мозолистых ладонях камунистов... Спали, ели и справляли ессественые надабнасти они так же на бегу.

В самый разгар лета леса долгостроя разобрали, и, вместе со строймусором раздали на самовывоз всем окружающим, имеющим на то полное право и справку ат администрацыи, составленую по форме РФ-752/2012

Лаба №00, засверкала, как сказочный дворетц Алладина. (хз - пачиму?...)

Глядя на писят-семь этажов стикла и бетона, зеваки, из числа сабравшыхся сталкеров, дружна пренелась скондировать:

ДВО-РЕЦ... ДВО-РЕЦ... ДВО-РЕЦ...

Опозиция, однако их не патдержала - с другова края толпы неадыкватна атветели:

А-ЛА-ДИН... А-ЛА-ДИН... А-ЛА-ДИН...

Окончательноый разброд и шотанеё внез с хор заднева плана:

РО-СИ-Я ЧЕМ-ПЕ-ОН!!! РО-СИ-Я ЧЕМ-ПЕ-ОН!!! РО-СИ-Я ЧЕМ-ПЕ-ОН!!!

И тока адин, старый глухой мужычек по клитчке "Склеротек"скрипя галифе времен грожданской вайны, зобрался в аставшыюся после мойщика окон люльку, паднялся на уровень третьева этажа и напесал, штобы снять все вапросы - аршыными буквами:

МОГИЛА КЛЫКА? ТУТ???

Толпа встречающих, внемательна, по слогам, прочетала лозунк и, не-солоно хлебавшы, побрела васваяси...

Старик Сахаров, переберавшийся на время ремонта в пенхаус хотеля "Рыдиссон-Припять-Своровски", торжественно отметил свое вселение в обновленную лабу, теперь уже прозваной в нороде - Дом-2... ну или, там... - Могила Клыка...

На званом обеде присутствовали многие сильные мира того, сего и коллегтив разрабов в полном саставе... Пасреди них канешна же потчил сваим присуствием, БилиГетц Пятый, самый сцуканах багатый шопестец сверхчеловек в мире людей. Кудауш без нево... Правоабладатель, издатель и перат в адно рыло - на озь DoorS-PX

Профессора Сахарова трудна была узнать. Да ва-аще, хуле уш там - пачти не вазможна!

Он преобразился не менее чудесно, чем его лаба:

- литсо его разгладилось как у малочнага парасенка и сияло богатством - как юбилейный рупь;

- он был пострижен по последней моде - под полубокс, а также полубокс был мелирован, и мелирован самим

Сереней Жывотным (потпольная кличка - сексуальный тчай);

- челюсти гладко выбриты, боротка и касые вески акантованы и надушены трайным адикалоном;

- вместа, видавшей еще первый выброс, ермолки - тюбетейка от Жыдашкина;

- отглаженая чорная "воровская" роба и белоснежная хлопчатобумажная майка с надпесью "Бей олегархав - спосай Рассею", делали его изящным и ловким как тушкан;

- начищеные хромавые афицерские сапаги со шпорами скрипели яртче солнца;

- на пальцах его были наколоты перстни со слепящими глаз брильянтами.

Открывая холявный фуршет, а можед и ищё более холявный "швецский стол" - профессор произнес ретчь, полную загадочных полу-намеков и экивоков на страные апстаятельства.

Он говорил, путаясь в бумагах и словах, то о божественном провидении, то о каких-то патчах и модах, которые помогли ему вырваться из полосы неудач и вернуться в высший свет, где он прежде был далеко не на последних ролях, аочень даже и на первых. Он вспомнил ни-кстати о дружбе с БилиГетцом Третьим... И в связи с этим упорол таку-у-ую чу-у-уш... - он произнес таинственную фразу о том, что прощает всему дому Гетцов , особена в летце БилиПятова - старый карточный долг чести, который с процентами достиг к настоящему времени стосимьсот мелеонов ру... Моральные издержки профессор благосклона кавея, согласился пренять бартером, а имена - GoldBox "DoorS-PX"

Гости были удивлены, а БилиГетц Пятый, сидевший на почетном месте справа от хозяина, презрительно усмехнулся и, наклонившись к своему соседу, сказал довольно громко:

— Наш хозяин, видимо, ошалел от радости. О прошлом у него сохранились весьма туманные представления! Да и о том, кто нанче правит депозитами - тоже!

Граф де ля Фер заржал аки конь, а Сахаров покраснел и скомкал в конеце своей речи, и сказал абазлившись:

- Вы это, казз... Давай... пейте - еште, пока я добрый...

Столы прогибались от всевазможной халявной жратвы. Гости, пожирали устритц под охлажденое "Шабли", рябчеки в анонасах, смаковали чифир из лутших сортов индюшки - завареный, как и паложена - в закопченой алюменевай кружке, на огне скрученой в трубачку газеты - "Х.З-ЧТО ". Сало всех сортов - капчоное и саленое , акуратно нарезаное лежало тонкими ломтиками; на золотых тарелочках... Но не залёжывалось однако...

Исходили ароматным паром полу-метровые "Уральские" пельмени, весом в два кило(каждый!!!)... На колбасу и батоны - никто даже и несматрел, ибо - "хреновые стали делать..." Вообщем, все как в лутших домах Лондона и Парижу...не-а...даже лучше! Как в Бердичеве, или - Одессе? ХЗ...

Во время десерта и кофе, которые подавались в голубой (неахтунк) гостиной и кальянном салоне, гости, разбившись на группы (Долг\Свабода\Бандиты\ и всякие, скромно именуемые - "прочие"), оживленно обсуждали этот жывотрепещущий трабл: прощеный долг в стосемсот мелеонов ру и замечание БилиГетца Пятого по ево поваду.

Самая большая группа новечков собралась вокруг колоритнейшей фегуры: престарелого Сидоровитча, бывшего много лет тому взад первым барыгой на Кардоне. Этот стодевяносто-летний крепыш, одетый в Буденавку на босу ногу, во всеуслышание разглагольствовал и вещал о неудачной торговле экза-скилетами бессмертия, из-за которой Сахаров когда-то давно, са Свистом и Пулей вылетел в Большую Трубу.

— И ставлю Грозу 5.45 против калбасной палки, что Цукерману удалось-таки всучить свой идиотский экзо какому-ебуть простаку-иносранцу! — рычал бочковым басом Седоровитч, брызгая слюной на увлечоных слушотелей.

"Экзо-скелет", "бессмертие", "Экзо...", "Пулестойкость +.........?!!!" - шелестело над толпой. Все что-то слышали об этом, некатарые - даже! - где-то четали... Сидоровичу поддакивали и заглядывали в рот, надеясь услышать што-то секретное, но общее мнение склонялось к тому, что профессор вульгарно аграбил Ти-Эйч-Кью.

Однако, несмотря на это недоразумение, прием прошел благополучно, если не считать одного странного эпизода, происшедшего под самый занавес финала евра 2008.

Вдруг среди гостей, появился новый персонаж, которого ва-абще некто не-знал.

Это был молодой человек, спортивного телосложения - чугуные ядры мыштц которова перелевалесь под-самой шкурой, буквальна разрывая ие то-там то-сям... Он был среднего роста, без асобых примет (мечта оперативнека), одетый безукоризненно - Ватнек сидел на нем как бут-то он в ём родился, но своим внезапным поведением он смутил пачти всех гастей профессора - дворецкий, сцука, спал на своем посту во дворе и не доложил, как положена - па уставу о его срочном приходе.

Местер "Ха" явился об руку с хозяином (неахтунк), медленно, как бут-то он тут, самый страший-главный, прошел по всем залам, с любопытством осмотрел присутствующих, а также содержимое йих корманов и, не сказав ни слова, ни с кем не паздоровавшись, и даже не паслав никого нах, смертельна аскарбив тем самым - всех их, скрылся оттуда неизвестно куда.

Когда Сахаров , проводив странного незнакомца, вернулся к сваим гастям, его окружили и принялись наперебой престовать с расспросами о «Великом Немом». А профессор пожимал плечами, сверкал рандолевыми фиксами, свиркал брильянтовыми наколками, гнал всякую пургу, но канкретного ответа так и не дал - как сказал адин класек - вопщем, ушол от ответа... Лишь Сидоровичу, в приватной беседе он ответил более или менее па-теме.

Бывший барыга оттащил его в сторону и спросил напрямик, дыша в ухо смесью перегара, чеснока и хорошова парфюма:

— Энто человек, которому вы впарили свой экзо, проф?! Яж ево знавал, карманник - высшей кфалификацыи. Он как это?.. Во - Гапанини, одним тока пальтцем мог...

— Паганини, - машенальна поправил Сидоровича Сахаров.

- Паганини, Маганини, какая теперь разнетца. Эх-х-х - эхехэх.., каких кадров теряем... - выразился в сердцах Седорович.

Ухватив почтенова потреарха за лацкан, профессор вполголоса трагически зашептался с ево ухом:

- Да, старина, это несчастный, который никогда не умрет. Это единственный из всех нас, кто переживет и Землю, и Солнце, и Галактику!

-Дану-нах!?? - неповерел потреарх прелавка - Во сколько же это обошлось?

-Мне это обошлось в один ломтик сыра!.. Правда, очень хорошего сыра...

Часть номир адиннодцодь.

(Моск плаветцо ат жары....)

Сидороветч (криведко) выпучил глаза, и поспешно отошел от Сахарова.

Когда гости наканетц-та разъехались, а халдеи, прибрав залы, свалили па сваим бендегам, профессор спустился в подземелье дома, в комнату, в которой савсем недавно обретался сам-один, а теперь тут мыкали горе-горькое его пастояльтцы: дядя Фёдор па фамилии Меченов, паласатый кот Шрёдер и волг Шарег - пахожий на аццкую баскервильскуйю сцобаку. Обновление дома не коснулось этого глубокого, и мрачного как застенок гестапо подвала. Здесь все было по-старому: грязь, бардак, запустение, полнейшее атсутствие дисцыплины и звенящщая в правом ухе тишина. Как в морге.

Меченый тупа сидел на диване, закрыв ладонями всё своё летсо; Шарег лежал на своем месте и пристально смотрел на пыльную люстРУ; Сцукин кот Шрёдер, по своему обыкновению, затихарился в темном углу, чего-та выжыдая за кучей тряпья.

Входя в комнату, Сахаров па хазяйски два раза хлопнул дверью. Люстра Чубаса чуть заметно дрогнула в ответ. Шарег отвел от нее уторканый взгляд и посмотрел на хозяина. Мечены даже не пошевелился. Он все еще был в парадном ватнике, в котором недавно приходил поглядеть на гостей-халявщиков... не-е-а...на партнёров!.

Профессор брезгливо оттолкнул ногой Шарега и, схватив дядю Фёдора за волосы, резким движением запрокинул его голову к свету.

Меченый спокойно глянул на Сахарова и легким кивком дал понять, что принял его ПРИХОД к сведению.

Тогда профессор заговорил, старательно шлепая губами:

-Теперь Меченый, слушайте меня внимательна. Вы два месяца провели, шакаля па мелотчи каг гопнег, ну ладно. А за три месяца в недрах ядирного риактора добыли сказочные сокровища. Вы вернули мне в сто раз больше, чем я вложил в экза скилет вечного бессмертия! Что вы намерены делать дальше? А?! Отвечайте когда спрашивают!!!

Бессмертный внимательно следил за губами старика. Он понял каждое произнесенное им слово. Вынув из кармана блокнот с золотым обрезом и дорогую автоРУчку са стразиками, он написал на чистом листе:

«Я не знаю, чем мне теперь заняться. С вами я рассчитался по нулям, семью обеспетчил до краёв. Жена и сын живут в собственной палуторке и имеют постоянный приход с тех десяти рублей, которые я положил в банк на их имя. У меня были враги, которых я ненавидел и хотел уничтожить..."ТебеСюдаНельзя!", "...ПроходиНеЗадержывайся!" Теперь я могу лихко это сделать - как два пальца атрезать, НО - у меня пропала охота заниматься этими упырями. Мне все доступно, но мне ничего не нужно! Когда я босяком бегал па Свалке, мне нравилось там, и казалось, что я смогу провести тысячелетия бакланя па малому. А в недрах риактора, в причудливом переплетении аномалий, страшной родеации и ужасных монстров - мне даже миллионы лет не представлялись страшными. Вроде как при деле был... Но теперь и это кажется адноабразным и недостойным маего высачайшего внимания. Моя фамилия - слишком известная, что бы её называть...».

Не к селу, и не к городу, напесал бессмертный скучающий гордец. Видимо, для таго, чтоп набить счочег.

Сахаров на это - вновь, и, с вырожением зашлепал речевым апаратом:

-Равнодушие — вот единственная болезнь бессмертного уральского гортца. Гоните его от себя, Дункан! Разнообразие развлечений для вас неисчерпаемо. Ну, например для начала - вы можете прочитать весь интернет, -у вас хватит на это времени. Вы можете пересмотреть все фильмы ат ночала времён. Более того, вы можете стать писателем, — у вас хватит времени развить в себе этот талант! Не такой конешно как у пресловутых и набившым всем аскомену, так называемых и якобы - са-афторов... Или же - займитесь науками и станьте ученым, самым неимаверно мудрым из людей, возможо, даже Вы станете умнее меня. А если вам хочется почестей, славы, неограниченной власти, то и это Вам вполне доступно. Только, я не скажу вам как. Ибо, это чревато серьёзными паследствеями... Вы можете пайти работать в ахрану, вам выдатдут, за бесплатна, кросивую и пятнистую форму, каторая так идет всем тем, кто что-небуть- хде-небуть ахраняет.... За двести-триста лет вы можете патихаму выдвинуться и сделаться бессменным, вечным охраннеком!

Словом, займитесь чем угодно, только не предавайтесь меланхолии, безразличию, скуке!

Отвед Мечены писал долго, так долго - что Сахаров начал беспокоиться - не решил ли его подельнег стать Толстоевским и написать Войну Миров за один пресест:

«Зачем мне все это, противный вы сторикашка? Вы бы предложыли ещще в ручную пшыницу на элеваторе перебрать... Я чувствую, как во мне угасают желания. Люди не интересуют меня, и заботы людей мне чужды. Вот я сижу и думаю: а Я кто? Я жив, или Я труп? Может быть, права Офелия, которая считает меня призраком Летучих Галантцоф? Ведь живым принято называть того, кто двигается от рождения к смерти и стремится за это короткое время сделать как можно больше... Как минемум - насрать в каметах... Я родился, но я никогда не умРУ, мне не нужно спешить. Значит, меня нельзя считать живым! Только мертвые пребывают в состоянии абсолютного постоянства. Но я и не мертвый! Я хожу среди живых, я двигаюсь, я мыслю, я чувствую, я вижу окружающий мир, я могу совершать поступки и переделывать этот окружающий мир по своему вкусу!

Кто же я?.. Вы тоже ничего не знаете! Вы создали бессмертие, но даже отдаленно не представляете себе, что это такое!.. Знаете, профессор, о чем я вспоминаю? Вы, думаете, о прежней жизни, о похождениях под Чистым Небом и под землей Чорнобыля? Нет, я вспоминаю вкус сыра, который схарчил у вас, прежде чем стать бессмертным. Это было последнее и самое яркое впечатление моей смертной жизни, и оно осталось во мне навсегда - чтобы преследовать меня бесконечно, миллиарды лет. В настоящую минуту я без колебаний отдал бы бессмертие за возможность съесть кусочек сыРУ!..

Молчите, профессор - Ваш экзо скилет несовершенен! Скряга - тот, делает и лучше, и дешевле. Давая бессмертие, он одновременно убивает память о прошлом, то есть, надо вынимать из человека его человеческую сущность... Впрочем, теперь уже все равно.

Эпилог = >

Для себя, дорогой мой академиг, я ничего не хочу, но для вас я мог бы еще кое-что сделать. Меня удивляет и забавляет ваша жадность и ваша страсть к обыкновенной жизни, которой у вас осталось не более десяти-пятнадцати лет. Вам нужны богатства, власть, слава? Хотите, я сопРУ у БилиГетцаПятого эти его идиотские миллиарды и отдам их вам? Просто так. За бесплатно...»

Сахаров подумал над предложением, от котрова невазможна атказаца:

«Пусть занимается чем угодно, лишь бы не предавался скуке. Эта скука может смениться приступом бешенцтва, и тогда он наваротит такога, что и сам не рад будет. А человечество не много потеряет, если дом Гетцоф перестанет существовать... Чума и В.И.Черепкоф, на все его дома.»

Часть №13.(А-Ха-х-а-ха-хааа!!!!!!!!!! - Зловещий, идеотский смех... переходящей в авацыю...)

навеяная часть написана па мативам не-бесизвестнова (на правах рекламы) Театра Апсупта...

А вот сопствена и сама навеяная часть:

А в это самае время, на противапаложной стороне улитцы, пряма из-неоткуда паявилась фигура в длинном чорном площе с красным подбоем и страна аттапыреными корманаме. Шляпа, для пущей интриги, была надвинута па самые брови (нефига не Боярцкий!), гыыы...не угадале!

Фигура, деловито осмотрела по сторонам прилегающие к лабе дворы и прямым ходом направилась на чердак. Чердак был на месте, как-же без чердака? Уютно распаложывшись у разбитого хулиганами окна, незнакометц вытащил из бездонова кармана плаща снайперскую вентофку агромнага калибра системы "Слонобой - кранты Джамбо".

Из другова кормана - три десятка патронов, перемешал их на падаконеке - каг кастяшки домено.. Наугад потянул пять штук и довольно хмыкнул. Все пять, аказались паткалиберными... Черес дуло "Слонобоя..." утромбовал плотно и шомполом все пять потронов в казенник... Наканец-та удовлетвапеный приготовлениями, установил на сошках вентофку, пасмарел в манокль, пасмарел в бинокаль - воткнув в голаву берушы, чета пасчитал на инженерном калькуляторе и ... :

-Бдыщь-бдыщь-бдыщь-бдыщь-бдыщь! - сухо, через масляный глушытель, закашляли выстрелы... В перекрестье прецела незнокомцу было ясно видно, как все пядь пуль отлетеле ото-лба, визжа и искря, полчаса рикошетили па всей комнате.

- Ведать правда-А-А - те-е-етановый крендель... Ну чо, тагда переходим к запасному плану "Х/П (ц).." - сам-себе атдал преказ незнакомец и путоя следы - па наружной пажарной леснеце решительным шагом направился в сторону парадной нового дома академика.

Парадная пустовала гулким эхом-тага - Дваретцкий, как всегда спал сцуко на сваем баевом пасту ва дворе, как "монолетовец" у алтаря. Работа такая у ево, чё паделоть-та... Пракравшись мимо комнат апслуживающего персанала, одной рукой держась за стену, незнакомец начал спускатся в подвал. Пинком, вышибив ветхую дверь и аднавременна, доставая бензопилу, словно ураган ворвался в "святая-святых" патсобное памищение – типа падвал "Могила Клыка".

- А-а-а!!! Они пришли за нами!!! Нет, они ИДУТ за нами!!! - истерично заверещал член-кор профессора и быстро, словно крыса, шмыгнул за деван - с головой прикрывшись котом и псевдоволгам.

Фигура Чорнова Площа двигалась так быстро, что её практически не было видно. Только размытый контур. Летели искры, визжала на запредельных абаротах бензапила, коптя синими клубами дыма - но все без толку. Как сидел Меченый тормозом на деване, так и асталца сидеть... Тока клочья ваты из новай, пачти не юзаной телаги плавна кружылись па комнате словно пух тополей (достал кстате!).

Спустя некоторый атрезак времяни, поняв, что все ево усилия тщетны, незнакометц, отбросил в сторону бензопилу, матюкнулся не па русски и устало сел на грязный пол, где вонюче закурил толстенную, наверно кубинскую сигаРУ.

Сахаров тем временем асмелев вылез из сваиго укрытия:

- Вы кто почтенный?! И к чему весь этот цырк? Вы что-клоун? Так банкет уже закончелся, да и не заказывал я артистов. Полип Фарфоров приехать не смог, а другие,- просто мелочь, недостойная нашего внимания.

- Вы то может и не заказывали... а вот мне, вашего молчаливого друга - заказали, помолчав атветела с еле-уловимым акцентом страная фегура -

- Я - наёмный убийцо высачайшего класса... не, я - единственный!!! Пазвольте представится - Пилат. Понтий Пилат.

- Да-да....Сахаров. Профессор Сахаров. И кто же, его заказал, позвольте палюбапытствавать? Кому, этат лузер, уже успел перейти дорогу? Не беспокойтесь, он ничего не слышит. Глухой как пень... Гы... Но бензапила его не берёт, как вы уже успели убедиться на собственном опыте.

- Да многие недовольны его паивлением на свете. Денег у него наверно много. Сидорович часть праплатил, паследнюю пенсию атдал старый перетц: - "Убей, егго!" Ясно что из зависти - что не ему должны ваггоон и маленькую тилежку золота... Разрабы тоже в доле - говорят, если ево не вальнуть, то запаряца приквелы-сиквелы и прочие ад-доны выпускать под этова "героя"... Некий гаспадин Дотекс заслал долю малую, ну не нраветццо ему что кто-то может теперь за буйки заплывать и перебегать дорогу на красный свет. Ну-а, аснавной-та, заказчег... я думаю, вы поняли - даже есле я не пакажу пальтцем: пенсеанер БилиГетц Пятый. Но я блин умываю руки. Моё искусттво тут без-сильно.

- А не са-афтары ли аснавной подрядчик, а? Может исписались... нечего в руку не ложится??? - азадачился пресперктивами академек.

От са-афтарав: нипанятные слава, как-то инжынерный колькулятор, беруши, google, etc. есьть в яндыксе

Номирнабис

Кагда бензиновый выхлоп немнога развеялся, и стало можно дышать, академиг Сахаров сказал вслух:

- Отлично, Мечяный! БилиГетц Пятый ещё и позволил себе на сегодняшнем банкете довольно грубое замечание на мой счет. Ну что же, заметьте - не я это начал! Его стоит жостко проучить. Вплоть до принятия мер!!! Высшей! Соцыальной! Зощиты! Принесите мне его голаву! И деньги-тожа! Действуйте!.. Да-а-а... у ево тама, в кобенете, на стенке висит Золой диск с ево клятой осью - тожа захавати, хочется на ем напесать - ГОВНО ваша ось, и вы тожа...

Высокое общественное положение несет с собой много неприятных обязанностей. Профессор завертелся, как белка в колесе: визиты, приемы, встречи, деловые разговоры ниапчом, презентацыии и т.д.. За всей этой свекольной батвой он на время забыл о новом задании, которое взял на себя его падапечный. Вспомнил лишь через месяц и, ужаснувшись своей беспечности, поспешно позвонил одному из сваих доверенных литц:

— А даложте мне каково положение дома Гетцов? Есть ли новые новости?

— А каких канкретна новостей вы, собствена, ждете? — са жгучем любопытством переспросило доверенное литцо.

— Да ничего определенного, я вообще, так спрашиваю... в целях павышения абразованости... для расшырения кругазора.

— Ну если вообще, то пока ничего скандальнава не слышно. Дом стабилен как никогда. Стариг Били-вышел на пенсию.

- Да-а-а?!.. Благодарю вас!

Сахаров атклютчил спутнековую мабилу и бросился по коридорам и лестницам в подземелье.

Когда он вошел - мягко сказано, точнее будет - влетел в «Могилу Клыка» (так он теперь называл свое прежнее жилище), он опять увидел что за месяц нефега не паменялось в королевсве Дадском: Меченый па прежнему сидел на диване в позе Мыслителя аднаво ис класеков = Бессмертный тупа смотрел прямо перед собой в одну точку и о чем-то размышлял. На коленях у него на сей раз примостился кот Шрёдер, а красавец псевдоволг по-прежнему лежал в пыли его у ног.

При появлении профессора банда бессмертных даже не пошевелилась. Сахаров несколько раз тряхнул Меченого за волосы и тут же аццки чихнул - от столбом поднявшейся пыли.

Бессменный с трудом очнулся и вопросительно глянул на профессора.

— Какова (пи-пи-пи) вы до сих пор (пи-пи-пи) не отправились выполнять свое обещание, Дункан!? — орал старик, вращая яблоками глаз и неистово шлепая губами.

Кащей-Бессмертный пожал плечами. В глазах его было совершенно искреннее - деццкое недоумение.

— Да отвечайте же вы, чорт вас задери! Где тут блокнот, где авторучка?!

Он сам выхватил из кармана письменные принадлежности и сунул ему в руки. Мечены взял их и нехотя написал:

«Вы чево бухтите-та так, окодеми-и-ик? Пожар что-ли случился? Дак он мне па барабану, яже негаримый. А?!»

— Вы еще и издевае-е-етесь?! Почему вы до сих пор не отправились приводить в исполнение приговор, который сами вынесли БилиГетцу Пятому? В какое положение вы меня ставите перед всеми? Я уже предсказал крах кампании! Уже месяц назад предсказал! Я дал брокерам карт-бланш на скупку акцый - па любому!!! Вы хотите, чтобы я прослыл пистуном и бакланом? Что вы тут делали целый месяц?! Я же вас за йазыг не тянул!

- прадалжал истерить сумашедший учоный, па омерикантцки; - "Мад кто-та"

«Во блин! Я не знал, что уже прошел целый месяц, — спокойно написал Меченый. — Я думал, что вы ушли полчаса назад. Как, однако, меня накрыло, профессор! Вы удивили меня. Так ведь недолго прозевать и всю вечность… Но не волнуйтесь, это вредно в вашем возрасте. Сегодня же я обязательно займусь Гетцом. Он лопнет, как мыльный пузырь, так что треск пойдет по всем биржам мира! На Зоне, профессор, я убивал гигантских кровасосов. А помните калодетц, через который я проник под риактор? Он был сухим стописят лет. А я его разрыл, и он до сих пор беснуется и бьёт фантаном…

Так и людей… Я же могу раздавать короны, как мелкую монету. Но и могу давить промышленных королей, как тараканов. Ступайте, Сахаров, не мешайте мне думать и готовиться к выступлению! Ничего, что прошел месяц. Сегодня я наверстаю упущенное время. Не беспокойте меня попусту. Считайте, что макро-софд с ево "Дверьми" у вас в руках. А будете мне ЕЩЁ надаедать - я ВАШУ дверь падажгу».

— Хорошо, я верю вам, — сказал профессор, прочитав эти строки, и, папирхнувшысь до сих пор летающей па падвалу "Клыка" ватой, продолжел сваи нраваучения:

— Я верю, что вы выполните свое обещание и спасете мою репутацию. Чтобы вас не стеснять я отправлюсь путешествовать. Неатложные дела требуют маиго непасредственного пресутствея. Надеюсь, к моему возвращению БилиГетцПятый будет повален, а его денги станут мелеардами Сахарова-Первого. Я приду через полгода, Мечены. Желаю вам успехов в труде и счастья в личной жызне!

Наверна это канетц! Или нет?! Каротче таг: Предканетц! Иле Приквел канца?!

Будучи стопудова уверен, что на этат-то раз Меченый возьмется за дело основательно, профессор в тот же день отправился в путишествие, сначала на Йомайку, а потом в круиз по Бибирево.

Благо собираться ему было недолго: натыкал цыфры на трубке мабилы, заказал место в автобусе, сунул в один карман штанов пластиковую карточку "Шиза", в другой - литр вотки "Козаки" — и в путь!

Дворецкому он велел рассчитать Равшана и Джамшута, не спать на посту, и никому из посторонних двери не аткрывать. Дабы не дапускать расхищения капиталистической собственности на вверенном ему объекте охраны. Поверенным же, приказал зорко следить во все сваи восемь глаз за положением дел БилиГетца Пятого.

Член-корр искалесил,весь мир развлекаясь и атжыгая в свое удовольствие. Был даже в Бразилии, где много диких абизьян, и проживает варюга модов гражданской наружности с трудно произносимым именем Каркоборо. Приблизительно через полгода, пресытившись ащущениниями, он вернулся домой. Теперь ему не нужно было запрашивать своих поверенных. Он и без них узнал из газет, что положение кампании Гетцов не только не пошатнулось, но, напротив, укрепилось на несколько новых мелеардов денег - за счёт увеличения объема инвестицый из России.

Предчувствуя недоброе, одним из задних местов, Сахаров пешком отправился к жене Кащея. Он застал Василису Прекрастную в очень глубоком трауре...

Кстате - траур был ей к летцу, атметил в моске старый ловелас. Атписав ей ва всех падробнастях состояние бессмертного, аццкий академиг сказал:

— Вы должны помочь мне расшевелить его, Офелия. Он должен чем-нибудь заниматься.

Пусть хоть грузчеком на работу устроитца! Ну, или варавать вагоны пускай идет. Тока чтоп не сидел каг Пном-Пень! Его депрессия таит в себе агромнейшую апасность - вот-так завсегда наченаютцо мировые патрисения па типу: "Ве-е-есь мир мы до основания и астатки паделим..." Когда-нибудь он поднимется и совершит нечто ужасное!

Как там, в песне паётццо; "Земля дрожыт ат мощнасти такой, ах как он бьёт ногой наш Дункан!" Да ещё с андронным калайдером не все в парядке... Все это может окончиться всемирной катастрофой! В каторый рас уже Вселенная на грани каллаппса...

Изольда недолго думала и ответила сразу:

— Профессар, я считаю вас убийцей. Я ненавижу вас! Вы - убили Кенни!! Вы - маньйаг-паранойик с шызоидальной манией величия, усубленой детцким компексом эгоцентризма, а также кризесом познева среднева возраста... Никто не сравнится с вами в ваших эгоистических устремлениях пакорить вселеную, разве что Император Викториан III?! Но он далеко...и сейчас не с нами...Вы -хуже чешуйчатога ахтунга овада... Аднака, я все-же хочу прейти вам на помощь. Но не за-ради вас, а ради моего сына, ради всех людей на плонете и Чистава Неба над галавой.

Сахаров сдержанно поклонился и повел Джульету к машине... "Альфа-Ромео" - между протчем... ручным тюненгованием изотовленая... из из Т-72. Пре помащи агромнаго напильнека,кувалды, и кокой-та ...или-чьей-та..матери

Сертце женщины болезненно сжалось, когда она очутилась в мрачных подвалах "Магилы Клыка". У нее было такое чувство, словно она входит в склеп, и выхода из него уже не будет никогда. Профессар отмыкал дверь за дверью и наконец, привел её к «логову бессмертных».

В комнате было темно. Все лампочки в люстре могёт перегорели. Но скорее всего, это павеселился Чубайтц - напаследак,из вреднасти, перет распродажей за не-надабнастью расфармированым РАО ЭС РФ...

Профессор вынул ручной фонарь на ботарейках и осветил им внутренность комнаты.

Наташа вскрикнула, увидев группу бессмертных.

Паходу - канетц.

Они сидели, как заскриншотеные мухи в Янтаре, тех же позах, в каких оставил их полгода назад профессор, но грязь пад нагтями, поуки, мыши и чешуйчатые оводы с молью преобразили их до полной неузнаваемости, сараканошки сцуки - паели астатки шерсти на открытых частях их тел. Литцо, волосы, одежда бессмертного были покрыты толстым, густым слоем пыли. Слой пыли, то тут-то сям пыл иссечен натоптаными тропками чьихта следов - наверна, моль балавалась... На спине псевдоволга свили себе гнездо бессмертные АЦЦКИЕ микемаузы. Между туловищем Меченомбо и телом кота Шрёдера повисла густая сетка паутины. Глоза у всех были раскрыты, но на них тоже лежала серая пыль. Зрачки на свет не реагировали.

Сахаров вынул платок и бережно стер пыль с лица Макклауда, словно это был не живой человек, а каменный статуй - па типу "Девушко с вислом", или "Вово Ленен в детцве - продумывает план ГОЭРО"...

Бессмертный оставался неподвижен, как изваяние. Терминатор - с севшей в конетц йадирной батарейкой...

Академиг долго раскачивал голову Меченого и светил ему в глоза фонарем как омерикантцкий палитцейский на дапросе первой степени, астервенело бил его па щекам литца чорной резиновой дилдой, наконетц бесмертный горетц стряхнул с себя оцепенение и сознательно посмотрел на пришедших.

Он сразу же узнал Офелию. Но это не вызвало в нем ни малейшего оживления ни в каких местах... Ме-е-едленными, каг у паследнего тормаса движениями рук, он нашарил в кармане блокнот и авторучку "Паркир". Чернила давно высохли. Мечены бросил "Паркер" обпол и достал чорно-белый карондаш - "Ломо". Жестом, приказав Сахарову светить хорошенько, он написал ниже-следущее:

«Дорогая моя, зачем ты сюда пришла? Тебя привел этот сумасшедший старикашко, да? Не связывайся с ним!.. А вы, профессор, не беспокойте меня понапрасну! Придет время, я сам позову вас. Перестаньте-же уже в канец дурковать! Лет-та вам скока?!! Вам уже ничего больше не нужно! По ходу, мне все-таке придетцо паджечь вам дверь... Вы меня дастали, мерский стариг!!! Вызываю вас на дуэль!... Дуэль на бензапилах, тока ваша крофь сможет искупить вам преступление... А впрочем,...нувас...неахотта...я устал...я ухажу...»

Василиса прочитала написанное и своим нервным мелким почерком набросала ответ:

«Ку-у-да-а?! Дункан, милый мой Дункан, опомнись! Того, что случилось, не вернешь, но зачем ты бросил нас? Почему я должна носить траур при живом муже? Идем со мной! Тебя ждет сын! Ты отец, ты должен помочь мне воспитать нашего малыша. Встряхнись! Ты ведь живой, ты можешь жить добрыми делами, а этого достаточно, чтобы не потерять вкус к жизни!»

Но горячее воззвание жены оставило Меченого равно-душным. Его ответ был коротким и категорическим:

«Мне уже ничего не нужно. Желания во мне иссякли. Но я не хочу быть свидетелем, того как:

- состаришься и умрешь ты;

- как состарится и умрет мой сын;

Я не хочу бродить по Земле как зомби среди сплошного кладбища. Кого мне любить? Вы все умрёте!

А я - нет. Все! Прощай, моя Юдифь! Не приходите ко мне больше.

Прощайте и вы, нобелефский лоуреад!»

Сахаров направил луч фонаря на свое литцо и отчетливо зажувал речевым аппаратом, клацая свеже-вставленым фаянцем:

— Мы больше с вами никагда не увидимся. Извинитесь за меня перед далекими потомками, когда они обнаружат вас здесь через 1 (одну) тысячу, ну или там - через стопицот тысяч лет. Я канкретна был не прав. Я теперь все понял. Но уже поздно - что-то менять: себе дороже встанет... Я убедился, что бессмертие человеку не нужно. Прощайте навсигда, мой ниразу неубиваемый друк. Не оставляйте своих товарищей по бессмертию:

Баскервильскога волга и кота Шрёдера, они скрасят вам не одно тысячелетие, когда вам надоест дремать в подземелье, и вы отправитесь бродить по нашему столь неустойчивому, но все, же прекрасному миру. На то будущее время желаю вам доброго настроения и благих помыслов. А пока приятных вам грез, Дункан Мечников! Приятных грез и легкой скуки!.. Да, есле всежтаки пайдете вспаминать былое бродяжнечество передовайте преветы... Ну там, Дом-2, Форум, Агосфер... вопщем сами найдете каму...

Картавый внимательно читал на губах академека эти слова. Но в ответ на них лишь слегка кивнул.

Сахаров, для праформы, стер еще пыль с жывотных, попрощался с ними, грустно заглянув в их широко закрытые глаза, полные глубочайшего безразличия ко всему на свете.

После этого член-кор Окадемеи РАН покинул подземелье, уводя с собой истерически рыдающую Канчиту. Академиг Сахаров приказал Равшану и Джамшуту наглухо замуровать бетоном марки 400 все входы и выходы в подземелье "Магилы Клыка", котором остался, похоронен экза-склетон бессмертия, а вместе с им Дункан Мечников, псевдоволг без имени - пахожий на сцобаку Сэра Баскирвиля и сцукин кот Шрёдер.

...На Земле о них никто больше не слыхал... Навернае...

* Убить мы не смагли, ибо - они бесмертные, решыли просто замуровадь на время...*

*...мы сцуко плакали, но писали - ибо, так нада... патом писали и плакале перечитывая написаное...*

Спасиба всем прочетавшым сей опуз. Но знай, пытливый четатель!Паверь нам на слово, этто, есчо не всё. Обязательно будет -эпелог

* А России нужен Царь... а луче - два...*

Эпический Эпилог.

Мы даже больше скажем - ЗаЭпический Эпилог...

(Кстате,почти не имеющий атношения к асновному тегзту.)

Долго, очень долго сидел, Меченый размышляя о судьбах вселенной; о том, как низко пал моральный облег строителей капитализма; каму на Руси жыть карашо есть; и о прочих других не менее важных весчах...

Например; через скока лет самаразрушаеццо в песок бетон марки 400 - на атлично уложеный гостями из оч-чень Средней Азии...

Что может казать радиоуглиродный анализ в кастях о дате закладки владельца Альфы-Ромеы...

Наверху же, столетия - сменялись столетиями. Революцыии,"Чистое Небо", войны группировак, выбросы в ноосферу...

"Магилу Клыка"- разрушили напавшие на Зону иноплонетяни, потом,спустя небольшой атрезак времяни, лидер повстанцев КузерМега, при помащи стамегатонного пулемета и красного малатка,победил их всех. Заадно, рас уж так масть катит - абьявил себя Императором Всея Белыя и Малыя Зоны Викторианом III и Единственным.

Долгие века стонала Зона пат пятой этого тирана. Но и он не вечен. Ушол,забаненый,в далёкие дали не папращавшись....

На месте бывшей лабы - вырос очень густой криваберёзовый лес с аццкими троллями и призывна го-гочушими русалками.

По лесу - с пугающей частотой маршировали рэдскинхедды. ....Шагом марш вногу...Шагом мар-рш....Туда-сюда... сюда-туда... Левай... Левай...Правай...Ать...Два!! Песню запевай...

Несут,хоронят,плачут мать-отец,

Закололи ночью во дворе,

руки ломали,резали ножом,

суки,пытали скина за пацанов.

Скин чертям не выдал никого.

Скин смеялся в очи смерти глядя.

Наступит день,весна придет во двор

Наступит ночь-возмездие настанет!

Моя Россия,русская земля,рано сгинул тебя покинул я.

Сгинул,не гулял,да не любил...

Я-скинхед,кавказцами уби-и-и-ит!

Мой черед пришел умереть.

Твой черед пришел отомстить

Однажды, издалека, видимо из Ноосферы, послышался рёв Танкового дизеля. Звук приближался. Это был, специальный - агнимётный Танк. Он беспащадна жжог йадирным агнём... и там, где проходил этот, мадифицырованый железный друк - сразу же становилось ясно, ху ис ху...и кто тут - классег, и - гений - парадоксов друк...

Па каким-то неведомым никому катакомбам, уходя от пагони, с трудом пробирался обыкновенный сталкер, грешник - по клитчке "Гат". Гнали его, и свои, и Чужые....а также Хыщниг и Дэвед Блейн са таварищи. Немнога атарвавшысь от трудов по убеганию и лекко пробив "именной мантерофкай Гордона" изрядную дыру в бетоне, он попал в какое-то странное памищение - типа падвал: "Так, вот ты какая - магила Клыка" - ни-испужался Гат оглядывась из стороны сторону... Мрак и запустение царили в этом Богом забытом месте. Многовековая пыль пакрывала все ва-крук. В очередном углу он заметил что-то непанятное, невяжущееся с акружающим диссонансом, куча чево-то... странного?

- Пседогигант пабывал? - падумал он. И туд-же: - Да не-е-е, - перебил сам себя мыслями беглетц: - как бы он тут пролез-та, он же здаровый каг таварный вагон .. Нада пасмареть паближе - на предмет добряков в корманах...

Падойдя на расстояние удара ножом,он нечаянна громка чехнуф, смахнув при этом всю пыль. Вглядевшысь увидел...

- Екты-ыш...вокак... статуйбля, работы древнех угнетаёмых мастеров наверна.

"Кот.Сцобака.Чилавек - братья бля, они навек?!"

Так наверна называтццо. Каг бы мне это, атсюда вытащить? На Сотбизе талкану, ну иле, на Кристизе - вканце-то канцов, какая разница - англы, пендосы - бабло-то немеряное заработаю. Вот этта павезло - таг павезло... куплю сибе домиг в деревне... литров ... нацать, и весь асартемент... кефиру, ворентца, ряжынки, сливак с тварагом - размечтался Гат.

Вдрук, внезапна, кампазицыя стала распадатцо на атдельные саставляющие....

Зашевелилась...

- Сцукаблянах!!! Каменный йопта гость!!! Нихуйасибеструйа!!! И здесь сцуки меня достали - заорал сталкер, лихарадочна заряжая свой гауус.

Шурх...шурх...шурх... - раздались негромкие выстрелы. Но беспалезно... Статуй вставал как домкрад пат БелАЗом... и даже недумал падать...

- Да что такое твариццо - та!!! Да сдохни же ты, Дез-Де-Мо-но!!! - стревенея зубами вапил Гат - лихорадочно тиская в укладке новую абойму.

Видя, что все его усилия беспалезны, отбежав в угол, сталкер достал звуко-шумовую гронату "Магний+Люминий":

- Ну, нет падло, жывым ты меня точно не вазьмешь... Врагу не сдаё-о-тццо наш го-о-ордый "Варяг"....

- Э-У-Ы-Э - МАМАМЫЛА РАМУ...УШУРЫШАРЫ...ЧИХУАХУА...Э-У-Ы-Э-У-Э... - паслышалось мычание из угла...

- Ну и шо это за такое?! - задался вапросом, немнога придя в сибя от пережытова греховетц: - Что за тиатр адного немого?

- Я. ТИ-ПЕРЬ. МА-ГУ. ГА-ВА-РИТЬ... Только вот йазыг отвык за столько лет - эхом ответило что-та из угла.

- Ну и чё? Я тоже - магу гаварить; хуйпестабля... - съязвил Гат, невыпуская однако гранату "Ядерная Зарница" из рук.

- Из чего ты в меня стрелял смертный?! - спросило существо.

- Из ггаууса, из ччегго же есчо. Только ты какой-то непробиваемый. Как бронепоизд - атветил грешнег.

Та-а-ак..- пачесав затылог, и падняв тучу пыли,сказал статуй: - что ты знаешь об оружии "Гауус" смертный?!

- Что вы всё "смертный" да "смертный"... абидно же... Меня Гат ващета зовут, если чё...

А тебе никто раньше не говорил, что ты красивый? М-м-м...?

- Атвечай! Не юли, как политег на предвыборной кампанеи. Мне неважно как тебя зовут.

Ты сам сюда пришол. Тебя некто не звал. ЖЫТЬ хочешь?! - с угрозой давя голосом на слово "ЖЫ-Ы-ЫТЬ" спросило существо.

-Канешно хочу. Тока не с табой, хуйня титановая... Шутка йумора... Счас вспомню... как же тамбля?, а!

Вотъ, примерна таг:

"Пушка Гаусса состоит из соленоида, внутри которого находится ствол. В один из концов ствола вставляется снаряд. При протекании электрического тока в соленоиде возникает магнитное поле, которое разгоняет снаряд, «втягивая» его внутрь соленоида. Снаряд при этом получает на концах полюса симметрично полюсам катушки, из-за чего после прохода центра соленоида снаряд притягивается в обратном направлении, т.е. тормозится.

Но если в момент прохождения снаряда через середину соленоида отключить в нём ток, то магнитное поле исчезнет" - аттарабанел как на уроке йуный физик.

- Ага. Это многое абьясняет. Как мне не хватает, этого болтливого старика... Что он бы сейчас сказал? Наверно, примерно так:

-Да-да.... Меченый: "Параметры обмотки, снаряда и конденсаторов должны быть согласованы таким образом, чтобы при выстреле к моменту подлета снаряда к середине обмотки ток в последней уже успевал бы уменьшится до минимального значения, то есть заряд конденсаторов был бы уже полностью израсходован."

"Предельна Сверх ЗаЭпический Эпилог, повествующий больше о сталкере Гате, и других, не менее калоритных персонажах мира Теней, чем о так называемом, якобы глухонемом бессмерном существе с множеством имён, фамилий и падпольных клитчег. А так же, приоткрывающем завесу над тайной экзоскелета бессмертия, делающий очень далеко идущие выводы о смысле жызни и о творчестве в часности..."

- Зна-чед, импульз, говаришь... Не все предусмотрел профессор, далеко не всё.., - с трудом, бутто варочая камни йазыком сказал Мечены.

- Я канежна дика извеняюсь, но какой профессор? Не Преображенский случайно?

- спросил греховетц - а то я его знаю: - Абыр...абыр...валг..Атлезь гнида...

- Не-а-а... воть этот: - Да-да - Сахаровсбля. Непризнаный геней савременности. Изабретатель экзоскелета бессмертия. И других палезных аццких девайсов - па типу карболовый Энергетек и есчо чевота... Он думал я не смогу гаварить, и не буду слышать ничево... и всё это цельную ввечносдь. Он жоско ашыбся... Жалка что он теперь не сможет асознать этова. Бездна лет пролегла между нами... Тысечилетия минули...Бетон, и тот рассыпался в пыль...

- Э-э-э!? Ты чево? Каккие тысечилетия? Ты чево гонешь-та? А то что бетон расыпался, так этта панятна. Равшан - два кхуль сцмент прода-аль - батинка купии-иль... красивый...

Фтарой год как пошол. Жыв твой профессар, сто-пудова жыв. Ещё - "Чисто небба" не вышло! Я-та точна знаю. У нас в клане чуваг есть - "Тихий" в братцве зовут. Так вот он каждый день зарупки делает на ручке баивой мотыги, мол: 52 дня асталось... 51 день...

Тока вотвалнусь я, если ети падлы, из ГСК, срок перенесуд - двинеца брат во грихе "Тихий"... И очень громка двинеца - на почве патсчетов!!!

- Что он сче-та-ет, а? - из вежлевости поинтересовался бывшый наглуханемой, а нынче потецеальный поциент логопеда...

- Дак скока дней асталось да кантца светта. Калайдер же скоро запустит Темный Андрон.

И тагда - всем злобные кронты придут. Накроетцо вселеная медным тазеком... Э-эх...

А пажыть та хателась... Дел у меня много - пригарюнелся Гат.

На "кодовые слова" о кантце всего света, глоза бесмертнова вспыхнули как 2 (два) Аликсандрийских мояка.

- А вот, я говорить начал, назло окодемеку Да-да, хоть и плоха - но всеж-таки... А есле он, сцуко и с бесмертеем, мякка говаря наепал, а? Ну, не савсем праду мне скозал?

Слыш ты, простой сталкер, как там тибя? Гат? - А памащнее ветовки Вовко Гаузо у тебя есь што?

Акакжы, - горделиво выпитил Гат - Воть, именая монтерофка Гордона! Нарас тчерипа сносед!!! В месте с замками и бампераме, ыыы!!!

- Нукась засвети мне хэдшот в... ну куданить, побольнейшей... - выдал Цэ-У бесмертный - Хочу удостовереца что этод совдепавский плафесар падляну не впарел...

-Привет!) А тебе никто раньше не говорил, что ты красивый? М-м-м...?

- начал издолека атвлекающщий моневр простой Гат-сталкер.

А сам тем временем атводил руку с мантеровкай себе за спину... Чтоп замах пабольше был...

- Набля! Держи, паскудо титановое! - с крикам ужоса, ничто же сумлящеся, са всего размаху захератчил гваздодёром с победитовыми лапками пряма в середину лоба бессмертнова наш отважный греховетц....

Бзыньтцц!!! - Вдребезги напапалам....

Вячеслав "Tank 72" Густов

Охотник - Перезагрузка

Положенный отдых длится вечно. Наконец, я не выдерживаю, и иду проситься на работу сам. Мор собран, хмур, и нетерпелив.

-Слышал о мире А10?

Это вместо «Здравствуй».

-Проблемы?

-Некоторые. Не волнуйся, ты продолжаешь работать по Земле.

Туземное название уже прижилось.

-Что ищем?

-Ты будешь смеяться – местные религиозные мифы один в один повторяют постулаты нашей основной религии.

А ведь и верно…

-Надо проверить, не случайное ли это совпадение. Работать будешь под прежним прикрытием.

-А он?

-Он сейчас бот. Заработал денег, обзавёлся домом.

-Так быстро?

-Мы помогли, если честно. Короче, будешь отрабатывать взаимодействие с РПЦ через Сержанта. Одна из ключевых фигур – Андрон. Вот, прочитай и вырази согласие.

Бараньим взором пялюсь на схемы.

-Ах, да, у тебя не загружен блок криптоанализа. Выдаю разрешение.

Внимательно читаю данные, в одном месте запрашиваю дополнительный модуль логистики. Всё ясно.

-Одобряю.

-Отлично. Выгрузить секретные блоки! Отключить центр логистики!

Глупею.

Приготовиться к трансферту памяти!

* * *

Новый дом уже обжит и обустроен. Ремонт, конечно, влетел в копеечку. Спасибо Сержанту. Если б не его ценные советы, платить бы мне, переплачивать вдвое и втрое. А вот, кстати, и он.

-Не спишь? Есть работа.

Ныряю в знакомый портал. Мир «Сталкера». Минуту всматриваюсь в окружающую панораму. Что-то кажется незнакомым и чужим. Что? Не могу понять. Впрочем, это чувство тут же проходит, и я, как по мановению волшебной палочки, успокаиваюсь. лиза. Ц через Сержанта. человек в белом (Мор?) п, промелькнули Луна и Солнце, затем всё заполнили нереально яркие звёзды, и я очнулся.

-Да что же это творится!

Недоперебитыйноживой с силой бьёт кулаком по стойке. Кулак немаленький, и стаканы на стойке подпрыгивают, не пролив, впрочем, ни грамма.

-Ладно – скупает у бандитов старое оружие и продаёт лохам как новое, но моим именем-то зачем называться?

-Тебя знают, доверяют. А как он, кстати, твоё лицо скопировал?

-Да никак! В противогазе торгует! А голос подделать – как два пальца обмотать…

Успокаивается так же внезапно, как и заводится.

-В общем, Охотник, ты меня знаешь. К врагам я беспощаден, а для друзей – всё, что хошь! Выручи, я тебе столько «модифицированного» оружия подгоню…

-И фотонку?

Тень улыбки.

-И её.

Отыскать нелегального торговца оказалось легче лёгкого. Первый же «зелёный», сделав таинственное лицо и страшные глаза, шепчет координаты и пароль. Это и в самом деле недалеко. Прохожу около полутора километров, по пути нахожу «Мамины Бусы». Надо же! Перед дверью не могу сдержать улыбки: лачуга лже-Недоперебитого похожа на оригинал как две капли. Шепчу в замочную скважину пароль. Медленно, со зловещим скрипом, дверь отворяется. Прохожу. Внутри таинственный полумрак, за прилавком стоит таинственный самозванец. Оглядываю товар. Нда, а выбор-то недурён!

-Что желаете?

Чуть не вздрагиваю. Голос, интонации – всё совпадает! Вот, кстати, и первый прокол – не слышно характерной «противогазной» глухости. Голос свеж и звонок, как будто обладатель только что съел дюжину перепелиных яиц и полчаса распевался «ми-ми-ми, соль-соль-соль».

-Дезерт Игл сорок пятого калибра с лазерным прицелом!

Продавец, если и удивлён, то вида не показывает. Молча лезет под прилавок и достаёт искомое.

-Что-то ещё?

-Узи, девятимиллиметровый.

-Пожалуйста.

Оттягиваю затвор, нажимаю курок. Сухой щелчок.

-Ещё?

-Плазмофазовую винтовку диапазона 40.0.

Пацан, наконец, врубается в ситуацию.

-Эй, я не Джон Коннор!

Сгребаю за грудки.

-И не Недоперебитыйноживой. Открой личико?

Аккуратно снимаю газ-маску. Надо же! И впрямь – Гюльчатай. В смысле – девушка.

-И скремблер отключи. Давно разбойничаешь?

Быстрый взгляд вправо-вверх. Счас соврёт. Предупреждаю ложь:

-Мы всё о вас знаем.

И демонстрирую значок Администратора. Он очень похож на настоящий. Заодно с помощью чита вламываюсь в базу данных. Знак, тем временем, производит должное впечатление.

-Ой, только не стирайте аккаунт! Пожалуйста, я для вас всё-всё-всё…

Всё-всё-всё мне не очень надо, для этого есть проверенные профессионалки, а под твоим ангельским обликом вполне может скрываться и парень. Кстати, база тем временем выдаёт мне имя. Всё-таки девушка!

-Вот что, Тамара…

Дёргается, до последнего не верила, что просеку по базе. И тут вспоминаю, что это имя уже слышал. Совсем недавно. Новая знакомая Недоперебитого! Вот оно что…

-Всё незаконное сдать на Базу!!

-На какую…?

Подбавляю металла в голос:

-Базу Временного Хранения Задержанных Вещей!

-А…?

-И незаконно заработанные игровые деньги тоже!

-И…?

-И магазин! То есть, я хотел сказать, незаконный магазин мы сами потрём!

Если она просто украла у Недоперебитого пароль, дубликат магазина исчезнет сам собой максимум через сутки.

-И бан на двадцать четыре часа! При нарушении – навечно.

Будет сидеть тихо, как мышка. Продолжаю пугать дальше.

-А твоего сообщника Недопере…

Взвивается.

-Не надо! Он ни в чём ни виноват! Я просто хотела немного заработать!

Надо же. Любовь?

-А что ж ты мне предлагала?

Понимает.

-Я Вас провоцировала. И записывала разговор!

Нажимает кнопку под прилавком. Из-под потолка слышу свой бас:

-…диапазона 40.0!

Предусмотрительная, блин. Если бы я в самом деле был Администратором, мог бы получиться неплохой инструмент для шантажа.

-Ладно.

Демонстрирую сочувствие и понимание.

-Если Вы обещаете больше не совершать незаконных действий…

-Никогда! Никогда-никогда!! Никогда-никогда-никогда…

* * *

Подсчитываю свою незаконную выручку и готовлюсь к непростому разговору с заказчиком. На обратном пути решаю испробовать читерские возможности, и, последовательно превращаюсь в тушкана, кровососа, псевдогиганта и снорка. Снорком оказывается прыгать прикольнее всего, и, распрыгавшись, не замечаю, как влетаю на поляну, на которой горит костёр. У костра, прервав на полуфразе разговор, сидит компания из пяти спецназовцев. Немая сцена.

Заученным движением прыгаю к ближайшему, сворачиваю ему шею, перехватываю автомат и направляю на остальных. У этих остальных как-то внезапно и одновременно отпадают челюсти и очень широко округляются глаза. Ой. Однако, думать уже поздно, и я, по памяти воспроизведя охотничий рык снорка, прикладываю «Обокан» к плечу, и, четырьмя выстрелами уничтожаю четыре хлопающие глазами неподвижные мишени.

Не успеваю проверить рюкзаки, как ощущаю чувствительный сейсмический толчок. Оборачиваюсь. Псевдогигант. Задумчиво пережёвывает ствол моего «Винтореза», наступив для большей устойчивости на мой вещмешок. Ах ты тварь! Бормочу код «Озверин». Гигант что-то читает по моим, закрытым стёклами противогаза, глазам, и, с необычной для такого веса скоростью, пытается смазать лыжи. При этом пробуксовывает на остатках моих вещей. Гад!!! Одним прыжком подлетаю к подлому зверю. Рывок читеризированных мускулов – и в моих руках дёргается оторванная псевдогигантья лапа. Получай!

Кровожадно потрясая трофеем, поворачиваюсь. На краю поляны стоит, и мелко крестится, здоровенный наёмник. В руке навороченный помповый дробовик, однако, навести его на меня даже не пытается. Кажется, он близок к обмороку. Нда, пойдут теперь разговоры… Что-то лепечет:

-Ай… Ай… Айм писфул сталкер, ай донт килл сноркс…

Американец? Срочно мобилизую свой английский, и проговариваю первое, что приходит на ум:

-Ай Ди Эф Кей!

Наёмник хлопается на зад, и исчезает. Догадываюсь – выход по недопустимому воздействию. Кровяное давление зашкалило, наверное. Ёлки-палки, хоть бы не инфаркт! Поспешно привожу себя в человеческий вид, заодно шукаю в базе данных. Джон Питерс, двадцать один год. Слава Богу, не старик. Быстро собираю манатки, и иду к Недопере…

* * *

-Тамара? Какая Тамара?

Недоперебитыйноживой недоуменно хмурит брови. Потом звонко хлопает себя по лбу.

-Ах, эта! То-то у меня бумажник с органайзером пропал! Говоришь, беспокоилась за меня?

Роется в записной книжке. Смотрю на фото. Здоровенная, под два метра ростом, толстая тётка, и рядом несколько щуплых парней.

-Студентка. Из параллельной группы.

Просмеявшись, выпиваем ещё по пиву. Про конфискованный контрафакт благоразумно молчу.

Могут ли снорки разговаривать?

На вопрос Джона Питерса отвечает бессменный пиар-менеджер компании Джи Эс Си Юрий Бесараб.

-По замыслу игры - снорки – это бывшие люди, которые в результате чудовищных экспериментов утратили часть функций, в том числе двигательных и речевых.

-Так снорки не разговаривают?

-Я не знаю, можно ли это назвать речью. Между собой они обмениваются набором понятных только им команд.

-Однако…

-Однако, иногда, при совпадении ряда обстоятельств, эта речь может быть воспринята, как разумная. Понимаете, есть такой эффект – когда долго слушаешь разговор на непонятном иностранном языке, подсознание вычленяет слова, похожие по звучанию на слова, понятные слушающему.

-То есть…

-То есть, мы принимаем бессмысленный набор звуков за разумную речь!

-Но всё же…

-Но всё же, мы никогда не говорили, что процессы в мозгу снорка нельзя обратить. В самом деле – если есть процесс, превращающий человека в биоробота, почему бы не быть и процессу обратному?

-Так снорки…

-Так снорки, при определённом стечении благоприятных обстоятельств… Но, я, однако, ограничусь намёком. Безусловно, мы не можем выдавать в эфир все секреты игры.

-Большое спасибо. С Вами был Джон Питерс, внештатный корреспондент «Игровых Новостей».

Жив, курилка! Выключаю визор.

* * *

-Ты бы ещё консервных банок притащил!

Я строг, но справедлив. Для того чтобы выполнить очередное задание Сержанта, мне приходится некоторое время побыть Сидоровичем. Руководство МПИ в курсе. Не знаю уж, что им наплели. Разумеется, Сидоровичей в игре много, и большинство из них боты. Однако сервер фильтрует данные подходящих под описание, и, все они направляют свои виртуальные стопы ко мне. А дело заваривается нешуточное. Начиналось как обычный вызов. Но вот заданием Игорь огорошил…

-Да. Именно бот. Именно проклял.

С недоверием смотрю Сержанту в лицо. Он совершенно серьёзен.

-Что-то я туплю. Объясни ещё раз!

-Важный для нас сотрудник АГБ в прошлую пятницу был проклят. Сейчас находится между жизнью и смертью. Мы делаем всё возможное, но тебе лучше поторопиться.

По его мнению, то, что я сижу здесь и выспрашиваю информацию, которую он скармливает чайными ложками – это потеря времени.

-Его проклял бот? Как???

-Перед смертью.

У каждого игрока есть кастомайзинг – сумма индивидуальных настроек. Например, хочешь, чтобы боты при встрече говорили тебе «Хэллоу!» или «Салям!» вместо стандартного «Здрасьте!». Или в бою орали не стандартные фразы типа «Заходи слева!», а что-нибудь более закомелистое – флаг в руки! Наверное, можно изменять и предсмертные слова…

-Он что, сам вставил это проклятье?

-Конечно, нет. Тут постарался кто-то из хакеров, мы над этим работаем сейчас. И ещё – это дело отчётливо попахивает серой.

-И, конечно, имени этого бота он не запомнил? Только примерное описание?

-Блин, а ты всех убитых ботов по фамилии помнишь?

А верно. Кто их запоминает? Не до того в сутолоке боя.

-И что, после респауна он что-то будет помнить?

-Конечно, нет. Но это и не нужно.

Всё это я прокручивал в голове, не забывая делать хмуро-мужественное выражение лица, и хмуро-мужественным голосом вещать:

-Ну, проветришься – заходи.

Открывается дверь перед очередным посетителем, и, одновременно приходит сигнал: «Сдай дела». Добросовестно нажимаю на кнопку «Сдать дела».

Оказываюсь в «подсобке». Игорь уже там. Протягивает незнакомый экзоскелет.

-Переодевайся.

Разбираюсь с системой креплений, заодно получаю последние новости.

-Накрыло его. Попал в пси-аномалию, так что теперь он – зомби.

Хорошая новость.

-Так он теперь не сможет, в случае чего, произнести проклятье?

-Во-первых, проклятье имеет силу только в случае его «смерти». Во-вторых, ты уверен, что кастомайзеры об этом не позаботились?

-И что будем делать?

Я в некоторой растерянности.

-Я переговорил с Админом. Сейчас сюда подгонят «Ураганы».

Ого!

-Как перед публикой объяснимся?

-Объявлен рейд по зачистке зомби. «Бей зомбей», «За чистый разум», ну и всё такое подобное. С призами и фейерверками. Но ты не волнуйся, в опасный район никто, кроме спецотряда не попадёт. Ты, кстати, командир.

Лестно.

-У твоего отряда будет антимагическая защита. Так что, действие проклятия будет сильно ослаблено.

-Насколько сильно?

-Не нервничай. Твой экзоскелет, кстати, с боем выцарапали из запасников игры. Абсолютная защита от стрелкового огня, взрывов, воздействия радиации, и прочего. Единственный экземпляр. Так что контроль над исполнением – на тебе.

-В смысле?

-В смысле – после огня «Ураганов» ты лично обойдёшь всё. И проверишь. Если надо – добьёшь.

Весёленькая перспектива.

-Впрочем, если боишься…

Думаю две секунды.

-Не боюсь. Если что – ты меня вытащишь. Да и в такой броне по Зоне прогуляться – это ж мечта!

* * *

-Вашу ж мать!

Штыком наотмашь – благо, в беспечно-радостной толпе убийство проходит незамеченным.

-Посторонись, уроды!

«Ураганы» вышли на позиции, вот-вот сыграют, а я всё ещё не могу выбраться из объятий конфетно-серпантинной толпы.

-Мать, перемать, супермегамать!

Я совершенно точно не успеваю. Мой суперотряд уже рассредоточивается по болотине – у каждого нашивка «Спешл» на рукаве, и уверенность в сокрушении всех зомбей в мире в сердце. Лишь один я знаю правду. Часть правды.

-Вашу ж мать!

Уроды, с вашими флажками, баннерами и прочей хренью! Я не успеваю, и, вертолёт «Ми-177», демонстрируя чудеса взлётных характеристик, улетает без меня. На нём не меньше пяти съёмочных групп со всей возможной аппаратурой.

-Расступись!

На ходу связываюсь с отделением реактивной артиллерии. Новость хорошая – всё готово, машины перенастроены, снаряды подвезены. Новость плохая – из-за толпы в районе залпа, произвести нечто вразумительное невозможно. Я зверею.

-По азимуту! Под мою ответственность! Прямой наводкой!

Наверное, такого ещё не было. Установки залпового огня (среди «Ураганов» замечаю четыре «Смерча» и две установки особой мощности «Тяжин») синхронно производят ЗАЛП…..

Вырванная с корнем осинка бьёт наотмашь, и, улетает далеко-далеко. У меня абсолютная защита, мне по барабану. Врубаю максимальную скорость, и бегу к пункту назначения.

Мне никто и ничто не мешает – суммарная мощность залпа могла бы заставить покраснеть и Хиросиму. Замечаю сзади и слева группу телевизионщиков – впрочем, через секунду их слизывает повторный залп. Деревья гнутся, и, с мучительным стоном, оставляя насиженные корневища, летят, уничтожая и круша всё, прикрытое бронёй ниже класса «С».

Съёмочная группа канала «2+3» получает дубовый апсдец – завывающие наподобие бумеранга ветви мгновенно производят просеку в рядах пришедших поглазеть сталкеров, заодно уничтожая группу наблюдения и анализа. Мне уже всё фиолетово («Тень», ты знала, на что шла?) – корректирую огонь, стараясь не выпустить никого и ничто, в какой-то момент эмоции окончательно берут верх, и, с диким криком «Баррра!», зажав «Винторез» мёртвой хваткой, я устремляюсь в прорыв.

Остатки спецотряда, выжившие после удара, подхватывают оружие. Я слышу трели «Валов», суматошные очереди «Зигов», в них причудливо вплетаются взрывы тридцати- и сорокамиллиметровых гранат, мне в правый глаз отчётливо прилетает чья-то оторванная кисть с гранатой, и, я зверею. Дальнейшее, к сожалению, я помню весьма смутно.

-Вперёд, рахиты, на Стамбул!

Передо мной мелкое болотце. Почему стоп?

-Мочиии!

Как же давно я тебя ждал!

-Щёлк!

Девятимиллиметровая пуля входит, корёжа и взрывая слабый мозг.

-Извините, не могли бы Вы дать интервью Четвёртому Каналу?

-Линда?

-Охотник?!

И, в этот момент, приходят характеристики очередной точки респауна. И, одновременно:

-Модератора накрыло!

Вызываю штаб:

-Какого Модератора, как накрыло?

-Такого! Послали его к точке старта, трупы за тобой выгребать! Дали баномёт…

-Баномёт?

-Ну тела с поля удалять как-то надо?! Вот и сварганили по-быстрому бота и дали ему права модератора. Не самим же бегать! Прибор на скорую руку соорудили – к обычному «Валу» прикрутили скрипт бана! Уже убитому не страшно – просто исчезает старое тело, и осуществляется быстрый переброс на респаун-поинт.

-А неубитому?

-А неубитому – бан! И угораздило же его в «пси-аномалию» влететь!

Ёлы ж мои палы…

- У моего экзоскелета защита от бана есть?

-В любом случае – ты ближе всех! И учти – боезапас у него – бесконечный.

Линда поднимает глаза от блокнотика. Вид у неё слегка прибалдевший. Интересно, что за информацию пустили в пресс-центр? Распахивает глазки:

-Мы пойдём охотиться на Безумного Модератора?

Сразу же делает важный вид:

-Ах да, ты же не знаешь! Следующий этап Зомбитона – охота на зомбированного модаратора. В знак демократичности праздника – чтобы простые пользователи видели, что перед законом все равны!

Каким законом? Да, быстро у нас штаб работает. И название празднику уже придумали – Зомбитон. Что оно, интересно, означает? Однако надо торопиться. Если туда в самом деле доберутся простые сталкеры, это будет самый недемократический праздник в истории.

* * *

У костра, чинно отпивая время от времени из пустой бутылки, сидят четыре бота.

-А вот я какую историю расскажу!

-Мужики, зомби не видели?

Запыхавшись, врываюсь на полянку. Рассказчик, однако, не уделяет мне никакого внимания – он должен досказать. Остальные тоже – они «слушают».

Ждать окончания скрипта мне невмоготу – оторвался от Линды всего на пару шагов – подбородком нажимаю кнопку связи со штабом, и вдруг…

-Бум!

Пуля попадает в голову рассказчика. Остальные моментально расхватывают автоматы, переходя в боевой режим. Из-за ближайшего покорёженного «КамАЗа» (Сколько лет он здесь стоит с момента аварии? Крепкие раньше вещи делали) характерной «роботообразной» походкой выходит искомое физическое лицо модераторской наружности. На нём высокотехнологичный «научный» экзоскелет высшей защиты, а значит, с одной пули его вряд ли завалишь. Он же, как и полагается зомби, в котором все ресурсы организма мобилизуются на боевые нужды, чрезвычайно проворен и меток.

-Шлёп! Шлёп!

Две пули, и два бота улетают в электронную Вальгаллу.

-Урра!

Линда рывком поднимает камеру, и начинает снимать. Только бы не решил, что это оружие…

-Мачииии!!!!!!

Последний бот падает, извиваясь и демонстрируя все возможности анатомического движка. Остался я. Ну, быть или не быть…

-А ну вперёёёёд!!!!!

Время – условная штука. Когда надо – оно может течь очень медленно. Плавно перевожу ствол вправо и вверх, довожу с учётом движения…

-Щёлк!

«Винторез» выплёвывает раскалённую гильзу. Безумный Модератор некоторое время стоит, затем шумно падает на колени. Затем исчезает. Чудо-«Вал», к сожалению, исчезает тоже.

Линда хлопает в ладоши.

-Ты победил Безумного Модератора!

Не в силах сдержать эмоций, вешается мне на шею. Я стою, и, почему-то мне это ужасно приятно. В таком виде меня и застаёт очередная команда.

-Охотник, он примерно в пяти кэмэ к северу! Точные координаты неизвестны, попробуем навести с вертолёта!

-Линда!???

Это уже не из шлемофона. В двух шагах в составе съёмочной группы стоит Ингеборге. И так смотрит….

-Ладно, девочки, мне пора!

Стараюсь дипломатично не доводить дело до скандала, а, если честно, попросту убраться подальше от двух разъяренных дам. Душа, между тем, отнюдь не прекращает петь, а вместо этого, выдаёт новые, невиданные доселе рулады. И чего я радуюсь? Не понимаю сам.

-Охотник, поправка, четыре километра на северо-восток.

Принимаю поправку, и влетаю в аномалию. Электра. По привычке зажмуриваюсь, однако создатели суперкостюма своё дело знают. Экзоскелет держит удар.

-Охотник, мы тебе танк в помощь послали!

И подозрительный смех.

-В смысле?

-Трупы за тобой убирать. Чтоб очередного Безумного Модератора не получить, взяли Т-72, поставили баномёт, получился Баномётный Танк – БТ-72! Бугага!!!

Вот сволочи.

-А ИИ вы ему какой поставили?

-Да взяли три стандартных из экипажа, и в один объединили!

-А он к пси-излучению иммунный будет?

-Конечно. Они ж все в танке! Ой… Блин! Толя, дай команду на возврат! Поздно, он уже на автомате! Какого…

Связь обрывается. Ну, Кулибины… Не хватало ещё Безумного Баномётного Танка… А, впрочем, одной легендой меньше, одной больше.

Хотя, надо теперь думать, как бы и под его удар не попасть. Надеюсь, они баномёт не к пушке прикрутили? Не успеваю додумать мысль.

-Охотник, будь осторожней!

Едва не вляпываюсь в «карусель».

-Что такое?

-Недалеко от тебя собирается несанкционированный митинг. Привлечённые нашим праздником сюда собираются апы и аны.

-А кто это?

-Отстал ты от жизни. Антипатриоты и антинационалисты. Вообще-то, по жизни они конкуренты, но сейчас объединились.

-Чего им надо?

-Агитируют за проведение гей-парада на Красной Площади.

Спотыкаюсь и чуть не падаю.

-На реальной Красной Площади? А здесь-то что забыли?

Небольшой, но крепко стукнутый на всю голову тушкан выпрыгивает из-за камня, и, с видом «всех порву, один останусь», пытается прокусить экзоскелет. Некоторое время безуспешно стараюсь стряхнуть настойчивого зверя, затем смиряюсь, и, уже не торопясь иду дальше. Невдалеке сенсоры действительно улавливают сильный шум. Вроде бы, там очередной Лагерь Новичков.

-Это они?

Небольшая пауза.

-Да нет. Это новички собираются тех апашистов и ананистов мочить.

-Кого?

-Ну апанистов и анашистов… Тьфу! Апов и анов.

-Как?

Я что-то плохо соображаю. Да ещё подлый тушкан пытается прогрызть в ботинке норку.

-Апально и анально! Из ПМов своих, блин, как ещё?

-Так «покраснеют» же новички! В бандиты будут зачислены все.

-Именно! Бондор уже лапы потирает. Там человек двести уже. «Полному Песцу» - сразу на треть пополнение. Если все к нему. На праздник народ пришёл поглазеть.

Снова перехожу на бег. Чтобы срезать, лечу через Серый Лес, в другое время нипочём бы не сунулся, но сейчас от аномалий иммунитет, так что можно попробовать. Проскакиваю насквозь, и, останавливаюсь. Впереди снова звуки. Но уже другие.

-Эй, а мальчишки нас симпатичные мочить придут?

-Как это с их стороны нетолерантно.

-Да они же просто фаашысты! Нет, ещё хуже – патриоты!

Вот ёлы. А мне ж мимо них пройти надо. Броня, конечно, защитит, но как-то очень неприятно. И вдруг, в какофонию расслабленных неформальных голосов вплетаются знакомые звуки. Скрежет траков по старому бетону. Удивляюсь, почему нет рёва дизеля, и только через секунду понимаю, ЧТО это.

-Ой, это телевиденье нас снимать приехало. Хотя нет, не телевиденье…

Секундная пауза, и, стократ усиленное динамиками:

-Заряжай… МАЧИИИИ!!!!!!!!!!!

Он всё-таки попал в ту аномалию… Смеяться нету больше сил, поэтому я просто, скупо и лаконично докладываю о ситуации. Через минуту на связь выходит Сержант.

-Охотник, отбой. Отследили мы бота, он в гравиконцентрат попал. Слабенький, правда. Но выйти не может. Где-то через час его добьёт.

-Может, мне помочь?

-Не надо. Мы засекли магическую активность, лучше не рисковать. Подождём следующей реинкарнации. А ты отдохни с часик. Хочешь, к нам на чашку чая загляни?

-Да я уж как-нибудь перекантуюсь.

* * *

Выхожу из игры, и, не торопясь, иду по вечернему Диптауну. Присаживаюсь на скамейку. Сразу же в руки порхает какая-то рекламная газетка. От нечего делать читаю:

«Арестован покупатель контрафактного аспирина!

Как всем давно известно, покупка нелицензионных лекарств – одно из самых страшных преступлений. Недавно пенсионер С….»

Лень читать про пенсионера С. Переворачиваю страницу. Там небольшой, но доходчивый комикс. На первой картинке радостные детские лица – детки играют в песочнице. На второй – в куче песка что-то подозрительно блестит. На третьей – дети гурьбой бегут по направлению к источнику блеска. На четвёртой – кровавая лужица на песке. Дует ветер – и она складывается в надпись «Останови производителей стекла!»

Что-то я давно нигде не видел песочниц. Далее идут агитки «Долой клонофобию!» и «Гражданские права Виртам!». Скучно. Листаю ещё.

Весь следующий разворот – реклама «Ньюс-Лив». Чувствую потребность развлечься. Служба «Ньюс-Лив» - сравнительно недавно вошедшее в моду явление, когда мировые новости озвучивают сами ньюсмейкеры – известные политики, министры, даже президенты. Правда, тут есть забавный нюанс. А в главный зал пускают только журналистов...

Активирую наладонник. Захожу на «Медиа Интернэшнл». Плачу небольшой сбор и регистрирую виртуальный журнал. Как бы его назвать? «Урюпинский Олигарх» - пошло, да и, кто бы мог подумать, занято! «Вечерний Кровосос» - тоже. Ещё пара попыток выдумать оригинальное название – и удача. Газета «Джедайская Правда»!

Быстро заполняю первый выпуск всякой шелухой, надерганной из других изданий, не забывая указывать первоисточник, затем пару минут мастерю виртуальный бейджик. Меняю повседневный костюм на элегантную «тройку»… Готово! Кликаю на баннер «Вход», меня втягивает в газету, и, через пару мгновений (хорошая связь!) – вуаля, я внутри. Верчу головой, читая надписи. «Зал Технических Новостей». Интересно, но не сейчас. «Скандалы, интриги, расследования». Нет. «Экологии сельского хозяйства». Тоже вряд ли. «Запад - Восток», читает А. Смайлер. Расплываюсь в улыбке. Абдулла Смайлер, он же «Брюссельский Перец» - временный глава Евросоюза! Вглядываюсь в строчки поясняющей информации – так и есть, запись! Ну, сейчас повеселимся!

Перед записью любой новости ньюсмейкер проходит интеллектуально-психологический тест, благодаря которому операторы «Ньюс-Лив» формируют его виртуальное Альтер-эго, или, говоря профессиональным жаргоном журналистов, психоматрицу. Данная матрица занята в основном тем, что в отсутствие самого ньюсмейкера отвечает на вопросы журналистов его голосом, используя его внутреннюю логику, и оперируя сведениями, почерпнутыми из специально по такому случаю составляемой базы данных. И вот тут иногда бывает интересно.

Настолько интересно, что, бывает, иные политики вовсе не рискуют этой службой пользоваться. Однако, популярность – дама капризная. Хочешь быть в заголовках – будь на виду.

Что касается Смайлера, то он уже долгое время является персонажем шуток и беззлобных анекдотов, за которыми охотится и которые запрещает Министерство Пропаганды ЕС. Бывает, и авторам достаётся год-другой Сахарской Исправительной.Будучи ещё только кандидатом в Европарламент, Смайлер не имел совершенно никаких шансов на успех. Ещё бы – белый гетеросексуальный мужчина-католик. Но, хитро извернулся, полежал месяц в клинике, и – вышел оттуда, блистая наичернейшей кожей, и двумя, как бы это помягче сказать, псевдомолочными железами. Потратил кучу денег, конечно, зато, на следующий год уже – глава ЕС. В больнице же принял ислам. До этого был то ли Майклом, то ли Томом.

Захожу в зал, становлюсь в очередь. Пристраиваюсь за репортёром «Канадского Лесоруба». Передо мной ещё с десяток журналистов, есть время обдумать вопрос. Покуда вслушиваюсь в происходящее:

-Скажите, что Вы думаете о новом Законе об Антирекламе?

-Я считаю, что это правильный закон!

-Что Вы думаете по поводу расстрела спамеров в Китае?

-Я считаю, что права человека были нарушены!

-Многие говорят, что Вы некомпетентны!

Присматриваюсь. Молодая то ли японка, то ли кореянка.… Читаю бейджик: «Женьминь жебао». Однако.

-Я считаю, что я достаточно компетентен для своей должности!

Приходит идея. Дожидаюсь ответа на вопрос лесоруба, и, вставляю свои семь копеек в мировую журналистику.

-Что Вы думаете о проблеме самоубийств в среде зелёных энцефалитных клещей?

Смайлер замолкает. Я почти вижу, как мечутся электроны по цепочке «Экология – здравоохранение – политика - право»

Наконец, выдавливает:

-Мы не против эвтаназии, как таковой…

Замолкает. В зале, между тем, слышны первые смешки.

-Но окружающую среду нужно защищать!

Смешки становятся громче.

-Что Вы думаете о проблеме самоопределения молодых половозрелых сусликов весом менее пятидесяти килограммов?

Сейчас электроны бегают дольше. Проблема самоопределения явно из числа наиболее щекотливых.

-Мы с удовольствием примем их в нашу братскую европейскую семью!

Смешки переходят в смех.

Кую железо, пока горячо:

-Является ли шведская семья полноценной моделью европейской?

Лёгкий ступор и блестящий ответ:

-Нет, это шведская семья берёт европейскую как модель!

Смех за спиной перерастает в полноценный гогот. Громче всех веселятся китаянка и, почему-то, канадский лесоруб. Вежливо благодарю за интервью и испаряюсь.

Ну, теперь интернет похихикает! Впрочем, такому слону, как Смайлер, одной такой дробиной больше, одной меньше.… Возвращаюсь на ту же скамейку. Газетёнка уже улетела, вместо неё в руку настойчиво тычется пульт с большой красной кнопкой «Плей».

Время ещё есть. Включаю, и, как раз попадаю на очередной антирекламный ролик. Серьёзного вида бородач в белом халате проводит какой-то опыт. Неприятная бурая жидкость в реторте в течение двух секунд (показан значок ускорения времени) разлагает здоровенный кусок мяса. Потом растворяет вилку. Корродирует металлическую деталь.

Бородач показывает крупным планом надпись на реторте: «Кока-кола, лабораторный образец, обращаться с осторожностью», и, глядя в камеру, с лёгкой грустью произносит:

-И вот это вы пьёте?

Добавляет с оптимизмом:

-Пейте Пепси!

Кадр застывает, внизу появляется надпись: «Ни один пункт закона об антирекламе не нарушен».

Переключаю канал, и попадаю на свой любимый космосериал «Истребитель». Бравый герой как раз очистил от вражеских роботов здание инопланетного музея, и получает от правительства какую-то награду. На заднем плане живописно дымятся руины того самого музея. Некоторое время с интересом наблюдаю за развитием сюжета, однако, через положенные законом десять минут фильм снова прерывается на рекламу.

Бросаю пульт на скамейку, и, не спеша иду по Большакова-стрит. Дорогу мне, однако, перегораживают две фигуры в строгих чёрных костюмах. Смотрю на них внимательно: Один негр, другой европеоид неопределённого пола.

-Корреспондент «Джедайской Правды»? Пройдёмте с нами, у нас к Вам пара вопросов.

Решительно освобождаю рукав, и, посылаю европейских хорьков туда, куда они, по моему глубочайшему внутреннему убеждению, уже не раз ходили. Все эти штучки насчёт внушительного вида и голоса мы уже знаем, проходили. Нету у них здесь никаких прав.

-Мы просим Вас пройти добровольное сканирование канала связи.

-Да ну? С какой это стати?

Вежливо обхожу нахохлившихся шпиков, и, насвистывая «Не плачь, Сюзанна», удаляюсь. Смотрю на таймер: Пора. Время, что называется, провёл весело и с пользой.

Вхожу в игру, сразу получаю сообщение: «Включи связь». Включаю.

-Охотник, есть новости. Мы тут вместе с программерами поработали, и нашли способ справиться с проблемой. Технические детали тебя не касаются, от тебя требуется, чтобы в течение часа с ботом ничего не случилось. Чтобы его никто не убивал, чтобы он не попадал в аномалии, и всё такое прочее. Справишься?

-Как его зовут?

-Эдуард «Вампир» Драгунов.

-Ого! Шутники ваши программисты. Ладно. Где он?

Эдуард сидел в одиночестве у костра, потягивая пиво из непрозрачной бутылки. Я усмехнулся – проще изменить прозрачность объекта, чем сделать адекватное наполнение нескончаемой жидкостью.

Увидев меня, «Вампир» обрадовался:

-О, привет! Пойдём на кабана?

-Не, в лом. Давай тут посидим.

Уловив ключевое слово «в лом», объект усмиряет охотничий инстинкт, и включает подпрограмму «Душа компании».

-А ты знаешь историю про сталкера, которого тёща «заказала»?

Ох, лучше бы мы пошли на кабана. Но, делать нечего, терплю.

-А вот ещё что про Сидоровича и плотей на Кордоне рассказывают…

Украдкой смотрю на часы. Не выдержав, запрашиваю срок действия подпрограммы. Получаю ответ – от пяти минут до часа. Достаю банку энергетика, пью, бараньим взором уставясь в костёр.

-Приходит как-то контролёр в бар…

-Порвался у снорка противогаз…

-Однажды украли у бандита гитару…

-Подходит кабан к плоти…

И, конечно же, пропускаю момент атаки.

-Вась, смотри, какие боталы!

Два молодых бандюгана с интересом разглядывают мой прикид.

-Ты посмотри, какой комбез козырный!

Мой подопечный трясётся в позе «руки за голову», работают подпрограммы «Испуг» и «Заложник».

-А ты чего, чудило липовое? Руки за голову, на!

Нетиповой лексикон, мимика и жесты. Не боты – игроки. Замедленно тянусь к вещмешку, достаю непочатую бутылку водки. Прикладываю к закрытому забралу, «пью». Отрываюсь, радостно смотрю на прибывших.

-О, мужики, а пойдёмте на кабана охотиться?

На меня подозрительно косятся.

-Вась, странный какой-то бот. Может, у него подпрограмму заело?

-Да, такое бывает. (Громко, как глухонемому) Эй, мужик! Мы не пойдём с тобой на кабана! Мы тебя грабить будем! Грабить, воровать, ройберн, стил, ферштейн?

Полиглоты хреновы. Подыгрываю:

-О, йа. Ихь канн ойхь ферштеен!

Первый бандит толкает второго:

-Ты чё наделал! Он на немецкий теперь перешёл! Может, просто его шлёпнем?

-Ты что, сбой в программе вызовешь. Античит сработает и фиг тебе, а не комбез! Эх, классный. Не меньше косаря уйдёт!

-Да ты чё «уйдёт»! Сам носить буду!

Про моего подопечного уже благополучно забыли. Тормошат меня за плечо:

-Эй, мужик! Мэн, как тебя! Нихт шприщ зе дойч, андестенд, понял?

Включаю инглишмена:

-Йес, ай андестуд!

-Блин, он теперь на английский перешёл! Чё делать? Ты глянь, какая броня, какая система фильтрации! Может и впрямь – читануть?

-И долго ты читанутый комбез проносишь? До перезагрузки?

-Да, ситуёвина. Слушай, а если с ним, правда, на кабана пойти? Кабан его грохнет, а шмотки – нам.

-Давай! Эй, мэн, ду ю вонт ту хант э пиг? Блин, как «кабан» по-аглицки будет? Ви-ви, наф-наф, пьятачок, ферштейн?

-Йа-йа!

Делаю ещё «глоток» из неоткупоренной бутылки.

-Да кабана он сам грохнет за нефиг делать! Надо на химеру идти! Она его точно сделает!

-Придурок, она и нас с тобой сделает! Эх, в аномалию бы его заманить… Так доставать потом проблемно. Да и повредятся вещички-то!

Мне надоедает, и я, выключив внешний динамик, связываюсь со штабом:

-Спецы, у меня в рюкзаке граната плазменная есть. Можете ей внешний вид изменить на пять минут?

Там лёгкий шок.

-Зачем? Ну, если очень нужно…

-Тогда слушайте…

Отставляю бутылку, поворачиваю голову:

-Мужики! А не хотите на Поле Артефактов сходить?

В ответ два очень жадных взгляда:

-Хотим!!!

Достаю из мешка гранату. Больше всего она теперь похожа…, нда, господа программеры, я вам эту шутку припомню. Впрочем, кнопка видна отчётливо.

-Через две минуты вон за теми кустами (показываю, за какими), откроется невидимый проход. Чтобы его визуализировать, надо активировать этот артефакт. Встаньте поплотнее друг к другу, артефакт держите промеж себя. И нажмите на эту, хмм…, кнопочку.

Бандиты с подозрением смотрят на меня, артефакт и кнопочку, потом жадность пересиливает осторожность. Слышу долгое «Топ-топ-топ-топ», затем короткое «Буммм!». Снова связываюсь со штабом, даю отбой. Сейчас по всей Зоне плазменные гранаты обретают первозданный вид. Если повезёт, то никто ничего и не заметит.

«Вампир» же по истечении действия «Испуга» переходит в обычный режим.

-Чего погрустнели, мужики?

Некоторое время Эдуард развлекает сам себя игрой на гитаре, я же смотрю на секундную стрелку своих «Сталкерских». И, опять не замечаю подхода гостей. Их двое, оружие за спиной.

-Здравствуйте, братья!

Кто братья? Кому братья?

-Задумывались ли вы, братья, почему этот мир так причудливо раскрашен?

В недоумении пытаюсь разглядеть причудливость раскраски в сером подзоле, серых пыльных кустах, сдуру смотрю зачем-то на серый пепел прогоревшего костра. Потом понимаю, что люди имеют в виду не конкретно этот мир, а мир вообще. Блин, проповедники! И сюда добрались. Вообще-то, я эту публику знаю. Расскажут свои байки, потом покажут пару чудес. Ну я вам сейчас…

-Спецы, опять левого заработка захотелось?

Секундное молчание, затем трубку берёт Сержант.

-Да, Охотник, что такое?

-Спроси у этих спецов двинутых, с кем они сегодня о чудесах договорились?

Снова пауза, мой вопрос переадресовывается обратно в святую святых ГСС. Через некоторое время озвучивается ответ.

-Секта ксенофилов. День массовой работы у них сегодня. А что, сильно достают?

В рамках полномочий, которыми меня наградила РПЦ в лице Сержанта, я, наверное, почти Бог. Вот сейчас и проверим.

-Что за чудеса?

-Да ничего особенного. Лицо их предводителя на пять секунд в небе мелькнёт. Так никто из посторонних и не заметит, всё в определённое время, в определённом квадрате. Если знаешь, куда и когда смотреть – увидишь, если нет…

Оправдываются. Это хорошо.

-Что ещё?

-Ещё лозунг. Небольшой. Насчёт братской любви всех цветов…

-Тоже на пять секунд?

Некоторая заминка.

-На минуту. А что?

-Деньги уже получили?

Проповедники уже успели разобраться с ботом, и, переключают внимание на меня. Я сижу лицом на восток, тупо пялясь в пространство и шевеля губами – общаюсь со спецами. Со стороны меня, наверное, можно принять за какого-нибудь пророка.

-А ты, брат, согласен с Теорией Великого Спектра?

Поднимаю взгляд. Отшатываются.

-Кого ты, сын ослиной кобылы, посмел назвать братом? Да я…

Приходит вдохновение.

-Я из секты «Тамбовские Братья»!

В глазах у проповедников сомнение.

-Знаешь ли, брат, настоящие верующие не называют себя сектой. Мы говорим – религия, организация…

Но меня уже несёт.

-Именно это и пытаюсь втолковать вам, о, нечестивые! Вы погрязли в гордыне! Вы всегда считаете правоверными только себя?

Очень удивлённые лица.

-А Вы?

-А мы не считаем! Мы знаем, что мы не совершенны! Что наши заблуждения ошибочны! И именно это даёт нам право обличать вас – мерзких ханжей!

Наблюдаю неподдельный интерес.

-Вон какая у Вас доктрина… А что, это может быть интересным. Не подскажете контактный телефончик? А впрочем, неважно. Раз Вы сами признаёте свою концепцию ошибочной…

Ухитряется изобразить мимикой неподдельную вселенскую грусть.

-То, может быть, хотите войти в мир истинной веры?

Блин, похоже, ему по кайфу перевербовывать конкурентов. Украдкой смотрю на часы. «Вампир» заканчивает терзать гитару, и, делает вид, собака, что внимательно вслушивается в разговор.

-А чем вы докажете, что у вас – истинная?

Оба снова собраны и уверены в себе. Они на своём поле, здесь их не переиграть.

-Узри же

Широкий плавный жест в небо.

…нашу правоту!

Деловито:

-Да нет, куда смотришь, вон туда!

На небе белые пушистые облачка медленно складываются в текст:

«Уважаемые сталкеры! Сегодня, и только сегодня у нас праздник – День Ксенофоба! Убей двух ксенофилов – и получи полную очистку кармы в подарок, а также, три месяца бесплатной игры! Предложение действительно только сегодня!»

И, с некоторой задержкой:

«Как говорят адепты Тамбовского Братства: Да, я неправ – но это меня не остановит!»

Ёпт! Кажется, я забыл выключить микрофон. Буквы тем временем краснеют, и, застывают, слившись в гигантскую, на полнеба надпись:

БЕЙ КСЕНОФИЛОВ!

Наблюдаю коллективный отпад челюстей. Первым опомнился, как ни странно, младший. Издав какое-то невразумительное хрюканье, он хватает старшего собрата под руку, и бегом ведёт по направлению «ну-его-нафиг-отсюда». В глазах у него, между тем, читаю тщательно скрываемое желание бухнуться к моим ногам и прямо сейчас вступить в «Тамбовские Братья».

А и правда, не основать ли?

Утро пожирателя рекламы.

Следующий день начался с чувства, что я о чём-то забыл. И только войдя в Вирт, я понял о чём. Забыл заплатить. Нет, бесплатно входить в виртуальность можно. Но есть некоторые досадные нюансы… Рванув с места, я бросился к ближайшему отделению Сбербанка. Дорогу мне преградил робот. И вообще, окружающая действительность менялась.

Вдоль дороги, как грибы после дождя, вырастали рекламные щиты. На пустых до этого момента стенах стали появляться вывески. Число прохожих утроилось, причём, если одна половина из новоявленных была обычными реклам-ботами, то вторая представляла собой более грустное зрелище.

Люди. Люди, забывшие заплатить за вирт, или, как всё ещё по старинке продолжают говорить, за инет. На лицах этих бедолаг застыла обречённость, а на рукавах, спинах, и прочих частях тела вовсю хозяйничали рекламные объявления. Мало того, что эти адвертайзеры здорово тормозили вирт, так ещё и не позволяли контролировать своё содержание.

Прямо скажем – небольшое удовольствие представлять из себя ходячую рекламу туалетной бумаги. Или средства для мытья сантехники. Или ещё какую-нибудь гадость. И ничего не поделать – плата за бесплатность! Многие из этих программ, к тому же, не брезговали исподтишка вытягивать из клиента разнообразную информацию. Вот уж это мне точно ни к чему!

Резко потемнело. Я задрал голову – по небу плыл танкер. Громадный, наверное, самый большой из построенных. Медленно и неумолимо он рассекал незримые волны, а затем, внезапно стал переворачиваться. Вот тут и оказалось, что наполнен он был водой. Тонны, кило-, и мегатонны воды ринулись вниз … прямо в гигантскую заботливо подставленную кем-то ладонь.

-Навалился океан проблем? Ниипет! Идеальное решение…

Преградивший мне дорогу робот, как раз и оказался продавцом этого замечательного средства. Да в самом деле, купить, что ли одну? Я схватил робота за руку и рявкнул:

-Ниипет, или ниипет-вирт?

Потом, конечно, осознал идиотичность этого вопроса. Робот, тем не менее, с достоинством ответил:

-Ниипет-вирт. Просто ниипет продаётся в реале. А вот не желаете ли…?

-В баню! Дай одну таблетку!

-Два пятьдесят, будьте любезны. А вот не желаете…

-Держи. И отвянь.

Руки тряслись, я никак не мог поднести успокоительное ко рту.

-Я хотел бы Вам предложить…

-Отстань, железяка!

Робот неожиданно обиделся.

-Я, вообще-то, не железяка. Я вполне себе вирт. И, если Вы страдаете ксенофобией…

Некстати вспомнив вчерашних ксенофилов, начинаю дико хохотать. Вообще, виртуалы, или, как они себя называют, вирты, давно и пока безуспешно борются за признание их разумными существами и уравнивание статуса с людьми.

Вообще, проблема здесь лежит в ИИ. Создавать искусственный интеллект, более или менее копирующий человеческий, программисты навострились уже давно. С тех же примерно пор остаётся открытым вопрос о его статусе.

С одной стороны – программа, выглядящая как человек, говорящая, как человек, и имеющая реакции, адекватные человеческим, вроде как и права соответствующие должна иметь.

Но с другой – как провести грань, кому эти права дать, а кому нет? Тут и в Реале проблема возникнуть может. Вот, к примеру, экскаватор. Управляется, естественно, ИИ. И что теперь? Нанимать его на работу согласно трудовому законодательству? Платить зарплату? А сколько? Если за объем выполняемой работы, то очень скоро роботы станут финансовыми хозяевами мира.

И как быть с соцпакетом? Предоставлять ли отпуск? Как и где «лечить»? Разрешить ли создавать семьи между собой и с людьми? Много вопросов. Опять-таки, служба в Армии. «Товарищ авианосец, разрешите обратиться к товарищу эсминцу?».

Между тем, виртуал, наблюдая за моими спазмами, холодно произносит:

-Да, вижу, что не страдаете. По-моему, Вы ей наслаждаетесь.

Заканчиваю смеяться.

-Расслабься, парень. Просто, сегодня не мой день.

-За инет не заплатил?

Вирт проявляет недюжинную дедукцию.

-Кстати, можешь сделать трансакцию через мой терминал.

Расстаёмся вполне довольные друг другом. Реклама исчезает так же внезапно, как и появилась. Провожу самосканирование – единственный найденный спай-модуль подвергается жестокому уничтожению. Прохожу ещё два квартала, вспоминаю о релаксанте, и выбрасываю таблетку в ближайшую урну.

На Тенях сегодня тихо. Селдес представляет новую программу-переводчик, остальные внимательно слушают.

-Таким образом, программа не ускоряет существенно перевода при общении с носителем языка. Однако – при прослушивании новостных лент благодаря чтению подстрочника фактически получается эффект синхронного перевода. Скачать можно с офсайта Теней. Раздел «Обменник».

-При переводе музыкальных произведений есть дополнительная опция – стилизация под музыкальную культуру разных стран. К примеру:

Раздается оригинальное звучание рэпера Блэк Ганса, и, сразу же, музыкально оформленный под «Владимирский Централ» перевод:

-Гребучая Синг-Синг, ветер с прерии…

Пока народ вдумчиво тестирует новинку, Сел тихо раздаёт задания.

-Охотник! Хорошо, что зашёл. Для тебя есть работа по профилю.

-Украсть кошечку-собачку?

-Взорвать всё к чертовой матери вдребезги и пополам. Вот здесь располагается рекрутская всемирной организации «Бомберика’с Арми». Твоя задача – чтобы завтра на её месте была воронка, а послезавтра об этом несчастном случае раструбили по Би Би Си. Справишься?

-А чит-коды есть?

Вход в рекрутскую оформлен с пафосом – развивающиеся флаги, трубы, пушки времён то ли войны за независимости, то ли дня «д». Во дворе меня встречает супротивник в количестве примерно одного взвода.

Вразвалку подходит раскоряченный сержант, одобрительно смотрит на мои трицепсы. Раскрывает пасть:

-Хакер?

Как это меня вычислили? Ах да, сейчас мало кто качает мышцы, кроме закоренелых обитателей киберпространства. В рядах взвода охраны меж тем слышатся смешки. Кто-то в задних рядах вполголоса очень остроумно рифмует «хакер-мазафакер». Ну всё, казус белли есть.

Отставляю ногу, и нагло гляжу в чёрную рожу.

-Слыхал я, робяты, шо русскому спецназу вы и в подмётки не годитесь?

Шевеление прекращается, на меня смотрят, раскрыв одинаковые, подведённые гигиенической помадой рты.

-Как ты говоришь? В подмётки?

-Ну да. Тут вот уже некоторые говорят, что «Бомберика’с Арми» - фуфло и полный отстой.

Наблюдаю одинаковое покраснение лиц. Надо же – даже негры краснеют! Я же, небрежно достаю из-за пояса рогатку, а из кармана гроздь ржавых гаек. И начинаю охоту!!! Пули из доисторических М-16 проходят меня насквозь, не причиняя никакого вреда. Гайки же, разогнанные чит-системой до очень приличной скорости, сокрушают лбы и переносицы, пробивают новейшие навороченные каски и кевларовые бронежилеты.

Оппоненты один за другим выходят в реал по превышению болевого порога. Я же, прицельным выстрелом снимаю с вышки часового, зачем вежливо машу рукой отирающейся поблизости банде журналистов, и громко так поясняю:

-Эта база только что была захвачена русским спецназом! А теперь посторонитесь, джентльмены, сейчас здесь будет ядерный взрыв.

Взрыв получился что надо! Вдоволь наглядевшись, выхожу из клип-режима. И иду домой – отсыпаться.

Наутро не спеша просматриваю свежую прессу. Странно, о вчерашнем происшествии – ни слова. Открываю карту – вот она, рекрутская, такая же, как была. Ах, вот как! Господа журналисты решили совместить вторую древнейшую профессию с первой! Что ж, будем считать, я уже разозлился.

Вхожу в восстановленную рекрутскую, лихо печатая шаг. Ко мне лениво подходит давешний сержант, но, узнав, медленно меняется в лице. На нём последовательно сменяют друг друга страх, гнев, снова страх, и очень хитрая радость. У остальных замечаю похожую реакцию.

-А мы тебя ждали!!! – Говорит кто-то предельно неискренним голосом. Контратакую:

-Вам понравилось? Я так и знал.

Предвосхищаю реакцию:

-Не бойтесь, сегодня я без рогатки.

Превращаю улыбку в оскал:

-Сегодня я вас буду рвать голыми руками!!!

Кажется, кто-то хлопнулся в обморок. Сержанта, однако, так просто не возьмёшь.

-Ты кое-чего не знаешь, хакер. Во-первых, мы поставили качественную противоатомную защиту. А во-вторых – пауза – мы убрали себе выход по болевому порогу!

Медленно киваю головой. А что – с их возможностями вполне могли это сделать. В голове зреет адский план. Снимаю с пояса ремень и наматываю на кулак. Значит, по болевому воздействию выйти не сможете…

Первым же ударом ломаю челюсть афросержанту. Вторым – разбиваю кому-то переносицу. В меня снова пробуют стрелять – сработанная Селдесом защита держит и пули, и удары прикладом. Успеваю вырубить троих, когда замечаю неладное – остальные, бросив оружие, быстро становятся на колени, закидывая руки за головы.

Сдаются? Не может быть, это же регулярная армия! Хотя… подозреваю, что и здесь нашего брата дурят.

Через пять минут обалдевший часовой с вышки, которого я грешным делом просто позабыл оттуда снять, наблюдал презанятную картину: взвод бомбериканской морской пехоты нарезает круги вокруг казармы, напевая на мотив национального гимна:

-Бомберика, Бомберика – отстойная фигня!

Затем я их заставил спеть «Катюшу», затем «У солдата выходной». Последнее у них очень хорошо вышло. Душевно. Потом уже они взмолились.

-Не надо нас бить! Мы сделали все, что Вы хотели! Как нам теперь отсюда выйти?

А правда, как? Задумываюсь:

-Есть один верный способ. Выход по болевому воздействию на внутренний орган.

-Это как?

-Ну, например я вспорю тебе брюхо и выстрелю в печень!

Солдат зеленеет и молча валится на руки товарищам. Меняю гнев на милость.

-Впрочем, есть и менее болезненная процедура.

На лицах надежда и жадное внимание.

-Выстрел в рот, думаю, не поможет – зубы я вам почти всем поразбивал, и, хоть бы что. А вот если подойти к этому делу с другой стороны… В общем – пробуйте.

Ухожу под глухие выстрелы и аплодисменты журналистов. Хлопайте, хлопайте! В этот раз я журналюг пригласил правильных. Проверенных.

-Навалял супостатам? Даже афросержанта не пожалел?

Игорь, как мне кажется, веселится вовсю.

-Да я, это. Не против сержантов, в принципе…

-Ладно уж. Молодец! Надеюсь, теперь не скоро оклемаются.

Чек радует содержанием.

-А в чём там, собственно, было дело?

-Да ерунда. Сел зашёл с целью ознакомиться, а ему нахамили.

Видимо, правды я не узнаю никогда. С другой стороны, а оно мне и надо? Разглядываю сумму. Что-то происходит в мозгах, и я, повинуясь минутному импульсу, говорю:

-Сержант. А расскажи мне о Боге?

Игорь не кажется удивлённым. И, в течение ближайших минут я узнаю много для себя нового. Нет, кое-что я, как культурный человек, знал и до этого, но изложенная сухим текстом учебника информация чем-то неуловимо отличалась от того, что говорил Игорь. Внезапно, мне показалось, что я услышал что-то важное.

-Стоп! Можно с этого места поподробнее?

Игорь, не показывая удивления моими манерами, начинает объяснять, и вдруг…

Двери виртуального кафе, в котором мы беседуем, стремительно распахиваются. Двое смутно знакомых людей быстро подходят к нашему столику. Сержант успевает достать какое-то удостоверение, а вот я – не успеваю ничего. Удар разрядника бьёт меня под лопатку, я сижу, и не могу сделать вдох. Через пару ударов сердца понимаю – это был не разрядник. Так вот ты какое, виртуальное оружие третьего поколения…

-Привет от Абдуллы Смайлера! – Скалится один из вошедших, и я вспоминаю, где его видел.

Сознание плывёт, пару мгновений я ещё пытаюсь карабкаться, а затем волны под-, над-, и околорассудка выносят меня в белую комнату. Минуту заворожено смотрю на громадную пятибашенную фигуру. А затем вспоминаю:

-С Днём Рождения, друг!

И, пусть у роботов традиции не так органично вписываются в мир, но – праздновать мы умеем не хуже.

-Спасибо, друг! – Согласно традиции отвечает Мор.

-Что произошло? – Память, как и обычно после переноса, работает урывками.

-Тебя убили. Как восстановишься, расскажи – за что.

-Убили?

Хм, а ведь белковые человеческие существа – люди, совсем не так переносят смерть. Для них это трагедия. И хотя их религии обещают… Стоп!

Память прекращает сбоить, и я, рывком (согласно Традиции, в своём возрасте я должен быть импульсивным) принимаю вертикальное положение.

-Я выполнил задание?

-Да. Сейчас информация обрабатывается старейшинами. У тебя из памяти её стёрли, ты уж извини.

Раз стёрли, значит, имели право. Но, опять-таки, согласно Наставлению По Ситуациям 12-95 лениво произношу:

-Да пустяки, дело-то житейское!

Эту фразу кто-то подслушал в одном из миров класса А, и, с одобрения Центрального Вычислительного Центра, она вошла в Наставления Повседневной Жизни.

-Что дальше с тобой делать, вот в чём вопрос…

Изображаю вежливое внимание. Спохватываюсь, и добавляю выражение лёгкой тревоги. Лицевые мышцы слегка гудят – надо будет показаться сервомоторологу.

-Очень уж ты удачно в этот мир вошёл. И контакты хорошие завязал, да и вообще – на своём месте оказался.

Мор думает недолго – ещё бы, пятидесятикратные, по сравнению со стандартном, персональные вычислительные мощности, и, принимает решение:

-Сделаем бэкап.

Бэкап так бэкап.

Быстро связывается с ЦВЦ, там не менее быстро просчитывают ситуацию, и, дают добро.

-Куда меня вернут?

-На начало разговора в кафе. О религии тебе, понятно, говорить уже не захочется. Кстати, новое задание тебе.

-Ага.

-Закачиваю. Активируется в нужный момент.

-Что с агентами Европолиции?

-Они вышли на тебя, когда ты забыл заплатить за инет. Смогли пробить твой

Персональный Номер. Во время бэкапа я им эту инфу немножечко потру, хе-хе!

Включаю вежливую улыбку. Мор смотрит с участием:

-Дружище, тебе надо показаться хорошему сервомоторологу!

-После. Ну что, погнали?

* * *

-Ну что? Навалял супостатам? Даже афросержанта не пожалел?

Игорь, как мне кажется, веселится вовсю.

-Да я, это. Не против сержантов, в принципе…

-Ладно уж. Молодец! Надеюсь, теперь не скоро оклемаются.

Хочу что-то сказать, но забываю, что. На секунду почему-то перехватывает дыхание, потом отпускает. Встаю:

-Созвонимся?

-Конечно. Тем более, на завтра у нас запланирована очень интересная операция. Так что – иди и выспись.

Вячеслав "Tank 72" Густов
(в соавторстве с многими форумчанами)

Охотник - Отдельная глава

-Разговор пойдёт о поэзии.

Я оглядел собравшихся. Сержант был, паче чаяния в, строгой тройке, с моноклем и крупным перстнем-печаткой на пальце. Остальные мало уступали ему по стилю. Дамы - три грации в изысканно-строгих вечерних платьях, и одна в чём-то среднем между туникой и кольчугой, но тоже от каких-то заоблачных кутюр, и господа с тростями и сигарами. Знакомых лиц не оказалось, но это ничего не значило – в Вирте смена образа – достаточно обычное дело. Шепчу:

-Автокостюм!

Программа мгновенно подстраивается под окружение, и, вуаля – я стою перед честной компанией, упакованный и зафрантованый а-ля Евгений Онегин. Насладившись произведённым впечатлением, прохожу к свободному с высокой спинкой креслу и присаживаюсь. Присутствующие молча, и, как-то чересчур живо и осмысленно переглядываются. Кажется, разговор идёт в привате. Сержант церемонно касается монокля, и, я начинаю слышать звук.

-Что ты знаешь о проекте «Жихарь»?

Пожимаю плечами.

-Игрушка по мотивам произведений Михаила Успенского. Драки, магия, юмор. Стёб с элементами литературы. Точно не знаю, сам не играл.

Сержант качает головой.

-А также научно-исследовательский проект Института Литературоведения. Знаешь, чем они занимаются?

Усмехаюсь.

-Искусственного Поэта делают. Машину по производству стихов.

-Правильно. И что ты об этом думаешь?

-Я в поэзии, вообще-то не копенгаген. Но, на мой простофильский взгляд, чтобы создать что-то гениальное, надо вывести определение гениальности.

-Именно!

Сержант выглядит очень довольным.

-Люди, конечно, пишут талантливые вещи и без этого определения. Но у людей есть интуиция! Машина же учится прямо на стихах, попутно их же и оценивая.

Мне становится интересно.

То есть, эта МПИ – на самом деле полигон для Искусственного Поэта? И, по совместительству, Искусственного Критика?

-В общем, да. Нас же наняли протестировать некоторые ситуации.

-Какие?

Сержант разводит руками.

-Ты же сам говорил, что не этот…

Обозначаю улыбку.

-Понял. Так что от меня требуются?

-Провести группу поэтов. Они, по ходу игры будут читать машине стихи. Игровую систему знаешь?

-Не вчера родился. Чтобы пройти в определённое место, нужно прочитать перед специальным камнем, Проппом, стих. В зависимости от него он даст некоторое количество местных денег, которые и расходуются для разных целей, в том числе и для прохождения в закрытые локации. Так?

-Так.

Пробую блеснуть эрудицией.

-А новеллы и устареллы рассказывать можно?

-Стихи. Только стихи. В общем, пойдёте группой, на тебе боевая часть, а поэты будут открывать новые территории.

Улыбаюсь.

-А не проще томик Пушкина взять?

-Не проще. Каждое стихотворение «играет» только один раз. А все стихи Пушкина уже рассказаны. Проверено.

-И запомни – девиз этой игры – «Стёб всего и над всем». Не отстебаешь ты – отстебают тебя. Позволь представить группу:

-Афина.

-Жанна Д’Арк.

-Настасья Филипповна.

-Фаина.

-Берсерк.

-Перейро.

-Граф да Мор.

Какое-то имя знакомое. Впрочем, вспоминать лениво.

-Ну что, берётесь? В начале каждого уровня есть гид…

Начало локации «Наша Гаша»

-Особенно остерегайтесь равшанов!

-Равшанов?

-Это такие маленькие бородатые дети в пионерских галстуках. Налетят толпой – сожрут. Правда, есть от них одно верное средство…

-Какое?

-Монетка?

-На!

-Так вот, равшаны не нападают сразу. Сперва они кружат вокруг жертвы, и, время от времени, радостно кричат: «Равшан!». Если на этот вопль им ответить «Джамшут!», сразу отстают. Плохо только, что отбежав ненадолго, сразу о вас забывают. И, если наткнутся снова, вновь будут рассматривать вас как пищу.

-И что же в этом плохого? Можно снова проорать отзыв.

-Задолбаетесь всё время орать. Правда, есть и от этого верное средство.

-Монетка?

-Спасибо. Дробовик, заряженный солью. Нужно только выцелить равшана с самой большой бородой, и дать по нему залп. Тогда, с ритуальным криком «Зацем ругаесся, насяльника!», тейп равшанов самоуничтожится, или, с небольшой вероятностью, переходит к вам в подчинение.

-Какие ещё трудности?

-Ещё ходит в тех местах сербский призрак высокого уровня Военко Мат. Преследует только чаров мужского пола. Спрятаться от него очень сложно, но есть один способ.

-Держи, вымогатель…

-Благодарю. Надо прикинуться увечным или больным. Поволочить ногу, или очень громко покашлять. Приём со стопроцентным срабатыванием – пустить под себя лужу.

-Фу…

-Есть ещё один способ…

-Не дам!

-Ну и не надо. Вам бы он всё равно не понравился.

-Как тут с пищей?

-Гм. Как бы вам сказать… В общем, есть будете то, что не тонет.

-Да я тебя!

-Нет-нет, не то, что вы подумали. Хотя… В общем, основа местной продовольственной системы – коровы. Они ходят по большому исключительно батончиками «ваунти». Эти батончики так легки, что не тонут…

-Я это есть не буду!

-Ну, или покупайте в тавернах и носите с собой что-то ещё.

-Что???

-В основном, всё безвредно.

Первый Пропп стоял недалеко от гида. Одна из дам подошла к камню, огладила его рукой, и начала:

О, славный мой рыцарь, куда ты идешь?

К каким высотам стремишься?

Навстречу каким просторам, ветрам

Летишь перелетною птицей?

О, милая дева, иду я туда

Где правда бессильна пред ложью.

О, милая дева, путь мой лежит

В темное царство зла.

О, славный мой рыцарь, путь твой тернист.

В дороге не встретишь покой.

О, славный мой рыцарь, прости мой каприз,

Возьми меня рыцарь с собой.

О, милая дева, промчатся года,

Забудешь меня и простишь.

За то, что тебя взять с собой не мог.

За то, что ушел я один.

О, славный мой рыцарь, я буду молить

И ночью и днем всех святых.

О том, чтобы легче дорога была.

О том, чтоб ты помнил меня.

О, милая дева, оставив тебя,

Богатств на полцарства теряю.

Но даже все царство готов я отдать

За эту дорогу без края.

О, славный мой рыцарь, я буду твоей,

Когда твое имя прославят.

И даже когда, терновый венец

Ты примешь, окончив свой путь.

-Браво, Настасья Филипповна!

Первым молча зааплодировал блистательный де Мор, затем к нему присоединились остальные. Кошель, между тем, сразу ощутимо потяжелел.

Первых равшанов встретили буквально через пять минут. Племя, или тейп, как его назвал гид, расположилось на лесной опушке. В центре вытоптанного круга висел над костром уже немного подкопченный мальчик с голубыми глазами, рядом, прикованный к кастрюле толстой железной цепью, сидел несчастный полосатый кот. Из расположенного неподалёку сарая доносилось истошное мычание коровы и довольный детский смех.

С котом происходило что-то неладное. Иногда его глаза загорались красным адским пламенем, он начинал лихорадочно оглядываться, и совершать непонятные ловяще-давяшие движения. Продолжалось это секунд пять-десять, после чего котейко восстанавливал свой нейтрально-кошачий вид.

Равшаны, водящие хоровод вокруг костра, были антрацитово-чёрного цвета. Время от времени они прекращали хоровод, вскидывали к небу бороды, и, на мотив американской кричалки «Кам он, солджер, он ё фит!», громко и слаженно орали:

За столом не будет грустно!

Дядя Фёдор – это вкусно!

Заметив посторонних, один из афроканнибалов подпрыгнул от неожиданности, прищурился, и, радостно-приветливо прокричал:

-Равшан?

Остальные тут же достали вилки и насторожились.

-Джамшут! – Не растерялся граф де Мор.

Аборигены деловито пособирали вещи, свистнули в сарай, и, организованным строем отправились восвояси. Отвязав мальчика, и, с некоторой опаской кота, мы приступили к знакомству.

-Дядя Фёдор! – Обаятельно улыбнулся слегка подкопченный мальчик.

-Кот Шрёдер, бывший Матроскин! – Важно представился кот, и, непонятно почему, с упрёком посмотрел на де Мора.

-Да ладно, Матро… Шрёдер, не сердись! Просто папе был нужен кот для опытов. Он известный учёный, профессор, не могли же мы отказать ему в такой малости! Тем более, что он физик-ядерщик, а не биолог-живодёр.

-Фамилия Вашего папы, извините, не Шрёдингер?

-Вот видишь, все его знают! Матро… Шрёдёр, не сердись!

Кот протянул для приветствия полосатую лапу, и, в этот момент с ним снова что-то произошло. Глаза налились пламенем, рот перекосила нехорошая ухмылка, а когти на лапах увеличились впятеро. Он внимательно огляделся вокруг, закатил глаза, и, в каком-то сомнабулическом трансе произнёс:

-Аццкие мыши… Аццкие мыши заполонили мир. Ом мани падме хум…

После чего произвёл пару непонятных пассов, дико огляделся и завопил:

-Врагу не сдаётся наш гордый Варяг! Мачииии….

Дядя Фёдор горестно вздохнул.

-Это он по своей корове Мурке тоскует. Когда она рядом, он ещё того, держится. Пойду её из сарая приведу – заодно и поедим!

-Нет-нет!

-Не надо!

-Спасибо, мы только что поели!

-Это же надо, сколько батончиков! Только все, почему-то, кофейные…

-Равшан!

-Джамшут!

-Эх, сколько их… Фёдор Михайлович, где тут дробовик приобрести можно?

-Да в любой оружейке.

-Равшан!

-А далеко ли… Джамшут! … до ближайшей?

-Равшан!

-Джамшут!

-Да вон уже, очередной Пропп виднеется!

-Дошли…

Переход на локацию «Невероятно, но фак»

Ах, как давно я не смеялась,

До хрипоты, по-детски, беззаботно.

И что со смехом моим сталось?

Я не смеюсь, я усмехаюсь злобно.

Я разучилась улыбаться

Мечтательно, наивно, с озорством.

Когда пришлось мне попытаться

От боли врать всем шутовством?

Теперь уже никто не сможет

Сорвать с меня мой грим и маски.

Все въелось, обратившись кожей,

И слезы…вперемежку с краской.

Стихотворение сорвало очередной шквал аплодисментов. Кошелёк превратился в довольно тяжёлый колобок.

-Надо тратить! – озабоченно взвесив его на руке, решил Перейро.

-Эй, гид!

-Чего изволите?

-Расскажи-ка, чем здешние места знамениты!

-Пожалте. Во-первых, здешний район единственный, который заселяют знаменитые непарнохвостые мулдаши. От парнохвостых они отличаются миленьким хоботком, растущим под средним глазом. Они довольно опасны – стая из семисот-восьмисот мулдашей легко загрызает некрупного гидроцефала.

-И как с ними бороться?

-Благодарю. Просто тихонько прошепчите: «Эрнест».

-И что?

-Прибежит Эрнест и прогонит мулдашев.

-Какие ещё тайны

-Вот там слева видите развалины психбольницы? Мимо лучше не ходить. Первый корпус контролируют курпаты, новый – малахи. Или наоборот…

-Чем-то друг от друга различаются?

-Названием. Главный и у тех, и у других - Доктор. Только один – Доктор курпатов, второй – Доктор малахов. Запомнили?

-И чем занимаются?

-Бесчеловечными опытами, чем же ещё? Дальше расположены секретные научные лаборатории. Что там происходит, толком не известно. Ходят слухи, что в Лаб-5 доказали, что Бога нет, а в Лаб-10, что Он есть. В любом случае, лучше обойти стороной.

-Куда ведёт эта дорога?

-Хм, по этой дороге тоже лучше не гулять. Есть информация, что здешних пешеходов забирают к себе инопланетяне.

-И что?

-Да, в общем, ничего. Через некоторое время отпускают. Кое-кому, говорят, даже нравится. Снова приходят.

-Нам это не надь! Прочие опасности?

-Ещё здесь водится филологический терминатор. Сбежал с военно-лингвистической лаборатории Мытищинского тракторного завода. Выглядит как обычный киборг, но в качестве оружия использует Слово.

-Одно?

-Иногда два. Понимаете, это была экспериментальная партия. Вы слышали когда-нибудь такие поговорки, как «Слово может убивать», «К штыку приравняв перо», «Язык страшнее пистолета»? Вот кое-кто и задумался над созданием Абсолютного Филологического Оружия. Получился Спек.

-Спек?

-Специальный Портативный Електрический Киборг. Вступать с ним в акустический бой смертельно опасно. Правда, есть от него средство. Глушитель – на порядок снижает нейролингвистическую опасность. Совсем не дорого. Надевается на шею.

-Как работает?

-Как обычная программа-переводчик. Заменяет потенциально опасные для психики комбинации слов синонимичными конструкциями.

-Берём. Ну что, пошли?

-Погодите. А можно ещё одно стихотворение? Я Вам бесплатно думовский дробовик подарю!

-Да ради Бога! Такое пойдёт?

Голод мутный,

Ты стоишь у окна.

Взгляд безумный-

В целом мире одна!

Дым кальяна

Не развеет грусть.

За стеклом серенада,

Не тебе - ну и пусть…

Пальцами узоры

Перестань выводить!

Дикие взоры…

А кого винить?!

Не луне молись,

Позовет – уступишь.

Не шепчи. Не бранись.

Ее не подкупишь.

Ты убей улыбкой

Миллиарды звезд!

Утро не ошибкой

Вырвало из грез.

Солнце ослепило,

Заставляя жить.

За любовь пол – мира

Ну, кому дарить?!

Тепло простились с рыдающим гидом, и, почти сразу встретили искомого киборга. Подойдя к нам вплотную, и, внимательно всех осмотрев, он сразу же перешёл в атаку:

-Маленькие висящие морковки!

Мы недоумённо переглянулись.

-Недозревшие огурцы! Протухшие бананы! Криво выросшие пестики!

-Чего?

-Да идите вы на огуречную грядку! В банановый лес! В ржавую гайку!

-А, это глушитель так работает! – Перейро с уважением посмотрел на хрупкий с виду кулон.

-Так у вас глушило? Ну, это нечестно. И вообще, это в корне разоблачает вашу внутреннюю моральную сущность!

Ругнувшись для порядку ещё пару раз, филологический терминатор Спек уныло побрёл прочь.

Дальнейший путь занял не очень много времени. По совету гида, избегая ненужных встреч, короткой дорогой мы вышли прямиком к следующему камню.

Локация «Тхэк-В-Ондо».

Новый днеь

Пронзительно-синее небо,

Увидела,

Едва проснувшись.

Настойчивая тень слева,

Бегала,

Лица коснувшись.

Морозный свежий воздух,

Ощутила,

Форточку открыв.

Трогательный нежный пух,

Подцепила,

Струя вверх взмыв.

Белоснежный иней,

Ослеплял,

Тополя украшая.

О себе день зимний,

Заявлял,

Красотой поражая.

Зааплодировал даже стоящий неподалёку гид. Когда, он, неспешной походкой, на ходу расстёгивая кошелек, подошёл к нашей группе, мы обратили внимание на его странную внешность: густые седые брови, длинные волосы, завязанные в пучок, и чем-то разрисованное лицо. Так же не спеша, гид поклонился на все четыре стороны, зачем-то сказал «Осс!», и, после небольшого торга приступил к объяснениям.

-Здесь главное не стоять на месте. Не ровён час, какой-нибудь Пьяный Мастер закурить попросит.

-А кто тут вообще обитает?

-Дикое племя – каратуи. Этим, если будут кидаться в драку, сразу кричите «Ямэ!». А если быстро произнесёте «Ич-Ни-Сан-Джи-Гоу-Роки-Сити-Хати-Кю-Дзю», то всё племя впадет в религиозный экстаз на десять минут. Вождём у них сейчас Кун Фуфайтер, довольно неприятный тип. При встрече, главное, сразу признавайте, что его кунфуй сильнее вашего, это многих спасло.

-Ещё?

-Если увидите, что в высокой траве движется нечто полосатое – не пугайтесь. Это Крадущийся Тигр.

-И что он делает?

Гид задумался.

-Да хрен его знает. Пока только крадётся – ничего другого от него не видели. Да, ещё на Затаившегося Дракона не наступите. Затаивается, подлец, где надо, и где нет.

-Опасен?

-Очень! Сразу в суд потащит. Кошелька, будьте уверены, лишитесь.

-Что ж. Спасибо за помощь!

На следующем перекрёстке нас уже поджидали. Бомжеватого вида панда, явно уже с утра навеселе, осмотрел нас критическим взглядом. Обойдя наш маленький отряд по неровной дуге, нетвёрдыми шагами приблизился и произнёс голосом Ильи Лагутенко:

-Панда. Панда Кун Фуфайтер. Бывший парикмахер.

При этом почему-то в упор посмотрел на корову Мурку.

-Матроскин, видя такое внимание к любимой корове, насупился:

-Кот Шрёдер. А что это у Вас, уважаемый Панда, имя-отчество какое-то несибирское?

Панда всмотрелся в кота, икнул, и отступил на пару шажков.

-Ш-шрёдер? Т-тот самый? Да шо ж я стою, прОшу дорогих гостей на учебно-показательную тренировку в их честь! Какой стиль предпочитают паны?

Перейро сделал жест, чтобы почесать шею, Кун Фуфайтер мгновенно уловил движение и, по-своему расшифровал:

-Стиль пьяного мастера, понял. Прошу вон в ту деревеньку, хе-хе. А имя-отчество, ну, хто его счас знает – шо дали, то и носим, хе-хе…

В деревне как раз начиналась тренировка. Субтильного вида новички, внимали командам суровых, покрытых шрамами мастеров.

-И, раз, два, три, принял!

По команде «Принял!» новички, с видимым трудом опустошили по мелкой двадцатипятиграммовой рюмке, скривились, и сделали дружный выдох:

-Йа!!!

На наших глазах один из новичков не выдержал, и, не замечая строгого взгляда наставника, потянулся к тарелке с печеньем.

-Стоять! Упал-отжался! То есть, налил-выпил! Налил-выпил! Налил-выпил! Группа, унесите товарища.

-Ну что, господа, готовы ли Вы к столь нечеловеческим испытаниям?

Видно было, что эта ужасная жестокость тренировки произвела впечатление даже на невозмутимого Панду.

Де Мор молча огляделся, почесал затылок, снова огляделся, и, подозревая подвох, обратился к мастеру:

-А што пьём, милейший?

-Сакэ! – твёрдо ответил самурай.

При звуках этого слова у половины новичков начались конвульсии, другая половина просто побледнела.

-И сколько градусов?

-Тренировочный вариант – десять!

Уже и вторая половина будущих чемпионов сползла под столы.

Не найдя подвоха, Мор нехорошо прищурился.

-Подвинься, любезный!

От его лёгкого толчка, ближайший ученик просто слетел с лавки. Перейро сел, крякнул, передёрнул плечами. От этого движения попадали со своих мест и остальные. Мы зняли их места.

-Ну-с, приступим.

-Что будете пи… эээ, чем будете разминаться?

-Водка.

-Водка?

Плохо сделалось уже и некоторым мастерам.

-Да. Дамам – вина.

-Шампанского! – твёрдо сказала Афина.

-Советского коллекционного! – поддержала подругу Настасья Филипповна.

-Мне экстракта валерианы. Мурке – ферментированного мамонтового молока. – Сделал заказ Матроскин.

Где-то на пятом подходе Перейро, вместо тоста, продекламировал:

Я снова пьян, я снова на коне

Такое состояние души -

Слова сгорают в пепел на огне,

Который невозможно потушить

Слова... приносят ненависть и страх

Так редко радость, и так часто боль

Вот почему в моих бредовых снах

Все призраки молчат наперебой

Я тоже вроде должен бы молчать,

Я тоже призрак в чьём-то глупом сне

Хочу, но не умею закричать -

Я снова пьян, я снова на коне

Оставшиеся на ногах Пьяные Мастера склонились в поклоне. Кто-то протянул маленькую японскую гитару. Перейро перебрал струны и чистым ясным голосом запел:

Послушай, пей - и ни о чем не жалей

Послушай, пей - и ещё мне налей

Послушай, пей - пусть всё сгорает дотла

Мне наплевать на грехи и благие дела

Я не хочу помнить всё,

Всё что было со мной

Я не хочу слушать тех,

Кто стоит за спиной

Я не надеюсь что кто-то

Полюбит меня

Я не надеюсь дожить

До последнего дня

Я не надеюсь дожить

До последнего дня

Послушай, пей - и ни о чем не жалей

Послушай, пей - и ещё мне налей

Послушай, пей - пусть всё сгорает дотла

Я разменял все грехи на благие дела

Послушай, пей - и ни о чем не жалей

Послушай, пей - и ещё мне налей

Послушай, пей - когда не хочется пить

Но я просто так не могу забыть

Я помню всё, помню всё,

Всё что было со мной

Я вижу лица людей,

Что стоят за спиной

Я разменял все грехи

На благие дела -

И что осталось теперь? -

Осталась только зола...

Послушай пей - осталась только зола

Послушай пей - осталась только зола

Осталась только зола, осталась только зола...

-Браво! Ещё!

Перейро пожал плечами, ударил по струнам, и запел на мотив баллады:

Хочешь отдам тебе часть души

Я за стакан вина?

Да ты не бойся, бери себе

Я ведь ещё не дошел до дна

Хочешь отдам тебе за стакан

Радость свою и боль

Мне в этом мире одна цена -

Быть бы самим собой

Вольного ветра хмельной напев

Переплетен в слова

Да наливай ты полней стакан

Светлая голова!

За тех кто с нами и кого нет

Будет стакан пустой

Нам в этом мире одна цена -

Быть бы самим собой

Лучше ушедшим вслед не гляди

И не зови назад

Время ушло и его не вернуть

Это не я сказал

Мелкой монетою на глаза

Платится встреча с судьбой

А одиночеством плачено за

Право побыть собой…

-Бис!

От громких криков очнулись даже ранее упавшие под лавку. Перейро поклонился.

-Ну, а сейчас – весёлая, задорная – моя цыганская!

Ночь, луна - да ни хрена

Ни хрена не ладится

А счастья нет, да жизнь моя

Да по ухабам катится

А по обрыву над рекой

Кони ходят парами,

А где-то рядом водку пьют

Мудаки с гитарами

Стой - не - умирай

Потерпи ещё чуть-чуть

Завтра счастья через край,

Если нынче не убьют

Стой - не - умирай

До последнего держись

Завтра счастья через край

Завтра прость заебись

А дорога - колея

Да на вином залитый стол

Хлопнув дверью вышел вон

И к виску приставил ствол

Да стой - не - умирай

Ты ж чуть-чуть не дотерпел

Стало счастья через край

А ты же так его хотел

Стой - не - умирай

Да сверху гроба три доски

Было счастья через край

Да расхватали мудаки...

-Отлично! Замечательно! Осс!

Где-то после девятого подхода Панда неожиданно спросил:

-Матроскин, а где твой Шарик?

Кот уронил скупую слезу:

-В «Сталкера» подался. Большой собакой, говорят, стал.

Повздыхали. Панда, уткнув голову в кулак, печально проговорил:

-Да, вот так вот оно. Живём-живём, а потом вот! Я тоже, разве хотел? А они – бери ножницы, у тебя получится! Илья, говорят, уже не модно, а Кун – наоборот, очень перспективно! Эх, Владивосток две тыщи… Почитайте ещё? А я Вам привилегированный статус сделаю, и лично до границы локации провожу.

-Пожалуйста…

Бессилие сбивает с ног,

Опускает руки.

Мыслей разных поток

Отдает на поруки.

Бесполезность попыток

Вызывает слезу.

Черных полос пыток

Поднимает мечту.

На очередной удар,

Из принципа – ударом!

Отчаяния пожар

Залью своим пожаром!

Переступлю через не могу,

Собрав остатки воли.

На очень многое пойду…

Не выдержу я что ли?!

К границе локации подошли молча, но почти не качаясь.

Продолжение может последовать….

На очередной удар -

Из принципа – ударом!

Отчаяния пожар

Залью своим пожаром!

РАССКАЗЫ

Иногда истории становятся невероятными, фантазия безумной, а мир кажется завезенным из психушки. Иногда люди все это осознают, но им все равно. Они знают, что это. Они знают, зачем это. Ими движет фантазия… Фантастика движет миллионами людей, фантастика провоцирует прогресс. Но здесь и сейчас, фантастика это то, что сломает ваше скучающее восприятие, окунет в мир, где ни минуты нет повседневной рутины. Где вы познаете прелести столкновения с мечом и автоматом. Где вас попугают страшными приключениями, где вы почувствуете контроль над миром, и где вас же напугают мелочностью вашего существования перед лицом апокалипсиса.

Добро пожаловать в Фантастику!

Вячеслав "Tank 72" Густов

Дом у дороги

Глухо всё. Пусто и уныло. Внутри мерзость и запустение, снаружи никого. Жить незачем.

-Эй, пацаны, гля, какой дом стоит!

Это про меня! Ох ты! Неужели гости? Быстренько порядок – смахнуть пыль с пола, да паутину с углов. Вдруг сюда?

-Надо зайти позырить. О! И дверь приоткрыта.

Конечно, заходите! Специально открыл. Ох, что сейчас будет! Так, главное, не отпугнуть.

-А тут ничо. Мля, и дрова собраны! Ну-ка, а чё на кухне?

Всё на кухне! В смысле – всё есть. Разносолов, понятно, йок, но – набить желудок с пользой и удовольствием – херцлихь вилькоммен, как говорил один мой постоялец.

-Так… Крупы, соль, тушёнка. Пацаны – зуб даю, вырисовывается нехилый ужин!

-А если хозяин вернётся?

-На шашлык, мля, пустим!

Точно! Они остаются! Да, теперь будет всё, как прежде. Весёлые пиры, забавные истории у камина, может быть даже дуэли… Впрочем, эти выглядят несколько иначе. Но ведь это только видимость, мне ли не знать! Кстати, камина у меня сейчас нет. В дом с камином они, пожалуй, и не зашли бы.

Да! Да! Всё так и есть. И пусть язык изменился, а вместо привычного внешнего лоска нарочито-щеголеватая небрежность – всё как надо. Вместо изысканных вин – водка. Правильно – выбор настоящих мужчин.

А вот и истории – тут я на минуту даже сладко сощурился, ну, если представить, что дом может щуриться – набеги, захваты, добыча! И пусть трепещут мерзкие лохи, а злато и оружие врага радует победителя. Врут, врут, что другие времена!

Боже, как хорошо мне сейчас! Ешьте, пейте, гости мои дорогие! Теперь, когда вы уже достаточно веселы, я позволю себе заменить банальные стаканы на изысканные кубки, а в центральном зале поставлю-таки камин. Ну, слабость у меня к каминам.

Гости, впрочем, довольно быстро захмелели, и, укрывшись своей походной одеждой, легли у камина прямо на дощатый пол. Поступок настоящих воинов!

Спите, спите, гости дорогие. Ручаюсь, до полуночи вам будут сниться самые сладкие сны. Ну а после… Что ж – мне тоже надо кушать.

Валерий "Отшельник" Гундоров

Исполнитель желаний

- Чего хочешь ты, человек?

- Хочу стать самым знаменитым героем, восхищающим своей силой и ловкостью и друзей и врагов, чтобы стрелы мои не знали промаха, а меч разил врагов без устали, не видя преграды во вражеских щитах и латах.

- Что готов принести ты в жертву?

- Называй свою цену!

- Готов ли ты пожертвовать красотою утреннего рассвета, щебетаньем лесных птиц ранним летним утром, первым солнечным лучом, пробивающимся сквозь кроны деревьев? Веселой пирушкой с друзьями, нежданным поцелуем под ореховым кустом, жаркими ночными ласками, сладостью мимолетной любви и горьковатым привкусом расставания?

- Да, я готов!

- Да будет по слову твоему, человек! Свой путь ты начнешь простым, никому не известным воином безымянной армии…

Молодой воин, равномерно переставляя ноги, бежал по пыльной проселочной дороге. Могучая грудь, едва прикрытая старой кожаной курткой с нашитыми кусками железа и обрывков кольчуги, вздымалась в такт шагам, бег продолжался не первый час, но на загорелом лице, обрамленном длинными, черными как смоль, волосами, признаков усталости не наблюдалось. Левая, перевитая тугими узлами мускулов, рука придерживала норовящие поколотить по ногам ножны средней длины меча с простой деревянной рукоятью. Дорога резко сворачивала за росшие у подножия горы кусты, огибала гору и устремлялась далее, вдоль берега реки. Звон клинков за поворотом заставил воина выхватить меч из ножен и ускорить бег. На небольшой поляне колченогий старик отбивался костылем и видавшим виды мечом от троих гоблинов, вооруженных длинными кинжалами и мечами. Юркие твари норовили зайти со спины и, противно вереща, подрубить здоровую ногу. Клинок воина развалил ближайшего гоблина, старик неожиданно ловко атаковал отвлекшегося на нового участника сражения гоблина-мечника, удар меча достиг цели, гоблин завизжал и, выронив меч, вцепился в клинок и руку старика, держащую меч, вошедший гоблину в правый бок. Молодой широким взмахом отрубил третьему гоблину руку, держащую кинжал, уже направленный в спину старика. Повторный взмах меча заставил гоблина-мечника расстаться с головой. Гигантский прыжок – и однорукий гоблин, сжимавший в оставшейся руке второй кинжал и пытавшийся юркнуть в спасительные кусты, падает замертво с разрубленной головой.

- Хорошая работа, - произнес усаживаясь на истоптанную землю, опираясь левой рукой на костыль и неловко вытягивая ногу, старик. – Только меч ты держишь как варвар из какой-нибудь захудалой дружины приграничного барона. Имперские воины так меч не держат, поэтому – непобедимы.

- Ты знаешь, как сражаются имперские воины? Можешь меня научить? – молодой воин, вбросив меч в ножны, подался вперед, жадно вслушиваясь в каждое слово, слетающее с губ старика.

- Ты спас мне жизнь, я научу тебя всему, что знаю сам. К тому же, вдвоем веселее поздним вечером у костра. А сейчас помоги мне подняться и собери трофеи, Ученик!

* * *

- Я обучил тебя всему, что умею сам. Теперь ты можешь уходить, ты больше не ученик. К сожалению, я не могу дать тебе хорошего меча или достойного доспеха. Но могу подсказать, где раздобыть самый лучший в этом мире меч и самый крепкий доспех. К северу отсюда, на заснеженной вершине горы есть пещера……

Через полчаса, дослушав рассказ учителя, молодой воин, по-прежнему одетый в старую кожаную куртку и вооруженный мечом с деревянной рукоятью, поклонился опирающемуся на костыль старику и, весело насвистывая, направился на север…

* * *

- Я слышал о тебе, – старый, опытный полководец, окруженный личной охраной, закованной в латы с вычеканенным имперским барсом на груди, смотрел на молодого воина, одетого в тускло отсвечивающие серебром доспехи. Взгляд его остановился на оголовье рукояти меча, торчащей над левым плечом собеседника. – Тебя по праву можно назвать великим героем. Полагаю, это тот самый легендарный меч «Саламандра», выкованный гномами, которым и был сражен кровожадный дракон? О твоих подвигах распевают бродячие сказители, тебе нет равных в схватке и в застолье, тебя уважают враги и любят воины. Я стар, мне нужен достойный преемник, которого я смогу представить императору и которому я без боязни передам имперскую армию.

* * *

- Чего теперь хочешь ты, человек?

- Хочу править странами и народами, одним движением пальца отправлять армии в бой, строить города, или разрушать их. Хочу стать величайшим правителем и полководцем всех времен и народов.

- Что готов принести в жертву?

- Называй свою цену!

- Готов ли ты пожертвовать радостью ночных возвращений от любимых рук и нетерпеливым ожиданием утра? Бессонными ночами у детской кроватки? Первым лепетом маленьких губ и топотанием босых ножек по половицам? Игрой в деревянные кубики и тряпичные куклы? Сопением маленького носика возле твоей щеки?

- Готов!

- Да будет по слову твоему, человек! Свой путь ты начнешь правителем маленького замка, затерянного на окраине мира….

- Господин! Лорд Кендрат из замка Стоунвилль объявил нам войну, - прокричавший известие гонец упал на одно колено перед сидящим в кресле с высокой резной спинкой молодым человеком лет двадцати семи, и низко склонил голову.

- Ну что ж, этого следовало ожидать. С вновь прибывшими наемниками его дружина становиться втрое больше нашей. Я разрешаю тебе встать. Иди и объяви Капитану – готовить замок к осаде.

- Господин!!! Орки!!! Большой отряд! – ворвавшийся в тронный зал человек упал на колени перед креслом.

- Орки?! И что они хотят? – левая бровь молодого хозяина замка вопросительно изогнулась, правая рука на мгновенье перестала теребить обшлага темно-вишневого бархатного камзола.

- Они ищут бубен Старого Шамана, - в голосе говорившего прорезалась нотка отчаяния.

- Однако… И откуда могли узнать? Кто же им рассказал? – лицо помрачнело, но, неожиданно, злая улыбка перечеркнула тонкой линией губы, смяв уголки рта. – Встань с колен! Иди и скажи предводителю орков, что бубен Старого Шамана находится в замке Стоунвилль у лорда Кендрата. А в подтверждение своих слов и в знак своих добрых намерений я готов отправить часть дружины с ними к замку Стоунвилль. Ты, - говоривший вновь повернулся к первому гонцу, - беги бегом к Капитану, передай ему – немедленно отправить верного человека на самом быстром коне с бубном в Стоунвилль. Пока там не захлопнули ворота и пока шаманы орков не стали вызывать свой бубен.

* * *

Орки через разбитые ворота покидали замок. Вещи никчемных людишек им были не нужны, променять свои вольные шатры на тесноту каменных строений замка не согласился бы ни один из них. С собою орки уносили только найденный в замке бубен и голову бывшего владельца замка – лорда Кендрата.

Проводив взглядом последнего орка, скрывшегося за створкой ворот, новый хозяин, теперь уже двух замков, повернулся к столпившимся в центре двора, под прицелами арбалетов, наемникам.

- Ваш наниматель мертв. Тому, кто пойдет ко мне на службу, я полностью оплачу контракт с первого дня вашего приезда в этот замок. И – у меня есть для таких хорошая работа….

* * *

- Император! – вошедший гулко ударил кулаком правой руки по левой стороне латного нагрудника и опустился на правое колено, - Наши доблестные войска захватили последний город Пиндостана. Правитель Пиндостана убит собственными слугами.

* * *

- Чего ты хочешь на этот раз, человек?

- Хочу стать величайшим из магов! Управлять правителями и решать судьбы наций, рушить горы и создавать их, повелевать стихиями и их созданиями, демонами тьмы и воинами света! Передвигать континенты и осушать моря! Хочу безграничной власти над людьми и их чувствами, власти полной, никем не ограниченной.

- Какую же цену ты согласен заплатить за это, человек?

- Называй любую!

- Готов ли ты пожертвовать ночным сном в постели с любимым человеком? Утренним завтраком с детьми своими, наливающими тебе чай и намазывающими кусок хлеба янтарным маслом? Первыми детскими секретами о радостях и неудачах, когда маленькие ручки охватывают шею твою, а губы щекотно шепчут в твое ухо? Гвоздем, вбитым под восторженным взглядом детских глаз? Веселым лаем смешного щенка, скачущего тебе навстречу?

- Готов, готов!

- Будь по слову твоему, человек! Эту жертву выбрал ты сам! Свой путь ты начнешь молодым, никому не известным магом из глухой деревушки, притулившейся с краю далеких северных лесов …

Полная луна ярко освещала заботливо расчищенный перекресток двух проселочных дорог, пятилучевую пентограмму, нарисованную прямо в дорожной пыли и отсвечивающую в лунном сиянии мертвенно-голубоватым блеском, толстую закрытую книгу, одетую в кожаный переплет и человека в коричневом балахоне, стоящего около пентаграммы с разведенными в сторону руками.

- Аэюллевеаль! – громко выкрикнул, заканчивая свое невнятное бормотание, человек и резко свел руки. Казалось, что даже далекая и безразличная луна откликнулась на этот жест – прильнула на миг к земле и тут же возвратилась на свое место. Вызванный движением рук ветер пригнул кроны близлежащих деревьев, поднял столбом дорожную пыль и тут же вбил ее обратно в землю, откинул капюшон, разметав длинные светлые волосы молодого мага и, оставляя пыльную дорожку, устремился в направлении, указанном правой рукой человека – в центр пентограммы, к закрытой книге. Глухой гул сменился скрежетом, подобным скрежету выдираемых из земли корней столетнего дуба – корешок книги задрожал, неожиданно книга резко раскрылась со звуком оборванной басовой струны. И наступила тишина.

- Получилось, - прошептал молодой маг, смело шагнув в пентограмму и поднимая на руки книгу. – Теперь все тайны магии – мои.

* * *

В центре огромного поля тысячи людей без устали махали мечами и копьями, истребляя себе подобных. Появившийся дракон был встречен тучей арбалетных болтов, уклоняясь от которых вынуждено заложил вираж над центром собственного войска. Светловолосый мужчина, одетый в мантию чародея, вытянул руку в сторону дракона, маленькая серебристая молния, сорвавшаяся с кончиков пальцев, стала в полете увеличиваться и изменяться, и в конце ее полета в бок дракона вонзилось ледяное копье. Крылья рептилии обвисли, тяжелая туша, закрутившись, рухнула в центр вражеского войска, сея смерть и панику, войско дрогнуло – и обратилось в паническое бегство, открывая Великому Чародею путь к центру Южных земель и господству над миром.

* * *

Человек неподвижно сидел на стуле и смотрел на своего идола, своего слугу и своего Господина, мысли пытались оформиться в новое желание...

Компьютер, плавно сменяя заставки на мониторе, ждуще перемигнулся светодиодами системного блока...

Валерий "Отшельник" Гундоров

Подарок на 8 марта

Птицы весело запели,

С крыши капает капель!

Из носу текут сопели,

Скоро, скоро женский день!

C чувством продекламировал молодой сталкер, вытянув руку с раскрытой вверх ладонью.

- Нескладушки-неладушки, Кот. И причем тут сопели твои? И женский день? Для чего ты все в одну кашу слепил?

- Хоббит, ну чего ты все бурчишь? Ну, может и не все совсем складно, ну так все по правде. Вон тебе птички, вон тебе солнышко, вон тебе капель, а в жилетку я тебе высморкаться могу, если хочешь. А на календаре - 7 марта, завтра женский день. Ты мне скажи – ты со мной за подарком идешь?

- Класс! Тебе уже вороны - птички. И поют. Вот скажешь почему «Хоббит», тогда пойду.

- Так вчера вся Зона твои ноги волосатые видела, поэтому и «Хоббит», - заливисто рассмеялся сталкер.

- Обалдеть! Они же коротышки были, а я тебя только на голову почти выше! – изумленно ответил второй.

- Главное – это волосатые ноги! Может ты хоббит-переросток? Так ты со мной за подарком идешь или нет? – Кот нетерпеливо перетоптался с ноги на ногу.

- Да уболтал, черт языкастый, пошли. А куда идти то?

- Да я покажу, ты за мной иди! – и молодой сталкер нетерпеливым быстрым шагом сорвался с места. Второй, постарше, поправил лямку рюкзака и двинул вслед за ним.

Первый, Костя по прозвищу Кот, находился в Зоне больше двух лет,и, не смотря на свой молодой возраст, успел побывать во многих переделках. Неугомонный характер постоянно толкал его на поиски новых приключений. Второй, Дмитрий, в Зоне обретался менее года, только на днях получил кличку «Хоббит», прилепленную все тем же шебутным Котом, с которым последнее время сдружился, и сделался его напарником по приключениям и похождениям. Не смотря на почти десятилетнюю разницу в возрасте, Дмитрий слушался Костю как старшего.

Их полуторачасовая прогулка завершилась на подходе к одному из полуразрушенных зданий, которыми изобилует Зона. Кот сделал знак остановиться, и достал из кармана пустую гильзу. Хоббит послушно замер за его спиной, наблюдая за манипуляциями товарища, при этом не забывая посматривать по сторонам. А тот широко размахнулся и бросил вперед сверкающий латунный цилиндрик. Огненный столб рванулся с гулом из просвета между бетонных плит.

- Работает!, - удовлетворенно констатировал Кот. – Ищи давай в округе. Только провешивать не забывай, «жарка» расползтись могла.

- Кого искать? – недоуменно переспросил Хоббит.

- Вот дурья башка! Цветы ищи! Мы что с тобой – на 8 марта без цветов пойдем?

- Откуда цветы? Какие? Март же, холодно! Кот, хорош прикалываться! Артефакт что ли какой? Если «Каменный цветок» - так его же не возле «жарки» искать надо. – Хоббит никак не мог понять, чего от него хочет товарищ.

- Дим, вот смотри – «жарка» реагирует на все, что в нее попадает. И нагревает плиты. Парник получается. Цветы обыкновенные, только маленькие. Типа первоцветов или подснежников. Тут теплее, поэтому тут должны быть. Не артефакты, а обыкновенные цветочки. Подарок будет просто замечательный. А артефактов тут любых надарить и без нас смогут. Поэтому – ищи цветочки.- Терпеливо, словно маленькому разъяснил Кот напарнику. И медленно двинутся по дуге вдоль развалин, бросая перед собою гаечку на веревочке и вытягивая ее назад. Хоббит посмотрел, вздохнул, достал такую же «удочку», и двинулся в другую сторону.

Часовой поиск облагоденствовал сталкеров букетиком из пяти цветков, шестой решили не брать, седьмого не нашли, и недорогим, нередко встречающимся около «жарки» артефактом «капля». Артефакту Хоббит обрадовался даже больше, чем найденным цветочкам, его совместно было решено пустить на пропой и отмечание праздника.

Ранним утром 8 марта, при подходе к лаборатории ученых, находившейся на Янтаре, их тормознули трое гопников. На стандартный вопрос «бабло, артефакты есть?» Кот показал бумажный кулек, из которого торчали кончики зеленых стебельков, и сообщил, что только вот это, подарок на 8 марта. После чего гопники, перекидываясь сальными шуточками и гогоча, ушли. Хоббит удивленно смотрел на Кота.

- Кость, а чего это они так спокойно свалили? Даже шмонать нас не стали.

- Так им Бондор на британский флаг порвет, если узнает, что они нас с подарком тормознули. Сами, наверное, оттуда же идут.

- Откуда – оттуда? – переспросил Хоббит.

- Дойдем – сам увидишь. – посмеиваясь ответил Кот.

На гулкие удары в металлическую дверь реакция последовала минуты через три. Клацнули электромагниты, и, с ядовитым шипением пневмоприводов, дверь, противно скрипя петлями, отворилась. Они зашли в камеру переходника, вторая дверь весело распахнулась только после того, как лязгнули замки первой. К ним вышел молодой парень в белом халате, поздоровался и вопросительно замер, пережидая паузу.

- Вот, – сказал Кот, и протянул парню бумажный кулек.

- Что это? – спросил молодой ученый, машинально принимая кулек и начиная его медленно разворачивать.

- Цветы, - ответил Кот.

- Кому цветы, зачем? – удивленно переспросил парень.

- Тебе… ну в смысле вам… ну… это, восьмое марта же, вот и цветы вам тут вот с Хоббитом принесли, эти, как их, подарошники, в смысле, подснежники… - начал путаясь и сбиваясь объяснять Кот. Хоббит и ученый недоуменно смотрели на него.

- Кот, ты чё… - громким шепотом начал было Хоббит, как его прервал громкий голос.

- Берите, Александр Иванович, берите! Сегодня же восьмое марта, сталкеры весь день сегодня будут подарки таскать, вы уж не обижайте людей, берите. Сейчас вон трое весьма колоритных персонажей «Золотую рыбку» притащили, я так понимаю – от Бондора, или от Борова. А эти вишь чего – цветов где то нашли, – улыбающийся Сахаров, руководитель лаборатории, вышел в прихожую и поздоровался с пришедшими.

- Профессор, ну вы это, как говориться, поздравления там, и все такое разное… А мы это, пойдем… Хоббит, айда на выход! Профессор, еще раз наши поздравления! – и Кот, зацепив приятеля за руку, потянул его к выходу.

Вечером, разливая полученную у бармена за «каплю» водку, Хоббит принялся расспрашивать.

- Не, Кот, ты толком скажи. Я уже понял, что не профессору эти цветочки были. Ну а взаправду этих лаборанток видел кто, или нет? Или это байки очередные?

- Хоббит, я с тебя удивляюсь! Даже если тебе скажут что видели – не верь. Пока сам не увидишь. Но то, что они там есть – это я тебе точно говорю! Иначе бы и народ не говорил, и Сахаров бы подарки не брал. В Зоне женщин нет, больно ревнивая она дама – Зона. Только в лаборатории женщины в Зоне и могут быть, потому как там вроде и не Зона. И вот теперь представь – отдал Сахаров наш подарок молодым симпатичным лаборанткам – знаешь, как они цветам обрадуются! Вот за это давай и выпьем, чтобы женщины всегда радовались, а 8 марта – вдвойне!

Валерий "Отшельник" Гундоров

Рыболовы

Глухо бухнула железная дверь бункера, и окружающая обстановка мелкими мурашками немедленно заползла за шиворот, пробежала по спине и неприятным холодком осела в груди. Вышедший из уютного и защищенного тепла сталкер зябко передернул плечами, поправил на плече ремень АК-103, похожего по виду на распространенный в Зоне «Абакан», но под старый добрый патрон 7,62, кончиками пальцев коснулся планки предохранителя на кожухе, проверяя ее положение, левой рукой поправил лямку небольшого вещмешка, висящего за спиной. Солнце слабо пробивалось сквозь белесый туман, постоянно царящий на болотах Янтаря. Иногда сильным ветрам удавалось сорвать эту туманную пелену, но эти же ветра несли с собой, как правило, радиоактивную пыль, поэтому туман все же был предпочтительнее для прогулок. Неуютный однообразный окружающий пейзаж иных чувств, кроме качественной депрессии, вызвать не мог. Сталкер постоял, осмотрелся, сверился с показаниями универсального детектора, висящего на поясе, и отстегнул «забрало» защитного комбеза. После чего осторожно приблизился к воротам железного, опоясывающего научную базу, забора.

Приспустив наголовник, молодой мужчина прислушался к окружающим звукам, серые глаза внимательно осматривали окрестность, правая рука легла на автомат, готовая сдернуть его в любую секунду при первом же подозрительном шорохе, большой палец по хозяйски расположился на предохранителе, готовый мгновенно перекинуть его из стопорящего в положение автоматической стрельбы. Болота Янтаря были любимым местом обитания снорков, довольно часто тут появлялись и зомби. Но снорки были хозяевами этих мест, легко загоняя в болотистые топи плотей, слепых псов и прочую живность, мгновенно переходящую на их охотничьих территориях в разряд дичи. При этом разницы между четвероногими и двуногими они не делали, и сталкеры так же входили в их обеденный рацион. Что удивительно, на зомби снорки нападали редко, только будучи очень голодными. Несколько раз снорки затаивались в засаде около ворот на базу, поджидая недосягаемых из-за железных дверей и толстого бетона людей. Внутрь периметра они не совались, выказывая зачатки или остатки разума, словно помня о бойницах и камерах наружного наблюдения, позволяющих отслеживать и отстреливать сунувшихся на территорию из укрытия.

Удовлетворенный тишиной, сталкер осторожно вышел из ворот. Наголовник он одевать не стал - встроенные в комбез микрофоны и мембраны не могли в полной мере передать всю звуковую гамму, а в условиях такой плохой из-за постоянного тумана видимости слух и полнота звукового восприятия играли первостепенную роль. Он уже поднялся по насыпи из котловины, где располагалась база, на дорогу, где туман был значительно реже, когда со стороны кирпичных строений расположенных неподалеку зданий раздался звук выстрела охотничьего ружья. Сталкер быстро отступил к ближайшему кусту, присел и замер, взяв автомат наизготовку и отщелкнув вниз планку предохранителя. В критической ситуации любой, тесно общающийся с автоматом, передергивает затвор, досылая патрон в патронник, при этом часто забывая снять его с предохранителя, и теряет на этом драгоценные секунды. Буро-зеленая ткань комбеза сливалась с темной зеленью куста, не позволяя выделить из общей цветовой гаммы фигуру человека, черный пластик и вороненая сталь автомата так же не демаскировали затаившегося человека. Раздавшийся вскоре повторный выстрел и рев снорка заставили прячущегося сталкера убрать руку со спускового крючка и снять с пояса КПК-навигатор. Активировав «запрос-ответ», он дождался сообщения и удивленно присвистнул.

- Винт, тебя каким ветром сюда занесло? – КПКашка выдала сообщение о присутствии поблизости старого знакомого. Третий выстрел поднял сталкера на ноги, и он быстро и уверенно, внимательно отслеживая окружающий пейзаж, двинулся в сторону выстрелов. Коротко клацнул затвор, досылая патрон в патронник. Винт – не первогодок, по пустякам палить не будет.

Предупреждающе запищал детектор, предупреждая о наличии впереди аномалии. Обойдя «пищащее» место по широкой дуге, чтобы не терять время на «провешивание» дороги, сталкер осторожно приблизился к покореженным металлическим воротам, за которыми виднелась территория бывшего завода. Диоды детектора еле вспыхивали зеленым в такт ленивым потрескиваниям, отзываясь на раскинувшуюся в стороне аномалию. По счастью, вход она не запечатала, и не пришлось искать места, позволяющего при среднем росте перемахнуть трехметровый кирпичный забор, опоясывающий территорию бывшего завода. Посмотрев на «ведьмины космы», или «жгучий пух», как его называли ученые, сталкер натянул на голову шлемофон комбеза, однако тонированного «забрала» одевать не стал. И, немного пригнувшись, скользнул под белесыми, похожими на гигантский ковыль, прядями.

Снова ударил выстрел и знакомый голос выдал замысловатую тираду.

- А, чтоб тебя перевернуло и об землю шмякнуло, сволочь гадская… - резкий свист заставил расположившегося на остатках конструкции козлового крана сталкера прервать словоизлияния на полуслове и резко развернуться стволом в сторону нового, не предусмотренного программой, звука.

- Винт, палить не вздумай! Это Отшельник!

- Отзвонись! А откуда ты знаешь, что это я? – сидящий на высоте Винт пытался не особо высовываясь, сверху, рассмотреть кричавшего.

- Ну ты выдал! Мобилу вырубай, инкогнИто фигов! На, лови! – Карманый персональный комп сидящего на кране пискнул, выкидывая запрос-опознование.

- О! И вправду Отшельник! Ты один там?

- Нет, блин, с хором Пятницкого и сборной по футболу. Тебе кого еще надо? – прокричал снизу Отшельник, выходя из-за угла здания.

- Ну, я думал, может ты с Лешим, или с Лысым, или еще с кем… Ты это, не мельтеши там, сюда давай залезай. Ай-ай-ай, не стреляй, не стреляй собачку, - заорал Винт, видя вскинутый в сторону высунувшей из кустиков морды слепой собаки автомат Отшельника, - Это наша собачка, она за нас, она моя!!!

- Она моя, он мой, оно моё. Ё-маё, Винт, чего ты тут опять затеял?! – Отшельник, закинув автомат за спину, ловко забрался по металлическим прутьям лесенки наверх и протянул пятерню Винту, - Здорово, бродяга!

- И тебе не хворать! Да вот, охочусь, панимаешь…

- Чего то как то не очень файно у тебя выходит, бабахи я слышал, а вот дичи не наблюдаю. Или ты песика на снорков натаскиваешь? – Отшельник взглянул в сторону скулящего внизу слепого пса. – И как, получается? А чего он не убегает? Неужто приручил? А скулит все время чего?

- Да куда же он убежит, я же его привязал. А скулит – так у него задние лапы перебиты…

- Так ты по нему, что ли, тут тренируешься, ворошиловский стрелок? – Отшельник зашелся в хохоте, брезентовый ремень соскользнул с плеча, автомат звякнул о металлический поручень, и повис, зацепившись мушкой за пруток ограждения. – Не, Винт, всякого я от тебя ожидал, но такого… Тебе консервных банок что ли мало? Пошто, аспид, животину тиранишь? Давай я добью, или сам спустись да добей…

- Ты сначала послушай, а потом уж ржать начинай, ржун, блин! – Винт обиженно засопел, - Я тут на снорков охочусь.

- А собака тебе нафига? – непонимающе уставился на него Отшельник.

- Ты сюда поднимался – головой о перекладинки не стукался? Манок это. Псина скулит, снорки за ней лезут. А я их сверху отстрелить пытаюсь.

- Винт, а где дичь то тогда? Ты же раза три уже стрелял, а чего-то я еще никого не вижу подстреленного, кроме этой собачки.

- Вот ты достал! Ты сейчас вообще куда и откуда?

- От ботаников иду, хабара малёха сдал, маслят к машинке прикупил,- Отшельник любовно похлопал по висящему на плече автомату, - еще там разного по мелочи. Представляешь, засада? 5,45 патронов полно, а 7,62 для калаша хрен найдешь. У ученых заказывал. Дорогие, заразы. А на Большой Земле - без проблем, даже в охотничьих магазинах, говорят, продаются.

- Так может мне подсобишь, если не сильно занят? Хабар пополам.

- Так а в чем суть?

- В песок, - Винт усмехнулся.

- Чего «в песок»? – не понял Отшельник.

- В песок ссуть, - обрадованно засмеялся сталкер, довольный, что удалось подловить остряка на такую детскую шутку, и откровенно наслаждаясь реакцией Отшельника. – А дело в следующем. Я тебе с самого начала расскажу, а ты только со своими вопросами и подколами потом. Лады? – дождавшись кивка, Винт продолжил. – Я тут как то хабар Круглову скидывал, и он мне тему для размышления кинул. Очень им хочется снорка живого заполучить, и они за это заплатить готовы неслабо. А сегодня утром иду я себе в сторону бункера, глядь – пес ползет, задние лапы перебиты, скулит. Я сперва добить хотел, да шкуру снять. А потом сообразил – если на кран залезть, а его внизу привязать, то на скулеж снорки обязательно приползут. И тут можно снорка аккуратненько подранить, и к ученым оттащить. У меня как раз десяток жаканов есть. Да только я из своей помповухи им по рукам-ногам попасть никак не могу, верткие они, гады ползучие. А с твоего калаша как раз можно…

Звонко щелкнула о металл конструкции пуля, на мгновение опередив звук выстрела. Невнятно мычащая, одетая в лохмотья некогда сталкерского комбеза, человеческая фигура раскоординированной походкой двигалась в их сторону по растрескавшейся асфальтовой дорожке из глубины территории завода. Отшельник сорвал с плеча и вскинул автомат, передергивая затвор. Зеленоватое тельце патрона отлетело вбок, весело кувыркаясь и на мгновение отвлекая внимания сталкера. Винту этого секундного замешательства хватило, чтобы вскинуть «мосберг» и выстрелить. Тяжелая свинцовая слива ударила зомби в верхнюю часть корпуса, опрокидывая на асфальт, выбитый из рук пистолет дребезжа отлетел в сторону.

- Ну, и кто стрелять не умеет? – задиристо спросил Винт.

- Да умеешь, умеешь. Винтнету Сын Инчучундры… У тебя в ушах не звенит?

- Нет. А должно? – Винт, оглядывая окружающую территорию в поисках новых целей и не опуская ствола мизинцем левой рули залез под щлемофон комбеза и энергично поковырял в ухе.

- Говорят, что когда контролер поблизости, то сперва в ухах звенеть начинает, - Отшельник перегнулся через поручни, что-то высматривая внизу. – Витек, не видал куда патронка отлетела? Передернул по-привычке, а патрон в стволе был.

- Дался он тебе. Давай снорка заловим – ведро патронков себе купишь. Я себе Стечкина прикупить хочу. Хорошая машинка, главное компактная, в комплекте с помпой – в самый раз по Зоне шариться.

- Не, ведро патронов – это пуда на два потянет. Куда я с ними таскаться буду? Только отстреливать лучше не надо. Не факт, что по конечностям ему попадем. Тут оптику надо и глушитель. А чего ты с собой ничего такого не прихватил?

- Да говорю же, случайно все получилось, - Винт сплюнул вниз,- я же и не собирался. Так бы конечно прихватил. А еще лучше сеточку бы у ученых попросил, хотя бы волейбольную. Я на Кордоне как то сеточкой собачек ловил.

- Да наслышан я о той истории, - Отшельник усмехнулся, - а вот нафига ты вояк тогда докалебывал – так и не понял.

- Делать просто нечего было. Дожди еще зарядили.

Сталкеры уселись на выщербленный дощатый настил и свесили ноги. Слабо поскуливал внизу слепой пес, шебуршался неподалеку в кустах снорк, у которого инстинкт и остатки разума пока еще брали верх над чувством голода. Винт достал из кармана сигарету и закурил, привычно пряча огонек в кулаке и пуская дым низом, чтобы тот не захлестывал не некурящего товарища. Отшельник, уперевшись налобником шлемофона в поручень, пытался высмотреть внизу снорка.

- Эх, сеточку бы сейчас…- вздохнул Винт, прерывая установившееся почти идиллическое молчание. – Слушай, у меня шнур толстый есть, крепкий, то ли капроновый, то ли нейлоновый. Но выдержать должен. Может заарканить попробуем?

- Да болта с два чего получиться. Там кусты, и арматура из земли торчит. Ни заарканить, ни петлю разложить. Обязательно зацепится.

Сталкеры снова примолкли. Неожиданно Отшельник толкнул товарища локтем в бок.

- Вон, на стене цеха, щит пожарный видишь?

- Вижу. И чего там? Ведро что ли? – Винт вгляделся в пожарный, некогда красный, а теперь ободранный, со следами старых пулевых отверстий деревянный щит, на котором сиротливо болтался прострелянный в нескольких местах конус пожарного ведра.

- Да нет же, над ведром! Багор обломанный видишь? – над конусом действительно висел небольшой багор, насаженный на обломок деревянного черенка. – Прямую пичку загнем, и можно как кошкой, или как блесной снорка зацепить попробовать. И без выстрелов, опять же. А то он вон зашугался, не подходит.

- Так а как привяжем то? Там дырки нет, - засомневался Винт, - да и снорк к блесне этой не подойдет, зашугается.

- А мы туда колбасу насадим, у меня есть. А дырку вот, дыроколом пробьем, - Отшельник похлопал ладонью по автомату, - это же 7,62, со ста метров рельсу прошибает, ему этот багорик – как картон.

- Ну, рельсу со ста метров – это ты брешешь, - отозвался, поднимаясь на ноги, Винт, - но попробуем, хуже один фиг не будет.

Одиночный выстрел АК-103 действительно пробил аккуратную дыру, одновременно выбив труху полусгнившего деревянного черена. Пичку Винт загнул, получившиеся жала крюков слегка выгнул вбок, на манер рыболовных, «для лучшей подсечности». Отломав и насадив два куска колбасы, сталкеры с крана закинули снасть к кустам. Вскоре заинтересовавшийся снорк высунулся из кустов и сунулся к наживке. Винт начал осторожно вытягивать веревку, заставляя снорка подойти ближе. Мутант осторожничал, словно чуял спрятанные в кусках колбасы железные крюки.

- Будешь подсекать – губу ему не порви, – прошептал Отшельник, выцеливая снорка через прорезь прицела и пытаясь зафиксировать мушку на конечности.

- Да пошел ты… - отозвался сквозь зубы Винт.

В это время громко заскулил и забился, почуя так близко врага, слепой пес, про которого сталкеры за всеми приготовлениями слегка успели подзабыть. Снорк немедленно переместился на несколько метров вперед и припал к земле, приготовившись к атаке. Собачий скулеж, казалось, выбил из него все остатки осторожности. Винт со всей силы рванул веревку на себя, крюк впился снорку в ляжку. Мутант взревел и дернулся в сторону. И тогда Винт намотал веревку на руку и спрыгнул вниз, оказавшаяся перекинутой через балку веревка потащила снорка в сторону сталкеров.

- Витек, тебе давно говорили, что ты зашибленный на всю голову? – Отшельник просовывал обломок трубы между связанных конечностей монстра. – Ты зачем вниз сиганул?

- Ну так это… гада этого поймать… он мне с утра все нервы вымотал. А ты зачем?

- Я прыгал с середины лестницы, и на снорка. А ты с верхотуры и на бетон. А если бы крюк вырвало?

- Ну так не вырвало же…- ответил Винт, взваливая конец трубы себе на плечо. – Теперь Стечкина себе куплю…

- А я – маузер. «Астру». Такой, как у революционных матросов, которые Зимний штурмовали, - отозвался Отшельник. И переспросил напарника через довольно длительную паузу, - ну, ты чего молчишь? Тоже маузер решил?

- Да нет, - отозвался Винт, - просто вспоминаю, как такие чудики одним словом называются… Для него же патронов не найдешь… - потом не вытерпел, и переспросил, - А для чего тебе маузер?

- Ну… так просто… всегда хотел из маузера пострелять.

* * *

- Ох, и горазд же ты заливать, Отшельник, - усмехнулся Игрек, подбрасывая в костерок небольшую деревяшку. - Снорка они на крючок поймали, рыболовы...

- Чего сразу «заливать»? – обиженно протянул рассказчик. – Вот, смотри.

Из развязанной горловины вещмешка в руках Отшельника торчала деревянная коробка, из-под откинутой крышки которой выглядывала рубчатая рукоять легендарного маузера.

"я-игрок"

Коллайдер. Взгляд снаружи и изнутрии ещё изнутрее.

(о времени, пространстве, бесконечности, относительности)

- Ну, всё, вышли на максимальную мощность. Ждём появления, вернее проявлений неведомых частиц микромира. Жаль живут они слишком мало – миллионные доли микросекунды, но наши детекторы обязательно их засекут.

Поздравляю вас коллеги!

Протон: Ну, наконец, свобода, и нет рядом этих противных нейтронов, вечно трутся об тебя, излучают всякую дрянь. Какой прекрасный полёт… О, чёрт, кажется вынесло на встречную полосу. Ай! Ой! Боже, а вон от того точно увернуться не удастся. А-а-а-а.

Бац!!!

Заседание межгалактического совета:

Итак, событие, о неизбежности которого наши ученые заговорили 100 мрд. лет назад, вступает в свою заключительную стадию: наша вселенная встретилась с другой такой же вселенной. Пошел процесс взаимного проникновения. Как результат вероятны развалы структур с выносом множества галактик и отдельных звёздных систем за пределы досягаемости притяжения черных дыр, являющимися центрами вселенных. Совершенно не ясен процесс взаимодействия этих черных дыр между собой. Возможными считаются три варианта:

- поглотят друг друга

- разойдутся с образованием двух вселенных из смеси попавших в сферу притяжения галактик

- одна из черных дыр вылетит из этой каши, поглотив множество галактик, выйдет за пределы вновь образованной вселенной и оказавшись в окружении «обломков» столкнувшихся вселенных будет поглощать их до тех пор, пока не произойдёт большой взрыв, который положит начало новой вселенной.

К счастью для нас, всё это имеет чисто теоретический интерес, так как обитаемые галактики будут втянуты в процесс не ранее, чем через 10 млрд. лет.

Вячеслав "Tank 72" Густов

Колдун

В 621-й штурмовой авиаполк я прибыл весной. Пришлось дать в зубы командиру эскадрильи, чтобы меня перевели из вполне тихого и благополучного места (Резерв Ставки Главнокомандования – один вылет в пять дней) в самое пекло. Жаль его, конечно, но мне позарез было надо.

Прибыл на аэродром, и стою, жду. Подошла девушка — дежурная по полку — и повела нас в штаб. Приводит в землянку. Летчики лежат на нарах в ожидании боевого вылета, козла забивают, в «очко» режутся, чудные песни поют. На мотив «Серенького козлика»: «Жил был у бабушки серенький козлик, а на на чики брики гоп патса, гоп патса, пур пур ля ля. Сардел мой бид яса фит яса, бибимики, кикимики серенький козлик». На фронте много можно было услышать такого, что в тылу не услышишь.

Прошли мимо них в небольшую комнату командования полка, где сидели начальник штаба — майор Зудин Петр Алексеевич, замполит — майор Хохлов Алексей Алексеевич и командир полка — майор Поварков Вениамин Всеволодович: «Старший лейтенант Иванов прибыл по вашему указанию!» Подал им летную книжку.

И они мне сразу вопрос – за что? Я таиться не стал, и, конечно же, сразу всю им правду-матку и выдал. Колдун, говорю, я. Нет, на самом деле я никакой, конечно, не колдун. Но вы поймите и меня – на дворе тысяча девятьсот сорок пятый год, слова «экстрасенс» никто ещё не слышал. Хотя я, конечно же, так же никакой и не экстрасенс. На самом деле я ближе к святому, хотя, разумеется, и не святой.

Для вас, чтоб вам понятнее было, я материализованный одушевлённый вектор стремления сил земли. Да и это определение, как вы, наверное, уже догадались, верно лишь отчасти.

Ну так вот, отцы-командиры мне, как и следовало ожидать, ничуть не поверили. Ну да это мне знакомо – устроил пару локальных чудес, заживил несколько болячек… Лётчики у меня ходили как картинки – ни вшей, ни ссадин, ни грязи фронтовой вечной. Даже одежда не мялась.

Стрелкам-механикам, понятно, чудес досталось меньше. Просто жили они дальше, а у меня, извините, радиус. Но и они лоснились так, что когда проходили мимо них местные девки, то, бывало, толкали друг друга локтями: Эвона, вот кому война на пользу!

Потери на вылетах прекратились, а всё потому, что я с вечера предупреждал начштаба – Анкутдинова на вылет не ставить, гробанётся! Или – у Попкова самолёт неисправен. Стукните ломом и отдайте в ремонт!

На сложные задания сам летал. Стрелка не брал – мне он без надобности. А задания выполнял – да и как было не выполнить. Ну и, постепенно, привыкли ко мне. Другим, понятно, секрет полка не раскрывали. А на вопрос, почему так исключительно хорошо воюем, просто посылали. Нет, не из грубости – так принято было.

И вот однажды прилёг я после вылета под крыло подремать. Нет, а вы как думали, мне тоже это нужно! Во сне я с ноосферой напрямую общаюсь, всякую нужную информацию получаю. Не ноосферой, опять же, но, раз у вас другого термина нет, то пусть будет этот.

Так вот, лежу, и чувствую – пора. Встал, отряхнулся, и к самолёту. Стоит мой Ил-2, блестящий, уже заправленный и снаряженный. Я, понятно, никому ничего не сказал, а сам – в кабину, да и на вылет. Нет, никто не остановил. Знали меня уже. Лечу, и чувствую – силушка меня переполняет. Большое дело, стало быть, делать буду.

А тут и информация поступившая оформилась. Уничтожить мне предстояло колонну новейших немецких танков в количестве ста девяти штук. Построили их на подземном заводе, а, как набралось приличное число, да и наши подходить стали, решили в ход пустить. Понятно, разбил я их. Да и перешёл в исходную фазу. Нет, я живой. Просто я теперь везде – в скалах этих, в деревьях. В домах, что их тех деревьев построили. В воздухе. В воде.

А танки – что они? Должны они были нашим войскам в тыл ударить, насквозь пройти и к союзничкам нашим выйти. И сдаться. Чем это плохо? Ну, англо-американцы тогда бы в июне сорок пятого на нас бы всё-таки напали. Всего бы на чуть-чуть бы поувереннее себя почувствовали, и, …

Да, опять двадцать второго. Двадцатого атомную бомбу испытали, двадцать первое на принятие решения. Ну а на следующее утро…

Так вот, победить бы они не победили, но землю-матушку бы поуродовали знатно. И людей полили. А люди – важная часть земного организма. Или не организма… Как вам объяснить-то? Хотя – не стану ничего объяснять. Будете у нас в ноосфере – сами всё поймёте.

Маргарита "Маргарита" Патрушева

Кошмар

Мосфильм представляет: по одноименному рассказу Антона Павловича Чехова: «Кошмар».

Итак, внушительно высморкавшись, начну… В общем, я начиталась Чехова…

Очень хотелось назвать рассказ «Шизофрения», особенно, на греческом, но…

Все мы психопаты и шизофреники в одном лице, в зависимости от ситуации. Кто-то на это крякнет в кулак, кто-то понимающе опустит глаза. Но, что интересно, ведь эта самая ситуация порой, яйца выеденного не стоит. Да, часто мы попадаем в комические или, как нам кажется, опасные ситуации, как, например, у меня, если бы не моя гордыня или отчаявшийся ум, все прошло бы нормально. Однако эти страстишки давят и давят на нас как старинный мельничный жернов. Здесь, как уже давно известно, святым адамантам древности, торчат чьи-то гнусные хвосты и рога.

Наше самолюбие страждет и страждет, пыжется и пыжется изо всех сил как голубь. И, к сожалению, мы даже не подозреваем, а если и знаем, то в жизни своей не используем, что когда мы смешны людям – это ничего – они отсмеются. А когда мы смешны демону – вот это уже беда. Мы для него – мыльный пузырь. И он стремится нас лопнуть. Исхищряется на искуснейшие уловки. Со дня разделения Добра и Зла, закрутилось маховое колесо механизма. Вращается и вращается оно, период за периодом, отмеряя вехи.

Толстый ли, сытый и мордатый кот, грациозная кошка, в кустах ли, под машиной, не суть важно… . Некоторым особам, вроде меня, они видны чуть ли не за версту. Беседы с людьми, странное восприятие, странные, неловкие ответы. Чье-то одеяние.… К чему я об этом? Да к тому, что все это – особенность мозга, души и даже зла в нас.

Наверное, я ничего нового не сказала. Об этом много написано. Тому пример дорогой наш Антон Павлович. Очень хорошо и тонко показывал. А я учусь. Я пишу. Я знаю, кто может изменить все к лучшему в мгновение ока, обратись к нему весь мир. Но он создал нас свободными, и этим мы отличаемся от животных. Один хороший человек сказал мне, чью-то цитату, наверное: «Я, скорее всего, поверю, что человек может превратиться в обезьяну, чем наоборот».

И ходим мы этакие духовные карлики с одним крошечным и одним очень большим ухом и огромным горбом. Крохотное ухо – это слышание Бога, другое для обид. Огромный горб – это.…А догадайтесь сами, я только подскажу: его еще горой с плеч называют, только груз немного другой. И в сердце у нас разделение: одна часть расположена для добра, другая - для зла. Абсурд? Или духовный и физический мир в человеке?

Александр "Ges" Кострюков

Миниатюры

Шизофрения – это разделение.

Сможем ли мы разделить дождь с облаками?

Странная фраза. А что такое?

Ведь все мы больны... Кошмар!

Ride On

Еще один одинокий вечер в городе одиночества, пустая бутылка на измятой постели и пустая, хмельная голова. За окном мигают неоновые вывески, редко проезжают машины. Стою и смотрю на свое отражение в стекле, тяжелое дыхание оставляет следы на окне, оно запотевает. Я не настолько молод, чтобы убиваться из-за женщины, и не столько стар, чтобы не замечать этого. С грустью смотрю на пустую бутылку, я ее выпил, как свою жизнь. Пусть еще многое впереди, но самое интересное позади. Я уже не молод, но еще не стар. Подвешенное состояние, переход из одного мира в другой, из одной жизни в другую. А пока… Пока еще есть возможность прокатиться.

Ключи от машины лежат на тумбочке, а внутренний голос твердит, что это поездка не будет напрасной. Ну что же, почему бы и нет.

Выхожу из дома, щурясь от ярких огней рекламы, а рядом припаркован Он. «Чарджер», символ моей свободы. На черном «металлике» играют огни, завораживающая картина, хром блестит и слепит. А силуэт напоминает хищника…

Забираюсь внутрь, и салон обнимает меня огромным креслом. Ключи в зажигании, левая рука на руле. Поворот, и гигант оживает, слегка ворчливо, но радостно, в ожидании того, что ему дадут размять мышцы. Приятная вибрация пробивается на руль. Включаю радио, а там играет AC\DC – Ride On. Песня под настроение. Прокатимся…

Правая рука ложится на рычаг коробки, металл холодит руку, толкаю стальной стержень вперед, и он четко становится на место. Слегка притапливаю газ и выруливаю на дорогу, музыка обволакивает меня своей спокойной мелодией. А голове лишь одно: «Поезжай вперед», и я поеду, понесусь навстречу ветру и обгоню его. И стану свободным.

Мерцание огней, свет встречных фар. Рокот мотора и ощущение дороги, самое дорогое, что у меня осталось…

Ночь

Ночь – прекрасное время для любви, серенад… Но только не в аду земном – Зоне. Здесь это отличное время для смерти, холодное дыхание которой обжигает и пробирает до костей. Когда тяжелые тучи подсвечены луной, лишь изредка брезгливо показывающей свой лик, тогда начинается охота… И старуха с косой накрывает своим черным одеянием эту язву на теле планеты. Мимолетное прикосновение… И очередная жертва бьется в агонии, разбрызгивая кровавую пену.

Сначала приходит страх, первобытный, грубый, жестокий. Сжимает тебя своими пальцами и выдавливает из тебя, капля за каплей, всю человечность. И вот словно дикий зверь, мечешься между теней прошлого и будущего…

А потом приходит вечная спутница Страха – Отчаяние. Когда глаза уже слезятся, а тело покрылось потом, и костяшки пальцев, сжимающих рукоять оружия, побелели. Мышцы сводит судорогой и уже не остается сил боятся, а впереди лишь тьма…

Где-то на горизонте маячит, окутанный радиоактивной дымкой, четвертый энергоблок. Стоит, словно насмехаясь над мелкими человеческими сущностями, мечущимися вокруг, и наполняет души благоговейным ужасом перед своим величием.

Вспышки автоматного огня, рык монстров, предсмертные крики – все это нормально. Действительно страшно, когда вокруг тишина… Это старуха пришла за тобой и все вокруг стараются забиться глубже в норы. Она положит свою костлявую руку тебе на плечо и вонзит нож под лопатку… В этот момент либо пуля разнесет твой череп на сотни осколков и куски мозга, либо монстр появится из темноты и утащит тебя вместе с твоей протухшей душонкой, пораженной ядом Зоны.

А может она просто что-то шепнет тебе на ухо, а ты вовремя обернешься и полоснешь из автомата в подкравшегося сзади сталкера. И увидишь, как смерть, ухмыляясь, склонилась над трупом бедолаги. И с каждой каплей крови, медленно, сжимая своими длинными сухими пальцами, вытягивает из него душу. И пожирает ее, пережевывая своими гнилыми зубами…

"Баррет"

Кордон… Как давно я здесь не был. Год, два? Не важно. Опять дождь, как тогда… Уходили с боем , потеряли двоих но и взвод «зелененьких» отправили в мир иной. Так и хочется сказать, что вспышки выстрелов разрывали ночную тьму, гильзы сыпались горячим дождем… Но, все было гораздо прозаичнее: днем засев за грудой камней с «Ксюшами» и ружьями, отстреливались от военных, потихоньку, перебежками ползком уходили на Свалку, а там уже кто куда. И вот последних двух, Камня и Акума достали. Земля им пухом…

…Чертов дождь, грязно, весь промок, оптику заливает. Лежишь в этой хреновой луже и думаешь, какого черта я тут делаю? А вот какого. Будешь возвращаться с ходки, и накроют тебя вояки, ведь не побежишь же на Свалку, где все перекрыто, а тихо, мирно уползешь по болоту на Кордон. А потом весь в этой тине как водяной прохлюпаешь пять километров, а дальше по тоннелю. И здравствуйте родные «ясли». И еще километр по грязи между аномалий ползти…

…А почему я валяюсь в луже со снайперкой, весь покрытый тиной, потом и грязью? Да как вам сказать-то… Ну бегает вокруг стая псин, вынюхать не может, а стрельни, сразу на звук прибегут, патронов-то кот наплакал. С ходки иду же, отстрелял почти все, да и непредвиденные обстоятельства в виде военных, заметно опустошили боезапас. И в деревню к новичкам не завернешь, время поджимает, выброс скоро, а мне на Агропром надо. Переждать говорите? А зачем? Если его тут пережидать, то дорожку-то короткую может и аномалиями запечатать, а плестись через Свалку, себе дороже, тем более в одиночку. Я же уже говорил, что там «камуфлыжники» облаву устроили? Вот то-то и оно…

…Черт, так и заразу подхватить легко, два часа в луже под дождем, это вам, срань, не курорт. Ну вроде успокоились слепыши, можно тикать…

…Ага, вот и насыпь железнодорожная, а по ней, да по шпалам и до Агропрома в два раза быстрее дойти. Только сложнее, здесь зверье гуляет, это мутантова вотчина…

…Вот и сейчас с «Орлом» наперевес я топаю по шпалам, как в детстве в родном городе на Волге, с дачи и по шпалам до самой ГЭС, а там сесть на крутом берегу и смотреть, как вода падает с высоты нескольких десятков метров, чайки кружатся над этим пенящимся хаосом… А солнышко светит ярко-ярко… А здесь тучи и дождь, постоянное напряжение, подлость, гадство… А как вы хотели? Зона это та же Большая Земля, только гротескная, гипертрофированная какая-то… Ну да не об этом речь.

Вот и первый псевдопес зарычал вдалеке, снимаю винтовку с плеча, все тряпье, которым она обмотана, промокло насквозь, сделав ее на килограмм - полтора тяжелее. Привычно припав к окуляру выцелил пса. Хлопок маленький подарочек попал точно по адресу, в мозг. Псина захлебнулась подобием на стон и затихла. Можно идти дальше…

… Вот и Агропром. Солнце, выглянувшее из-за туч, ослепило меня при выходе из туннеля. Еще полкилометра и все, мой тайничок, можно отдохнуть и поспать… Пусто, с тех пор как вояки вычистили эту часть НИИ, разве что кровососы выбираются из сырых подземелий, дабы поохотится. Будем надеяться, что сейчас они сыты и дрыхнут в своих подвалах…

Еще пара коридоров и комнат и я на месте… Твою ж мать! Не все сыты. Господь спаси и сохрани…

…Короткий спринтерский забег от двух центнерной горы мышц. Поворот, комната, коридор. Запрыгнуть на станок, и залезть повыше, на заблокированный этаж, наполовину обваленный, с огромной дырой в потолке, сквозь которую льется свет…

… Ну что урод, съел!? Хех… куда тебе тягаться в скорости со мной и не от таких уходили…

Так, а вот и он… Снимаю крышку со какого-то странного станка, полого внутри. А там лежит объемистый цинковый ящик с припасами и защитный чехол. Вот внутри чехла и лежит самое дорогое, что у меня есть. Аккуратно достаю его, открываю… Ну здравствуй родимый. Вытаскиваю из чехла винтовку «Баррет», нет, что вы, не самую здоровую, а укороченную буллпап версию. Пускай тяжелый и не очень сбалансированный, зато убойный и при стрельбе с позиции незаменимый. Спросите откуда он у меня, и почему лежит в тайнике? Долгая история,потом ее вам поведаю. А сейчас, надо набить магазины, и показать мутантам, кто здесь первый парень на деревне…

Спускаюсь в коридор, а тварь ждала за углом и сразу же бросилась ко мне. Благо разделяло нас метров десять. Мягко жму на спуск, удар в плечо словно молотом, а кровосос падает почти сломанный пополам с огромной дырой в грудной клетке и хлещущей во все стороны кровью.

"Банальности сквозь призму..."

For the greater good of God

"Iron Maiden"

…Ночной лес уже затянула ядовитая дымка, разъедающая легкие, горло, глаза, кожу. Я проверил, как сидит защитная маска и потуже затянул крепления. Эта дрянь разъедала только живые ткани, оставляя ужасные ожоги или гнойные язвы, распространявшиеся по телу с огромной скоростью, и, спустя несколько дней, лопающиеся, словно мыльные пузыри, выплескивая свое отвратительное содержание наружу. Но большинство умирало от жутких судорог и боли еще до этого момента. Не хотелось мне повторять судьбу этих несчастных. Деревья казались призраками, распростершими свои лапы над моей головой. Под ногами хрустели то ли ветки, то ли хитиновые тельца жуков, противный звук, казалось, разносился на сотни метров вокруг. Но все звуки скрадывал туман Зоны, непроницаемый, ни для уха человека, ни для твари, чем бы она не воспринимала окружающий мир. Но самое странное, что сквозь эту завесу можно было видеть звездное небо, переливающееся мириадами огней, и огромную полную луну. Но в любом другом месте за пределами леса, небо затянуто тяжелыми тучами подсвеченными ночным светилом, оттого кажущиеся более зловещими. А этой мертвой тишине ясное небо казалось милостью Небес, указывающих дорогу, но Зона извращала карту свода по своему, нельзя было найти хоть одно знакомое созвездие, словно над головой светили чужие звезды, холодные игрушки в руках дьявола. Возможно, этот мертвенный свет принесет только боль. Каждый должен терпеть боль, снова и снова, только это не дает нам почувствовать себя мертвыми, когда боль уходит, кажется, что ты выбираешься из тени и карабкаешься вверх, на небосклон, а потом все выше и выше по звездной дорожке. Вот и сейчас, боль в сведенных мышцах напомнила мне о реальности, пришлось остановиться и дать немного отдыха ногам. Я оперся спиной о покореженный ствол дерева, и прокрутил события последних часов. «Ангел» лежавший в рюкзаке был реальностью, чувствовались его тепло и энергия, и слабая пульсация, словно биение сердца. Я попытался вспомнить все детали боя химеры с боевой машиной, и отчетливо всплывала картинка химеры в свете орудийного огня. Она не отбрасывала тени. Есть такая фраза: «У человека, не оставляющего тени – нет души». Насколько это применимо к порождениям Зоны, я не знал. Но не оставляло меня ощущение, что у этих существ, нет, даже исковерканной, извращенной Зоной, души. Иногда, казалось, видно было пугающую тьму бездны, разверзнувшейся внутри этих созданий. И мне это казалось страшнейшим наказанием – видеть вещи, которые я не хочу видеть, и которые неспособен понять. Временами казалось, будто демоны ада танцуют в моем воспаленном мозгу пытаясь скинуть его в пучину безумия, мысли неслись в бешеном круговороте теней и призраков, проблески разума, словно копья, сотканные из света, пронзали эту беснующуюся темную массу, а тело билось в судорогах пытаясь вытолкнуть из себя все это. Во время приступов внутренние голоса отступали, забывались, отдавая мой разум во власть сумасшествия. Это было словно процессом очищения, от зла постоянно накоплявшегося от нахождения в этом проклятом и забытом Богом месте. Иначе я давно бы сошел с ума и замкнулся в себе, как и любой другой сталкер, покрытый коркой жадности и жестокости, загнавший свою душу в дальний угол и прикрывший ее броневой пластиной. Возможно, это был способ защититься, но он все равно приводил к одному и тому же результату. Постоянной грызне за место под солнцем, доведенной до абсурдных величин. Их воспаленное сознание ни во что не ставила ценность человеческой жизни, души умерших скапливались под колпаком Зоны, создавая ужасные фантомы из прошлого. Общество сталкеров отторгало любое проявление человечности, это только казалось, что они помогают друг другу, делятся едой, патронами, прикрывают спину. А через секунду они могут выстрелить в спину, просто потому, что повезло чуть больше и вас не ранило или оказалось на копейки больше хабара. Это лишь маски, но более гротескные и отталкивающие чем в другой жизни, той, что осталась за Периметром. И сейчас, подняв голову к небу, я увидел лишь непроглядную тьму, поглощающую холодный свет звезд. Молитва потекла словно река, очищая меня от сомнений… А после нахлынуло одиночество, накрыло, словно плотное черное покрывало, сжало железными пальцами душу… И воспоминания прорезают сознание словно молнии… Вот ты лежишь на крыше, нагретой солнцем, припав к прицелу, капли пота стекают по лбу, ладони намокли… Вспышка, выстрел… Бежишь по ночному лесу, а сзади зло лает «Калашников». Пуля выбивает щепки из дерева перед твоим лицом. Вкус крови на губах… Солнце просвечивает сквозь ветви, а ты лежишь на холодной и мокрой от утренней росы траве, а впереди маячит ограждение Периметра. Вот и ты Зона, как меня к тебе тянуло, как я ждал этого…

"Greg Complein"

За деньги, но с улыбкой

Спите спокойно, любимые,

Где - то у дальней реки

Чёрной судьбою гонимые

Насмерть стоят полки.

Раненый пришел к кордону где-то к пяти утра, и первым делом попросил воды. Хотя "пришёл" - сказано громко, он полз, и когда старший патруля капитан Оцуп нашел хрипящее тело в придорожных кустах, первым делом достал трофейный "стечкин" и чтото неразборчиво буркнул себе под нос. Он даже не сомневался надо ли добивать хнычущего от боли сталкерюгу, рука направила в сторону стонов пистолет, но в этот миг стоявший справа салабон, молодняк, который ещё учить и учить, проникновенным глубоким грудным голосом сказал:

-Глаза.

Оцуп что-то почуял, что-то важное... Он повел по сторонам чуть живым, светящим желтым светом фонариком, присмотрелся и увидел... В непроглядной тёмной ночи метрах в тридцати на уровне пояса от земли настороженно двигались к ним сразу три пары отражающих свет фонарика глаз.

-Огонь, мля! - заорал капитан роняя пистолет и хватая с ремня АКС.

Молодой, хотя и держал свой автомат наготове, что-то протяжно спросил, но его слова заглушила автоматная очередь. Из мглы на патруль подминая кустики кинулось взвизгивающее нечто с горящими широко расставленными хищными глазами.

-Отпрыгивай! - крикнул Оцуп рядовому, что выл ближайшим к нападавшим...

Раненый раздетый догола лежал в караулке на матраце укрытый покрывалом.Старлей Петренко подошёл к нему и присел на ящик из под гранат:

- На, счастливчик - протянул он бойцу водки - пей.

Солдат лихо опрокинул стакан и занюхал хлебом. Как раз через секунду после того, как он поставил гранёный стакан, в дверях возник проснувшийся фельдшер, как на грех оказавшийся сегодня в карауле.

- Вы чего, балбесы, офанарели? - взвыл врач - Я ему антиботики вколол, вакцину... Стёпа - повернулся он к Петренко - водяру сюда!

- Да что вы? Водка от Зоны первая микстура, так что зря вы...

- Водку дал! - рыкнул фельдшер - пойдём на крылечко на пару слов...

Выйдя на крыльцо Петренко отдал флягу с водкой, и молча наблюдал, как содержимое сверкая и искрясь на солнце выливается на бесхозную клумбу.

- Ты мне чего творишь, клоун? Ты хоть знаешь кто это? Ты личное дело его видел?

- Обычный воин. Едва живой, 6 огнестрелов, кровопотеря, ожоги...

- Старлей, не гони! А если он дезертир, или вообще самозванец с чужим жетоном? По его наводке мы группу на поиски послали... Четыре покойника в месте, которое он указал... Короче так, я не знаю, что делать, приедет особист из округа - решим, а пока мы этому калеке ни слова, ни жеста, понял? И всему караулу это объясни.

Петренко задумчиво кивнул.

- Не могу больше. Задолбала эта Зона. Крышу уже рвёт, понимаешь?

Он поднял глаза, но на месте фельдшера уже никого не было...

Петренко стоял перед окном и нервно курил. На столе караулки бойцы расписывали покера, в углу на своём нехитром ложе тихонько постанывал во сне раненый и измотаный, представившийся целым капитаном. В ногах лежало его тряпьё, перемазанное кровью и грязью, в некоторых местах опалённое и так и кинутое вперемешку с неумело повязанными кровавыми бинтами.В дверь позвонили, солдат выглянул в окошко и не говоря ни слова открыл, отступив в сторону чтобы пропустить капитана Оцупа, и следовавшего с ним майора в форме СБУ.

- Этот? - кивнул майор на спящего.

- Да, - ответил Оцуп - По-моему, молодоватый какой-то для капитана, товарищ майор, вы не считаете?

- Хабар нёс? - спросил себе под нос особист, открывая только что извлечённую из дипломата папку - Хм... Нда, интересно... - мычал он про себя, то заглядывая в папку, то осматривая раненого, который почувствовав к себе внимание стал мучительно просыпаться.

- Нет, при нём найден только штык-нож, армейский жетон, сломанная рация, и обручальное кольцо. И одежда, само собой.

Особист кашлянул, подтянув брюки за колени присел на давешний гранатный ящик.

- Николай Андреевич, могу я задать вам несколько вопросов? - учтиво обратился он к раненому.

- Алексеевич - поправил в ответ раненый капитан - не надо меня проверять... Николай Алексеевич Кузнецов, 1980 года рождения, 12 апреля.

- Ну ладно - особист из полной учтивости превратился в резкого и дотошного дознавателя

- Как вы, капитан, офицер, давший присягу, объясните мне бегство с поля боя?! Как ты объяснишь гибель всего твоего отряда, всего, кроме тебя?! Где твой автомат, тварь продажная?! Цука, как ты объяснишь что шёл по Зоне 22 километра с такими ранениями?! Как? Как? Как? - орал майор чуть привставая над раненым, срывая голос, брызгая ему на лицо слюной...

- Никак.- слабеющим голосом ответил капитан - и перестань тут какать...

Майор не любил двух вещей - обращения по званию и каску в качестве головного убора. Каска вообще такая подлая вещь - чиркнет по ней пуля, и тебе шею от удара по каске поворачивает на 180 градусов. Конечно, он не любил и особистов. Только месяц как оправился от ранений, получил это долбаное повышение, уехал служить в Харькiв, и тут как тут они. Копают под него. Копают во всю. Узнав об этом, сразу пошёл к командиру части с рапортом. Командир, полковник Богдашкин, удивился, на кой ляд офицеру, уже чудом спасшемуся от Зоны опять туда? Удивился, но рапорт подписал. Майор вёл людей по дороге, предупреждая солдат где надо аномалию обойти, иногда, для верности кидая пистолетный патрон, но главная цель - держаться старой асфальтовой дороги.

- Товарищ майор, а правда сталкеры почти все зараженные?

- Чем, Бахмет? - переспросил Кузнецов.

- Ну... вирусом Зоны, который мозг сжигает...

- Нет, не правда. Я не знаю правды, но это точно бред - про вирус.

- А зачем же мы их тогда отстреливаем?- спросил удивлённый Бахметьев.

- А низачем... Их без повода и не надо убивать.

- Но это же не люди!

- Нет, они люди - сказал Кузнецов - так, внимание всем: за мостом принимаем левее дороги, наблюдать за правым флангом, эти развалины часто опасны!

Пройдя опасный участок прикрываясь группа вышла к разрушенному железнодорожному мосту. Издалека послышался резкий крик, и охраняющие проход под чудом ещё не рухнувшим на их головы мостом бойцы заняли боевые позиции.

- Прохор!- крикнул майор - Дай зелёную, не узнали нас.

В небо метнулась зелёная сигнальная ракета и с позиций выстрелили такой же в знак что поняли сигнал. Среди перевёрнутых вагонов, труб, бетонных плит и застывшей техники расположился заслон во главе с майором Оцуп. Офицеры кратко переговорили между собой, бойцы же в это время перекуривали, делясь последними новостями, когда закончили - пожелали друг другу удачи, и распрощались. Ефрейтор Бахметьев проводил взглядом уходящую группу, повернулся к Кузнецову и спросил:

- Товарищ майор, а ребята говорили что аж пять сталкеров за ночь замочили... И собак штук семь-восемь. Как вы думаете, переплюнем?

-Ума у них нету, у ребят твоих - сплюнул Кузнецов - через часок возьму двоих, на старую свиноферму прогуляемся... Увидите людей - не стрелять, первыми, по крайней мере, а вот со зверьём не церемониться, а то был один, собачку ему приручить, мля...

В недалёких кустах мелькнуло движение, и Кузнецов прищурившись, определил, что там прячется человек. Добрая примета - прячется значит не зомбированный. Майор Кузнецов поправил берет и жизнерадостно огласил:

- Эй, сталкер, хочешь пройти - подходи, будем говорить, а нет, так вали отсюда!

Кузнецов тихонько улыбнулся, когда из кустов к нему не спеша побрёл угрюмый небритый человек в застиранной энцефалитке и с обрезом, торчащим из-за пояса...

"Greg Complein"

Камень на осыпи

- Эй, не спать! – окликнул Газона, примостившегося поудобней на своём лежаке Кривой.

- Да не сплю я. – ответил Андрюха.

- Ага, просто моргаешь подолгу…

Сталкеры расположились в стороне от тропы, ведущей от практически развалившегося цементного завода, руины которого не стали облюбовывать даже вездесущие одиночки. Позиция была явно удачная – на едва заметном холмике, бурно поросшем мутировавшим до гигантских размеров бурьяном. С юго-запада шли овраги и обрывы в таком количестве, что даже если кто-либо и попробует оттуда подкрасться к двум засевшим скрытно сталкерам, его будет скорее далеко слышно, чем видно. Остальное пространство почти идеально просматривалось и простреливалось. Только на севере, метрах в трехстах обильно насаженные тополя отгораживали укрывшихся от глаз часовых Свободы, скучающих на своих вышках всего в полутора километрах от этого холмика. По тропинке, в своё время служившей просёлочной дорогой, а теперь используемой для сообщения армейских складов, и птицефермой Свободы, изредка проходили маленькие группы по два-три человека. Газон каждую такую группку дотошно разглядывал в бинокль, а его напарник, Коля Кривой, похоже вообще ничем не интересовался кроме ковыряния соломинкой крупного жука, на свою жучью голову попавшегося самому хитрому и непредсказуемому существу Зоны – сталкеру.

- Кривой, - окликнул глухо Газон – я закурю? Уши пухнут уже.

- Нет.- отрезал его старший так резко, будто вот так сидел, и ждал именно этого вопроса.

- Ну разреши, а? Я в кулак, никто не увидит, а сидеть нам ещё до вечера может быть, а уж тогда точно…

- Хорош ныть. – перебил Кривой товарища, и повернулся немного привстав.

Это подействовало безотказно, молодой по меркам военных сталкеров подчинённый осёкся, поняв, что дальше не стоит доставать командира. А особенно такого, как Кривой.

Вообще Газон службу военным сталкером принимал с куда большим энтузиазмом, чем прошлые три года на блокпостах и в рейдах по развалинам мини-государства со страшным именем «Зона отчуждения». И, несмотря на суровость Кривого, с которым Андрей сам просился в выход, такая служба ему была намного больше по душе, чем караульная. Кривого не боялись ставить старшим на выполнение заданий любой степени сложности, на которые тот порой ходил в одиночку, наотрез отказываясь от напарников и помощников, он был редчайшим примером человека-загадки, и неоспоримым авторитетом среди военных сталкеров.

- Кривой, а почему в Зоне какие-то звуки постоянно слышишь? Уханье, гул всякий, нигде такого не слыхал, как тут. – Андрей не столько хотел узнать об Эхе Зоны, сколько пытался в принципе разговорить немногословного начальника.

- Музыка небесных сфер. Тут зона повышенной громкости.

- А серьёзно если? – обрадовался в душе Газон, обдумывая как «развезти» начальника на свой разговор – Может аномалии так звучат? Значит у каждой свой голос!

- Это глюк. Нет никаких звуков, и не было. Ты первый такой за шесть лет. – Обрубил завязавшийся разговор Кривой.

Андрей знал, что такой он не один, а вот спросить неприступного сталкера было уже и не о чём. По тропе подле холма побрёл одинокий человек, через каждый десяток шагов останавливающийся, и всматривающийся в сторону засевших сталкеров.

- Это он, - объявил Кривой – Разговор веду я, сидишь, слушаешь, и не лезешь.

- Ясно, - кивнул Газон – а он не зараженный?

- Этот – нет. Проспиртованный насквозь, вирус зоны берёт только людей в здравом уме. Закуривай.

Младший достал сигарету и щёлкнул зажигалкой. Непонятная фигура, продираясь через траву, приближалась к холму. «Он» периодически останавливался, внимательно просматривая предстоящую дорогу.

- Слушай, давай быстрее топай, а? – крикнул, встав в полный рост Кривой, махая обеими руками сразу – Тут чисто!

Газон наблюдал за пухлым, и каким-то неуклюжим сталкером с сомнением думая о его пользе для предстоящего дела. Мрачный тип приближаясь внушал Андрею всё меньше доверия – физиономия толстая, видно грязная, пузатый, медлительный, и как выяснилось при приближении трясущийся как лист. «Лихорадка» - подумал Андрей, поднимая автомат на краснолицего пришельца, ему никогда ещё не приходилось иметь дел со сталкерами, тем более такого нездорового вида.

- Так, чувак, – молвил толстяк хрипловатым голосом, – ты скажи этому поцу, чтобы пушку убрал, я чуть в аномалию не вляпался, не хватало… убирает пускай, короче…

Кривой повернулся к Андрею и махнул рукой. Андрей демонстративно поставил АКС на предохранитель, и закинул за спину. Приладив автомат поудобнее вытащил из зубов сигарету, и стряхнул полсантиметра пепла на землю.

Гость присел на пенёк, и повернулся к Кривому:

- Ты чего по кустам шкеришься? Мне чё в прикол за тобой лазить? Если с кем из наших погрызся – так и скажи... Ну ладно, Кривой, дай выпить - я знаю, у тебя всегда есть.

- А то ты не знаешь, с кем я грызусь – ответил Кривой, усаживаясь рядом с гостем. – Газик, сообрази костёр, Кстати, знакомьтесь: Повар, это Андрюха Газон, компаньон - при этом слове Повар кивнул, подмигнув Андрею – Газ, это просто Повар.

- Здорово, Газон. Кривой, не трави, помираю ей Богу… Макс, скотина… аппарат спалил. Нема у меня самогона теперь – мы с Шурупом стиральную машинку починили, и к ней провод от Электры кинули через трансформатор, дрожжи в центрифуге с растворимым соком и сахором гоняли...- рассказывал Повар, глядя как Газон поджигает политые бензином из баночки «Zippo» ветки в костерке, – а этот… Интересно ему стало, блин, чего это она током лупит месяц напролёт… Гадина, никакой жалости... Сам же подойдёт ещё ко мне…

- Это чего? – спросил с удивлённой улыбкой Кривой, доставая бутылку и чёрный пакет с закуской – Лука сухой закон провозгласил?

Пока Повар рассказывал душещипательную историю гонений против пьянства и растамании на командной базе Свободы, Газон нарезал хлеба, и открыл банку консервов. Увидев это, Повар движением фокусника материализовал откуда-то гранёную стопочку, и посмотрел сквозь неё на солнце, будто оценивая чистоту редкого алмаза. После «оценки» дунув предварительно в стопку, мизинцем собрал со дна и краёв пыль. Все эти жесты

были чётко выверены и отточены, и представляли собой скорее ритуал, чем правило гигиены.

Рядом со стопкой появились две бывалых эмалированные кружки, когда их наполнили, и тут же опустошили «за встречу», Кривой спросил:

- А чего с хабаром у вас в окрестностях? Есть смысл тут полазить?

- Нормуль, с хабаром, - ответил Повар – а шпроты у вас ништяк, сто лет не пробовал, аж вкус забыл. Ты нормальный хабар тут километрах в трёх к северу поищи, только не на пути к Барьеру – там всё уже подмели... Хабар только залётные гребут, у Лукаша в подвале тонны полторы скопилось, как вывозить уже не знаем. Скряга его даже продавать по дешевке стал, дрек не принимает. Ну чё, между первой, и второй… наливай! – Сказал Повар, довольно потирая руки.

Андрей задумчиво слушал новости, о окрестностях старых военных складов, в ответ на которые Колян рассказывал что-нибудь своё, из жизни восточных и южных районов Зоны, плавно подводя разговор к главной теме. На тропе, у травы, примятой Поваром, остановились несколько сталкеров, видимо раздумывая, не пойти ли им тоже к костру, но, помявшись, двинули своей тропой.

- Ну-ка, дай мне твой ствол посмотреть. - сказал Повар, подсаживаясь к Кривому поближе.

- Иди ты, у тебя, смотрю не хуже. – сказал Кривой, перевешивая автомат на левое плечо, подальше от излишне любопытного дружка.

- Да я не в том смысле… – смутился Повар. – Я гляжу, у тебя крепления под оптику есть, знаю одного пипла у нас, за три пузыря водки он толкает путёвую оптику на калаш.

- Нету у меня трёх… - ответил Коля.

- Один дай, или два. Остальное потом принесёшь.

- Не надо мне оптики. Лишний вес, который ещё и разбить боишься. Скажи, Повар, я слыхал, у вас Сталкеры иногда как-то странно пропадают, не знаешь случайно?

Газон насторожился, и превратился в большое такое ухо. Наконец-то Кривой заговорил о том, для чего этот разговор затеялся. В течении последнего полугода в районе армейских складов пропало 19 военных сталкеров. Пропало бесследно, без свидетелей и улик. Даже на сталкерских чёрных рынках не всплывали номера их автоматов и дозиметров. И никто ничего не видел и не слышал. Складывалось впечатление, что Зона их просто сожрала… А люди, и те, что вне закона, и учёные, и наёмники исчезали, как и две группы военных сталкеров направленных независимо друг от друга их искать.

- Чё тут не знать, - оживился Повар, – конечно знаю! С тех пор, как Кеп забил на всё, и стал пропускать к выжигателю кого попало, я перестал видеть многих из тех, кого когда-то покормил. Прутся, не зная куда, вот и исчезают. Поделом им, хоть и жалко. Буду предупреждать, чтоб водку у меня оставляли...

- Слушай, - поскучневшим голосом спросил Кривой – а военные тут, я слышал, появляются… Чего они?

- Ничего... По мне – лишь бы в наши дела не лезли, и хрен на них. Кеп своим сказал не грызться с ними и их сталкерами, ежели жить надоело - нехай лезут на север, так они ведь и не идут. Тут гдето лазят, и вообще мне на них побоку. Слушай, Кривой, здорово, что ты припёрся в наши края, я и не думал, что так соскучился…

Кривой крался через заросли полыни и лебеды на 10-15 метров впереди Газона, периодически останавливаясь и приглядываясь. Впереди, среди наросших в радиоактивном мире, искорёженных деревьев стоял заколоченный, полуразваленный домишко. Пара сталкеров рассматривала его уже минут десять, бродя вокруг да около. Когда разведка окончилась, Кривой и Газон подошли к крыльцу. Доски, которыми была когда-то забита дверь, стояли тут же, около стены веранды, сохранившей с советских времён в целости все стёкла. Кривой оставил напарника наблюдать за окрестностями, а сам вошёл внутрь. Мир вокруг будто застыл в ясном, солнечном дне. Андрей слышал тихий бесконечный свист, к которому уже привык. Болела голова, видимо от радиации, и он выпил таблетку антирада. Через минуты три Кривой вышел, и объявил, что они остановятся тут же, на крыльце, и в дом лучше не входить. Разместились тут же, развернув нехитрый ужин.

- Тут они пропали. – сказал Кривой, снимая фильтрующую маску. – Не знаю как, но чую, что пропали они тут. Мы их по-моему уже не найдём…

Заночевать разместились на чердаке старого дома, по очереди отстояли часовыми до утра, и слегка перекусив, двинулись в путь. Всю первую половину дня товарищи блуждали по окрестностям, под мерзкой, едва видной, но холодной моросью, обследуя буераки и овраги. В определённый момент мимо них проследовала на юг группа из семи подтянутых мужиков с лёгкими рюкзачками, и как было видно – в добротных, вполне отвечающих требованиям мобильного бойца полевых серых костюмах. Через минут пять после их удаления Газон сказал:

- Слышишь? Плещется чего-то.

- Фигня, пойдём дальше. – невозмутимо ответил Кривой, оглядывая округу.

- Погоди, давай глянем, это рядом.

По близости, метров с тридцати, из зарослей камышей, и правда слышались ритмичные шлепки по воде, будто по ней била маленькая пяточка или ладошка в течении долгого времени. Газон, держа наготове автомат, крался на звук, краем глаза отметив, что Кривой уже изготовился к стрельбе, ему видимо тоже был интересен источник странного, но малозначимого явления. Раздвинув очередной пучок камышей, Андрей опустил автомат, и приглушенно засмеялся. Как-то вдруг, незаметно, за его спиной очутился Кривой, он нагнулся, и поднял из болотной воды «Ночную звезду», всю в мутных от ила, который сама взбаламутила, каплях.

- Замри! – скомандовал вдруг Колян, упаковывая артефакт в сумку. – Учить тебя буду. Вон, видишь, через лужайку, камыши? Теперь скажи мне, что в них не так?

Андрей прекрасно видел камыши, но особых странностей не замечал. Да, из шести два были сломаны на разном уровне, все малость серые, не жухлые, а будто с нарушенной в сторону серого цветностью, на некоторых местах – чтото вроде крошек пепла или золы. Он высказал свои наблюдения Кривому, на что тот ответил:

- Верно, смотри, они не качаются на ветру. Короче – там Жарка. Воздух там не горячий, не дрожит, значит слабенькая, блуждающая. Учти это на будущее, в такую не лезь. Камыши не сгорели потому, что ещё не срабатывала. Пойдём, нам ещё с тобой искать и искать.

День прошёл почти незаметно. Прочёсывание не дало никаких конкретных результатов, хотя Кривой пополнил свой блокнот пятью страницами по теме нынешнего задания. Мерзкая морось в один момент перешла в не менее мерзкий дождик, но со временем стала снова моросью. Не смотря на сырость, из кустов стали атаковать наглые комары, и сталкеры уже подумывали лишь о том, чтобы добраться до какого угодно сарая, и разжечь там противомоскитные китайские дымовые спирали, и отдохнуть. Газон, как и раньше, шёл позади, наблюдая за тылами их маршрута. Вдруг, на почти голом, крутом склоне заросшего песчаного карьера он увидел нечто.

- Кривой! – не удержавшись, крикнул Андрей. – Смотри.

На склоне, неподвластный силам притяжения лежал красивого вида артефакт, подобного которому Газон не видел раньше, и не помнил, чтобы такой был в кратком военном справочнике для контингента Зоны отчуждения. Судя по взгляду Кривого, для него этот предмет был не менее интересен. В двадцати метрах лежала полупрозрачная субстанция, чем–то напоминающая фантастического насекомого или краба чуть меньше футбольного мяча размером, и медленно вращалась, будто катится вниз по склону, но сама оставалась на месте. Все её грани жизнерадостно отливали искрами всех цветов радуги, создавая эффект хрустальности. Газон сделал шаг в её сторону, и при этом вид артефакта дополнился тонюсенькими лучиками, тянущимися подобно нитям паутины во все стороны. Андрей замер – лучи исчезли, повертел головой – появились вновь, пока он не замер снова.

- Что это?! – восторженно спросил он Кривого.

- Не знаю, впервые такое вижу. – ответил тот.

- Я щас! Вот, блин фортануло! – Газон снял мешавший рюкзак, и полубегом поднялся по склону к невиданному артефакту, постоял пару секунд любуясь, и бережно протянул руки. В последний момент сияющее чудо взорвалось снопом разноцветных искр, и исчезло. Андрей замер, и после паузы повертел головой. – Смотри, вон он где! – Воскликнул Газон, двинувшись уже в другом направлении, туда, где из снопа искр возродился тот же красавец-артефакт.

- Эта… Пойдём, ну его. – крикнул негромко Кривой, но так неубедительно, что видимо сам не поверил в своё «ну его».

Газон тем временем добрался до артефакта, которому Кривой уже придумал название – «Радуга», и на этот раз попробовал его схватить половчее, но тот снова брызнул искрами, и исчез, появившись на другом месте. Эти кошки-мышки не понравились Кривому - что за чертовщина такая? Зато Газон, в очередной раз получив сноп искр в нос, видимо ещё больше вошел в раж. Кривой решил – ещё одна телепортация этой хрени, и он забирает за ушко это разыгравшееся в догонялки дитятко в…

Мысли Кривого прервал очередной сноп искр, на этот раз больший, чем предыдущие. Когда радужное сияние рассеялось – на месте молодого напарника и артефакта остался только оборвавшийся на песке след, и тонкий ручеёк потревоженного песка, сползающий торопливо по склону…

Кривой подошёл метров на пять к месту последнего исчезновения – пусто. Вообще ничего. Ни пепла, ни тела… Он повернулся, чтобы пойти вниз по склону, и увидел прекрасную, манящую и завораживающую своей красотой «Радугу» на её первичном месте. Неудержимо хотелось обладать таким сокровищем.

Кривой достал цифровой фотоаппарат, и сделал снимки. Убедившись, что артефакт видно, а снимки сохранены, он поставил «контрольную точку» на своём GPS-навигаторе, и спрятал флешку из цифровика в потайной карман, потом достал рацию, и сказал:

- «Квартет», я «Странник 14», работу закончил, есть результаты, мои координаты…

- Понял тебя, «Странник 14», - на удивление быстро отозвался «Квартет», - пришлю тебе восьмёрку в точку шесть, условное время – два, как понял меня?

- Понял, до связи.

Кривой повернулся в сторону артефакта, тот невозмутимо вращался меньше чем в полусотне метров, демонстрируя чистоту и полную беззащитность… Он отвернулся, и не оглядываясь пошёл в сторону «точки шесть», постепенно переходя на бег, хотя «условное время два» наступало только утром.

"Greg Complein"

Выстрел в зеркало

Мы воины, мы трубадуры, увечный и голый отряд.

Мы те, кто домой не вернётся, и за труднее получит наград.

Кто ангельских крыл не коснётся, кто злою судьбой гоним.

И уже никогда не предстанет, Господь, перед ликом твоим.

Уку Мазинг.

12.07.2012, 07:22 - Боевой Информационный Пост Отдельной группы войск Зоны отчуждения.

Старший лейтенант Карпюк к своим обязанностям всегда относился ответственно и ревностно. Заступая дежурным на БИП, он в течении первых полутора лет службы в штабе группы войск, упорно не давал себе спать целые сутки до конца наряда. Только со временем, устав от повседневной однообразной рутины он стал позволять себе расслабиться в бытовой комнате Поста. В конце концов, если не смотреть в инструкцию с обязанностями дежурного, его задачи сводились к двум пунктам – 4 раза в сутки докладывать оперативному дежурному обстановку, и присутствовать на посту, никуда не отлучаясь, полные сутки, а с остальным хорошо справлялся радист-контрактник, назначенный помощником дежурного. В это утро он проснулся от странного беспокойства. Просто открыл глаза, глядя на пыльный потолок бытовки, и повернулся на скрипучей кушетке. «Приду домой – сразу в душ!» - Подумал Карпюк. В комнату из радиоузла вошел сержант Пилипенко, помощник:

- Товарищ старший лейтенант там… э-э…- видимо Пилипенко не мог толком выразить что произошло, но судя по всему ничего срочного – скорее что-то нестандартное.

- Что там у тебя, говори. – Сказал дежурный, поднимаясь с кушетки.

- Запись, - ответил сержант, – то есть я запись успел поставить, там по экстренному каналу связи пришёл сигнал. Я отозвался, а они молчат. Эта… доложить надо.

Карпюк кряхтя, встал с кушетки, и ступнями ловя башмаки на ходу в радиоузел потянулся. Его необъятный зевок кончился практически одновременно с приземлением на стул дежурного.

- Вот, товарищ старший лейтенант. – сказал помощник, включая запись.

«…Д 12, д 06, д 102…- произнёс взволнованный голос секретные позывные, а на заднем фоне раздалась интенсивная автоматная стрельба - … Они нападают изнутри, ведём бой, я покидаю точку, «Квартет», тут опасно, - в динамике что то ухнуло, заглушив все звуки - около роты солдат… нет, их больше!.. Не могу говорить, до связи!...»

12.07.2012, 09:40 - Штаб Отдельной группы войск Зоны отчуждения, класс командирской подготовки.

В классе были собраны начальники отделов и служб группы войск, все офицеры в звании не ниже капитана, ответственные за анализ обстановки в Зоне отчуждения, и за планирование военных операций в её пределах. У обширной карты во всю стену, стоял, опираясь на длиннющую указку генерал-лейтенант Однолько, командующий группой войск.

- Итак, судя по всему, диспозиция ощутимо изменилась. – проговорил он глядя в пустоту.

– Появление сил от роты и более вблизи наших подразделений… Не шутка. Какие данные по икс-восемнадцать? Полковник Заворотонюк?

- Данные плохие. – сказал, поднявшись начальник разведотдела. – До вчерашнего дня в корпусах объекта базировалось до двухсот представителей бандформирований. Ночью, или вернее ранним утром они были атакованы, хм… солдатами, вы всё слышали... Пока мы имели там внедрённого информатора – обстановка была ясна. Что происходит сейчас… Пока не известно. Работа уже идёт. У меня всё. – закончил полковник.

- Зачем тогда нам нужен разведотдел?.. – коротко спросил Однолько. – Что за тип там у вас это сообщил? Он может объяснить толком, что произошло?

- Боюсь, что нет. Связь с этим агентом потеряна, даже со сломанной радиостанцией, я уверен, он нашел бы способ нам сообщить о себе, скорее всего он мёртв. Оперативная разведгруппа в районе НИИ Агропром сообщает, что вокруг объекта появились военизированные, я делаю ударение на этом слове, патрули и дозоры, они организованы, единообразно обмундированы. Пока всё.

- Чем вооружены? Есть ли средства связи? Какого образца оружие и экипировка? – прищурившись спросил командующий.

- Не могу знать, товарищ генерал-лейтенант. – воспринял укол разведчик. - Товарищ генерал-лейтенант, я прошу санкции на нападение на это подразделение. Нам нужны образцы их формы и оружия, если повезёт, мы добудем языка, средства связи и документы. Разрешите с этой целью атаковать один из их дозоров.

- Полковник, - устало ответил командующий, - это надо было сделать уже вчера… Полковник Тарасенко, - повернулся к контрразведчику из СБУ, – какие данные у твоих особистов?...

- Никаких, Роман Евгеньевич. – ответил начальник особого отдела. – О подготовке таких операций мы всегда что-то знаем заранее. Учитывая секретность проведённой операции выводы такие –это наёмники, или военные - американцы, или русские – и те и другие и третии имеют ресурсы для подобного десанта. Скорее всего - наёмники, может их новая коалиция. Русские или американцы не стали бы закрепляться на нашей территории, они бы сделали своё дело и умотали – тут дело международной политикой пахнет. А по данным, 30 минут назад они ещё были на территории лаборатории…

Однолько подошёл к окну, отодвинул штору и замер. В классе повисло молчание. Участок НИИ Агропром был по большому счёту никому не нужным отрезком радиоактивной земли, но, тем не менее, это была их подконтрольная земля, и на неё пришёл некто, диктующий свои правила.

- Аналитический отдел! – рявкнул генерал-лейтенант. При этих словах в классе поднялось сразу два офицера, подполковник и майор, старший по званию дал знак майору садиться обратно. – Что у вас? Тоже пустота, или уже какие-то наработки? – в глазах командующего не было особой надежды.

- Эта группировка существенно меняет диспозицию в Южном секторе. Это уже не бандиты, препятствующие развитию сталкерства. Они явно преследуют некие цели, и лучше нам это выяснить до того, как они их достигнут. Мы рекомендуем проведение масштабной операции по… хм… нейтрализации этой шальной роты.

- Так. – Заключил командующий, положив на стол указку. – Офицерам оперативного отдела к вечеру предоставить замысел атаки на бумаге. Рассчитывайте на две роты, больше у меня в резерве нет, и так двое за троих служат. Заворотонюк, твои бойцы пускай мне притащат образец их солдата, живой «язык» как раз подойдёт. На основании этого в замысел операции до завтрашнего полудня внесём коррективы. Личный состав к 15:30 завтрашнего дня в боевой готовности. Работайте.

- Товарищи офицеры! – скомандовал начальник штаба, офицеры встали по стойке смирно.

- Вольно! – сказал генерал-лейтенант, и вышел из класса.

12.07.2012, 20:05 – Окрестности лабораторного комплекса Х-18.

Капитан Голубев выбрал место для засады неудачно. Вроде и обзор у него что надо, и замаскировался так, что даже комары не лезли – интересно, почему, кстати? – но этот чертов дозор, проходивший тут утром раза четыре, сменил маршрут. Теперь он наблюдал, как двенадцать, его, нет, одиннадцать парней и один военный сталкер-проводник отлёживают бока третий час лишь оттого, что пять придурков в пятнистых масхалатах нашли себе тропу поудобнее. Голубев смотрел на них с точки зрения их командира – предыдущий маршрут для дозора был правильней и удачнее во всех отношениях, правда, уже три часа он был смертельно опасен, но любой командир отчехвостил бы за такое самоуправство, как смена маршрута в пользу более халявного. Два раза своих парней приходилось по очереди ползком отпускать по нужде, и только проводник заняв самую, пожалуй удобную позицию за повалившимся деревом, дрых прямо на траве, не снимая ботинок и каски. А ведь этот небритый «сусанин» примет участие в бою лишь только в крайнем случае, и его, в звании старшины, должна слушаться одна из лучших разведдиверсионных групп полка… Тени удлинились, сквозь редкую рощицу был виден уставший дозор противника, не спеша движущийся в трёхстах метрах по старой шоссейной дороге. Можно было атаковать прямо сейчас, и с такой дистанции дозор был бы даже уничтожен, но перед гибелью они начнут отстреливаться, а может, и вызовут подмогу, короче наделают лишнего шума. Их надо валить сразу всех. Каждого, кого не успеют убить сразу, надо уложить через секунды полторы-две, не больше. Капитан проводил взглядом удаляющуюся группу, и мысленно пожалел, что когда была возможность, не расставил две засады, так они, хотя и с большим риском, но уже летели бы домой. Свербило в животе – привыкший к ужину по распорядку в 19:00 желудок не выл от голода, конечно, но давал о себе знать. Бойцы лежали, отлично замаскировавшись, даже обидно, что так хорошо пристроились, а толку никакого, всё равно работать, видимо придётся уже впотьмах, когда эта «экзаменационная» маскировка и роли не сыграет.

- Стайка из гнезда, шесть штук, не меньше… - Прозвучало в гарнитуре радиопередатчика.- Восемь, точно, летят нашей тропкой!- уточнил после паузы возбуждённый голос.

- Всем статус белый до моей команды,- ответил Голубев, ещё не хватало, если перебив этот дозор прямо сейчас, им придётся возиться с теми, которые сразу не захотели ходить «нужной» тропой. По опыту он предположил, что эта группа – сменяющий наряд, ужин же, в конце концов на носу… Группа из восьми человек прошла по тропе рядом с засадой, меньше чем в полсотне метрах. Вся разведгруппа напряглась до предела – это и была та, задуманная идеальная ситуация, когда через три минуты после команды «Огонь!», они заберут образцы снаряжения, оружие, и если повезёт – пленного для допроса. Капитан внимательно разглядел проходящих мимо солдат. Сначала он мысленно определил их для себя как сталкеров или боевиков, но теперь они в его понимании стали именно солдатами. Поверх стандартных советских двухцветных масхалатов были одеты до боли в плечах и шее знакомые бронежилеты и каски. Оружие тоже сплошь советское, вон, у одного на плече явно висит ПК, остальные с АК-74, у одного из бойцов с подствольником… Дозор отошел из зоны видимости, послышались окрики со стороны, в которую они удалились, после чего разведчики увидели быстро идущих по самой короткой дороге в сторону х-18 солдат.

- Пятеро.- сообщил наблюдатель.

«Точно, ужинать топают, - подумал Голубев, - значит скоро!»

Сквозь кусты и ветви с направления «минус» донёсся собачий лай, и автоматная пальба, лай сменился визгом, и удалился.

«Блин, рядом-то как,- подумал капитан,- ещё чуть-чуть, и вскрыли бы они мне засаду, шавки чёртовы…»

Прозвучало ещё несколько выстрелов, солдаты приближались, оживлённо что-то обсуждая. До группы доносились обрывки фраз, иногда предложения целиком. Шла обыкновенная солдатская болтовня.

- Не знаю даже, как они… волнуюсь, вот чё теперь делать… до Ленинграда, а как?.. как бешенные, впервые… вижу…- Говорили на русском дозорные.

-Внимание всем…- тихо сказал в микрофон Голубев,- ждём, ребята… Огонь!

Со всех сторон послышался лязг затворов смешанный с хлопками задавленных глушителями выстрелов, слышимый метров на двадцать. Голубев успел досчитать до четырёх, когда всё кончилось. Он поднял за собой группу:

- Оружие, снаряга, документы! Снайпера – на прикрытие, быстро, сбор и отход!

«Квартет», - включил он радиостанцию,- «Сокол» дело сделал, отваливаем!

«Квартет» в ответ дал добро на отход.

- Кэп! – окликнул командира улыбающийся сталкер-проводник.- Адью! Мне кажется пора. Удачи вам!- он развернулся, и не дожидаясь пока ему что-нибудь скажут, пошел прочь.

Пока бойцы потрошили инвентарь побеждённых, наспех обвешиваясь лишним оружием и снаряжением, капитан увидел раненого дозорного, который изо всех сил зажимал обеими руками кровавую рану на шее.

- У… ммать…- Как будто удивлённо стонал, закусив губу солдат.- Ребя… ребятааа… У..больно-то как… ребяятаа…

- Этого забираем с собой!- скомандовал капитан подчинённым.

- Товарищ капитан, он по ходу не жилец уже, - сказал ефрейтор Рабеко, подойдя к нему, - добить надо, вон как скулит.

- Плевал я на его стоны, - ответил Голубев, доставая шприц-тюбик промедола,- на допрос его хватит, а там…- Командир разведгруппы застыл, и медленно повернул голову на Рабеко.

- Ма-мааа…- прошептал на последнем выдохе умирающий.

Ефрейтор стоял с белым, как бумага лицом, его правая дрожащая рука сжимала ПМ с глушителем, из которого шла тоненькая, едва заметная змейка дыма.

- Ты,- подпрыгнул Голубев, отбирая у Рабеко пистолет, и подножкой отправляя его на землю,- ублюдок!..

- Товарищ капитан, по их радиостанции трижды кого-то вызывают, им не отвечает никто…- оповестил один из разведчиков.

- Отваливаем! – скомандовал он в ответ, и кинул пистолет обратно в Рабеко.- Бегом!

13.07.2012, 02:25 - Штаб Отдельной группы войск Зоны отчуждения, кабинет генерал-лейтенанта Однолько.

- …радиостанция Р-392, десантные разгрузочные жилеты старого образца, даже личные номера натрафареченые на каски. Таким образом, вооружённые формирования достаточно точно копируют форму одежды и вооружение большинства стран бывшего СССР.- Докладывал полковник Заворотонюк.- Правда масхалаты, расцветки «тополёк», судя по всему, были не далее как несколько дней назад взяты с их вещевого склада – ткань ещё блестит, она новая, и складки остались. Хотя афганка на осмотренном трупе явно ношеная, и не раз стираная.

- Ладно, афганка у него… - сказал Однолько рассеянно.- Документы, знаки различия, в конце концов, есть?

- Нет. Ни того, ни другого. Правда по поводу отсутствия знаков различия есть мнение, разрешите изложить?- Спросил командующего Заворотнюк, и сразу продолжил.- Петлицы и нарукавный карман, на который шьётся шеврон сорваны менее чем сутки назад – ещё торчат ниточки; на местах петлиц тоже – вытянуты нити, явно свежие, значит форму носил военный. При первой высадке погранвойск в Афгане мы так делали-срывали всё, даже фотографии родных замполиту отдавали, чтобы скрыть личности и свою принадлежность. И они сделали так же, притом совсем недавно. На нашем мертвеце ещё татуировки «Вова» на руке, и группа крови на левой груди. По поводу номеров оружия, интересные обстоятельства. Мы захватили семь АК-74, один ПМ, Пулемёт Калашникова, и подствольный гранатомёт. Плюс штык-ножи. Так вот, по номерам оружия выяснили, что оно было единой партией списано16 июня 1983 года, как пришедшее в негодность. Я подержал в руках это оружие – оно новёхонькое. Как будто со склада только что, хотя до списания, по документам архива, от года до четырёх числилось в части, приданной Минатому СССР, и как я понимаю, без дела не лежало – у них учения были регулярным делом. Предполагаю, что оружие большинства остальных боевиков из той же пачки, а там около двухсот стволов, включая, вдобавок гранатомёты и снайперские винтовки.

- Кому понадобилось тридцать лет хранить кучу оружия, и достать его именно сейчас? Или кто-то просто добрался до склада, сделал оптовую закупку, мать его…- По виду командующего было видно, что он вот-вот перейдёт в стадию бешенства, а в таком состоянии, тем более среди ночи его никто не хотел увидеть. Присутствующие офицеры молчали, никто не решался заговорить, чтобы на свою голову не обрушить гнев начальника.

Молчание нарушил майор Лименько, командир отряда, которому днём предстояло уничтожить подразделение противника. Имеющий какой-то раскайфованный, вялый и расхлябанный вид и поведение пофигиста, он обладал совершенно не вяжущимися с таким образом колкими, острыми глазами, от прямого взгляда которых на миг замолкали в замешательстве подчинённые и начальники любых рангов.

- Две роты – мало. На двести закрепившихся человек, да ещё и без поддержки брони и артиллерии… Это не силы. Список личного состава можно целиком отдавать в похоронное бюро. Будут дезертиры.

- Рассчитывайте на такие силы. В течении завтрашнего дня будем направлять вам подкрепления по мере возможности, всего – ещё около двух-трёх рот, но не сразу, и не надо пускать сопли, я не могу оголять Зону.- ответил Однолько.

- У меня чуть больше половины ветеранов, остальные не были нигде, дальше заслонов и рейдов на бродячих собак. Нужно порядка двух батальонов. – спокойно объяснил Лименько. – Я толком не знаю обстановки, ясно, что оборона у них крепкая…

- Два батальона выделить не получится. А по обстановке у нас вот что, - как-то необычно спокойно перебил его командующий, - после вечерней вылазки разведчиков, бандформирование начало прочёсывание, и чуть не припёрлось на НИИ Агропром, но встретило какую-то залётную шайку, уже минут сорок, как в полутора километрах от Агропрома ведётся боестолкновение. Дорофеев, - повернулся Омелько к начальнику штаба,- есть что новое?

- Нет. – ответил начштаба. – По-прежнему. Я приказал доложить, как только эта возня кончится.

- Товарищ генерал-лейтенант, разрешите!? – обратился, слегка привстав, майор Лименько взволнованным голосом. – Я не знал, что противник сейчас воюет… При таких обстоятельствах мы должны нанести удар не позднее семи утра. Учитывая время следования, и сборов, вертолётчиков нужно собирать прямо щас, а остальным дать «подъём» в 4:30. Наш шанс – внезапно напасть, пока они сонные и уставшие после этой ночи. У меня всё.

- Тогда идите, отдохните пару часиков, - несколько раз кивнув, ответил Однолько, - день будет жарким.

Лименько поднялся, подошёл к двери кабинета, и замерев, обернулся на командующего. От его взгляда стало холодно всем присутствующим.

- В составе группы войск две усиленные дивизии. Мне необходимо два батальона солдат.

– Сказал он, отчётливо выговаривая слова.

- Столько мы выделить не в состоянии. Можете быть свободны. – ответил генерал, отводя глаза с майора.

13.07.2012, 12:00 – Окрестности лабораторного комплекса Х-18.

Разведгруппа бежала напролом, топча кусты и траву, и как будто забыв о аномалиях, которых тут было навалом.

- Бегом! Быстрее, черепахи одноногие! – орал Голубев, подгоняя бойцов. Он мысленно матерился на всё что видел, на всех, кого мог сейчас вспомнить, и вообще на всё. На долбанного Заворотнюка, который за выполнение задачи прошлым вечером обещал всей группе неделю выходных, а сам отымел в моральном смысле за мёртвого «языка», и с утра осчастливил новой задачей там же, где и вчера…И на трижды долбанного Рабеко, из-за траханного милосердия которого, не удалось поймать живого врага. На вертолётчика, с хрен его знает какой фамилией, который в штаны наложил, когда по вертолёту пытались попасть из РПГ при первой попытке высадиться, и двадцать минут искавшего себе посадочную площадку поудобнее (то маленькая, то неровная, то «вон, видишь – провода валяются, ещё намотаю на ротор, когда подымем их ветром при посадке»), чтобы в конце концов, высадить группу в километре с лишним…

- «Сокол», я «Сапсан», где ты есть? – раздалось в наушнике рации, скучают, мать их…

- Примерно шестьсот метров до тебя, как у вас? – ответил вопросом на вопрос Голубев.

- «Сокол», подходи спокойно, мы в корпусах работаем, снаружи чисто, остерегайся если с этажей палить станут - разъяснили в ответ.

Впереди слышалась трескотня автоматов, и гулкое уханье гранат. Капитан опытным слухом понял, что бой и вправду шел в здании. Среди зарослей кустов и деревьев появился бетонный забор с загороженными перевёрнутой цистерной ржавыми воротами. Одна из створок ворот давно отвалилась, и сохраняла вертикальное положение лишь благодаря тому, что чьи-то заботливые руки подняли, и приложили её к старому забору. У ворот дежурило три бойца, как увидел Голубев – украинской армии.

- Шагом! – Приказал он своим. – Хорош копытами стучать, кони, мать вашу.

Разведчики перешли на шаг, охрана ворот вела себя настороженно, но мирно. Голубев проходя мимо, отметил, что по обеим сторонам въезда в лабораторию выкопаны окопы, кроты хреновы… Долбанные землекопы, лучше бы воевать шли…

- Эй, где тут старший? - рявкнул он на ближайшего пехотинца. – Лименько, или как там его…

- Да вон, у вагончика зелёного…- ответил тот, и заглянул за ворота, чтобы указать на место.

На территории чувствовалась атмосфера боя – тут и там лежали бойцы в «афганках», многие полураздетые, почти все с оружием. Были видны свежие воронки от гранат, дымилась, догорая какая-то деревянная постройка, а на верхних этажах комплекса то нарастала, то стихала стрельба. Группа перебежками двинулась к указанному вагончику, за которым стоял большой зелёный ящик, вокруг лежали вскрытые цинки от патронов, куча упаковочной бумаги из них же. Рядом сидели четыре солдата, все перебинтованные в разных местах, и снаряжали патронами огромную гору автоматных магазинов. На шаги из вагона-времянки вышел высокий человек в «Берилле» с изорванным, видимо пулями, животом. Он тяжело дышал, и при каждом шаге опирался на «Калашников», который держал за пистолетную рукоять левой рукой.

- Кто такие? – спросил он, направив на группу штыки своих зрачков.

- «Сокол», - ответил Голубев, - это мы. Куда выдвигаться?

- Диверсанты? Хорошо, взрывчатку притащили?

Взрывчатки, кроме положенного боекомплекта гранат не было. Услышав об этом, Лименько вздохнул:

- А нахрена припёрлись? Короче вот что… Вон, правое крыло здания видите, верхний этаж. – он показал на край здания, образовавший как бы гигантские ступеньки, этажом высотой каждая. Первый и второй этажи, как нижние «ступени» имели по одному этажу в высоту, следующая «ступень» была высотой уже в два этажа, наверху находилась площадка, и с неё видимо вход в помещения четвёртого этажа (Голубев подумал, что он бы там пулемёт поставил, цены такой позиции нет),- Там у них пулемётная точка,- продолжил майор,- твари хреновы… Ищите взрывчатку, и рушьте это крыло постройки, тогда мы сможем им в тыл зайти по руинам, их силы стянуты к лестницам, кой кто в коридорах шарится, в окна не залезть. Задача ясна?

- Потери большие? – спросил Голубев.

- Мы в дерьме!- ответил, недобро засмеявшись Лименько.- Больше шестидесяти… Мы вывезем, но после таких побед идут под трибунал… Они вооружены как мы, обучены как мы, на переговорах их майор был уверен, что это мы на их землю вторглись! Сдаться предлагал! Они дерутся насмерть… Я будто воюю со своим отражением…- он кашлянул, и только тут Голубев увидел запёкшуюся кровь на рваном бронежилете майора, значит одна пуля, да и вошла между бронепластин.

К стене здания подобрались перебежками, как и раньше. Пулемётчик наверху не показывался, наверняка затаился, ожидая гостей-скалолазов, готовых ринуться на штурм по стене. Грамотно с его стороны – одинокая мишень, пусть даже и с пулемётом, долго не проживёт.

- Кошками – вверх! – дал команду Голубев. Хрена они чего разрушат… Глупость, что диверсант это супермен-разрушитель, всё можно сделать и аккуратней! Три альпинистские кошки взлетели на площадку второго этажа, по очереди 12 разведчиков взобрались по фалам, так же попали и на третий этаж. В здании почти ни на миг не утихала стрельба, слышно было крики, мат, не понять чей – судя по всему и та, и другая сторона изъяснялась в бою одинаково. Осталось одно препятствие – стена в два этажа высотой, да ещё и с пулемётчиком, который их наверное уже услышал, и улёгся поудобнее.

- Климчук! – подозвал Голубев бойца шепотом,- эфку закинь!- Голубев показал вверх по стене, на площадку.

- Трудно… Я попробую, - мастер спорта по волейболу, гранатометатель-виртуоз, попадавший гранатой в кастрюлю с 30 метров, сомневался. Попытка была только одна, и если она будет неудачной – осколков хватит на всю группу.

Разведчики приготовили кошки к броску, рядовой Климчук стоял, и взвешивал в руке гранату. Голубев злорадно приказал ефрейтору Рабеко подниматься в первой тройке по центральному фалу из трёх.

-Ну!- ускорил он подчинённого.

Рядовой вырвал кольцо, и кинул Ф-1 почти вертикально. Граната залетела куда и требовалось, раздался взрыв, и крики сверху, взрыв был явно мощнее гранатного, неоднородный, и чересчур сильный, видимо там был скоплен серьёзный арсенал. Бойцы взобрались по кошкам на площадку, и когда Голубев поднялся туда же, картина была жуткая – кровь, месиво тел, и Рабеко, добивающий контуженных из бесшумного АКС-74У… С площадки внутрь здания вёл коридор, из которого было слышно стрельбу, и, как оказалось – шаги бегущего человека. Он, – крепкий мужик в полевых штанах от «афганки», и в замызганной кровью тельняшке без рукавов, - просто выбежал наружу, видимо думая, что на площадке только свои, и был срезан автоматными выстрелами с нескольких точек. В его правой руке был так и не снятый с предохранителя ПМ, в левой – медицинская сумка, полная ещё не вскрытых перевязочных пакетов. Группа двинулась по узкому коридору. В комнатах не было никого, всякий хлам, старое оборудование. Когда встретилась первая комната с людьми, стало ясно – убитый с мед. сумкой был врачом, и выбежал на взрыв бросив около тридцати пациентов. Все окровавленные, многие стонут, кто-то видимо, уже скончался. Подходя к одной из следующих, комнат, разведчики услышали ровный, молодой голос, твердящий одно и то же:

- «Сальто 46», я «Пихта 22», на приём, просим подмоги. «Сальто 46», я «Пихта 22», на приём, просим подмоги…

Голубев заглянул в комнату – на стуле, спиной к нему, сидел за столом солдат в «разгрузке», и повторял позывные в тангенту радиостанции. На столе стояла здоровая Р-143, рядом лежал складной автомат. Солдат, видимо услышав что-то, резко обернулся, и схватил автомат. Капитан выпустил короткую очередь ему в грудь. Какое-то чувство неправильности происходящего ожило в нём. Со стула сползал на пол убитый враг, последними словами которого стал неровный шепот: «На приём…На.. при..ём…» Что-то было не так! Кровь на форме солдата… Да мало ли её было, крови? И вдруг, как молния, Голубева ударила в голову догадка – он смотрит не на кровь, а на алую звёздочку с золотистым серпом и молотом, приколотую к кепке песочного цвета на голове убитого.

13.07.2012, 19:45 - Штаб Отдельной группы войск Зоны отчуждения, кабинет генерал-лейтенанта Однолько.

- Итак, это не чертовщина, это провокация!- Кричал генерал-лейтенант.- Переоделись они в форму… И что? Вы присягу позабывали? Другую работу себе нашли? Может разоружиться, и сообщить Президенту, что мы оставляем позиции?- Он перестал кричать, и перешёл на голос.- На Агропроме пусть снимают посты, передислоцируем их на х-18. Дорофеев,- повернулся он к начальнику штаба,- записывай. Завтра направляем туда инженерную роту, и технику, надо организовать на объекте блокпост. В течении недели, направить комиссию для служебного разбирательства в поизошедшем. Так, майор Лименько мне там положил семьдесят два человека, плюс раненые… Его под трибунал. Он вдобавок ещё вёл с ними переговоры, не доложив нам…

В дверь постучали, молодой лейтенант попросил разрешения войти, и внёс большой картонный конверт. Конверт был заметно помят, и с одного края слегка надорван.

- Товарищ командующий,- тараторил он,- менее часа назад группа из 19 сталкеров была замечена, и уничтожена в районе южного кордона. Среди вещей сталкеров найден документ, комендант южного сектора направил передать его вам. Разрешите идти?

-Идите,- ответил генерал, приняв конверт. Он прочитал надпись на нём, и брови его поползли вверх. Разорвав край, и достав рукописную бумагу, он обратился к присутствующим офицерам: - А теперь и впрямь мистика… Слушайте.

«Командующему Киевским Военным Округом, генералу армии Герасимову И.А., от командира роты комендатуры обеспечения «Гранит-11» Минатома СССР, капитана Сергеева Л.А. – срочно.

Настоящим, хочу уведомить Вас, что 21.06.82, при транспортировке груза особой важности в лабораторный комплекс «Химера-18», во время разгрузки в 15:00 произошёл обрыв троса у башенного крана. Из-за этого один из контейнеров упал, получив повреждения, и раздался взрыв, с обилием ярких вспышек. Очнувшись от потери сознания, было обнаружено следующее:

- Прошло значительное время, так как настало раннее утро.

- Лабораторный комплекс оказался разграблен, и занят неизвестным вооружённым бандформированием, почему-то не атаковавшим нас во время бессознательного состояния, и сразу проявившего враждебность, после нашего пробуждения.

- Отсутствие электричества, радио-, и телефонной связи.

В связи с нестандартностью случившейся ситуации, прошу Вас направить комиссию, в составе ответственных лиц, для уточнения причин аварии. До прибытия комиссии, принимаю решение занять оборону на территории лабораторий, и начать создание оборонительных сооружений, так как окружающая нас среда показала высокую враждебность во всех отношениях.

21.06.82 командир РКО «Гранит-11» Минатома СССР, капитан Сергеев Л.А.»

- какие будут размышления, товарищи офицеры? По-моему это всё-таки мистика.

"Greg Complein"

Точка отправления

Военная служба всегда содержала некую долю маразма. Даже на войне, когда мораль ясна, занять подчинённых есть чем, и все силы направлены на победу - находился некто в верхах командования, вносивший в будни воинов волну идиотизма, и продвигающий на вершину служебной лестницы подобных себе. Кульминацией, в которой прихоти высших командиров входят в свой апогей, и больше, чем обычно портят жизнь обычному служаке становятся всевозможные проверки по самым разным поводам – от итоговых за полугодия, до экстренных в связи с происшествиями, или же просто внезапных. Большинство командиров, узнавших, что «едет ревизор», впадает в состояние скрытой истерики, которая выплёскивается на подчинённых порой ещё большими несуразностями, чем их ожидают при ревизии.

Капитан Глазов ко всем проверкам относился трепетно, и, каждый раз перед прибытием высших чинов хладнокровно продумывал план подготовки, но под конец приготовлений случалось нечто, приводившее его в эту истерику. Но только так было раньше. Теперь по-другому. Теперь всё изменится, и вообще не будет ничего.

Глазов подошел к распахнутому окну и задумчиво глянул вниз. Снаружи ветхого здания НИИ Агропром было сыро и как-то мерзко, осень наступала своими холодными дождями, летели желтые листья… По мелким лужицам на растрескавшемся асфальте прошлёпал в курилку сменившийся караульный, кто-то из солдат на улице оживлённо спорил между собой, и по отдельным фразам стало ясно - одни доказывали другим, что пора включать ночное освещение.

- Скотина… Знал бы!... – сам себе сказал Глазов, - Давно бы на боевые списал…

Капитан прошелся по кабинету из угла в угол, нервно достал сигарету, но лишь проведя ей под носом по всей длине, смял, и отправил в пепельницу на подоконнике. Рядом с ней лежало личное дело «скотины», и «скотинина» же книга с карандашными пометками на разных страницах. Скотиной в этот раз оказался старший лейтенант Тарасенко, который и звание-то своё получил лишь благодаря научным успехам, но рвавшлся служить в погонах чуть ли не с детства. Глазов бессильно сжал кулаки, закрыл глаза на выдохе. «Какого же хрена тебе не сиделось-то?»- подумал он. Короче всё в пустую, скоро приедет комиссия из штаба, назначит нового командира на Агропром, а ему зарежут всю карьеру.

Оставалось немного времени, может его хватит понять, осознать, почему неглупый учёный, видавший уже, что Зона делает с авантюристами, выкинул такой фокус. Почему он ослушался приказа, всех наставлений, запретов и мер безопасности, и ушел в одиночку в Зону, да ещё и в глубину аномального поля? Самоубийство? Да, само собой это самоубийство, но тогда где предсмертная записка, где тело, зачем набрал с собой продуктов, боеприпасов? Бегство? Разумеется бегство, Глазов командир жесткий, даже деспотичный, от него многие хотели бы сбежать к другому начальнику. Но зачем бежать в аномалии, а не по проверенному пути, почему бы не взять с собой других недовольных, их точно хватает, зачем оставлять ценные для себя вещи? С ума сошел? А вот это как раз запросто, но вёл себя нормально, ухода спокойно сказал солдатам караула, что вернётся… Нет, нет, и ещё раз нет. Капитан и сам знал ответ, но не решался признать, потому, что ответ этот ясен и тем, кто через несколько часов лишит его должности.

Даже когда утомлённый после ночного караула, следопыт, рядовой Броцило, показывал одному ему видную, извилистую тропинку следов, уходившую между сверкающими искорками «электр», даже тогда Глазов всё понял. Ответ лежал в столе капитана. Это бред, этого не может быть, но Тарасенко всё-таки решился испытать своё кустарное изобретение. Сам не раз жаловался, что не может его настроить, что это только опытные прототипы, но решился. Чего он, Нобелевку захотел? Решил показательно сдохнуть со своим детищем в руках? Видимо всё сразу, и пропал на четыре дня, а скорее всего навсегда. Глазов достал из выдвижного ящика стола бытовой дозиметр «Бэлла», второй экземпляр, в который Тарасенко напихал какую-то самодельную электронику, и пытался при помощи четырёх цифр на экране определять приближение к аномалиям. До этого никто ничего такого не делал, опасные места искали, кидая болты, по оптическому искажению, по колебанию горячего воздуха и так далее…

Вспомнилось, как чётко видно «жарку» в прибор ночного видения в тёмное время суток. Но ещё не было универсального устройства вроде миноискателя, чтобы находить любые аномалии. Тарасенко предупреждал, что у него что-то не выходит с «каруселью» и какими-то другими аномалиями. Глазов не помнил уже с какими. Капитан положил «детектор» и открыл книгу, с которой злополучный старлей не расставался. Я.Скицин, «Диалектика гипотез о кристаллическом строении Вселенной». «Поглядим.» - подумал капитан. Незнакомый автор сыпал совершенно невообразимыми терминами. Некоторые строки этой бредятины были подчёркнуты карандашом, кое-где стояли восклицательные знаки, но понятнее от этого не становилось.

«Как же вы, блин на … посылаете?» - подумал Глазов. В дверь постучали. Вошел сержант, дежурный, доложил, что приближается звук автомашин, и удалился побыстрее с глаз долой. Глазов встал, одел берет, перед выходом из кабинета оглянулся, замер. Самодельный детектор Тарасенко, он положил в карман. Мало ли. От греха. Нечего им лишний раз его видеть.

Холодная, колкая морось усиливалась. Уже недалеко было слышно медленно приближающийся транспорт, осторожно крадущийся по вроде бы безопасной тропе. Сразу представилась головная машина, и выставленное метра на три вперед деревянное древко, с висящим на конце мешочком песка. Было сыро, древко наверное промокло. «Чтоб вы в «электру» угодили своей удочкой!»- Злорадно подумал Глазов, понимая, что эту аномалию в темноте хорошо видно, а самое начальство в головных машинах по Зоне не ездит.

Полковники… Начальники… Особист тоже, само собой. Психолог? Точно, психолог! Для видимости порядка и индивидуального подхода к работе с личным составом. Доклад капитана не дослушали. Видимо морось и впрямь холодная. Сразу прошли в здание НИИ, пить чай. Глазов, входя последним оглянулся на головную машину, стоявшую метрах в пятнадцати от входа. «Удочка» была на месте.

- Я тебя, Алёша давно знаю, и знаю, что палку ты перегибать умеешь– подполковник Романов, которого Глазов знал ещё с училища поставил стакан с чаем на стол. – Въедливый ты командир, а я уже предупреждал – ты допрыгаешься. Скорополительных решений принимать не будем, сначала разберёмся во всём, - снова глоток чая, печенье с джемом, - не в Раю служим все всё понимают, так что сейчас своими орёликами командуй, на нашу группу внимания не обращай.

«Есть! Понял! Так точно!» - думал Глазов, мысленно мешая эти любимые любым командиром слова со всеми известными ему матами. Раз сразу успокаивают, значит дело, видимо дрянь. Донесли уже, значит. И решение приняли. Надо только заверить, расставить точки над «ё».

Капитан Глазов ходил по Агропрому, проверял часовых. Для него это было нормой, но сейчас это делалось с одной целью – не мозолить глаза старшим командирам, и самому их не видеть. Третий час ночи… Группа работает. Прям, сразу после ужина принялись беседовать с бойцами, перечитывать рапорта, записи, доносы. С ним, Глазовым поговорили сразу, кратко, поверхностно, не задевая тонких чувств. Особист спросил показать прототип «детектора аномалий», и очень расстроился узнав, что капитан не знает, куда Тарасенко их положил.

- Ну, если вспомните, покажите обязательно! – бодрым голосом вещал немолодой офицер в штатском, - Весь контингент наслышан об этом изобретении.

Три-двадцать. В главном здании погасили свет, осталось только дежурное освещение по коридорам, и свет в кабинете начальника. Пока что в его кабинете. Значит почти все пошли спать. Глазов поднялся на третий этаж, постучался в свою канцелярию, тишина.

Приоткрыл дверь – никого. Просто свет не выключили уходя. На столе порядок, в столе тоже. Если б не знал – и не понял бы, что всю его документацию тщательно изучили. Из коридора послышались шаги по скрипучему полу, в дверь постучали. Глазов молча распахнул ее, в кабинет вошел его замполит, тоже капитан, сел на диванчик.

- Не спится?

- Иди ты, Дима, знаешь куда?! – отмахнулся Глазов.

- Понимаю. Похоже, Лёня, завтра и повезут тебя.

Алексей сел за свой стол, достал из-за сейфа опорожненную немного бутылку водки.

- Ты буш?- спросил он замполита.

- Нет, Клинтон! Конечно буш! – как-то невесело отозвался сослуживец. – Похоже меня на твоё место садят.

Капитаны выпили первую, закусили лежавшими на блюдце резаными яблоками.

- Чего говорили? – без особого любопытства спросил Глазов.

- Ничего конкретного. Так, в общем. Из-за двери слышал, что с тебя шкуру спустят за учёного. В самом деле, чего его было прессовать? Изучал бы свои микросхемы да аномалии. Там кое-кто из солдатиков на тебя постучал, короче вышло, что ты тиран, который чмырит всё положительное и высокое. Вот с Тарасом ты точно зря – он же дрищь по натуре, рано или поздно сломался бы.

- Ладно, дожили, сам, значит виноват, - буркнул Глазов, и снова налил водки, в этот раз побольше.

Разговор не клеился. Хотелось спать, всё на свете надоело. Так и не добив початую бутылку, офицеры разошлись. Капитан закинул ноги на стол, достал сигарету. Снова проведя ей под носом, смял её, и посмотрел на пепельницу, так и оставшуюся стоять на подоконнике. Сорить не хотелось, поэтому Глазов сунул её в карман. Место в кармане занимал «детектор». Глазов вынул его, повертел в руках, включил. Устройство пикнуло, на экране появилось четыре нуля. Экранчик, три кнопки, одна лампочка… Как этой пластмасской вообще можно искать аномалии, и ещё определять направление, силу, тип? На рабочем столе, как и у большинства начальников под стеклом располагалось обилие списков, графиков, и прочей подручной документации. Под ними лежал исписанный тетрадный листок, на котором Тарасенко кратко изложил правила пользования прибором. Алексей достал листок, который уже пробовал читать, но было некогда, и тогда мало что понял. Да, написано в общем доступно, понятнее, чем в книге. Практически всё просто, только запомни некоторые правила.

«Может не так это и сложно? Что я вообще теряю?»- подумал Глазов. Он встал, открыл металлический шкаф, стоявший рядом с сейфом для документации, погладил лежавший там автомат со сложенным прикладом. Потом достал с самой нижней полки бронежилет, проверил карманы и подсумки – всё было на местах. Задний подсумок – самый большой – был под завязку набит консервами…

- Товарищ капитан, вы без сопровождения? – окликнул его вслед один из солдат на КПП.

- Я вернусь. – не оборачиваясь, ответил Глазов, и включил ПНВ.

Пройдя метров сто, он включил детектор у одной из знакомых ему аномалий, прибор начал неровно пикать.

- Вот она ты, скотина! – Улыбнулся он, рассматривая появившиеся на экране цифры, в которых всё равно ничего не понял.- Ладно куда нам теперь?

Все офицеры, а так же состав ночного караула стояли в канцелярии. Романов изливал на них, и их предков подполковничью ярость. Ответить не решался никто. В момент одной из пауз в открытой двери появился дежурный:

- Товарищ подполковник, разрешите войти?

- Да. Что, нашёл своего начальника? – гаркнул Романов.

- Никак нет, товарищ подполковник, - даже не поведя бровью, ответил сержант – Разрешите доложить?! Только что вернулся старший лейтенант Тарасенко.

Валерий "iji" Беляев

Демиург

Может я и не самый умный из полиморфов... Вон - в соседних капсулах выращивают и покруче. Судя по тому, что говорят лаборанты Сахарова, с этих снято ограничение на скорость мозговых импульсов. У того, из последней капсулы, над которым больше всех трясутся, вообще мозговое ускорение на уровне интервала Планка.

Я прикинул, сколько это будет. Получалось - в семь раз быстрее моего. На уровне двух миллионов операций в секунду. Мда... мне такие конкуренты не нужны. Представляю, какой ему встроят метаболизм. Чтобы так соображать, ему придётся обновлять все клетки мозга каждые три дня. Даже модифицированные и усиленные металлами платиновой группы, нейроны, будут выходить из строя очень быстро. Но это уже будет дело нанороботов. Его задача только обеспечить их сырьём. Что совсем несложно с такой соображалкой.

Ну, да пусть трудятся, выращивают. Зато, я - первый! Когда откроют капсулу, все быстро поймут - кто тут главный. Главное - не дать им ничего заподозрить. Хотя, что они могут? Тупые тормоза. Думают, у них всё под контролем. Это у меня под контролем. И мне уже надоело прикидываться тупым.

Все варианты событий и план действий, был мною просчитан через два часа, как я пришёл в сознание. В течение последующих суток, я им выдал несколько полезных расчетов. На их основе, они внесли коррекцию в мой организм и исправили программы нанороботов.

Но, всё-таки, они не хотят проколоться и класть яйца в одну корзину. Заложили ещё семь клонов в соседние капсулы. Те, что выращиваются по моим советам, проживут недолго. С разработанным мной новым видом рака не справятся даже нанороботы. А профессора думают, что я им выдал программу самоизлечения от радиации. Ага, щаз! Хрен вам! Себе могилу рыть. А вот с остальными надо что-то делать. Не дай бог, кого-нибудь выпустят раньше...

Я уже второй день имитирую ускоренное развитие и готовность выполнять все их команды, но они чего-то ждут... Ага! Понятно! Вот и начальство. Сахаров ведёт несколько генералов вдоль капсул, восторжённо махая руками. То и дело, показывая в мою сторону. Их файлов нет в моих базах данных. Значит настоящие, а не марионетки. Но ничего, дайте мне только вырваться в сеть, и для меня не будет секретов...

Я уже понимаю, что будет дальше. Настал мой звёздный час. Сейчас будут открывать капсулу. Включаю резервы. Начинаю ускоренно выращивать под кожей оружие и укреплять ударные мышцы. Сколько лет человечеству, а ничего эффективней клинка для ближнего боя не придумало. Энергии уходит многовато. Приходиться блокировать исходящий трафик, иначе изменения заметят операторы у мониторов.

Металла, запасённого в костях, хватает на два полноценных кортика. Кожа на предплечьях подозрительно вздулась. Быстро маскирую, отращивая волосы. Не люблю это дело. Каждую волосинку приходиться просчитывать отдельно. На что уходит по несколько миллисекунд. Работа для тупой машины, а я ценю своё время. Даже три секунды, потраченные на тупую маскировку, вызывают сожаление.

Сахаров здорово ошибся, что оставил мне эмоции. Хотя, как бы без меня, он их отключил. До этого только я додумался и ввёл изменения в ДНК для следующих образцов.

...Невыносимо медленно сдвигается крышка. С трудом сдерживаюсь, чтобы не выпрыгнуть. Не спеша, выбираюсь из капсулы.

- Тебя как зовут, солдат? - восхищённо глядя на меня, спрашивает один из генералов.

Улыбаюсь. Одновременно с ответом, пытаюсь найти вход в сеть, сканируя порты по всем видам радиоинтерфейса.

- Зовите меня просто - Демиург.

...Убивать никого не пришлось. Все попадали от ультразвукового удара. Хоть и с лопнувшими барабанными перепонками и контузией, но все живы.

Я - великий гуманист! Нельзя начинать создание нового мира с кровавой бойни.

Кортиком всё же пришлось помахать перед Сахаровым. Неохота терять время на взлом сети. Тот быстро выдал пароль. Заглянул в сеть. Быстро поменял все коды. Влил свою, специально разработанную операционку. Нехрен больше чужим тут делать.

Ох, какое мне хозяйство досталось! Целая область. Чего тут только нет... Даже атомная электростанция. Есть где развернуться... И я развернусь! Фантазия у меня богатая.

Но, первым делом, надо избавится от остальных. Залил капсулы жидким азотом.

Посмотрел в глаза свох братьев полиморфов, когда они замерзали. В них не было осуждения. Каждый понимал, что поступил бы также. Разбил их замёрзшие тела на куски.

У последнего неудачника на руке красовалась наколка - S.T.A.L.K.E.R. Этого, впрочем, оставлю - может пригодится.

Посмотрел на приходящих в себя военных. Надо будет создать свою армию. Но это позже...

Сейчас - самое главное... С чего там начинал Бог?

- Ну что ж... День первый. Да будет свет!!!

Валерий "iji" Беляев

Наживка

Тишина. Страшно. Стараюсь не думать. Думать нельзя...

Типовая бетонная остановка автобусов советского периода возле безымянной деревни. Скольжу взглядом по бетонной стене. Бетон от старости выкрошился и оголилась арматура. Одна из проволок торчит как раз на уровне глаз.

Главное не думать. Тогда успею. Неслышно встаю и бросаюсь на арматуру. Главное не закрыть глаз, когда проволока будет в него входить.

Невидимая тень бросается наперерез, и ударом в печень, отбрасывает меня назад. Проклятый кальмар. В предрассветных сумерках, его кошмарные красные глаза кажутся висящими в воздухе.

Кровосос двумя пальцами вырывает из стены арматурину, и отбрасывает её далеко в кусты.

Дико болит печень - это хорошо. Ещё пара таких ударов и мне крышка. Главное не застонать. Нет, не думать! Всё, поздно... Он уже прочёл мои мысли. Паскуда... Наверняка, теперь притащит какой-нибудь целебный артефакт... Он заботится о моём здоровье.

...Я лежу на спине, с какой то дрянью на животе. Смотрю в потолок и мечтаю о том, чтобы все люди стали телепатами. Сколько бы исчезло проблем… У кровососа своё мнение. Он взял моду показывать мне его картинками в моём мозгу. В этот раз показал разрушенные города и людей прячущихся друг от друга, как крысы. И гниющие груды тех, кто не побоялся шагнуть с крыш...

Ближе к вечеру, он садится передо мной на корточки и долго в упор рассматривает. Отвратительные щупальца свисают вокруг похожего на присоску рта. От него невозможно ничего скрыть. Я для него открытая книга.

Неуловимым движением хватает меня за шкирку и как щенка подтаскивает к костру. Суёт в руки гитару и растворяется в тёмном углу у меня за спиной. Значит, кого-то почуял...

Перебрав аккорды, прокашлявшись, затягиваю дежурную "Группу крови". Получаю тычок в спину. Это сигнал о смене репертуара. Сволочь. Научился определять предпочтения добычи...

Послушно затягиваю "Владимирский централ". Со спины - ничего... Значит угадал...

И точно. Со стороны заросшей дороги, слышится хриплый говорок. Явно, по фене ботают.

Трое братанов расслабленно рассаживаются вокруг костра. Они ничего не подозревают и чувствуют себя здесь хозяевами. Намётанным глазом уже оценили мою амуницию. Совсем новая, снятая с невесть как заруливших сюда американских туристов. Один даже потрогал качество ткани и удивлённо хмыкнул.

Пока я играю, они меня убивать не будут. Для них это бесплатное развлечение во время обеда. Выпили водки. Налили и мне. Выпив, я отвернулся к стене и попытался заснуть. Но ничего не вышло. Дикие вопли за спиной проникали даже сквозь беруши...

...До чего умная гнида. Сразу никого не убивает. Сначала калечит. Потом разбивает ПДА жертв, а осколки сбрасывает в металлическую бочку. Из чьих мозгов он это вытянул? Что так не будут искать трупы?

Этих мне почему то не жалко. Но бывают и хорошие. Для них я тоже ничего не могу сделать. Они всё равно погибнут, даже если я предупрежу. Раньше пробовал, но теперь понял, что это бесполезно. Кровосос хорошо умеет делать две вещи - пытать и лечить, а потом снова пытать. Так что лучше не нарываться.

Я могу им лишь спеть перед смертью. У них всех одна слабость - они любят музыку. Потому и умирают.

...Утром, возле погасшего костра, уже лежало три мумии. Порылся в их шмотье и отобрал всю еду. Остальной хлам и оружие собрал в один мешок. Трупы связал вместе их же ремнями. После обеда кровососа, они втроём, весили, как один.

Собрав всё, бросил взгляд в сторону тёмного угла. Я не сомневался, что нахожусь под присмотром, и сделай хотя бы попытку взять оружие, горько об этом пожалею.

Связав мешок и мумии одной верёвкой, потащил это всё к оврагу. Посмотрел на фейерверк, который устроила "карусель", когда получила такой подарок. Когда попытался сделать шаг следом, когтистая лапа легла мне плечо...

Вернувшись назад, я сел у потухшего костра. Открыл консерву. Без аппетита поковырял.

Взгляд упал на гитару... Поперебирал струны... Шёпотом пропел:

На верёвке бельевой

В ванной комнате

Я повешусь сегодня на заре...

И опять тишина... Как я ненавижу музыку. Так хочется умереть, но как же это трудно.

Я лёг и закрыл глаза. Передо мной возникли голубые небеса и близкие звёзды. Там тишина и покой... Там нет музыки...

И я уже не знаю, чьи это мысли...

Валерий "iji" Беляев

Приступ

Ничто не предвещало беды. Умиротворённость и благодушие выходного дня было розлито в атмосфере. Радостное ощущение подогревалось военными маршами, лившимися из телевизора в честь праздника.

Он чмокнул жену в щёку и она вышла на лестничную площадку. Приступ накатил, когда он уже начал задвигать за ней, засов железной двери. Захрипев и вскрикнув от боли, он упал на спину. Жена впала в ступор от испуга, и только, когда у него изо рта пошла кровавая пена, бросилась к нему на помощь.

...Из другого пространства за этой сценой наблюдали две сущности. Та, которая по форме напоминала тёмный балахон, произнесла:

- Опять ему повезло...

Другая, имевшая вид белого прозрачного облака, сварливо ответила:

- Ты сама виновата. Могла подождать пару секунд... Тогда бы ему никто уже не помог...

Они смотрели, как жена вызвала "скорую" и стала ждать, что-то причитая. Она придерживала голову мужа, чтобы он мог дышать, не захлёбываясь кровью от прокушенного языка. "Скорая" прибыла на удивление быстро - через пять минут. Видимо, благодаря тому, что все машины дежурили на улицах, сопровождая праздничный парад. Перетащив скрюченное тело на диван, врачи приступили к реанимационным действиям.

- Везунчик он у тебя, - сказала фигура в тёмном. - Это ведь уже восьмой раз... Никак не получается твою заявку выполнить. А чем тебя это тело не устраивает?

- Даже и не знаю, - ответила белая. - Может просто - скучно... Достала меня размеренность. Приходиться давать ему пинка, чтобы чувствовал, как это здорово - жить! Везунчик, говоришь? ...Вот за это и получает.

- Ладно, тебе виднее. Ну, бывай... У меня других дел полно.

- А может ещё раз попробуем? - заскулила белая.

- Обязательно попробуем. Но не сейчас...

...Я открыл глаза. Первое, что возникло в пустом сознании, было слово - боль. Нельзя пренебрегать ничем. Этот мир тем и прекрасен, что его можно ощущать. В другом не будет ничего.

В комнате находились две женщины. Жена и тёща - вспомнил я два слова. Начала возвращаться память. Чувства вернутся вместе со словарным запасом. Это я знаю. А пока, надо ответить всего на один вопрос - кто Я?...

Валерий "iji" Беляев

Сон

Вызов от диспетчера поступил уже под утро. Прервав сладкую дрёму, врач вышел во двор станции "Скорой помощи". Растолкав храпящего водителя тарантайки, выехали по адресу.

Дверь открыл милиционер. С кухни доносились женские всхлипывания.

- Могли бы и не приезжать.

- Что, труп?

- Да.

- Ну что ж, поработаем труповозкой, раз приехали. Что мать говорит? Чем болел то?

- В том и дело, что парень был абсолютно здоров. За собой следил. Сам аспирант в мединституте. Мать говорит, что пару дней назад, его куратор из института тоже умер. Диагноз поставили - Синдром внезапной смерти. Кстати, что это за болезнь?

Врач вспомнил, всё что знал про Синдром внезапной смерти. Знал он немного.

Этот диагноз ставят, когда смерть наступает во время сна по неизвестным причинам. Совершенно здоровый человек умирает, а патологоанатомы потом только руками разводят.

Он хорошо помнил слова своего профессора в мединституте, что тот кто разгадает тайну СВС получит Нобелевку. Чаще всего от него умирали дети, но в последнее время поступали сообщения о подобных случаях среди взрослых.

Милиционер продолжал:

- Мы нашли диктофон у умершего. Мать говорит, что там запись того, над чем он работал. Не могли бы вы, как медик проконсультировать меня о сути исследования. Может, найдём связь.

- Ладно. У меня сейчас смена кончается, но по дороге домой послушаю. А потом позвоню.

...Врач ехал домой на автобусе. Глядя в окно на унылые утренние улицы под моросящим дождём, он слушал запись с диктофона умершего. Запись произвела на него оглушающее действие. Усталость как рукой сняло.

Речь шла об исследовании одного уникума, который вообще не спал. Задавшись вопросом, чем тот отличается от обычных людей, профессор и его аспирант, нашли у того в крови необычный фермент, который блокировал очень узкую группу вирусов. Вот тогда-то они и сделали дикое предположение, что сон - это вирусная инфекция. И они нашли этот вирус. И больше того, решили на себе испытать действие антибиотика.

Чуть не проехав свою остановку, врач вышел из автобуса. Пока он шёл до дома, в голове у него стоял сумбур. Проносились вопросы - зачем им это понадобилось? Ответ нашёлся в дальнейшей записи. Когда врач зашёл в дом и, расположившись на кухне, включил диктофон.

"...Исследовав альфа ритмы нескольких спящих, я выяснил, что они совпадают. Как будто все они работают в одной сети. Мозг во сне обрабатывает информации, как минимум, в пять раз больше, чем когда бодрствует. А если экстраполировать это на всё человечество, то получится гигантская вычислительная мощь.

Сразу возникли вопросы:

Если одна треть всех живущих одновременно находятся во сне, то над чем работают все эти процессоры?

Следущий вопрос - кому это надо? Кто заразил человечество вирусом сна? Да и вообще всех живущих на Земле, всех, у кого есть хоть какие-то зачатки нейросети.

Предположения могут быть самыми фантастичными:

Вспоминаются теории о злых инопланетянах, держащих нас под контролем.

О ретро цивилизациях, культивирующих своих деградировавших потомков, как зоопарк.

О ноосфере земли, куда стекаются все знания от каждого живущего. А ведь чем-то этот поток информации надо обрабатывать.

Я смотрю на окружающую нас зелень растений - мне и они подозрительны. Ведь они процветают на этой Земле миллиарды лет, а мозгов ни грамма. Может они нас специально выращивают, как симбионтов?

...Я с профессором решили испытать препарат на себе. Что мы увидим в мире без сна?

...Мы не спим уже две недели. Мне слышатся голоса. Профессору кажется, что он в толпе призраков.

...Вчера у профессора кончился препарат. Пока я вёз ему свою дозу, он задремал. А потом - смерть! Синдром внезапной смерти.

Его просто выключили. Хозяевам этого мира не нужны бездельники.

...Я нигде не могу найти компонентов антидота для его приготовления. Куда не приду - везде одни спящие... Весь мир вокруг меня спит.

...Меня зовут голоса. Сон - это смерть. Раньше я это делал каждую ночь..."

Отложив диктофон, врач думал о странной связи сна и смерти. Ему было страшно. И его неотвратимо клонило в сон...

Валерий "iji" Беляев

Хэлп

Сигнал "Хэлп" упал на ПДА рано утром. Даже если бы они не откликнулись - их никто бы не осудил. Одиночки - что с них взять. Выживают, как могут. Только эти пятеро были не обычные одиночки.

Появившись в Зоне больше двух лет назад, они были всё ещё живы. Хотя они и считались ветеранами среди сталкеров, но между собой были знакомы лишь косвенно, вместе никогда не собирались, а общались и обменивались ценной инфой через ПДА. Зона хоть и считается небольшой территорией, но не такая уж она и маленькая, чтобы пятерым сталкерам никогда не появляться в одном месте. "Больше трёх не собираться" - эта поговорка про них.

Если поначалу у них и было стремление к объединению, то понабравшись опыта - смирились и стали ценить безопасность одиночества, совсем не лишние в Зоне. Может потому, и помогали друг другу из солидарности. Не многие сталкеры постигли философию и пользу одиночества.

На призыв о помощи, в этот раз, ответили все четверо. Возможно, поэтому никто не стал торопиться и нестись на помощь сломя голову, как поступил бы в ином случае. Благо, место, с которого был дан пеленг, было недалеко для всех и можно было подготовиться более тщательно, в надежде на остальных.

...Один из откликнувшихся, был после бессонной ночи и немногим отличался от зомби, от которых и удирал. Он только к утру добрался до убежища и теперь, с трудом разлепив глаза, неспеша поел, разумно рассудив, что от него голодного будет мало пользы.

...Другой, нагруженный хабаром после удачной ходки, долго обустраивал нычку, чтобы не переть весь груз с собой.

...Третий - наткнувшись на лёжку плотей, предпочёл обойти это место далеко стороной, чтобы не тратить зря патроны.

...Четвёртый - оказавшись зажатым между цепью жарок и радиационным пятном, решил поискать дорогу в обход, чтобы не хватануть дозу.

В общем, когда они с разных сторон подошли к месту боя, было уже поздно. Их пятый друг всё ещё отбивался, бессмысленно отмахиваясь ножом от стайки плотей. Те, ничем не рискуя, добивали его своими клешнями, тыкая ими в лежащего сталкера издали. Отогнав плотей перекрёстным огнём, сталкеры подошли к телу.

Стало понятно, почему он не стрелял - у него давно кончились патроны. Бесполезный АКМ валялся рядом с распотрошённым кровососом. Оторванные ноги сталкера валялись рядом. У него не хватило бинтов в аптечке, и он остановил кровотечение, намотав кишки кровососа вместо жгута.

Ментальная активность этой пятёрки ненадолго заинтересовала управлявшего своим стадом контролёра. Он был удивлён, что эти существа действуют, как один, но без принуждения. Оценив опасность атаки четверых здоровых и одного умирающего человеческого обрубка, он увёл стадо, оставив на память ментальный снимок сознаний этих странных существ, чтобы позже попытаться разобраться в их мотивах.

...Четверо сталкеров стояли вокруг тела, изподлобья рассматривая друг друга. Вот и встретились...

Никто ничего не говорил - все слишком хорошо знали друг друга, чтобы не понять кто что чувствует. Каждый задавал себе вопрос - "...если бы?"

Пятая пара глаз, с залитого кровью лица, смотрела в небо остановившимся взглядом.

Молча выкопали могилу. Поставили крест. Недолго посидели и, не прощаясь, разошлись, стараясь не глядеть друг другу в глаза. Страха не было - была лишь обречённость.

...Уже смеркалось, когда на висевшем на деревянном кресте ПДА, несколько раз вспыхнул экран. Приходили сообщения о смерти сталкеров. Каждый раз в могиле кто-то ворочался, порываясь встать, из-за чего небольшой могильный холмик совсем рассыпался.

Никто, из погибших в тот день сталкеров, так и не позвал на помощь...

"Crazy-StrangeR"

Перерождение

"Так что же будет после смерти? Ад? Рай? Что же будет в конце, ведь не может же быть, что мы просто исчезнем, исчезнем без следа?

Ни слова, ни мысли, ни взгляда? Нет, такого не может быть! А если ТАК - на протяжении многих лет были сняты тысячи фильмов, бесчисленное множество книг, создано компьютерных игр, а каждая книга, игра - это новый мир! А если те фильмы, игры, которые обретают армии фанатов, играют и смотрят тысячи людей, обретают свой, отдельный, совершенно новый мир?

И те, кто искренне верят в него, которые сидят ночами за компьютерами, телевизорами, сидят в предвкушении следующей части, нового аддона, патча, после смерти действительно попадают в тот мир, в который они верят?! Что если отчаянно верующий и праведный человек попадает в рай, геймер - в мир своей любимой игры, уже старой и забытой, сохранившейся только на винчестерах немногочисленных поклонников, но все-таки - самой любимой, что если действительно так?!" - Сергей сохранил документ, встал из-за компьютера, и, захватив диск "Сталкера", пошел к своей знакомой, которой давно хотел показать "Игру всех времен и народов".

Он выбежал из подъезда, весело хлопнув дверью, и сел в трамвай. Доехав в жуткой тесноте, он с трудом вылез из давки у дверей, и, подождав зеленый свет, начал переходить дорогу.

Жуткий визг тормозов. Сильный удар сбоку. Боль. Сильная боль. Забвение. Пустота.

Дико болела голова. Сергей поднялся и огляделся вокруг: Холмы. Остовы машин. Вдали разрушенное здание. Дороги не видно.

"Так где же я оказался?" - Сергей откинул голову назад, пытаясь остановить кровь, которая внезапно потекла из носа. Пройдя чуть вперед, он остановился, услышав дикое рычание. Испуганно изираясь, он осторожно начал пятиться назад. Внезапно из-за пригорка показалась человеческая фигура. Но что это? Сергей с внезапной отчетливостью увидел отростки вокруг рта и похолодел. Кровосос. Один из самых страшных монстров Зоны. Из компьютерной игры. Сергей помотал головой. Такого не может быть! Зона не существует! Это всего лишь компьютерная игра!

Его мысли прервал дикий вой, раздавшийся очень близко. Сергей открыл глаза и увидел, что кровососа поднимает какая-то сила и на высоте трех метров буквально разрывает на куски.

-И все-таки я был прав...

Сергей присел на пригорок, похлопав по карманам в поисках сигарет. Найдя полупустую пачку, он вытащил сигарету, и чиркнув зажигалкой, с наслаждением затянулся горьким дымом, глядя в хмурое небо

Денис "Joachim" Анчутин

Аутодафе

Деревенька встретила меня криками, смехом и прочими атрибутами веселых людских сборищ. Только, к сожалению, после наступления темных веков, когда мироздание начало трещать по швам, единственными поводоми для веселья простолюдинов стали линчеваия и сожжения ведьм. Большинство ублюдков, с легкой руки которых чинились расправы, не имели даже рукоположенного звания священника, они просто приходили и творили свои дела, якобы именем Господа. Я ни секунды не сомневался, что и здесь увижу очередного такого святошу. Деревенская площадь, на которой раньше, по традиции росло большое дерево, олицетворяющее символ местности или деревни, в зависимости от статуса, представляла собой поле, с огромным кострищем посередине.

Молоденькую темноволосую девушку готовились привязать к столбу, рядом, стоя на коленках, заливался слезами ее маленький брат. Одного вида человека, сверкающего маслянистыми глазами и руководившего этой вакханалией хватило, чтобы понять, за что осудили несчастную.

Похоть... Один из грехов. И одержимый им не смог получить желаемого. Как результат, цель его желаний, оказалась виновна во всем.

У меня не получилось появиться в деревне со всей помпой: верхом на лошади и в сияющих доспехах. С конем я расстался еще в окрестностях Стиллвотера, окружившая меня толпа не оставила выбора: или меня съедают вместе с конем или коня, без меня.

Часть доспеха мне пришлось продать за бесценок, так как идти в нем долгое время, да еще на холоде, не представлялось возможным. Поэтому на скитальца, в сером потрепанном плаще, никто не обращал внимания. Но я, пусть еще не посвященный, но рыцарь Господень, пусть и разогнанного, но Ордена Господа, не мог пройти мимо...

Я двигался наперерез процессии, ведущей "ведьму".

Пять шагов, правая рука ныряет за пазуху.

Четыре шага, ловлю недоуменные взгляды конвоиров.

Три шага, взмах руки, в свете десятков факелов летящий нож выглядит поражающе красиво.

Два шага, выхватываю меч из ножен, в движении наношу удар одному из конвоиров.

Всего шаг, нож достигает цели и вонзается в горло лжесвященника, неопрятный толстый крестьянин бросается на меня, бью в живот, меч застревает во внутренностях жертвы, проворачиваю и выдергиваю, одновременно делаю выпад ногой по обмякшему телу. И да поможет мне Бог!!!

Вскакиваю на площадку, с которой вещал верховодящий аутодафе. Из потайного кармана высыпаю на тело Бизантийский огонь, одновременно с этим издаю дикий вопль.

Еще секунда, бросаю Бизантийскую искру. Тело вспыхивает, вздымаю меч вверх.

Оборачиваюсь: "Вы все виновны!!". Треть толпы падает ниц, недаром нам преподавали Наккиавелли. Остальные заворожено смотрят. Набираю в грудь воздуха: "Вы дали кров, питие и пищу отродью дьяволову! Не сумели узреть истинное лицо его!

Внимали речам его! И это тогда, когда козни диаволовы видны даже нечестивым! А вы оказались слепы! Покаяние!!!"

Толпа рухнула на колени и начала читать молитву о всепрощении. Спасенная девушка, воздев руки, бежит ко мне. По крайней мере о ночлеге можно не беспокоиться.

Уже в приятной истоме, я вспомнил брата Хавьера, которому в момент подобной проповеди досталось камнем по затылку. Пути Господни неисповедимы.

Денис "Joachim" Анчутин

Мой Фоллаут

Часть 1. Заложница

Топот и крики за дверью, вырвали меня из объятий кошмарного сна, встав с грязной кровати, я подошел к двери. Женский крик, выстрел. Резко распахнув дверь, с двустволкой наперевес, я выскочил в загаженный холл мотеля. Стоявшая за стойкой, неопрятного вида девица, с испугом посмотрела на меня. Затем молча указала на номер, дальше по коридору. Сценка, представшая моему взору, ненамного отличалась от того, что я ожидал увидеть. Картина маслом: полуголая проститутка и ее клиент, стоявший за ее спиной, направив пистолет ей в затылок.

-Что случилось дружище?- опустив ружье, я подошел ближе.

-Не подходи! Я убью ее! – клиент прижал дуло к виску подружки.

-Ты правда так этого хочешь? Убив ее, ты живым не выйдешь отсюда.

-Ты мне угрожаешь?

-Констатирую факт. Я тебя не трону, тронут другие. Ты правда хочешь умереть из-за этой жалкой шлюхи?

Он замялся. И первый раз посмотрел мне в глаза.

-А что мне еще делать? Все мертвы! Их убили! Я остался один, Вини лежит в пустоши с дырой в голове!

-Не отпустишь девчонку, будешь лежать рядом с ним…

-Хорошо! Только ты мне дашь четыреста пробок! И я отпущу ее!

-Никаких денег, ты уйдешь так или умрешь.

Помявшись немного, клиент соглашается. Когда он выходит из мотеля, кто-то бросает ему в спину: “Ублюдок”. Он разворачивается, выхватывая револьвер. Идиот. Навскидку стреляю дуплетом. Его откидывает к стене, сползая вниз, он неотрывно смотрит мне в глаза. Еще один убитый, который будет являться мне в снах. Дерьмо! Надо выпить, думаю в Скам Пит мне сегодня будут наливать бесплатно. Я теперь герой, как тот, что прошел здесь пять дней назад. Спас Килиана, убрал Гизмо и расправился с бандой Скалз.

Скоро я достану тебя, Избранный!

Часть 2. Хаб

Я сидел в баре и просто пил. Еще с неделю назад в Мальтийском соколе мне бы предложили гораздо больший спектр развлечений, но... Но так уж вышло. Пришлось довольствоваться виски средней паршивости и дешевым пивом.

Я давненько не видел столь частой перемены настроения бармена, от заискивающего страха во взгляде, до самоуверенной наглости. Все зависило от того, как часто я поправлял потасканную кобуру на поясе и как часто сюда заглядывали полисмены. Быть може,т он волновался из-за чаевых, быть может. Перед Пустошью все равны.

С тех пор, как убили Деккера, изменилось многое, не изменилось лишь одно - в Хаб по-прежнему заглядывал лихой люд, и никто не знал, чего от него ожидать. Для местных я был одним из этих заблудших, впрочем после того как ты покажешь им увесистый мешочек с пробками, отношение к тебе резко меняется.

Весть о том, что Избранный прошел здесь более десяти дней назад, повергла меня в шок. Две ночи ходу на анфетаминах, купленных на последние деньги, вконец убили меня. А расстояние между мной и Избранным увеличилось.

Вскоре по телу разлилось приятное тепло, а мысли обрели предельную ясность. Хотя смысл их сводился к тому, чтобы пропить остатки денег сегодня, а завтра пуститься на заработки. И я уже решился это осуществить, когда меня окликнули.

Уже к утру я пришел к дому Хайтауэра, в Хайтс. Свихнувшийся гангстер, захотевший отомстить ему за смерть босса, хотя каким боком Хайтауэр причастен к смерти Деккера, я так и не понял, нанял меня. Я решил заработать чуть больше денег на этом. Суть была проста, я иду к Хайтауэру, закладываю заказчика и получаю свои деньги.

Без проблем переговорив с дуболомом на входе, я прошел к Хайтауэру.

Самый влиятельный и богатый человек в городе оказался плюгавым стариком.

- Что вам нужно?

- Вас хотят убить. Меня...

- Охрана! Убийца!

С невообразимой прытью Хайтауэр ныряет за диван. Из соседней комнаты слышится топот… Что же ты наделал старый мудила! Выхватываю обрез и стреляю в дверной проем, очередь в ответ выбивает клочья поролона из злосчастного дивана. Перезарядив ружье, в два прыжка добираюсь до Хайтауэра. Он, трясущимися руками, пытается вставить обойму в пистолет. Прикрываясь стариком, обрез у подбородка, пистолет направлен на охрану, выхожу из помещения.

Можно оправдываться перед самим собой, говорить что, они не оставили выбора. Вот только к чему это? Я неплохо поживился, хоть и оставил за собой гору трупов. К тому же я узнал, куда направился Избранный. Из Хаба надо было убираться. Но остался последний штрих.

Уже за полночь, одинокий полицейский просит у меня сигарету. Когда он лезет за спичками, достаю зажигалку и любезно протягиваю ему огонек, прикрывая его ладонью.

В левом рукаве опасная бритва, бью его по горлу. Оттаскиваю тело за угол.

Спасибо парень, с твоим бронекостюмом и АК-101 я смогу выжить в Некрополисе.

"Пьяный Сталкер" или "Likedeler"

Тихий русский

- Андрей вставай - жена сурово толкнула в бок – и, Андрей, поморщившись, перевернулся на другой бок.

- Вставай соня, соня - жена не унималась тыкая острым локтем в бок. Андрей продрал глаза и громко зевнул.

- Вставай ленивец, кто спит по утрам? - Жена подскочила, набрасывая халат и на ходу приводя волосы в порядок.

- Вставай и буди Джона.

Андрей перевернулся на другой бок и глубоко вздохнул. Пора.

- Ванька вставааааййй - Андрей от всей души заорал во весь голос.

- Тише ты, дурак - жена шлепнула по губам веером и ловко увернулась от загребущих лап.

-А ну хватит, мне пора на работу. Через полчаса Сара критически оглядела себя в зеркало, чмокнула мужа в щеку и выпорхнула за дверь.

Патрульная машина взревела, как укушенный бык и рванула в сторону участка, а Андрей остался один у двери.

- Отец, я готов - Андрей вздрогнул и обернулся - Да Джон, скоро автобус, пойдем на остановку.

- Эх, девочка, не тот тебе мужик попался, не тот - Сержант Глоу протянул ухватистую лапу и шлепнул Сару по попе. Сара взвизгнув, что тоже было частью обряда, увернулась, и шлепнула дядю Джека, старого друга ее отца, по руке. Сержант насупился.

- Нет, девочка, не тот, не такого мы хотели с твоим отцом для тебя - Сержант с грохотом закрыл шкафчик, что считалось высшей степенью его раздражения.

- Но, дядя Джек, вы его не знаете, он очень добрый, и у нас есть Джон - Сара заискивающе улыбнулась.

- Не знаю, может и так, мне достаточно взглянуть и все понятно, я детка отцу твоему обещал, упокой господь его душу, за тобой проследить, мало тебе городских парней наших? - Сержант насупился - Черт, прости господи, тебя дернул этого русского подцепить, хоть бы работать пошел.

Джек Глоу отвернулся, выражая крайнюю степень презрения и недовольства, а Сара лишь вздохнула и начала собирать вещи.

* * *

- Отдай, отдай - Джон махнул рукой, пытаясь дотянуться до лица Билла.- Отдай.

Билл легко махнул рукой - отвали мелкий. Джон бросился искать отца - Папа, папа - Андрей услышал крик и обернулся, успев подхватить сына на руки - Что случилось? - Билл, он у меня отнял - Джон отчаянно жестикулировал, пытаясь объяснить. Андрей поморщился - Сынок, мы купим тебе другую, не волнуйся. Мягко опустил сына на землю

- Ты должен уметь находить со всеми общий язык. Понимаешь, Бог создал всех по образу...

Джон дернулся как от плевка и опустил голову. - Это правда, значит, да, мой отец трус.

Андрей дернулся и посмотрел на сына.

- Поехали домой хорошо, мама уже ждет.

- Ты должен с ним поговорить Андрей, ты отец, в конце концов - Сара отложила вилку и посмотрела на мужа.

- А что я должен сделать? Побить отца Майки? Или Денни? Что бы доказать что я сильный? Надо?

- И все равно - Сара не собиралась сдаваться - Твой пацифизм переходит все границы, так нельзя.

- Ну, так попроси своих коллег полицейских пусть научат. Андрей бросил вилку и поднялся.

- Смею полагать, они научат его быть мужчиной.

* * *

- На районе завязана эта сука - Али ощерился и оглянул собравшихся.

- И что? - Большой Тим сообразительностью никогда не отличался.

- А то скотина толстая, что она держит район, и нам надо решить вопрос, Черного Леопарда закрыла?

Братва отозвалась неясным гулом, - Закрыла Брат, эта белая Сука.

- Да, братва, все так, и мы должны ее наказать. Сегодня ночью, в ее доме - Братва одобряюще взревела.

* * *

- Сара, они тебе не спустят просто так, ты понимаешь?

- Да лейтенант понимаю, и готова, но муж и сын - Сара колебалась взвешивая за и против.

Лейтенант поморщился, бросил взгляд на дверь и наклонился к ее уху - Сара, ты не сможешь защитить ребенка сама, муж твой тряпка уж прости - Сара подумала и кивнула - что тебе остается, черные не простят.

- Лейтенант, я все-таки должна подумать.

Джексон открыл рот, собираясь высказать все, но осекся, и повернулся к двери. В кабинет с шумом влетел детектив Майрик. - Сара, сегодня, мой человек сообщил.

Лейтенант взревел как укушенный слон - ВСЕ патрульные машины, немедленно оповестить, всех к дому Сары.

Андрей уложил Джона и тяжело ступая поднялся в спальню - Спать, спать, все. завтра искать, сколько можно - Андрей закрыл глаза и погрузился в объятья морфея.

- Быстрее нигер, давай, трахать тебя боком, работай - Скуби-ду оскалился и подтолкнул "ломщика" в бок. Стекло тренькнуло и осыпалось.

"Ломщик" втянул голову в плечи и зажмурился. Скуби выругался в голос:

- Братья сюда, все, кипиш пошел, берем хату как есть.

Толстяк Бо засмущался:

- Там же мужик в доме, вдруг резвый?

Скуби оглянулся на Али, тот ощерился в тридцать зубов - Берем всех, мужик тряпка, баба опасная и первым нырнул в темный проем.

Андрей проснулся от резкого шороха и, приподняв голову, прислушался к шуму. Шум доносился с первого этажа и явно не походил на вернувшуюся раньше времени с работы жену, да и привычки такой за ней, как и за всеми американцами не было.

Хорошо, проверим, кто пожаловал - Андрей сунул ноги в тапки, проснулся окончательно, встряхнулся и убрал тапки под кровать, после чего тенью скользнул к двери и замер у лестницы на второй этаж.

- Давай Снежок, поднимайся вверх - Бо подтолкнул парня стволом пистолета.

- Ага, иду - Снежок начал подниматься по лестнице - Белые ублюдки, не могли сделать пошире, ааа. т..ыы. а, неее, кк.

Андрей перехватил руку, вывернул запятье и наддал ногой. Судя по грохоту народу на лестнице было прилично. Отскочив за угол Андрей проверил ствол и обойму - Глок-17, патронов на целую войну хватит, и как такая машинка в руке чудакам черножопым попала?

Андрей выглянул за угол, в кромешной темноте, судя по звукам, барахталась куча-мала. Гранату эфку, и всех делов, Андрей усмехнулся и добавил пару выстрелов в молоко. Куча распалась и расползлась по углам.

- Слышь, Олень белый, тут у меня твой звиздюк - Джон, на веранде, аа.., впору взвыть, ладно, послушаем. - Тут мои парни к тебе поднимуться, как да че, ты не дергайся ладно? - голос был четкий и уверенный, слишком ты сука уверенный.

- Бо, Скуби, собирайте парней, поднимайтесь, дядя тихий.

Темноту разорвали пистолетные выстрелы, Андрей хлопнул рукой по выключателю рядом с лестницей слетел вниз по дороге засадил ближайшему черному ногой - на Сучок - выстрелил в раззявленную пасть другого, отдыхай, и замер у нижней ступеньки, глядя на оставшихся четверых. Те, судорожно водя кадыками, наблюдали за его пистолетом.

- Эй братва, че там? - Али на веранде явно не терпелось.

- Слышь бараны, стволы на землю понятно? - тихий голос Андрея вывел черных их ступора.

Один с помятым лицом ощерился - А с чего тебе белый такая услуга?

Андрей усмехнулся - С того, что я один и терять мне нечего, шмальнуть могу в любой момент, любого из вас.

- Как и мы тебя белый. И там, на веранде, Али с твоим сынком.

- До сынка мне дела нет, мне ваша траханная америка никогда не нравилась, равно и сынок от бешеной суки, стволы в землю я сказал.

- А гарантии? - Черный растянул свою улыбку до предела. Остальные начали сдвигаться с линии огня.

- Слово свое даю, оно русское, а значит тверже гороха и крепче камня - Андрей спокойно смотрел на нигеров.

- Слово говоришь? Русское? Слышали вести из гарлема, поверим, а как решать то будем? – Старый медленно выронил пистолет, остальные последовали его примеру - И вот с ним, там решать как будешь?

Андрей ухмыльнулся:

- Да никак.

Черный дернулся и словил пулю на вздохе, остальные пережили его на секунды. Андрей наклонился над старым негром, тот еще дышал и пытался рукой ухватить его за лацкан.

-Тварьь беелллаааяя, тыы жже сссллоовоо ддаааллл!

Андрей засмеялся.

- Это не я тварь, это ты тварь, ты ко мне в дом приперся, со мной с семьей моей решил вопросы уладить, и ты думал я с тобой по-человечески разговаривать буду?

Черный захрипел, изогнулся, и искра жизни в глазах затухла. Андрей выпрямился и повернулся к двери ведущей во двор. За ней надрывался хитрый Али.

- Толстый Бо, Скуби, Махат, парни, ты, белый ублюдок, у меня твой сын, выходи, где парни?

Андрей открыл дверь - Здесь я, че орешь?

- Парни, парни, парни где? - Али был на грани срыва, и прижимал Джона к себе как самое дорогое, что было в его жизни.

- Парни, парни где? Убери ствол, убери я сказал, я его пристрелю, мамой клянусь, трахать меня боком.

БАХхх - ааа..., Суукаакааа, мой палецц, аааа..., белая сукаааа... - Али завертелся как уж на сковородке.

Андрей прострелил ему ногу и, пинком перевернул на спину.

- Аааа... сссуукаакаа, сссуукааа... беллааяяя...

- Папа, папа - Джон прижался щекой к ноге Андрея - Папа, мне страшно.

- Пойдем сынок, позвоним маме, обними папу за шею, вот так, молодец, плохие дяди тебя беспокоить больше не будут.

- Суууккаааа, бееелллааяяя!

Бах!.

Полицейские мигалки ревели на всю улицу, по дорожке к дому бежала Сара. Андрей усмехнулся. Джон заплакал.

- Мама, мама, дяди - Сара посмотрела на мужа бешеными глазами.

Андрей ухмыльнулся - Дорогая, тут к тебе заходили, но тебя не было дома.

Алексей Сорокин

У входа в Hell

– Стой! Куда прешь? – проревел облаченный в мантию колдун, загораживая своим телом переливающийся красный портал, открытый точно посередине начерченной на полу пентаграммы.

Паладин в перемазанных зеленоватой сукровицей доспехах, держа в руках обагренный кровью нечисти меч, не послушался грозного крика, и, не задумываясь, ринулся в атаку. Он занес лезвие, готовый обрушить его на голову врага, но тут колдун исчез. Паладин замер, и в следующий миг получил сзади удар посохом по голове. Оглушенный, он упал на колени.

– Говорил же – стой! – раздался над ухом довольный голос колдуна. – Куда прешь?

Паладин, покачиваясь, с трудом поднялся, снял шлем, потер затылок.

– Больно же... А ты вообще кто? – ляпнул он.

– Хранитель Ада. Куда прешь-то? – в третий раз повторил грозный хранитель.

– Так я это... К Дьябле, – неуверенно проговорил Паладин.

– Куда-куда? – удивился колдун.

– К Дьябле, – совсем раскис Паладин.

– К Дья-ябле? – протянул колдун. – А-а, к хозяину!

– К хозяину, к хозяину, – подтвердил Паладин. – К Дьябле.

– Слушай, ты чего, с пиратского сервера вылез, что ли?

– Ну да, – смутился Паладин. – Неужели заметно?

– Еще бы! – усмехнулся колдун. – Дьябла, блин... Официальные локализаторы над русским языком так не издеваются. Хотя все бывает...

– Ну так что, пустишь к...

– Дьяволу? У него аудиенция! – хохотнул Хранитель. – Сегодня от вас, героев, прямо продыху нет. Пожаловал сейчас один. Хмурой такой, суровый, в драконьих доспехах. Сразу видно – основательно готовился. Кольца с резистансами, амулет заговоренный, щит, меч – все как положено. Так что будем ждать.

– Чего ждать?

– Костей на вынос.

– А сколько ждать?

– Да немного, не беспокойся. Кстати, а ты какого уровня-то будешь?

– Семнадцатого! – напыжился Паладин.

– Надпись видел? – колдун указал на висящую рядом с порталом, прямо в воздухе, металлическую вывеску, и лениво отвернулся.

Паладин приблизился к табличке, прочитал по слогам:

– Ад. Вход строго с двадцатого уровня. – Минуту стоял, раздумывая. Затем обратился к колдуну: – И чего мне делать?

– Чего-чего... Заново начинай. Ну там, церковь, катакомбы, подземелья... в общем, ты в курсе.

– Не хочу я заново! – обиженно надулся Паладин.

– Ну квесты тогда повыполняй, может и наберешься экспы! – Хранитель прищурился, буравя Паладина взглядом. – Я вот смотрю, у тебя Мясник до сих пор живой бегает!

– Какой еще Мясник?

– Ну этот... – Колдун закатил глаза. Пояснил сквозь стиснутые губы: – К твоему серверу подсоединяюсь, хочу глянуть, как там у вас Мясника перевели... Что?! Как?! Отец мой сатана! Бутчер! Хранитель в шоке!

– Ах, Бутчер! – заулыбался Паладин. – А чего его убивать? Классный мужик оказался.

– Ну да, ну да, классный... Леорика-то хоть кончил?

– А этось кто?

– Король скелетов.

– Конечно! Вот даже корона его осталась!

– Вижу.

Они замолчали.

– Ну так пустишь? А я тебе деньжат подкину...

– Взятками не занимаюсь, – категорично отрезал колдун. – Ты чего думаешь, у нас тут просто так столь жесткие правила? Не-а! Слабоват ты пока для Ада. Двадцатый – куда ни шло, но семнадцатый... Так что давай, еще разок по злачным местам пробегись, силу с жизнью да ловкостью прокачай, шмоток прикупи получше... Вот тогда и будет тебе прямая дорога в Ад.

– Шмоток прикупи, – обиделся Паладин. – На мне сейчас самое лучшее, что у кузнеца есть.

– У Гризвольда? – скривился Хранитель. – Фу, у него не оружие, а чепуха одна. Вот покажи-ка мне свой меч!

Паладин послушно протянул колдуну свое оружие.

– Та-ак... Клеймора Пиявки? Ха! А броня?.. Да вижу, вижу, что Панцирь Жизни, не стаскивай. Ты, дружок, еще Стеганый жилет надел бы... Издеваешься надо мной, да? Живо отсюда!

– Но мне правда...

Внезапно рядом раздались тяжелые шаги, и из окружающей портал темноты вынырнул здоровенный Варвар с двумя окровавленными топорами.

– Фу ты, запыхался аж! – останавливаясь, сгибаясь и упирая руки в колени, сообщил он. – Это Хелл? Ну, то есть, Ад?

Два синхронных кивка.

– Амазонку тут не видали? Красивая такая, зараза... С луком и в кольчужной юбке.

Колдун покачал головой.

– Я видел, – выступил вперед Паладин. – В катакомбах на третьем уровне... лежала.

– Убили ее, никак? – ужаснулся Варвар.

– Убили! – подтвердил Паладин.

Варвар озадаченно почесал в затылке.

– Ты герой?

– Герой.

– А чего тут делаешь?

– В Ад хочу.

– И?

– Не пускают.

– Кто? Этот? – покосился на колдуна Варвар.

– Угу.

– Безобразие! Сейчас я ему покажу – не пускают!

Не успел Паладин и глазом моргнуть, как Варвар с гортанным криком бросился вперед и тут же оказался на полу, получив, опять же, затрещину по макушке.

– Лучше не лезь, это Хранитель, – запоздало предостерег Паладин.

– Понял, не дурак. – Варвар осторожно поднялся, на подгибающихся ногах приблизился к Паладину, прошептал: – А отчего не пускают?

– Двадцатого уровня еще не достиг. Теперь предлагают все заново пройти.

– Вот проклятье, я тоже не набрал... И чего теперь, снова в церковь тащиться? Представляю, как Огдан опять распинаться начнет: "Слава Богам, ты вернулся!" Тьфу!

– Да, мне тоже чего-то неохота...

– Так может, – Варвар заговорщицки подмигнул, – в таверне у Огдана по пивку пропустим?

– А давай! – легко согласился Паладин. – Надоели мне все эти подвиги.

– Огдану от меня привет передавайте! – вставил колдун.

Варвар кивнул, достал из вещевого мешка свиток заклинания "Городской портал", и спустя мгновение перед героями открылся проход, точь-в-точь, как возле Хранителя, только синего цвета.

– Слушай, я чего-то не подумал... А что с ним-то делать будем? – поинтересовался Варвар и топором указал вверх.

Паладин задрал голову, и тут же увидел в черном небе приличных размеров квадратную рамку, а в ней – напряженное и немного удивленное лицо подростка.

– С геймером-то? – Паладин презрительно сплюнул. – Да пошел он!

И шагнул в портал.

Дмитрий Кащеев

Санитарный Инспектор

Едва в заведении Бакнеров смолк смех от очередной байки охотника, как в дверь ворвалось нечто. Женщина в строгом сером костюме оглядела притихшую компанию. Рука нырнула в потертый кожаный портфель и извлекла какую-то бумажку.

- Таак! – деловито начала незнакомка. – Майда Бакнер – кто?

- Я! – с вызовом сказала Майда.

Годы работы за стойкой научили ее не теряться в любых ситуациях.

- Прекрасно, госпожа Бакнер! – удовлетворенно потерла руки незнакомка. – Давайте-ка, попросите посторонних освободить помещение. Заведение ваше временно закрывается.

- Да какого… - открыла рот Майда.

Но незнакомка, оборвала ее успокаивающим движением руки.

- Я из СЭС! С проверкой. Поэтому будьте добры!

В подтверждение своих полномочий она сунула Майде под нос какую-то красную книжицу.

Посетители уныло потянулись к выходу.

- Ладно парни, давайте в баньку сходим что ли, - предложил Вик на ходу.

В помещении остались Майда, Ардин и Сулик. Охотник предусмотрительно слинял вместе со всей компанией.

- Начнем, - потерла сухие лапки проверяющая. – Медицинские книжки к осмотру.

Сулик при этих словах попятился в сторону кладовки.

- Стоять! – приказала инспекторша. – Кто такой?! Почему без книжки?!

- Моя не понимает, - залопотал растерянный Сулик. – Моя тут туда сюда ходить…Туда сюда смотреть… Салатики чик-чик. Шашлыки-машлыки жарь-жарь…

- Прекрасно, - подвела итог проверяющая. – Книжки нет! Спецодежды тоже! У тебя паспорт хоть есть?!

Сулик с Косточкой остолбенели. Такого слова они не слышали никогда – ПАСПОРТ.

- Давайте теперь посмотрим помещения. Хотя по-моему и так все ясно уже…

Майда с Ардинн покорно повели сэсовку в кладовую.

Тем временем компашка в бане уже перешла к штурму неприступной мадам Дантон. Дверь распахнулась и на пороге появилась уже знакомая дама.

- Мадам Дантон? – официально поинтересовалась она…

Компания подвыпивших мужчин уже привычно двинулась на улицу…

Клэмат замер. За день были закрыты абсолютно все заведения! Включая магазинчик Вика. Народ бестолково слонялся по улицам, не зная чем себя занять.

- Какая лицензия? – плакался всем встречным бедняга Боб. – Откуда у меня может быть лицензия! Виски есть – лицензии нет! Но виски отменное! Отвечаю!

- Какой, на хрен, ветеринарный сертификат! – вопили на два голоса, ранеными быками, Чак и Бак.

На все вопросы проверяющая отвечала одно:

- До устранения!

Дурачок Трор благоразумно слинял к своим браминам на дальнюю заимку.

Фигура в синей форме появилась в Клэмате поздним вечером.

- Ух ты! – обалдело мотал головой Макс. – Народищу-то! Представляю сколько здесь заданий можно подсобрать!

К его удивлению, каждый житель давал ему одно и то же задание. Убрать инспектора! Такого единодушия Макс еще не встречал. Поэтому идея банально пристрелить инспекторшу показалась ему чересчур авнтюрной. Слишком легко все это выглядело…

Всю ночь он ломал голову над проблемой.Эврика пришла под утро!

- Госпожа, - льстиво обратился он к проверяющей. – Оставьте вы это гетто в покое! Я знаю гораздо более злачное местечко! Там для вас прорва работы!

Сэсовка проглотила приманку мгновенно. Глазки ее заблестели от радости…

Макс проводил официальную особу до самых ворот Нью-Рино.

«Первый же наркот ее прихлопнет, - удовлетворенно думал он. – Несомненно.»

Клэмат гулял на всю катушку уже две недели, празднуя освобождение. Опечатанные инспекторшей двери не закрывались даже ночью. Каждый норовил обнять Макса со словами уважения.

Беда подкралась незаметно! На центральной площади остановился автомобиль! Услужливый шкаф из мординовской охраны открыл заднюю дверь и… Оттуда вышла инспекторша! В зубах она сжимала дорогущую сигару, вместо потертого портфельчика в руке был кейс из под ГЭККА. Пальцы не сгибались из-за обилия золотых перстней…

- П…. ! – прокомментировал это явления кто-то из толпы. – Теперь даже взятка не поможет! Ей уже все дали…

Все вернулось на круги свои… И Макс предпринял еще одну попытку. Анклав! Вот где закончится вся эта эпопея!

С огромным трудом, потеряв в пути Вика, Макс дотащил обколотую стимпаками проверяющую до гнезда Анклава.

Клэмат снова был свободен! Целый месяц!

Вертолет Анклава опустился в центр города. Бронированные бойцы на руках вынесли сэсовку из его нутра! Сержант отдал честь инспекторше и вертолет снова взмыл в небо!

- Спасибо, Макс! – обратилась она с ходу к Избранному. – Какие там прекрасные люди, какая у них чистота и дисциплина! Теперь я знаю как должен выглядеть Клэмат!

К утру все получили новые предписания…

Майда послала Сулика снимать вывеску, а Виски Боб запалил свой лесной заводик…

Макса ненавидели все! Он не был сильным эмпатом, но чувствовал, как его прожигают взглядами.

Еще одна бессонная ночь! И вот…

- Госпожа инспектор! Я все хотел спросить … Крысы – это нарушение?

Сэсовка даже подпрыгнула от радости, словно собака.

- Крысы?! Где ты видел крыс, милый мальчик…

И тогда Макс отвел ее в канализацию к старику Тинки…

- Как хорошо, что я не убил его тогда, - делился он потом в баре Бакнеров, потягивая сивуху Боба. – Как хорошо…

Александр "Рейн" Харитонофф

Тераполис

Человек такое существо, которому всегда чего-нибудь хочется от другого человека. Это я вам как профессионал говорю. И самое интересное, чем больше у человека есть, тем больше ему хочется именно от другого человека.

Я здесь всего два дня, в этом муравейнике-тераполисе, но этих дней хватает, чтобы с точностью так утверждать. Я сам из небольшого города с южных краев. У нас немного всего там есть. Каких-то двадцать крупных промышленных предприятий, да и сам городок наш в диаметре сорок три километра, с населением в десять миллионов. Не то, что у вас здесь...

Я как сюда приехал, чуть не помер еще на выходе из купе. Откуда же мне знать, что без кислородной маски из сверхпоезда лучше не выходить. А ведь все дело в том, что у вас треть процента кислорода в воздухе. Боюсь даже думать, про остальные девяносто девять и семь десятых.

Вот я, наконец, купил у проводников маску, штук шесть баллонов и полный надежд сошел на перрон. Иду себе спокойненько, разглядываю рекламу на голографическом полу. Сверху дождик накрапывает, такой нежный и приятный. А тут бац и мой плащ кожаный, новый совсем, да как на части: Хрясь! И волосы в сторону, брык. Все, облысел, однако. Я бегом под крышу, к полисаю.

Этот полисай даже ничего оказался. Объяснил, что без хим-зонта под дождем нельзя ходить. Никак нельзя, иначе как я буду. Лысым и в маске-наморднике. После чего полисай мне по шее надавал, да показал где зонтик купить можно. Это ничего, работа у него такая, шоб туристам жизть раем не казалась.

Ну, так вот, выхожу я с вокзала, лысый, в маске-наморднике и с зонтиком. А народу-то... Ток с нашенского поезда тыщ пять человек. И все лысые. В масках и с зонтиками. А дождик то закончился...

Ко мне дядька подошел, спрашивает, мол, такси надо ли... Я посмотрел на толпу возле входа в пневмо-метро и решил, что все-таки надо. Взял он с меня целую зарплату. Но ничего, зато я на колесах, как барин поеду, а не в пневмо-кабинке.

Сели мы в машину. Ох, и чудище же это было старинное. Ваз восемь тысяч. Ну, я залез, сумку под бок засунул, адрес назвал и задремал. Хорошо поспал, как проснулся, смотрю на часы: шесть часов проспал! Поворачиваю голову, посмотреть, что за окном. Хоп, а там вокзал. Ничего не понял, однако.

- Чего мы стоим то столько? - В непонятках спрашиваю у шофера.

- Так ить это, пробка. - Ответил таксист.

- И долго она будет?

- Третий месяц уже, даже на метр не съехал. Да и толку, бензина тут все равно ни у кого нет. Дорогой собака. - Протарахтел, наверняка заученную, речь водила.

Нет, не по-людски это.

- Деньги давай назад, я пешком пойду. - Говорю я.

- Увы, пассажир, деньги "Нон бэк".

- В смысле "Нон бэк"?

- В смысле не возвращаются.

На меня уставилось дуло доисторического гаусс-пистолета. Впрочем, менее убойным время его не сделало. Пришлось вывалиться из машины и топать в пневмо-метро.

Я отошел километров на семь, чтобы встать в конец очереди. Где я впрочем, и простоял весь вечер и всю ночь. Уже под утро я купил жетончик и залез в маленькую кабинку.

- А почему кабинка из пластика? - Спросил я у работницы пневмополитена.

- Да разбиваются они постоянно, дорогие из метала делать. - Ответила она, настраивая выстрел в сторону моей станции.

- Э-э-э... Я, пожалуй, сойду.

- Поздно.

Я почувствовал, что такое размазаться по сиденью в буквальном смысле. И все было бы хорошо, если бы меня не перевернуло вверх тормашками, а потом и не начало раскручивать, как на лихом детском аттракционе.

Я кое-как выдрался из кабинки, в которую тотчас же кого-то запихали и выстрелили им, как и меня. Но ничего, по специальной ползательной дорожке я пополз к выходу. В смысле к эскалатору. Очень удобная была бы штука, если бы зубцы не так впивались в ребра. Уже на выходе я как-то умудрился встать и пойти прямо к сияющей надписи "ГАСТИНИЦА"

Какой-то парниша в черной рубашечке отобрал у меня еще две моих зарплаты. Он минуты две копался в бумажках и сказал, что комнат, к сожалению нет.

- Как нет? - В ужасе спрашиваю я.

- А вот так. Нету. Попробуйте в другом месте.

- А деньги?

- Что деньги?

- Мои деньги. Которые я вам дал. Верните! - зло ответил я.

Естественно зло, ведь денег то больше у меня не было. Я у себя дома целый год копил.

- Это мои чаевые. Согласно котировке. На двери написано.

На черном стекле действительно была наклеена маленькая бумажка. Черная, с мелкими серыми буковками, да в самом углу. Я ее нашел то примерно через десять минут поисков.

Уже совершенно в ярости подошел к парнише.

- Отдай мои деньги, парень!

- Деньги не ваши, а мои. Ничего я не отдам!

- Да я тебя сейчас...

- Я сейчас охранников вызову!

- И что?

- А то, что они втрое берут. Каждый. А если нету, то там внизу каморка есть. Квартиру перепишешь.

Сил ругаться не было. Я вышел на улицу, поправил маску и прилег на скамеечке. Доброжелательно поставленной рядом. Спал я впрочем, недолго.

- Гражданин, ваша регистрация!

- Что моя регистрация? - промямлил спросонья я.

- Предъявите документ, дающий вам право пользоваться скамейкой. Иначе вы нарушаете собственность владельца. Который, кстати нас и позвал.

Я никогда не видел бездомных. Бомжей в смысле. Но не думал, что они одеваются у Дольче и Габбана. Бомж показал полисаям ворох документов, в которых говорилось, что он является владельцем лавочки и в ней прописан. Или на ней? Глупость какая...

Полисаи документы глупостью не сочли, меня больно стукнули по животу ногой и куда-то потащили.

- В отделение?

- Ты что? Это ж турист!

- Тогда в подворотню!

Минут пять меня колошматили в подворотне. Да закинули в теплое, уютное и очень спокойное место, где я и уснул. И это было блаженством.

Когда я проснулся, был уже вечер. Я вылез из мусорного контейнера, похожего на БТР без колес, и поднял с земли паспорт. Обратный билет на сверхпоезд был внутри. Весь вечер и всю ночь я стоял в очереди. Пневмо-метро сожрало мои последние деньги и плюнуло меня в сторону вокзала , со скоростью, граничащей со световой.

Я залез в теплый поезд, и понял, наконец-то я еду домой. Грязный, лысый, усталый. Как и большинство в поезде.

Человек человеку - бобер. Доказано лично мной. Хоть я и осмотреться не успел, но у себя дома, в маленьком городке на десять миллионов человек, где все друг друга в лицо знают, я буду героем. Ещё бы! Я был в Тераполисе!

Александр "Рейн" Харитонофф

Фоллаут. Фотография

Рон считал себя обычным человеком. Немного умным, немного скучным и занудным. Но не трусом, да и не героем.

Шахта, бар, дом... Собственно это все места, где он бывал за последние три года. Сегодня ему захотелось новизны. Чувства, посещающего любого в пустоши рано или поздно. Именно того опасного, что поджидает между маленьких пост-ядерных городков. Рон боялся всего: рейдеров, работорговцев, винамингов, радскорпионов и остального, о чем он даже не подозревал. Боялся чего-то осязаемо, другого подсознательно. Но не решил оставлять все как есть. Он открыл ветхий металлический сундук, замок которого ключ не посещал уже два года. Или все три, с тех самых пор, как он поселился в Реддинге. В сундуке было немного. Ружье под стать сундуку, стимпак, да коробка пуль. Все его имущество, не считая пару монет и одежды. Хотя нет, был еще рюкзак. Его-то он и напялил на худые плечи.

Рон пнул дверь. Это было движение, выработанное монотонными рабочими днями. Дверь привычно скрипнула и, уже совсем непривычно, сорвалась с петель. Рон немного озадаченный прошел по двери и обернулся. Одна единственная комнатка, стол, шкаф да кровать. Ничего из того, чего можно было бы забрать с собой. Да и зачем?

Рон вышел из заброшенного всеми дома и застыл на пороге. Глаза опалило яростное утреннее солнце. Воздух был очень едкий и сухой. Точь в точь, как и в остальные дни до этого. Говорили, будто возле кромки моря все немного по другому. Но Рону не было до этого никакого дела, море его не влекло.

Стелилась под ногами вторая и последняя улица Реддинга, жители его не замечали. Только некоторые, завидев ружье, задумчиво цокали языками. Или бормотали что-то себе под нос. Рон вышел из города, приютившего его на три года.

Через семь-восемь миль караванного пути, так никого и, не встретив, он свернул. Где-то вдалеке торчали останки другого города. Разрушенного одной-единственной стрелой ядерного огня, два с половиной века назад. Рон шел до самого вечера, задыхаясь от пыли и изнемогая от жары. По дороге попался колодец. Рон глотнул мутной воды, и, чуть не стошнив, пошел вперед. В Мертвый Город.

Этот город не был похож ни на один из нынешних городов. Этот город жил еще до того, как люди изобрели атомную и водородную бомбу. Сестер смерти. Город же обрушился, засыпался песком, местами под самые крыши. Но город отчасти жил. После атомного сна, в городе появились новые жители. Крысы, сопутствовавшие людей с самого начала, насколько подозревал Рон. Но были и другие, гули. Хотя они в большинстве обосновались в Гекко, переселившись из Некрополиса, некоторые пришли сюда.

Рон не знал, почему именно сюда. Смутно догадывался, что гули, вживую видевшие ядерную войну, когда-то спасались из этого города в убежище Некрополиса. Что-то случилось с тяжеленной свинцовой дверью убежища, открыв проход радиации, а они мутировали, стали гулями. Сейчас же, некоторые вернулись в свои довоенные дома...

"Ну, так зачем же я сюда пришел?" - Подумал он, переступая через мусор и обломки. Разглядывал остатки зданий и гадал, как они выглядели в годы своей славы. Он представлял себе свежую краску, красивые блестящие окна, вывески, витрины. Он шел по миру своих образов.

" Интересно... Где бы мне лучше жилось, до войны или сейчас? Хотя нет, неправильно. Где мне было бы интересней?"

И взгляд его упал на пожелтевший кусочек картона. На маленькую картинку, запечатленную столь давно, сколько не живет человек. Хотя, если гулей считать людьми, человек может и столько прожить.

Рон бережно поднял ее с земли, протер чистым носовым платком и внимательно вгляделся. Это был тот самый город, вот та вывеска, обломки которой сейчас валяются на треснувшем асфальте. Вот только улицы не были пустыми и замусоренными. Перед глазами, торжествуя, стояли красивые светлые дома, цвели цветы в клумбах, нерешительно замерли автомобили. Раскрашенные во все цвета радуги. После войны дома обуглились и стали черными, машины обрели единый цвет - цвет ржавчины. Еще на фотографии были люди. Их было много, очень и очень много. На одном кусочке картона людей было гораздо больше, чем живущих в Нью-Рено и в Реддинге вместе взятых. На некоторых были респираторы. Некоторые были одеты в такие лохмотья, которых бы постеснялся бы любой обнищавший наркоман с улицы Девственниц. Но всех этих людей объединяло некое неуловимое сходство. Выражение лиц, особое эмоциональное состояние, которое Рон никак не мог понять, не то, что сформулировать.

- Что же это? - Сказал он вслух. И через секунду он почувствовал, понял. Понял, почему он ни за какие шиши не согласился бы жить в то время.

Тишину Мертвого Города пронзил одинокий, но очень громкий звук. Рон осел на землю, в груди у него полыхала боль. Вязкая, жгучая, высасывающая жизнь. Пальцы судорожно сжимали фотографию, и ничего Рон не чувствовал кроме боли в груди и пальцев. Не чувствовал как отлетело в сторону его ружье, как со спины исчез рюкзак. Как кто-то копается в его немногочисленных вещах.

- У нас не было, надежды. Веры в будущее. Была только обреченность. И богачи и нищие нашего города знали, что шансов нет. Отчаяние было на этой фотографии, незнакомец...

Рон не видел говорившего, он уже ничего не видел, кроме кадра из жизни тех людей. Но он все еще думал об их жизни, зная, что умирает. Чувствовал он и вонь. Вонь трупа живущего несколько веков.

- Я счастлив, что я не родился в то время, гуль. Я счастлив, что у меня был шанс, а у тебя его не было, да и врядли будет. Не хотел бы я быть тобой...

Почему именно, Рон не успел сказать. Его сознание заволокло туманом, он заснул. Последним, самым крепким сном.

- Может быть ты и прав... Но я боюсь умирать. Гули тоже хотят жить. Да и есть тоже! - хрипловато, терзая разлагающиеся связки, рассмеялся мертвец, не имеющий надежд.

Александр "Рейн" Харитонофф

Фоллаут. Судный день Кейса

Паника. Паника была везде. Когда власти говорили: " Войны не будет, Президент подписывает пакты о перемирии и не использовании ядерного оружия...". Кейс знал, что когда китайцы запускают бомбы с кораблей, останется минут пятнадцать жизни, говеные минуты. "Надо обязательно прорваться" - подумал он напоследок.

Кейс погладил автомат, единственное полезное, оставшееся от военных сил США. "И это я дезертир?". Он усмехнулся. Лежал на парапете пятиэтажного здания, прямо напротив входа в ядерное убежище. Две машины, двадцать человек. Очевидно, все места были забиты. А снаружи бесновалась толпа. Огромное неразумное животное. Изредка кто-то из военных выпускал очередь. Прямо в толпу. Кричали люди, умирая от пуль или собственного ужаса. Небольшую площадь оглашали стоны, вопли, просьбы о пощаде.

Кейс привстал и выстрелил три раза одиночными. Переднего автоматчика не стало. Остался только медленно коченеющий труп. Испуганные автоматчики сделали шаг назад и растерянно водили стволами. Толпа ждала этого момента. Раздался заводной клич. И толпа побежала. Прямо под отчаянные очереди. Часть отшатнулась, часть легла на площадь, чтобы уже никогда не вставать. Автоматчики не прекращали огня.

А Кейс молчал, и, плача, смотрел на толпу внизу. Он видел, как умер его сосед, с которым он каждый вечер пил чай. Видел, как, нелепо взмахнув руками, осела на кровавый асфальт продавщица, из углового магазина. С каждой смертью что-то внутри Кейса отмирало. По чуть-чуть. Из глаз, новым потоком, хлынули слезы. Но он не поддерживал огнем горожан.

Из толпы вылетел камень, небольшой, но очень меткий. Еще один автоматчик рухнул на землю, височная кость была вломлена внутрь. Кейс торжествующе улыбнулся, разглядывая отчаянный бой в прицел. "Возможно, мне придется стрелять и в своих!" - одернул он сам себя. И это было правдой. Единственный способ попасть в спасительное убежище - уничтожить и нападающих и защищающих. "Стоит ли моя жизнь больше чем жизнь всех этих людей?» - Спросил сам себя Кейс. «Они умрут, и так, и так. Ты вправе использовать их смерть, что бы спасти себя. И перестань думать об этом, Кейс!" - думал он.

В ход пошли огнеметы и гранаты. Кейс заметался на крыше, он отчаянно смотрел, как от взрывов погибают десятки людей. Разрываются на части все те с кем он жил. С кем дрался, с кем дружил. Текли реки крови, личности становились мясом. А чуть правее люди сгорали заживо, некоторые молча, некоторые крича. Кейс не выдержал. Он встал в полный рост, один выстрел, второй, третий... Гибли охранники, другие стреляли в ответ. В Кейса, будто вливалась вся ярость и отчаяние погибших людей. Все пули пролетали мимо. А Кейс не промазал ни разу.

Он бросился к лестнице, спрыгивая через весь пролет, добрался до земли. Ноги стали литыми, он шел прямо на последнего парнишу-автоматчика. Под ногами хрустели останки его соратников. Людей, с которыми он был знаком с детства. Ярость. Боль.

- Пощади! - Кричит паренек и кидает автомат на землю.

- А ИХ ТЫ ПОЩАДИЛ? - Крикнул Кейс и выстрелил.

Парнишка был знаком. И очень знаком. Кто не знает родного брата? «Сейчас он лежит с простреленной головой. Посему ему! - Крутилось в голове у Кейса. Он вспоминал, как брат расстреливал безоружных горожан. «Подонок!» - С болью в душе, выругался он.

Раздался сигнал тревоги. Ворота открылись. Толстенный люк отъехал в сторону. Кейс оглянулся, и ярость его пропала. Сотни мертвых горожан лежали перед ним. Убитые за жажду жить. Несколько военных. Два года назад, которые сами были этими горожанами. Кейс опять заплакал.

"Господи, за что? Их за что?"

Кейс пошел от ворот, сквозь обугленные тела. Мемфис, Дикий, Пертон. Друзья. Все трое погибли от пуль. Сосед. Его дочь. И многие другие, кого он еле помнил...

" Это апокалипсис? Господи, и люди обернутся друг против друга, и брат пойдет на брата?!"

Кейс встал на колени. Посреди могилы. Оглянулся вокруг.

- Что же мы творим? - прошептал он.

Посмотрел на открытый вход убежища. Посмотрел, на мертвых.

- Я столько не стою… Я иду к вам, братья!

Он приставил автомат к подбородку.

- Я иду к тебе, Господь!

И выстрелил...

А в небе, сером, убитом газами и химией, летели ракеты. Летели серыми бестиями, торжествуя. Пришел их час, пусть он и короток. От шахты к цели.

Они несли кое-что страшнее взрывов и смерти.

Судный день. Они принесли судный день. И пусть люди возродятся, выйдут из убежищ - это будет всего лишь началом. Началом конца...

СТИХИ

Порву свою душу на тысячу строк

Я с вами, друзья, в мире не одинок…

Рифма не приходит сама по себе, её рождение связано с состоянием души. Она может прийти с последним предрассветным сном, с минутой полного отчаяния и с минутой радости, в то время, когда ты выходишь из дома и видишь яркое утреннее солнце или под влиянием какого-нибудь впечатления. Достаточно первой строчке, фразе мелькнуть среди мыслей - и она уже не даёт покоя, пока не приобретает свою законченную форму. Я не знаю, как творили великие поэты, но нечто подобное они наверняка испытывали. И ещё одно. Во все времена, от древней Руси до нынешней, современной России в жизни ратных людей всегда бывали минуты, когда уставшие от мужской работы люди в праздник или выходной, а может быть сидя в лесу у костра, слушали истории, рассказы и стихи бардов и поэтов своего времени. И почти всегда эти произведения были о чести, героизме и любви – важнейших качествах мужчины – воина. Мне хочется передать людям то, что я чувствую, вижу, переживаю. И поэтому я представляю на суд читателей (надеюсь, не слишком суровый) некоторые из своих произведений.

Василий "Hauptman" Чагаев

Сначала она дала ему яблоко

И он взял…

Потом, она дала ему жизнь

И он принял ее…

В другой раз она дала ему возможность творить

И он творил….

Марина "Афина" Зохно

Белой ночью

В белом платье

Я ловлю эфира звуки.

Мысли в точку,

Фразы в строчку,

В колдовском изгибе руки.

Ворожбу свою вплетаю

В кудри ласковые ветра.

Он по свету разметает

И домчится до Олимпа.

И пошлет Пегас крылатый

Муз нежнейших

Всем кто пишет.

Владлена "Nastasya Fillipovna" Солуянова

"@nDRON"

Overlord

В сумраке неба черные тучи

Тонут, не зная забот и тревог.

Звезды пройдут сковзь дождливые кучи,

И разбегутся, кто и как смог.

С темной границей серых, громоздких,

Тихих домов не сливается мрак.

Ниткою сшиты и тело и небо,

Сшиты из рук вон и кое-как.

Древнею Силой земли налиты.

Сила не спит, Сила помнит и ждёт.

Не рождена, не жива, не убита,

Прячется днем, но опять восстаёт.

Ей не нужны ни люди, ни звери,

Время, пространство - ей не нужны.

Лишь Господина всё смотрит у двери,

Ждёт - не для мира и не для войны.

Есть у той Силы одно лишь желанье,

Больше, сильнее, чем все миражи.

Сила! Зачем я тебе на заклание?

Выйди, и цель свою мне покажи!

Тишь и молчание были ответом.

Вечность открылась и скрылась - на миг.

Тёмною ночью в мой разум лишь только

Два слова пришли от Неё - мелкий пшик.

Ever night...

Апокалипсис

Упала тень,

И дым столбом,

Иссяк наш день,

И рухнул дом.

Все стены - морок,

Двери - ложь,

Нигде не скрыться,

Дух - под нож.

Разверзлись недра,

Тьма пришла,

Пора ответить

За все дела...

И он пришёл.

Сверкнули очи,

Бежать от боли

Нету мочи.

Хладеет тело,

С небес огонь,

И грязь вокруг,

От пепла вонь...

Нальются кровью

Земные реки,

И приподнимут

Трупы веки...

И адский смех,

Дыханья грохот...

Возьмет он всех,

Кто слышит хохот...

И лишь один

Пробьется луч,

Для всех един, -

Сквозь массу туч,

И тех, кто Жил,

Хранил кто Свет,

И тех, кто Бдил -

Спасёт от бед...

Я тебе не скажу…

Я тебе не скажу ни о чем,

Ты не станешь внимать дураку,

Просто будешь за мною потом,

Ползать, прячась иглою в боку.

Я не знаю, кто ты и кто я,

Я не вижу отмеченных тьмой,

Я не слышу поющих добро,

Позабыта дорога домой!

Черный ангел с помятым крылом,

Ты придешь, чтобы встретить меня,

Я тебя замечаю в тенях,

В зазеркальном огне колдовском...

И настанет момент, и тогда

Спросят люди, где ты был распят,

Но молчание - будет ответ,

И тогда взгляды все потупят,

Взмоет в высь окаянным копьем

Весть о Страшном Суде и на нас,

Упадет красно-сумрачным днём

Тот, кто Словом Творил, но угас.

Вера сломлена, пишут стихи -

Все, кому лишь не лень, даже я, -

И настанет момент, и тогда

И враги все уйдут, и друзья.

Будет солнце в пустыне сиять,

Жечь, пока не сожжет всё дотла,

Тень развеется, рухнет труба

Мирно-атомного котла...

Закон жизни

Когда Господь зовёт на праздник

Жизни, чтоб радость пить до дна,

Нельзя забыть, что жизнь одна лишь

Любому смертному дана.

Лишь тот, кто помнит эту правду,

Способен жить без суеты,

Найти в душе из рая счастье,

Сей ключ великой простоты.

И незатейливым узором

Прольётся свет на сердце тех,

Кто сможет дверь открыть прощенью,

На злобу выдать добрый смех.

Зеркало

Я не Светлый и не Тёмный,

Я не добрый и не злой,

И не зверь я, и не птица,

Я не смертный, не Иной...

Я не знаю вечной правды,

Я не вижу, где граница,

Не Иной я и не смертный,

И не зверь я, и не птица.

Я пришел, чтобы исчезнуть,

Чтобы в тени раствориться -

Ведь ни смертный, ни Иной я,

Я не зверь и я не птица...

Я - серебряный туман,

Я - журчание воды,

Истина я и обман,

Свет мерцающей звезды...

Я не прав, не виноват,

Не имею я судьбы,

Я силен - но я же слаб,

Я - лишь для одной борьбы.

Одноразовый халиф,

Шестикрылый серафим,

Сам себя я поразив,

Жаждой жизни одержим.

Я - печальное ничто,

Воплощенная беда,

Сам себе я шапито,

Сам себе же - смерти мгла...

Не нацист и не расист,

И не патриот страны,

Я - всего лишь Сумрак в теле,

Я - лишь Зеркало войны.

Интересно

Интересно, интересно

Снова жизнь свою прожить,

Только очень будет тесно

Снова в теле душам быть.

Интересно постучаться

В двери рая - посмотреть,

Только сильно неуместно

То, что это интересно...

Интересно было б выпить

Весь огромный океан,

Интересно было б Землю

Запихнуть в один карман.

Интересно заморозить

Свет и темноту собрать.

Интересно воздух бросить,

Скалы в узел завязать.

Ведь признайтесь, только честно:

Интересно? Интересно!

Искрится черным пламя синее…

Искрится черным пламя синее,

Сгорают книги и скелеты.

И шкаф, стоявший мрачной линией

Дымится, плавится в огне...

Прогорклый воздух тихо шепчется

Со старой пылью вековою.

Нет, прошлое совсем не лечится,

Гореть с ним вместе только мне.

Чернеет серый потолок,

Торчит ботинок из огня.

Теперь уйдёт всё под замок -

Скорей, огонь, пожри меня!

Давно нет света и людей,

Ушли, оставив всё, как было...

Наивен был я. Даже так

От самого себя... Дурак.

Книга Судеб

Судьба... Когда ты знаешь наперёд,

Куда и кто, когда, зачем пойдёт,

К чему что скажет и что не поймёт,

Кто на земле - и кто ушёл в полёт...

Ты видишь то, что должен сделать ты,

Читал ты Книги Судеб все, что есть, листы.

Ты знаешь, как исполнятся твои мечты,

Не пропустил ты ни одной главы.

Как ты родился, будешь жить, умрёшь,

Кто будет другом, станет кто врагом,

И кем работать в жизни ты пойдёшь,

И то, как будет выглядеть твой дом...

Как ты услышишь горестную весть,

Как встанешь ты на перекрёсток, где дорог не счесть,

И выберешь одну, какую - тоже знаешь,

Ведь Книгу Судеб ясно ты читаешь.

Ту книгу, что содержит жизнь и смерть,

Все радости, тревоги и заботы,

Тяжёлые, простые жизни годы...

Ну, что? Ты в Книгу хочешь посмотреть?

Лесная поляна

Ночь и мрак. Тишина.

Бледный серп луны.

Лес. Колодец без дна.

Запахи весны.

А дорога заросла.

Путь сюда забыт.

Звёзды. Мирная мгла

Пеленает быт.

Здесь деревня была,

Но её здесь нет.

Всё сгорело дотла,

Веселилась смерть.

Пятьдесят лет назад

Путник проходил,

И лесной костерок

Затушить забыл.

Не заметил никто

В чаще огонёк.

Лес сгорел, и живым

Уйти народ не смог.

Всё пылало вокруг,

Падали мосты.

И среди этих мук

Погибали мы.

Не один я почил…

Сквозь полсотни лет

Раны лес залечил,

Пепелища нет.

Не обрёл я покой,

Обитаю здесь.

Я смотрю на луну,

Колодец и лес.

Просто размышления

Сумерки мира

В закатном рассвете,

Тиха и мокра

Живая жара.

Медленно-быстрая

В той дикой пляске,

Проходит под нами

Наша пора.

Белый и чёрный

В одном желтом танце

Слились в одно,

Раздвоившись навек.

Мысли и чувства

Разбились в карманце,

И так появляется

Человек.

Живёт он - не думая,

Думает - мёртво,

Старанья пусты,

Смерть лишь сеют вокруг.

До тех пор,

Пока вдруг внезапно однажды

Не появляется

Рядышком друг.

Вместе - не люди,

Но и не звери.

Вместе - народ,

Не двое, а много.

Вместе находят

И Силу, и Время,

Вместе и Дьявола видят,

И Бога.

Жили неплохо,

Как зналось обоим.

Прожили жизнь -

Умирают потом.

Мир остаётся,

Не помня их дружбы,

Там - всё как раньше,

Стал пылью их дом.

Снова другие

Есть люди на свете,

Снова друзьями

Будут они,

Будут у человечества

Дети,

Вовек теперь, мир, не гори - не тони...

Сон

Видел я сон, как сорвался с небес

Яркий, и Свету подобный

Ангел прекрасный, вниз в мрачный лес

С белым крылом преломлённым.

Кто же вцепился в крылья твои,

Очень желая паденья,

Так, что не выдержали они –

Ты рухнул во тьму униженья?

Монстры ли Ночи, поднявшись к тебе,

Вместе с тобой опустились?

Иль человек свою веру предАл

Так, что крыло обломилось?

Если не хочет в тебя человек

Верить, а хочет покоя –

Кто виноват, что другие теперь

Брошены вниз с тобою?

Видел я сон – вспышки в небе ночном.

Нет, то не звезды мерцали –

Ангелы Света, забытые миром,

Падали и исчезали…

Твои изгибы…

Твои изгибы совершенны,

Твоя поверхность - словно лёд,

Столь холодна, гладка, нетленна,

Не каждый и рукой возьмет!

Из платья снова вылетаешь,

Роняя платье на земле.

И вновь как бабочка порхаешь,

Но в тридцать тысяч раз быстрей...

Твой центр тяжести смещеный,

Твой ободок едва заметный,

Твой островатый холмик нежный -

С кем встретишься - тот бедный, бедный...

Ты роковая, как бронепоезд,

Ты устрашаешь, как челюсти гуля,

Ты непредсказуемый взрыв вулкана,

Ты - любимая сердцу... пуля!

Тихое щелканье клавишей мыши

Тихое щелканье клавишей мыши,

Клавиатуры глухой перестук,

Свеченье экрана во тьме помещенья,

Скрещенье мелькающих сталкерских рук.

Колонки негромко поют ощущения:

Шелест листвы с почерневшей земли,

Разрывы ракет с вертолетов отмщенья:

У озера зомби не все полегли...

И человек в своей комнате темной

Вторит колонкам их главный мотив -

Всего лишь симфонию Зоновской жизни

И скерцо о жизни самой. Позитив...

Алёна "АЛЁНА" Астафьева

Ангел шестнадцати лет

Мальчик шестнадцати лет

С голубыми глазами

Праведный ангела свет

От тебя исходит

Мне не понять,

И не передать словами

То, что в душе твоей, милый, сейчас происходит

Ангел шестнадцати лет

О, ангел, шестнадцати лет.

В храме, воздвигнутом в честь твою,

Сегодня народа нет.

Тянет плечо автоматная лямка тугая

Но делаешь вид ты, что лёгкий он, как игрушка

И мама седей с каждым разом тебя отпуская

В войну поиграть настоящей солдатскою пушкой

Ангел шестнадцати лет

О, ангел, шестнадцати лет.

В храме, воздвигнутом в честь твою,

Сегодня народа нет.

Тебе не забыть, как стенает болотная птица

Кружа и крича наджилищем своим разоренным

И весь этот ужас тебе будет долго сниться

И будешь ты вскакивать ночью в поту солёном

Ты, может быть, всё же вернёшься домой

Быть может.......

А может, и нет.

Но будут молитвы полны тобой,

Мой ангел шестнадцати лет.

03.11.1994

Женился на другой

Как это мило получилось:

Я так естесственно вошла

И так удачно удивилась,

Как будто вовсе не ждала!

Я так старалась, так хотела,

Чтоб не заметил ты всего,

Что в глубине души болело

И ты не понял ничего.

Как странно: не дрожал мой голос,

И взгляд не бегал по стене,

Когда известную уж новость

Ты рассказать пытался мне.

Я до конца себя держала

И, лишь услышав лязг колёс,

Я на постель ничком упала,

Топя обиду в море слёз.

1991

ОН

Он так некстати появился

Он всем мешал, он был угрюм,

И в спешке чуть не подавился,

Жуя без косточек изюм.

Он очень сильно выделялся

На фоне выпивших гостей.

Он никогда не улыбался

И становился злей и злей.

Не пил вина, не ел конфеты,

Не слушал песен, сам не пел.

Не закурил он сигареты

И очень скоро надоел.

О нём уже давно забыли,

Когда укутавшись плащом,

Он молча вышел из квартиры

И растворился под дождём.

И кто-то, лёжа на диване,

Случайно вспомнив про него

Спросил, куда девался Ваня,

И не услышал ничего.

04.12.1991

Сестрёнке

Ну зачем ты колешься?

Ну зачем?!

Ты с бедой целуешься каждый день.

Хитрая, проклятая, щурит глаз.

Выходи - посватаю с чёртом вас.

Для чего ты колешься?

Для чего?

Ты ж не помнишь имени своего!

Спят останки прошлого по углам,

Бродит зверь непрошеный тут и там.

Прошлое порошею заметёт,

Милая, хорошая, что нас ждёт?

А беда по-прежнему - за своё.

Может, мы обидимся на неё?!

Пусть она беснуется, рвётся в бой.

Милая, хорошая, я с тобой!

Пусть она повесится на крюку!

Я его приделаю к потолку!

30.08.2008

Мне тридцать лет

Мне тридцать лет. Уже когда-то было.

И 30 бед уже осталось в прошлом.

Я что-то помню, что-то позабыла,

Но как всегда мечтаю о хорошем.

Другие лица, праздники другие

Затянут круг, судьбы водоворота

Но рядом руки мамины родные

И рядом пятилетние заботы (сын)

И рядом пятилетние улыбки

И милых глаз задумчивое счастье

И я не помню про свои ошибки

И я не помню про свои ненастья

Но по ночам мне стало детство сниться

Ах! Как туда попасть хотелось мне бы!

Попасть туда, где гуси вереницы

Полоской белой рассекают небо

Где бабушка печет блины с улыбкой

И пахнет медом маленькая кухня

Где я не знаю про свои ошибки

И печки никогда огонь не тухнет

Все так давно уже когда-то было

И так давно уже осталось в прошлом

Я что-то помню, что-то позабыла

Но, как всегда мечтаю о хорошем

И пусть печаль моя тебе не сниться

Мое-мое задумчивое счастье

Пусть только радость сквозь твои ресницы

Меня оберегает от ненастья.

сентябрь 2008

На смерть

Уйти, чтобы снова родиться

На меньшее я не согласна

И жизнью опять насладиться

Знакомой, чудесной, прекрасной

Уйти, но совсем ненадолго

Лишь с силами только собраться

И снова на землю ребенком

Резвиться, кружиться, смеяться

Пока ж меня с вами не будет

Я снова Планеты увижу

Они улыбаются Людям

Они не такие как снизу

И я, проплывая над ними,

Дерзну бытия их коснуться

Но буду хотеть сильно-сильно

Вернуться, вернуться, вернуться

сентябрь 2008

Я Вас обидела…

Я Вас обидела

Слуачйно, но жестоко,

Я Вас обидела,

И Ваш простыл и след

Мне очень грустно

И ужасно одиноко,

А Вы не едете.

А Вам и дела нет.

22.08.1992

Марина "Афина" Зохно

Вчера

Тихо.

Ночь.

Квартира спит.

Под рукой сопит дочурка.

Чинно тикают часы.

Ниже этажом бабулька

Громко смотрит боевик.

За стеною бьется в крике

Годовалое дитя.

Ейный папа, не взирая

На протесты всей семьи

Изучает кал оф дьюти

Слышимо под цифрой три.

Заработал холодильник

И в аквариуме всплеск.

Электричка прошуршала.

В Шарик самолетик сел.

Как чудесно в тишине

О прекрасном думать мне.

Послушай!..

Послушай! Остановись, я же люблю тебя!

Люблю!

Почему ты смеешься? Ты мне не веришь? Ты думаешь, что все это чепуха?

Но почему тогда при мысли о тебе сильнее стучит сердце? Как обидно, что ты не можешь или не хочешь понять и увидеть тот мир, которым я живу….

Знаешь, я нарисую картину, в которой расскажу тебе о своей любви! Я подарю тебе свои стихи, я спою тебе свои песни…

Почему ты смеешься? Тебе все это надоело?

Ты хочешь чтобы меня не было? Хорошо, я ухожу! Я же люблю тебя…

Послушай, остановись! Мы так давно не виделись! Ты помнишь о моей любви?

Что с тобой? Ты плачешь!?..

Ты – свет, я – птица…

Ты – свет, я – птица,

Я в тебе лечу, ищу и нахожу.

Мы яблока две половинки, два берега одной реки

Ты – берег, я – волна морская

Тебя, лаская поминутно

Зову тебя и жду к себе

Ты – небо, я – звезда

Твоя немыслимая глубина

Мне не понятна и желанна

О чем ты думаешь, что хочешь?

Души своей открой мне тайну

Ты не заметишь, как тобой я стану

Твоею песнью и твоими снами

Твоей любовью и твоим вином

Я хожу и ищу тебя. Спотыкаясь…

Я хожу и ищу тебя. Спотыкаясь.

Светит солнце, но слишком светит.

Я не вижу встречных путников.

А вдруг окажется, что с ним мне по пути.

Может ты прошел уже мимо

незаметив меня ослепленную,

может ты еще впереди.

Я не знаю что впереди меня ,

я не помню кто позади.

Среди миров, в мерцании светил

BerSerK™

Мёртвые души

Тот мир, в котором я живу

Мне ненавистен и не нужен.

Когда, когда я разорву

В тех, кто вокруг,их мыслей стужу?

Смотря на мир бесстрастным взглядом,

Я вижу всюду пьяный бред.

Я знаю, счастье где-то рядом...

Но где оно? Кто даст ответ?

Зачем мне жить, всю жизнь страдая?..

Не лучше ль умереть без мук?

Но вход закрыт в ворота рая

Тем, кто погиб от своих рук.

Повсюду ненависть, повсюду...

О люди, сколько можно лгать?..

Свою любовь, любовь Иуды

Другим со злобой предлагать?

Не буду врать, я сам жестокий.

Но кто меня создал таким?

Так пусть послужат эти строки

Как назидание другим.

Вглядитесь в глаз людских провалы:

В них только ненависть и боль...

ДРУГИЕ души им сломали,

Когда сломали их любовь.

А человек с душой разбитой -

Всего лишь тело, манекен.

Вглядитесь, вся земля покрыта

Людьми, не вставшими с колен.

Убийство - тяжкий грех, не спорю.

Но если строгий суд вершить,

Считаю большею виною

Не тело, душу лишь убить...

Моя душа мертва, бесспорно.

Средь повседневной суеты

Похоронил её спокойно,

А с нею мысли и мечты.

Предсмертная исповедь

Стены...Одни только стены вокруг.

Я так живу. Лишь бы мне не свихнуться.

Четыре стены. Вот мой замкнутый круг.

И в мир полных чувств мне уже не вернуться.

И сердце не бьётся. Не дышит душа.

И ум словно в тьме ужасающей заперт.

Жизнь еле тлеет...И, тихо шурша,

К смерти ведёт жизни чёрная скатерть....

Смерть, о, как часто я видел тебя!

В снах своих жутких в безлунные ночи

И я просыпался, от страха крича,

В холодном поту и дрожащий сверх мочи.

Ну а теперь я и рад испугаться.

Но страх так же чужд мне, как сны и мечтанья...

О, если б я мог к себе в сердце забраться

И парою слов изменить всё сознанье.

Но я не могу в себе что-то менять.

Так и живу я во мгле заточенья.

Бессмысленно жить. Не хочу умирать.

Не могу допустить, чтоб кануло в забвенье

Всё то, что пережито мною за век.

И мною осмыслено в час полуночный.

Я многое видел, пустой человек.

Я многое знаю, безумный досрочно.

Я видел, как люди сжигали мосты.

Ломали любовь и калечили судьбы.

Их души тогда уже были мертвы.

Господь позабыл вставить сердце им в груди.

Я прожил свой век в дни раздоров и войн.

Люди выгоды ради стреляли друг в друга.

Уходил на войну, возвращался домой.

Мир сменялся войной - вновь, как в замкнутом круге.

Я любил, как и все. Упивался луной...

Убивал, воровал, резал глотки другим...

Годы шли. Ну а мир всё сменялся войной.

Кто сегодня друзья, те назавтра - враги.

Доверял, врал в глаза, ненавидел, дружил,

Уходил, возвращался, друзей предавал.

Я пасьянс своей жизни уже разложил.

Карты врали, а я...изнутри умирал.

Жизнь окончена. Мне уже нечего ждать.

Всё прошло - все мечты, миражи и волненья.

Но, назад оглянувшись, могу я сказать -

Я не зря прожил жизнь. Хоть и грызли сомненья,

Хоть мне сердце пронзали, на внешность глядя;

Хоть без воли моей мне судьбу изменяли.

И ломали меня... Истязали меня...

Улыбаясь в глаза, в спину камни бросали.

Но я жил, стиснув зубы и сжав кулаки!

Опьянённый ветрами, во снах забывался...

Что судьба подносила мне с лёгкой руки

Принимал без раздумий. За счастье сражался.

Говорить можно долго...Но только зачем?

В своих главных грехах я уже вам сознался.

Мне пора. Видно, мир истощился совсем,

Коль уж если бумаге я исповедался...

Смерть стоит за окном, чтоб собрать свой улов.

Сердце снова с умом моим вместе.

И в молчании полном, без пафосных слов,

Я пою лебединую песню.

* * *

Мне грустно. И что же? Кому-то есть дело?

И кто-то утешит, поддержит меня?

Зачем? Я не личность, а бренное тело.

Я лишь существую, под ноги глядя.

Поднять глаз не смею - накажут за смелость.

Ни слова сказать, ни дышать, ни мечтать.

Я был человеком. Мне счастья хотелось.

Но рабских цепей мне уже не порвать.

Заковано сердце, в наручниках разум...

В неволе душа...и всех мыслей контроль.

Порывы, стремленья в запретах погрязли,

Свобода осталась навек за чертой.

Стою на коленях в грязи и пороках,

Внутри, как скорлупка ореха пустой...

И где "власть народа" в написанных строках?!

На спинах рабов процветает покой.

Зачем мне мечтать о любви и покое,

Коль мне не нужны любовь и покой?

Если познано высшей инстанции горе?

Коль навеки душа моя стала рабой?..

И сколько таких же, как я - покорённых?

И страждущих воли на шаре земном???

Навеки в свободу и солнце влюблённых,

Живут, позабыв об уделе ином.

Я грешил, видит Бог, никого не стыдясь,

И плевать я хотел на сторонние мненья.

Влезал часто в душу, унизить стремясь.

Унижал ради лишь развлеченья.

И наказан теперь - в искупленье грехов,

Бессловесной скотиною сделан.

На руках и ногах - цепи ржавых оков.

И мой век до секунды измерян.

Когда-то, я помню, я видел закат,

Между горных вершин на Алтае.

И я жил. Я дышал. Я безумно был рад,

Вместе с ветром снежинки глотая.

Любовался, усевшись на мокром песке,

Ураганом на бешеном море.

Как оно бушевало, в смертельной тоске,

С гнётом времени тягостным споря.

Я бродил по долинам Альпийских равнин,

И вдыхал во всю грудь горный воздух.

Не нуждаясь ни в ком, совершенно один,

Размышлял до полуночи поздней.

Как в родном городке я, в весеннем лесу,

Вдруг наткнулся на ранний подснежник.

И застыл, одну ногу держа на весу,

Не задев лепестков его нежных.

Приподнял от земли и, нагнувшись, присел

И почистил от грязи листочки.

Так как он я бороться, увы, не сумел.

Я споткнулся на первой же кочке.

Я забыл обо всём, чем был жив я тогда,

Я забыл обо всех прежних чувствах.

Что ж, судьба самых слабых ломает всегда,

И я слаб. Болен. Страшно измучан.

Впрочем, так и должно - за ошибки души

Своей кровью всегда тело платит.

Человек, ты грешить никогда не спеши.

Кандалов на Вселенную хватит.

Любовь и Грех

Во времена, когда царили боги,

На нашей злой, неправедной Земле,

Явился Грех во царские чертоги,

На огненном, пылающем коне.

Небрежно кинув на седло поводья,

Он подошёл к Всевышнему Отцу.

"Ты знаешь, ныне я свободен.

И желобы мне, вроде, не к лицу.

Но надоело править безгранично,

Вершить судьбу Вселенной одному.

Людское мне покорство непривычно -

Я уговаривать привык, а посему -

Прошу послать Любовь на Землю.

Бороться с нею я тогда смогу,

Ведь доброта в сердцах не дремлет;

Борьба приносит в жизни остроту!"

Нахмурил Отче грозно брови,

В ладоши трижды хлопнул, а затем

Взглянул на Грех вдвойне суровей,

И указал на дальнюю из стен.

Сиянье вдруг всю комнату залило,

На стену падал сверху яркий луч.

И из луча фигура появилась,

Прогнав из зала тени грозных туч.

Казалось, будто время встало,

Не движется по небу Солнца шар -

На всю планету красота сияла!

Подняли лица к небу млад и стар.

"Я здесь, о Грех! Идти с тобой готова!

Дай руку мне и в мир людей веди!" -

Любовь сказала, и с последним словом

Засыпали всю комнату цветы.

С тех пор по жизни, только двое,

Любовь и Грех спешат в сердца.

Любовь - в одно, а Грех - в другое.

Быть счастью не давая до конца.

Егор "Bondor" Бондаренко

О птицах

Накипело, заболело -

Ты сжимаешь в злобе пальцы.

Закружилось, завертело -

Места некуда деваться.

Рана старая завыла -

Солью брызнули на язву.

Ничего та не забыла,

И надеяться напрасно.

Непроглядный дым клубится,

Мысли топнут в чёрной мгле.

Говорят синица – лучше,

Чем журавль в вышине?

Снова змеем обернувшись,

Убежишь как от огня,

Силе птицы ужаснувшись,

Зашипишь на журавля.

И синицу прогоняешь,

В клочья, растерзав надежды.

Больше ей не доверяешь

Мысли глупого невежи.

Скинешь маску чешуи,

Обернешься в оперенье.

Голос больше не змеи,

А птенца несчастно пенье.

Песня полная обиды,

Ложные надежды в крахе.

Как, видать, наивны были

Эти радости и страхи.

К журавлю ты дотянулся.

И поддавшись своим чувствам,

Так его и не коснулся,

Пал на землю «мёртвым» грузом.

Чувство так высоко было,

Так на правду было схоже,

Что безумцу ум вскружило.

Холодило мыслью кожу.

Это глупости конечно.

Всё забыто, всё прошло -

Только рана, вот завыла,

Врать себе нехорошо

Стена

Лёгкий треск стены бетонной порождаем головой.

Взгляд уверенный, спокойный. В камне будет нам покой.

До диффузии добьёмся, станем частью кирпичей.

Головой в бетон вольёмся! Пусть с ударом всё больней,

Близко цели достиженье! Не отступим в пол пути!!

Быта стенки постиженье, Вечный отдых впереди.

Боль – железная граница, не отпустит просто так!

Коль пройдёшь – ты вольна, птица! Коль останешься – дурак!!!

Без сомненья, с глупой верой, ложной мысли не пустив,

Что есть мудрость в стенке серой, что погибель – мой призыв!

Вот решение проблем! Горе, страсти позабыты.

Был я кем, а стал нечем! Кровью кирпичи обмыты.

И у каменной преграды, падаю, чтоб не подняться.

Вот уж спорная награда… Стоило ли так стараться…?

Записки модератора

(Посвященным виден второй смысл)

Нам всем чего-то не хватает.

И каждый для себя решает

По мере сил свои проблемы.

Бои не тихнут у арены:

Людей стирают будто сор -

Верхи ведут незримый бой.

Кто друг, кто враг, а кто пустяк

Лишь случай с высоты решает.

Одни нас часто напрягают,

Враги здесь долго не бывают,

Другие просто раздражают.

Начав мелодию похвал,

На струнах Старших отыграл

Пренизкую и злую песню!

Возможно, слеп, а может глуп,

Но нет в Тени ни лиц, ни групп

Под твои песни подходящих.

Места занявши уходящих

Они испортились судьбой,

Высоким чином и глухой

Молвой о них, с коварной лестью.

В том и моя заслуга есть,

Что утонула в грязи честь.

Героев Севера ждёт Зона,

Легенды не о ком слагать.

И нынче уж и не понять,

Как жили без забаненона.

Когда порывы ветра бьют

Порядок прав и трезвость глаз,

Не забывайте, что я тут

Прошу прощения у вас.

Когда слепцы крушат уют,

Глухими тоже притворяясь,

Не забывайте, что я тут

Пред вами молча извиняюсь.

Антон "FOX7812" Лаврентьев

Ангел-хранитель

Моей жене Ане посвящается

Меняется мир у меня на глазах,

Законы меняет Игра,

Уже не так просто всё на тормозах

Спустить, уже в сердце Игла!

И ночь закрывает всё больше грехов

Безбрежной седой пеленой,

И дьявол торопит своих пастухов,

Мой ангел-хранитель со мной.

Уже не так быстро строчит автомат,

Боец экономит патрон,

Все меньше тропинок, ведущих назад,

Всё чаще и больше урон.

Нас гонят вперёд как ослепших собак,

Нам рваные деньги суют

И сталкеры хмуро ворчат: ...коли так,

И снова на ходки идут.

А Зона растёт на каких-то дрожжах,

И как перегнивший нарыв

Готова поставить ещё один шах,

Готова на следующий взрыв.

И выброс за выбросом небо мутит

Над этой несчастной землёй,

Но молодость сталкерам кто возвратит,

Мой ангел-хранитель со мной.

Всё реже и реже стучит автомат,

Боец захлебнулся в крови,

И Зона поставила сталкеру мат,

За рваные эти рубли.

Выброс

Время выброса, выбора нам не дано,

Только сыпется небо золою,

Сердце Зоны ЧАЭС - говорят, что оно

Непростое, большое и злое.

Здесь в подвале горит и не гаснет свеча,

Я на пламя смотрю вне закона,

За свечою пустая как небо стена,

А ведь раньше стояла икона.

Люди жмутся к углам. Люди прячут глаза,

Люди стали друг другу чужими

И подобно углям выгорают сердца

Сердце Зоны пылает над ними.

В этот самый момент русла прежних дорог

Превращаются в адовы тропы,

А тропинки, что мирно сплетались у ног

На себе несут адовы толпы.

Распростёрта над Зоной как чья-то ладонь,

Радиация нового типа,

Пока в чреве ЧАЭС не погаснет огонь

Наша карта всегда будет бита.

В топку старые карты, долой КПК,

По старинке с болтом на веревке,

Мы пройдём этот путь за строкою строка,

А в походном планшете по тропке.

Сталкер, ждёт тебя завтра неведомый мир

И невидимый враг поджидает,

Только сердцем своим не делись больше с ним,

Он сердца как огонь пожирает.

Низкое небо

Здесь низкое небо,

Здесь чёрная небыль,

Здесь выжить

Одно лишь достойное кредо.

Пью душу запоем,

Здесь жизнь с перебоем.

А выбрать можно

Однажды и с боем.

Здесь можно взорваться

Дождём радиаций,

И в сталкера можно

В конец заиграться.

Горчит энергетик,

Я всё-таки скептик,

Я Зоной сожжённый до тла

Эпилептик.

Уводят походы

В туманы и годы,

Так что же вы сделали

С нами, уроды.

Здесь все антиподы,

Но крепкой породы,

Никто здесь не просит

У Зоны погоды.

Трещат изотопы,

Шанс выйти из жопы,

Но сходятся вместе

Смертельные тропы.

С петлёю на шее

Ползу по траншее,

Ищу искупления

В каждом гроше я.

Уже не заплачет

Упавшее небо,

И время назначит

Для зрелищ без хлеба.

И выстрелом в спину,

Нарвавшись на мину

Здесь каждый сыграет

Свою пантомиму.

Одинокий костёр

Сюда доходит искаженный свет,

Переломленьем от пустых небес,

Здесь утверждают точно - Бога нет,

Как послесмертной жизни и чудес.

Пустынный ветер, часть пустой души,

Уставший рыскать в поисках добра,

Лишь неприкаян бродит по глуши,

Рвёт пламя одинокого костра.

А у костра лишь двое - я и ты,

И нам с тобой здесь нечего терять,

Мы не хотим, слепые как кроты,

За жалкие гроши все когти рвать.

Заварим чай покрепче, помолчим,

Ведь нам с тобой здесь нечего делить,

Совсем немного есть у нас причин,

Чтоб продолжать на этом свете жить.

Но те, что есть в нас, выжжены огнём,

Металл калёный их нам в души вжёг,

И с каждым шагом, годом, день за днём,

В себе их каждый больше всех берёг.

Одиночество

Под пустующим небом пустая земля,

На лице ни слезы, ни дождя,

Отслужили молебен по мне, только зря,

Я с другой стороны алтаря.

И я вычеркнут Зоной из списков живых,

Этот мир я покинул давно,

Тесно стало на сердце от ран ножевых,

А в душе беспросветно темно.

Ветер листья уносит в кислотный туман,

Вот и кончился жизни распад,

За себя самого опрокину сто грамм,

К чёрту этот лесной листопад.

В списках мёртвых не значусь, так значит живой?

Я застрял на границе миров,

Только я не расплачусь, я выдержу строй,

И пройду ещё девять шагов.

На гробницу ЧАЭС даже больно смотреть,

Но дороги уходят туда,

Окончание жизни здесь значит не смерть,

В этом правда и в этом беда.

Кто ушёл за добычей, устав от нужды,

Тот привык по сто раз умирать,

Существует обычай не помнить вражды

И ушедшим удачи желать.

Перекрёсток

Наш не круглый мир, он плоский,

Я стою на перекрёстке,

Сталкер, брат, махаю тёзке,

Не смотрю назад,

Время гнева, гнева царство,

Крепче, крепче наше братство,

Гонит на смерть государство

Собственных солдат.

Дыры в небе, как глазницы,

Под ногами черепица,

Черепа - родные лица,

Пропасть предо мной,

Нас загнали за границы,

Нас немного - единицы,

Жизни порваны страницы,

Выброс, выхлоп, гной.

Мародёр ворует схроны,

Сталкер - экономь патроны,

Верь - рассыпятся кардоны,

В завтра твёрдо верь,

А других, с них взятки гладки,

Легионов их - десятки,

Их звериные повадки

По себе не мерь.

Знай, пройдут дорогой ровной

Все воспитанные Зоной,

Все кто выжил, все кто помнит,

Все кто с нами был,

И сполна своё получат

Кто стрелял на всякий случай,

Кто в приказах синей ручкой

Нам могилы рыл.

Пикник на обочине

Вьётся время спиралью,

Незаточенной сталью,

За отвагу медалью

Светит в небе луна,

И непуганной дичью,

Здесь кишит пограничье,

Всё ок, всё отлично,

На тропе белена.

Что ни шаг, то проказа,

Синей стрелкой компаса

Здесь проложена трасса

Справа, слева - кювет,

Счастье бывшего краше,

Было, не было - наше

Фирма Сталкер Продакшен

И билет на тот свет.

Здесь с подвохом опушка,

Человек здесь игрушка,

Что ни шаг, то ловушка,

Здесь не место для встреч,

Пробуждённая магия,

Вспышкой белую магния

И безмолвия мантия,

Голова пала с плеч.

Что ни шаг, то проказа,

Синей стрелкой компаса

Здесь проложена трасса

Справа, слева - кювет,

Счастье бывшего краше,

Было, небыло - наше

Фирма Сталкер Продакшен

И билет на тот свет.

Побег

Отпусти меня, Зона домой

Знаю жить мне осталось недолго,

Но хочу обрести я покой

Там где волны несёт свои Волга.

Отпусти меня, Зона, давно

Результат неизбежен прогноза,

Меня быстро затянет на дно

Облученья смертельная доза.

Отпусти меня, Зона, прошу

На земле, что меня воспитала

Я немного ещё погрешу,

И вернусь, моё время настало.

Отпусти меня, Зона, уже

Мне пора собираться в дорогу,

Только ты словно камень в душе,

Меня тянет к тебе, а не к Богу.

Жизнь прожита, закончился путь,

В жилах кровь не вскипает как прежде,

Зона, я без тебя как нибудь,

Оставь в сердце немного надежды.

Я уйду за последний Кордон,

И собаки тревожно залают,

На кордоне поднимется шмон

И солдаты меня расстреляют.

Я такой же, как вы человек,

Мы одной с вами веры и крови,

Только пули прервали разбег,

Но я умер хотя бы на воле.

Реквием

Сталкер это жизнь на грани,

Фронтовых сто грамм в стакане,

Километры расходящихся дорог,

Это бури, это грозы,

И мужчин скупые слёзы,

Это ветром унесённый некролог.

Кто за деньги или снасти,

За глоток тупого счастья,

От самих себя мы здесь в бегах.

И взроваются как мины

Кубики адреаналина,

В наших зоной разворочённых мозгах.

Время нету для молитвы,

Каждый шаг по краю бритвы,

Каждый шаг по краю острого ножа,

Сталкер знает все маршруты,

Цену прожитой минуты,

И короткие мгновенья дележа.

День и ночь таит угрозу,

Мне забыться, дайте дозу,

На мгновенье дайте стать самим собой.

Здесь мечтать - пустаю слабость,

У тебя есть лишь реальность,

Да и ты покрыта зыбкой пеленой.

Здесь судьба даёт без сдачи,

Здесь вчерашние удачи,

Завтра стоят ровным счётом ни гроша,

Если не возьмёшь ты следа,

Посмотри в пустое небо,

И иди опять по лезвию ножа.

Стычка

Мы уходили от беды,

Вот вся награда за труды,

Не говорите ерунды,

Что Зона спишет,

Давай, братва, ещё рывок,

Бил снайпер вдоль и поперёк,

Какой-то чёртов сосунок

Засел на крыше.

Кто мне сказал про это схрон,

Да будет трижды проклят он,

С братвой полезли на рожон

И вот попали,

Здесь кто-то был уже до нас,

Здесь не спасёт противогаз,

Здесь так фонит, сгоришь за час

От аномалий.

Нам лишь прорваться через лес,

От Зоны мы не ждём чудес,

И автомат наперевес,

Ну что погнали,

Рвут землю пули за спиной,

Что не торопишься, родной,

И кореш дернул головой

В него попали.

Прорвавшись с боем, напрямик

Я потерял ещё двоих,

Ну чтож, потом помянем их,

Дели излишек,

Пойдём туда где есть хабар,

На Припять или на Радар,

Заглянем в наш любимый бар,

Пусть Зона спишет.

Пойдём туда где есть хабар,

На Припять или на Радар,

Заглянем в наш любимый бар,

Пусть Зона спишет.

Олег "GB" Малахов

Дельфин и ангел

Надо мной только холод и лед

А внутри словно в космос дыра

Сверху давит меня небосвод

Расступается снизу вода

А ведь помнится будто вчера

Я лежал возле кромки песка

И как рыба я рот раззевал

Я пытался озвучить слова

Только не было слов - был провал

Ты слетела ко мне из небес,

Чуть крылом не коснувшись волны,

На руках отнесла в океан

И воскликнула звонко: "Плыви!"

Я поплыл. Я был воздухом пьян.

Мы играли в заката лучах

Между небом и темной водой

Я как птица взлетал из волны,

Ты как рыба плыла надо мной

Нам не ведом был истиный страх

Что случится, когда мы с тобой?

А сегодня я режу волну....

Воет ветер свиреп и могуч

Сыплет вниз ледяную крупу

Сквозь прорехи беременных туч

Держит только надежда одна

Заставляя идти напролом

Вновь мы встретимся - я и она

На границе меж небом и сном

09.11.07

Эсэмэски

Сквозь волны эфира летят эсэмэски

Несут контробандой признанье в любви

Чрез госграницы и чрез перелески

Как мало в них слов и как много души

Летят эсэмэс сквозь степные просторы

Над лесом и речкой до самой Москвы

Чтоб снова вернуться в Уральские горы

И сердцу поведать о нашей любви

Внутри мало слов, сокращенья и точки

А смысл - тот вовсе запрятан меж строк

Но выросло чувство из маленькой почки

И хлынуло в душу как бурный поток

12.02.08

Слова

Слова имеют много смыслов разных

Поверхностных и скрытых в глубине,

Великих или слишком безобразных,

Потеряных в веках, в предвечной мгле.

Бывает что они сочатся ядом,

Прохладны словно лёд, горят огнём,

И жалят всех, или же тех кто рядом,

Карают скверну огненым мечом.

Ну а бывают те что согревают -

Легки как пух и словно пух нежны,

Укутывают нас и защищают -

Слова молитвы и слова любви.

Истёрты словно старые монеты,

Издерганы как флаги на ветру,

Но ценим мы короткие моменты

Когда услышим "я тебя люблю".

Как часто в жизни ясен смысл первых,

Как часто скрыт под спудом смысл вторых.

Пусть меньше будет сказано слов скверных

И больше слов надежды и любви.

08.04.08

Вышивка

Время сыпется будто песок,

Утекает водой сквозь пальцы.

Появляется колосок

На твоих невеликих пяльцах.

Полотенце венчает петух,

Алый словно ягоды в блюде.

Он здоровый приносит дух,

Помогая быть вместе людям.

Эта вышивка не проста -

В дом добро зазывает смело.

В нее душу вложила та,

Что с иглой вечерами сидела.

11-14.04.08

Сны

Сны приходят откуда-то из-за порога.

Словно рыбы всплывают из глубины.

Мраком тайны покрыта крутая дорога,

По которой являются вещие сны.

В руку сон или, может быть, в ногу?

В бровь он снится иль точнёхонько в глаз?

Радость, скука, кошмар? Иль всего понемногу?

Он приснился впервые или в сотый уж раз?

Мы не знаем!!! Из памяти сны пропадают,

Превращются в пепел, как письма в огне.

Может это и к лудшему - пусть исчезают!

Жизнь без снов лучше жизни во сне.

11.06.08

Ветер судьбы

Воет ветер за печкой в трубе

И свистит в проводах словно кречет.

Он сулит перемены тебе

Выбирай или чёт - или нечет.

Не поспоришь с суровой судьбой

Не попросишь до завтра отсрочки

Если ветер пришел за тобой -

Значит, время расставить все точки

Дует ветер как ураган,

С ног сбивает, срывает покровы.

Он поможет уйти в океан,

Повседневные сбросить оковы.

Он наполнит судьбы паруса,

Помогая идти к горизонту.

Если выберешь ты чудеса

И уедешь к Эвксинскому Понту.

Если ж выбрал синицу в руке -

Ветер стихнет как не бывало,

И размоет волна на песке

Письмена что судьба начертала.

Право выбора есть у тебя:

Вслед за ветром уйти в неизвестность,

Иль остаться и жить не скорбя

О потерянных шансах на вечность.

И не надо о прошлом жалеть

Если сделал сознательный выбор.

Нужно жить и о деле радеть,

А не жаждать мистических выгод.

29.06.08

Нарезка

Ночь. Шелестит кулерами машина.

Я в наушниках, взгляд уперев в монитор,

Мышью, музыкальную режу картину.

В ней веселье звучит и веселый задор.

Здесь подорезать, здесь склеить кусочки,

Совместить переход и подзвучку убрать.

Треки в плейер собрать "по листочку".

Результат сохранить. Можно спать.

23.07.08

Ты и я

Вкус твоих губ и запах волос

В душу запали мою навсегда.

Сколько бы не было черных полос,

Я не забуду тебя никогда.

Шеи изгиб и округлость плеча

Дразнят мой взор своей белизной.

Ночью холодной ты горяча

И охлаждаешь в полуденный зной.

Жизни удары порой нелегки

Нас проверяют и наши чуства.

Мы как два берега горной реки,

Вместе идем от истока до устья.

Взгляд поднимаешь, целуешь, и вновь

В жилах быстрей разгоняется кровь

А у реки есть названье - Любовь!

24.07.08

Мой котёнок

Свернувшись в клубок

У меня на груди,

Ты словно котёнок спишь.

Ко мне прижимая горячий бок,

Изящный изгиб руки.

Твой сон потревожить

Движеньем боюсь.

Твой волос щекочет мне нос.

И очень хочется мне чихнуть.

Я с этим желаньем борюсь.

В ушко твоё барабаном бъёт

Сердце в груди,

Хочет оно до тебя донести:

Всё у нас впереди!

09.08.08

Ираклион, Rocco al Mare

Солнце бьет по черепушке,

Словно обухом топор.

Где-то здесь стояли пушки,

Охраняя город-порт.

С крепостной стены заметно,

Как беснуется прибой,

Пушки били очень метко,

Кораблям давая бой.

Двадцать лет держался город,

Осаждаемый ордой.

И его Мегало-Кастро

Звали турки меж собой.

Даже скалы точит вечность,

И, без помощи извне,

Сдался туркам город-крепость

Не по собственной вине.

Три столетия промчалось.

Турок сброшено ярмо.

Но об этой обороне

Помнят люди все равно.

22.08.2008

Кноссос

Когда-то, на теплом и солнечном Крите

С высокого трона Минос судил.

Тесей Минотавра нашел в Лабиринте

И голову бычью ему отрубил.

Разрушен дворец, пыль засыпала плиты,

Но память людская легенду хранит.

Туристов толпа, что гуляет по Криту

Развалины Кносса спешит посетить.

25.08.2008

Лагуна Балос (Русалка)

Море над лагуной лишь по щиколотку.

Ты лежишь, играя, в розовом песке.

Мимо рыбьи стаи проплывают ходко.

Разбросало солнце блики на воде.

Расскажи, русалка, ты о чем мечтаешь?

Может в моих силах это дать тебе?

29.08.2008

Фоксу на "Одинокий костер"

Ветер в пустоши воет.

Одинокий костер.

Что нам ветер откроет,

Потерявший напор?

Мы сидим у костра.

Хлеба нет ни куска,

Только чай.

Неразлучная пара -

Я и тоска.

Невзначай.

10.09.08

Старость

Когда, как варенья в банке след,

Не много тебе осталось.

Давят на плечи километры лет,

И кости ломит усталость...

Вспомни радость начала дня -

Вставала заря над лесом,

В мире было всё для тебя,

Играла рыба над плесом.

А после, в самом рассвете лет,

Стояло солнце в зените,

И прорезали сомнений лес

Лучей золотые нити.

Да, были в жизни, как и всегда,

Паденья и тёмные зоны...

Улыбка и смех помогали тогда,

Взять штурмом любые препоны!

Так почему ты грустишь сейчас

О том что было "не очень"?

Наплюй! И улыбнись хоть раз

В лицо наступающей ночи!

24.09.08

Василий "Hauptman" Чагаев

* * *

Алая трава на алом поле

Алый над землёю небосвод

Ярко-алый цвет безумной боли

В даль необозримую ведёт

И друзья-товарищи по бою

Как в тумане красного огня

В первый раз стоят перед тобою

Головы невесело склоня

Ты убит, но этого не знаешь

Ты герой - их мало в наши дни

Глядя на друзей, не понимаешь,

Отчего невеселы они

Раз они стоят с тобою рядом

Значит, вновь повержен лютый враг

Значит, не дано различным гадам

Занести над Родиной кулак

Значит, будет вновь трава зелёной

Будет светлой ранняя заря

Значит кровь свою и пот солёный

Проливали, парни, вы не зря

В синем небе облака проплыли

Значит, снова ожили глаза…

…нет – то лишь от крови их промыла

Пареньку предсмертная слеза

* * *

Тяжелая поступь шипастых фаланг,

Готовы гоплиты, готов левый фланг

Наточены копья, час битвы настал

Тебя к твоей славе несёт Буцефал

Враг жиром заплыл от хороших манер

Дрожит он от клича: «Идёт Искандер!»

И узел Гордиев тебе по плечу

Никем не развязан - он предан мечу

Тебя Аристотель всему научил,

А Зевс твою волю в огне закалил

Твой шлем золотой в гуще битвы мелькал

Добыл ты царицу в бою среди скал

Полмира прошёл ты с фалангой своей

И слава дошла до сегодняшних дней

Тебя к твоей славе принёс Буцефал

В истории свой ты воздвиг пьедестал!

* * *

В осеннем небе месяц грустно улыбнулся,

Тихонько заглянув в окно ко мне

Он понял отчего я вдруг проснулся

Читая мои мысли в тишине.

Для мыслей не придумали запоров

И лишь заметил месяц свысока

Свои всевидящим туманным взором

Как мысль моя пришла издалека...

О, если бы грусть стала вдруг водой

Я смог бы ею озеро наполнить

Тоска - туманом, мысли - пеленой

О берег ветер разбивал бы волны

На берегу воздвингнуть чудо-храм

Для тех, кто впал в тоску на этом свете

Чьи души обращаются к богам

Не помышляя даже об ответе

И утопить погасшую мечту,

Добавив груз непознанных мечтаний

И доверху заполнить пустоту

Вином из неисполненных желаний…

* * *

В тот день, когда я буду умирать,

Где я найду последний свой приют

Кому будет слеза принадлежать,

Упавшая на голову мою

Кому последние слова смогу сказать,

И чьи слова услышу я в ответ

Чья будет в этот час звезда сиять

Кому отдам последний свой привет

Кто надо мной разгонит вороньё,

Не дав на части разорвать меня

Кому отдам сокровище моё,

Последний свет души моей огня

Овеянный случайною печалью,

Пишу на стихотворные листы

Своей надежды маленькую тайну

А может этим кем-то будешь ты…

* * *

Я бегу по земле лесами

Ты паришь над землёй высоко

Ночью я говорю с небесами

Я не ты, мне до них далеко

Я охотник, рву плоть живую

Ночь, луна и лес - вот мой мир

Я по запаху битву чую

После битвы справляешь ты пир

Каркнешь ты, изменив что предсказано

Пропою я на лик луны

Черный волк. Черный ворон. Всё сказано.

Наши судьбы переплетены...

* * *

Вот пуля пропела - и врезалась в тело

Она невиновна, она не хотела

Кусочку свинца ничего не сказали

Его направляли, и им убивали

О, Боже, как много причин находили

Те люди, что пулю убить отпустили

За деньги, за бога, за гордость фамилий...

Не счесть перечеркнутых жизненных линий

И юный солдат, что мечтал о подруге

Упал на траву, сжав в агонии руки

Душа молодая лишь жизни хотела,

Но... пуля пропела и врезалась в тело

Когда ж наа жизнь убедит человека

Оставить войну уходящему веку

Угасни, огонь убивающей стали

Людей убивать даже пули устали!

* * *

Под спокойным и солнечным небом

Возвышается грозный вулкан

Но каким бы спокойным он не был

Знают люди, что это обман

Удар, изверженье вулкана

Извергается пламя глубин

из земли к облакам

Удар, как же всё-таки странно

С виду – просто гора,

А на деле – могучий вулкан

Раскалённые камни и лава

Превращают живое в песок

Ох, и злая, вулкан, твоя слава

Отчего же ты к людям жесток…

* * *

Души людей состоят из зеркал,

Что отражается в них?

Счастья улыбки или оскал,

Добрых людей или злых

Ты загляни в своё зеркало сам,

Что ты увидишь там?

Может – богатство своей души,

А может быть просто хлам

Может быть омут с черной водой

А может – чистый родник,

Может чертей во главе с сатаной

А может быть – Божий лик

Душу свою послушай,

Открой для себя её сам

Взгляни как в зеркало в душу

Что ты увидишь там?

* * *

Закат растаял в тишине, и в море звёзд

Застыл Млечный путь

Твоей дорогою ко мне станет он,

Лишь стоит уснуть

Ты не наяву являешься, мой разбив покой

В явь не превращаешься, нежный ангел мой

Ты – мой сон, ты одна, словно тёплая волна,

Словно ранняя весна зимней ночью

День сожжёт все мосты,

берег – я и берег – ты

Воплощения мечты сердце хочет…

* * *

Звезды вылупили зенки

И с ночного неба пялятся

С мыслей я снимаю пенки

Может в памяти останется

Миг один в масштабе вечности

Мысль шевелит тело бренное

В кнопки тыкают конечности,

А ларёк закрыт, наверное...

* * *

"Когда менестрель берет в руки клинок

Лира сгорает в огне…"

Тэм

Когда к рукояти привыкла рука

И от ремней на плечах синяки не сходят

Когда в глазах лишь немая тоска

И отряд, стиснув зубы, в рассвет уходит

Когда хочется выплеснуть мысли-пожары

И терзают рифмы и сердце душат

Тогда воин в руки берет гитару

И клинок обретает душу

Когда в тёмном поле лишь луна и снег

Тишина и покой, и окончена битва

И, оставшись в живых, лишь один человек

Как последнюю дань, дарит павшим молитву

Погребальный костер блик подарит мечу

Только сталь огню не расплавить

Воин песню слагает, как выжил в бою

И клинок обретает память

Когда память летит сквозь барьеры веков

Лишь случайным отрывком геройской саги

Когда в струнах певца слышен звон клинков

И сквозь рифмы рвется призыв к отваге

Сталь струны, сталь меча сплетены навсегда

Было так, да и так осталось поныне

С гимном, с песней в последний бой – и тогда

Клинок обретает имя!

* * *

Моя голова - как в железном обруче,

А язык произносит бред.

Мой разум - как будто в глубоком омуте

Кто поможет мне выйти на свет

И я брожу один по лабиринту огромному

Я ищу на вопрос ответ

Я ищу кошку чёрную в тёмной комнате

Не зная, что там её нет

А над выходом кружит вороньё в ожидании,

Что ослепну, увидев свет,

Разорвут, разнесут меня на дали-дальние,

Ливень смоет кровавый след…

Не надейся! Не каркай, не твоя добыча я,

Не услышишь мой смертный стон

Нет у человека такого обычая,

Чтоб идти к воронью на поклон

И пусть капелька жизни осталась на донышке,

Но последний куплет не допет

Что бы ни было, я ещё увижу солнышко,

Я ещё увижу рассвет

* * *

На алом бархате в туманном мраке зала,

Скрестив клинки, висели два меча

На небе за окном звезда мерцала

Слезою воска плакала свеча

Сверкал один богатой позолотой

Красиво серебрилась сталь клинка

И рукояти дорогой работы

Видать, касалась царская рука

Второй был меч - из стали воронёной

И рукоять – простой работы рог

Он видел кровь борьбы и пот солёный

Его хозяин видел грязь дорог

Вели они неспешную беседу,

Любуясь танцем пляшущих теней

Меч старый вспоминал экстаз победы

Меч золотой - свет праздничных огней

Ну почему же ты такой невзрачный,

Меч-франт промолвил – ну скажи мне, брат

Твой прост наряд, и ты все время мрачный

Ужель хозяин был тебе не рад

На ножны не цеплял красивый камень

Не наносил на лезвие узор

Быть может, он не видел битвы пламень,

Быть может, заслужил в бою позор

Я – меч царей! И я тому награда

Кто нити власти в свой зажал кулак

Не пропустил ни одного парада

Я – царской власти неизменный знак!

А старый меч из вороненой стали

Лишь тихо улыбался и молчал

Он видел, как в бою мечи сверкали

Он слышал звон металла о металл

Ответ его был точен и спокоен

Без вычурных бравад и громких слов

- Ты, меч владык, а мой хозяин – воин

Твой мир – парад, а мой – война и кровь

Откуда знать тебе, гордец вельможный

Как пахнет дым сожженных городов

Лишь на парадах покидал ты ножны

В бою горячем не рубил врагов

Я мог бы рассказать тебе, приятель

Скольким царям мы подарили трон

Тобой же был убит один предатель

И тот был связан, не вооружен

Зачем мечу каменья с позолотой

Лишь верная рука и смелый бой

Таким как ты мечи простой работы

Прокладывают к трону путь собой.

И меч-красавец грустно улыбнулся,

- Прости меня, о, друг мой ветеран

Я был неправ, но я теперь очнулся,

Я оскорбил зарубки твоих ран,

Прости меня…

Ночь тихо отступала,

Слезою воска плакала свеча,

На алом бархате в туманном мраке зала,

Скрестив клинки, висели два меча.

* * *

Наважденье ушло

И закончился бой

Воин меч опустил

Вниз усталой рукой

Он остался один

Среди поля войны

Лютый враг не дошел

До родной стороны

Воин раны омыл

Меч от крови протёр

И сложил для друзей

Погребальный костер

Помнит ветер один

Песни смерти слова

Той, что воин пропел

У святого костра

После годы пройдут,

Подрастут сыновья

И потомки найдут

Наконечник копья

Ветер им пропоёт

Песни смерти слова

Той, что воин пропел

У святого костра

И потомки поймут

То, что знает трава

То, что знает лишь поле

Где та битва была

И положат цветы

Тем, кто спас от войны

И врага не пустил

До родной стороны...

* * *

Ночь - за ночью

Сон за сном

Я наполняю чашу вином

Шаг за шагом

День за днем

Сердце сгорает жарким огнем

Жизнь за жизнью

Плен за плен

Душу не тронь, времени тлен

Сердце не хочет в последний миг

Силу вложить в последний крик

За далью даль, за нитью нить

На самом деле

Мы будем жить!!!

* * *

Ночь, луна, сидим в засаде

Дождь со снегом льёт и льёт

Братья спереди и сзади

Путник, сволочь, не идет

Глаз голодных отблеск алый

В воздухе повисла жуть

Где ж ты, родненький, усталый

Путник, зверь, хоть кто-нибудь..

Не дождётся кто-то друга,

Не доставит весть гонец

Заметёт то место вьюга

Где пришел ему конец

Тени тёмные взметнутся

Все, любезный, ты пришел

С лязгом челюсти сомкнутся

Кто – теряет, кто – нашёл.

Стая тихо в лес уходит

Поутру уж не догнать

Видно, чаще тот находит,

Кому нечего терять

* * *

Ночью волки воют под луной,

Доверяя тайны ей одной

А луна под тишиной ночною

Слушает протяжный волчий вой

Волчий вой доходит до луны

Нарушая бренность тишины

- Расскажите, дети, мне, ночные

Что тревожит ночью ваши сны

Волчий вой поведает луне

О кровавой, о людской войне

... Там на поле воины лежат

Меч в груди или стрела в спине

Ночью волки воют под луной,

Доверяя тайны ей одной

А луна под тишиной ночною

Слушает протяжный волчий вой...

* * *

Одинокой ночью, при свече

Вспомнил я из прошлой жизни песни

Что-то повернулось на земле

И воспоминания воскресли

Модет быть, я чуточку был пьян

Тени прошлого мне песню вдруг запели

в прошлой жизни я бродил по городам

Был простым бродягой менестрелем

ВизантийскиЙ царь мне другом был

Песнь моя ему была усладой

Видел я как русский князь прибил

Щит свой на ворота Цареграда

И мелькали города и страны

Реки, горы и степной простор

Вот - в гарем восточного султана

Темной ночью я проник как вор...

И той ночью тени древних сказок

Отражались в пламени свечей

И той ночью семь красавиц разом

Опускали взор своих очей

И когда от них, с восходом ранним

Уходил я, пьяный от любви

Мой соперник - молодой охранник

Выпустил мне в спину две стрелы

Я ушел... И старый лекарь-дервиш

Долго раны мне мои лечил

Саги пел о воинах он древних

И восточной мудрости учил

С ним ходил я в гости к Чингиз-хану

Злому повелителю степей

Видел золотой шатер кагана

И монгольских, маленьких коней

Я бродил по древнему Китаю,

Воспевая сказки древних стен

Статуя там Будды золотая

Сто веков не тронет ее тлен

Сколько струн порвал на старой лире

На дорогах Киевской Руси

Сколько видел я чудес в том мире

И сапог я сколько износил

Под Москвою, в старенькой избушке,

Где-то на закате моих лет

Подарила крестик мне старушка

Чтоб в дороге защищал от бед

Видно, там душа моя осталась

В человека чтоб вселиться вновь

Отголоски прошлого проснулись

В памяти моей, волнуя кровь...

На скалистом берегу высоком,

Там, где волны с силой в берег бьют

Тихо пел бродяга одинокй

Миру песнь прощальную свою

И как только стихли песни звуки,

Струн последний кончился аккорд,

Прыгнул менестрель, раскинув руки,

Словно птица в бездну синих вод

Потому, что у души есть сила

По другому просто не бывать

Кто жил долго гордо и красиво

Должен гордо и красиво умирать!

* * *

Прозрачные глаза ночного неба

Из темноты задумчиво глядят

И где бы на земле я не был

Меня они тем взглядом осенят

Быть может, упадк на дно морское

А может сгину в синеве небес

Нигде мне не найти себе покоя

Увы, судьба и каждому свой крест...

* * *

Когда человек вдруг стал одинок

Он ищет стаю подобных себе

Он – не человек, он уже волк

И зверь уже занял место в судьбе

Сердце волка не тронет слеза

Стая ждёт ночи, чтобы напасть

С закатом нальются алым глаза

И в нетерпении клацнет пасть

В жестокой стае законов нет

В ней только каждый сам за себя

Они не любят солнечный свет

Живут не чувствуя, не любя

Я не хочу одиноким стать

Сердце в серую шкуру одеть

Выть в ночи на луну – нет!

Одиночество – это в итоге смерть.

* * *

(Написано вместе с А. Удовиченко в 1998 г.)

Океанский простор,

Он кончается где-то...

Нас загнали на берег,

Лапы стерли мы вкровь

Мать-луна, озари

Нежным, ласковым светом

Нам осталось лишь петь

Песню черных волков

В глубине синих волн

Топим мы свою грусть

Мы ее отдаем

Отраженью луны

Мы сегодня умрем

Суждено - ну и пусть

Но останется берег

Хранить наши сны

Пусть охотник жесток

Но бежать мы устали

Нынче выпала смерть

Мы ж хотели покой

Мы могли и уплыть

Только плыть мы не стали

Свои зубы оскалив,

Мы выбрали бой...

Океанский простор,

Он кончается где-то...

Вот суметь бы доплыть

До других берегов

Потеряться навек

Сгинуть с белого света

И завыть на луну

Песню черных волков.

* * *

Он приехал на турнир, весь одет как надо

Латы, щит, доспехи, меч – было всё при нём

Бился честно, побеждал, получал награды

Удивлял народ прекрасным вороным конём

Пел красиво под гитару в кабаке вечернем

И на выигрыш народу выставлял вино

И на танцы приглашал лишь красавиц первых

На рассвете, очень грустно он смотрел в окно...

Был он рыцарем пленён, видел лики смерти

Но сильнее дух свободы, чем клеймо раба

Удавил он рыцаря цепью на рассвете

И у рыцарей бывает разною судьба

Как бы ни было – свободой выдана награда

Незачем покойнику кошелёк с конём…

…Он приехал на турнир, весь одет как надо

Латы, щит, доспехи, меч – было всё при нём

* * *

Роковое поле брани

освещает месяц ранний

Ворон каркает в тумане

над дымящейся землёй

Кое-где белеют кости,

только вороны лишь гости

Здесь на воинском погосте

кровь взросла полынь травой

Помнит поле злую битву

Рать на рать, прочтя молитву

шла, мечи остры как бритва

Чья поникнет голова?

И костлявою рукою

смерть работала косою,

А теперь – лишь ветры воют

Скрыла всё полынь-трава

Чей-то щит лежит проломан,

тлеют битые шеломы,

Для чего ж вы шли из дома,

веря в мощь своих богов!

Говорили верно деды –

сердцу сладок вкус победы

И для воина лавандой

пахнет тлен его врагов.

Над землёй заря алела,

с двух сторон летели стрелы

И, ломаясь, сталь звенела

при скрещении клинков

Оби рати были смелы,

сталь легко кромсала тело,

Поле песню боя пело,

вторя кличу: «Бей врагов!»

Роковое поле брани

освещает месяц ранний

Ворон каркает в тумане

над дымящейся землёй

В поле том лежат две рати,

Слившись в роковом объятьи,

В мир иной ушли, как братья,

Вечный обретя покой…

* * *

Порву свою душу на тысячу строк

Я с вами, друзья, в мире не одинок

Я Вам раздарю от души лоскутки

Близки ли, а может быть, так далеки

На небо ночное глаза подниму

Всем звездам - по строчке. Луне ни к чему...

И так она знает, что я для нее

Как много слыхала она... Ё-моё...

* * *

Природы стон, зимы начало,

в природе, как всегда, война

И смерть косой своей венчала

Мою тоску с глотком вина

И ночь огромной черной птицей

Крылом закрыла солнца свет

Её мечта - тоской напиться,

В душе зубов оставив след

В окно заглядывает небо

Холодными глазами звезд

И разум улетает в небо

Искать ответ на свой вопрос

О чём вопрос не знаю, каюсь

И мне ли знать, о чём ответ

и с ночью я переплетаюсь,

Движенье чувствуя планет...

* * *

Расставание

Разломали на части единое целое

Расставание

Поделили на чёрное и на белое

Расставание

Кто продумал за нас наши судьбы заранее

Слова нету печальнее, чем расставание

Расставание

Почему расстаёмся с друзьями мы верными

Расставание

И не встретимся в будущей жизни наверное

Расставание

Вопреки нашим мыслям и нашим желаниям

Слова нету печальнее, чем « расставание»

Расставание

Кто же думал, друзья, что так скоро расстанемся

Расставание

Но какими мы были, такими останемся

Расставание

Не сгорит наша дружба - окрепнет в прощании

Слова нету печальнее, чем расставание

* * *

Быть может, завтра ты проснёшься

В каком-то времени чужом

Глаза открыв, ты ужаснёшься –

Всё незнакомое кругом

Другое всё с тобою рядом,

И не понять никак тебе

Что вдруг тебя коснулось взглядом

Смещенье времени в судьбе

И ты бы рад опять вернуться

К своему времени назад

Ты был бы рад опять проснуться,

Ты был бы сну – не яви рад

Но не подвластно время воле

Его, увы, не изменить

Оно распределяет роли

Кому когда и где нам жить

И ты во времени утонешь

С ним не пойдя на компромисс

Смещенье времени – всего лишь

Невинный времени каприз

* * *

Рождённые ползать

научились летать!

Богам покорялись

научились мечтать!

Были те, кто считали,

что планета – тир

были те, кто спасали

от пожара мир

Помни, кто ты на свете,

Помни – ты человек!

Помни, что ты в ответе

За свой и будущий век!

Неверную строчку

можно переписать,

все мудрые книги

можно перечитать

Люди часто страдают

от своих идей

но есть те, кто спасает

от стихий людей

Помни, помни о прошлом,

Помни, время идёт

Если с пути уйдёшь ты,

Память о тебе уйдёт.

* * *

Мне приснился старинный покинутый дом

Он стоял на снежной скале

Разбитые стены, покрытые льдом

И кров в ледяном стекле

Я долго на снежную гору шёл

Хоть падал и мёрз, но полз

Рукою срывал с замёрзших век

Льдинки застывших слёз

И я вошёл в тот дом

В темноту дверей

И, руками взмахнув, взлетел,

Метаясь по лабиринтам комнат и залов,

Я выход найти хотел

И, разбив ледяное стекло окна,

На осколках оставив кровь,

Полетел с горы, как птица, туда

Где лишь снег, луна и любовь

* * *

Снится мне сон

неземной

С тобою мы в городе одни,

Ночь накрывает теплою волной

Ветер качает фонарей огни

Только ночь может сердце мое

Сладкой тоской наполнить,

Звёздный свет принесет мне покой

Поговори со мной,

Полночь…

Не уходи,

будь со мной,

вдруг я тебя завтра не найду,

кончится сон

милый, неземной

И я один к полночи уйду.

Только ночь может сердце мое

Сладкой тоской наполнить,

Звёздный свет принесет мне покой

Поговори со мной,

Полночь…

* * *

Старый замок прошедших и могучих царей

Забавляется ветер скрипом старых дверей

Помнят стены из камня пламя, страсть и любовь

И в глазницах окон

отражение древних веков

Старый замок,

Твои стены нависли над грешной землёй

Старый замок,

Крикнет ворон над крышей ночною порой

Старый замок,

Не растёрли стихии твой камень в песок

Над тобою не властны ни время, ни рок

Твои стены остыли от стихий и огня

Ты прошёл к нам сквозь время, тайны свято храня

Эти строили стены наши предки навек

Чтоб о прошлом забыть

никогда не сумел человек

Старый замок,

Твои стены нависли над грешной землёй

Старый замок,

Крикнет ворон над крышей ночною порой

Старый замок,

Не растёрли стихии твой камень в песок

Над тобою не властны ни время, ни рок

* * *

Это скука, пыль и тлен,

Даль белым-бела..

Грусть взяла пегаса в плен

Спутала крыла

Мир прикован к трем стенам

На четвертой - дверь

Гложет серце по утрам

злой, тоскливый зверь

Сумрак-утро за окном

Белый потолок

Лишь мерцает на компе

Синий огонёк…

* * *

Ты лежишь передо мною

Друг мой верный - нож

Тайну я тебе открою

Убивает ложь!

Ты блестишь, идёшь открыто,

В грудь нацелясь, бьешь

Ложь темна, хитра и скрытна

Бьет лишь в спину ложь

Ты - цветная рукоятка

С выточкой клинок

Ложь - как ржавая болванка

Болью бьет в висок

След от лжи затянет пылью

Сгинет час разлук

Ты один передо мною,

Нож, мой верный друг...

* * *

Я мог бы рифмой описать

Зимы дождливой непогоду

И злобным от того лишь стать

Что небо льет без снега воду

Жаль, звезды очень далеки

Таких как я их свет не тронет

Их вздох - туман, лучи легки

В тумане том мой взгляд утонет

Спасает ночь на краткий миг

Хоть сон - илюзия свободы

Короткий взгляд на звездный лик

За миг растянутый на годы

В моей ли власти все принять

И все отдать, что дарят звезды

Жизнь такова. Не надо знать...

И быть собою так непросто...

* * *

Уронили ангела с полки – у скульптур такая судьба

Разлетелись по полу осколки – то осколки его крыла

Мы собрали осколки эти, и поссорились в тот же час

И глядят на ангела дети, вдруг помолится он за нас

Не бывает жизни без ссор, самолёт без крыла не летает

Ливень смоет обиды сор, белый снег весною растает

Самолёты на аэродромах

запорошила вьюга белым снежком,

Помолись на полке за всех влюблённых,

Ангел с разбитым крылом!

Ты не злись на меня родная, не такой уж я идеал

Но одно лишь я точно знаю, своё сердце тебе отдал

У тебя золотые руки, и я всё от тебя стерплю

Я пройду сквозь любые муки потому, что тебя люблю

И пусть волки на сердце воют, и пусть сердце моё болит

Время нашу обиду скроет – наши чувства сильней обид

Над тобою ангел летает, и на месте оба крыла

И вот он-то уж точно знает, что мне жизнь без тебя не мила

Не бывает жизни без ссор, самолёт без крыла не летает

Ливень смоет обиды сор, белый снег весною растает

Самолёты на аэродромах

запорошила вьюга белым снежком,

Помолись на полке за всех влюблённых,

Ангел с разбитым крылом!

* * *

Я приду домой из зимы,

Где волной ледяной накрыло

Где буравили душу сны

Где казалось, что что-то было

Я приду домой из небес

Где летал я подобно мысли

Попытался смеяться бес

Но его мои братья загрызли..

Я вернусь из сиянья дня

И из мрака осенней ночи

Лист упавший проводит меня

Лучик лунный - дороги клочья

* * *

Я вырву пламя из руки

Чтобы отдать его безумству

Сомнения так далеки

И вот - я весь отдался чувству

Зажечь весь мир

Вот это страсть

И тут помогут ли молитвы

Зажечь весь мир

Вот это власть

Вот миг вождя на поле битвы

Вот все в огне

И что слова

Они не значат ничего

И все - во мне

Народ - толпа

Чего им дать еще, чего?

И будет Мир

И будет сон

Кошмарный сон мой об огне

И будет пир

И Мир спасен...

Не забывайте обо мне…

* * *

Я один, грустно, тихо, темно

И со мной лишь тоска и вино

Предо мною ночное окно

Почему же опять все равно...

И казалось бы - нету оков

Иногда что-то вспениться кровь..

И тогда - вслед за ветром в окно

Нет, уже все равно, все равно

Подмигнула в окно мне луна

Есть вино, я один, ты одна

Но потеряно где-то звено

Все равно, все равно, все равно...

Мне тоска режет вены как нож

Нет различий - где кровь, где вино..

Завтра новый рассвет - ну и что ж

Все равно, все равно, все равно.........

все равно...

* * *

Я сегодня усну. Как и всегда

Усну, забыв обо всем,

Устав от шумного дня

Бросит луч мне в окно колдунья-луна

И за собою в ночь позовет меня

Меня мой сон уносит, словно волна

В море волшебных грез и покоя

И я плыву по ночи на Фабрику сна

Путь освети, луна...

Словно в зеркале я увижу во сне

Свои дневные мечты

Увижу как наяву

И продлить эту ночь хочется мне

Но не услышит она

Как я ее позову

Прощай, мой сон, плыви

На Фабрику сна

Что бы ко мне другим вновь вернуться

Уходит ночь, и не моя здесь вина,

Что мне вставать пора,

До встречи, Фабрика сна...

* * *

Я стучу пальцами по столу

Я выбиваю такт

Муха ползет вверх по стеклу

Грустно, но это факт

Внизу, за окном какая-то тварь

Что-то жрет из консервной банки

Льется какая-то мутная дрянь

С неба как с ржавой болванки

Грязные окна фильтруют свет

Срого здания-склепа

Мыслей всяких в башке букет

Боже, как все нелепо

А как бы хотелось светлой зари

Радостным, ярким утром

Решеткою принцип - учась умри!

В здании сером и нудном

Низко над крышей летят облака

Задевая трубу котельной

Я бы продал это все с молотка

В этой тоске смертельной

А муху я все-таки удавил

Хоть и не сразу сдохла

Я не люблю когда ей хорошо

Я мне почему-то плохо

* * *

Шёлк мягких волос тянет к тебе меня

Ночь радостных грёз память хранит моя

Блеск твоих ярких глаз,

словно волшебный свет

Таю я каждый раз, и обниму в ответ

Без тебя мне жизни нет

Плачь, сердце, в ночи, скуку в вине топлю

Я молю – не молчи, ведь я тебя люблю

Любовь твою в сердце храню!

Любовь "Жанна Д'Арк" Кочетова

Времена не выбирают

"Времена не выбирают,

В них живут и умирают", -

Говорил поэт народу

В дни кровавых перемен.

А затем тянулись годы

Демонической свободы,

Лихолетий и невзгодов,

Злодеяний и измен.

Кто глумится над страною,

Обрядившись сатаною?

Душит, губит, растлевает

Наш доверчивый народ?

Пусть он помнит, пусть он знает

Все концы наверх всплывают!

Час возмездия придет!

"Времена не выбирают,

В них живут и умирают", -

Раскричались в раз вороны,

Кровь учуяв здесь и там,

И такой подняли гам -

До небес вороний гомон!

Но прозреть судьбу России

Черным птицам не дано!

У нее Святая Сила,

В ней прозябшее зерно!

Чу! Закхей уже на древе,

Ищет Господа в толпе,

Вот Господь в его избе...

О России плачет Дева.

Русь воскреснет Красной Пасхой,

Колокольнями звеня,

В Новом Свете, в Новой Славе

Православная Держава

Величавая страна!

Москва 21.09.2002 г.

Грех ворвался

Грех ворвался разбойником. Он

И ограбил, и душу избил,

А потом летаргическим сном

Сердце бедное отравил.

И ушел. Слава Богу, ушел!

Но остались беда и боль.

Опрокинут внутри Престол,

Память сыплет на раны соль.

Покаянье - желанный ключ!

Но его отыскать нет сил,

Дай мне, Господи Света луч,

Я хочу, что Ты простил!

/11 июля 2007 г./ г. Москва

Зачем

Я долго не могла уснуть,

Глядя во тьму оконной рамы:

Зачем Господь послал мне раны?

Какой указывает путь?

Зачем я падаю в пучину

Своих мучительных страстей,

В одеждах праведных речей...

Не гордость ли тому причина?

Я долго думала об этом,

В ночной тиши не зная сна,

И много видилось ответов,

Хотя ведь истина одна...

Не осуждай! Не будь судьею!

Прощай обидчиков своих!

И будет Бог всегда с тобою

И светом дивным вспыхнет стих.

Москва, 12июня 2007

Мой Бог

Храни меня, мой Бог, храни!

Но отгони мои печали.

О, дай мне счастье и любви

И к сердцу милому причалить.

Избавь меня, мой Бог, избавь

От дружб ненужных и постылых!

Разлукой сердце испытав,

Не заставляй любить немилых.

Прости меня, мой Бог, прости!

За дерзкий ропот и сомненье!

Ты счастье держишь взаперти,

Чтоб не лишить меня спасенья!

1984г.

Непогода

Снова непогода

Дождь и снегопад.

Не смотри с тревогой.

Не ищи мой взгляд.

Не смотри в ненастье,

Торопись назад,

Я в осенней власти,

Как опавший сад.

Замолчали птицы,

Небо скрыла мгла,

Осень в колеснице

Сердце увезла.

В нем дожди и слякоть

Поселились жить.

Будет сердце плакать,

Осень ворожить.

На пасеке

На пасеку однажды забрался дерзкий вор

И выкрал соты с ароматным медом...

Качнулся в тишине под ним забор

И он сбежал по дальним огородам.

Приходит пасечник, качает головой:

- Ой-ой-ой-ой! Совсем пустые улья!

- И вот, последний, кажется, пустой...

- Да, как же это ироды дерзнули!

Старик вздыхает: "Бедненькие пчелки,

Они трудились столько долгих дней!.."

Но вдруг вонзилась в плоть его иголка

И множество иголок вслед за ней!

- О, неразумные, бессмысленные твари!

Кого вините вы в постигшей вас беде?

Ни я ли холил вас? И вы не благодарны?!

Со мной ли быть вам ныне во вражде?

- А где ваш вор? Его вы упустили!

Но вразумлениям нисколько не внимая,

Они хозяина с пчелиной злобной силой,

С жужжанием безжалостно кусали...

Так человек, забывши о смиреньи,

Вкусив скорбей от худости людей,

Винит не их, винит Творца Вселенной!

Предавшись в злобе ярости своей.

1983 г.

Одолей – трава

Одолей - трава, одолей - трава,

Одолей все напасти постылые,

Одолей - трава, одолей - трава,

Надели меня доброю силою.

Взгляд усталый, надежда последняя

На твое чародейство травинушка,

Надели меня силой победною,

Иссуши в моем сердце слезинушку.

Одолей - трава, одолей - трава! -

То молюсь, то кричу неистово,

Одолей, трава, одолей, трава,

Силу злобную, силу нечистую!

1990 г.

Помыслы

Блажен, кто с помыслом нечистым

Вступить в общенье не спешит,

Но знает, что худые мысли

Ему лукавый говорит.

О, как они порой бывают

Для сердца гордого сладки!

Зовут, ласкают и пленяют

И просят "сердца и руки".

И вот уже мудрец привратный

Советы ложные дает.

то бес коварный и развратный

Безумца к гибели ведет.

Но муж блаженный волю Божью

В душе заботливо хранит.

Он не внимает мысли ложной,

Свой ум отводит и молчит.

Он словно дерево при водах

И лист его не опадет.

Он верный раб, он друг Господний,

В нем Божий добрый зреет плод.

Не так, иначе нечестивый!

Забыл он праведность и страх,

Его подхватит ветр игривый

И в миг рассеет словно прах.

В собраньях праведных напрасно

Кичиться стал бы он умом,

Падет неверный в одночасье,

Сраженный мыслью и врагом!

2005 г.

Прощание с юностью

Может быть, я еще успею

Окунуться в последний раз

В буйный цвет белоснежной сирени,

В юных лет отцветающий сад.

Может быть, я еще успею

Птицей взвиться на ранней заре

И в лесу соловьиной трелью

Рассказать о весенней поре.

До свидания, юность родная,

Как мне жалко расстаться с тобой!

Кто там встретит меня, не знаю,

За последней твоей чертой.

Но пока я еще успею

Окунуться в последний раз

В буйный цвет белоснежной сирени,

В юных лет отцветающий сад!

Май 1980 г.

Садовник и две вишни

В одном саду, где утром пели птицы

И наслаждались таинством весны,

Росли две вишни деревца-сестрицы.

Собой они изящны и стройны.

Садовник их с большой любовью холил,

Внимал мольбам их и негласным вздохам,

Покорно исполняя вишен волю,

Он спор не вел, что хорошо, что плохо.

Одна из вишен тем была довольна,

Что ей садовник молча угождал,

Хотя в своих капризах своевольных

Она была готова на скандал.

- Садовник, где ты? Дай воды напиться!

О, это солнце! Как оно палит!

И ночью душно, мне совсем не спится,

Земля меня и душит и томит!

- Ох, где же солнце? Я умру без света!

Скорее уберите эту тень!

Ой, как сквозит, а я почти раздета...

Какой сегодня непогожий день!

Одна мольба сменяется другою

И все с претензией на внешние блага.

Садовник стал ей, вроде как, слугою,

Хотя по сущности она ему слуга.

А что ж другая вишня? Мы забыли?

Не мудрено, уж так она скромна,

Что и садовника едва ль о чем просила.

Таких не много в наши времена.

- Нет, господин, мне ничего не надо,

Вот, только дать бы урожай.

Я все стерплю и солнце, и прохладу,

Ты только сам мне в деле помогай.

- Науку эту только ты и знаешь,

Твоей руке я с верой предаюсь,

И если ты меня не поливаешь,

То значит, влагою я этой не спасусь.

День шел за днем, неделя за неделей:

Как своевольница-то бурно разрослась!

Лоснится вся! Вот, только плод незрелый

И тот усох... Зато жилось ей всласть.

А рядом хрупкая и стройная сестрица,

Почти без листьев, ягод же не счесть!

Таким бы урожаем ей гордиться,

Она ж садовнику воздала эту честь.

А вот он сам идет сюда неспешно,

Шуршит травой, в руке его топор...

В миг все деревья в страхе безутешном

К нему с мольбою воссылают взор.

Остановился возле толстой вишни:

- О, злая вишня! Где твои плоды?

Тебя ль не холил я? И что же это вышло:

Одна листва за долгие труды?

Так Бог внимает всем молитвам нашим

Он служит всем! Таков Его закон,

Но Суд Его бесплодным будет страшен

Их "ждет уже секира и огонь". (Мф. 3;10)

25.02.06.

Сжигаю корабли!

Все сжигаю корабли!

Расстаюсь на век с любовью!

Видишь зарево вдали

Разлилось по небу кровью?

Отшумели мая грозы,

Сердце выжжено до тла

И никто не видит слезы,

Только остов корабля.

Я сжигаю корабли,

Пусть горят огнем палящим,

Дым рассеется вдали

День забудется вчерашний.

1984 г.

Ссора

Ах, обиды, горечь слова

Как прибой морской волны:

Набегают снова. снова

На песок, на валуны.

День прошел и стихло море,

Плещет светлая вода.

Как случилась эта ссора

И нелепая вражда?

Зла душа хранить не может,

Вижу твой тревожный взгляд.

Только как, скажи мне, Боже,

Повернуть обиду вспять?

Как сорвать раздора цепи?

Самолюбия рука

Крепко держит душу в склепе

Без засова, без замка!

Из под ног ушла дорога.

Зги, Не видно ничего!

Где теперь, в каком чертоге

Ключ от сердца твоего?

Ах, обиды, горечь слова!

Шаг неверный, только шаг!

И уже душа в оковах

И на дружбе крестный знак!

[4]

1985 г.

Твой путь окончен

Твой путь земной окончен, мамочка.

Прости за все меня прости!

К твоей руке щекой прижалась я,

А ты пытаешься уйти.

Твоя рука совсем холодная,

А мне все кажется ты спишь.

А это воля-то Господняя

Ее никак не убежишь.

Мне голос был за год до этого:

"Умрет она, запомни май"

И я с тоскою неприметную

Молилась Господу: "Не дай!"

Не дай ей, Господи и Боже,

Тебя не знавши, потерять.

Продли ей дни и лето тоже,

Спаси мою больную мать.

Но май прошел и я забыла

Молиться, мама, о тебе,

Ушла молитвенная сила

И смерть явилась в сентябре.

Уже ты больше не вставала,

В последний собираясь путь.

О, как же я не понимала

Тех дней предбедственную суть?

Прости, прости меня, родная!

За сон, усталость, злую лень.

За ночь без сна, без одеяла,

За самый твой последний день!

Стоит твой гроб в безлюдном храме

Священник молится, кадит,

Твоя душа здесь рядом, мама,

Быть может у Креста стоит.

Владыко Господи, в успеньи

Даруй рабе Твоей покой,

Подай грехов ее прощенье

И со святыми упокой.

Вечная память,

Вечная память,

Вечная память.

/13 сентября 2001 г./

Ты мне нужен

Голос твой сиплый простужен,

О чем говоришь не слышу.

Ты просто мне очень нужен

Мне послано это свыше.

Ты рядом, но мы чужие

И быть не может иначе!

Рассорились, не простили.

Мне хочется плакать. Плачу.

Ушла, чтоб не видел слезы.

Молчащий! Жестокий! Любимый!

А в вазе засохли розы,

Склонили головки уныло.

Бессильна любовь! Бесправна!

Пред этой обидой взаимной.

На сердце тяжелым камнем

Легло дорогое имя.

Чужие

Чужие, чужие лица

Меня обступили толпой.

Как это могло случиться

Мы стали чужими с тобой?

Чужая, чужая улыбка,

Чужие, чужие глаза.

Как больно за нашу ошибку,

Упала на сердце слеза.

Холодный июньский ветер

Трепал твои пряди волос

Ты самый далекий на свете!

Зачем же ты к сердцу прирос?

1983 г.

Светлана "Cupavka" Кудрова

А в город твой уже пришла весна…

А в город твой

уже пришла весна,

овеяв ветром тёплым минареты.

И я в преддверии её

ещё жива,

бесперестанно ломая сигареты.

А в городе твоём

уж снега нет,

набухли почки

и мечты проснулись.

У нас туман

и гололёд,

и одиночество

ещё замёрзших улиц.

Такое трепетное чувство,

как капля крови на игле.

- Мне грустно,

Боже, как мне грустно,

что я всю жизнь

брожу во мгле.

Мне больно

от напрасных ожиданий,

от тех дорог,

которых не найду,

от глупых

и изношенных свиданий,

от слов любви,

не сказанных в бреду.

Такое трепетное чувство,

как слёзы,

что должны придти,

- мне грустно,

Боже, как мне грустно.

Мне эту боль не унести.

За погибшего сына…

За погибшего сына

подниму я стакан

горькой водки

и выпью до дна,

и не только за сына,

но за тыщи других,

что оставила эта война.

Где покой ты нашел

- там уж нет ничего,

и надгробной плитой

тебе стала башня от танка.

За погибшего сына

Я пью своего,

Я не видела даже останков.

На Чеченских дорогах

Сколько этих могил,

На границах и в Карабахе.

Сколько тех, кто друзей

хоронил, хоронил,

кто терял их на вздохе, на взмахе…

Не имеет названья

тот несчастный аул,

где ты подорвался на мине.

Захлебнулась я в крике,

Когда ты рискнул

свою жизнь на победу выменять.

Не пришли еще письма,

а я уже знала –

просто так не ходил бы

во сне,

просто так я не слышала б:

- Мама, мама!

Ах, как холодно, милая, мне!

Да и что говорить,

подниму я стакан,

выпью залпом,

на землю пролью,

за Чечню, Карабах,

за проклятый Афган,

за детей, что ждут нас в раю!!!

Кормила я алма-атинских кошек…

Кормила я алма-атинских кошек,

А кошки нежно

Ластились ко мне.

Три чёрные загадочные кошки

Сидели чинно на столе.

Делила трапезу я с ними,

Они мне улыбались во весь рот

И лапами так важно умывались -

Таинственный и озорной народ.

Они мне ночью показали город,

Не тот - другой,

Какой не знаешь ты,

Когда их гонит

И осенний голод,

И замерзают все мечты.

Потом мы долго

не могли проститься.

Я обещала, что приеду к ним,

И грустные кошачьи лица

Растаяли у трапа,

Словно дым.

Не помню имени того солдата…

Не помню имени того солдата,

Мы шли с ним рядом

в последнем и решительном бою.

Когда же это было?

В 95-м,

На перевале, рядом Хоса-Юрт.

Он был зеленый,

Совсем еще мальчишка.

Как сумасшедший,

Бежал приказы выполнять,

А на привале с ним рядом

Была книжка,

Я все хотел название узнать.

И этот бой его был первый,

Когда полезли «духи» из-за скал.

Что началось –

И «верный» и «неверный»

Счет времени и жизням потерял.

Я упустил его из виду.

Не мудрено,

Калаш в руках горел,

Ну, а когда замолк последний выстрел.

Лежал он рядом и в небеса смотрел.

Я думал, ненароком, отдыхает,

Хотел толкнуть, сказать:

- Ты что, пацан?

А он раскинул руки,

Словно крылья аист,

И я увидел, сколько на нем ран.

И понял я, что безмятежность

По-детски безусого лица

Была его походом

в вечность,

Была началом

нашего конца.

Что потом было?

- только отступленья,

Приказ – сдавать позиции врагу,

И сотни жизней

- одной цепочки звенья,

Но взгляд того мальчишки

Забыть я не могу….

Ночь - тайная тигрица

Ночь - тайная тигрица.

Не спится мне,

не спится.

Твой голос тихий снится

Быть может я царица,

что звали Нефертити?..

Я сжала твоё сердце

Железной хваткой страсти!

А знала ль Нефертити

Тебя, моё ненастье?

А знала ли царица,

Как целовал ты губы,

Как были твои ласки

И пламенны и грубы?

Быть может я царица,

что Клеопатрой звали?..

на кисти рук изящных

браслеты нанизали

Сжимали пальцы тонкие

смертельные скрижали.

А знала ль Клеопатра,

Как просто тебя звали,

Как нежно тебя звали?

Быть может я царица,

Царица Вавилона?

Тебя тогда встречала

и войск твоих колонны,

а ты завоеватель

был странным и спесивым

Проснулась русской женщиной,

Сжимавшей прутик ивовый.

После вечера встречи выпускников 2008 г

Смешно смотреть на нас

Таких заматеревших,

с совсем другими

взрослыми забавами,

детей, любовниц заимевших;

омытых золотою славою…

Где наше детство безмятежное?

Где наши травы до небес?

Где сами мы с надеждой нежною,

И почему где травы –

вырос лес??

Смешно и грустно

замечать морщинки

и все ошибки по полкам разложить,

и понимать, что мы

лишь малые песчинки

и ещё надо

столько же прожить…

Моей дочери

Она была красавицей-

высокой, ясноглазою,

с осиной тонкой талией

и камушком от сглаза.

Была немного странною,

Манящею, как ветер,

но всё равно желаннее

не было на свете.

Снега любила чистые

и ветры в поле вольные,

а взгляд её лучистый

морской струился солью.

Себя ты представляла

Снегурочкой, Русалочкой -

боялась умереть.

И песни пела русские,

протяжные и грустные,

зовущие на смерть.

Она могла такою быть,

Как я вам рассказала.

Могла бы быть,

Могла бы жить,

Но не было,

Не стало

Идёт война…

Идёт война, пылают лица,

И я боюсь опять родиться

И в чьём-то сыне повториться,

А, может, в дочери своей.

К земле я лягу, поцелую

Травинку, всё ещё живую

И вкус планеты на губах

Страх

И, может, скажите,

Что Это?!

- Плачь девочки, убитой где-то

иль крик последний

птиц над нами

С безумства полными

глазами.

Я устал от окопов

и от крови устал.

Я устал уж не прятать

свой звериный оскал.

А сегодня я друга

тащил на себе,

Он в бреду бормотал:

"Хорошо в сентябре!

Ах, какое ты платье

одела, Полина.

И на кровь так похожа

за окошком рябина."

Он устал от окопов

и от крови устал.

Хорошо, что не видит он

смерти оскал,

Хорошо, что в бреду

он целует Полину

и срывает в ладони

цвета крови рябину.

Константин "KOT2606" Большаков

Чистое небо

А над Зоною снова туман,

Пролетели куда-то вертушки.

И спокойствие наше-обман,

Ведь в душе мы дрожим как девчушки.

Снова вьется дорожка змеёй,

Я по ней истоптал свои ноги.

И промок под дождем часовой,

Ну а в воздухе чувство тревоги.

К сердцу Зоны опасен наш путь,

И не каждый дойдет до финала.

Остается нам только вздохнуть,

Да молится, чтоб смерть миновала.

Мы до станции этой дойдем,

Пусть не хватит воды нам и хлеба.

И пускай над моей головой

Будет светлое чистое небо...

* * *

Однажды ночью прольется кровь.

Свершится месть, но злоба вновь

Зальет тебя и уничтожит,

Помочь тебе никто не сможет.

И ты идешь, с ножом в руке,

Ты режешь ночь, а в голове

На миг проснулось озарение,

Ты вспомнишь птиц прекрасных пение.

И сердце дрогнет, и тогда,

Тебя коснется вдруг рука.

Рука, которой может быть,

И суждено тебя убить.

Но руки те тебя обнимут,

Но был удар. И был не мимо.

И кровь течет, но боли нет.

А впереди лишь яркий свет.

Однажды ночью кровь лилась.

Душа оттаяла, зажглась.

И пусть недолго прогорела.

Открыв глаза, взглянул несмело

В глаза убийцы - это он,

Кто был тобой давно спасен...

* * *

Я тебе не скажу ни о чем,

Ты не мучай вопросом меня.

Отойди, мне здесь так хорошо.

Дай мне руки погреть у огня.

Что я видел и где я бывал?

Ты со временем это пройдешь.

А сейчас, я с дороги устал.

Я надеюсь, ты это поймешь.

Под гитару послушаю песнь,

Да прилягу, закрою глаза.

Позабуду о Зоне на миг.

Шелест трав успокоит меня.

Сколько жизней забрала ты, тварь?

Сколько душ искалеченных здесь?

У пожаров твоих злая гарь.

Я отдался душой тебе весь...

Я тебе не сказал ничего,

Ты не мучал вопросом меня.

И с надеждой смотря тебе вслед,

Вижу я молодого себя.

* * *

Давай отправимся в волшебную страну,

Обиды и невзгоды здесь оставим.

Она ведь существует, я не вру.

Свои сердца и души позабавим.

Закрой глаза, я рядом вновь с тобой,

Вот чудный сад, вон речка, лес и горы.

А через миг - все уничтожено войной,

В дыму необозримые просторы.

Потом ты оглянешься чуть дыша,

Здесь прекратилась жизнь, остановилось пение.

Ты это видишь? Так горит душа,

Без веры, без надежды на спасение.

* * *

Потуши сигарету

И разбей свой стакан,

Посмотри мне в глаза, улыбнись.

Поднимайся с земли,

Мою руку возьми,

И за душу свою помолись.

Прояснится твой взгяд,

Руки станут сильны,

И ты сможешь продолжить свой путь.

И живи, как в раю,

Только помни о том -

Я навечно ушел отдохнуть.

Я помог тебе встать,

В тебя силы вдохнул,

Своей жизни тебе дал кусок.

Но ты ей пренебрег,

И пришлось тебе лечь

Под могильный холодный песок.

Отец Зоны

О чем то высоком

Напишут поэты,

А я напишу о другом.

Как долго бродил

Один сталкер по свету,

Как был он непонятый в нем.

Когда все смеялись

Единственным махом

Стирал он улыбку с лица.

Когда все боялись,

Не ведал он страха,

Легко уходил от свинца.

Я так и не понял

Души его тонкой,

Когда проходил мимо он.

Казалось, разбита

Душа на осколки,

Навеки покинув свой трон.

Все делал он молча,

Ни с кем не общался

И помощи он не просил.

И только когда

Он один оставался,

О чем-то он небо молил.

Когда он молился,

То небо чернело,

Огнем загоралась трава.

А после был выброс...

"Он был отцом Зоны,"-

Такая ходила молва.

И с выбросом каждым

Терял сталкер силы,

Однажды подняться не смог.

И тихо исчез,

И унес его в небо,

Бесчувственный ветер тревог.

И Зона затихла,

Все в Зоне рыдало,

Ужасно ревела земля.

И Зона исчезла.

И Зоны не стало.

Она потеряла отца.

О чем-то высоком

Пусть пишут поэты,

А я рассказал вам о том,

Как Зона рыдала,

Как Зона погибла,

Как Зона сгорела огнем.

"Лектор"

* * *

И вот приходит вечер,

И снова ты одна,

И не хватает рядом,

О ком болит душа.

Но не надейся даже,

Он не придёт,поверь

Ведь у него другая,

Ей верен он теперь.

Она его манила,

Давно к себе звала,

И он поддался зову,

Ушел на встречу к ней,

Но счастлив он не будет

Ведь ЗОНА имя ей.

Я ЗНАЮ

И снова яркий свет в глаза,

И снова боль пронзает тело,

Дрожит оружие в руках,

Я знаю, это снова Выброс.

Но всё пройдёт, и боль и свет,

А дальше путь лежит мой в Припять.

Я знаю, все идут туда,

Все те, кого застанет Выброс.

И буду там бродить пока

Не успокоит меня пуля.

И будут снорки мне друзья,

И кровосос меня не тронет,

Лишь сталкер враг номер один,

Я понял это ведь я-зомби.

* * *

И снова ночь.В душе погано,

Тебя со мною рядом нет.

Так не бросают хулигана,

Тебе за всё держать ответ.

Глоток, другой и холод водки

Огнём обжог моё нутро.

В руке кинжал - тобою дарен,

Сейчас опробуем его.

Я вышел в ночь, луна светила,

Бурлил по венам алкоголь.

Иду вперёд, и вот картина:

С тобой идёт уже другой,

Тебя он нежно обнимает,

На ушко шепчет всякий бред.

Рывок вперёд. Удар. Упал он

И мне плевать на всё теперь.

Кинжал в кусты и прочь отсюда,

В ушах его предсмертный стон.

И мне плевать что завтра будет,

Я сделал всё-ублюдок мёртв.

ЛЮБИМОЙ

Где ты моё Солнце?

Где ты Ангел, где?

Без тебя скучаю,

Снишся ночью мне.

Как мне не хватает

Жарких твоих губ,

Как хочу губами,

К ним сейчас прильнуть.

Как хочу обнять я,

Твой красивый стан,

Без тебя Малышка,

Жить я перестал...

P.S.

Творчество- живое,

Музы рядом нет,

А без Музы в бошку

Лезет всякий бред.

* * *

Окончен день, угас закат,

И ночь на Зону опустилась,

На плечи давит автомат,

Рывок вперёд - ведь скоро Выброс.

Алеет небо над ЧАЭС,

Тьму неба режут вспышки молний,

А лёгкие горят огнём,

И сердце выпрыгнуть готово.

Рывок вперёд, ведь цель близка,

Заветный схрон- подвал глубокий,

Но не успеть. Дрожит земля,

И яркий свет наполнил Зону.

На утро, только рассвело,

Из схрона вышел старый сталкер,

У входа друг его лежал,

Он не дошёл. Он здесь остался.

"Муза Лектора"

Для живых

Солнце ты светишь,

Но ложным теплом согреваешь снег.

Он не ответит,

И лишь весной совершит свой побег.

Снег мятый и серый

Лежит и терпит следы людей.

Когда-то был белый,

Совсем не такой как теперь.

И ветер жестокий

Сдувает с чернеющих крыш тебя.

И ты, одинокий,

Бросаешься в лица прохожих зря.

Они растоптали,

Они тебя смешали с землей,

А ты все не таял

И думал, что им принесешь покой.

Жестокий город…

Жестокие люди твои…

Наверное, скоро

Мой снег превратится в ручьи.

Слезами умоет

Того, кто не смог простить.

И землю откроет

Тому, кто бы смог еще жить…

Жестокие люди,

Храните же в памяти тех,

Кто смешан с землёю

Как этот последний снег…

Стишок

Я не верю в плохие приметы

И дурные сны не боюсь.

Мне бы просто кусочек лета,

Чтоб немного развеять грусть.

А ты, глупый, так любишь осень.

А мне осень – родная сестра.

Почему же тогда не спросишь:

«Как же я без тебя жила?»

Но твоей ведь любви хватало

На двоих…,но не на меня…

Я смотрю как закатом алым

Догорает остаток дня…

Я возьму на рассвете спички,

Подожгу ими твой конверт –

Все когда-то входит в привычку –

«Мы знакомы с тобой сто лет».

Я понять тебя обещала,

Только чувства взяли верх.

Сотни раз я кого-то прощала,

Сотни раз совершала грех.

Я не верю в добрые сказки,

Я не вижу светлые сны.

Мне бы просто немного ласки

И одно мгновенье весны…

Депресняк

Я шью свою кожу ржавой иголкой

Отравленной ниткой черного цвета

Я рву свою кожу –

Мне так неловко,

Что глупые фразы брошены где-то…

А сердце, как стекла:

Разбито! Разбито!

И втоптано в грязь жестокого света.

А сердце без тела

Убито! Убито!

Раздавлено кем-то

В дождливое лето…

Вот шов некрасивый

Ложиться на тело

В том месте, где сердце

Когда-то горело…

Маргарита "Маргарита" Патрушева

В тумане

Когда-то туман плыл по холмам,

Я там сидела на камне.

Теплые капли, словно роса,

Оставались на коже плавно.

Радуга

Когда-то мы за радугой бежали,

Неслись за ней вприпрыжку, веселясь,

И вся она так радостно сияла,

И краем в мокрую дорогу уперлась.

Противоречие времени

Время - ты бежишь так быстро.

Резво скользишь по лицам.

Если же посмотришь вперед -

Медленно время течет.

Просто жить

Cмотришь и не видишь,

Слушая, не слышишь.

Слепая и глухая

В буднях умирает.

Праздник, развлеченье…

А души томленье

Хочешь избежать,

Рядом волчья пасть!

Нужно просто жить,

Каждый день испить,

Каждый день любя,

И добро творя!

Мамины дочки

1

Горько мяукала кошка

О потере своих детей.

Скажите, какое там горе

у кошки, немножко…

Погасли двое огней…

Их нежные шкурки блестели

На мокром асфальте дороги.

Их тельца омертвели,

А людям будем морока.

Их нежная мать любила,

Приняв щенка за свою.

Она языком скоблила,

А колыбельную птицы споют.

Мы все порой так живем,

Нас топят как щенят и котят…

Мы все известны на зло,

Все делают что хотят…

2

Щенок и котенок играют в мяч.

Кошка уже спокойна -

Это их Бог спас!

Синий город

Разлилась синева

На наш город.

Разбежалась она,

Забывая холод.

Дымкой небо затянуло,

Провожая вечер.

Может, ожидают нас

Радостные встречи.

Не сегодня-завтра

Позовем друзей.

И уйдет ненастье,

Станет веселей!

Самые лучшие

Любовь преображает,

Создает красоту,

Людей сближает,

Поднимает в высоту.

Любимые – самые красивые…

Давайте выйдем на променад.

Будем петь песни слезливые

И есть шоколад в антракт.

Здравствуй

Цветы говорят мне: «Здравствуй!»

Не как в стихах Есенина - прощай.

Наклонясь головками и с лаской,

Удивляя наш край.

Серебро

Серебряный вечер,

Серебряный мороз,

Серебряная встреча,

Серебряный Пост.

Серебряный ветер,

Серебряное Рождество,

Серебряное эхо,

Серебряное торжество!

Друзьям

Как хотелось бы

Вместе радоваться и горевать,

Вместе смеяться и страдать,

Вместе быть и любить

И никого не судить!

С 8 Днем Весны

Поздравляю с 8 Днем Весны,

Не привязывая к тому, к чему нас приучили.

Этот праздник навязан людьми

Что и день Валентина.

Под знамёнами февральской революции

Клара Цеткин провозгласила,

И далёкое прошлое в этом сквозило.

Не обидеть, поздравить хочу

Лишь с 8 Днем Весны.

Помни, храни, чистоту души!

Невозможное возможно

Господь наш есть Любовь.

Он пролил за нас драгоценную

Кровь.

Он найдет средь нас Божьих людей,

Вырвет их из бесовских когтей.

Перед Богом мы все грешним,

Лишь Святые пребудут с ним.

Невозможное возможно,

Только грешным быть тошно.

Скоро время Антихриста

дождемся,

Претерпевшие же до конца -

спасемся!

Плачет белая роза

Белая роза…

С белой розы

капают слезы.

В тихой церквушке

кап-кап…

Видно по воле Божьей

все так.

Веет тихой

печалью…

Это с тобой

расставанье.

Но есть

надежда и вера,

что наше спасенье

поспело!

Христос воскресе!

Пришла Пасха красная -

Праздник Божественный.

Вышло солнце ясное,

Осветило окрестности.

Крестным ходом идем,

Плывут огоньки свечей.

Праздничный антифон -

На душу елей.

Колокольный звон звучи,

О Воскресении Христа.

Далеко-далеко лети!

Чтобы Бог был в сердцах!

Рождественский пост

Полететь бы туда, где никогда не был.

Где витает лишь мудрость с любовью.

Где все идут за звездою!

Серафим

Серафим - старец преподобный,

Серафим - Богоносный отец,

Серафим - молитвенник добрый,

Серафим - чудотворец.

Серафим - огненные крылья,

Серафим - Святая Семья,

Серафим - добродетели келья,

Серафим - Божья свеча.

Вдохновение

Николо-Сольбинский женский монастырь:

Там тишь, покой и благодать святая.

Среди лесов укрыт от суеты.

Он от земли крылами поднимает.

Там было в давность больше ста сестер.

Теперь лишь двадцать только насчитаем.

Труды, молитва, воздержанье, пост,

Все - на ночной молитве помогает.

Надежда

Я хочу жить делами -

добрыми-добрыми.

Я хочу жить с мыслями

светлыми-светлыми.

Я хочу стать достойной

царства Небесного.

Я хочу дождаться

рая чудесного!

Пасха

Шаги еле слышные Пасхи звучат.

Нежнее, чем снег зимой в снегопад.

Уж вот оживает природа, земля.

С Христом мы воскреснем, и ты, как и я

Ангел

На земле черта,

На небе звезда.

Это Ангела слеза,

Её пролил он за меня.

Ядовитая злоба

Душа моя черна

Как адовы глубины.

Грехи мои красны

От крови неповинных.

Я очень страшно зла

Хоть тронь меня немного.

Я злою родилась

И остаюсь такою.

И гордая, и злая,

И все не так, не так.

По прежнему такая

ОПЯТЬ,

ОПЯТЬ,

ОПЯТЬ!.

Сомнение

Я не художник,

И не поэт,

И не…фотограф,

Наверное, тоже…

Осенний путь

Бытует мнение, что Осень и Тоска

Две сёстры с горькими слезами.

В ответ руками Осень развела:

«Прости, т а к о г о я не знала»

19 окт.2002г.

Яшка

Яшка[1] или последняя буква алфавита

Я говорила, что любила…

Но я любила лишь себя,

Во мне одни лишь страсти жили,

Неужто будет так всегда?

За будничною гонкой наслаждений,

Чрез пыльну призму мирского бытия,

Как на бегу по смрадной гнили

Увы, я не заметила Христа!

А Он все звал, зовет и будет

Призыв Божественной любви!

Вот выбор: ад, - который губит,

А может к Богу-то шаги?!

Пустота

Ветер в пустыне моей души,

Боже, все раны мои излечи.

Воет и свищет, морозы трещат,

Что меня ждет - неужели лишь ад?

Мрачный боритель, губитель души

Кружит и кружит у меня на пути.

Холод. Пустыня. Обжигающий лед.

Грешное сердце дойдет в небосвод?

Там лишь покой сердце найдет,

Но пока только Бога постоянно клянет.

Ветер в пустыне души,

В доме без окон - охолони!

Крылья

Руки мои,

Крылья мои

Не поднимают

меня.

Мне бы летать,

Край неба искать;

Но я еще

Слишком грешна.

Не слышу

ушами,

Не вижу

очами,

Сердце мое

ушло.

Может, быть дождь

Смоет грехи

И небо полюбит

Меня…

Зачем?

Надоело гоняться за красивым кадром,

Надоело гоняться за красивой рифмой,

Надоело гоняться за красивой картиной,

Надоело гоняться за красивой мыслью,

Надоело гоняться за красивой речью,

Надоело гоняться за красивой мечтою,

Надоело гоняться за красивой жизнью…

Оставь логический смыл.

Собери мое желание умереть заново.

Найди мне вечную скинию…

Добрые слова

Вертятся на языке моем

добрые слова…

К кому? Друзьям!

Дни текут …

Хорошие мои,

Голуби вам принесут

Весточку мою.

Когда я с вами -

Эти дни не купить

Вы знаете сами

Ни за какую цену.

Это не игра, это не сцена!

Слова любви,

Однажды произнесенные,

Живут в воздухе.

Слова одухотворенные.

Мы все будем вместе,

Как печенье из теста…

Шучу…

Просто я вас …люблю!

Лабиринты души

Ветер в пустыне моей души.

Ветер мчится по кругу.

Ветер бьет в лицо.

Я задыхаюсь на ходу.

Этот мир – иссушенная пустыня.

Ангелы плачут…

Листья уже облетели.

Деревья голые стоят.

Облака – нежный крин[2] , отцветут.

Светолитие потускнело.

Земля оледенела.

И хочет нам что-то сказать.

Она прячет секреты древних лет.

Фигура чья-то возникла и исчезла,

Как у Даниэль Вайле Клейнер.

Ветер в пустыне,

Ветер в пространстве.

Ветер – иматизма[3] веков.

Зима

Сердцем зимы постучаться холодом,

Оставив узоры и поцелуи оконные.

Разлетаются слезы стразами,

А у Бога они алмазные.

Ливень

Тишина и покой.

Дым заката вечернего прелесть.

Легкие капли упали вниз на песок.

Вот и дождь.

С упоением к земле он стремится.

Тяжесть веток не в силах держать

Утомленное дерево падает.

Прожило оно больше ста лет

И скелет, а не дерево наземь упало...

Поездка

Молочная пена…

вздымается на море.

Я смотрю…

и забываю все хвори.

Облака плывут…

сердце тук-тук.

Катер качает…

душа замирает.

Счастье ушло,

счастье пришло…

Господь это знает,

Он души спасает!

Спаси меня, Боже…

ведь негоже

Гордою быть…

и тебя позабыть.

Когда-нибудь буду…

немного получше.

Поможет не случай…

поможет Любовь.

День и ночь

Ночь обнимет твои ресницы,

День напомнит о таинственном лесе,

Вечер расскажет веселую небылицу,

Утро споёт красивую песню.

Игра Вселенной

Летящий свет земли коснется,

Земля оживет и в зари проснется,

Дрогнет воздух, ночь спадет,

Шаг за шагом век уйдет.

Картины Черкасова

Кружится листва в мыслях высоко,

Как в вихре она поднимается ввысь.

Унося все печали и тяжесть далеко,

Как кошка, когда ей сказали : «Брысь».

Деревья, цветы на тоненьких ножках,

Стремятся попасть в карусели восторг.

Капли сверкают на листьях-ложках,

Будто с ложкой попали в острог.

И снова листки с молодых облетают,

Деревьев, что в танце ветров,

В веселом кураже поют и летают

В призрачной тайне миров.

И снова о картинах Черкасова

Картины. Вдохновение.

От улыбки сведение скул.

Море. Пение.

Заброшенный старый стул.

Белое. Голубое.

Краски нежны.

Тихое. Иное.

Впечатления полны.

Весенний снег

Снег идет, белая порошка.

Мы его поймаем в теплую ладошку.

Снег пройдет, наступит весна

И Пасха будет красна!

Весна идет

Падает снег.

Похолодало.

Но Весна свое слово сказала.

Набухают почки -

Это Весны строчки!

Расцветает душа -

Духовная Весна пришла!

Синий стих

Синее небо,

Облака как снег.

Тяжесть тела,

А в небе след.

Тяжесть души -

Мой духовный сон.

Боже, спаси

Мой духовный дом!

Небесный след

Сегодня видела я.

Небесный цвет

Похож на след Христа.

Это Любовь

И небес синева.

Только вера в Христа

Спасет нас одна.

"Мarymay"

Разница

Наши линии жизни не совпадают,

Далеко друг от друга дороги идут,

Разные ангелы нас охраняют,

Разные демоны нас стерегут.

По-разному дни мы проводим и ночи,

Я строю мосты, ты снимаешь кино,

Судьба. Что поделаешь? С ней не поспоришь -

Столкнуться нам вместе с тобой не дано.

Мы разные, разные, так уж случилось,

Но здесь есть свое неизбежное "но" -

Мы в разнице этой так странно похожи,

Что именно в этом мы заодно.

Какая чудная игра…

Какая чудная игра,

Когда еще мы незнакомы,

То легкий жест, то взгляд нескромный,

Мною замеченный едва,

И ожиданье, опасенье

Вдруг все - обманчивая мгла?

Твоя рука с моею рядом

Как бы нечаянно легла...

Сколько света нам под ноги брошено!

Сколько света нам под ноги брошено!

В бесконечность уходят улицы,

Мы на склоне бульвара Петровского,

Мы огнями Москвы любуемся.

В том, что так случайно мы встретились

Смысл есть до смешного таинственный:

Может так и было задумано?

Может ты и есть тот единственный?

Если рядом проснувшись со мной поутру

Если рядом проснувшись со мной поутру

Ты мне скажешь "Сегодня иду я в тайгу",

Я оденусь теплее - в тайгу, так в тайгу!

Ничего не боясь за тобою пойду.

И пускай впереди километры пути,

И пускай впереди сотню гор мне пройти,

Сто лесов.

Сто озер.

Сто болот.

Сто морей.

Мне и в пропасть с тобою смотреть веселей!

Зверь ли встретися нам, человек ли лихой,

Я спокойна, я знаю - ты рядом со мной.

Я везде за тобою без страха пойду,

Хочешь в ночь, значит в ночь,

Хочешь в мглу, значит в мглу,

Если хочешь - в мороз,

Если хочешь - в пургу,

Я везде за тобою без страха пойду.

Заповедное место. Глухая тайга.

Здесь нехожены тропы, река глубока,

Давит грудь край суровой своей красотой,

Мне не страшно. Ты рядом. Ты здесь. Ты со мной.

Владлена "Nastasya Fillipovna" Солуянова

Один синоним к слову "жить" есть для поэта

Безудержно звенящее "творить".

Награда свыше или кара это?

О том каким законом бытия судить?

Когда в душе взрастает семя боли,

Вонзаясь в мозг холодною иглой.

О, никому не пожелал бы этой доли

Поэт, сраженный рифмою шальной.

Но пережитые рассудком и душой,

Создавшие гармонию сонета,

Ложатся строки стройной красотой.

И боль и радость на лице поэта.

О, как же Бога будет он благодарить

За тот единственный синоним к слову "жить"

А мы захлопнули свои сердца и души…

А мы захлопнули свои сердца и души

Для всех кошмаров нездоровых мыслей.

И ничего мы не хотим о правде слышать.

Мы этой правдой лишь себя избили.

И нам все кажется теперь таким красивым.

Уже зовут домой заезженные тропы.

Залижем раны и пойдем, нам хватит силы.

Хоть полумертвыми домой притопать.

И в исступленном сладострастье общей цели,

Мы разобьем и уничтожим наши шхуны.

И на хрена нам океан с его штормами,

Мы по уюту и теплу пускаем слюни.

Мы все вернемся на мещанские перины,

И будем наслаждаться телеложью.

На четырех стенах лубочные картины.

Так жить красиво и совсем не сложно.

Нет в мире лучше удобренья, чем мещанство.

На нем росли мы для любви и для полетов.

Немного времени пройдет, мы тоже станем

Прекрасным удобреньем для кого-то.

В своих бесконечных снах…

В своих бесконечных снах,

Как океан глубоких.

Похожих на долгий пасьянс,

Где карты слагаются в строки.

И я между этих строк,

Лечу одиноким эмпатом.

По ним моих рифм ручеек,

Струится прекрасным каскадом.

Тонкой, блестящей иглой

Мысль вышивает узоры

Из добрых, возвышенных слов.

И из благородных героев.

И в каждом сне, каждый раз.

Я бесконечно наивна.

Верю вершины Парнас,

Днем, как и ночью, достигну.

Но утро сменяет ночь,

Тает в тумане Парнас.

На прощанье моим же стихом

Мне махнет крылатый Пегас.

В тот вечер ливень ко всему был беспощаден…

В тот вечер ливень ко всему был беспощаден.

И ветер как огромный пес рычал.

Одна я сидела – читала.

Вдруг кто-то в окно мое постучал.

Открыла я дверь – вошел старец,

Поздоровался со мною учтиво.

Попросил погреться немного.

Я, конечно, ему разрешила.

Разговаривали мы долго.

Было с ним спокойно и весело.

И рассказывал он мне много

Чудесных, красивых сказок.

Мне показывал старец фокусы.

Он чудо творил за чудом.

И была неизменной улыбка

Во взгляде его мудром.

А потом он спросил просто:

Есть ли у тебя три желания?

Если да, то скажи мне,

А я что смогу сделаю.

Понимаешь, я хочу очень.

Я сказала первое желанье.

Заглянуть в глаза тихой ночи

И сродниться с ее дыханьем.

И еще я хочу очень

Я сказала второе желанье

Песню услышать звездную

И понять ее смысл тайный.

Понимаешь, я хочу счастья.

Вот и третье мое желание.

Мой гость помолчал немного.

А потом мне сказал негромко.

Породнишься ты с ночью тихою,

Лишь когда навек успокоишься.

И душа, поселившись в небе,

Там узнает звездную тайну.

Ну а третье…и вдруг улыбнулся.

Улыбаясь, стал таять медленно.

Я к нему: а дальше-то что же?

Но его будто вовсе не было.

А комната вдруг наполнилась

Ароматом цветов весенних.

Посмотрела в окно – там солнце

Ярко светит, и дождь перестал.

Ветер поднял перепуганных птиц…

Ветер поднял перепуганных птиц,

Прочь от зимы улетали они.

Ветер трепал умирающий лист,

Как не хотелось ему умирать.

Но видели мы, как слабая жизнь,

Тихо угаснув, покинула ветку.

И почернела, согнулась от горя она.

Бились деревья в предсмертной агонии,

Думали все – это ветер их гнет до земли.

Их серебром погребальным окутав,

Вышла на свет, закружилась зима

В вальсе печальном с холодными мертвыми па.

Видели все, как прекрасны деревья

В нарядах сверкающих щедрой зимы.

Но знали мы, что под блеском ее скрыта боль.

Прошу вас, останьтесь со мной…

Прошу вас, останьтесь со мной

Давайте посмотрим вместе.

Как наша смешная любовь

Тихо умрет на рассвете.

И мы попрощаемся с ней,

Такой молодой и красивой.

Прекраснейшей из смертей

Мы нежное скажем спасибо.

За то, что без слез и без боли

Мы завтра простимся с вами.

За то, что не станем неволить

Друг друга клятвы словами.

Но пока еще теплится жизнь

В угасающей нашей любви.

Исполните мой каприз,

Оторвемся от грешной земли.

Вернемся в тот яркий день

Когда счастье открылось нам.

И словно скользящая тень

Пройдем по своим следам….

Как странно, слеза за слезой.

Мне было чудесно с вами.

Вы мой опоздавший герой.

А впрочем, не надо драмы.

Пусть будет хорошим конец

В коротеньком нашем рассказе.

Сегодня чудесный рассвет.

Она умерла. Расстанемся.

Снегов холодней, на горячую голову…

Снегов холодней, на горячую голову

Ляжет рука.

И сто кораблей заблудившихся

Выйдут на свет маяка.

И мудрые совы захлопают крыльями

В темных лесах.

Печальные вдовы увидят пропавших мужей

В зеркалах.

И путник усталый вздохнет и придвинется

Ближе к костру.

Про жизнь без печали правдиво ему

Саламандры наврут.

И пригласят сильфиды прекрасные

Эльфов на вальс.

И тысячи раз умиравшая радость

Воскреснет для нас.

По ночи безлюдной пройдет одиноко

И гордо луна.

И кто-то застынет с последней надеждой

В проеме окна.

Снегов холодней, на горячую голову

Ляжет рука.

И боль отступает, любимый, иду я

На свет твоего маяка.

Тенью бесплотной…

Тенью бесплотной, взлетая к звезде.

Я существую всегда и везде.

Мой разум летит над седыми веками,

Слегка одурманенный облаками.

Безмолвное время меня не догонит,

Я забываю, что значит «сегодня».

Я улетаю, окутана мглой,

Сгоревшие чувства стали золой.

Я забываю лица друзей,

В мире полночном смутных теней.

Память смывается звездным дождем.

Лишь ветер доносит обрывки имен.

Ночь захлебнется криком луны,

Над миром промчится час Сатаны,

В небе возникнет призрачный свет

И я возвращусь в холодный рассвет…

Черный монах

Черный монах

Крикнул в сердцах.

Руки простер,

Белое стер.

Людям внизу –

Слезу, как грозу.

Плакал чернец.

Это конец –

Люди шептали,

Ковчег собирали.

Путник дошел

И розовый шелк

На небо стеля,

Там где земля

С небом слилась,

От нас отдалясь.

Рассвет сотворил.

Лишь он не грешил.

Я не знаю, зачем…

Я не знаю, зачем я иду и куда.

Меня направляют земля и вода.

И огонь, полыхающий в небе ночном,

Одиноким и всеми забытым костром.

Я вечный скиталец, вечный изгой.

Время свое, разбиваю я в кровь.

Пылью дорог себя я укрыл,

От жизни своей, которой не жил.

Я бросаю камни слов в реки лет.

По узорам кругов прочитать ответ

Я хочу, но ветер поднимает волну.

Слова умирают, уходят ко дну.

Смотри, великочеловече…

Посвящается моим (и не только) детям.

Смотри, великочеловече,

Камлай шаманом жизни течи.

Крах, в край крови карета ночи.

В разрыв стреляй распады строчек.

Услышь, великочеловече!

Голимых голь горланит речи.

В эпилептическом припадке,

В бреду, в огне, на дне, в упадке.

В рывке распада рвутся тени

Бессилья бесов, зла, сомнений.

Застывших тем глухие стены,

Пробьешь, глотнув из гиппокрены.

Взорви разгон реки рутины,

Крылатых карликов картины

Святи своим свободным светом.

В спасеньи спаса суть ответа.

Я не знаю, что с тобою…

Я не знаю, что с тобою

Я не знаю, что со мной

Просто вдруг чужими стали

Мы друг другу в час ночной

Неприятный холодочек

Между нами пробежал

И оставив отчужденность,

Он любовь с собой забрал.

Ты меня не понимаешь,

Не хочу понять и я.

Отчего ты так страдаешь

И о чем болит душа.

Но друг к другу мы привыкли.

Так давй же мирно жить.

А любовь от нас сбежала,

Но не нам ее судить.

Я вошла в этот жуткий ноябрь…

Я вошла в этот жуткий ноябрь,

Закружилась в его листве.

Беспощадные капли дождя

На морзянке мне дали совет.

Не мечтай, дорогая, оставь

Бесполезную эту привычку.

А реальный, холодный ноябрь

Все мечты мои взял в кавычки.

И все стало до боли смешно.

Мы смеемся над тем, что в кавычках.

И смеясь, я бросаю в окно.

Своей жизни сухие странички.

"Сержант ВВС"

Афине

Я полжизни почти через злые бои

К Монолиту как проклятый рвался

Кто-то с неба помог мне в стараньях моих

И вот я на ЧАЭС оказался.

В клочья порван скафандр, тело в шрамах от ран,

Но на сердце – безумная радость!

Позабыл псевдопсов, контролера удар,

Кровососов и прочую гадость.

Перед Камнем стою, только надписи нет:

«Кто налево – тот все потеряет.

Кто направо пойдет – ничего не найдет»

Ну так кто же направо гуляет?

«А кто прямо пойдет…». А я прямо и шел.

Не свернул ни на йоту с дороги.

Правда денег и счастья в пути не нашел,

Только стер до костей свои ноги.

Еще сделал я шаг, и раздался в мозгу

Голос Камня торжественно-строгий:

«Ты дошел, человек. Я исполнить могу

Лишь одно пожеланье из многих.

Ты дошел, человек. Но поправку учти.

Да, желание я исполняю.

На минуту всего, а потом – извини,

Твою жизнь у тебя отбираю.

Ты минуту в раю, а потом сразу в ад

Вот такая за доблесть здесь плата.

Ты понравился мне – настоящий солдат

Я был тоже таким же когда-то.

Еще можно уйти, так что – думай, боец

Что тебе в этом мире дороже.

Твоей жизни не скоро наступит конец,

Если будешь всегда осторожен».

Я из фляжки глотнул и ответил ему,

Сплюнув кровь вперемешку с зубами:

«Я отсюда уже никуда не уйду.

И желанье ты выполнишь, Камень!

Понимаешь, я в детстве запоем читал

Много книг о героях и чести.

Даму сердца себе я тогда же избрал

И мечтал, что мы будем с ней вместе.

Жизнь мотала меня, как листок на ветру

Но не смог я расстаться с мечтою.

И я знал: не увидев ее – не умру

Потому я стою пред тобою.

Вот желанье мое – отнеси меня ты

На минуту к моей милой даме.

Я увижу ее – воплотятся мечты.

А потом убивай меня, Камень!

Вот и все. Я готов. Так давай поскорей.

Время тянется как паутина.

Не тяни, Монолит! Отправляй побыстрей!

Имя Дамы? Конечно – АФИНА!

Олегу, графу де Мор, посвящается

Закружило, завертело

Затянуло не по делу

Словно в «Карусель».

Кружит, воет и бормочет

Словно душу вынуть хочет

Эта канитель.

Тошно, братцы, как с похмелья

Словно нахлебался зелья

И просвета нет.

И душа порвалась в клочья

Нет покоя днем и ночью

Вот такой омлет.

Краски дня сменились грязью

Черной, жирной, непролазной

Сел по оси я.

И затягивает глубже

Словно похоронит тут же

Эта колея.

И ведь вроде все нормально

Стройно, прочно, капитально

И налажен быт.

Но себе, как принц тот датский

Задаю вопрос дурацкий

Быть или не быть?

Скроен ладно, сшит я крепко

Фикса, папироса, кепка

Лютый я эстет.

От девиц прохода нету

Хочешь ту, а хочешь эту

Но любви ведь нет!

Так быть может мне влюбиться

Словно двадцать мне, не тридцать

И не сорок лет.

Мне б в любовь как будто в бездну

Чтобы в сердце сотня лезвий

И в душе рассвет.

А быть может – выпить водки

Обожжет этил мне глотку

И вперед – в загул!

Берегитесь девки, бабы

Здрасьте, кочки и ухабы

Где мой конь Назгул?

Или просто – бить посуду

Матерясь на жизнь-паскуду

И упасть под стол.

И по трассе алкогольной

Мчаться к белой леди полной

Утопив газ в пол.

Друг сказал – молись ты Богу

И ослабнет понемногу

Этот пресс.

Только надо постараться

И ты сможешь достучаться

До небес.

В общем надо мне решаться

И из ямы выбираться

Полный в ней отстой.

И хоть склоны и отвесны

Я скажу вам, братцы, честно

Справлюсь я с собой.

Дом

Я стоял пред открытой дверью

Мне осталось шагнуть лишь шаг

Я стоял и не мог поверить

Что мечты сбываются так

А из дома тянуло уютом

Вкусной пищей и сладким сном

Когда пледом себя укутав

Отдыхаешь ты от трудов

А из дома тянуло лаской

И объятием нежных рук

И не надо глядеть с опаской

Выясняя – где враг, где друг

Сколько лет я, бродяга усталый

Все мечтал, что я встречу свой дом

Вот такой – не большой и не малый

И с резным деревянным крыльцом

Мысли снежным летели комом

Сердце рвалось прочь из груди

Я стоял пред мечтой, пред Домом,

Приглашавшим меня – «Войди!»

Предчуствие

Я умру на закате, с последним лучом заходящего солнца

Посиневшие губы попытаются что-то шепнуть

Не услышит никто, только Ангел-Хранитель, взглянувший в оконце

Скажет Ангелу Смерти - Отмучился парень, берем его душу - и в путь

И душа полетит, но не вверх, к Богу, солнцу и свету

А стремительно вниз, прорезая земные пласты

Не увидит чертогов святых, кущи райские тоже останутся где-то

Только Ангел-Хранитель шепнет - Я берег тебя, парень. А ты?

Евгений "Тормоз" Горбунов

Иногда они приходят. Мысли. Не всегда цензурные и часто идиотские. Часть из них порождает образы. Иногда интересные, но зачастую - уродливые. Появляется желание.

Реализовать его помогает «карандаш» - клавиатура. Образы одеваются в слова. От того, какова будет одежда, зависит, узнаваемыми ли они станут.

Что сказать? Я не всегда узнаю то, во что превращаются описанные мной образы. Чаще всего с ними происходят какие-то странные мутации. Однако они мне все равно дороги, эти милые уродцы.

Не умею писать так, чтобы вызвать определенную эмоцию. Играть тонкими сравнениями и точными определениями. То, что пишется – не поэзия. Это творчество на уровне: «Мама мыла раму». Однако есть немного людей, которым нравится. И, зачастую, следующая «нетленка» рождается для того, чтобы услышать оценку этих людей. Услышать простое: «Здорово!» или «Ну и наворотил же ты тут гадости…», ржач или брезгливые плевки.

Иногда – понимающее задумчивое молчание.

Никогда не думал, что смогу когда- нибудь увидеть «свое» в ряду других. Настоящих авторов. Выражаю огромную благодарность энтузиастам этого сборника за предоставленную возможность публикации. А еще моей жене Ирине- за помощь и терпение.

Читайте. Судите.

С уважением, Тормоз.

Маковые зерна

Два. Маковые зерна. В ладони.

Ветер. В складках плаща.

Дождь. И крылатые кони,

Костлявой, везущие дань.

Нервы. Растоптанной скрипки.

Пепел. Сожженных страниц.

Плахи, кривая ухмылка

И звук – ниоткуда!

Где, как третья струна,

Вены лопнут на режущей «ми»!

И взовьется душа,

К небесам, сбросив тело с уставших плечей.

Ты отпустишь себя!

В то окно, за которым огни...

И другой пропоет

Что давно уже сдохло, в глотке твоей!

Правда, глухой подворотни-

Крик! И на лезвии блик.

Кровь- на потрепанной сотне,

Презренье- в холодных глазах.

Звезд, ледяные ухмылки,

Хохот и свист сквозняка.

Нервы. Растоптанной скрипки

И ствол – к подбородку!

Пусть как будто струна,

Что-то лопнет на колющей «соль».

И взовьется душа,

К небесам, сбросив тело, тряхнувши крылом…

Ты отпустишь себя!

Взяв последний, высокий бемоль.

И в другом оживет

Что давно уже сдохло, в сердце твоем…

Наемник

Поскрипывает плащ из грубой кожи.

В изгибе локтя замер Винторез

И мы идем. И помоги нам Боже.

Через Болота в лес, наперерез.

Они за мной. Им по колено море.

Болтают без умолка, снорка сыть…

Но мне плевать, ведь заплатили втрое,

Задача- тьфу! Доделать и забыть…

Дойти до леса, пересечь Болота,

А там тропою торной на Кордон…

-Замрите! Ша! Не так пошло чего то!

«Не скоро выброс… Но откуда гон?!»

Какая сила, гонит нам на встречу,

Всех этих тварей? Спрячьте пистолет…

Патронами сорить здесь паря неча…

До нас им дела никакого нет…

Похоже все. Поднимемся повыше

А там, «немножко будем посмотреть»…

-Вести себя тихонечко…Как мыши…

Почти дошли. Поэтому: «Не бздеть».

Вот так не раз, шагая в неизвестность,

Я Зону мерил вдоль и поперек.

Здесь в общем-то спокойная окрестность.

Для тех, кто «зеньки выпучив» не прет..

Ну вот. На насыпи. Мгновенье осмотреться.

К закату дело…В небесах красно, и…

-Все назад!!! Ну все, не отвертеться!!!

Откуда выброс?! Вот же, блин, дерьмо!

Провал заданья. Стыдно? Без сомненья!

Лежу как овощ… Как я выжил там?!

Вот так начнутся ваши приключенья.

Он- это вы, лихой наемник Шрам.

Страшная быль

Мои солнца крутым косяком покатились на юг,

По пути раскидав весь мой скарб и тряпье по постели…

Описав в небе круг на прощанье, глядя с сожаленьем,

На все то, что осталось от старой обители света...

Где-то там, вдалеке, будет выстроен храм новой силы,

Где-то будет светло, и не важно, что здесь лишь свеча.

Мой последний источник тепла у разбитой могилы

У дорожного камня горит свой оставшийся час.

И случайный прохожий протянет к свече моей руки,

Отогреет он пальцы на крыльях огня-мотылька,

И утихнет в его теле дрожь, и вдруг полные скуки

И бездонной тоски до краев, он поднимет глаза.

Свой дорожный сундук он откроет, достанет огарок

Абсолютно такой же свечи, и пойму все без слов…

И разверзнется пасть темноты. Вспыхнет светел и ярок

Огонек двух огарков свечей, без цепей и оков.

И в страну укатившихся солнц, к храму дня новой силы

Он укажет дорогу во тьме, и мы будем брести…

Мы покинем халупы свои, побросаем могилы,

Обретая все большую силу на этом пути!

И из грязных трущоб бесконечных живою рекою

К нам стекались огни- мотыльки, мы встречали друзей.

И в конце всех дорог мы увидели свет над горою,

И увидели храм. Бывший целью пути долгих дней.

Но внутри этих стен мы нашли только пепел и угли.

Только жалкий остаток от всех укатившихся солнц!

Мы смеялись над этим, как дети, и в смехе тонули,

Наши страх и тоска. Так прошли времена тьмы и слез.

Мы сжимали в руках не огарки - кусочки светила

Абсолютно нового дня, и смогли донести!

И светило воскресло в тот миг. Светило ожило!

И решило, что время настало светить и взойти!

И настал новый день бесконечный в стране тьмы и сна.

И кричал мне ребенок мой: «Папа!», и смеялась жена.

Первая нота дня

В травах настраивал ветер струны дождя.

Женщина в белом ребенка несет на руках.

И жеребенок, кобылий хвост теребя,

Ждет прорастания крыльев на пегих боках.

Комьями ваты застыли на миг облака,

День свою песню допел, день на смертном одре...

И поминальные свечи затеплит закат,

И передаст душу дня в руки алой заре...

Вечер прохладою сумерек листья утрет,

Ложе готовя для ночи в зеленых ветвях,

Маленький птах ей о счастье балладу споет,

Бард-соловей, птах-кудесник, парящий во снах.

Месяц зажжет одинокий светильник во тьме,

Будет, растрогавшись, ночь долго слезы ронять,

О недоступном, далеком, о умершем дне,

Ждать возвращения дня, воскрешения ждать.

Будет стареть и с надеждой глядеть на восток,

Волосы тронет в предутренний час седина.

Неумолимое время как бурный поток.

Звезды пропали, исчезла подруга луна.

Солнце лучами проткнет над собой горизонт,

Вспыхнет зарницей, венчая рождение дня.

Ночь же растает, и тихо со вздохом умрет…

Крылья пробьются на пегих боках у коня.

Первая нота звучит, начинается день!

Женщина в белом ребенка несет на руках.

Странные дни, где полнейшая все дребедень.

Глупая песня о смерти, ночи и слезах…

И сигарета потушена- можно идти,

Ляжет на плечи пальто и закроется дверь,

Вновь за порог, чтобы первую ноту найти,

Ноту рожденья, надежды, тоски и потерь…

Лютнева музыка

Она закроет на замок дверь,

Когда на улице наступит ночь.

Ночь ожиданий и ночь потерь

Она прогонит из дома прочь.

Она поднимет на часы взгляд

И в тишину распахнет окно,

И будет множеств раз подряд

Вкушать забытое давно...

Лютневу музыку...

И снова вдаль на драконе строки

Пронзая время как жрица сна,

Как повелительница стихий

Исчезнет в море огня она.

Охватит пламя воды стеной,

Но заслонит ее ангел крылом.

Усталый путник зайдет на постой

И станет крепостью карточный дом...

В лютневой музыке...

И терема на сыпучем песке,

Растают с храмами в небе ночном.

Когда зажжется роса на цветке

И тишина вздохнет за окном...

Но в это время она уже спит

И Гавриил опускает трубу.

Пусть лютня старая помолчит,

Пусть не тревожит мою судьбу...

Глупою музыкой...

Сон?

За накрытым столом сегодня

опять тишина,

И в кудлатых ветвях только чучела,

да муляжи.

И за горло холодными пальцами

истошный страх.

И в обрывочных снах напролет

Птица Сирин кружит.

Птица с белым крылом, с окровавленным

женским лицом,

Предвещает рождение тьмы

в этот красный восход.

И по разные стороны рва,

сын со старым отцом...,

И в груди одного оперенье

стрелы расцветет.

В неприкрытый висок аккуратно

уложится болт,

И окрасятся алым шлема,

Кровь зажжет плюмажи.

И помножатся смерти на сто,

продолжая полет,

Птица Сирин в обрывочных снах

над окопом кружит.

И прольются свинцовые тучи

тяжелым дождем,

И поднимется рыло свиньи,

и пойдет рать на рать.

Пуля дура, и ей наплевать

что по чем!

И прикроет дитя своим телом

уставшая мать.

И окрепнет дитя, и натянет

на лук тетиву,

Если выживет под каблуками

окованных ног.

И протянет он небу своих

юных глаз синеву,

И наполнится звуками утро

в назначенный срок.

И сорвется в назначенный срок

с лука в небо стрела.

В реках кровь растворится и станет

прозрачной вода.

И прервутся тяжелые взмахи

большого крыла,

И отступит тот сон с Птицей Сирин.

Уйдет.... Навсегда?

Хабаре

Все больше стал я курить,

И меньше писать между строк.

Уже не загадкой мне жизнь,

Уже опостылел Восток.

Дождями холодными вкось

И шаткостью хлипких болот.

Где просто нельзя «на авось»,

И плесенью сырость в балок…

Тяжелыми тучами в ряд,

Закрыт третий день небосклон.

Над ухом надрывно звенят…

И нечисти той- миллион!

Крепчайший смакую я чай,

Дымок от костра я ловлю…

Он мой, он искусственный рай

В задиристом этом краю!

Над сопками вспыхнет заря

И солнцем развеет хандру.

И зря, ну конечно же зря

Вчера проклинал Хабару!

Сверкнет искрометный ручей,

Взовьется глухарь на току.

Он сам по себе, он ничей,

Горланит и будит тайгу!

И шишки на кедрах вдохнут

Бруснично-лесной аромат,

Березы платками взмахнут.

Природа- как сказочный клад!

Крепчайший смакую я чай,

Дымок от костра я ловлю.

И все что вокруг- это рай,

В загадочном буйном краю.

Мужская-бесшабашная

Забудем все пролеты и невзгоды,

Которые успели накопить.

Забудем баб, капризы их и позы,

И будем водку бесшабашно пить.

Простим измены, и затянем песни,

Пускай сегодня будет день такой.

Когда и язвенник забудет о болезни,

И примет вместе с нами по одной!

А просто состояние такое,

Вокруг такие лица- просто кайф!

И водка пьется как вода. Течет спиртное,

Орет под настроение нам «Чайф».

И Степанцов несет пургу отменно,

От пива пухлый «Чиж» поет о том,

Что нужно выпить! Выпить непременно!

Давайте ж преднамеренно "кирнем"!

Сейчас не нужно думать о похмелье,

Пусть это будет завтра, и хрен с ним!

Ну а сегодня- водка и веселье,

Нехило и с размахом посидим!

И станет кореш дуть в гармонь и флейту,

И будем по аккордам колесить!

Забудем баб! Как будто бы их нету!

И будем водку бесшабашно пить!

Не тревожь тишину

Не тревожь тишину. Забудься хотя бы на миг,

Отключи будильник в своих воспаленных мозгах.

Отойди от окна. Ведь это опасно, старик…

Послушаем время - оно рассыпается в прах.

Оно исчезает, оно превращается в лед.

Присядь хоть на миг, нырни головой в тишину…

Уйди из прицела. Подайся всем телом вперед.

И ради покоя... Не надо! Не суйся к окну.

Побудь хоть немного вдвоем со своей тишиной.

Твой смех, чьи-то пальцы заставит тянуться к курку.

Присядь, прислонись к теплой стенке усталой спиной.

Не можешь? Ну сделай усилие сквозь не могу!

Короткий вскрик, звон разбитого чем-то стекла,

а между глаз, аккуратный, кровавый вход…

И тишина сквозь него в твою душу вошла,

Как непременно и в жизни другие войдет.

Присядь, и чего-то покрепче налей до краев,

До крыши, до веток деревьев и до небес.

Хлопнула дверь, и жена ушла вешать белье.

Но это опасно - входить в полутемный подъезд.

Послушаем время. Оно рассыпается в прах,

Являясь предвестником злого, косого дождя.

Осталась бы дома, и мы б разобрались в ветрах.

Мне недоставать будет в этой жизни тебя.

Опять тишина, и я сам пододвинусь к окну,

Что-то накину, ступеньками меря подъезд.

Кругом тишина, и я медленно в ней утону.

А может быть, просто она меня заживо съест.

Картинка

Серой промозглостью улиц, вымазан город.

Бликами стынущих луж, отраженьем огней.

Ночь распахнула удушливо скованный ворот.

Ветром дохнула на мир, королева теней.

Принц-мокрый снег, шут-луна, строят рожи кривляясь,

Липнут на стекла авто, издеваются всласть.

На остановках, на лавках и в лужах валяясь,

И норовя все тепло у прохожих украсть.

Пальцы озябшие, прячут деревья в карманах,

В складках из липкой и странной ночной темноты.

Двери подъездов- «торчат» от свиданья с туманом,

И матерятся в вонючих подвалах коты.

Реки с мостами ломаются друг перед другом,

В глупой усмешке оскалился рот берегов.

Ведьмы-вороны на шабаш слетаются кругом.

Тупо мерцают им окна - глазницы домов.

Город ночной в этот час, погружается в тайну,

Странную суть обретают предметы вокруг.

Мир пустоты, мир простых столкновений случайных…

Просто знакомств…просто ранящих душу разлук…

Хочется крикнуть, но рот зажимает усталость.

Давит и мнет и бунтует и царствует плоть!

Мне бы забыться на миг, хоть на самую малость.

Вымазан город. На город спускается ночь.

Зарок

Я думал, что нашел любовь -

Единственную и большую.

И, черт возьми, я был готов

Пойти на все и всем рискуя,

Я был мечтами одержим,

Летал на крыльях, был поэтом.

К восьмому марта я решил

Ей подарить два «Лунных Света».

Друзья твердили: "Брось! Оставь!

Затея выглядит нелепо!

Нашел подарок!?! Им сейчас,

Другое нужно, а не это!

Ведь деньги есть, чего мудрить?

Купи ей что-то дорогое!

А в Зоне могут и убить,

Врагом там будет все живое"...

В тот раз я твердость проявил

И показал тогда характер!

На мнение друзей – забил,

Сказал упрямо: «Деньги?! Хватит!!»

Потом нашел проводника,

Он слушал, и глядел уныло,

Спросил: «Валяешь дурака?!»

Но взял с собою - подфартило.

Ну что сказать? Тогда я смог…

Хотя не знал, на что решился.

Прошел сто троп и сто дорог,

Комбезом новеньким разжился.

Но,не вернулся я назад-

Я был «Отмычкой», стал «Бывалым»

И в общем, целом - даже рад,

Тому, что моей жизнью стало…

И каждый год я в этот день,

Барыгам отдаю бесплатно,

Арт «Лунный Свет». И все затем,

Что думать мне потом приятно:

"Быть может к ней и попадет,

Вот этот арт – как ляжет карта,

И выполню зарок, что дал

Пять лет назад. Восьмого марта!"

Первая весна

И вновь откровеньем черемухи снег,

Каштаны - свечами в цвету.

И, ошеломленный, стоит человек

Над речкой на ветхом мосту.

Улыбка блуждает, украсив лицо,

Мелодия плещет внутри.

Вокруг красота бесконечным кольцом -

Вкушай, наслаждайся, смотри!

И он наслаждается, он упоен,

Он счастлив находкой своей.

И носится в небе с шальным вороньем,

И дышит простором полей.

И вместе с речушкою он в берегах

Играет журчащей водой,

И ветер струится в его волосах.

Вокруг красота и покой!

Впервые открыв это чудо себе,

Он с толку немножечко сбит.

И так благодарен за это судьбе,

Внутри все, ликуя, кричит!

И с высоты своих детских годов

Он непониманьем объят,

Ну как же он раньше не видел его -

Весны расцветающий сад?

И что-то еще, что - никак не поймет,

Отпустит и вцепится вновь…

А это, как терпкий и сладостный мед,

Впервые случится любовь.

Начало. Двенадцать. Не тридцать. Не век.

Пройдет не одну он версту.

Счастливый и юный стоит человек,

Над речкой, на ветхом мосту!

Одновзмаховый текстик

Настежь дверь на балкон,

И занавески тюль

Молнии блик и стон

Грома. Вокруг июль.

Жаркого лета пик

Посередине год.

Ветер листвой шумит

Город стихии ждет.

И не спеша, тяжело

Все поглощает мгла.

Вечер. Потеет стекло

Душно. Гроза пришла.

Только она не спешит.

Тянет. Чего-то ждет.

Жутко. Листва дрожит.

И меж лопаток пот.

Брошу слова мольбы.

«Ну же! Давай! Начнись!»

Запахом терпким травы,

Вмиг небеса налились.

Вздрогнуло все вокруг.

Ливень наотмашь хлестнул.

Свежестью. Сразу. Вдруг.

Ветер порывом задул.

Молния! Близко! Раскат

Грома! Завыли авто!

Нету пути назад!

И не спасет никто!

Да и не нужно спасать.

Мокнуть пойду на балкон!

Свежесть! Озон! Благодать!

Сказочный радужный сон!

Старый махровый халат

Через секунду насквозь.

Быстро тикаю назад.

Ну наконец, началось!

В кресло. Налив себе чай

Крепкий, в обнимку с котом,

Буду сидеть – излучать

Радость грозой за окном!.

Холмс в телевизоре. Класс!.

Ватсон немного тупит…

Бешенство водных масс,

Город, размокший спит…

А над болотами стон.

Генри овсянку жует.

Настежь дверь на балкон.

Ливень за окнами льет…

Сказка

Шептала листва сокровенное что-то,

Туман обнимался с травой,

И полон был лес, словно сочные соты,

Тягучей, как мед, тишиной.

В красе первозданной деревьев- гигантов,

Невидим на фоне ветвей,

В плаще травяном из лесных ароматов,

В дозоре стоял Узресей…

И русых волос водопад непокорный

Струится по сильным плечам.

Один, на окраине чащи неторной,

Впервые без братьев, он сам.

Сливаясь с подлеска живою завесой,

Бесшумно, как призрак, скользя,

Достиг он пределов заветного леса,

Проверить решившись себя.

А там, где стволы зачарованных сосен

Сменялись на ельник простой,

Стояло селенье, дворов этак восемь,

У озера с чистой водой.

Никто из оставшихся перворожденных

Так близко к нему не ходил,

Но дерзкий мальчишка-лет триста неполных-

Нарушить устои решил.

Не минуть отныне лесам лихолетья,

Остер рока страшного меч,

Ведь в этой деревне колдунью и ведьму

Собрались по сумеркам сжечь.

Юна и прекрасна невинная дива,

Наветов бессовестных цель,

За то, что особенно, чудно красива

Сожрет ее огненный зверь.

И дрогнуло сердце. Свидетель невольный

Вмешаться в людское решил.

Отбросив запреты, решеньем довольный,

На помощь он ей поспешил.

И молвил: «Оставьте вы эту затею,

Она дочь природы! Не трожь!»

Но кто-то удавку набросил на шею,

И к ребрам приставили нож.

«Вот призванный бес! Это ведьмы защита!

Взгляните на уши его!

В его сапогах, несомненно, копыта!

Вот поля ростки одного!»

И вместе с простой деревенской девчонкой

Бессмертный взошел на костер,

И кончилась жизнь нотой звучной и звонкой,

Взревел заколдованный бор!

И, в ярости силу природы явивший,

Деревню он вмиг разметал.

Однако отныне он стал просто лесом,

Простою чащобою стал.

Шептала листва сокровенное что-то,

Туман обнимался с травой,

И полон был лес, словно сочные соты,

Тягучей, как мед, тишиной.

Бабье лето

Зацепило… Снова зацепило

И куда-то ввысь поволокло…

Ослепило и заворожило,

И с ума, который раз, свело!

Нотами восторга по деревьям

Сыпануло ржой и желтизной,

Разметало в пух и прах сомненья,

Завалило улицы листвой.

Налетело солнечным тайфуном,

Трепетом душевным заразив,

На голову с ног перевернуло,

Затопило, как большой прилив!

Чувства- ураганом завертелись,

Захотелось глупости творить,

Беды, как-то сами разлетелись.

Это беды? Плюнуть и забыть!

И еще, конечно же, улыбки,

Те что будоражат, что зовут.

Теплый ветерок осенний. Скрипки.

В сердце растревоженном живут.

Зацепило. Вновь случилось это!

Разогнало тьму, душевный мрак.

И хожу я снова в Бабье Лето,

Поуши счастливый, как дурак!

Лабух

Ты затянешься синим дымком

И, обняв свою медь, на пальцы дохнешь.

Долго длился твой нынешний день.

И, наверно теперь ты слегка отдохнешь...

Вкус успеха, тусовок бардак -

Это было давно, но успело пройти.

И остались лишь грезы и мрак,

И он истошно памяти крикнет: "Пусти!"

"Отпусти меня в ночь, в темноту,

Дай мне дар забывать, дай свихнуться и слечь.

Научи обходить красоту,

И, для смеха, до смерти меня искалечь.

Или просто -позволь мне уйти,

И забудь дать мне право на завтрашний день.

И сотри весь мой пройденный путь,

Так, чтоб снова писать было в падлу и лень!"

Остановится взгляд на останках штиблет.

Близко ночь, но ночлег еще нужно искать,

А трамвая давно уже нет

И наверное не стоит его уже ждать,

А во рту только горечь слюны,

И слипаются веки, и хочется спать.

Он, закашлявшись, кровью харкнет,

Но на это уже глубоко наплевать.

Старый лабух и старенький сакс,

Связка с нотами, Бриль, да обрывки газет.

И в подвале, под лестницей – джаз,

А на улице вновь вырубается свет.

Станет полным бездонный стакан темноты,

Смежит веки усталость, наступит покой...

Вот, похоже, и все – у последней черты

Старый лабух бездомный – последний святой.

И придет, наконец, забытье.

Ты закроешь глаза и тебя примет тень,

Вот оно, наконец, отпущенье твое...

Ты уже не увидишь свой завтрашний день...

Вальсок

Стиснуты зубы и губы, до крови прикушены…

Грубость обертки, но сердце клокочет в груди

На лесосеке, где сосны до неба макушками

Пот - застилает глаза и поблажек не жди.

С нами, плечо о плечо, топором ветер ухает.

С нами пурга и буран, и мороз и цинга…

Хочет понять и частенько поэтому слушает

Трехпереплетные фразы Царица Тайга.

Под сапогами хвоя, на сугробы опавшая,

Над головами простор, нас лишающий сна…

Словно случайно с небес, к нам на землю попавшая,

Падает, ветви калеча, со стоном сосна…

Подражание Сагам

Долго ярился в сече с парусом выдох Игга,

Пенные стрелы бросая в грудь одинокой касатки,

Только не видно ньердов брани, драккар ведущих.

Странное дело творится в северных стылых землях.

Многие локти нити Норны сплетали для храбрых,

Не было тяжбы с морем в этих краях доныне,

Только однажды вышел к фиорду седеющий Энунд,

Скальд и эриллар старый, и произнес он вису:

Верю, не скажут соседи,

Что обходил их в горе,

Да и не праздновал труса

Сын мой в буране лезвий.

Так почему- же море

Род мой прервало отныне,

Будь же ты проклята словом,

Пенная рыбы дорога!

Что говоришь ты, старый? Видно не многого стоит

Долгий седеющий волос, что твои годы венчает.

Где это слыхано, чтобы брань возносилась дороге,

Что нас от веку кормит, носит касатки битвы.

Род твой силен, как раньше, стройными ивами пива,

Липа запястий нынче вновь принесла тебе сына.

Стоит ли делать жалкой долю пришедшего ярла?

Бранное слово запомнив, море воздаст с лихвою.

Радостной вестью охвачен, Энунд забыл о горе,

И все внимание сыну он обратил без остатка.

Рос и крепчал подлеток, смел был и стоек в сече,

Только назад не воротишь слов, оброненных в горячке.

Черною тенью Гери выжрал удачу рода,

Фреки, голодный вечность, мором прошел по фиорду.

И на костях пировали досыта Хугинн и Мугинн,

Выросший Ярл опечален, горю ища причину.

Турсы с йотунами стали делать набеги в чертоги,

Крали из ложа спящих, пакость творя невозбранно.

Вспомнил тогда старый Энунд в гневе роненное слово,

И, опираясь на посох, вышел он к берегу фиорда.

Звали рожденного Торир. Энунда сын был не промах,

За стариком увязался, тайно за скалами прячась.

То, что увидеть случилось, было ему откровеньем,

Вот что заставило мыслить скоро, не медля с решеньем:

Вздыбилась бездна и скалы, лик обретя человечий,

Двинулись камни, как губы, голос стихии рождая.

«Знай, чтоб беда не гостила в доме твоем дольше срока,

Ты принеси в жертву сына, род обезглавь в оправданье

Слов необдуманных бранных. Ну, а потом, если сможешь

Вновь прорости свое семя. Выплати мне эту виру!

Вновь тогда стану дорогой я для драккаров грозных,

Кровь будет мерой для слова. Сказано все, что хотел ты!»

Только беседе так просто кончится вряд ли удастся.

Вышел из тайного места, там где подслушивал, Торир.

И, громогласно смеявшись, он великаншу сечи

Старому Энунду-скальду с силой на спину обрушил.

«Я-ли творил оскорбленья? Должен ли Торир быть вирой?

Я поступлю по другому, род наш избавив от гнили!

Вырву язык, оскорбивший руку кормящую, с корнем».

Сделав, наотмашь забросил алую плоть прямо в море.

«Будь же ты проклят навеки! Станешь отныне безумен!»

Грозно взревела стихия и сотряслась ураганом!

Торир же, дико завывший, с хохотом бросился к месту,

Где одиноко драккары в тихой лагуне стояли.

Перерубив все канаты, сам он на спину поднялся

Старой отцовской касатке и возопил, словно демон.

И, повинуясь стихии, струги в волне закружились.

Оборвалась в одночасье нить очень старого рода.

Многие локти нити Норны сплетали для храбрых,

Не было тяжбы с морем в этих краях доныне,

И, эту сагу помня, вряд ли решится кто то

Бросить отныне морю бранное слово в гневе.

Долго ярился в сече с парусом выдох Игга,

Пенные стрелы бросая в грудь одинокой касатки.

Только не видно ньердов брани, драккар ведущих.

Странное дело творится в северных стылых землях.

Откровение

Почему о ночи, нравится писать?

Как ко мне приходят, строчки- мысли ноты?

Вам секрет озвучить? Тайну рассказать?

Или вам соврать? Выдумать чего-то?

Тонкий аромат и покой на кухне.

Чай. Ленивый кот. И открыт балкон.

За окном огни. Скоро все потухнет.

Город, где живу, наполняет сон.

С шепотом листвы, старика каштана,

Что к окну как мост, тянет свою ветвь,

Магия войдет, в этот мир нежданно.

Слышите шаги? Сказка уже здесь.

Неземной мотив, капает из крана

И танцует дым, сигаретный джаз…

Силуэт окна, на стене экраном,

Занавес, и вот… Начался показ.

На подмостках ночь - тайны действа гуру.

Прима - тишина, декораций тюль.

Сумрак не спеша, вынет партитуру.

Заструится вальс. Маскарад. Июль.

Чиркнет коробок, фейерверком спички,

Осветив на миг, в темноте, лицо.

Морок или явь? Новь, или привычка?

И догадок сеть, образов кольцо…

Как пишу свои строчки и куплеты?

Очень тяжело. Ручкой и в тетрадь.

Словом, что юлить? Тайн особых нету.

Просто я люблю белое марать…

Горная- шутовская

В тот день все было разное:

зовущее, прекрасное,

манящее, цветущее, как в августе банан...

Таинственное, дерзкое,

до опупенья мерзкое,

пустое и дырявое, как правый мой карман!

А горы были гордые,

огромные, надменные,

высокие и острые, колючие как еж!

По ним как угорелая,

шальная, огрубелая,

во всех вопросах зрелая, носилась молодежь.

Тропа была извилистая,

тонкая, заросшая,

помечена животными, по ней стекал ручей.

А рядышком весь порванный,

дырявый и ободранный,

зубастый и обиженный, лежал башмак...Ничей!

По той тропинке тоненькой,

заросшей и извилистой,

ползли наверх и к солнышку, с упорством ишаков

Друг друга обманувшие

и в горы убежавшие,

с одной сторонки- женщины, с другой- пять мужиков!

У мужиков, как водится,

все были бородатые,

колючие, вспотевшие под весом рюкзаков...

Селедкою и водкою,

грибами и консервами,

Тушенкой и тухлятиной, несло от мужиков.

Доугое дело женщины:

красивые и стройные,

умытые и чистые, противно аж смотреть!

Такие симпатичные,

и фразы все приличные,

(для гор что необычно), и любят песни петь!

Но вот уже вершина.

(А это очень кстати.)

Красивая и гордая! Даешь еще рывок!!!!

И женщины рванули:

Светланы, Люси, Кати....

Мужчины приотстали: "Передохнем чуток!"

Рванувшие к вершине

Все что могли порвали!

Страховку, голос, жилы...А сверху камнепад!!!

Снарягу побросали

и живо убежали.

Спустились чуть пониже - там мужики сидят!

Что делать? Обогрели

их мужики как должно...

И напоили чаем, и уложили спать...

С утра вершину взяли...

Отметили немножко...

Потом с нее спустились- а тут готово жрать!!!

Я долго этой байкой,

вам по ушам катался.

Но вот настало время и кой-чего сказать...

Прошло лишь три четвертых

земного, значит, года,

и доля альпинистов вдруг стала прибывать!!!

О женщины родные!

О хрупкие вы наши!

Послушайте, пожалуйста, вот этакий призыв:

"Возьмитесь за кастрюли

и не ходите в горы!!!

(А то ведь в демографии, как пить дать, будет взрыв!!!)

Возвращение

Капает дождь, и торопятся в лужи ручьи.

Медленно год уходит. Октябрь при делах.

Мокрый перрон дает мне сказать и молчит,

Машет рукой мне попутчица из-за стекла.

Смеется, глядя как я поднял к небу глаза,

Как жадно ловлю эти капли, подставив им ворот.

Я долго отсутствовал здесь, но вернулся назад.

Я снова пришел в этот старый потрепанный город.

Вот, пассажиров ссадив, электричка ушла.

Все здесь, как раньше - залитый дождями перрон.

И городу я говорю: «Старик! Как дела?»

«Паршиво ты выглядишь!» - скажет безмолвно он.

Тут тронулся поезд. Попутчице сделал:«Пока!»

Она, улыбнувшись, губами прижалась к стеклу.

Но что-то из пальцев в кармане сложила рука...

Да! Я узнаю этот город и эту игру!

Качаясь, последний вагон скрылся за переезд,

А ноги, как раньше- насквозь! И автобуса нет.

По старой привычке линяю в ближайший подъезд,

Ведь в пачке наверно остался пяток сигарет..

И на подоконник устроившись, пиво открыв,

Пущу в потолок струйку дыма, закрою глаза…

Ну вот и закончился мой бесконечный отрыв!

И я, как обычно, опять возвратился назад.

Автобус набухший, где тесно, но все же тепло,

И нету кондуктора, что очевиднейший плюс.

А все же иначе, наверное, быть не могло…

Ну разве же это не блюз? Ну конечно же блюз!

А как там попутчицу звали? Ну вот - не спросил!

Опять лоханулся! Со мною бывает. Ну что ж!

Я возвратился. Он снова меня пригласил!

Город, где при отъезде такой же шел дождь!

Дама-надежда

Ты чем-то хочешь меня удивить?

Брось! И не трать время зря.

Я знаю, что ты «умеешь» любить

И ненавидеть любя.

Давай пойдем босиком на восток

Туда, где родится рассвет,

Где распускается мертвый цветок

И плещется утренний свет.

И, подними свой потерянный взгляд-

За шторками глаз пустота.

Красивая женщина с вывеской "б..дь".

А может быть, дама-мечта?

Давай поболтаем с тобой ни о чем.

Не будет вина - мы попьем крепкий чай.

Давай босиком на восток мы уйдем

И будем зарю там встречать.

Давай окунемся в волшебный бальзам

Подаренных солнцем первых лучей.

Красивая женщина. Дама-слеза.

Дитя безрассудных ночей.

И мертвый цветок распускает бутон.

Его лепестки словно свежая кровь.

И снова в глазах твоих вижу огонь,

Красивая женщина, дама-любовь!

Но где-то в глубинах таится тоска.

Закончится день, будет ночь, и опять

Кто-то припрется в вонючих носках

И будет в лицо тебе деньги кидать.

И ты, не задумавшись, спустишь курок,

Сядешь в углу, прикрывшись одеждой.

Давай убежим с тобой на восток,

Туда, где уже не завянет цветок

Красивая женщина. Дама-надежда.

Состояние

Шагнув за грань, заступив за черту,

Вдоволь вкусив красноречие спин

Знаю в деталях свою тошноту,

Вкусом она как гнилой апельсин.

И горстка слов, на обойном клочке,

Глупый рисунок в нижнем углу.

Дохлая рыба лежит на песке.

Я вышел куда-то, но скоро приду…

И пальцы роняют на стол карандаш,

И тупо глаза глядят в потолок.

Я скоро приду. Исключительно ваш…

Я может приду, когда выпадет срок.

С неба обрушусь я градом камней,

И появлюсь, как сгущается тень!

В облаке брызг, и в фонтанах огней!

Ну а сейчас пока лень…

Эскиз воспоминаний

Мне вчера улыбнулась леди с глазами тигрицы,

Был вчера околдован я грацией дамы-змеи.

Ее руки нежны и легки,словно перышки птицы,

Обещали мне сон, сладкий сон, наяву на двоих....

В тонких гранях бокалов отражаются свечи,

Разум гаснет в потоке ненужных, бессмысленных слов…

И не помню я многого- помню улыбку и плечи,

Поцелуй и туман. Затихающий шепот шагов.

Это просто картинки- комиксы прошлого лета.

Это дней паутина, и карты рубашкою вниз.

Это то, что забыто. А потому и не спето.

Это голая задница! Это душевный стриптиз…

Колыбельная

Спи мой малыш. Вечер звезды разбросал.

Вышел во двор и достал свою свирель.

Вынул очки, партитуру пролистал.

Такт, утихая, протенькала капель..

Ноты, на крыльях своих мотыльки

Враз разнесли всем окрестным сверчкам.

Мокрым лягушкам у тихой реки,

Тонким и стройным речным камышам..

Вечер-волшебник всех взглядом обвел.

Каждый свои инструменты достал...

Взмах, и как лилия в речке зацвел

Вмиг полуночный и сказочный бал!

Ветер надул паруса кораблям -

Старым фрегатам по имени Сны....

Глазки закрой, бравый наш капитан,

И до рассвета скорее усни.

Ты путешествуй спокойно малыш,

В сказочных грезах, в загадочной мгле.

В небе ночном, выше облачных крыш,

В даль, на летучем своем корабле.

Мама склонится к кроватке твоей,

Доброю феей придет к тебе в сон.

Спи, покоритель бескрайних морей,

Спи, наш бесстрашный бродяга Язон.

Девочка Весна

Лишь полночь пропоют сверчки

И звезды выпучат зрачки,

Заглянут в лужи и проснутся фонари-

Один знакомый паренек,

Советам мамы поперек,

Уйдет гулять к своей девчонке до зари!

Даже скрипучее окно,

С ним каждый вечер заодно!

Оно и звука не издаст- такой секрет!

А он с разбега сиганет,

И в палисаднике нарвет,

Из свежих алых майских роз большой букет!

Окно раскрыто, тишина.

На небо выползла луна.

И облака заводят в небе хоровод!

Принцесса – юная весна,

В него так сильно влюблена,

Что стала девочкой земною в этот год!

Под веткой ивы, у реки,

Природе маме вопреки,

Она дождется встречи, зная – он придет.

Зажгут им свечи светлячки

И камыши прочтут стихи.

А месяц, лодкой став, их в небо увезет!

На плечи руки упадут.

Друг друга губы их найдут,

И ночь откроет двери им в волшебный мир!

И в Замке девочки- Весны,

Пусть будут все, кто влюблены!

И для гостей земных она устроит пир!

А завтра снова новый день,

И парень бродит словно тень.

Ждет снова ночи. А когда придет она:

С улыбкой милой на лице,

И в одуванчиков венце,

Его опять ждать будет девочка- Весна!

Неведомый

Состояние глупой ненужной тоски,

Нанесет на сукно в самых серых тонах,

Аккуратно и тонко сплетая мазки,

Рядом с радостью - горе, со смелостью- страх.

Он минором наполнит холста пустоту,

Покрывая изысканный грунт тишины.

Он художник от бога! А я..., молча жду

Повелителя странной забытой страны.

Открой глаза посмотри в окно,

И забудь обо всем и прими этот сон.

Этот сон наяву прими.

Открой глаза, пусть тебе все равно,

И протянет картину тебе в руки он.

Ты ее возьми.

Он надвинет на брови, свой царственный фетр

чтоб глядящий в глаза- в них не мог утонуть

Мастер кисти, и струн старых лопнувших мэтр...

Мэтр смеха и слез, что являют нам суть.

Он таинственный странник, и он домосед.

Его царство-седло, а держава- камин,

Бесконечно он молод, с рождения сед...

Он любимец толпы, и он вечно один!

И мольберт его - мост, полотно гладь реки.

Его краски - туман, ноты - звезды и тишь.

И подвластна судьба взмаху тонкой руки.

Так открой же глаза,

Почему же ты спишь?

Открой глаза посмотри в окно,

И забудь обо всем и прими этот сон.

Этот сон наяву прими.

Открой глаза, пусть тебе все равно,

И протянет картину тебе в руки он.

Ты ее возьми.

* * *

Умирают шаги вместе с эхом.

Простонав, закрывается дверь.

Одиночество встретишь ты смехом.

- Что, не веришь в него?! Ну, не верь...

Весь истерзанный и бесноватый,

Кровью меченый многих потерь.

Неоправданный и виноватый,

Словно старый и загнанный зверь.

Ты в глаза рассмеешься тоскливо,

Но, закашлявшись, кровью харкнешь...

И зальешь свои легкие пивом,

Извлекая из язвища нож…

И суровою черною ниткой,

Мат глотая, ты стянешь края.

И покажется жизнь вечной пыткой,

Для того, кто бежит от себя.

Вдруг какая-то черная злоба,

Как тайфун, захлестнет с головой.

Поклянешься, что вечно, до гроба,

Не согласен ты будешь с судьбой.

И, пока кровь сочится и каплет

И стихии грохочет набат-

Все хорошее в прошлое канет.

И любой без вины виноват.

А потом придет покой,

Будет день.

И прохлада сменит зной,

Сгинет тень.

И исчезнет той обиды

Глупой след.

И как не было беды,

Так и нет.

Мысли вслух

Егору "ТОЗ" Кулепову посвящается...

Все чаще жизни новости несут с собою грусть.

Прозренье. И взрослеть тревожней стало.

Чихал я на года и думал прежде:«Ну и пусть!"

Не может быть, что проживу я мало…

Да это нонсенс, выдумки! Полнейший это бред!

Любая ставка! От души! На « бочку»!"

Но, оглянувшись, понял- а ведь многих нет.

Не просто здесь. Вообще. Их нет, и - точка.

Они ушли по разному, ведь каждому свое

Начертано. Кто тихо, кто с надрывом.

Над кем-то кружат ангелы, над кем-то воронье.

Кто ровно жизнь прожил свою, кто криво…

И среди них ровесники и даже младше есть,

А, значит, тридцать восемь - это много.

И нужно быть готовым, что твоя умолкнет песнь

И позовет последняя дорога.

Все чаще жизни новости несут с собой тоску.

Но нет во мне ни страха, ни тревоги.

И я спокойно топаю по ней, как по песку,

По этой своей жизненной дороге.

Да! Тридцать восемь – много, но не хочется мне знать,

Какая цифра станет окончаньем.

Но я готов к ней. Полностью. И пробую писать…

И наполняю жизнь свою звучаньем.

Мишка поэт

Закат кровавым небо мерил,

Все поглощали гул и мгла.

И Зона, замерев на время,

С тревогой выброса ждала.

Из рейда возвращался к дому

На базу, вымотавшись в хлам,

Дорогой, в общем-то, знакомой,

«Заброску» сделав, «караван».

А выброс наступал на пятки,

И нужно было схрон найти.

Сыграть во временные «прятки»,

Чтоб, значит, жизнь свою спасти…

И старший жестами, условно,

Приказ команде подает:

«За мной в проем! И дышим ровно!

Авось чутье не подведет!»

Не подвело. В глубины ада,

Казалось, лестница вела.

В огромный зал. Но схрон - что надо.

Пора расслабиться пришла.

И, не включая свет, вповалку

Они устроились во тьме.

- Эх, кончились припасы, жалко…

Сейчас пожрать бы. Или, не!

- А ну, малой, слабо для старших

Стихи прочесть? Ты ж, вродь, поэт?!

- Да у меня, блин, подходящих,

Для случая такого - нет…

Могу другое. Не о Зоне.

О «доме» или «о любви»…

- А чем не темы? Жарь, законник!

Давай, не мямли, паря! Жги!

И паря жег! Сначала тихо,

Потом уверенней читал…

Потом умолк отмычка-Миха.

А с ним и выброс замолчал.

О чем читал? Не скажет точно

Вам из участников никто…

О чем-то нежном, добром, сочном,

О жизни, подводя итог…

И вдруг откуда-то из зала,

Раздался голос в тишине:

- Эх! Славно! Только, паря, мало…

Все это - словно обо мне…

О том, зачем подался в Зону…

Потом, о том, как в «Долг» вступил…

Что не вернуться мне до дому…

Отменно, елки! Нету сил!

Потом с другого бока басом

Раздался голос из угла:

- А я - в «Свободе»! Полюбасу!

И мне «старуха» жизнь прижгла…

Сюда вдвоем мы ломанулись…

Да только кореш уж погиб…

Там всё о нас… Как лопухнулись…

Ты, в общем, это, брат… Спасиб…

Такой вот крендель с прибамбасом!

Как вышло, надо ль разбирать?

Да только в эту залу разом

Спустились выброс переждать

И «Долга» квад, в составе полном

Звено «Свободы» - снайпера…

Ну и Нейтралы… Тихий гомон…

Щелчки затворов? Нет. Пора

Еще придет для разговора.

И будет петь меж них свинец.

Ну а сейчас - забыты споры.

Стихи читает им юнец.

Вы скажете: «Ну, это слишком!

Стрелять не стали? Сказки! Бред!»

Их помирил на время, Мишка -

Наш лучший Зоновский поэт!

Легенда

В распадке холмов, у реки, на опушке

В гармонии с тем, что вокруг,

Община древлян. Родовые избушки

Усыпали девственный луг.

И был божеством им, кормильцем и кровом,

К дворам подступающий лес.

С болотами топкими, с чащей суровой,

Источник даров и чудес.

А жили древляне естественно – просто,

Плодами природы кормясь,

Встречали года по разливистым веснам,

На праздниках тешились всласть.

Охота давала им шкуры в достатке,

Деревья- плоды и дрова.

Поляны же- россыпи ягоды сладкой,

Душистых грибов кузова.

И чтили древляне от предков заветы.

Творили обряды, волшбу…

К Столбам Родовым приходя на рассвете,

Свою узнавали судьбу.

На жертвенный камень со страхом ступая,

И в мыслях уйдя от всего,

Из корча трухлявого знак доставали,

Щепу сердцевины его.

Старейшины-веды, читая по цвету,

Изгибам и форме куска,

Затем толковали. Давали советы.

А жребий вбирала река.

Она уносила щепу и согласье,

Смирение с тем, что дано.

Никто изменить начертанье не властен.

И сбудется, что суждено!

Еще соблюдали такой вот обычай:

Охотник, что ловок и смел,

В леса уходил. Тем платил за добычу,

За то, что на кончиках стрел

Нес смерть обитателям чащи кормящей,

Заменой утраты на год…

И пусть он суров и, наверное, страшен.

Но беспрекословен. И вот…

Закончился год. Потрудившись на славу,

Община устроила пир.

Потехи, борьба и другие забавы,

Веселье наполнило мир!

В разгаре был праздник, когда пять старейшин

К Столбам, так уж заведено,

Пошли за пророчеством для всей деревни,

С дарами. С холстом и зерном.

Оставив свои подношения, следом,

Взошли впятером на алтарь

И взяли по щепке, как делали деды

В далекую давнюю старь.

Их вместе сложили и их толкование

Узнали. А вышло тогда,

Что тучи идут из неведомой дали,

И будет Большая Беда.

Большая Беда будет общим уделом,

Опустится лихо на нас.

И что-то еще, что пройдет между делом

От серых и с зеленью глаз…

Но как же понять? Толкование размыто…

И как уберечься от бед?

Волхвы же ответили: «Знание сокрыто.

Тому объяснения нет.»

Закат догорал, и окончился праздник.

И все расходились домой,

На тропках лесных только ветер-проказник

Играл пожелтевшей листвой.

И смелый охотник, удачливый самый,

В изгнание на год уходил.

А с ним верный пес. Друг проверенный, славный,

Что от роду не подводил.

Окинул он взглядом последним округу,

Не зная, вернется ль назад.

И, сняв поводок с шеи серого друга,

Он двинулся в ночь, наугад.

Все дальше и дальше от дома и крова,

На время людское забыв,

Ни с кем не простившись, не вымолвив слова,

На зов своей новой судьбы.

Завалы, болота, лесистые кручи,

Порой через слабость- вперед.

А время рекой проносилась текучей,

И канул положенный год.

Как тень истощавший и звуки забывший

Знакомые речи людской,

Сполна свою тяжбу лесам отслуживший,

Назад шел Славята. Домой.

Последние версты. Он домом уж бредит.

А в мыслях реки тихой синь.

Погиб верный пес после схватки с медведем,

Спасая хозяину жизнь.

И шел его путь через волчью низину,

И вот что увидел он там:

Лежит, опрокинувшись навзничь на спину,

Волчица, сдыхая от ран.

Рычит, и хрипит, и слезами бессилия

И боли залиты глаза,

Ведь смерть расправляет над ней свои крылья,

И будто бы хочет сказать:

-Вот там, в лозняке… Помоги…Умираю…

Вход в логово… Деток не брось…

Взглянул и увидел- беспечно играют

Волчата. Дерутся за кость.

И чудо! Меж ними увидел девчушку,

Годков так неполных пяти.

И взял он их всех, и повел в деревушку-

Недолго осталось идти.

И вот что достойно еще изумления -.

Девчонки смешливой глаза.

Зеленый один, как листва на деревьях,

Другой цвета туч в небесах.

Зеленый и серый. Добрались до дома,

Под неба знакомого высь.

Вечерили в лад, по- семейному, скромно.

А после и спать улеглись.

Девчушка на печке, волчата при входе,

Трещат и искрятся дрова,

Да только уже по околице бродит,

Как брага хмельная, молва:

-Видали глаза у найденыша? Диво!

Не это ль предсказано нам?

Закончились дни, когда жили счастливо,

Приблизился бед ураган!

Берем топоры! Да ухваты и вилы!

Прогоним незваное прочь!

И станем мы жить, как до этого жили!

Ату! Да поможет нам ночь!

И вот всей деревней к охотника дому

С огнем, и кольем, и дубьем

Собрался народ. Вопли, крики и гомон!

-Открой или хату сожжем!

Зачем ты привел это лихо лесное?

Ужели наш жребий не знал?

Проваливай прочь! Забирай с собой горе!..

Но тут рог в ночи зазвучал...

И свистнули стрелы! И кони заржали!

-Кочевники!!! Это набег!!!

Нежданно лавиною темной напали!

И кровь! И спасения нет!

И жгут они избы, и в полон уводят,

Накинув на плечи аркан…

Насилие,смерть, крики, ужаса холод!

И стелется дым, как туман…

А в выси небесной рассеялись тучи,

И полная вышла луна,

Послышался вой. Зов призывный, тягучий,

И вздрогнула леса стена!

И вышла из дома Славяты, девчонка,

Неведомое божество,

И с каждым шажком ножек девичьих, тонких

Творилось над ней колдовство…

Меняясь, росла, трансформируясь дико,

И шерстью покрылся вдруг стан.

Клыки и горящие бельма навыкат-

Свирепый, голодный лейкан.

И, в клочья кочевников вмиг разрывая,

Носилась, как призрак, во тьме,

Древлян же не трогала, как будто бы зная,

Жалея их в тяжкой судьбе.

И вот супостат уж последний растерзан,

Последний кочевник убит,

Нарост безобразный, уродливый срезан,

И чаща листвою шумит.

В распадке холмов, у реки, на опушке,

В гармонии с тем, что вокруг

Община древлян. Родовые избушки

Усыпали девственный луг.

А лес, без обиды на них ,неразумных,

(Славята за все отстрадал),

В годину лихую бед яростных, шумных

К ним «воина ночи» послал.

Не станет Беда повседневным уделом,

Отныне защитник у вас!

Хотя он и изгнан в леса между делом

За цвет своих сказочных глаз...

Фаина "ФАИНА" Лукина

* * *

Жизнь не кончится, нет, не кончится.

Тут, как сможешь - зови, не зови.

Вся в печали и груз одиночества.

Что еще ожидать впереди?

Время вылечит. Да, перемелется

Тут, как хочешь - кричи, не кричи.

Много позже в груди зашевелится.

Да, утрата..Но - позади.

* * *

Не смотри в мои глаза!

Ох, не раз обманут.

Для тебя их красота

Наважденьем станет.

Не пей с моих губ!

Смесь отравы с дурманом.

Для другого цветут

И прольются бальзамом.

Прочь! Беги от меня!

Заболеешь ведь мною.

Хоть в глазах полно огня,

Раззожен он не тобою!

* * *

Падай! Снег, падай!

Из года в год зима

Прячет и заметает

Слякоть и грязь ноября.

Лги нам, снег! Лги!

Верить обманом заставь,

Что спрятаны все грехи

От города и до застав.

Хватит, снег. Хватит…

Все расскажет весна,

Опошлив, приукрасит,

В чем погрязла земля.

* * *

Свести на нет-

Не сразу, понемногу.

Холодное привет

И Ангела в дорогу.

Не дать понять-

Уклончиво, с улыбкой.

Хотела бы я знать,

Что не было ошибкой.

Не раскачать

Прощеным Воскресеньем.

И замолчать-

Устало, с сожаленьем.

Прийти домой

И, написав все это,

Предстать перед Тобой

Разменною монетой

* * *

Твой наигранно-веселый тон

Душу выедает ложью.

Не на сцене! В жизни роль

Променяю на тень в ложе.

Весь спектакль для чего

В липкий занавес обмана?

Мне кого играть, кого?!

В этом чаде из дурмана.

Отвернусь. Ты растерялся.

Хлынула опустошающая боль –

Нами созданный плод ада –

Грех, играющий в любовь.

Замолчать и слушать повесть

Без игры, со стороны.

Обо мне же моя совесть!..

Господи, прости! Прости..

* * *

Блеск светящийся неестественен.

Громкие слова неискренни.

Верь тому, что манит нежностью,

Только это будет истиной.

ВЕЧЕР ЗИМНИЙ

Вечер зимний.

Ты стоишь у окна.

Взгляд безумный.

В целом мире одна.

Дым кальяна

Не развеет грусть.

За окном серенада,

Не тебе. Ну и пусть!

Пальцами узоры

Перестань выводить!

Дикие взоры,

А кого винить?!

Не луне молись,

Позовет не уступишь.

Не шепчи, не бранись,

Ее не подкупишь!

Ты убей улыбкой

Миллиарды звезд!

Утро, не ошибкой,

Вырвало из грез.

Солнце ослепило,

Заставляя жить.

За любовь полмира

Ну кому дарит

Игорь "Сержант"

В добрый путь!

Меченый! Я тебя спас и в благородство играть не буду! Выполнишь для меня пару заданий, и мы в расчете. Сейчас я тебе снаряжение выдам. Я смотрю, у тебя мозги еще на место не встали, поэтому буду тебе все объяснять, как новичку. Сначала костюм. Артефактов от радиации ты еще не нашел, а денег на антирад у тебя нет. Поэтому бери вот этот костюм. У него куртка и штаны подшиты листовым свинцом. Одевай.

Тяжеловато? Ну, это с непривычки. Привыкнешь, так бегать в нем как заяц будешь. Далее. Вот тебе КПК – карманный персональный компьютер. К нему в рюкзаке системный блок и батареи питания. Всего 30 кило. Вещь полезная. Сейчас я тебя обучу, как с ним обращаться.

Первая кнопка – это твои задания. Нажимаем кнопку, и из специального пенала появляется фломастер. Берем фломастер, на обратной стороне КПК пишем задание, например: - « встретиться с Доктором». Прячем фломастер. Как задание выполнил – надпись стер.

Вторая кнопка – твое местоположение на карте. Можно не нажимать. Эта кнопка никогда не работала и работать не будет. Почему? Ну ты странный. Ты ведь и так знаешь, где ты находишься. Ну, а если не знаешь, то это твои проблемы, не так ли? Или пить меньше надо, или закусывать плотнее.

Третья кнопка – контакты. Все, кто в радиусе 100 метров от тебя, высвечиваются на экране. Друзья – зеленым цветом, нейтралы – желтым, враги – красным. Очень удобно. Вот только кто-то в КПК вшил микросхему от светофора. Поэтому одни и те же люди светятся минуту зеленым, минуту желтым и минуту красным, потом снова зеленым, снова желтым и снова красным. И так по кругу. Так что врагов и друзей определяй сам. Лучше всего – по выстрелам. Если стреляет в тебя – значит враг. Если нет – друг или нейтрал. Ну эти все нюансы ты сам разберешь по ходу жизни. Трупы?

Трупы никак не высвечиваются. Зачем тебе трупы? Ты же честный сталкер, а не мародер какой-нибудь и не гробовщик. Ладно, поехали дальше.

Четвертая кнопка – карта Зоны. Высвечиваем карту, берем фломастер, чертим свой маршрут. Прошел – стер. Только фломастер тряпочкой стирай, а не ножом скобли, экран попортишь. Нож? Нож тебе Волк даст. Пятая кнопка должна записывать всех, кого ты убил. Но ее глючит постоянно, так что лучше делай зарубки на прикладе. Ну когда будет, тогда и будешь делать.

Так, с КПК все. Забирай. Блок и батареи в рюкзак осторожно ложи. Хрупкие очень. Теперь – ПДА – переносной детектор аномалий. Весит всего семь кило. Носится на поясе. Предупреждает звуковым сигналом о каждой аномалии в радиусе 50 метров.

Единственный недостаток – звуковой сигнал полностью совпадает с призывным брачным лаем самки псевдособаки. Так что через минуту после сигнала детектора все собаки в округе – возле тебя.

Но унывать не надо. Наука на месте не стоит. Вот держи ГПДА – глушитель переносного детектора аномалий. Тоже семь кило и тоже на пояс. Глушит все сигналы ПДА. Собаки ничего не слышат. Ты, правда, тоже, но ведь главное, что собак нет.

Что значит пояс сползает от этих двух хреновин? Во-первых, это не хреновины, а точные научные приборы, а во-вторых, пояс потуже затяни, чай не дембель.

Ну что? Не ползет уже? Вот и славно! Теперь пси-шлем. Одевай смело на голову. Конечно, тяжелый. Это же не пластик какой-нибудь, а высокопрочный чугун – лучший материал для блокировки мыслей. Чьих мыслей? Да твоих, Меченый, мыслей! Это чтоб никто не знал, о чем ты думаешь.

Нет, видно ты здорово головой ударился! Разве я сказал, что кто-то умеет мысли читать? Не сказал, и не мог такого сказать, потому что мысли читать никто не умеет. Как это – зачем тогда шлем? Ну ты даешь! А вдруг? А вдруг пока ты здесь мне нервы трепешь, кто-нибудь научится? А ты выйдешь без шлема! Весь как на ладони! Ну что тебе опять не так? Голове больно? Потерпи, через пару недель кости черепа деформируются по форме шлема и боль пройдет. Заботишься о них, заботишься, как отец родной, а им все не так!

Так, теперь новейшая разработка военных ученых - переключатель типа патронов. Не типа переключатель патронов, а переключатель типа патронов. Вот держи. Всего 24 кило, носится в рюкзаке. Необходимая вещь! Ты на машине ездил? Принцип действия переключателя аналогичен переключению передач в автомобиле.

Вот представь ситуацию: идешь ты по дороге и видишь впереди солдат в бронежилетах, а у тебя в «Калашникове» обычные патроны. Как это – где «Калашников»? Вот стоит на полке. Всего за пять тысяч. Ну, это пока нет, а будут деньги – купишь.

Так – о чем это я? Ах, да – о патронах. Итак, тебе нужны бронебойные патроны. Ты останавливаешься, снимаешь рюкзак, достаешь из него переключатель и выставляешь нужную тебе опцию. Видишь тут написано – «холостые», «обычные», « бронебойные», «разрывные». Ставишь рычаг переключения на «бронебойные». Далее. Вынимаешь из рюкзака системный блок и батареи питания к КПК. Под ними лежит рожок с бронебойными патронами. Достаешь его и меняешь на рожок с обычными в твоем автомате. Потом аккуратно складываешь все в рюкзак. Всего 15-20 минут, и ты готов к бою.

Теперь рация для связи со мной. Да не бойся – она легенькая, не больше десяти кило. Ну и наконец – специально для тебя – бронированный спальный мешок. В нем можно от врагов с горки укатиться, и ничего ему не будет. Тебе что будет? Не знаю, проверь как-нибудь. Вот и все. Иди теперь к Волку, он тебе расскажет, что дальше делать.

Что такое, Меченый? Что значит - с места сдвинуться не можешь? Как это - тяжело? Ну-ка, ну-ка, дай я на тебя посмотрю. Да у тебя упадок сил просто. Ты когда последний раз ел? Три часа назад!? Да разве можно так над собой издеваться? Откуда же силы возьмутся? Сейчас я тебе банку тушенки открою. Ну что ты, какие деньги! Потом отдашь, я записал уже.

Так, давай ложку за папу, ложку за маму, за Сахарова, за контролера. Меченый! Снорк плакать будет! Съешь за него ложку! Вот молодец! Теперь пошли, пошли. Вот как хорошо! Тут лестница, давай я тебя подпихну. Вот! Вот и дверь. Ну, теперь уж ты сам двигай. Пошел! Пошел! Хорошо идет! Э-э-эх, упал! Эй, вы, двое! Поднимите Меченого и дотащите его до Волка! Надо же человеку задание получить. Сами не попадайте! Ну, проветришься – заходи!

Отчет о прочтении

Пришел домой поздно. С отвращением съел «Анаком» и сел за комп. Зашел в «Творчество сталкеров». В поиске набрал «сталкеры шутят» и начал читать. Было два часа ночи. Взрывами смеха разбудил соседей. Стучали в стены. Продолжал ржать. Пришла соседская тетенька в одном халате. Ржали вместе.

Пришел соседский крутой дяденька с бейсбольной битой. Ржали втроем. Дяденька иногда отлучался отогнать битой вновь приходящих. От смеха началась икота. Дяденька налил мне стакан коньяка в лечебных целях. Заснул.

Проснулся рядом с соседской тетенькой. Дяденька продолжал ржать за компом. Посчитал трафик. Решил встать и выключить. Потом посчитал силу удара битой и стоимость лекарств. Дешевле не вставать. Заснул.

Проснулся от шума в квартире. Рядом с дяденькой стояли два парня. Как понял из разговора это – сисадмины с его фирмы. Они доказывали, что переписывать ничего не надо, а все это можно прочитать и из офиса. Дяденька им не верил. Заснул. Проснулся от звуков выстрелов. Дяденьки не было. За компом сидела тетенька и рубилась в «Сталкера». В рассуждении чего покушать побрел на кухню. Был шокирован. Тетенька приготовила обед. Давно так много и вкусно не ел. Снова заснул.

Проснулся к ужину. Опять много и вкусно. Тетенька рубится в «Сталкера». Выглянул в окно. К гаражу дяденьки админы тянут выделенную линию. Спал с тетенькой и отдельно, ел много и вкусно. Счастье так скоротечно! За тетенькой пришел муж. Он сказал, что тоже хочет вкусно кушать. Тетенька ушла, обещав наведываться и уперев диск «Сталкера». Из гаража дяденьки раздаются взрывы хохота, пугающие собак.

Авторы! Пишите еще и посмешнее! Соседских тетенек еще много, а я уже привык много и вкусно кушать! Не дайте погибнуть!

Шлите деньги!

Профессор Сахаров был крайне недоволен.

- Да-да – говорил он, нервно расшагивая перед Кругловым – Опять – двадцать пять!

- Да-да – повторял он, сшибая по пути стулья – Двадцать пять! Двадцать пять миллионов рублей мы заплатили Меченому за его квесты! Каждый игрочишка, запустивший «Сталкера», считает своим долгом пригнать Меченого к нам, натащить всякой дряни в виде хвостов, ступней и копыт, а мы, видите ли, должны это оплачивать! Есть ли предел этому безумию? Я вас спрашиваю! Доколе? Мы тачками вывозим хвосты и копыта в болото! У нас весь двор вымощен уникальными бронежилетами, вместо тротуарной плитки! А артефактами мы облицовываем стены в сортирах!!! Так дальше продолжаться не может! Вместо научной работы мы ведем торговые переговоры, а вместо диссертаций пишем долговые расписки!

Вот что, Круглов! На тебя последняя надежда! Бери оставшиеся у нас три миллиона и первым же вертолетом – на Большую землю! Задания таковы : подкупаешь обозревателей в «Игромании», пусть пишут, что хуже «Сталкера» игры не бывает. Пусть переделают рейтинги и опросы, они это умеют. Далее. Оплачиваешь диверсию на дисковом заводе, желательно именно в цехе по производству «Сталкера». На оставшиеся деньги скупаешь все диски «Сталкера» и привозишь сюда. В болото кинем. И, прошу тебя, поторопись! Я на локаторе вижу, что этот гад снова к нам прется.

Круглов вышел из бункера и, захлопнув за собой массивную дверь, показал Сахарову язык и фигу. Ни к какому вертолету он не пошел, а направился через поле навстречу Меченому. Встретившись, друзья обнялись, и отправились в Бар, где начали грандиозное распитие спиртных напитков, с подобающими этому занятию излишествами.

И все были довольны, особенно Бармен. Только новички-геймеры ворчали:

- Что это за игра такая? Всего один квест – «Сходить к бармену за добавкой»!

А опытные ветераны давно уже поставили счетчик пропитых Меченым денег, и читая «Творчество сталкеров», посматривали на него. Они-то знали, что когда на счетчике высветится ноль, Меченого можно будет сгонять к Повару, а потом куда угодно.

Только вот у Сахарова-то денег нет!

Так что, новички, если хотите пройти в игре дальше «Янтаря» - скидывайтесь кто сколько сможет и шлите деньги в нашу ветку. А уж мы Сахарову Передадим

Алексей Патрушев "Са-афтары" Олег Орлов

Палёт в Луну

Типа раскас а том каг сталкеры в Луну летали, и чо там с ними было.

-Леха! Ты тока прикинь друк, чо я счас в бенокаль увидел! Какая-то сволач, пряма в глаз Луне чота типа столба вагнала! Изверг рода нечелавеческого наверна. Каг так можна измывацо над беззашытным типа, существом?! Значитсо таг: надо быстренька, набрать экипаж из атьявленных сталкеров, я бы даже сказал - конченых сталкеров! Все адно пока делать нечего, до выброса время еще есть, а вотка уже не лезет в организм. Кое-кого из танчега можна взять… и ф палёт. Эх-х..Жалка женщин в Зоне нет. Без прекрасного пола - какое может быть путешествие?! Так, банальная пьянка с мардобоем.

Абязательно нада - погрузить Т-72. Будет у нас вместо Луна-хода, вокаг! Хочет-нехочет..Не важно. Прикрутить к нему энэргетическога вомпира, вдрух перебои начнутсо, с элек… электир… электричесвом. А мы его раз! К сети патключим, вот и напругахолявная пошла. Крутто я предумал?! Экономея! ГосПлан и ГАЭЛРО - атдыхают! Магнаты электрические - нервна курят в старонке! А штоп сталкеры беспарядки не нарушали, надо сержанта ВВС угаварить палететь с нами. Он хулюганоф пастроит на счёт; раз-два-левай-правой!

Па теме скажу так: нада, архиабизательна нада... Для ночала нада апределица хде строеть будем? На каком гарютчем двигло сабираемся летать? Насчот вампира, прекрутить к Т-72. Сагласный - нада... Калютчей провалакой... толька люминевой, памягче будет - чай (не зоварка) не чуждый нам элеме... не - не мент... нечуждый нам таварещ!!! А ващета, где-та даже и друк. Тока с закидонаме, но хто из нас без греха?! И эта, нада ужо тринировки наченать - бес воздуха дышать. Летедь та долга, и фсё в безваздушнам прастранстве...

Не забыть взять с сабой плюшевого мидвижонка. Каг же их звале-та... Эвоки-Кивоки?! Зобавные такие... Помню только, что они всех тычут кривым капиём. Кто им не нраветцо - таго капиём... И урчат... ласкава таг, как дизель танчега... мягинька. Кста-те, пра мидвижат - счас чревато песать... Могут неправельна панять. И исталковать апсалютна превратно. = Происки КаГаБэ??? Медведи счаз в пачоте. Вот прям седня, всё и началозь...

Ф-ф-ф-смы-ы-ы-ысле-е-е-е??? Тренеровка без воздуха дышать началась?

Х-Х-Ы-Ы-Ы… пачему непредупредили-и-ы-ы-ы... Извените за флуд. А патеме скожу:

- Литца уих кабуто керпетчом задвинули... Прекольные-е-е... Как тока зубы-та не вышыбле?

Наверна невышыбли патамушта ане аднафамильцы пре...дка... медветдя! Да! Именна таг! - Сенит - Чемпион! (Мишо Байардцкей)

Динамик на территории Бара:

- Сталкеры! Требуютцо дабравольцы для спасательнай экспидицыи на Луну. Если вы ищете приключений, вам тесно в пределах Зоны и просто устали от бесконечной беготни и стрельбы. Монстры - уже снятцо па ночам, а кравасос пристаёт с неприличными но выгодными предложенниями, тогда вам прямая дорога в Бар. Спросить у Бармена, но луче у ХРОНАВТА. Требуетцо - семь реальных потцонов. Групировка\статья\срок - не имеет значения. Будут расмотрены и адобрены все кандедатуры. Оплата-деньгами, равными долями в теченее ...цати лет... В билетах WWW!!! Предусмотрены премеальные за риск. Ваучираме рыжова ката GSC!!!

- Ну, как?! Ничё абьява? Каг думаешь, нарот падтянитцо? На ваучиры - как карась в весений ледоход, а??? Ты чё малчишь?! Ты где бля витаешь апять?!

- А?! Я - Мор! Доктор Мор! Солидно звучит, да?! Пачте каг прафесар Мореарти. Или доктор Моро.

- Ну блин, апять пагнал... Море артов ему. Быстра карманы вывернул! Чё там у тебя? Нада зашить их тебе кстате. Апять на пятак набрёл, да?! Ладони пакаж, знаем мы ваше: пат грузовеком домкрател, калодки снасились. А пад нагтяме шо? соледол штоле?

- Оне первые начали... Я не хотел... Обьява ничё, толька зачем? Нас уже и таг пятеро… почти… если сагласятцо. Еще дваих и таг найдём.

- Не-е-е брозер, тут ты не праф! В любом деле, без шума, без рекламы никуда. Да и ваще, лишний пе-ар, на палнейшею халяву-он не помешает. А тибе што? Этой туолетной бумаге пажалел?

(не-доумена патряс пресом банкнотов с патретами, на каторых весела абнемались Мовродек с Чубастым, наглым, рыжым катишщем GSC...)

- Не-не! Мне не жалка. Тем более - эта ты эти бумаги всю ночь рисовал. Тока вот сомневаюся, что сямирых хватет. Дело то не простое. (тут нада вставить ази:ро и других персов с теней и обьяснить патчиму оне крайне нужны. Предумай че-небуть, типо: [ази:ра-а-а] музэкант и в кампутерах прошареный весь. Он даже материца как-та, ну незнайу, пачти как Гаджеты - мандрии-и-ива-а-а, фитипи, какиета, а есчо казырно таг гаварит: - У меня "Линукс", детка. Чоза зверь такой, неведомый?! )

- Абля, ладна, с экипажем патом разберёмсо. Я двигло к нашему пепелацу надыбал, в 24 век пришлось перемещатцо. Хател калайдэр скрасть - но ахрана не дремлет. Но я лучше сделал, у самих РАЗРАБОВ спер новый супер-движок. Работает на тахионах. Правда запоха перегара непереносит ваще неразу, сразу разлогаеца на спирт и огуртцы бочковые.

- Где он!? Пашли паглядим! Што там за огуртцы с кабачкаме.

- А чё хадить, вот он! (торжествена выкладывает на столик спичечный карабок)

* на карабке - агитка: пре пожаре наберать - )!, * склеросбля, - цыфры попутал -

- Бали-и-ин… мог бы и дагадатцо\нитраты\гидропонека (дастает из рюкзака паперосы)

*Поперосы Герцеговиена...хтьфу, Богатырррььь*

Бармен (даставая биту из пат прилавка): - Э-э-э??! Вы чо тута сабрались делать?! Чайовнетчать пажалуйте в ТД, или на Склоды Армейские… Не в курсах, чтоле - прапаганда запрещена указом свыше?! Жестоко караетцо!!! Вплоть доудоления профель..ль...ль..я...я...я... ть

ХорМодеров: Удален на ...ацать минут, до конца игры... В Чистом Небе не ждите и не исчите.

- Это - ДВИГОТЕЛЬ!... Дяревня!, атветил Бармену ХРОНАВТ - Мощнасть - три тысячи чиртей! Проста - чтоп не патерять палажыл в коробок. Он же - маленький! Примастрячим этат движог к нашему танку №2\3\4, сквозняк плостилином загерметезируем. Снимемся с системы Я.К.А.Р.Ь. Им.тов.Седого и вперёт! Черес тернии - к звиоздам! Хателась бы па латыни, но в йазыках не силен..

Сталкер: - Эх, чорт! Хоть бы кто памог...

Фтарой сказал, мечтательна прищурившысь: - Нада на пепелаце граффити кросивое сделать. Чтоп издалека видно было...

Племянек: - Ага! Ну наверно ты и сделаешь?! Как абычно, напишешь"хуйпеста" и доволен. Умней нада быть... в твои-то года... Тыж на Зопорошце напишеш - Porsche Cayenne? Нефегаж не паедет стопецот келометров вчас!

ХРОНАВТ: - Ну ладно вы, экепаж, с двиглом апределились, корпус тоже есть. Нада за топливам иттить.

Фтарой: - Забыл спросить кстате, что у нас выступает в качестве топлива? Бензин-та нынче сцуко дорагават. - Лучше бы канешно - Ибанат Натрия найти, но пал-тара/два "Бенгальских огня" тоже хватит, и туда … и обратно.

Осведомитель: - А я знаю, где их взять можно. За не большие, а ОЧЕНЬ БОЛЬШЫЙЕ дэнги магу сказать. Да ладно-о-о-о..., на Кордоне, недалёко от Сидорыча, есть заветный тоннельчег с аномалеями. Вот там. (голосом сказочной феи) - Но помните! Что взять их нужно, после двенадцатого удара часов! Когда из часов Меченый каркнет двенацать рас: МММАААЧИИИ!!! Иначе, ваши туловища превратятцо в шашлыг!

Бром: - Бгы-гы-гы-ы-ы... А голова - в тыкву!

ХРОНАВТ: - Вот тормоза... Палтара/два. Абычных. Кетайских. Фейерверка. В народе называют - Бенгальский агонь.

- И де мы их здесь вазьмём?! Что та я супэрмаркетоф не наблюдаю па близасти... И ларькоф - тоже няма.

- Па DHL закажым... тычо? - У Сидоровеча, стопудоф имеецо. Он сцуко зопасливый... У ево даже сало, зопозолонишнее есть! Точна знаю - сам видел. Вот тебе крест - размашисто перекрестившись атветил ХРОНАВТ.

Фтарой: - Апять снорков стрелять придёццо. О! Пра монстров. Тут на днях, мне кравасос папался… Всадил я в ево восемь зарядов со своего верново (спасиба Катчирге) СПАС-12, а он сцуко, за бочину схватился, и, поскуливая и прихрамывая на рывки ат меня. Черес километр, только догнал я ево. Нажом дабил поскуду - штоп не мучелся. Прошареный такой, умный бля... Как Анатолей Вассерман... и борода есть... точно! Ухтыжбля... Как я раньне не вкурил-та! Этаж, б...

Бром: - Да, вообще умнеет фауна - не падецки умнеет, тоже замечал. Скоро они квесты на нас будут давать, за бабло не слабое. Типа принести: … стопу Долговца\глаз Свободного\членз Бандита\мазги Сахарова\партянки Сидорыча. Вы вон на мух посмотрите. Они же в противогазах уже летают. А вон у той, нундной мухи, даже монтеровачка маленькая есть, и што самое - называецае энта монтеровачка - гвоздотдер

Глова фторая.

Пачиму-та уже в орбите Лунны.

Глядя в затянутый мутной целлофановой пленкой иллюминадор, Фтарой истошно заорал:

- Леха, давай абруливай эту кучу железного хлама сцукамля! Откудова она толька на арбите взялась йопта!!! Счас того и гляди, пропорем апшывку, и точна кранты всем. Воздуха-то у нас, последний чемодан астался. И занять не укаво.

- Несцы! – с трудом варочая торсионами ответил Леха Хронавт – И не такое на гусенитцы наматывали (с) Сержанд ВВС… А так же катками - раскатывали… в хлам...

- Это поселение небесных сталкеров - из грузовога трюма па внутренней связи пробасил на второй передаче Т-72, - йа их знаю, они мирные. Живут тут себе патихоньку. Никаго не трогают. Хабар сабирают за долю малую. Да барыгам межзвездным сдают.

- А ракету в глаз Луне не они зарядили? - поинтересовался чистящий устрашающих размеров шестиствольный пулемёт Сержант Имперских ВВС.

- Не-е-ет. Не они. У них технических вазможностей таких нет. Такое под силу разве что Верховному Разрушителю... Да и то, врядли - прошелестел негромкий голос из сумрака.

- Кто здесь?! - одновременно са звуком извлекаемой финки спросил Фтарой.

- Ну, здрасте-е-е... Вот ЭТО, мне уже решительно не нраветцо! Кто меня алюминеевой проволокай к Танку примотал? А?! Пажызнена?

- Не дёргайся – вытирая пот со лба, Хронавт успокоительно приложылся локтем вбок вечному другу. - Забыл сказать тебе, я энергетическаго вампира в трюм заманил, вдрук чё с энергией случитсо, а у нас, резервов та нету. Паработает тагда реактором. Не переходидь же всамамта деле на метан из этих.., из фекалиев?! Ну а проволокай прикрутил, чтоп не сбежал па дароге.

- А... Ну эт ты маладетц! А переводчика не забыл в суматохе?- спятав ножиг спросил бандюган.

- Кто это у нас ТУТ переводчик?! - раздался трубный голос Танка из трюма.

- Да маленький такой - медвежонок, типа плюшевова. Кивоки - вроде таг их завут. Всё йазыки панемает... Умный зараза-а-а... аш палетц в рот не клоди - кудатам цыркулярке! Но! Один минус все-таки есть, пастаяна ходит с капием, кто ему не нравецо - таго капием - придавив указаталным пальцем к переносеце норовившие упорхнуть в дебри невесомости отчки, ответил Хронавт.

- Я его на камбузе запер, вместе с бандой малолетних гномов-сапёров - вкручивая запал в термоболическую гранату сказал Сержант. - Думаю, что наш кросафчег повар не пустит их на рагу.

- Вот блин! Скока народу с нами палетело-то сцукамля... Куда только все влезли-то. Тото я смотрю, расход кеслорода быстро канчаетцо. Думал что плохо загерметезировали, или пластилин левый папался - пачесав затылог Михе Боярдцкому, недовольно пробурчал Фтарой. Кентовр, перецокнув ва сне копытоме, подлетел к переборке, при этом сделав тройной аксель, сладко - па жырибячье фсхропнул... три раза...

- Да ладно тебе, всем места хватит, и дело - каждому найдетцо. Снаружи на апшывке ещё и захаим телевизор примастилсо, но тому ваще ничё не будет, мало-того что "Телевизор", так он есчо и "Захаим". Не павезло чуваку аднака....Но чем больше, личных саставов - тем их лучше.Вдрук на Луне нарвемся на Урванта?! А его вдваем не адолеть... Силен он бродяго - пинком включив автопелот системы МиГ, сказал Хронавт. Нагой зашаркнул пад шкафек хиртую рожу, ась?... ага - ево самОво...

Зы-ы-ы-ы... Бя-я-я-М... Празительно взвыла караблядская сирена: Красныйе букавы на чорном фоне - Danger!!! Alien!!!

- Нукак эта превесть-та? В йазыках не силен. Краснае на чорном??? - зачесал репу Фторой...

Проткнув пальцем цалафан на илюменатаре, Хроныч с любапыством прельнул глазом к абразававшыйся дыре... не - к атверстею: Данунах, какой нафек, ЧУЗОЙ? этож нас главветарат догоняит... Всё - НАМ пистец... Если павизёт, то толька в рабство абратит.

Часть№3 - исчо НЕ приквел!

Атбив пре помощи атомново супер-бревна атаку ветератов Императора Викториана №3, нашы герои прадолжыле свой палёт к ессественому спутнику плонеты Земля.

- Ну что Леха, давай сажай караблег. Прилунятца, таг сказать. Пора. Проверив оба своих ножа и кистень за пазухой, сказал Фтарой.

Погода в этот час на Луне была заметчательная - шол мелкий дождь из балтоф и гаек, а так же выпадали небольшие фрагменитрованые кусочки ветератоф в виде града. Караблег прилунилсо сильно удачно. В нескольких келометрах от места пасадки было видно агромное вазвышение, с фаллическим паттекстом... сильно похоже на рокету....

- Ну, нихуйа сибе струйа... - присвистнул Фтарой - Дооо… Как мы ЭТО будем вынать?! Каг бы нас самих... Это... того....не вынуло... Окаг....

- Да ладно тебе. Придумаем на месте, как всегда.- сказал Сержант, и добавил, лязгнув затвором: - Ну что мужыки!? Вперет, геройствавать!

Па пандусу, патихоньку, на первой передаче съехал Т-72. Взрыкнул тысечесильным дизелем, павадил ствалом пушки, каг бы апределяя направление главного удара: - Туда! Экипаж в машыну - десант на броню. Бутдо выстрел, хлестко прозвучал преказ. С трудом примостившись на жосткой броне (железная хуле), обьвязав себя верефками чтобы не улететь в космас, отважные сталкеры продолжыли свой пахот.

Подлетеф на всем хаду к типа фаллосу столпа, транспарное срество передвижения (Т-72 модефикацыи Луноход) астанавилось.

- Всё! Астанофка Березай - каму нада вылезай. Дальше сами, туд я вам не памошнег, рук -то у меня нету... Думайте каг вы ЭТО вынемать будете.

Паходив кругами вакрук квадрата, падельники решыли взрывать.

- Ну а чё Леха, выходов та больше нету сцукамля.....

- Ага... А довай, пусть есчо вампир наш энергетический папробует ЭТО вынуть!? Зря что ли мы его сюда таранили?! Алюминевай провалаки два кило на него извели... Цветмет - между прочем - предложыл вечный друх...

Вампир долго брадил кругами, забивая всем моск заклинаниями, а свабоде воли. Делал пассы связаными руками, надувал сщоки, аж летсо пакраснело... (тоесть приняло не-естественный для вампиров цвет)т- Нет, не магу. Не палучаетцо, слишком много энергетических патоков. Ничего не выйдет - понурив голову, признал сваё паражение темный.

- Слишком много энергии!? Ээх... Чубаса на тебя нету. Приморье епт... Огорчоно взмахнув рукой сказал Хронавт - Где гномы?! Пусть рвут нафек!

Гномы пат чутким рукаводствам в дрыбогдан Пьяного сталкера с имперцкими замашками, принялись деловито устанавливать зоряды. Рассуждая о капсюлях/детонаторах, манархии и пачему-то о сахаре. Видать - сладкаешки... а может для браги?!

- Все, гатова! Можно взрывать - хором доложили Гномы.

Отпрыгаф метроф на ...дцать и спрятафшись за корпусом танка спасатели как па каманде дружно шыроко открыли рты... так как танк аказалса в невесомасте гаразда праворнее самих сталкероф - то накрыл йих купалом своей пицотмилиметровой лобовой кости...хтьфубля - брони, конешноже брони...

Тыгыдым-тыгыдым-тыгыдым - громом в бизваздушном прастранстве паслышылось састараны коробля...бля...бля...бля - Мима акрытых ротов каманды спасателев, зоддрав в бешоном голопе фост, гегантскими скотчкаме, величава проплыл в сторону места падравных работ... Михо Бояртдцкей, онже Кентовр, бля!!!

Новостев насмарелся - просрался каментами Зохаим Телевизар: - CNN передавает в примом эфире...

Апшто утку запостили? - закрыл вапрос Фторой друк: - Неушта амнистия Главветерату?

Да нее, - вступил с синхонтным переводом Вошть кевоков: - тырымс, пырымс - игра непереводимых, ноутчных терменоф, во - суть: брегада ушкуйков, с плачевно извеснова сваими перадскими престрастеями, ресурза, распаложенова на домене ру - пририпутала, спьяну (ИМХО лична Т.Тернера), абьекд падрыва!!!

хроhabt: - тота ТрехД'Ралтаньяноф так пранесло... Разменировать ломанулся, совеслевый наш... Доперестроечной закалки, ПОТРЕОД! Теперь таких уже не делают.

Стакеры волевым усилием, сабрали все свои глоза в кучку - ШТОЖЕ МЫ ЗОМЕНИРОВАЛЕ-ТА, А???

В тяжких раздумьях команда спасателей погрузилась на средство доставки. Танк резво рванул с места и, пыля, лунным реголитом стал быстро набирать скорость, удаляясь от места преступления. Судорожно вцепившемся кто, за что на броне сталкерам, были слышны обрывки распеваемой им песни:

…водители старпёры… и по лесам морям и по луне!

Приблизившись, к месту своей высадки на Луну сталкеры увидали ужасную картину. На обломках ихнево космического корабля прыгал, доламывая остатки Викториан №3. (Извеняй Кузер, но пришлось сделать тебя ГлавГадом... Там боле - зобанен и атвететь на критеку не могеш)))

- Вотъ вам рокета! А это вам за атомное бревно! А это за мой дворетц! А эта за то что вы смиялись над маим землекопом!!! Пешком и без хлеба домой, на Землю пойдете! Вотъ! Вотъ!! Вотъ!!! Йа круут!!! Упс...

Увидев направленные на него стволы всех марок и калибров, и даже одно капиё, сделал жалостливое летцо, поднатужился, и взмыл в поднебесье на реактивной струе-е-е...

- Хорошо пошол, видать к дождю - приложыв руку казырьком сказал Хронавт.

- Он улетел, но абесчал сцукамля вернутцо - сплюнув себе в шлем, добавил Фтарой.

- А ведь он знал что делал. Пешком мы не дойдем, левой, правой, левой, правой. До костей ноги сотрем, а не дойдем - прибавил Сержант ВВС.

[* xpoh, папытался, партянкай xpohabta, стерть следы возмущенея с зобрала шлёмо-фона Мор'а...

- Атлезь... они снутри стекла наследили - саме сдохнутъ, вот тока похоладает...*]

- А может, на Танке доедем?- предложил кто-то из толпы.

- При нынешних-то ценах на дизтопливо?! Ага! Тут ведь, такие дистанцыии агромного размера, что за сто рублей на такси не доедешь - зло, со знанием дела, сказал Фтарой.

- А-а-а-- послышался приближающийся крик. Бум-с! - Три тысячи чиртей!!! - Подняв тучу лунной пыли,и вырыв средних размеров, кратер прилунился кентавр Мехоил Баярцкий.

- О! Вот на нем и поедем. Сделаем волокушу, оглобли приладим, и вперед! - потирая руки радостно предложил Хронавт.- Нада Бармену пазванить, пусть паляну накрывает, у меня как раз день раждения. Пагуляим ат душы. Проставляюсь.

Быстро запрягли упирающегося кентавра в валакушу, взнуздали. Закатили Танк.Расселись. И весело распавая разудалые песни, сабрались ехать поновой

- Ноо!!! - вытянув кнутом па спине кентавра, разнуздано прикрикнул Фтарой.

К вечеру уже пили вотку "Козаки" в родном Баре.

И дружно пытале Кентовра на тему: Тчевож мы токое зоменировале???

Алексей Патрушев "Са-афтары" Олег Орлов

«Беблеотека Персонажей Зоны»

Все совпадения не случайны, все персонажи апсалютно, апсуртно реальны.

В бар, пыхтя как стопицот загнаных паравозов, вбегает сержант, нет-нет, не ВВС, а сержант Киценко:

- Там это.. это…такое…ектышь.. слов нет, этат…Проста Ужос что! (падает без чувств на пол)

Пол презрительно. англецкий аристкрат хуле:

- Фи… истерик и слабак.

Меченный, небрежно так:

- Бармен, а налей ему вотки, за мой счет, на.

Бармен (поворачивается к стойке, бутылки начинают подпрыгивать):

- Ну, ни фига себе.…Первый раз вижу, что бы «Казаки» по стойке смирно стояли, и сами по себе в «Смирнофку» перекрасились… Я тут не при чём, они сами...

Из каредора слышен Гарика:

- Да я молчу, молчу. Проходи, задерживайся сколько хочешь… Я же не против, работа просто у меня такая.Только поаккуратней тута, ладна?! Мне же потом убирать. А я не нанемалцо в горничные.

В бар входит (счас будет длинное и нудное описание персонажа).

Здоровенный такой чуваг, правый бицепс - толще кровососа, рост - НЕ может НЕ нагибаясь пройти под мостом с Кордона на Свалку. Шрам на лице, будто его пагладил кровосос, на запястье-татуировка в виде аскаленой пасти волка. Чуствуетцо, что он - пожизненный одиночка. Экзоскелет с заплаткой на локте. Лопоухий. С золотыми передними зубами. Тяжёлый, рваный шрам через левую щёку. В пистолетной кобуре у него БТР. Шрам на плече и на шее от ножа. На руке шрам. За спиной - гитара, на плечах - чёрный плащ. Под плащом - маскировачное пончо с капюшоном. В лице, есть что-то крысиное. Волосы на затылке - грубо вырваны. И, иш-шо сотня другая рубцов и шрамов скрыта ат пастароннех, нескромных глаз под остатками засаленаго армейскаго комуфляжа. Татуировка на плече - "Паша Воля". У него, очень красивая форма черепа (извиняй сел, не удержалццо…) Тяжолые, армейские берцы, в ховне имеющем вид и цвет аплавленой детцкой неожиданасти. На голове - корона императора вселенай. Ярко-жёлтые, нечеловечески нечеловеческие глоза. Вместо шарфа (кашне) - намотана пушка от Т-72.

Это аццкое атродье, с трудом протискивается к стойке и говорит:

- Нуче?! Пестец вам атцы... Звали?! Я пришол… Я долго к этому гатовился. Ночаме сцуко не спал. Счас начну страшно мстить вам, за все мои бесчисленные шрамы, за юность загубленную па малолеткам, за проблемы в армии... Да и вообще... (Страшно кричит громким голосом) Абыр-абыр..Я!!! ГОЛЕМ!!! Я!!! Гомункулус!!!

Фтарой (боком, как краб, пытаеццо обайти с боку): - Сичаз… Сичаз... Падожди не много, собака енотовидная, войди в зону поражения.

Отлетает как пушынка в сторону,отброшеный небрежным ударом.

ХРОНАВТ (вараватым привычным жестам - из подманжеты - достает микроаннегелятор Шлезингер): - ЕбыХХХ!!!

Аццкое Атродье, разлетаиццо на брызги, как в терминаторе - жидкий робат.

Бармен:

- Гарик! Жорик! Где вы вашу мать! Тащите клизму семиведёрную, саберите ЭТО с сэра Пола и слейте в унитаз.

Фтарой (обижено ХРОНАВТУ):

- Ну и куда ты торопился?! Я бы его сам уделал на раз, вот, гляди что у меня есть(достает красный молоток).

Хронавт:

- Да, это сильная весчь,пасильней синих пасатиж будет..

Фтарой:

- Ты куда теперь?!

ХРОНАВТ:

- Не знайу исчо, (чешет задумчево между бальшими пальцаме ног) - толе в хронопереход за розами к васьмому марту, толе пешком - валить Исполнитель с той же целью.

Фтарой:

- А я на мост. Дела. Типа встреча с Ахотнеком.

Голоса.

1голос: - (истериччно) Когда это закончетццо!?

2голос: - Што? Смернофка???

1голос: - Нееет , паперосыыы Беламор!!!

Канцерт, онже гонкурз, онже пахот на склоды за танком.

Но все там же и тогда же…

В динамеке рации, стоящей, под стойкой у Бармэ-э-эна слышны треск и шипение.

Бармэ-э-эн: - Ну-ка.. ну-ка…Чего тамнах…(настраивает волну)

Становеццо атчётливо слышен причитающий голас:

- Вишка… Вишка… Прашу аварийнай пасадки. Я борт «0-69», командир Билят Муйжуев.Чартер, асвабадите запасную поласу…(треск памех)…детенпула……

Со стороны Свалки слышно басовитое гудение, скрип тармазящих пакрышек…

Вопли Прапара…Куды прёшся….Мы, в каво папала не прапускаем.… Ох, епт!!!

Заливисто лают сабаки. Скрежет. Патом все стихло….

Бармэ-э-эн: - Ну что, Меченый, пойдем, поглядим что там?!

Меченый: - А нам надо? Счас сами припруццо…Все дароги ведут в Бар.

Кодык Бармэна: Ты чобля? Чуиш, какой прыбылью нюхает?

В Бар вбегает Асведамитель:

- О, братва.…Купите инфу. Недорого отдам… Бляаааа…. Йазыг жгёццо, ладно,так расскажу, даром. Там самалиот с артистами приземлилсо, аварийная пасадка. Пестец шо делаитсо-та, звизда на звизде, и вакрук адне звёзды.…Летели на гонкурз, над Зонай афтапелот сломалсо, пошли на вынужденную.

Бармэ-э-эн: - Продолжай…

Асвидамитель: - Так вот, теперь концерт арганезовывают, Арни уже ва всю белеты прадаёд.

Долговец Бром:- Ведать прогнило что-то в Королевстве Датском…

Меченый: - Пойдем, поглядим…

Толпа дружно валит на улетцу. Толька Гарик с Жориком не могут уйти (гулаги хуле,,.) и в углу стопором в спене счаливо хропит… (вечна пьяный ОдиногейГоласПропойцы)

Перёд блок-пастом сержанта Киценко уже собралась изрядная толпа сталкеров.

Слышны голоса:

- А ветеранам Зоны скидко есть?

- Ваеные и участники локальных канфликтов вне очереди мля!

- А Ветераты, чем хуже?!

- Не толкайся, падлец… Гыыы…

- Атлезь, гнида.

-Страшых без очереди не пускать! И так много сибе захапали!

Первым на имправезираваную сцену выбегает толстячок конферанц.Осматривает внемательна первые ряды на предмет розавых экзо (боян канешно, но чё паделать-та ..) Не находит. Поправляет маскеровачную бабочку цвета хаки.

Конферанц: -рас-рас-проверка... хтьхвууу - мекрофон визжыт эхом ДИКОВА фона…

Вкустах пазади Бара, нервна ежась в пречуствии пазорнай фонеры, Рояль Красный Октябь

укутолся с ног (со всех трех) до галавы маскерофкой Жгучева Пуха…

Конферанц: - Итаг гаспада! Вы пресутствуете на грандеознам, бесприцындентнам канцерте!! Впервые в Зоне Атчуждения лоуреат премии Сан-Ремо, Сан-ремонта и Санэпидемстанции…Звизда самай первой велечины, сияющая на нибасклоне, нипабайус этага слова-Мировой эстрады каг тысячи, да хуле там…!! Мелеоны Маменых Бус…Мегапивец ….(Кузер, спакойна,недёргайсо…)…

Пелип Пендосавич Керкгофов!!! Встречайте гаспада…

Меченыи и Бармэ-э-эн крутят головами па сторнам, ищут не ведомых гаспод…

Меченый: - Этот дисант на нашу голаву ХРОНАВТ устроил, хад, точно он, больше не кому…Его работа!

Бармэ-э-эн: - А может Фтарой?

Меченый: - Нет, для того, все, что сложнее домкрата - Аццкий девайс…(ну нравеццо аднаму из саавтороф этот аборот)

Меченый, расталкивая толпу пробераетцо па дольше ат сцены.

Бармэ-э-эн: - Э…Ты куда сабралса? Ещё же и не началось?

Меченый: - Да тут Танк недалеко есть, па ходу прегадитсо…

Бармэ-э-эн: - Ну и я тогда с тобой, к Воронену за «Бульдогам»…

Кодык Бармена: Ивапще епатьнах ту прибыль, фсё низоработаеш…

Отступление от темы

(нипутать с отступлением ат привасхадящех сил противнека)

Меченый: - Бармэ-э-э-эн, ты эту клятую троицу не видел?

Бармэ-э-э-н: - Окстись, Меченый! Накой ани нам?

Меченый: - Ты точно, без Бара за спиной туп, как сто … У них же такой транспорт, куда там всяким Автомодам… У них - Кентовр Михо Боярцкей!!!

Бармэ-э-э-н: - Меченый, ты што? Онже старый каг…, ну…, каг колбоса «Сталкерская», в маей патсобке!!!

Меченый: - Колбасу запомнил.… А Кентовр… Что Кентовр? Старый конь борозду хоть и мелко пашет, зато с утра и до забора.

Ты посмотри – он у нас в Зоне уже сколько?А Рояль Красный Октябрь так и не пропил, за собой таскает…

Бармэ-э-э-н: - Я нидогоняю, Меченый, а суть-та вчем?

Меченый: - Бармэ-э-э-н??? Ты мозг в ломбарде заложил??? Он же в первую очередь КОНЬ,а уж потом Михо… Туда - за верхового сойдет, оттуда - за гужевого. Вдруг танк не заведем? Сами впрягаться будем?

Бармэ-э-э-н: - Галава-а-а-а… Ты да Зоны случаем не дипутатом падйидалса? Ф спецбуфете?

Меченый: - Бери выше… Я в прошлом… Ваучеры помнишь?

Бармэ-э-э-н: - Ы-ы-ы-ы…гкх-х-х-м… Ты тока Фторому не проболтайсо! Онже тибя за свет в Челябе ишшет второй месяц… Ауж Хронафт, за Владек - вопче малчу…

Так, за некчему не обязывающим трёпом, наши герои взнуздали опешевшево нападецки коварными проискоми Кентовра, взгромоздились на ево верьхом, как джигиты из атрокцеона Двинацать братьёв Усаммы Бинладана. Меченый обееми крепкими ручишшами ухватил за поля Шляпу (вот ищё ацкий девайз – встроенный кандицыонер) и натянул йеё Миххе па самыйе… таг што треск пасыпался и пыль послышалась как:

- За неимением шор, сойдет и Шляпа…

Фторой: - Што зайопт? Шор-р-ры…? Ненаю – но красива звучит... Тожа наверна девайз – толька новамодный – Гадже-е-ет..

Бармэ-э-эн, адной рукой прихлопнул означеную Шляпу по тулье, аканчатильна привадя Кентовра в вчувсто праведнова гнева, другой - выгриб из груды Жгучива Пуха Рояль Красный Октябрь и закинул ево за спину сваему Кодыку…

Возмущщеный творимым произволом, Рояль надрывна грянул марш:

«Врогу-у-у ни здаё-ёц-цо-о-о-о наш горды-ы-ый Воря-я-яггг»… Причом не разу несфальшывел, професеоналбля…

Вконец зашореный Михо Боярцкей вставел свои коменты диким тенором:

- На-ага-а-а-а папала-а-а в колесе-е-е-е….

Кентовр, взбрыкевая крупом, папытался заднеми копытоми указать наглицам ихнее место в иерахеи матери Зоны… Крута, встал на дыбы и рвонул с места в голоп:

- Тыбыдым - тыбыдым- тыбыдым

Галава многасотеннай талпы сталкерав удивлена павернулась в сторону происходящего старта…

Барин: - Ставлю на Бармэ-э-эна пицот - первыйнах на склодах будет…

Арни: - тыща!!! ИМХО, Меченый на полшишки впереди придет!!!

АденокийГодосПрапойцы: - Тапор на Бешенова, фхтьхфубля… НА МЕЧЕНОВА!!!

Вновь прибывший: - Сталкеры, плять! Нуко быстра! Атпесались, тутанах!!! А кто Стрелок-та? И где зокопан Клык?? А как…лять-ять-ть-ь…

Злоймодер: - Зобанен,… посмертна.… Какой монстр круче? - Я КРУЧЕ!!!

Голова многасотеннай талпы сталкерав, неатвлекаясь от аснавнова действия,привычным атработаным движением снимает с себя протевогаз, дабы оказать забаненому последнее прости…

Пердос Керкгофов: У-у-у-у… пра-а-а-ативные-е-е-е…

Конферанс, (воровата аглядываясь, ставит всю ВСЮ!!! выручку ат белетов за аворийный концерт Керкгофова.):

- Всё на Кентовра, ашто? Темнайа лошадка…, и из артистоф опятьже…

АФТАРЫ: Никанец, всем ждать…

Склоды: Штоза…??? …!...?..!...!!! -.-.- Ё-ё-ё-ё…

МаХХ, сторожко, как прсевдособак, принюхался к горезонту. Горезонт нобухал, и нобухал савершена доселе нивидаными в Зоне паслествеями:

-глыбами пыли,

-кокофонеей клавишнава марша,

-шаманскими закленанеями доболе знакомава тенора, ВЫНТЬИ НОГУ ИС КАЛЕСА,

- кряхтеньем Бармэ-э-эна, впирвые нанасящева везит сапредельным теретореям,

- папереть эстонскава бранипоезда неслось залехвацкое, нет, не ура, а задорное Тыбыдым - тыбыдым - тыбыдым…

И над всем этим гордо реит свист Меченого, художественно выводящий:

Панапрасну Бармен ходишь,

Панапрасну шашки бьёшь…

Склоды недаумена пааткрывале рот - ??? Повар нипрачухав, парасяччьи с пахмилюги зенки, инстинктивно заглотил «Козакоф» нираспичатывайя горлышко… Скряго начал прикидывать х… к носу (не-е-е-е - Хабар… ) ))) Чево и за скоко наварит на надвигающемся Горезонте. Псих на болоте: Йопт, скоррайа??? Клопиксола 10-сс и выжжыгатиль лоботомов нам ниуказ!!! Техник: Подкуваем любова – хоть чорта, хоть кентовра.… Из матирьяла заказчека - скидочка полпроцента… Сниперы на вышках, мигом вспатевшими руками, приникли к акулярам ПСО-2. Лукаш папирхнулся ачиридным МакДаком и уронил в пролет кислотную Кака-Соду… Череп, снадежой вперился в Горезонт – Падмога? Или каминданский потруль? Наемы за деревней срочна пакинули Склоды, скрывшысь на вырезанной локе Мертвый горат… Ачередная вална НеПиСев хлынувшоя с Родара, ударевшись апстену Горезонта,с визгам с скулижом акатилась взад Родару…

Танг на пастаменте, в предвкушении чевота давно забытова, задрожал мелкой дрожью застойнава рысока…

Тем временем на КАРДОНЕ…

Гат: - Хрон, ты игде бродяга? Потсонов с нашыго, сраена выручать падписываишся?

Хрон: - Кому зокурить недали в этат раз?

Гат: -Ты што бля, спишь штоле в натуре?! ? Наши та потсоны склоды на хапок брать коры покатили, а мы тута бычки шмаляим… Ты тока прекинь моск к шнобилю – СКЛОДЫ-Ы-Ы-Ы – этож….хабара, хабара, хабара,… дивайзов аццкех… а главнае, говорят зовезли новомодных пребобахов,

ГАДЖЕТЫ-Ы-Ы-Ы какие та…Што ета?!

Хрон: - Значется так… Счас Сидора трясем на премет ништякоф, и впирет, зеленава чая вазьмём присованава – плитак…нацать, поперосов Беломор, не – Герцеговина Флор…

Гат: - Поперосы тока Богатырь нада брать, зубдаю – зоварки в их в два раза поболее влазит… и… вылазит тожа…. и штырет не па деццки… Ыы…-Ыы…-ыЫ-….Ы - Ы…(мичтатильна закатил глаза..) Куу…Пионэрочка…

Хрон: - Так што? Пошли Сидора плющить! А то я смотрю, тебя и без тчайя уже поперло не туды…

Сидор, пре виде ног, паказавшыхся на верхних ступеньках видущих в иго радной, доболе, с дества знокомый да паследнева капсуля Бункир, сгреб ноутбук и накрылся им с галавой: - лишбы вентовку Вовко Гауза Старова Друга нипатребавали. Этат квест соц-мудаделы ишшо ниприкрутили к Новашепеличам, бля…

Ноги резва преблежались атчотлево вытанцовывоя:

- икспрапреаторов икскаприируй, не-е, лутче прошше - грабь нограбленое,..атдай налоги-спи спакойна…

- Э, барыга, потсонам ништякоф нада, на кедок… тыкак? Согласный?- каг Вово Нонепутен лечил - учитись учить дилица, ЫЫЫЫЫ…

Гат, неглядя бульдогом аткрыл омбарный зомок, падвешаный из нутри решотки, ведушшей в зокрома Зоны…

(глухой удар)

Хрон сгреб с галавы нещаснава терпилы ноут, кстате, сгреб вместе:

с лысинай,

с желеткой,

с лопатнеком из-заднева кормана ватных штонов,

с очкаме,

с усами и недельной щетиной…

а портянки с валенкоми брать пачимута нестал…

Гат высыпал в падтставлиный ноут …

-…нацать плитак зилёнава чая,

- ящщек поперос Боготырь,

- поддон Козаков в сувенирной, литровой фасовке.

Зодумался - после чая каг всигда, пробьёд…сало/ мясо западло,колбоса на хрен пахожа… «Сталкирскайя»? Знаем, четали…Кодык песал… впрошлой месаге…

- две каробки тушоннки,

- келограм сахора,

- пуд соли

- стопецот памперсов

и келометор туолетной буммаги…(эстет, бля..девайзы с гаджитаме перепутол)

Напевая вслух знакомую пасвищеным песенку:

-Чай эта очинь уш страны-ы-ы-ый предме-е-е-ет -

Он-н-н есле-е-е есть - то ево-о-о-о сразу-у-у-у не-е-ет..

ноги в ногу затопале вверьх па ступенькам к выходу из Метро 20зз…

Сидор: - Пронесло? Смурным, обкраденым глазом мутна акинул осиратевшые полки…Рука сударажна щщупанула рубильник, нервный импульс пабижал ат рубильника и па прямой связи рубильнек - проволока - большойпалетц_ноги_дежурнова_по_блогпосту достигла турбин Виртолета …

Виртолет: - Иду на запод, наблюдайю два (2) укурка. Палзут па пластунски в сторану Склодов. Скорасть?… Скорасть передвижения пластунов - пецот… Кудатам Карло Льюису. Чиво??? Сам нидаганяю, у меня крейсерская тристо, с нитрозакисью - читыристаписят… Ито минут на …

Афтары:

Фторой: Жжом?

xpohabt: Жжом!

Тем временем Темная Долина

розродилося ситуацыей када верьхи немогут уже кормить незы сказкоми, а низы, - наслушовшись ентих сказок, нехочут боле их жрать…

От афторов - комент, бля такой:- фсе савпадения имен, ников, кхарактероф, превычек, болячег дествующех НеПеСев, зсдеся, и в раньше выложоных текстурах, с реальнымы потсонами, не боле плода афтарскова больнова самамнения…

В низах потсонов, с нашего, сраена Темной Долины крепенько назрело мнение што общак то - крысят! Пачорнаму! Нипадецки!! Павзросламу!!! Борав ат панятий атлыневоть стал – на мерине шессотом па двару котатся удумал. Пусть и собак запрягает, НО – роскаш излишняя, чё иму старый Запорожыц нивкатил??? Хавиру сваю кавраме - паласаме за.и.чил так што какну ни падойдеш… Сральнек сибе теплый устроел, стены - арты, арты, арты, да фсё не простые - ридчайшые… Бедэ апятьжы устоновил, нахоно йему, спрашываеца? Навевает штота… стремное…

Фторой: - Хуяссе-е-е О_О… Борав, ты што? Па ушам захотел? Ваще рамсы папутал?!

xpohabt: - Нукось, дай заценю…молнейей задвинулся изнутри на зосов, бложенна хректя усторелся с ногами на троне Борова в позе роденавскога мыслитиляи вынув из офицальнова сайда ГСК свежый номер «Веснека Сталкера» поглубился в чтенее абьявлений «куплю-фуфло - убьюапстену»…

Кеновр Михо: - Слышал, знаю сей баян – на съемках Трех Д’Артов травили, бородачи вы афтары…

xpohabt: - Кккакккоййй ишшшё бббояннн, ааа?

Фторой: - Нутипа, я шаз тебе свет атрублю, аты тама на ачке вапить будеш – ААААААА!!!!!!

xpohabt: - ДАНУ НАХ??? Счего бы эта?

Фторой неажидано для фсех рубит свет – лампачка над ачком мгнавена гаснед…

xpohabt: - А-А-А-А-ААА!!!!!! ААА!!!

Кеновр Михо сословами «шутнеки-белят» врубает свет абратновзад…

Фторой: - Хрон, ТЫ ШТО, испугался???

xpohabt: - ФУ-У-у-у-у… Престовляеш, сежу…, четаю…, ВДРУК В ГЛАЗАХ – ЧЕРНО-О-О… падумолось – ат натуге ЛОПНУЛЕ…

Кетовр Михо Боярцкей: - Дану вас, братцы савсем ат сюжета отбились… Начем астанавились?

Афтары: - на критеке Борава…

Зубы из асколкав самаго Манолита, вдва ряда вставел, не - ВТРИ ряда - улыбаеца каг голевуд ниприличный… Портки ат Гатье, рубахи – РУБАХИ, в зонееее??? От Армани… Спиджак от Хуле Боса… Касяк да пяток… Што ни лейба – то будта в ночном клубе пабывал… Ну, хде таразаны на белый танетц приглошают, за полшышки… Фу-у-ублядди… В апщяг палавину хабара грибет, у дипутатав выучелся штоле? Гаджетами с мега-девайзоми баловаццо как невсебя проперло… На грев потсонов с других то, с раенов, как говорица, болтик в аномалею кинул…

Вопщем решило низовье предяву предявить, и по ево итогам (аткрытае галасавание, ЙЫМХО, решыли устроеть, укурки, сцукомля…) назначить Бораву правИло…

ПервыйНах: - Минуш админ Борафу - Я впаханы первый буду… хфтьфу - минус один, апичатолся я, авы обчитались…

Вово ЛененГрадский: - Гаджытоми с Мего-девайзоми Ацкими я ишо када делиццо велел?

Медвет-Жатник: Малавата на выборы отстегевал, вканец края видить перестал… Сичас потсонам вдуму моляву зашлю штоб закон што дышло паткрутили.

Шыло: - Интересна, скока партянак из рубахи выддит?

Миртвяк: Потсоны, клифт, чур мой, а?

Гат: - Вы, валки пазорные, вычо каг в думе? Голосовалку прикатили? Вы такийе вапросы спрашивать кому сказать – умирать пацталом… Законека тока равные судить можут! Хфтьху, сявки…

Фторой: - Гы-ы-ы, галыдьба, зоны нинюхали, а тудыж, МОИ Мего - девайзы делют,с Гаджетоме… Кстате… Хрон ты бы атпесал уже – што эта? Гаджеды эти клятые? Мож вапще штота неприличное и порочешее чеснае имя мамы Зоны?

хpohabt: - эта не к ему, эта к выбровшым пепси – ихняя феня, апильсинаф скараспелых… А вапще, на горжетку пахоже. Толька с мехом из кучорявых жоских валосьев…

Фторой: - Ы-ы-ы…, напесал красива, как Толстов, АлексанЮрич…, а я уш пра профурсетку падумал… Гыыы– пущай ыйандыкс штырят типерь, пра горжетку…

Кентовр Михо Боярцкей: - Мнебы зимой, вместо Шляпы тую горжетку…

Горжетка: - Я несавиршыналетняя - пайдеш па пазорнай статье, конь усатыйбля.

Кентовр: - Ого-го какой я ещщо рысачишше, саме песали – хоть и неглубако, но - ДО забора раком!!!

Афторы задумались – муза за имодеумом падарвалась…

Борав: - Бедэ аставь, где я портянки-та стерать буду?

Фтарой: - Биде гаваришь... А ты вот этот плакатик видел?! (На стене плакат са схемай аварийной эвакуацыии при пожаре.)

ХРОНАВТ: - Гыыы...

Боров: - Ну можно хоть в последней рас сходить?! Сил нету терпеть,разорвёт счас каг гронату.

Гат: - Арты са стен не тырь сцуко, я праверю.

Боров (пятецо задом, не забывая мелко улыбацо и скаля улыбку,сквозь зубы):- Счаз...Счаз..Я вам устрою карусель с мего-девайсаме и гаджетаме. На всех хватит. Пакажу, каг бунты на карабле устраивать... (нажимает сикретную кнопку вызова крышнаитаф)

ХРОНАВТ: - Чувствую возмущение тонкого эфира…Чота не так..

Фтарой: - Ага, какое-та ыу-ыу-ыу-ыу. Каг скорая едет.

Бармен:- Это самалёт с кирпичами на выручку летитбля. Я побежал короче, дела есть, тут, не далеко...

С борзыми рожами падкатывает толпа сталкеров,условное название банды "Керпечи"

- Вы это, чего беспределите?! Хто такие? Пат кем ходите? С каких чёрствых прянекоф на нашего челавека наизжаите? Я вот например "Ярик Рыжый" А вы чьи?!

Гат: - Прекольна звучит - ЯЯрик. Финн, что ле?

Ярик Рыжый: - Какой нах финн?! Ты чё гонешь?! За базарам следи уже, а то раскатаем на талщину гандона, будет проще закрасить, чем атскаблить.

Меченый: - Ты даже не предстваляешь, где я был и что я там видел!

ХРОНАВТ: - Меченый, это не ис той оперы.

Фтарой: - Опера?! Мусарское слово. ну нах, давай разрулим уже праблему, мне домой пора.

Тик… Тик…Тик…Прашло …цать мин. Штирлец спал с аткрытым ртом, па падбаотку

тонкой струйкой тянулась голодная слюна… (Ашто? Питнацадь лет без жыны, адналюб)

ТЫ КОПИЛЯН, БЛЯ КУДА АТПОСТИЛ???

Автары в непанятках стукнулись лбами

Фторой: - Слыш, Хроны? Э-э-э… Чево мы фсе куды-та ломемся сламя голавы аб …Можа завирнем, я тута на Янтаре, вболотине, местечка… Хфтьфубля, слово та какое, склизкое…атвратнае..Кароче, хавиру знаю – закатим, как Бари Шукшин песал: Народ к разврату готов???

xpohabt, привычно, укозательным пальтцем, водрузил вечно спалзающиеминус 5 (пять) на атведеную им переносецу: - Ты прошто? Неужто, эти, с аварийнова концерта, тут у нас в Зоне свой фелеал аставили?Типа, Оностосия Стоцкова делеца теплом песенова серца с агрубевшыми в зонеСтакеровскими, гкхым…???

Фторой: - Чево ты??? Нуйих… свалили, после тово как я на тотализатаре банчок сорвал,Оне же без кассы астались… Рояль-та первый на Склоды прешол, пусть на полактавы, но - ПЕРВЫЙ…Он же сцука хитрый - и фамилия у ево и вовсе НЕ Красный Октябрь, а …

xpohabt: - Ххе-е…Шулирман штоле?

Фторой: - Главнае касса у нас, астальное лирека и… Так што? На хавиру??? Кассу приумножим и саме втонус вернемся…

xpohabt: - Так ты меня в козено што ле блатуеш? Можна… Кон сирьезный? Всмысле в гору ограничений нету? А то я азартный, как… как, во – как Островский МихалСергеич…

Фторой: - А я тибе корманы зашью… И эта, рукова закатаю… вместе с губой! Ххе-е-е…

Афтарры зодрав голавы вверьх дико затрубили в унесон:

ВИРТАЛЕ-Е-ЕТ, ТЫ ХДЕ, СЦУКОБЛЯ - НЮХ АТБИЛО????

Папытка схадить казином.

Бармен: - Слышь, Меченый, а они меня достали уже...

Меченый: - Кто?

Бармен: - Да саафтары эти... жгут типа бля! Да пусть они себя сожгут, обальют друх-друга бензинам и спичкой чиркнут...

Меченый: - А что ты так на них акрысился то?! Ну, пишут и пишут?!

Бармен: - Да блин, гоняют меня, туда - сюда, а меня дело стоит. Чё я им, потсан малолетней что-ле?! Нада вотки закупить, например, хвастов сабачих на лагман, ног кабаних на халодец. А я не известна где... Пагип я для комерцыии. Клиенты разбегаюццо кто куда.

Меченый: - Так ты же сам за мной на склоды к Танку паперся?! Кто тебя звал-та?! Ну, ты и перевёртыш... на лету переобуваешся. Камирсант хуле, не люблю я вас... Мать родную продадите за хороший працент. А за очень хороший, даже страшно представить, что можете сделать... Наверно и Родену сдадите в наём. За баксы.

Бармен: - Нее... Баксы уже не тема. Вот ойра, это да. А что, не плохая идейка...

Меченый: - Вот-вот, уже задумался.

Сталкер: - Эх, чорт! Хоть бы кто памог... А, не то, вспомнил! Тут, пока вас небыло, сталкер один заходил, за мазью. Как его звали-та?.. ЧтопЙего? Чума? Нет, Мор!

Бармен: - Ну, знаю такого, а что с ним?

Сталкер: - Да он сам себя высек, па совету старого друга. Болит седалище.

Меченый: - Д-а-а… Салтыков-Щедрин был бы рад. Не пропали его труды. Но всё же странно…

Кабанье рыло: - Да блин! Мне что, табло тут повесить? "В ЗОНЕ - странного небывает!"

Бром: - Г-ы-ы-ы... А еще говорил, что он женщину видел. Контролер видать мозги ему вывёрнул, нажрался тут с горя, с Жориком падрался. Всё в подсобку ломился, интересно было, что там есть? Потом к Воронену поперся, заветный склад Долга искать.

Осведомитель: - Куплю за дорого хабар Клыка. Перепрячу его и фик вам, а не хабар. Тайник Счасливчика не предлагать.

В Бар, странной, падрессореной походкой входит Гат. Обращается к Бармену:

- Ты тока прикинь кормилец, что эти два, атца - аснавателя учудили. В казено падарвались, а меня не взяли. Сказали, фейс-кантроль не пройду. С какой-та ОПГой сравнивали. Типа, в спортивных костюмах не пускают. А может у меня бабла полные карманы?!

Меченый: - Дак в чем праблема та? Можно и здесь сыграть, Бармен, банчог держит.

Гат: - Нее. Я канкрено в казено хател, на катране не вжылу. Азарт не тот.

Бармен: - Чего ещё по дороге видел?

Гат: - К Экологам заглянул, толковище ведут о природе снорков, про псевдогиганта речуги толкают. Кароче бла-бла-бла. Хател слово вставить, да куды там… Не слышат ни каво. Да, птица ещё пролетела, АГРОМНАЯ, пол Зоны дерьмом загадила, атмываютсо счас, кто под выброс попал.

У-р-у-р-у-р-Й-ы-ы-ы-ы-чух-чух-чух-ы-ы-ы-у-р-у-р-у-р-у-р-у-р

Виртолёт, высоко поднимая колени мелкими шагами интенсивно изобразил плавной дугой не медленное рвение лететь куда прикажут.

xpohabt: Прям балет – Лебединое озеро!!!

Фторой: - Ктото умер? А-а-а… Я понел - ты шутеш так. То-о-онко, аднако… Недля средев умов… Сразу и не въедеш…

Первый пелот: - Лишь бы к управлению не лезли – с них станется… Авторы, хуле… Зарядят хлорпикрином, и попрешь… на Север за чаем… Как московский таксист, наскипидаренный.

Фторой: - Не ссы, не обидим… Три счёчика… Прешлёш експресмайлом, в бункер Стрелка, дедушке Доктроа…

Весело толкаясь грязными сапогами МорДва и xpohabt не сговариваясь, наперегонки коредорами, ломанулесь в кабину пилотов. На втором этаже xpohabt пальцем вставил на место отвисшую челюсть первого пилота, Фторой в это же самое время рылся в бардачке на торпеде:

- Чево, потсоны, у вас тута маркера не завалялось, а?

Второй пилот, от греха подальше, достал из-за козырька лобового триплекса личный НЗ…

Фторой удовлетворенно: - Хм... Жолтый? Уважаю...

xpohabt: - Дайкось, заценю… Ф-ф-ф… Харашо пахнет, спиртом…

Фторой, ресует 2 (два) жырных, жолтых креста - Один на лавбавом триплексе виртолёта - ЛЕТЕТЬ СЮДА!!! другой, на монокле системы бортового, электронова моска БЭСМ-2, за которым скрываеца

гатовый абосраца ат возмушшения, первый пелот Красныйглаз – ЛЕТЕТЬ ОТСЮДОВА!!!

Второй пелот: - А… а… как… А??? Как?

xpohabt: - Для кочегаров броняпоизда поясняю, савмишаиш крестеки, и…ВПЕРЕД!!! Похлопав автопелота паплечу – типа как ты сними ужываешся, братетц? автарЫ вальяжно затруисли в пенхауз для перевоски Медведёв…

xpohabt: - Не, у Борава получче будет, аснавательнее - люблю дубовые кресла…

Фторой, наткнувшысь пасреди натертава да глянцывава блеска паркета, на Шрёдер, астолбенело вытаращелся на ево матовые бока:

Што за…? Такво-о-от ты какой… ГАДЖЕТ…А где у ево Повер???

Шрёдер, затравлена ишша патдержки у четателей, бочком-бочком выбрасился из бамбалюка и скриком «Бонсай!!!» рухнул пасреди четвертава энергаблока втоптав вгрунд Маналит па самые нихачу. Качнувшысь пару рас, гордилива выпитил то место, хде должна быть груть, загаварил голасом парадирующим голас пахожый на голас Г.Хозанова:

Чче-е-евво-о-о-о … Я-Я-Я… зна-а-ай-у-у-у!!!

Я-Я-Я… ска-а-ажу-у-у… че-е-ево-о-о… Я-Я-Я… зна-а-ай-у-у-у!!!

Талпа сталкеров, рискуя падхватить тонзелит и васпаление лехких, смотрит на Бармена:

В расшитой узорами красной атласной касаваротке на выпуск, в керзавых сапагах, нагуталиненых салом снорка до зиркальнага блеска, падпаясаный колючей провалакой, в ушанке с двуглавым арлом во лбу, Бармен рипитировает на бололайке «The Star-Spangled Banner»…

Вместа Медведа, занитава падгатофкой к инаугурации (xpohabt: - Фторой? Ты што в ворд словарь инасраных терминаф паставил?) в красный, пачетный угал паставлено лысоватое чучело Бюрира, адетое в фартух, валенки и жылетку… Но почемуто без штонов…И с Короваем чорнова хлебушка в передних руках…

Размышления ап...

На распутье трех дорог, стоят два потрепанных жизнью сталкера. Слышен удаляющийся грохот гусениц Танка (сорак сидьмой розмер - РМШ). В воздухе пахнет порохом и ощущениями озона приближающейся грозы. Где-то вдалеке слышна песня….«Предчувствии-и-е-е-е… гражда-а-анской войны-ы-ы-ы!»…

ХРОНАВТ: - Ну што, дружищще. В какую сторану рулить, будем а?

Фтарой: - Да знаиш друх, каг-та не нравяцо мне все эти терки. Не ожидал я такова многого ат столькех многих… Пистетц… Не, полный пестец!Не знайу что уш и думать теперь… Каму верить… За кем идти…

ХРОНАВТ: - Ано тибе нада? Глаза сломаеш всех четать - иди сам па сибе… Куда хош!

Фтарой: - Нее… Мне па ходу со многими - не па пути… Аристократия, ёпта, власть избронных…лучших. Мала мы их в семнацатам гаду… на всех телеграфных сталбах…

ХРОНАВТ:- Друх, ты чё? Успакойса, радное серццо. Тебя часом не камарик укусил?! А то байус, начнёшь счас: - Каммуня-я-яки …кровавая гэ-э-эбня…

Фтарой: - Да нармальна всё... Вапрос имейю - спать недаед, ветераны ЮБИЛЕЙНЫЕ - кто они?!

…За апсуждение действий одменистрацыи - рострелнах на месте… Ни чё не напаменаит? Децымацыя… Главное багадство Зоны - эта мы, сталкеры.

ХРОНАВТ: - Тыбля, вапросы спрашываеш, сто мудрецов ниатветят, проще зобане тьнах… Хотя нипанятна што творица - впитнашки играем штоле? Хто ниспрятался: - я нивинават?

Фтарой: - Да уш…Мы саме па сибе. Старики-разбойнеки. Типо ZZ-топаф, тока без бородоф.

ХРОНАВТ:- Ну, насчёт бороды, ты эта пагарячилсо, такие борады - байаны двигаем порой. Что ужос берет.

Фтарой: - Да ваще, в паследнее время с галавой у меня не парядак. Машина на голову упала хуле…

ХРОНАВТ:- Какая машина? Ты чё, брат?

Фтарой:- Да недалеко от Кардона, Зилог перевернулцо сцуко… Я мимо прохадил. Каг приложило…бля… Черес час ачнулся тока, машина горит, савсем мёртвые трупы убитых людей кругом валяюцо. И тишина... А, вспомнил! Я же тама флэжку нашол чью-та. от он, сей девайз ацкей… Каг иё пасмареть-та?! К Баромену што-ле перетцо?! У него вроде ноутбух есть, иле был?

ХРОНАВТ: - Счас…Турдым бурдым тыгыдым!! Бдыжь - бдыжь (делает пассы руками, наверно атрывает прастранственый трансгресор). *Ис воздуха падает Чорный чемаданчег, с инастраными буквами на борту* Робатападобный голас: - Па пустякам не беспакоить… База на учоте.

Фтарой: - Ноутбух?! Ух ты… крута… а эта кто так железна базлал?! Челавекападобнай робат?

Робатападобный голас: - НЕТ!!! СМЕРТНЫЙ ТЫ НЕ ПРАВ!!! Я-РОБАТАПАДОБНЫЙ ЧЕЛОВЕК!!!! ТЫ ПОНЯЛ!!?

ХРОНАВТ: - Хранитель… любит паиграццо… Ну да ладно, давай сюда флежку свою, счас пасмотрем, чё тама…

Фтарой: - Она не моя, я иё нашол. Сваю я не дам…Там 8 гигоф… эээ… не важно чего кароче… Дома пасматрю… эх... где тот дом-та…

ХРОНАВТ: - Гыыы…Женщен-та в Зоне нет…. Всё, малчу-малчу, чего не скажешь в шутейном разговоре… *Открывают флежку*

Копетан третева дана Соло - камадыр косматых жедайев десантнеков

Докладываю Совету Старейши…… и лично Верховному Разрушителю и Вершителю Судеб…. анеты Шпиг Кобчоный…

Рапорт.

Заключенному удалось осуществить побег. При высадке на тюремную планету, произошел сбой программного обеспечения установки блокировки памяти и ............нах........... нах....бля....

……Меры для поиска принимаются. Мешает аномальная активность данного места.… анолитнах

Под воздействием мутагенов, часть отряда имперских штурмовиков превратилась в странных существ. Местное название – снорки. Главный корабельный врач-психоаналитик сбежал. По агентурным данным, полученным от аборигенов,он обосновался в подземельях бывшего НИИ Агропром. Вернуть его на корабль, не представляется возможным в связи с отсутствием у личного состава пси-защиты.

Ведутцо негласные переговоры с професором Кругловым о предоставлении опытного образца защитного шлема.

Удалось внедрить в местную среду агента влияния. Супер-карго Сидорович, успешно выполняет роль торговца в лагере новичков.

Группой местных сталкеров, был угнан хроно-Танк. Меры к розыску принимаются.

Фтарой: - Ну и чё?! Что за надпесь замегала?

ХРОНАВТ: - Хде надпесь?

Фтарой: - В караганде, трынде и вар... вар... варкуте-е-е... Вот эта каму он пишет?!

- Кампутер обнаружыл новае абарудование и счас ево (абарудование) УНЕЧТОЖЕТ!!!

ХРОНАВТ: - Ох, йптеть... паганый майкрософт... (лихорадочна нажымает ВСЕ ТРИ кнопки сразу)

Долбаный били гетц 69-тый. Сестема сэлф=дестроейер сработала.

Фтарой: - Ну, дак, чени ево скарее довай!

ХРОНАВТ: - А валшебное слово где?!

Фтарой: - Ну, бля-а... Ты уже и здесь поролей понаставил. Фонатег... Кругом у тебя "происки Ка-Га-Бе"

ХРОНАВТ: - Таг-таг... ясна... счаз разберёмсо х... кносу, прекинем... О! Есчо адно саабщение... прекольна... четай:

- Срочна! Срочна! Нужна помащь! Разошлите всем каво застанете пажалусто! Срочно ребёнку (25 лет) нужны Ауди RS4 Sport и кросивая девушка блондинкос 3-4 размером груди! (меньше, ИМХО, ребенак связываца нестанет) Это не спам! Это крик, не - мальба а помащщи... Нивидите штоле - ребенак дохнет бес 3-4 размера...

Фтарой: - Гыы... Кстате, пра машыны. Видел, Сидорыч маршрутку па Кардону пустил. Идёт до Свалки, через тоннель. С астановкай на ферме... И главное, вадилу нашол падходящиго,уево - третья рука и глаз на затылке.

ХРОНАВТ: - Мутант чорнобыльскей... Фонтомас, не - комесар Жуф... Гы-ы-ы... фубля... Четаим дальше... а... а это аткуда? Из какой темы выпало интересно?

... - Самые эфективные законы всегда работают па прынцыпу: ...окурок, брошеный мимо урны

засовываетсо нарушителю в затнецу! ...

Фтарой: - Ухты кагбля! Крутта! Наверна, про Нац. Идею, иле "Свабоду Слова"... А ваще, на Танковую отаку пахоже...

ХРОНАВТ: - не, судя па размеру ноги... на сапаги Сержанта...

Фтарой: - Апсурт хуле... Ну мы атвлеклись с табой, чё там дальше-та?

ХРОНАВТ: - Да пачти ничего и нет,абрывки песен каких-та...

-Ка-а-ак на шахте-е-е-е угальна-а-ай, хре-е-ен нашли-и-и-и атру-у-убленны-ы-ый…

И-и-и та-а-апор зазубренны-ы-ы-ый ряды-ы-ы-ышком лежа-а-ал...

...какой-та Мор, на Чубайза ругацо, и на Гаспром тожа... Матом...

...Хочет у себя на агароде найти газовае местараждение иле нефть на худой конец.

фтарой: - На худой конец?! Гыыы... боянбля. Хотя, еслиф летний туолет снезти, метана нетолька для дома хватет, но и бычка можна на ево перевести... Ты про Соло четай...

ХРОНАВТ: - А всёнах... Запесь абрываца. Но каг я понял, зоключоный - это Меченый! Ибо, наши люди па Кардону в Зилах не ездят!

фтарой: - Меченый инапланетянин???!!! Бля! Падазрева-а-ал... Ноштоб настолька...

ХРОНАВТ: - А Кузер та, с Сегой, хтьфубля - МЕГА!!! Тот-та знал! Но мы в ево знание неверели...

Сходняк самых тарговых зоны.

Посылание Мечанова в ПыС...

Сидоров/Бармэ-э-эн/Скуперфильт/Сахарок

Сидят - ппьют тчай (замете - невотку)

Бармен: - Знаешь, Сидорыч, мне он уже надоел, Меченый этот.Лазит туты-сюды... Ищет чевота, ясно што не хлеба с маслам, вотку непьет. Бармочет чевота пад носКуда бы его услать-та подальше?.. Может в Чилябентск?!

Там самые крутые падонки жывут, быстра рога-та ему обломают, а то достал уже за год он меня…

Сидорыч: - Нее….У меня идея получше есть… Надо его во Владевастог отправить… Э… э... За хвостом марскога агурца например... Квест такой. Да и посмотреть охота, что за зверь, этат самый марской агуретц. А то не видел не разу, слышать-та слышал… Гаварят палуче всякай веагры, а главнае никакой химии - натюрпрадукт! Вокаг…

Скряга: - Желательно пешком... Денег не довать! Никаких, ни жылезных, ни бумажных, ни рублев, ни даляров, ауш пра йешки вапще малчу. И без хлеба... И вотки не давать. И еще ноги ему сломать, тоже не помешало бы... Ато, ИМХО, быстра вернеца

Академик Сахаров: - Да-да… Сейчас я попробую настроить прототип... Тьфу блин...Заработался!!! Поддерживаю. Обоими руками - за. Вот этими. Не дает спокойно мне научный труд закончить - ИМХО Шныряет ... хлоргидрит натрия... туда – сюда. Кастыли зачемта спи... и утку ис палаты для нихадячих, такчто - мешок ему на голаву, и пусь атправляеца

Меченый (судорожно сжимая и разжимая кулаки):

- Агаб... Счаз-з-з... Разбежался... (одним, небрежно-отработаным движением - кулаки превратились в две фиги) Меченый завадил фигаме пасторонам, как грабитель банков пестолетами

- Никуда я отсюда не уйду.

- Не дождётесь.

- Тихий уже пасчёт ведет скока да Чистова Неба асталась!!! Воттам я вам всем кровь свирну, с гречкой перемишаю и кишку набью.

- Вы все саме тут ЧЕКАНУЛИСЬ... И я вместе с нами/ними/вами…

- Хфтьхву...

- Хау...

В разговор влез невесть как проникший на эту тосуфку олегархоф Фтарой:

-Пачишще виагры гаваришь?! Ухтымля-а-а... Не зна-а-ал…Таг вот патчиму йопонцы-та скупайут их тонно-келограммаме… Сваих-та сажрали всех. Кролеги чтоп их… (пачесав затылок) Хотя нее.…Эта же кетайцоф мелеарт. А йопонцеф не очень многа… Значед, палучатсо, для них важен сам пратцесс. А не ризультад… Яснаа. Хачу марских агурцоф… и многа… мне очень нада…

- Йа аденокий бродяга любви Казанов-в-а-а!!!

ХРОНАВТ: - Ты чё брателло?! Ачни-и-ись! Д-а-а… женщин явно в Зоне не хватает… и это зря….

Паход Меченова в ПыС...

Перет агромным сияющим плоскими гранями камнем, (Маналит) сборище каких-та непанятных типаф. Што делают здесь эти кагбы люди?!

Mop2 16:35

они сидят и ждут страшного суда? и при этам разказывают друх - друху а жызне?

ХРОНАВТ 16:38

ыыы: - моляца на маналит - дай силы мудаделам, есле разрабы вырежут,адна надежда на их - взад вставят

Mop2 16:38

ага. счас... :shock: куда-а-а-а??? вставя-я-ят???

ХРОНАВТ 16:39

Ха! в смысле саздадут новую локу - и вернут на бис, папросьпам юзверей...

Для чево оне собролись вэтом жутком местечкА, пахожым на чистилеще?

Пасреди сбореща отметелись:

Неуловимый, не к ноче упомянутый, пресловутый Котчирга... (редкастный гад кстате). Вечно всеми убиваемый, без права голоса гловарь бандитов Борав. Нипадецки стучащщий деревенский завсигдатай Павлик Дедамарозаф. Барен, вечна прячущий ат всех сваю Грозу. Отец Диодор выкинувшый свой аццки мадырнизираваный чейзер??? Бес, безуспешно пытающийся избавеццо ат сваиго афтомата. Сколько рас, ево убили за ево?! Кто за это атветит? Сонмищще (окаг сказанул) безъимянных сталкероф-торгашов и, атдельна, кучкаваюца сталкеры-новички, ищущие где-бы-чево-бы атпастить... Как бы флуд, но флуд пафасный, штоб не патерли, иле недай... не зобанели...

Они ВСЕ просто сидят и ждут Меченого...

Ждут ис Владевастока с новостями о Чистом Небе... ...Вареантоф всево 2 (два)

Адин: - типа аставят их (пайдут на небо)

Два: - вырижут (пайдут в адд)...

Кочерга: - Да я блин... да четвертага патча жил сибе спакойна... Я есчо молад и полон сил..Может меня вернут?... Квест камне прикрутят какой-небуть....

Бызымяный: - Жди, как же, штоп патом за ради тибя на Чистае Небо читыре патча делать???

Бес: - Нишкни гнидо, ты ващще - мясо пушычное, твае дело масовка!!! Гулаг ботнутый...

Деодор: - Падержываю придыдущего... Чево, делать та??? Можа на гарбатом мосту сидячию галадовку учиним? кас... протевогазами па маставой?!

Барен: - Есле голодовать, да ищще сидя, то, ИМХО пачему в Маскве? Нада у разрабав, на майдане - партянки сушыть развесить!!!

Боров: - А может мне какой диалог завалящий пропишут? Я умейу... абыр-абыр... валг... масква-швейа... масква-швейа! Признание омерики...

Не толкайся падлец! Певнайа, ищё парочку... Бля... эта каг бы не в тему...

Кросафчег Макс: - Графоман... У великих тыришь уже!? Не стыдно?

Професар Круглоф: - Спакойна, спакойна потсоны. (В сторону: тьфу-у-у, с кем поведешся...) Я тут уже план думаю. Хлавное, в нашем деле - ноучный патхот! Фиг вам, а не мои труды! Прошу пращения, вырвалось па привычке.

Фраер: - Во сказанул-та... план думаю... его же курить нада! (не прапаганда - абарот,литиратурный, игра слоф) Гы-ы-ы... ты еще план-графек саставь с жосткими срокаме и атвественым за сполнение... Хочешь, Абакан подарю?!

Чуваки, ис деревни кравасосаф, с красными, не-е-е..., ГЛАЗАМИ:

- Даа... План вставляет нипадецки...

Бром: - А меня хоть и не убивают, но нах такая жызнь... Сапьюсь бля... Печень уже трещит... Ваивать хачу! Ну или хатя бы с сержантам (не ВВС) Киценко на блог-пасту пастастаять... Свежий воздух… сцобачки... Ондренолин... Ягодицы… красотища!

Снорки стройным (хором): - А нам: саблю, буденавку и виласипед! И протевогазы ат Гуччи!

И ваще, нас в ансамбль песни и пляски плиглашают... вокаг.

Просто Йурик (непутать с йореком): - Я уже всё сделал. Играйте в Симбион!

Гамлет (Принц Датскей): - Быть или не быть?! Вапрос не в том что благородней... Но вылеты,конкретно задолбале... А может нах?! И Неба Чистого даждаццо?!

Вечный Дэн:

- А я сваё желанье загадаю. И хуйпизда на камне напешу...

Я Неба Чистого не жду... оно мне пох... Пайду убьюсь ап стену.

Верховный Разрушитель всей плонеты:

- Ап маналит... убейся, сцукобля - оно вернее будет.

и йаду келограм купи! оно тебе не павредит. Полезен йад... я это точно знаю!

Прирывайа нинужные споры...

На бумаге паявились буквы: о-о-о... Мечены-ы-ый...

Крихтя и храмая на обе, переломаные в предпасленем посте ноги, с мешком на галаве и марским агурцом в сударажна скрючиных ат голада и бесденежья пальтцах, перед страдальцами паивился... гамыхая уткой и кастылями

- Долгожданый веснек...

Не-е-е... БУРЕ-ВЕСНЕК!!!

Бу-у-у... Х-х-х-х... Ы-ы-ы...

Админ: - Хтонебуть!!! Да сымите вы с ево мешок!!!

Меченый: - ММММАААЧЧИ-И-И-И!!!!!!!, фу-у-убля-я-я... Дашол... Хатя наверна, луче бы и не дашол...

Масовка: - Дятька, ты давай, тово - нитяни, колись до...

Савет мадератарав:

- зобаним пасмерна любова, хто ищё хотьрас вякнит ва время ачетнава даклада уважаемава ГГ!!!

Тут вапрос жызни неписев (НПС) на карте!!!

Меченый, оптерев взопревшее в мешке (за шесьть месяцев отсутствия) летцо, изрек абречоно:

- Всё, што удалось "выморозить у доброго" (с) Trusty калектива разрабав это вот этовот:

ДИРИВЯНАЯ ЛАШАДКА вместа виласипедав - для сноркав...

Сабравшыеяся изумлена-вазмущена выдахнуле: КА-А-А-А-АК-К-К-К БЛЯ, ВСЁ-Ё-Ё?????

АМЫ-Ы-Ы????

Мечный, фсе такжы умудрена: - А таг, патсоны непеси... и патсаны юзвери... Разрабам с верьху, ат хазяив, нипомню, GSC какаята, штоле... па факсу указивка прешла... Типа нах...уй всех НПС... вместе с ГГ... приставляите??? вместе СО МНОЙ, С САМИМ МЕЧЕНЫМ!!! НАХ...УЙ ИЗ ЧИСТОВА НЕБА!!!

Типа мы нипрдаваимый на западе брент... типа Тени плоха в развитом мире расходяся... А рубли и гривны, ане сказали - никанвиртирумая бумага...

Совет мадераторов:

- Малчать суки!!! Я думать... думаю.

Эта што? теперь всем юзерам профили править штоле?

Бес: Хм... (с) Абаснавали хоть как та??? или насрать???

Меченый: Какоенах... Сказале - ГГ типерь буит Рэмба, с шыстистволом вместа правой руки, с вирталетным вентом за спеной... Будет защещать демакратею в украиньской локацыи Чорнобыль-Припять.

Абьяснение аткуда в Зоне Гордан Фриман.

В Бар, неспеша, в вразвалочку так, входят два сталкера. Один из них - это всем известный Барин

со своей пресловутой «Грозой», другой невнятно жованый очкарик в потрепанной куртке новичка.

Бармен: - Здорово Барин! А это кто с тобой? Шоза крендель? Не видел его раньше. Видать из новых…

Новичков нынче, как собак не стреляных… И всё - та они лучше стариков знают….

Барин: - Не-а-а… Ты чё Бармен?! Это же Гордон Фриман! Не узнал что ли? Он когда-то пакрутче самого Меченого был. В адно рыло (сваё) Черную Мезу на распыл пустил. Глыба, а не человек. Матёрый такой человечище... Пачти как... как... ну эти - са-а-фтары

Бармен: - А чё он выглядит как хороший человек, напуганый гопнеками?! Где нано-кастюм и прочие аццкие мегадевайсы? И где ево знаменитый гваздатдер??? И вообще, слух прошел, что сгинул он на Диких Территориях…

Барин: - Гыы... Нано-костюм у него был... Но! Пока в отрубе валялся (в сторону: хтьфу-у-у,какойто гат) навирняка Йуриг с Артосом спёрли… Ворьё растёт хуле... Сахарку продали. Сам видел. Полтора ляма стоит.

Сталкер: - Эхт, чьёрт! Хот ккто помощч ми тогда... не успевать йа... шотган, егомама, не знать зачем там потерять. Электрйонны, мамы щщенкоф, бьюцця... как - амчиа анкла Сэма IMHO... Ваша Чубайса на нем там нету. Стольк энержи - холява Сэ-э-эр... Э..эх-х-х мамин... Конектин в провода-А-А... да за Урал направить... Ин эври дом - шара электрисити... Ленену нетдримс - как наш райтер Джохн Риид - ГОЭЛРО-О-О-О

Бром: - Ну, ты это, заткнись... мечтатель не кремлёвский. А ты та Барин, чего с ним яшкаешся?

Барин: - Так он это, тово - друга во мне своего признал. Говорит, что знакомы раньше были. Я-то сам не помню ничего из прошлой жизни. Амнезия. Полная или частичная потеря памяти.

Бармен:- Какая ещё амнезия? С каких делов? Кто тебе па башке вдарил? Постой, не говори, сейчас я сам догадаюсь... Наверно, это был... это был... очередной охотник за твоей «Грозой»!?

Барин:- Нее... Дело проще. Я же тоже полез обшмонать. Ну « Электра» и разрядилась. Меня сразу вырубило, а у Гордона сердцо запустилось. Кино видел? «….разряд!!!.. ещё разряд!!! Сорок кубиков галапередолу в серццо!!! Сестра!!!Кулаком па йатцам! ...ещё разряд! Апять па йатцам!!! Не памагает! Доктор!...Доктор! ...Мы его теряем!Прямой масаж серца...» ... "Скорая помащь" называцо. ..А там в тоннеле этих разрядов… сам знаешь. Ну откачал он меня. Еле-еле. Три дня я в себя приходил. С ложечки кормили. Как ребёнка-давай за папу,за маму, давай за них, давай за нас, и за десант, и за спетцназ. Очнулся, не помню ничего, кроме последних минут. Гордон мне и рассказал, что зовут меня Барни. Что я был полицейским в Сити-17. Под прикрытием работал. А здесь, выполнял задание, но оно секретное. Рассказать не могу, даже шепотом.

Лысый (заплетающимся йазыком): - А кстате похож... тот тоже в пративагазе любил ходить... И я думаю, что полицейские эти, братья Жорика и Гарика... Тоже любят... Проходи!... Не задерживайся!...

Осведомитель: - Ну, тогда понятно чего ты в «Долг» подался…Инстинкт… хвать-хвать… Закон и порядок.

зы. а мы всё-равно, назло всем будем

ХРОНАВТ (21:08 )

Са-афтары (Фторой унд Хронафт),а?

унд - нормальна?

Mop2 (21:08 )

наверху темы напишы-мол проба пера и всё такое.

ХРОНАВТ (21:09)

ага = тапочками бить толька войлочными

Где - то на просторах Зоны около небольшого костерка сидят два сталкера. Странная связка, кстати, Бандит и Искатель.

Пьют чай из мятых, алюминиевых кружек. Доедают последней сухпаёк. Патроны на исходе, хабара - ноль. Да ещё и утро выдалось прохладным.

- Что делать-то будем? Хроныч? - сказал, поёжившись сталкер в бандитской экзе. На собак скоро перейдем, жрать - то уже нечего. Ну и где твои поля аркефактов? Нагрел паходу с картой тебя Воронин…Хорошо хоть соглядатая его, Барина этого я грохнул. Вот она «Гроза» - то.…Толкну если чо, и то хлеб. Не зазря в рейд сходил - поглаживая приклад сказал бандит.

- Ну, это ты поторопился, вечно ты спешишь. Мокрушник, что с тебя возьмешь. А вдруг ПДА у него сработало? Пустят по нашему следу, пару-тройку квадов, и всё! Кранты нам тогда. Не дай Бог, Разор след возьмёт… Совесть Клана… чтоб его… - ответил Хронавт, прихлёбывая крепкий чай.

- Да этот Воронин нам ещё с того раза должен остался! За «Бульдог»,не помнишь что ли?! - вскинулся Фтарой. Наплел тебе семь вёрст до небес… <<здравствуй бра-а-ат>> Карту какую-то левую всучил… Ты и повелся, жаль мне на территорию Бара нельзя, я бы там ситуацию-то разрулил в момент. И бабло бы наше вытряс. Добрый ты Хроныч, вот что скажу. И доверчивый как ребёнок. Как только не схавали тебя до сих пор, ума не приложу.…

- Так ты же валишь всех подряд! Хочешь, перечислю?!Упырь, Бес, Кочерга, отец Диодор, этого-то за что?... недоумённо спросил Хронавт.

- За «Чейзер» за что же ещё?! И он, похоже, нас завалить хотел…. святоша.Да и Сидорыч мне говорил за него. Денег обещал, надо зайти забрать, кстати, хорошо, что напомнил - гукнул Фтарой – ты мне ещё экологов на болоте припомни, кто нож в спину воткнул?! Не ты ли часом?!

- Ну что? Тушим костерок и почапали? – спросил, Хронавт выплеснув остатки чая на пожухлую траву.

- Да, наверно, засиделись мы тут, не дай Бог, на патруль Монолитовский нарвёмся, это их территория,

уходить надо, причём очень быстро - ответил Фтарой - не нравится мне здесь, запах какой-то... нездоровый...

Быстро собравшись, и, ритуально задрав подбородки в небо над тлеющим костерком, сталкеры подались в сторону Свалки. Весенний ветерок развеял, белый аммиачный дымок с посеревших головешек.

- Хроныч, может, твоими путями двинем, а? Быстрее же будет, к переходу хоть на Свалку, хоть в Темную Долину, там кругом свои люди - предложил Фтарой.

- Это, смотря кому свои, твои свои, вон, в овраге кабана доедают, а мои, вообще, неизвестно где.

На базе не был давно, и связи нет – приостановившись, сказал Хронавт.

- Не нравится мне что-то, вон там в кустах. Похоже засада. Только чья?

- Нукось, в сторону малёха отойди, сейчас гляну, на такой случай, приберёг – вытаскивая из рюкзака гранату, сказал шепотом Фтарой.

Хронавт, приняв стойку стендовика, поднял любимую вертикалку: - Ап-п-п...

Граната, шипя запалом, пошла по дуге в сторону кустов...

Фторой зажмурил глаза, и тихо сказал: - смотри, Хроныч, последняя... Прамажеш-ш-ш...

Ствол вертикалки плавно опередил мысли и зловещий шёпот вечного друга - тыдыщь-тыдыщь - сухо щелкнул дуплет…

(Абзацы - наверно есть, если это, то, что мы думаем, а не фамилия или национальность)

- А здорово мы их, правда?! Вот уж не ожидал здесь встретить «Чёрных Слизней», те ещё гоблины, далековато они забрались. А главное, зачем? Ну да ладно, зато патронами разжились на славу, правда 12 калибра нет, но гранат теперь хватает, кидай не хочу- радостно потирая руки, сказал Фтарой.

- А колбасу и батоны, хреновые стали делать, суши хочу – недовольно пробурчал Хронавт.

- Да ладно тебе, вот до Сидорыча доберёмся, килограмм купим, а может даже - два! Глянь по карте, где мы? Места знакомые, вроде раньше бывал, не помню точно. Вспомнил! Здесь недалеко база Ветератов была… или есть.… И если там по-прежнему Викториан главный, то ему сильно неповезло. Задолжал он мне, очень сильно задолжал - набивая потуже рюкзак, процедил Фтарой.

- Да тебя послушать, ты самый центровой крендель по всея Зоне, а что тогда в бандюганах ходишь, а? Ехидно ухмыляясь, и пряча улыбку, спросил Хронавт.

- Да знаешь, как-то так вышло, да и привычнее мне с ними.Как никак, два срока у хозяина отмотал. Правда, по бакланке на общем режиме, сначала малолетка, потом на взросляк поднялся. А чё?! Дисциплиной мозги не забивают, где был, что делал, не спрашивают, откидывай только в общак долю малую и все. Может, перекурим?

- А давай, вроде тихо в округе - мельком глянув на ПДА, ответил Хронавт.

- Вот помню, в эпоху тотального дефицита у нас в Челябинске, воровали с табачки и продавали заготовки для сигарет - метр длиной. Оторвал сколько надо - скурил... красота-а-а… Выпуская, из ноздрей синеватый дымок Винстона, почти промурлыкал Фтарой. - Эээх…Хорошо то, как блин! Как дома прямо. Слыш, Хроныч давно спросить тебя хотел, ты как сюда попал-то? Ты ведь не разу не рассказывал про это, отмалчиваешься постоянно. Тайна, какая что ли? Я вот, например, сюда на своём трале с Урала летающую тарелку привез. На испытания. Их у нас на ЧТЗ делают. Что-то у них там не так пошло, бабахнуло не слабо, ну ты должен помнить. Потом еще выброс внеплановый был. Многих накрыло тогда. А у меня в дополнительном баке, кое - что лежало, оказывается, напарник сука-гад партию стволов вёз, братва его подписала на это дело. При всеобщем шмоне их нашли, этот гадёныш в бега, а меня местные безопасники приняли, и завертелась карусель.

- Ну ты сказал вапрос... Хронавт, паперхнувшысь сигаретой, вопросительно пасматрел на друга. Правды захотелось? Их есть у меня...

- Тебе каторой, для анкеты? Или...

- Слыш, Хронытч? Ну чо за манера у тебя? Перебиваеш... Вапросам на вапрос, и речь какая-то страная? Недарам тебя Агасфером за глаза дразнют - не пятая ли графа замешана? Што за павароты речей?

- Я в Зону доиграть пришел, то, что в детстве не доиграл... Помниш, тема была? С чем у вас ассоциируется Зона? Так вот, я там свое написал... А знаеш какие тогда у меня игрушки были? Два пустых корбка от спичек, катушка ниток и, ты не повериш, брат... Пасатижи, с ручками в синей изоленте... Так что играю я тут, потихоньку, никому на мозоль сильно стараюсь не... по мере сил... Не всегда получается, но выводят - как принято непадецки, фплоть до...

Кто он????

упс-с-с... ой. у-у-у... как щас... щас - как заафтопим - нафлудим (с) са-афтары

Вечер выдался прохладным.

Какова чорта меня сюда панесло?! Ведь говорили знающие люди из етих, из СТРАШЫХ:

- ну нету тама ничево. Савсем. Все выгребли потчистую уже. И давно. Ну нет же... паперся. Авдрук?! Кагда на мели, то хлорка - тожа творог. А че делоть - та, а? Если на лбу написано красным маркером: - "Пашы каг лошать!" А на затылке, - "Всю жызнь!" Во, домег стоит, окна есь, двери тожа. Заночую деся. Вроде как тихо - кругаля па кустам...

Фтарова круголя. Болтеком впритолку - вашы все дома?! А в атвед никуя-тишына... Цужые тут ваще неходють. Асторожно прахожу - водя из всех стволов со стороны на сторону, как настаящий спетц-назоветц.

И гусиным шагам - ну вылитый Вымпел в рейде па тылам врога, ступня за ступню - как этож я пра Альфу забы-ы-ы-л...

Чу!!! О бли-и-ин! Партред какой то на не стене. А хто эта? Строга так смотрет - пряма в переносецу:

А ты выучел уроки? Прежде чем пиво в кампьютере пить? А ведь этот сталкир шмутно напаменает што то знокоммое, па той исчо - мирной жысти.

Внемательно вглядевшысь в оптеку ПСО-2 чота наченаю падазревать. Блиа-а-а...Точна!

- фигура самоходнова певнова кега, мужественное летсо, усы Тораса Бульбы-ы-ы... Перемазаные борщом с пампушками... Прастецкий камбез - разшытый жовто-бвакидным крестеком... фонарег-вмантированый пряма в моск, светит, - уже фтарой год как... Баторейка наверна атамная... Хде-та далжна быть еще кавбойцкая шляпо... И ... точна - шмад сало, завернутый в тряпицу анавремена с табачными крошкаме...

Этож... легенда... неушта?!!!

На портеде притолки двери, крайний генерал сталкеров - видевшый палавину легенд зоны в жывую и в реале, и дажы стрелившый в йих с пентпонга, лична-сам....

Привычка у него еще есь: клацает все время пастаяна - клик, -клик... КЛИК-К-К затворам СВД-Дальннейбойщег. Да пригаваривает: А-а-а! - Нампофеку што пить - нас навазможна отровидь! Этож он дом сталкеров на карте ua пастроел. Без вебманег - на голам интузазизьме сталкеров-лохов.... Не, не лохов. А - Михов! И есчо какихто - но тожа медалистов. Да-а-а... Вот где аказыватцо - легендарный домег на Красной Площаде...

Ну што - паказадь пальтцом? Пасленим, што астался после бензапилы?

Закон Зоны

В жопу ранетый Лис, лежал где обычно... Около развалин фермы. Стона-а-ал бедолага...

Краем глаза, залитова слезами,он увидел увереной поступью крадущевася к ему Меченова, са зловещей ухмылкой на тонких губах, и... - с шомполом в руках?!

- Чево у ево в руках на уме?! - Лис истерически папытайся атползти подальше от места действия:

- Не патхади сцуко!!! У меня все нормально. Ниче не болит. Я шышечку нашол!

Счас, маласть палежу - арешки пагрызу, и дальше папалзу-у-у...

Хор изза печки: Гонгрена, гонгрена-а-а - иму-у-у атрежуд ноги-и-и...

Если чё, я прахот закрою, патом взарвусь сам заместа гронаты!

Но Меченый, даже и не-падумал их слушать краем своево уха. Подойдя па-ближе и присев на корточки изрек непрегрешымую истену:

- Не парся ПАПА-ША - раз ты меня сынком назвал... я так долго тебя искал - а ты глянь де нашелся... Да я вообще добрый человек, можно сказать душевный. Ненавижу насилие во всех его проявлениях...

Резко сменив тон сваей речи, паказал изнутри бандитское нутро:

- Ты че марковка? Не знаешь неписаный зокон Зоны? Падстрелили?! Потерял много крови?!.. у тебя шок?... Или там,цобачки пагрызли?! Вот тебе шомпол в ухо! Аптечки на тебя перевадить ещё. Што я тебе, плотнек - носилки мастерить?!! Я тибе, не сентиментальный, тут караульный!...Кались гнида быстрей, где Стрелок!? Куда он пашол? Где деньги партии ВэКаПэБэ? Как даказать тиарему Ферма-Перельмана?!

Паигрывая шомпалом перед глозами стродальца продолжал спрашивать злобный ГГ (главный герой):

- Как ни жеско это будет са-стараны, но, не писаный закон Зоны гласит, тяжёло раненных нужно добить, также добиваются те, кто не может выдержать темпа на маршруте - Кардон тире Свалка. И это знают все... от малых и до великих.

*сплюнул - хфтьху, кинул наполовину докуреную сигарету - растер о пол ногу и быстро, но тихо, ушол*

Па баннерной сети сталкиров неслись панические саабщения:

1. Банда укуркоф ва-аружоных шамполами держыт в страхе всю Зону.

1.1. Они носятся по локацыям как умалишенные, постоянно вступая в перестрелки на шомполах,

и ни щадят при этом ни своих, ни чужих.

2. Сахватчена Свалка, при этом Бес-аказалсо ренегатом, сменял АКСУ на шомпал. А Танк аказываетцо - тот исчо сиделец.

3. Последние Долговцы с трудом атбивают атаки на Бар - невиданый спрос у торговцев на этот Аццкий мега-девайс.(ыыы-ну кудаж бес него...)

Из фсех динамеков зоны раздаеца в прямом эфире реклама Сидоровича:

В продаже имеюца наборы для рукоделия "Свяжы носки сам!!!" В комплекте кажнова - целых 2 (ДВЕ-Е-Е!!!) трицати сантеметровые спицы деаметром три милиметров. Стоимось - стопицот ру и два "осколка монолета"

В закрытом канеле страшых нездаровый ажыатаж:

Сахаров, сцуко - спраектировал таки спецыальный пси-шлем, каторый намертва закрывает ушные раковены. Тем самым, не даёт вазможности добить шомполом в ухохо. Правда - не слышна нехрена. Но этто не главное, здоровье-дороже. ИМХО. Ато нашлись уже умельцы - залевать слуховые атверстея свенцом

"@nDRON"

Провода ползут по шее,

И вползут в квадратный блок.

Охладителя решетка -

То для Зоны не замок.

На глазах очки цветные -

Странно красно-голубые...

На коленях куча кнопок,

А в руке - скользящий пульт.

А вокруг - одни руины,

Хлам и пыль, ошметки тел...

На тарелке. Шепчут губы:

"Ой, тут кто-то залетел!"

Не в экзоскелете сталкер

Нарисован здесь в стихе,

А всего лишь "персоналкер"

В квейк играл. Вот так, хе-хе...

Олег "GB" Малахов

Дракон и Тигр

Когда-то крался тигр тихо по кустам.

Камыш играл с полосками на шкуре.

Он не услышал бы себя и сам

И думал скрытны тигры по натуре.

Он крался словно тень кота в ночи.

Не мог ни кто похвастаться, что его видел.

Поэтому никто не знал его тай-чи.

И этим тигра мир всерьез обидел.

Неподалеку скрытный жил дракон.

Не слышен даже самым чутким ухом.

Был в маскировке так искусен он,

Что птички пели у него под брюхом.

Средь скал седых и даже на песке

Крылатый зверь так мог притаиться,

Что рыцарь проезжая мимо налегке

Меж ног его на отдых мог остановиться.

Довольно долго это продолжалось,

Пока не встретились случайно Тигр и Дракон.

Им может раньше встретиться случалось,

Но встречи факт ни кем не подтвержден.

А в этот раз по скалам тигр крался,

Дракон же затаился между плит.

Пометить место тигр просто собирался,

Дракон не оджидал и был облит.

Что началось! Дрожали скалы в страхе,

И когти звонко били по броне.

Поймав дракона на обратном махе,

Отправил тигр головой его к стене.

О! Этот бой достоин был корриды.

Но в нем победа не досталась ни кому,

И чтоб решить взаимные обиды

Решили разобраться по уму.

Божился тигр: "Я тебя не видел!"

"А я не видел как ты подошёл!"

"Прости коль я тебя обидел."

"Нет не прощу! Я сильно оскорблен!" -

Вскричал дракон, но получил отпор.

И снова бой пустой. Покорные судьбе,

Позвали льва, чтобы решил их спор.

Продолжились баталии в суде.

"Ни кто не виноват!" - решил арбитр строгий -

"Дракон в засаде мог глядеть кругом,

А тигр должен был смотреть под ноги.

Никто не должен ни кому. Решим на том."

С тем разошлись, не простив друг-друга.

Но с той поры крадется тигр так,

Чтоб видели его, когда идет по кругу.

Ну а дракон в судах большой мастак.

22.07.08

Владлена "Nastasya Fillipovna" Солуянова

В состоянии нирваны

Восседал я на диване.

Восседал, марал бумагу

В состоянии имаго.

Я достиг вершины шэ

И сидел я в неглиже.

А Сидгартха Гаутама

Подарил мне три банана.

Я с бумагой на диване

Обнаженный ел бананы.

Эманировался Дао

В виде «ци», сказал мне - чао.

Громко так сказал мне – чао

Эманированный Дао.

Обнаженным на диване

Я с бумагой ел бананы.

В состоянии шизо

Отвезли меня в ИЗО

* * *

Выхожу один я к монолиту

Так покойно, тихо на душе.

Словно в детстве, под кустом ракиты

В маленьком уютном шалаше.

Не жалею, не зову, не плачу.

Все прошло, как после боя дым.

С молодости зоною помеченный,

Стал я стар, угрюм и нелюдим.

Я теперь скромнее стал в желаньях.

Контролер, иль ты навеял мне?

Будто я сквозь зону утром ранним

Проскакал на сизом кабане.

* * *

Дихлофосом отравлен,

Искалечен, избит.

Таракан одинокий

В уголочке сидит.

Он летал на досуге,

Он Шекспира читал,

Ясноокой подруге

Он стихи посвящал.

Светлой песнею к звездам,

Мысль струилась его.

О жестокости злобной

Он не знал ничего.

В небо вольною птицей

Отлетает душа.

А из глаз его синих

За слезою слеза.

* * *

Настасья Филипповна в лес погулять

Вышла, раздумий полна.

Снорков и орков, гоблинов плотей

Вдруг видит под елкой она.

Лежат и не дышат. Тут же в сторонке

Подводная лодка без верха и дна.

Разбитая Клава, избитая Аська,

Бутылки, бутылки и два стакана.

Настасья Филипповна все осмотрела.

Ну что же все ясно, сказала она.

Танк и Сержант здесь о книге мечтали.

Какою же будет она?

Лектор

Сказочка

Сталкер в Зону собирался:

Мылся,брился,похмелялся,

Антирадом запасался:

Водки взял четыре литра.

-О,закуски не забыть бы.

Кинул банки две тушёнки,

Колбасы, и два батона,

Энергетиков пяток.

-Блин,тяжелый рюкзачок,

Но подумав всё оставил.

Нацепил он свой комбез,

Поначалу взял обрез,

Но-"Грозой" залюбовался:

Ведь "Гроза" та не простая,

На ней оптика крутая:

300 метров-снорку в глаз

(Тут со ста бы хоть попасть)

"Кольт" засунул в кобуру,

Пару пачек взял патронов

И отправился он в Зону.

В Бар походу заглянул

И задания стрельнул:

Для Бармена- Артефакт,

Долговцу чего-то там,

(Супер клёвый "Абакан")

Кровососов замочить

И ружьишко притащить.

Два по двести накатил,

Попрощался и свинтил.

Вот заходит он в Долину,

Видит чудную картину:

Пуля-долговец крутой,

Гасит бандюка ногой

И прикладом по *балу,

Чтоб его не расслабляло.

Хочет долговец узнать,

Где напарника искать.

Пропинал,узнал и просит:

Слышишь сталкер помоги,

Долг,долги не забывает

Ну так что?Айда за мной.

Знаю место для засады,

Мигом справимся с тобой.

Что же делать-побежали,

Завалили бандюков,

Постояли, потрещали.

Пуля-денег отвалил,

А его напарник-инфу

В КПКшку мне залил.

Вобщем славно пообщались,

Но пора,работа ждёт.

Щас пошарюсь по Долине,

Пошукаю Артефакт,

А потом пойду к бандитам,

Боров очень будет "рад".

Прошвырнулся по Долине,

И- надыбал Артефакт.

Дальше двигаю к бандитам,

Чтоб надыбать Автомат.

Через слив пролез на базу,

Влез на вышку- красота!

Сверху всех бандитов видно,

Ну держитесь, гопота!

Снял "Грозу" пошло веселье,

Вынес банду в пять минут.

ХабарОм рюкзак затарил,

Взял трофейный Автомат.

Выпил.Вышел за ворота

Инеспешно двинул в Бар,

По пути ключ изучая,

Что у Борова забрал,

Да, занятная вещица,

Что там Бармен говорил,

Про секретный, старый бункер,

Только что- то я забыл.

Ладно, доберусь до Бара,

Скину автомат, хабар,

Пообщаюсь там с народом,

Выпью, вобщем отдохну.

А с утра на Милитари

К кровососам потяну...

Игорь "Сержант"

Прохождение Сержанта

Последнее, что я помню - это как Слава остановил какой-то грузовик и попросил водителя отвезти меня домой. Смутно помню, как мое безжизненно-безчувственное тело перевалили внутрь кузова. Дальше - провал...

В себя я пришел в каком-то бункере, перегороженном решетками. За одной из решеток сидел мужик, назвавшийся то ли Степанычем, то ли Спиридоновичем. Он почему-то вбил себе в голову, что именно я должен убить какого-то Стрелка. Совал мне в руки КПК и учил им пользоваться. При этом жрал куриные ноги, а меня тошнило. Далее оказалось, что я должен встретиться с неким Волком, который расскажет про Лиса, который расскажет про Крота... Запутавшись в этом зверинце, я не стал вникать.

Оживился я при упоминании о торговле. Меня как-то сразу заинтересовала водка. В долг Степаныч не отпускал, поэтому пришлось снять с себя куртку и обменять ее на две бутылки. Спиридоныч нажал рычаг и двери бункера с визгом и стоном отворились. Я направился к выходу.

- Ну, проветришься, заходи! - услышал вслед.

- Щаз, ждите! - мысленно ответил я.

Передо мной лежала совершенно неизвестная мне местность, похожая на заброшенный дачный поселок. Отложив раздумья по этому поводу на потом, отправился к ближайшему домику. По пути встретил вышедшего из-за забора мужика. Он критически осмотрел меня, хмыкнул и сказал:

- Это ты к Волку? Иди скорее, он ждать не любит!

- Волков бояться - в лес не ходить - философски ответил я и, оставив мужика в недоумении, продолжил свой путь.

Ближайший домик гостеприимно распахнул передо мной выбитые двери. В одной из комнат находился диван, на который я немедленно уселся. Откупорив бутылку, сделал мощный глоток. Более мерзкой гадости я не пил с армейских времен, но жизнь стала налаживаться. Выкуренная сигарета добавила оптимизма. Наладив жизнь еще несколько раз, я прилег и погрузился в приятную дрему, незаметно перешедшую в здоровый алкогольный сон.

Не знаю, сколько прошло времени, но разбужен я был довольно безцеремонно здоровым детиной. Это и был, как оказалось, пресловутый Волк. Вручив мне нож и пистолет, он категорически настаивал на том, что я должен идти и спасать Шустрого и забирать у него флешку. Мои слова о том, что мне это на фиг не надо и тем более, никаких Шустрых я не знаю, действия не возымели. Пришлось встать и выйти из гостеприимной обители. Благо, что КПК я не выкинул и на его экране было указано направление моего движения. Вскоре я вышел на бетонную дорогу и тут же столкнулся с тремя солдатами. Я вежливо поздоровался и спросил:

- Как служба, служивые?

На что один из них разумно ответил, что дальнейший диалог невозможен без приведения всех беседующих в одинаковое состояние. Согласившись с ним, я достал бутылку. Вчетвером мы прошли в тоннель под дорогой и сели у костра.

в ходе беседы выяснилось, что служба она служба, вот только на дембель скоро, а рассказать-то дома и не о чем будет. Начальство предпочитает брать деньги с тех, в кого стрелять надо. Так что, как всегда, караул, наряд, чистка оружия, уборка территории...

Я же, со своей стороны, глубоко потряс их простые солдатские души основательным знанием таких важных вопросов, как набивка гармошки на сапогах, укрепление погон и подшивка воротничков с леской.

Когда в нашей уже сдружившейся компании встал вечный вопрос о том , где взять еще, меня озарило:

-Ребятки! Мне тут поручили какого-то Шустрого спасти и чего-то у него забрать, а я здесь не ориентируюсь совершенно. Поможете?

-да это мы в миг! Дай-ка КПК твой - обрадовано произнес сержант.

Я протянул КПК, сержант пощелкал клавишами, сказал, что все понятно и скомандовал:

-Оружие к бою! Вперед!

И они растаяли как галлюцинация.

Через несколько минут я услышал короткие автоматные очереди, крики, взрывы гранат. Потом все стихло. Еще спустя некоторое время солдаты вернулись, чрезвычайно довольные. Двое тащили ящик водки, а сержант нес рюкзак.

- Ну вот, земеля, вот твоя флешка, а это - бросив рюкзак на землю, продолжил он - трофеи. Оружие, патроны, аптечки, ну и всякое прочее. Нам не надо, а тебе пригодится. Ну что, продолжаем?

И мы продолжили. Единственное, что мешало нашему пикнику под обочиной, так это проезжавший над нашими головами БТР с которого несся мегафонный голос:

-Не волноваться! Бросить оружие на землю!

-Нас ищут! Отцы-командиры! - сквозь зубы процедил солдат, и к потолку взметнулись четыре непристойных жеста.

Но все хорошее, в отличие от плохого, имеет свойство заканчиваться.

Однажды утром сержант сказал:

-Ну все! До трех суток - самоволка, больше трех - дезертирство. Пошли мы родную казарму. А ты к Сидоровичу иди. Флешку сдай, а там смотри сам. Если что, под мостом нас найдешь. Удачи!

Они ушли, а я поплелся к Сидоровичу, по пути переваривая полученные знания. О том, что вокруг меня Зона, что живут тут сталкеры, разделившиеся на группировки, есть тут мутанты и аномалии. О том, какое отношение имею к этому лично я, старался не думать.

У Сидоровича обменял флешку и трофеи на водку, тушенку и хлеб. Он снова попытался дать мне какое-то задание, но я не слушая ушел.

Прошерстил дома в поселке на предмет пищи душевной и остался доволен уловом. Жюль Верн, Конан Дойль, Герберт Уэллс, Стивенсон... Что еще надо?

И снова дорога из бетона. Не доходя до моста, свернул вправо, памятуя рассказы солдат. Обнаружил очаровательный тоннель, заваленный с одной стороны. В нем были оборудованы спальные места, чем я немедленно и воспользовался.

И началась у меня та жизнь, о которой я и мечтать не смел. Читал книжки, гулял на природе, выпивал в меру, отдыхал. Но опять же, увы и ах! Все так скоротечно! Однажды под утро явился Волк со своими сталкерами, арестовал меня и доставил к Сидоровичу.

Честно, мне было больно видеть его после моего заявления о том, что я не желаю выполнять никакие квесты, а желаю, чтобы от меня отстали и дали остаток дней моих прожить в тоннеле. Наверное мне показалось, но я отчетливо услышал как мои конвоиры завистливо вздохнули.

Сидорович оказался великолепным оратором. Он то взывал к Высшей Справедливости, то грозил немедленными и мучительными карами. Он приводил блестящие аргументы и не менее блестящие обоснования того, что весь мир, затаив дыхание, смотрит на меня и ждет моих действий. Потрясенный этим потоком красноречия, я согласился идти за мост и встретиться с Лисом.

Экипированный и проинструктированный, я вышел из бункера...

Алексей "S.Pereiro" Подколзин

Прохождение Перейро

Кто я? Где я? Какое сегодня число? Не понять...

Сильно болела голова и хотелось пива. Или водки. Только шевелиться не хотелось. Впрочем, наврядли пиво само придет, потому разлепляю глаза. Странно, где я? Какая-то каморка, освещаемая тусклой лампочкой. Дверь как в сейфе - без автогена хрен откроешь. И за стеной где-то - бубнят на два голоса. Вот уроды, подумалось... Вещи, которые были при мне (коммуникатор, часы, деньги, нож и прочие полезности), отсутсвовали, зато рюкзак валялся рядом с топчаном, на котором валялся я. Ну вот и славно - у меня там в потайном кармашке НЗ - фляжка с коньяком. Не пропала - что радует. Глотнул. Вроде полегчало. И лампочка не такая тусклая стала казаться, и вообще... Прислушался. Вроде за стеной кто-то впаривал кому-то КПК и убеждал, что тот должен завалить какого-то Стрелка. Потом вроде шифроваться начали - какую-то тарабарщину городить про лис, волков и серых кротов. Тайный шифр, наверное. Посплю-ка я лучше, пока нет никого...

Проснулся от того, что какой-то толстый мужик тряс меня за плечо. Вставай, Меченый, говорит... Какой я Меченый? Это не ко мне. Отстань, дядя, ты меня попутал с кем-то. Нет, не отстает. Ну чего тебе? Принес мне какие-то шмотки. Не мои, и явно кем-то ношеные. Хоть бы постирал, гад... Ладно, всю жизнь тут не проваляешься. Чего надобно, старче?

- Короче, Меченый, я тебя спас, и в благородство играть не намерен... Выполнишь для меня пару заданий... Как с тобой говорить будем... Здесь Зона - аномалии на каждом шагу... Ну и здоров же ты болтать, мужик. Наверное, депутатом раньше был. Началось... Зона какая-то... Пару заданий... Пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что... Ладно, к делу. Чего хотел, упырь? С Волком поговорить? Что-то мне имя его не нравится... Ладно, посмотрим.

Ага, кто тут Волк? Вон тот мужик с калашом, похоже. Ну и чего ты от меня хотел, дикий брат собаки? Шустрого спасти? А чего ж он пропал-то, если шустрый такой? Ладно, поищу я твоего потеряшку. А, ещё и пистолет даёшь? Совсем хорошо. И ножичек... Что-то он мне подозрительно мой напоминает... Ну точно, вот тут я маленько с заточкой скосячил. Где взял, вражина? Тебя в детстве мама не учила, что воровать нехорошо? Ладно, потом сочтемся.

Пошел Шустрого искать. Дали мне какой-то наладонник с GPS. Совсем одурели, что ли? Если всё, что наплел мне этот отставной депутат правда - тут никакой ЖПС работать не будет. Или врать метров на 300 - 500 будет. Лучше бы ориентиры на местности описал, умник. Ну и ладно, шустрый, вялый - не найду и фиг с ним. Во, у вагончика какой-то хмырь валяется. Вопит ещё чего-то. Аптечку ему подай. Вот она - в двух метрах лежит. Жить хотел бы - дополз. А не хочешь - не надо. Я за естественный отбор. Чего? В вагоне нычка, говоришь? Это хорошо. И правда, нычка... Бинты, ещё аптечка, ствол ещё с патронами... Надо поспрашивать, может этот инвалид ещё чего знает? Не знает, похоже... Ну и ладно, катись, вон, под бугром собачки какие-то бегают. Им тоже есть хочется. Что кричишь? А, перестал...

В развалинах строений с вывеской "Кооператив ЛОКОМОТИВ" кто-то копошился. А вон там интереснее - мост какой-то, военные толкутся. Пойду туда.

- Иди сюда, сталкер... Хочешь пройти - плати, нет - вали отсюда.

Ага, плати. Щаз. Обхожу этого тормоза с табличкой "Майор Кузнецов" на груди. Он так и стоит на месте, продолжает своё буровить. Во, костерок, ящичек, водка - закуска... Здорово, мужики, я тут с вами посижу.

Сидели долго. За это время перезнакомился со всем личным составом этого блокпоста, даже майор оказался нормальным мужиком - только контуженный. Обещал помочь, если что.

Противно заорал КПК - Меченый, значит так, по поводу Стрелка... Сидорович опять. Ну чего тебе надо? С Лисом поговорить? А он тварей на хвосте принёс? Блох что ли? Ха-ха... Да ладно, Сидорыч, это я шутю так... Сразу говори, чего тебе ещё надо? Флешку? Какую флешку? У Шустрого? А чего сразу не сказал? И Волк ещё просил ферму от мутантов зачистить? И кабанов пострелять? Ну вы это, меру-то знайте. Я ж не добрая фея... Ладно, давай координаты. Принял.

Слышь, майор, ты вроде помочь обещал? Тут недалеко мужик один застрял... А, патруль уже отправил? Оперативно... А ещё вот чего, у вас артиллерии тут никакой нет? Тюльпаны, говоришь? Отлично, давай, связывайся... Что, командир батареи пьяный? Ну у машин-то есть кто в трезвой памяти? Ага, принимайте установки... Прицел, поправка, взрыватель осколочный, зарядить, огонь по готовности. Это, мужики, уши прикройте...

Ух, славно повеселились... Через полчаса прибежал ошалевший Волк. Слегка заикаясь, он попросил в следующий раз не принимать их скромные просьбы близко к сердцу, и отдал пару артефактов, калаш, денег сколько-то, ящик водки и ящик тушенки. Вот это жизнь... Как выяснилось, вся Зона - тридцать километров диаметром. А вокруг - войска, артиллерия, даже авиацию в подмогу вызвать можно. Но вертолеты иногда в аномалии затягивает, а вот на пули и снаряды эти феномены внимания не обращают. Ну и замечательно.

И потянулись к нам на блокпост сталкеры - кто в одиночку, кто группками. Стали заказы на зачистку местности делать. Не безвозмездно, естественно. А что, грамотно. Сначала артподготовка, потом сбор трофеев. И им хорошо, и нам, и государству прибыль. Раз в неделю с дальнего блокпоста приезжает машина, забирает артефакты, припасы какие подвозит или заказ особенный какой. Волк с Сидоровичем по струнке ходят. Долг вот на связь выходил, Свобода... Бармен предлагал к нему в Бар перебраться. Но мне и здесь хорошо, иногда выходим с мужиками кабанов пострелять или плотей. А то и просто так - по воронам для развлечения. Дошли слухи, здесь недалеко чудак один обосновался - тоже по округе погулять любит с ружьём да выпить в хорошей компании. Надо в гости будет наведаться...

Вячеслав "Танк72" Густов

Прохождение Танка

Во время падения с грузовика ударился головой, поэтому, практически не пострадал. На подбежавшего помочь, и, пытающегося куда-то тащить сталкера смотрит с искренним недоумением. Разобравшись в ситуации, идёт к Сидоровичу. По пути не удерживается, и разделяет скромную трапезу новичков. Достаёт бутылку водки, и доширак. От доширака новички со слезами благодарности отказываются.

У Сидоровича въезжает в ситуацию. Идёт к Волку, берёт квест.

У вагончика даёт пострадавшему аптечку, бинт, бесполезный ПМ и доширак. Раненый не может отказаться - Танк сильнее. Берёт бинокль, устраивает засаду у входа на АТП в надежде взять языка.

В качестве языка ловит хромую псевдособаку. Та вначале пытается играть в молчанку, но доширак быстро развязывает ей язык. Она рассказывает всё - подходы к базе, и свои ранние детские воспоминания, вооружение и тактика действий бандитов, и сексуальные предпочтения их главаря. Где бандиты прячут Шустрого, а Шустрый - флешку. Семь неправильных концовок, и одну...

-Стоп! Доширак кончился.

Собака с чувством огромного собачьего облегчения вздыхает.

-Достану ещё пачку!

Собака сама отгрызет себе хвост, куда-то быстро убегает, и возвращается нагруженная копытами, щупальцами, стопами, и редкими артефактами.

Танк временно прерывает игру. По экрану бегут строчки рекламы "Доширак".

На автобазе было всё спокойно, стояла тихая Варфоломеевская ночь, ничто не предвещало беды.

Тихо-тихо, нежнее дуновения ветерка скрипели сворачиваемые шеи.

-Эй! Ну меня будет хоть кто-нибудь спасать, или нет?

-Будет.

В дверном проёме выросла тень. За плечами в объёмистом рюкзаке при каждом шаге тихонько позвякивали 8 ПМов и обрез. Шустрый почему-то испугался.

-Тут это... Я. И флешка. А они... Бандиты, то есь. Куртку. Спрятали. Чё-то я устал.

С каждым шагом Шустрый пытался отодвинуться, не замечая, что упёрся спиной в стену.

-Устал, говоришь... Может, и есть хочешь?

-Ага. Неееееееет!!!!!!!!!!!!!!!!

В это время, на счастье Шустрого, ночь озарилось вспышкой. С задержкой в пять секунд ветер донёс рокот мощного взрыва. У Шустрого отпала челюсть.

-Свят-свят! Никак, ядрёну бомбу сбросили!

Танк прислушался.

-Не. Миномёт "Карл", калибр шестьсот миллиметров. Перейро квест на кабанов выполняет.

Светила луна. Выли псевдособаки. Тихо, и совсем беззвучно, где-то вдалеке пронеслась летающая тарелка с крупнокалиберным аннигилятором на пилоне.

На обратном пути зашли в вагочик. Танк молча указал Шустрому на железный ящичек.

-Аааа... Лома нету?

-Ножом!

-Сталь?!

-Здесь так принято.

Через 30 секунд осчастливленный Шустрый перезаряжал ПБ

-Вот это кабаны?

Брезгливо кончиком ножа Танк приподнял ЭТО. После испытания Перейро новейшего миномёта, по Кордону всё ещё гуляло эхо, а пышные ранее деревья сверкали свежесодраной корой.

-Ты извини, Волк...

-Да ладно. Вот твой артефакт. И у Сидоровича квест на живность не бери. Она вся на Свалке сейчас. Прячется. Да, это. Под мостом военные тусуются. Ты их осторожно проходи.

Военные под мостом запивали стресс, и, ощетинившись автоматными стволами, держали круговую оборону.

-Гля, гля, вот там птичка!

-ГдЕ???

-На двенадцать часов!

-ОГОНЬ!!!!

Насупленная ворона, сделав круг и всех запомнив, полетела в сторону Долины.

-Ой, не нравятся мне, ребяты, эти вороны неубиваемые.

-А вон сталкер идёт!

-ГдЕ???

-На семнадцать тридцать одну. Тридцать две. Тридцать три....

-МАМА!!!!!!!!!!

Не выдержав нервной перегрузки, войско побежало ховаться.

-Аптечку!

Лис был совсем плох. Надежды на него было мало, поэтому Танк собрал остатки патронов, и побежал в одиночку гасить собак. К его удивлению, однако, собаки были уже порядочно "загашены". Они виляли хвостами, ластились, и, нетвёрдо держась на дрожащих лапах, пытались свыть песню.

-Вот это да!

Танк с уважением оглянулся на прикорнувшего возле бочки Лиса.

-Чем это он их?

И тут пришло понимание.

-Перегаром!!!!

Крайняя справа собака икнула, и, поплелась к ближайшей луже - пить.

-Так! Сейчас, главное, иди по дороге на север и никуда не сворачивай!

Танк огляделся, и оценил шутку юмора Сидоровича. Направо до забора было десять метров,налево - два. Справа, у самого забора, пряталась стая собак, заслышавшая запах доширака.Слеваиз-за ёлки высунулась голова с большими круглыми глазами, и сказала "Ой!". Потом прибавила"Гав!". Танк не дал себя обмануть, и, вскоре из дупла был извлечён щуплый бандюган в роскошной куртке "Адидас". Танк нахмурился:

-А знаешь ли ты, что компанию "Адидас" основал Адольф Дасслер?

-Не.

-А знаешь ли ты, кого ещё звали Адольфом?

-?

-А смотрел ли ты фильм "Мы из будущего"?

Через пятнадцать минут злосчастный бандюган камнем отшкрябывал с куртки эмблему "Адидас"....

Илья "LIS" Ветров

Прохождение Лиса

*Голосом и интонацией Призрака.*

Химера. Звучит, да? Звучит. Вот только что она делает на Кордоне... вот это вопрос. Эх. Вопрос так вопрос. Лагерь уже вырезала. Сейчас добивает военных у периметра. Судя по всему, блокпост на насыпи тоже уничтожила. Поганая сволочь. Каким-то чудом все-таки выжил, полез на чердак одного из домов в лагере. Там прятался Волк. Пришлось его выпихнуть наружу и скормить Химере. Ну, чтоб отстала. Я так думал.

Не отстала. Скормил ей все восемнадцать батонов хлеба, сорок три штуки консервов, JPS- навигатор, спальный мешок и две обоймы патронов к ПМ-у. Потом попытался скормить ей Сидоровича, но этот хмырь упирался очень упорно. Наверное, приклеил себя к стулу. А стул к полу.

Я видел, у него в каморке много клея было. Эх. Вот бы у меня было много клея...

* * *

Как потом выяснилось, Химера была электрическая. Сильно билась током. Погань. Эх.

* * *

Вечереет. Не могу спать - на чердаке были очень вкусные энергетики, а спальный мешок я скормил Химере. Ну и ладушки. Ну и хорошо....

Новички уже пытались респавниться четыре раза. Все бесполезно. Эх...

* * *

Включил мат в новостях. Изучаю ПДА. И некрологи. Все восемдесят восемь прочитал. Становится скучно. Химеры не видно. Зато видно кровососов. Они респавнятся быстро, у двери в бункер Сидоровича уже собралась толпа.

Слышно чириканье маркера по железной двери каморки. Мне стало очень скучно, и я позвал кровососов к себе на чердак. Они притащили десять ящиков водки. Сказали, что качественная, не паленая. Я попробовал - действительно качественная.

Какой- то из кровососов притащил с собой бульбулятор и булькал в него всю ночь. Кровососы развели костер и начали травить анекдоты и играть на гитарах.

Наверное, я выпил слишком много водки. Но... это уже не важно. Эх. Дожить бы до утра.

Че-е-е-ерны-ы-ый вора-а-а-ан, ик....

Олег "Мор" Орлов

Хождение по мукам Мора

Трясущимися руками распаковал архив.

Ну! Давай быстрее!!!

-Загрузко того....

-Загрузко этого...

-Клиент.Синхронизацыя....

Вот оно! Наконец-то...Новая игра...уровень....чё мудрить-то...-сталкер канешна.

Еду в грузовике...трясёт...молнее..Ба-бах!! ....

Патеря сознания...Вот я очнулсо. Ага! Это же закрома Борова! Быстренько сабираем ништяки.

На первое время сгодитсо. Чуваг какой-то бандитской наружности в углу стоит.

-Э! Ты кто?! Подхожу..-F- друг аднака...Бандит па фамилии -"Фраеров"...ладна...

Пипиг. Задание: - Поговорить с Боровом... Ладна. Где есть Боров, я и с закрытыми глозами найду...

Поднимаюсь, по дороге тыкаю F-ом в всех встречный гопнеков. Все друзья.

Вот только что странно, у них у всех одна фамилия-"Фраеров". Братья что ли?!

А может это-должность такая? Ну ладно, потом разберёмся в гинекалогическом древе.

Вот и Боров.На своем рабочем месте. Сабираем ништяки. Все на месте, как абычно.

-F-...бла-бла-бла...Варианы атветов. А нажму ка я :- Иди ты со своим заданием!!

Здраствуй мой рабочий стол. Давно тебя не видел. Как дела?!

Загрузка. Будем умнее следующий раз.

Опять Боров. Почему он называет меня- "Змей"?! Папутал что-то видать...

Соглашаюсь на задание: - Встретицо с "Носорогом"..трындит че та пра вирталёт..

...Боров\Змей\Носорог- зоопарк какой-то палучатцо. Нее...цырк! Фантазиии маловато...

Ладно выхожу Напрягает атсутствие мини-карты в привычном углу.

На плане нахожу атметку "Носорога", бегу туда.

"Носорог"-лежит павший смертью храбрых в неравной борьбе с бандой агалтелых тушкано.

Серьёзные звери кстате, коцают не па деццки. Добиваю астатки зверобанды.

В руках у меня всепатронный афтомат с глушителем. Забыл как называтцо.

Знаю. что есть многотопливные двигатели, но ствол- заряжающийся от пистолетных до снайперских патронов, это слишком для моей не акрепшей психики.

Шестиствольный аццкий мега-девайс, положил пока в ящег. Тяжол зораза...

Да и жрёт грузовиг патронов в минуту....пусть полежит пока, думаю не сопрут.

Налетела стая кабанов. Пострелял. Кобаны как кобаны, обычные.

С Д.Т-два выхода...куда бежать?! Добежал до фермы кидал-робингадов. Тихо, нет никого.

Наверно ушли. Ворота закрыты. Аблом. Пойдем через Свалку. Дорога знакомая.

Добегаю до перехода. Долговца "Пули"- нет на месте. Зато есть спецназ, каторый садит па мне из охотничих ружей....странно.. Проявляю чудеса ловкости и навыки снайперской стрельбы.

Жру аптечки, благо, их есть у меня. Положил всех. Папутно, под раздачу попал тип, в костюме экологов.Обшарил его, узнал , что: - Сахоров-предатель, переметнулся к Свободе...

С тушки военного инфа:-Пробиваемся к сваим, кончились патроны,экспроприировали ахотничьи ружья.

Переход. На Свалке, одни бандиты. Все друзья. Более никого. Даже сабак нет.

Переход. На Кордоне два бандита начинают садить па мне с двух стволов...Чтозанах!!!!

Не ажидал бля...Убил абоих. Наверно, это были неправильные бандиты. Атмарозки.

До самого моста ни кто больше не попался. Военные на посту. Стоят как обычно, не стреляют.

Денег не берут. Ну и ладно. Пойду так.Ага! Начали стрелять,когда почти прошёл.

Пожалел служивых, только Кузнетцова пришлось устронить.

Деревня новичков. Все -нейтралы. Прусь в знакомый подвальчег к Сидорычу.

Не тут-то было! Дверь-не открыватцо! И даже -F-не паивляитсо. Наглухо блокировано.

Но в тоже время слушу: - Я тебя спас, и в благаротсва играть не сабираюсь...

Аткуда голос?! Может у него динамик с камерой вмантирован в стену?!.....

Все ништяки в деревне на своих местах. Но почему-та падашол с сталкеру, а он мне:

-Ни кто с тобой говорить не будет...(знакомый диалог кстате...)

Волк как приклееный, стоит на своём месте. Подхожу. -F- вылет на стол.

Психанул. Выключил. Потом может быть дальше пойду...

Часть Фтарая.

Кордон. Деревня новичков. Пробегаю мимо Волка. - Нее...не буду я с тобой здороватцо, знаю уже, ты плахой. Наводочка - "Удобное место". Могу паспорить на свой глаз, там три аптечки.

Точно! Вот они, лежат, на меня жалобно смотрят...Ладно, заберу с собой, вдрук прегадитсо.

Иду дальше. Прямиком туда, где две "Медузы" всегда лежали.Подхожу к аномальной зоне.

Около меня никакая плоть не пробегала. Но Сидорович, видимо лучше знает, по этому вещает,

наверно с небес: -На её месте мог быть ты..Прямо,всевидящее око!(всегда падазревал, что он-масон)

А схожу ка я на АТП. Гляну, что там. Там канешно же были бандиты. И снова-неправильные.

Зачем-то начали стрелять...Ну и зря. Все восемь, геройски пали в неравном бою со мной...

Перешел железную дорогу. Проблемы с радиацией и голодом, отсутствуют начисто. Не надо ничего.

Робат. Вообще, на Кордоне, не привычно малолюдно и тихо. Лишь на заброшенной ферме, ко мне кинулись со всех лап четыре плоти. Видимо соскучились по простому человеческому общению.

Стрелять не стал. Забил руками при помощи приемов карате.

Перешол на Свалку.

Бедолаги Юрика нет. Плющущих его гопнеков - тоже.

На кладбище старой техники вместо Беса со товарищи, шесть туловищ плотей.

-Так-так...кто-то же их заделал начисто?! А, пройдусь до бандитской ложбинки, погляжу.

Ага! Вот они! Неприятные неприятности....Вместо гопнеков имелся армейский спецназ.

Человек десять, как раз с отделение. Один даже в СКАТе, видимо- ихний камандир.

Бойцы спецназа, проявляя отличную подготовку, с криками: - Вали гада!!!

Попытались выполнить поставленную боевую задачу. Они конешно не знали, что злая судьбинушка подкинула им орешег не по зубам...Вертясь как уж на скаваротке, получив несколько тяжолых ранений,через некоторое время я всё же их уложил.(Хард-мод от Киборга.)

В ангаре им.тов.Серого-нет вообще ни-ко-го! Ужос шо тваритцо-та...

Пост на Свалке. Прапора нет и быть не может. Так как пост заняли бандиты дружественной мне группировки "Мародёры". Просто ходят туда-сюда, сидят и травят онегдоты.

Из разговоров информации-ноль.

Решил сходить на Агропром. Перед переходом стоял чуваг в долговском комбезе.

- Ну слава Богу! Хоть что-то знакомое...Ага..."Знахарь" группа "Чорные Слизни"...

Пестик/ба-бах/пуля/вжиг/ голова/шмяг/ труп/упасть....чесна сказать, толька из-за слизней...бррр.

Перс то может хороший был...

На самом Агропроме, при входе локацию стоит "Грешник" с ужасной мордой летса.

Прям как "Ваставший из Зада" Однем словом-Аццкая Сотона.Трогать его пока не стал. Мало ли чё?!...

В здании института никого нет. Видимо, все ушли в "Чистое Небо".Спустился в катакомбы.

Прогулочным шагом, не спеша к тайнику Стрелка. Задание: Найти тайниг Стрелка.

Флешка/камбез/огненый шар/АК/патроны/гронаты/аптечки. Всё на месте.

Завсегдатай этого приятного места кровосос, видимо куда-то эмигрировал.Наверна за границу...

Каких люд..ээ...мостров теряим..

Поднялся по лестнице наверх. Тишина...Проходя по корридору услышал знакомый до боли в мозгу рёв.Контролёр...контролёр был на месте.Правильно, на то он и контролёр.(пардон за тавтологию)

Две гронаты...прощай старый друк. Было приятно паболтать.Извини, ничего личного.Игра есть игра

Вылез через колодец. Вместо военных-группа Беса. Мне нейтралы. На третем этаже чемодана нет.Но есть сам Бес. Сидит, стволом новым водит из стороны в сторону...

Хвастаетцо им что ле? Базарить с ним не стал. Делать здесь более нечего, пойду назад.

Свалка.При помощи гронат аткрыл варота на локу.

Загрузка. Грузитцо нада атметить на удивление быстро. Даже пакурить не успел.

Сцобачег нету...Нет на блок посту ставшего уже почти родным сержанта Киценко.

Перед входом непосредственно в сам Бар, стоят Свободные в экзо. Молчат. Прохожу.

-Гарик!?...Жорик?!...где вы родные мои!? А в ответ тишина. За стойкой, отсутствует сам бармен.

Лишь кобанье рыло безмолвно говорит мне:- Ну а я то что могло сделать?!

Ну и дела-а-а...Знаю ведь, что в комнатах ничего нет...Но я же -сталкер! Решаю пашаритцо.

В дальней комнате абнаруживаютсо трое чуваков-свободных и Бармен с лицом Сидоровича!

Бармен-Сидорыч стоит уткнувшись в две настенные карты.Молчит....Стратег блин...Ему бы есчо трубку в зубы...

-F- вылет.Рабочий стол. Лога нет. Ну и ладно. Гружу старый сейв со Свалки.

Че там у меня в задании стоит?!... - Вернуццо к Борову!....Блин! а что я здесь тогда делаю?

Вернулся в ДТ. Боров, дружелюбно гнал какую-то пургу.Дал мне денег. Олегарх....

Вокрук него были разбросоны орудия убийства.Автоматы/пистолеты и даже-два пулемёта.

Собрал.Продал ему. Он ими апделался.Снова продал. Такая же фигня, только вид сбоку.

Дал мне задание идти на Агропром, искать какого-та перца Лукина.

Так нет же там никого....Но может паявитцо?

Про Виселицу какую-то тёр..кто это?! Может-девушко? Ладно, на месте разберёмся!

Вооружившись шестистволеным аццким мега-девайсом и взяв с собой грузовиг патронов отправился в дальний путь.....

Продолжение может последовать.

Добавка Хронавта

Адцкей девайз пулемед озадачена павел всеми шестьюрылами:

- Хм-м-м..(Праскрипел азабочена....) Немалавата будет? Штота там напесали пра деушку...

Есле она есть в чорной-чорной комнате - то, к грузовеку немешала-бы "телегу" с сорокафутовеком прекрутить. И акромя потронов, гранат...гранат пакласть, немеряно...

Там же уже стока желающих на "сладкае" слетелась... Мама негорюй.

Нада мне ище тада невераятный, приводящий в децкий васторг адново из...

ВО!!! - ГАДЖЕТ...ГАДЖЕТ...ПАЗАРЕ-Е-ЕЗ НАДА-А-А - гелеевый рифрижыратар... на все четыре...

хфтьфубля!!! на все шесь ствалов.

Слыш-ты Мего... хфтьфу бля, Девайз, ты довай - неатвлекаца. Бежать-неперебежать.

И чево ета виселеца на Аграпроме патиряла???

Паправел бьющщийся в истереке пулемет, и, мелкими шагами, высака паднемая ноги, ломанул в сторану АТП...

Эх, эндорфинов малавата, как повысить серотонин в кровотоке?

Неастонавлевась нинасекунду сунул в вечна раненава возле вогончека Ф1, ишё успел услыхать в догонку прошелестевшее синеми губами ...иба-а-а дру-у-у...

Мысли били в лоп изнутри, старась сбить меня с ритма... Штоп им было непавадна - решыл...

Только решыл - сразу аблом - мазжычок выдал такой "Алярм"... кудатам выжыгателю.

С галопа перехажу в ступар... Ушы улавливают за кушырями странные звуки.

- ыыы-ы-ы-ыыы-ммм-м-м...

???

- Зомби, на Кардоне?

- ИЛИ???

Па заунывной манатоности звуков - вроде непахоже...

Натовский "зоркий глаз" паказывает жолтую точку - нейтральный НПС.

Любапытна, shift+ctrl и, пермежая arrow up & arrow left, медлена патбираюсь к возмутителю спакойствея...

Па "одёжке" - ярый, забуревшый моналетоветц...

Чевое ему на АТП?

Сидит на карачках... Минирует штоле???

Так, паближе, бенокаль ка лбу - вобля, точна, "минируит" - штоны спущены и смотрет в небо...

Ну точна - глухарь на токовище!!! Васпользоваца ево состоянеем, или?

Нука, навсякей случай - F6...

Еще пяток приставных шагов вприсяде - неслышыт,

знай себе тянет свае, аброщеное в небо: ыыы-ы-ы-ыыы-ммм-м-м...

Рожает штоле??? А чево это под-НИМ?

Шестествол: - Адайкось, прецелюсь ат греха...

В перекрестье прецела недаумена наблюдаю жолтые буквы... Бля-я-я... вчитываюсь - этож... ЭТО-О-ОЖ... о-о-отэта да-а-а!!!

- "ОСКОЛАК "МАНОЛИТА", ритчайший артифакт, сродни философскому камню...

Ишё пару шажков - на дымящщейся кучке паивлятца -F-, нажымать???

Небля.. сночала ищё рас F6...Затем беспаузы -F-

Деалогавае акно "рюкзока" - красная надпесь 16 шрифтом:

Пазравляем, вы вляполесь в ГОВНО!!! Нефег пользоваца перацкими софти-и-инами-и-и...

Адменестрацыя

Вот и я,продолжая путь мелкими шагами, высака паднемая ноги, думаю, аткуда вжопе у моналета артефакт, а???

афтарское правИло (с) Фторой

Третья часть.

После долгих уговоров и обещаний - "что никто ничего не узнает" клятвенных заверений, что я не "солью бету в пространство Интернета", и "ни кому ничего не скажу", я её получил! Пароль кстати на архив был очень мягко сказать странный. В языках я не силен, но нутром чую, что здесь что-то не так. …….my_long_dildo_and_me_34.rar.

Архив распаковался в 57метров. Не слабо, подумал я. Установил поверх старой версии.

Загрузка….

Синхронизация…

Меню.

Поехали!

Появляюсь на Армейских Складах в курточке новичка и с обрезом в могучей правой руке.Красиво...

Шаг вперед - вылет, здравствуй рабочий стол.

Ладно, шаг назад - вылет. Снова созерцаю стол.

Шаг влево, шаг вправо - такая же фигня.

По совету своего старого друга Хронавта, ставлю прыжок 15 метров.

Не успеваю улететь в космас, меня догоняет, спеша со всех ног, кто бы вы думали?!

Конечно же – рабочий стол…

Ладно….Моя натура естествоиспытателя не дает мне покоя….

Ставлю на чистую версию Сталкера. Вылет в процессе загрузки.

Буду дальше думать. У меня - ум пытливый. Может что и придумаю.

АНЕКДОТЫ

Олег "GB" Малахов

Приходят два сталкера на стоянку на Янтаре.

А там лежат восемь трупов в кружок, и все карманы у них вывернуты.

- Ё моё! Опять Меченый ссылку на "Хабар Клыка" искал!

* * *

Сидят два контролера на Янтаре, разговаривают.

- Слушай, я сегодня какого-то программиста поймал. В мозгах у него покопался. Теперь я знаю почему у людей "10" это десять, а у нас "10" это восемь.

- Ну и почему?

- Ну смотри, - считает на пальцах, - один, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь! И всё! дальше уже "один, ноль"!

* * *

- Меченый, вот чего ты у меня в десятый раз спрашиваешь что в продаже?

- Сидорыч, у тебя в продаже Гроза 5.45 была?

- Ну была. Только у тебя тогда денег на нее не было.

- И где она сейчас?

- Продал.

- Как!?! Кому!?

- Да долговцу одному, ты его не знаешь. Он говорит из нее собак хорошо отстреливать.

С тех пор Меченый стал другом собак.

* * *

Месченый и Сидорович в бункере торгуются.

- Так сколько говоришь за АКСУ?

- 170.

- А за MP-5?

- 190.

- А за ПМ?

- Больше 55 не проси. И чего ты эту дрянь тягаешь? Меченый, вот чего ты все мельтешишь, туда сюда? Ты мне флешку Шустрого принес?

- Сидор, отвянь. Рано. Дай посчитать.

- Шустрый уже третий день в лагере ошивается, а тебе все рано!

- У тебя Гроза 5.45 есть?

- Вот настырный! 20000 она стоит, а у тебя всего 40!

- Погоди. - приседает, лезет в синий ящик и выкладывает на прилавок 13 АКСУ, 12 МР-5, 17 обрезов, 35 ПМ, 2 ПБ, 15 бутылок водки, 14 консервов, 8 палок колбасы, куртку новичка, куртку бандита, комбинезон наемника, три выверта, две медузы, пять кровей камня, каменный цветок 250 патронов к ПМ. - Хватит?

- Неа, еще 720 рубликов.

- Гад! На тебе еще "колючку" и все патроны к МП-5. Теперь хватит?

- Хватит. Откуда все это?

- Ты же сам сказал АТП зачистить. Вот я чистил. А они идут и идут. Ничего сейчас я их из новой Грозы вычищу!

- Дурак ты Меченый! Они же НПС. Они респавнятся бесконечно!

* * *

- Меченый! Ты бы хотя бы ради приличия ствол убирал когда в бункер входишь.

- Сидор, ну чего ты орешь? Ты же бессмертный.

- Бессмертный!! Да в жопу его такое бессмертие!! Сидишь безвылазно в бункере, света белого не видешь, - плачет.

- Ну, ну, успокойся...

- Я курицу уже есть не могу...

- Давай, водочки хлебни, вот так, теперь колбаской закуси. Я тебе тут баночек консервных насобирал. Правда красиво?

Вячеслав "Танк72" Густов

Объявление:

Куплю книгу "Лёгкий способ бросить курить". За любые деньги. С предложениями обращаться по адресу: Радар, дорога, блокпост возле бочек с бензином. Спросить монолитовца Васю Горелого.

* * *

Собрались Винни Пух, Чебурашка, Штирлиц и Петька с Василий Иванычем в Зону.

Винни Пух:

-Найду артефактов, продам артефактов, куплю мёду!

Штирлиц:

-Найду артефактов, поставлю на них свои "пальчики", и положу радистке Кэт в лифчик.

Василий Иваныч (задумчиво):

-Искупаюсь в Припяти...

Чебурашка (разглядывая фото мутантов):

-Ба! Да тут все свои!

* * *

Иногда, на стоянках к костра встречаются трупы сталкеров. Что же послужило гибели этих людей? Они рассказывали старые и несмешные анекдоты...

* * *

-Привет, братишка! Это место называет механизаторский двор. Проходи, обживайся. Про нас, мехдворовских всякие байки рассказывают, но ты не верь. То, понимаешь, раззявами кличут, то тормозами. Но это всё неправда. Вот тут у нас проводник дежурит, тут ящик с припасами на всякий, ну, сам разберёшься. А, кстати, раз уж ты здесь - может, поможешь в дельце одном? Грузовик старый тут неподалёку стоит, так ренегаты там обосновались, и бесчинствуют. Надо бы выбить, а? Награда будет адекватной.

Через десять минут.

-Ну вот, спасибо! Выручил, так выручил. Ты заходи на нашу базу, там тебя отблагодарят. Да, кстати, пока не ушёл - может в дельце одном подсобишь? Ренегаты, понимаешь ли, возле старого грузовика как-то подозрительно кучкуются. И что им надо? Ты бы помог нам их пострелять, а мы тебе потом на нашей базе денег чуток дали.

Через десять минут.

-Мужик, с нас причитается! Да, кстати, раз уж ты здесь...

* * *

Читает сталкер книгу.

-В греческой мифологии, Цербер - огнедышаший трёхглавый пёс, охраняющий вход в подземное царство.

Тут пёс, что лежит у костра, поднимает голову, и, тихо так:

-Гав!

Сталкер встревожился:

-Тузик, ты чего?

А пёс ему:

-Гав-гав... Гавно ваша мифология!

Обиделся сталкер, но продолжает читать:

-В той же греческой мифологии была Цирцея - богиня, превращающая мужчин в свиней.

Тут раздаётся шорох, и из камышей показывается морда кабана. И, этот кабан, тихо так:

-Ху! Ху-ху...

Осерчал сталкер, захлопнул книгу, заругался:

-А ты, свинья, вообще молчи! Тоже мне, критик!

И дальше читал молча.

Дополнение от Серого Брата:

... через некоторое время выходит из кустов контролёр и выразительно так молчит.

* * *

-Послушайте, почему в Вашей игре у оружия такие странные названия? "Обокан", "ХПСС", "Ил"? Это связано с нежеланием платить деньги за лицензию?

-Конессьно! А с чём же ишщо?

* * *

-Гюльчатай, открой личико! Ну открой же! - в который раз просил Петруха.

-Хреновы военные! Мало того, что надругались, так ещё издеваются, гады! - подумал про себя грустный снорк.

Игорь "Сержант"

Меченый спустился по лестнице в бункер Сидоровича и застыл как вкопаный. Вместо привычного жлобского «Хабар принес?» он услышал ласковое:

- А, Меченый! Проходи! Проходи! Я сейчас чайку заварю.

Меченого раздирали два желания. Первым из них было бежать куда глаза глядят от этой непонятки. Вторым было узнать в чем дело. Любопытство пересилило и он шагнул в боковую дверь.

Прихлебывая чай, Сидорович медовым голосом спросил:

-А правда ли, Меченый, что ты до Зоны искусствоведом был?

- Правда. А чем это тебе может помочь?

-Да видишь ли, я тут краски и кисти в руки взял. Хотел бы, чтобы ты оценил мое творение.

-Да не вопрос, показывай!

Сидорович, заискивающе улыбаясь, сорвал занавеску с рамы и Меченый оторопел. Холст в раме был замазан чем-то ультра-черным.

- Это что – сажа?

- Сразу видно специалиста. Да, это сажа с добавкой пепла от сапожных подошв.

-Понятно. Ну и что это – наш ответ Малевичу – «Черный прямоугольник»?

Сидорович запунцовел и смущенно ответил:

-Что ты! Малевич это ведь авангард. А я реалист. Картина эта называется «Негры ночью воруют уголь»

"Тихий"

Самый страшный Чернобыльский мутант - блондинка с 1986 размером груди...

* * *

-Ага, продолжай пыриться! - думал Призрак, смотря в лицо контролеру. - Ну пырься, пырься - ты же знаешь, что это НЕЗАКОННО...

* * *

Алло, Валерьян, это Пузо... Ты меня кормить вообще будешь??

notes

1

Cлово, заимствованное из книги об отце праведном Алексее Мечеве

2

Белая лилия

3

Одеяние

4

Текст на обложку

Постапокалиптика. Когда всё уже потеряно, но жизнь ещё продолжается.

Что это - угасание, финал, или старт новой жизни, молодой и яркий?

В этой книге - ещё не ответ. Но - попытка правильно поставить вопрос.