home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Ярлык «Опыт 6»

Военный космический авианосец уровня BSG-4 поднялся с планеты Морддром и взял курс в сторону Дельта Амебы. Пассажиры авианосца разбрелись по рабочим комнатам.

Лиррил, сидя перед зеркалом, накрутив локон волос на указательный палец, вдруг неожиданно даже для себя решила не выдавать фон Шлиссенбурга ни баронету, ни Инквизиции, ни императору. Фридрих вкупе с Дэвидом были пропускным билетом в высший свет. Стоило только вызвать отдел Внутренней Разведки и указать координаты полета – и все! Одним ударом – двух зайцев. А что, очень правдоподобно: «Шеллеш – скотина, держал в неведении, а как узнала, так сразу к Инквизиции! А люди – сплошные насильники и шпионы». Да, это был бы хит сезона: простая баронесса спасла Империю от заговора и возможного распространения болезни, которую могут нести человеческие души!

И все-таки баронесса поступила по наитию: не связалась ни с планетой Веррев, ни с Внутренней Разведкой. Это было глупо, нелогично, так же, как и побег из инкубатора в детстве. Земляне на самом деле не такие, какими кажутся. Они едят и трупы животных, и друг друга. Они вредят себе подобным. Они меняют свои решения. И все же третий раз в своей жизни Лиррил не смогла заставить себя поступить правильно. Возможно, потому что испытала к Фридриху влечение. Странное, не сексуальное. Баронессе хотелось разговаривать с фон Шлиссенбургом о всяких пустяках. Само по себе это желание было очень удивительным.

К тому же Лиррил вдруг с ужасом поняла, что обычный рабочий камзол Империи и даже стандартные платья – лишь скрывают особенности ее фигуры, ничего не подчеркивают и делают всех женщин одинаково безличностными. Это было ошеломляющее открытие, граничащее с полным сумасшествием. Конечно, Лиррил знала, что именно так и начинается шизофрения. Но тринадцатый чип, удерживающий в порядке всю нервную систему, недавно осматривали при помощи флюротомографии. Электроника была в идеальном порядке. Она не допустила бы развития шизофрении. Значит, это была неизвестная болезнь. Но приятная, как ни глупо это звучало...

А еще баронесса вдруг осознала, что она вовсе не желает лечиться. Совсем. Это было алогично. И все же Лиррил выбрала именно такую безумную жизнь: на грани смерти, но рядом с фон Шлиссенбургом!

Лиррил не понимала, почему Фридрих не стал искать других соплеменников и помогать Ивану. Ведь землян в Империи было так мало. Разумнее всего было бы держаться друг за друга. Видимо, люди испытывали к себе подобным самые разнообразные чувства, а не только желание видеть соплеменников. Это было ново и интересно.

Дэвид вместе со своими био-роботами заперся в рабочем кабинете, принадлежавшем ранее Шеллешу.

Фридрих, по наущению баронессы, запустил автопилот и сидел в кресле, разглядывая Лиррил через камеру скрытого слежения на мониторе. Да, это была та самая загадочная Маргарита с Земли. Единственная немка, сводящая майора Бундесвера с ума. Жена, дети, карьера – все это осталось в прошлом. Все не имело значения. Фридрих понял это только сейчас, глядя в чуть раскосые глаза женщины-вампира. Да пусть она хоть трижды будет суккубом, разве можно отказываться от счастья, когда нужно лишь протянуть руку?

И все же сомнения мучили фон Шлиссенбурга. Неужели весь этот мучительный путь проделал и Адольф Гитлер? Неужели Ева Браун была лишь ширмой для народа, а на самом деле фюрер выполнял приказы инопланетян? Нет, не может быть! Адольф любил Германию, он хотел сделать ее Империей мира. Или все-таки Гитлер не прошел испытание любовью к суккубу, к чертовой демонице? Зачем он жег книги? Что он хотел этим сказать? Ведь этот поступок был всего лишь символом жертвы. От чего отказался Адольф, чтобы получить мировое господство? Но главное, чем не смог пожертвовать Гитлер, чтобы остаться мировым лидером и победить русских? Неужели инопланетянкой? Такой, как Рита?..

– К нам направляются четыре эсминца BFG-2, – сухо проинформировал бортовой компьютер.

– Что? – взревел фон Шлиссенбург, мигом сбрасывая с себя колдовское очарование Лиррил и отключая в комнате баронессы камеру слежения.

На мониторе возникло изображение звездного пространства.

– Кто такие? – Фридрих вновь почувствовал себя майором действующей армии.

– Военизированная охрана, – равнодушно отозвался авианосец. – Гвардейцы Легиона.

– Врубить двигатели на полную мощность!

– Не понял.

– Я сказал: мы быстро улетаем в противоположную сторону от этих эсминцев.

– Но зачем? – недоумевал компьютер. – Зондирование показало, что это корабли баронета, они и поднялись с планеты Веррев.

– В том-то и дело. – Фон Шлиссенбург скрипнул зубами: можно было догадаться, что личный авианосец барона никогда не поймет, зачем оказывать сопротивление собственным подданным. – Это заговор, бунт против вертикали власти!

Компьютер заткнулся, точно поперхнулся, а потом промямлил:

– Такое заявление может сделать только сам Шеллеш. Введите код доступа и пароль к папке изменения параметров.

Черт бы побрал эту технику! Вот откуда на Земле взялись бюрократические проволочки. Оказывается, весь этот маразм с ежедневными призывами: «Приходить завтра, а лучше – после праздников» – придумали демоны, бесы-балбесы! Инопланетяне, провались они все!

Фридрих схватил со стола прибор дальнего видения, шарахнул его об пол и принялся топтать ногами, превращая сложную электронику в груду разбитых транзисторов, сопротивлений и элементов питания.

Лиррил, слышавшая сообщение бортового компьютера и вошедшая в кабину управления, с восхищением смотрела на действия своего кумира. Женщине никогда и в голову не приходило, что можно что-то сломать вот так, умышленно, у всех на глазах. Это, пожалуй, покруче, чем побег из инкубатора!

Баронесса схватила виртуальный штурвал навигатора и с размаху грохнула его о стену каюты. Раздался хлопок, и потянуло горелым. Здорово! Лиррил от радости едва не захлопала в ладоши: она испытала неслыханное удовольствие! Давно не было так легко на сердце!

Фридрих открыл рот и уставился на разбуянившуюся инопланетянку.

– Ты чего?

– Учусь.

– Чему?

– Чувствам.

– А, ну да... – Фон Шлиссенбург медленно переваривал услышанное. – Ты что, не в своем уме? Нас сейчас расстреляют из миноносцев!

– Ерунда, – сказала Лиррил. – Сущие пустяки.

Баронесса назвала ряд каких-то бесконечных чисел и букв, а потом добавила:

– Именем Шеллеша. Раскрыт заговор. Увеличить скорость, опустить завесу и туманный ложный шлейф. При приближении эсминцев на критическое расстояние открывать огонь первыми. Глушить все средства связи эсминцев и затормозить быстродействие оружия на приближающихся кораблях. Активизировать распылитель, приготовить лучи альфа к бою.

Фридрих смотрел на Лиррил и испытывал волну гордости. Надо же, как быстро и ловко она сообразила какие нужно отдать команды. И память у нее отменная. Не баронесса, а просто мечта офицера!

– Перейти на третью скорость света? – спросил компьютер.

– Да.

– Приготовьтесь к перегрузкам. Внимание: всем лечь в йодные капсулы, – сказали динамики авианосца.

– Это еще зачем? – возмутился Фридрих.

– Подчиняйся, – прошипела Лиррил. – Или ты уже жить не хочешь?

– Био-роботов это тоже касается, – сварливо заметил компьютер.

Из стен тут же выехали странные кресла. Лиррил подала фон Шлиссенбургу пример: села в одно из кресел, и тут же сверху ее закрыло пластиковой крышкой.

Фридрих не торопился занять свое место. Как же это можно воевать, отлеживаясь в капсуле? Не по-мужски это!

– Кто будет контролировать расчет ударов? Или достаточно включить полный автопилот? – спросили динамики.

– Погоди, – выдохнул фон Шлиссенбург и воровато оглянулся на Лиррил: вроде не слышит. – Управлять полетом буду я. На борту женщины и дети.

– Расчетный вектор принят во внимание. Сядьте в вашу капсулу и нажмите кнопки на правом подлокотнике, чтобы можно было идентифицировать устройство и инсталлировать драйвер.

Фридрих поморщился, но подчинился. На голову губернатора опустился какой-то особый защитный шлем. Перед глазами выдвинулись линзы, включающие обзор монитора. Видимо, капсулы здесь были многофункциональные.

Фон Шлиссенбург даже присвистнул от восхищения: вот это да! Космос был как на ладони. В руках сами собой появились рычаги: видимо, выскочили из подлокотников. Достаточно было пошевелиться – и авианосец менял направление. Такую технику да в 1943-ий год на Курскую дугу, чтобы показать партизанам, где раки зимуют!

Губернатор триумфально оглядел пространство. Корабли противника шли цепочкой. А потом рассыпались веером, видимо, пытаясь взять авианосец в кольцо. Значит, в баронете уже знали о последних событиях, разыгравшихся на Морддроме.

«А вот хрена вам! – мстительно подумал Фридрих. – Даже если и военная стратегия Третьего Рейха была позаимствована у инопланетян, то майор фон Шлиссенбург – это вам не Гитлер! Веры демонам нет! А брать в плен панфиловцев – это немцы умеют, но не хотят! Ну, держитесь, дьяволята!»

И фон Шлиссенбург развернул корабль навстречу врагам.

– Ты что делаешь? – спросил компьютер. – Ты нарушаешь программу. Это противоречит начальным установкам боевой стратегии.

– Плевать я хотел на твои программы! – взревел Фридрих. – Молчи, красная плесень, коммунистический подпевала!

– Я не понимаю, – проворчал компьютер.

– Да где уж тебе, барану железному! – И фон Шлиссенбург нажал кнопку на правом рычаге. Авианосец стал стремительно набирать скорость.

– Эй, мы уже вышли на первую скорость света!

– Молчи! – И Фридрих сделал крутой вираж. – Открыть огонь можно, утопив кнопку в левом рычаге?

– Да, – ответил компьютер.

– Очень хорошо, – усмехнулся майор. – Вот сейчас мы и посмотрим, кто здесь самый умный, интеллектуалы хреновы! Гнездо сионизма!

И Фридрих открыл огонь. Белые световые лучи вспороли космос.

Ладони фон Шлиссенбурга стали влажными от напряжения.

Да, можно было отдать управление кораблем автопилоту, а самому спрятаться под пластиковым панцирем. Но настоящие солдаты великого Рейха так не поступают! Война нужна ради войны, ради азарта, ради адреналина в крови. Пусть прячутся трусы! Это русским партизанам можно по лесам шастать: они с медведями – братья. И американцам легко бомбить Югославию и Ирак, не отходя от пультов управления. Только исламисты – настоящие воины. Пожертвовать жизнью, чтобы взорвать высотное здание – да, это подвиг! И никто не сможет переубедить майора Бундесвера в обратном. Что бы там ни кричали защитнички демократии, правда для всех одна: все государства держатся благодаря мощи армий и личной силе духа солдат. Добро должно быть не только с кулаками, но и с бластерами, с атомными бомбами, с клонами. В сущности, добро, которое не может себя защитить – есть самое настоящее зло. И такое добро нужно выжигать каленым железом!

– Вторая скорость света, – сварливо заметил бортовой компьютер. – Полегче на поворотах. Миноносцами управляют автопилоты. Стандартная программа нападения.

– Вам бы всех под одну гребенку! – усмехнулся Фридрих. – Не выйдет.

Авианосец сделал мертвую петлю и нырнул под один из эсминцев.

Ба-бах! Это фон Шлиссенбург попал из распылителя по кораблю противника. Обшивка вражеской посудины дала течь. Белая шлея, такая же, как в земном небе после полета реактивных самолетов, поползла следом за эсминцем. То ли это было пламя, то ли в вакуум стремительно выходила атмосфера подбитого корабля.

Эсминцы тоже открыли огонь.

– Выставь щит! – закричал Фридрих.

– Не понял.

– Идиот! – Фон Шлиссенбург побагровел от напряжения и гнева. – Поставь защитное поле.

– Нейтрализующее облако и распыляющий нейтрино-шлейф? – усомнился компьютер.

– Делай хоть что-нибудь, пока нас всех здесь не поджарили!

И Фридрих увидел, как по краям обзора возникли столбцы цифр и изображение туманной защиты. Всегда бы так!

И тут первый выстрел сотряс авианосец.

В глазах майора на минуту потемнело: довыпендривался! Зато погиб героем.

Секунда, вторая, третья...

– Включить автопилот?

– Нет! – прохрипел Фридрих. – Я в порядке.

Облизнув пересохшие губы, фон Шлиссенбург увел авианосец от прямых скрестившихся белых лучей и выстрелил сам. Не попал.

Ничего, лучшая защита – это нападение! Инопланетяне надеются только на электронные мозги, но любая техника может дать сбой. И все, привет семье!

Фридрих тоже любил технику, но он понимал, что лучшее оружие всех времен и народов – это само человеческое тело. Универсальнее ничего не было.

Фон Шлиссенбург сделал петлю, открыл шквальный огонь и резким движением своего тела метнул авианосец в сторону.

– Поступило сообщение. – Компьютер оставался спокойным и рассудительным. – С Веррев поднялись еще пятнадцать эсминцев. Они летят сюда.

– Семнадцать на одного? – обиженно взревел Фридрих. – И это инопланетная порядочность?

– Это логика, – проворчал компьютер. – Надо было сразу переходить на третью скорость света и отступать, а не возвращаться и не принимать бой. Иного разворота событий и быть не могло.

– Провидец ты наш! – Фридрих начинал сожалеть, что вовремя не послушался дельных советов умной машины, но и признаться в том, что был не прав – тяжко.

Фон Шлиссенбург отчаянно цеплялся за удачу, за божий промысел, за чудо, но отступать не хотел. Рукоятки управления были точно в мыле. Пальцы губернатора дрожали, скользили. Глаза начинали болеть. Но отказаться от управления авианосцем было выше человеческих сил. И потом, когда врагу еще помощь подоспеет! За это время все десятки раз может измениться.

Шквальным огнем Фридрих подцепил двигатели еще одного корабля неприятеля. Эсминец задымился, закружил вокруг собственной оси и взорвался. Красиво так, огненным шаром. Волною от этого взрыва авианосец отшвырнуло в сторону. Это спасло от очередного удара бластеров противника.

Фридрих физически ощутил, как корабль болтнуло, обернуло пару раз вокруг собственной оси. Фон Шлиссенбург усмехнулся: если это – не победа, то точно – не поражение! И губернатор взмыл вверх, врубил третью космическую скорость и взял курс на Дельта Амебу.

Автопилоты эсминцев, похоже, не ожидали такой неадекватной реакции, и их компьютеры слегка зависли, отчего еще какое-то время корабли противника продолжали падать по своим параболам.

А потом два эсминца ринулось вдогонку.

Переход на третью скорость света оказался не очень приятным.

В голове майора Бундесвера точно бомба взорвалась, желудок свело, в груди не осталось воздуха. Казалось, что вселенная обрушилась на плечи и давит вниз.

И авианосец нырнул в огненное кольцо, образовавшееся прямо из ниоткуда. Видимо, это был эффект свертывающегося пространства и времени.

– Включить автопилот? – в который раз повторил дежурную фразу компьютер.

– Да пошел ты! – вскипел Фридрих и случайным нажатием сбросил скорость до свободного нулевого полета.

Авианосец тряхнуло до самого основания. Сбрякали, наверное, все шестеренки механизмов.

Фон Шлиссенбург уже сознательно остановил двигатели, упрямо развернул корабль и остановился слева от пылающего пространственно-временного кольца, из которого только что пришлось выпрыгнуть.

Эсминцы не заставили себя ждать.

Какие же они все в этой хваленой Империи идиоты! Эти инопланетяне просто воевать не умеют!

Оба корабля выскочили друг за другом и тут же попали под шквальный огонь.

Фридрих от возбуждения ерзал на кресле и счастливо матерился.

Эсминцы один за другим исчезли во вспышках ослепительного пламени.

Авианосец снова отшвырнуло двойной взрывной волной, но с такой силой, что Фридрих почувствовал, как кровь хлестанула фонтаном из носа, как начало закипать тело, как из головы полезли мозги!

– Вынужденная аварийная посадка, – сообщил компьютер. – Включаю автопилот.

– Да ну и хрен с тобой! – усмехнулся фон Шлиссенбург.


Планета, на которой приземлился военный космический авианосец уровня BSG-4, с экранов мониторов выглядела очень неприветливо.

Но фон Шлиссенбург по достоинству оценил красоту древнего космического замка, подле которого корабль и сел.

Это странное строение крепостью, конечно, не являлось. Оно было очень похоже на монолитную скульптуру средневековых сросшихся башен, вырубленную из цельной скалы. И все же это только так казалось. На самом деле странная цитадель состояла из хорошо подогнанных металлических блоков. Стены взметнулись на уровень пятиэтажных зданий, а полукруглые, выдающиеся вперед башни могли служить убежищем для стрелков и площадками для посадки флайеров. Только вот в небо над городом тянулись сотни металлических шпилей, словно приглашая: попробуй, сунься сверху! А по шпилям бегали разноцветные электрические разряды.

От укреплений веяло мрачной средневековой романтикой и алхимией. Дворец, превышающий размерами авианосец, был просто огромным городом, обнесенным стенами со всех сторон так, что казался ощетинившимся ежиком.

В зал управления кораблем вошел Дэвид. Мальчишка был перепуган до смерти. Он держал у носа какую-то тряпку и зло спросил:

– Господин губернатор любитель быстрой езды и острых ощущений?

– А ты не уважаешь гонки «Формулы-1»? – нашелся Фридрих.

– Я предпочитаю вернуться в Америку живым, а не рождественской индейкой, – проворчал парень. – А еще мне говорили, что немцы точные и пунктуальные.

Фридрих пожал плечами:

– Так оно и есть. Пришлось временно отступить от правил. Зато нам сейчас не наступают на пятки.

– Толку от этого, если авианосец нуждается в ремонте!

Мальчишка явно нарывался на грубость.

– Не дерзи! У нас не было выбора.

Компьютер возмущенно зашумел процессорами, точно собирался возразить, но Лиррил быстро кинулась к клавиатуре и что-то вписала в память корабля. Шум стих.

– Так ты поможешь мне вернуться на Землю? – В голосе Дэвида скользнула плохо скрываемая обида. – Или ты такой же лжец, как и все здесь?

– Послушай, парень, – Фридрих начал нервничать, прекрасно понимая, что за мальчишкой стоят био-роботы, которым убить землянина, что топливное масло слить, – я в таком же положении, что и ты. Шеллеш назначил меня губернатором лишь потому, что в Германии я майор регулярной армии.

– Это в Иностранном легионе? – зачем-то уточнил Дэвид.

Фридриха перекосило:

– В Бундесвере, сынок.

– Не важно, – заявил мальчишка. – Все равно лучшая армия в мире – американская.

Фон Шлиссенбург нервно сжал кулаки:

– Какая разница, если мы с тобой сейчас на территории Империи, где всех землян уничтожают просто за то, что они – люди.

– Я тебе не верю, – покачал головою Дэвид. – Это раньше Ку-клукс-клан резал негров как цыплят. Сейчас это невозможно. Да, за нами наблюдают – но и только. Здесь нормальные демократические порядки.

– Забудь про свою гребаную Америку! – вспылил Фридрих. – Это тебе не правительственные эксперименты с трупами зеленых человечков и не фальшивые съемки высадки человека на Луну! Ты что, до сих пор ничего не понял?

– Да уж не тупой! – язвительно заметил мальчишка. – Поумнее некоторых солдафонов! Если бы не я – огребал бы ты сейчас парашу в зоне, или что тут у них есть в Империи! Кажется, ты упустил каких-то важных птиц, не так ли? Журналистку и землянина. Ха! Русского не смог удержать в тюрьме! Надо было дать ему ушанку, валенки, карты, кроссворд и ящик водки. И – все! Русские никогда водку не бросают: они за ней на край света возвращаются! Да это тебе кто угодно скажет!

– Слушай, умник! Ты... – Губернатор не мог подобрать смачного слова. – Ты это... Не дерзи! Ладно, молодец, удрал из-под наблюдения, пробрался на корабль, летящий с секретной миссией, уничтожил обслуживающий персонал авианосца и блокировал источники связи в моем кабинете на Морддроме. Ладно, ты – Джеймс Бонд, только маленький. Но игры кончились. Нас сюда Аррах притащил, значит, только он и может отправить нас обратно. И вообще, ты почитай на сон грядущий имперские Указы. Земляне в Империи должны проходить карантин. А мы с тобой, получается, – контрабандисты!

– Учился бы ты сам хорошо в колледже, тоже отреставрировал бы био-роботов и обманул системы слежения, – проворчал парень. – А еще книжки нужно читать, Азимова, например, а не чипсы с пивом целыми днями трескать.

– Ты вообще меня слышишь?

Фон Шлиссенбург нервно прошелся по помещению.

Лиррил не встревала, а завороженно следила за развитием беседы. Как интересно общаются земляне: одни общие положения и никаких фактов, все какие-то ассоциации, иногда вовсе не понятные. Интересно!

– Да слышу я тебя. – Дэвид плюнул. – К Арраху не пробиться. Разве что прийти с армией био-роботов. Он сидит в правительственном здании. Там одних кодов только – умотаться! А еще ловушки. Трое моих подопечных просто сгинули в люках, которые возникали в полу. К Арраху! Да легче до бога добраться, чем до этого сумасшедшего ученого! Его, пожалуй, и сам Шеллеш арестовать не сможет!

– Ты пытался связаться с Аррахом?

– Конечно, проницательный ты наш! Говорю же: это невозможно.

Лиррил наконец-то решилась вставить слово:

– Да прекратите вы ругаться! Разве есть в этом смысл?

Фридрих покраснел и прикусил язык, чтобы по привычке не брякнуть: «Молчи, женщина!»

Дэвид надулся и покраснел: видимо принял реплику на счет своего возраста. А это было обидно. Дэвид считал себя продвинутым тинэйджером: мог покрасить волосы в разный цвет, потусоваться на дискотеках и потрепаться о девчонках. А вот теперь какая-то инопланетянка тоном «марш в кровать», пытается установить свою диктатуру. Нет, эти взрослые всегда такие уроды, даже если они женщины. Особенно если они женщины!

– Вы забыли о главном. Шеллеша выбросило из Дроорда, но, похоже, его еще не нашли. Значит, я пока единственная претендентка на баронскую корону. Я вас и проведу к Арраху.

Фридрих и Дэвид посмотрели друг на друга точно два идиота и засмеялись. Вот оно, решение проблем – женщина! Во все века нужно было найти такую вот славную инопланетянку, чтобы из сирой деревеньки сотворить новое княжество.

Но прозрение длилось секунду. Потом способность рассуждать трезво вернулась сразу ко всем.

– Лиррил, мы, конечно, благодарны, но четыре эсминца, штурмующие баронский авианосец – это вовсе не символ того, что Шеллеш не вернулся на Веррев. Ты не находишь? – осторожно поинтересовался Фридрих.

– Да, мадам, я тоже думаю, что нам не обрадуются, – поддакнул Дэвид.

– Вообще-то нас не атаковали, – задумчиво произнесла Лиррил. – Фридрих, ты сам напал без объявления войны, без дипломатических переговоров. Корабли просто летели. Может быть, мы им были вовсе не интересны.

Какая замечательная логика у этих инопланетян, просто чудовищная в своей наивности. Фон Шлиссенбург аж зашипел от злости, точно рассерженный бойцовский кот.

– Конечно, четыре эсминца, начиненные гвардейцами и всякими атомными пушками отравились на увеселительную прогулку и совершенно случайно наткнулись на нас. У них соль кончилась и спички, хотели у нас одолжить.

– Не понимаю вашего сарказма, – вздохнула женщина. – В мире хороших граждан гораздо больше, чем преступников и заговорщиков.

– Это у вас в Империи, – холодно обрезал фон Шлиссенбург. – Да и то, разве это не Шеллеш замышлял стать узурпатором, или я чего-то не понимаю в научных экспериментах?

– По-моему, вы все слишком импульсивны. Эмоции, дело, может быть, и хорошее, но их нужно дозировать. А то у меня от вас начинает болеть голова.

– Ну да, – проворчал Дэвид. – У меня тоже аллергия на летающие блюдца и злобных инопланетян.

– По-моему, – мудро заметила Лиррил, – каждый из вас хочет поссориться, покричать на кого-нибудь, посоревноваться в пинкбоксинге или как у вас называется соревнование, когда дерутся голыми кулаками. Ваши эмоции ведут сейчас к разобщению, к разъединению. Мы можем покинуть авианосец на шлюпках особого назначения. Их пять, так что каждый может улететь отдельно от других. Но граждане сильнее, когда действуют сообща. Разве на Земле не так?

– Сообща нужно действовать с умными людьми, а не с кретинами, – проворчал Дэвид.

Фридрих зажмурился, посчитал до десяти, вспомнил, что перед ним всего лишь пацан, хотя и гениальный.

– Да, может быть, я солдафон, Дэвид. Но это именно я остановил эсминцы, а не автопилот и не био-роботы.

Американец густо покраснел: крыть было нечем.

– Ладно, – проворчал мальчишка, – давай мириться. Ты ведь тоже хочешь вернуться в свою Германию.

– Уже и не знаю, – философски заметил фон Шлиссенбург. – Да и ждут ли меня? Может быть, на Земле уже сотня лет прошла.

– Эй, не пугай! – закричал Дэвид. – Это все фантастика! Так не бывает, чтобы тут – час, а на Земле – год!

– Как знать, – пожал плечами Фридрих.


Ярлык «Опыт 5» | За гранью игры | Папка «Personal»