home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Бедный сирота

Топало

Топало встал рано утром. Луна уже поблекла, но все еще держалась на небосклоне. Она бросала неяркий свет на снежную равнину, которая расстилалась до самого леса.

В доме все еще спали: бабушка Дуся, Зойка, пес Бакай, коза Манька. Только кот Филимон проснулся, расправил коготки и снова сжал. Он хотел было спросить: «Куда ты спозаранку собираешься, наш домовой?» Даже первое слово произнес: «Куда». Но оно прозвучало невнятно: вроде «куд-д… куд… ф-ф-ф…» И еще непонятно что. Кот Филимон даже не понял и тут же снова заснул.

А домовой Топало вышел из дома. Полнолуние было его любимым временем. Ничего, что луна уже поблекла. Домовой любил даже блеклую луну.

К тому же он рано встал не для того, чтоб просто прогуляться. У него дела по хозяйству. Кому надо, пусть те спят. А ему необходимо привезти сено с поля для козы Маньки. Вот обрадуются коза Манька и бабка Дуся, когда увидят у ограды целый воз.

Зойка, между прочим, очень любит прыгать с крыши на сено. Но он этого не позволит. Прыгай в снег, если хочешь. Не сено жалко, а козу Маньку. Что она будет есть?

Домовой Топало шел в поле, где стоял стожок сена. Он бурчал себе под нос про козу Маньку, кота Филимона, Зойку. Спят лежебоки.

В руках у него были две жердины. Не первый год, знал, как сено возить.

Стожок сена еще с лета был наметан недалеко от дома, километра два. Топало шел, смотрел на луну и посвистывал. Ах, жаль, что в деревне Кутузы никого не осталось из его друзей.

Где они, домовые? Куда делись: Возюкало, Хитрило, Вертило… И от Думало нет никаких известий, с тех пор, как они повидались на пристани Ключи.

Было тихо. Деревья стояли в куржовине. Небо ясное до каждой звездочки.

Топало так засмотрелся на природу, что сел в сугроб.

«Никто из людей не знает, откуда они взялись, — размышлял он. — А откуда мы, домовые, взялись и куда делись?» — и Топало посмотрел на далекую звезду, тускло мерцающую у горизонта.

Ладно, посидел, поразмышлял и хватит. Пора за работу. И Топало зашагал к лесу.

Вот и стожок сена, который они метали с бабкой Дусей. Он несколько раз обошел вокруг него, посооброжал, как лучше жерди подсунуть. Сообразил.

Очень удачно подсунул одну жердь под стожок, воткнул вторую. Но вторая пошла куда-то вкось. И в этот момент вдруг кто-то как закричит:

— Ой, ой, ой!

Топало опешил.

— Ой, ой, ой!

— Это кто? — спросил Топало, выбросив жердь в сторону.

Из стога вылезло существо, все облепленное сеном. — Ха, да никак чертенок!

Да, это был чертенок. Он тер нос, изображая, что плачет. Топало взял его за шкирку, приподнял, стряхивая сено.

— Ой, ой, ой! — снова завопил чертенок.

— Это ты! Я тебя сразу узнал! — сказал Топало, тряся чертенка.

— Кто я? — спросил чертенок.

— Забыл! Не ты ли залезал во хлев к нашей корове? Чуть от страха она не умерла! Потом давай хныкать, что ты сирота. Мы, домовые, тебя пожалели, краюшку хлеба дали и отпустили. А что ты, нечистая сила, сделал? Украл лошадь и чуть не загнал ее, бедную! Бедная, бедная лошадь!

— Я еще маленький, — тихо сказал чертенок. — К вашей корове не лазил.

Топало задумался. Ведь и правда: Уж коровы-то у них давным-давно нет, и домовые разбежались неизвестно куда. Да ведь в это время и бабка Дуся девчонкой была! Да, лет пятьдесят назад это было.

— Уж больно ты похож, — сказал Топало, все еще подозрительно рассматривая чертенка. — Уж не твой ли родной отец тогда был?

— Не знаю, я сирота.

— Вот-вот, он то же самое говорил! Одинаковая у вас повадка — чертовская! А чего ты в стогу делал?

— Ночью некуда деваться, вот в стог и лезу! Холодно! Ой, холодно! — чертенок стал дрожать. — Где я сейчас ночевать буду?

— Там, где все черти, — ответил Топало.

— А где они? — спросил чертенок. — Я — сирота. Не знаю, где родился. Ни одного черта вокруг нет.

— Совсем ни одного?

— Один есть! — прошептал чертенок и оглянулся. — Его зовут Лысый черт.

— Знаю я Лысого. Известный прохвост. Вот и иди к нему.

— Боюсь я к нему идти. — Чертенок стал снова тереть нос, собираясь зареветь. — Он меня за уши таскает. И под зад колонком как даст! А еще заставляет на волка садиться и ездить. А я волков боюсь. Один меня укусил. Ой, ой, как больно было! А еще он меня заставляет зерно на складе воровать. Куриц душить. Одна меня клюнула. Ой, ой, как больно было!

— Не изображай из себя горемыку, — строго сказал Топало, хотя уже проникся к чертенку сочувствием. — Черти вы и есть черти. Куриц душите… — Он взял жердины и потянул за собой стог.

— А я? — запрыгал рядом чертенок.

— Что ты?

— А я? Возьми меня с собой! Не хочу к черту Лысому! Я от него прячусь! Коли он меня найдет, ой, как попадет!

— Не хныкай.

Топало обдумывал: что ему делать с чертенком-сиротой? Куда его девать? Может временно поместить к козе Маньке? Пусть поживет до весны, там видно будет.

— Беру тебя с собой, — сказал Топало. — Но если хоть одну курицу задавишь…

— Я их боюсь!

— Что за черт! Всех-то ты боишься! Залезай в стог и сиди, чтоб никто тебя не видел.

Чертенок запрыгнул на стог, сделал ямку и улегся. Только рожки торчат.

Рожками чертенок очень гордился. Если рожки так себе, то и черт вырастет так себе. А у него рожки выдались замечательные. А еще у чертенка были глазки зеленые и веселые, несмотря на трудное детство.

Топало подвез сено к ограде. Чертенок выпрыгнул из стога.

— Пойдем к Маньке, — сказал Топало.

Чертенок послушно последовал за ним.

Коза Манька выразила недоумение, когда увидела рядом с Топало черта. Пусть маленького, но все-таки черта. А ведь черти — заклятые враги домового. Да и Манька их не жаловала. Откуда он взялся?

— Пусть у тебя поживет. До весны. Он — сирота, — сказал Топало. — Черт Лысый его бьет, заставляет ездить на волке и душить куриц.

— Пусть живет в том углу, — сказала Манька. — А ко мне не подходит, а то как бодну!

— Хватит ему и угла.

— А как его зовут? — спросила коза.

Топало почесал затылок.

— Черт Лысый меня Рогатиком звал, — сообщил чертенок.

— Рогатик — это не имя! — фыркнула коза.

— А как меня зовут? — спросил чертенок.

— Трифон! — сказала Манька.

Топало удивился:

— Почему Трифон?

— Помнишь козла Трифона? Моего закадычного друга?

— Как не помнить! Уважаемый козел. Очень достойное имя. Запомни его! — сказал он чертенку. — Тебя зовут Трифон, в честь любимого козла. А пока ты маленький, будем звать тебя Тришка.

Несмотря на то, что коза Манька пожертвовала именем своего многоуважаемого козла, она по-прежнему косилась на чертенка и время от времени встряхивала головой, показывая, что она готова к бою.


ТОПАЛО И ЧЕРТЕНОК ТРИШКА | Топало | Ничего себе — вторник!