home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



«Заяц» или поважнее

Топало

Федулин достал из папки конверт запечатал в него письмо, подписал красивым мелким почерком: «Москва, Академия наук». Письмо как-то его успокоило, вернуло к действительности. Хотя действительность тоже странная — летающие рыбы, но все-таки действительность: ведь держал он окуня в собственных руках? Держал! Окунь улетел? Улетел!

Федулин закрыл свою каюту и хотел уже идти, помня только что родившуюся заповедь: не подглядывать, не подслушивать! — но как-то само собой получилось, что он уже стоял у соседней двери и глядел в замочную скважину. Хотя что глядеть? Он сам проводил Капелькиных на автобус. Но что-то Павлу Михайловичу не давало покоя, что-то он опять подозревал, хотя сам не знал, что.

Федулин смотрел в замочную скважину то одним глазом, то другим, но ничего усмотреть не мог. И вдруг в каюте кто-то запел:

Во поле березынька стояла,

Во поле кудрявая стояла,

Люли-люли стояла.

Люли-люли стояла.

Федулин чуть не упал. Никогда в жизни он не слышал такого скрипучего голоса! Значит, в каюте кто-то скрывается! Тайный пассажир! А кого возят тайком? Хорошего человека тайком не возят. Хороший человек сам билет купит, вот как он, Павел Михайлович Федулин. А тот, кто не купил билет, с какими целями едет? С плохими целями. Вот потому-то все время что-то и слышалось, потому-то у Павла Михайловича и возникали различные вопросы, потому-то и замечал он странности в поведении Капелькиных.

Таинственный жилец безмятежно продолжал напевать песню своим ни на что не похожим голосом. «Веселится! — подумал Федулин. — А веселого-то мало!»

Он неслышно отошел от двери, соображая, что бы предпринять. Преступника надо задержать! А то, что это был преступник, Федулин не сомневался. «На вид-то какие простодушные, — подумал он о Капелькиных. — А что творят! Тайком везут кого-то. Может, они и сами… того… из какой-нибудь шайки. Надо немедленно сообщить капитану!»

И он затрусил наверх, даже про свою мозоль забыл. По лестницам взбирался на четвереньках — никто не видит, зато быстрее и легче. Но все равно вспотел. «Не тот возраст, не тот», — подумал Федулин, вытирая пот.

На палубе он столкнулся с матросом Колей Сопиным — тем самым, которого в машинном отделении щелкнул по носу Топало.

— Скажите, где капитан? — спросил запыхавшийся Федулин.

— Капитан там, где ему положено быть, — достойно ответил Коля. — А ведь вы тот самый пассажир, у которого окунь улетел?

— Тот самый! — Федулину польстило, что его узнали, но сейчас было не до этого. — Срочно нужен капитан!

— Чуть что — сразу капитана подавай! В чем дело? Может, без капитана можно обойтись!

— Невозможно! Без капитана невозможно!

— Случилось что-то? — уже заинтересовался Коля.

— В том-то и дело, что случилось! — Федулин оглянулся, словно боялся, что его услышат. — В сто второй каюте едет тайный пассажир!

— Какой еще тайный?

— Это и нужно узнать! Вполне возможно — преступник. Кто еще, как не преступник ездит тайком?

— Да безбилетник, — сказал Коля Сопин, — «Заяц». Но это тоже недопустимо! Его надо высадить.

— Вот и я такого же мнения — высадить!

— А откуда вы все это знаете?

— Я живу в каюте напротив. И раньше всякие странные звуки слышал. А сегодня соседи мои уехали в город, закрыли каюту, как полагается, сам видел. И вдруг слышу, в каюте кто-то поет…

— А с чего это он запел?

— Кто его знает!

Коля Сопин был озадачен.

— Может, вам показалось?

— Давайте пойдем и послушаем, — предложил Федулин. — Как говорится, один ум хорошо, два лучше.

Коля согласился. Когда они спустились в трюм, Федулин прижал палец к губам:

— Только тихо!

Они шли на цыпочках, как две большие цапли. На какое-то мгновение Павлу Михайловичу стало не по себе. Совсем недавно он видел, как по этому ковру вышагивали тапочки. «Не видел, а привиделось», — поправил Федулин себя.

Вот она, сто вторая каюта. Федулин указал на нее пальцем. Коля Сопин приложил ухо к двери.

— Тишина! — прошептал он.

Федулин покрутил головой: дескать, не может быть, и тоже припал ухом.

Именно в это время, ни раньше, ни позже, Топало решил положить свою любимую шляпу в Зойкин чемодан. А то валяется где-то в углу, никакого уважения. Он поставил чемодан на столик. Но чемодан что-то не открывался. Топало посильнее его тряхнул, чемодан открылся и свалился со стола. Топало стал собирать вещи и ругать чемодан: «Чего сразу не открылся, больно мне нужно тебя ломать».

Непонятный грохот и какое-то бормотанье явственно услышали за дверью Федулин и Коля Сопин. Переглянулись.

— Слышишь? — прошептал Федулин.

— Слышу, — прошептал Коля.

Топало между тем продолжал ругать чемодан, который вначале не хотел открываться, а потом не хотел закрываться.

Федулин и Коля Сопин, крадучись, пошли обратно на палубу.

— Ну что? — спросил Федулин, расправляя плечи. Когда человек прав, он всегда расправляет плечи.

— «Заяц»! — произнес матрос, все еще немного ошарашенный. Где-где, а на теплоходах дальнего следования безбилетные пассажиры — чрезвычайная редкость.

— А может, и поважнее «зайца»!

— Может, и поважнее, — согласился Коля. — Вы меня здесь, на палубе, подождите, а я найду капитана.

Федулин в изнеможении опустился в кресло. За всю жизнь ничего особого Павел Михайлович не совершал, и с ним ничего не совершалось. А за эти дни что-то в его судьбе перевернулось. Позавчера — летающие рыбы, сегодня — тайный пассажир. Как будто специально для него все эти сюрпризы уготовлены: «Совершайте, товарищ Федулин, совершайте, пора!..»

Павел Михайлович вытер потное лицо своим белым беретиком. «Будет вам и белка, будет и свисток», — вспомнились ему слова детской песенки.

Коля Сопин вернулся быстро.

— Капитан ушел на речной вокзал к диспетчеру, — сообщил он. — Пойдемте, там его и разыщем.


Галлюцинации | Топало | Топало в опасности