home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава двадцать третья. Дом ютов

Куй железо, пока горячо.

Гефест

В ночь перед походом в Великие Мудаки старожилы устроили прощальный банкет. Драчевцы благодарили Фому Берен-никова за то, что он им такого хорошего слушателя привез — юта Болвана.

— Он у нас помаленьку втянулся, — сказал Сим, — после первой строфы в обморок не падает, многие мои стихи, почитай, до конца выслушивает, редко в прострацию впадает. От афоризмов Виша только краснеет, а иной раз и всхохотнет невзначай. Выходит, начинает понимать народный юмор конюха. Правда, до поэмы «Когда я буду смешной и мертвый?» так и не дорос. Как доходит дело до строки «Уж лучше вешать жизнь на нитку» — сразу отрубается. Но есть надежда: после длительных и упорных тренировок у Болвана от зубов станут отскакивать ответы на три основных вопроса поэмы: «Когда именно Кос станет смешным?», «А когда — мертвым?» и «Когда оба эти события сольются в одно?»

— Это вам спасибо, — сказал маг, — что вы юта стихами зачитывали, подавляя волю к сопротивлению. Оттого тренировки Леса с Болваном шли день ото дня успешнее.

— Выпьем за это! — провозгласил кузнец.

— У Болвана жопа рвана, — сочинил Виш, — всмятку новы сапоги. Чтой-то юты — все болваны, обожают батоги.

— А все равно бабы-леснянгаглучше, — согласился фершал.

С этим утверждением спорить не стали и охотно выпили за леснянок. Домовой Сенька спикировал сверху, протянул каждому по малосольному огурчику и уселся на свое законное приставное место. Упокой-ница Семеновна любезно продемонстрировала гостям блестящую ручку в своем боку, «кривой стартер», как она выразилась. С помощью его, оказывается, старожилы бабку с утра заводят, после чего упокой-ница становится живее всех живых.

Сенька подпрыгнул, стукнулся о матицу и, рушась вниз, продекламировал:

Кабы стал я хозяин Драчевки,

а драчевцы — наоборот,

то от той переставки ловкой я бы…

— Полный стал идиот! — закончил за него Виш. Промахнувшись мимо стульчика, Сенька не расслышал конюха и вдохновенно продолжал:

Стал бы главным я старожилом,

Муза Коса ко мне б ушла:

подошла бы, грудь обнажила…

— Идиотом обозвала! — закончил за Сенечку фершал.

Домовой ничего не слышал, отбивая башкой ритм о потолочную балку:

И носил бы с утра до ночи

старожилов я на пинках!

Ибо стал бы талантлив очень…

— Но пока что — увы и ах! — завершил чтение Сим, ухватил скачущего вверх-вниз Сенечку за шиворот да как наподдаст по мягкому месту.

Домовой не обратил на пинкаря никакого внимания, а задумчиво повис в воздухе, продолжая сочинять вслух:

Я спросил бы их:

«Вас ист дас?

Первый кто старожил из нас?»

— А ответ его поразит, — начал коновал, а продолжили все старожилы дружным хором: — Уж никак не ты, паразит!

В окно заглянула полная луна, и Кам Рой заявил, что как ни хорошо в Драчевке, но пора и честь знать. Спасибо, мол, этому дому, пойдем к другому — ютову. Маг и чародей вышли из кузни, прихватив с собой юта. Вывели из конюшни Банана и Верного, а также ютского калюного: коня желто-рыжей масти с крас-ниной и гнедым ремнем по хребту, — заседлали, но пока возились со сбруями, не заметили, что старожилы приготовили в путь трех бывших жеребят.

— Лес, твое дело — держать юта под вещун-контролем, — сказал Рой, усаживая Болвана в седло и заклеивая тому рот липким листом молчун-травы. — Что бы ни творилось вокруг — нападение, схватка, стрельба, — управляй Болваном. Когда пойдешь в левый зрак, он тебе может пригодиться: и обстановку в Ютландии знает, и контакт у тебя с ним хороший установлен.

Нов кивнул, соглашаясь, обернулся и вдруг заметил, что драчевцы тоже сидят в седлах: кузнец на однозвездном, конюх на двухзвездном, а фершал на скакуне с тремя звездами во лбу. Сим и Виш — на жеребцах, а Кос — на кобыле.

— А вы куда собрались? — спросил маг.

— Мы-то? Тебя провожать, — сказал кузнец.

— Лично я Дом ютов посмотреть желаю, — заявил конюх. — Вдруг лучше нашего живут? Тогда я там себе хрусталю наберу и серебра на подковы моему двухзвездному Лейтенанту.

— А я своей Капитанше, — коновал похлопал кобылу по холке, — бриллиантовые подковы присобачу. А еще хочу на ютских баб глянуть: чем они от наших отличаются? Вдруг у них и вправду, — лицо Коса расплылось в улыбке, а клинышек бороды торчком встал, — поперек?

— А мой Майор, — сказал кузнец, — и простыми подковами из легированной стали обойдется… Или нет! Я ему магниевые откую! Вот здорово будет: летит Майор, а из-под копыт искры во все стороны! Конь-огонь! А еще в шахте под Домом ютов мне побывать нужно. Чего они там копают? Под кого? Как ты думаешь, Фома: не счесть алмазов в каменных пещерах?

— Какие алмазы? — удивился Рой. — Вы куда, вообще-то, собрались? В кладовку, где все по полочкам разложено? Бери не хочу! А того не забыли, что юты имеют скверную привычку из громобоев палить почем зря? В первого встречного-поперечного!

— Да брось ты, Беренников, пугать-то, — сказал Кос. — Что мы — ютов не видели? Видали мы их. Юты как юты. Что ютанты, что ютролли. Так что не будем спорить, куда и когда нам ездить. Раз сказали, что собрались за хрусталем и бриллиантами, тебе нас не удержать. А сгодиться мы можем, понимаешь.

— Решайте сами, мужики, — сказал Кам. — Мое дело — предупредить. Так что ежели вдруг кого прибьют ненароком, пускай он на меня не обижается. Я не ответчик.

— На том свете угольками рассчитаемся, — успокоил его фершал.

— Они что, в Ютландию со мной собрались? — подумал Лес. Про тот свет толкуют… Но почему думают, что за паутинной границей расчет углями идет? Загадочные люди старожилы, как ни крути…

Кавалькада тронулась в путь. Нов перестал прислушиваться к разговорам взрослых, сосредоточился на юте, боясь потерять контроль.

— Стой! Кто идет? — послышалось из предрассветной мглы.

— Пикет, — объяснил маг. И крикнул невидимым стражникам: — Полудюжинник со своим отрядом!

Лес с удивлением заметил, что на плечах его заблестели звезды из александрита. Интересно, и когда успел прицепить?

— Полудюжинник — ко мне, остальные — на месте! — приказал кто-то.

Рой жестом велел спутникам остановиться и тронулся вперед. Вернулся минут через пять и сказал, что путь свободен. Наверное, помогла княжья грамота.

Они миновали будку пикета и коромысло заграждения. Нов огляделся и понял, почему пикет установили именно здесь. По правую руку, сразу за будкой, была устроена засека. Макушки елей копьями торчали наружу — коню не пройти, да и пешему придется покряхтеть в эдаком искусственном буреломе. А по левую руку отсыпную дорогу лизали волны заросшего камышами озерца, переходящего в болото. Сейчас кочки скрывала мгла, но Лес вспомнил их, потому что не раз проезжал пикет, сидя в телеге. В ту сторону, куда сейчас направлялись, их возили всем классом — на практику. Назад всегда приходилось двигаться вдвоем с молчаливым возницей, всякий раз одним и тем же.

Кони шли в сторону Великих Мудаков. Банан и Верный могли обойти всех, детям Верного было не сравниться с папашей, считал Нов, не говоря уже о калюном. Кабы не задание следить за Болваном, который только и мечтал отстать и потеряться… Поэтому Банан двигался в хвосте кавалькады.

На востоке чуть забрезжило, когда показались крыши деревни. Окна изб не светились, из труб не шел дым. Дымила одна огромная труба Дома ютов, торчащая на задах Великих Мудаков.

— Как проникать станем? — спросил Рой. — Через трубу нельзя: как раз в стальной расплав угодишь.

— В двери войдем, — сказал кузнец. — Что я вам — слесарь: по трубам-то лазить? Я — механик.

— Можно бы и через двери, — сказал Кам, — но тогда Лесу с Болваном придется сразу в левый зрак лезть, а кто-то, кажется, собирался шахту осматривать. Помню, Виш насчет хрусталя интересовался, а Кос — алмазов…

— Ну так и чего? — не понял конюх. — Лес с ютом пускай в зрак лезут, а мы в то время погуляем, алмазы посчитаем.

— А кто Леса с языком (Каким еще языком? — задумался юноша) ждать станет?

— Так ты и станешь, — сказал Виш.

— А вдруг за Лесом пол-Ютландии в погоню увяжется?

— Так дело не пойдет, — сказал Кос. — Прав Фома, когда юноша в левый зрак уйдет, мы правый караулить станем. Тем более что в погоне могут принять участие амазонки. Вот уж я их тогда… Слушай, Виш, что Фома толкует. Беренников худого никому не присоветует. А как еще в Дом и шахту попасть можно, если не через дверь и не через трубу?

— Можно путем ютроллей…

— Рогами землю рыть? — возмутился Сим. — Я, конечно, порой и уткнусь рогом в землю, но чтобы рыть… Нет, я вам не свинья — рогом землю рыть!

— Где это он рогатых свиней видел? — удивился Нов.

— Я дырку ножом сделаю, — сказал маг. Старожилы почесали затылки:

— Глубоко ли ножом накопаешь?

— А глубоко и не придется. Чародей у нас немножко ясновидец, вот он и покажет, где рукав шахты ближе к поверхности подходит.

— А коней куда денем? — забеспокоился Виш. — Их-то с собой под землю не утянешь.

— Нет нужды коней под землю тащить. Здесь оставим, пускай пасутся.

— А не разбегутся? — продолжал сомневаться конюх.

— Нет. Я только свистну Верному — за старшего его оставляю! — тот враз всех приведет.

— А вдруг кто чужой на наших скакунов позарится?

— Верный чужих не подпустит: как лягнет!

— А по кумполу? Дадут ему по кумполу, и позабудет, поди, где у него задняя нога находится, — все тревожился Виш.

— Да ему башку и кувалдой не проломить — такой крепкоголовый.

— Тогда ладно. Поехали землю рыть.

Они, не поднимая пыли, проехали деревенской улицей, пересекли поскотину, обогнули Дом ютов и выбрались на поляну у кромки леса. Из Дома на фоне темного горизонта их заметить не могли. Тем более что восток окрасился полоской зари и гигантское здание отбрасывало тень. Вороных и всадников могли заметить только в очках для темноты. Но из Дома на них никто не смотрел — ни в очках, ни без очков, Нов специально проверил. Ненадолго отключился от вещун-контроля. Спасибо магу, Лес теперь ютов чувствовал за версту:

Всадники спешились. Рой нашептал что-то на ухо Верному, тот погнал свой небольшой табун в лес. Кони растворились в полумраке. Дольше всех был виден калюный.

— Где рыть? — спросил маг.

Лес напряг дар дальновидения, разглядывая сетку подземных ходов. Определил, где шахтный штрек подходит ближе к поверхности, и двинулся в ту сторону. Остальные потянулись за ним.

Юноша ткнул пальцем в землю, Рой вытащил из ножен свой кладенец. Огненное лезвие осветило окрестности, но на фоне зари розовые отблески вряд ли выглядели чужеродными.

— Надо же! — удивился Сим. — У Фомы меч-кладенец! А я сколько ни ковал, всякий раз получалось орало да орало! Фома, продашь секрет за бутылку?

— За мной не заржавеет, — пообещал Кам, подкручивая рукоять.

Огненное жало впилось в землю и прожгло круглую дыру под углом к своду горной выработки. Стенки туннеля выглядели гладкими. Фершал сел на задницу и со свистом скатился в штрек. И остальные скатились, как по ледяной горке, и плюхнулись в пустоту.

— Куда теперь? — спросил маг драчевцев. Его сегодняшние приключения почему-то очень забавляли.

— За магнием! — сказал кузнец.

— За хрусталем! — сказал конюх.

— Сперва — за алмазами, — сказал фершал, — а затем сразу — за ютяночками!

— Понял, — сказал Рой. — Значит, идем к сталеплавильным печам.

Лес указал направление. Пошли. По пути кузнец выковырнул из стенки кусок чего-то.

— Иттербит, — определил он. — Они тут, выходит, редкоземельные добывают.

— Точно, — подтвердил маг. — Именно они и помогают создавать межпространственные проходы. Только не знаю как.

— Спроси у юта.

— С Болвана какой спрос?

— И то верно.

В подземных выработках было бы совсем темно, кабы не светящийся меч. Рой держал его клинком вверх, как свечку, и о стенки они не бились. Вскоре справа по ходу им попалась деревянная дверь. Кам легко выбил ее ногой.

— Зачем ломал? — спросил чародей. — У меня в кошеле разрыв-трава, открыл бы и так.

— Хорошо, — согласился Рой, — следующая дверь — твоя.

А за этой оказался склад. Вдоль стен до самого свода тянулись ряды полок с какими-то железяками.

— Запчасти, — определил кузнец. — К старым моделям.

Лес почувствовал, как возмутился ют. Он бы поспорил, что модели — самые новые, да рот молчун-травой был заклеен. Вышли из склада и двинулись дальше. Нов отпирал все двери подряд — и справа, и слева. Везде было одно и то же: запчасти и готовые изделия — аппараты громкой связи и рисовальные, кривые ютские мечи и кепочки с длинными козырьками.

— Дерьма-то, — ругался кузнец. — Ни алмазов, ни магния.

Мы находимся наверху, на уровне складских помещений, — пояснил Рой. — Вниз идут: ярус сборки, ярус механической обработки, ярус плавки, а уж в самом низу — добыча минералов.

— А тебя что больше интересует? — спросил конюх.

— Хотел бы прикинуть запасы месторождения, — ответил маг.

— Место рождения он не знает! — возмутился фершал. — Так я тебе вмиг разъясню… А меня интересуют ютки и их место рождения. Пошли скорей на сборку. Вот там-то чаще всего бабы и работают.

Они прошли с полверсты и наткнулись на вертикальный ствол. Вниз уходила спиральная лестница с площадками. Запасной выход. Лесичи двинулись вниз по скрипучим деревянным ступеням. На сборочном ярусе горел свет. По стенам тянулись трубки, горящие холодным голубым светом.

— Конвейеры, — разочарованно сказал Кос, — а сборщиц не видно.

— Спят, поди, со своими ютами, — предположил Виш.

— То-то мне и обидно, что с ютами, а не со мной. Разве не безобразие? Изменщицы…

— Кузня-то у них где? — спросил Сим. — Пошли в кузню.

Они вернулись к лестнице и спустились на следующий ярус. Там обнаружились механизмы, кузнец обозвал их устаревшими станками. Но и здесь никого не встретили. Спустились еще ниже. На этом ярусе пылал огонь в печах, ползали повозки без лошадей, сверкали огненные струи, сыпались искры и суетились юты.

— Так и знал, — заявил Сим, — что в плавильне кого-нибудь да найдем. Работа тут непрерывная, иначе козла выдашь.

Про какого козла он говорит? — подумал юноша. И почему его нельзя выдавать?

— Пошли к работягам, — решили старожилы и смело направились к ютантам.

Те не удивились появлению лесичей в подземной плавильне, отвечали на вопросы, смеялись шуткам драчевцев. А Лес-то думал, что юты на них бросятся, начнут кривыми мечами махать, из громобоев пыхать.

— Присматривай за Болваном, чтобы не сбежал, — напомнил Кам, а сам направился к ютам и тоже принялся о чем-то расспрашивать.

— А я боялся, что они на нас нападут, — сказал Нов, когда расспросы закончились и все снова собрались у вертикального ствола.

— Работяга работягу завсегда поймет, — сказал Сим. — Чего им бросаться? Они же не воины.

— А я с ихним инженером потолковал, — сказал Рой. — Все понятно с горной выработкой… Славно они тут поработали. Ничего для потомков не останется. Редкоземельные как под метелочку подберут, ни осмия, ни иридия, даже платины не оставят.

— Грабят нас, Лес, — сказал кузнец.

— Может, их выгнать? — спросил юноша.

— А как? Разве что стихами зачитать? Но кто их расслышит в таком-то шуме? Да работяги ни в чем и не виноваты. Они даже не знают, что находятся на Земле. Сидят под землей, света белого не видят. Не работники они тут, а чисто рабы. Хорошо бы рабовладельцев прищучить. Но до тех еще добраться нужно. А здесь даже охраны нет — бежать некуда.

— А где охрана?

— Наверху, в Доме ютов.

— Вот и пошли наверх, — сказал Кос — К ютяночкам!

— Пошли, — согласился маг. — Я тут все посмотрел и все узнал: и про запасы, и про производство. Теперь давайте Леса с Болваном в левый зрак отправим, а сами станем его у правого дожидаться. Только боюсь, что к проходу придется пробиваться с боем.

— Не боись, — успокоил Виш. — Ютов бояться — с Лесом не ходить.

— Маг не стал топать по ступеням, а вертикально взмыл вверх сквозь пролет.

— На дутом авторитете поднялся, — объяснил конюх.

Нов обхватил Болвана и вместе с ним взлетел вслед. У него теперь на левом и правом запястьях висели заговоренные узольники.

— А нам пешком топать, — донеслось из шахты.


Глава двадцать вторая. Драчевские будни | Паутина | Глава двадцать четвертая. Прорыв в паутину