home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА 11

Повсюду честные, порядочные люди… Каждый родился ментом!

Егор Летов

До отделения Сергей не дошел по причине лиричной и гуманной – вспомнил про морскую свинку, оставшуюся на подоконнике у покойного Корнеева без должного попечения. Не то чтобы Сергей был особенным любителем живой природы, но свинку было жалко – сдохнет, горемычная, если фээсбисты во время обыска не отловят и не начнут препарировать на предмет обнаружения внутри государственных тайн.

Раз уж провел день в беготне… Дураку семь верст не крюк.

Во дворе буро-зеленого сталинского дома на Урицкого стояла черная двадцать первая «Волга». Водитель в штатском сидел, высунув ноги из открытой дверцы, и кушал семечки. Поскольку у порожка дверцы образовалась приличная кучка шелухи, сидел он тут уже давно.

Бабки на лавке смотрели на «Волгу» и чего-то тихонько шуршали. Среди них были и две давешние, но Сергея вроде не признали, или признали, но смолчали.

Сергей проигнорировал водителя и поднялся на третий этаж. Дверь квартиры Корнеева была приоткрыта, изнутри доносились голоса.

– Стукнут ведь по башке, – пробормотал Сергей, опасливо трогая дверную ручку. Подумал и позвонил.

Голоса стихли, кто-то прочапал к двери и фальшивым голосом осведомился:

– Кто там?

– Капитан Слесарев, милиция, – отрекомендовался Сергей, прикинув, что через дверь они-то уж точно стрелять не будут. В дверном проеме появился мужик в штатском с мордой грузчика и презрительно уставился на неожиданного гостя.

– И чего надо? – спросил он.

– Свинку забрать.

– Кого? – Мордоворот явно был сконфужен вопросом.

– Свинку. Морскую. – Сергей поджал верхнюю губу и сделал грызущее движение зубами. – На подоконнике в стеклянном ящике сидит, если не сдохла еще.

Мордоворот пожал плечами и пропустил Сергея в квартиру. Из кухни кто-то крикнул недовольно:

– Кого там еще черт принес?

– Из милиции, – сообщил мордоворот. – За свинкой.

– За какой свиньею? – Из кухни вышел субъект в рубашке с засученными рукавами, к волосатым рукам прилипли зерна гречки. Видно, искал чего-то в банках с крупой, решил Сергей.

– Капитан Слесарев. Я этим убийством занимался, а тут свинка осталась. Сдохнет ведь. Вам не надо?

– Свинка? Забирай свою свинку и вали, – сказал субъект в рубашке и снова ушел на кухню. Мордоворот взял с подоконника ящик – свинка была жива и все так же печально взирала вокруг – и сунул Сергею, после чего молча подтолкнул его в спину. Сергей не стал спорить и вывалился на лестничную площадку.

Во дворе он не удержался от шалости – посадил свинку в карман пиджака, подошел к водителю и вручил тому грязный стеклянный ящик со словами:

– Старший ваш просил передать. Вымыть велел.

Водитель сплюнул, буркнул что-то типа «Совсем с ума посходили» и побрел к колонке на угол.

Сергей зашел в овощной, располагавшийся поблизости, и попросил продавщицу взвесить ему одну морковку. Продавщица посмотрела на него, как на сумасшедшего, но морковку взвесила. Сергей демонстративно сунул ее в карман (свинка сразу захрумкала) и теперь уж точно нацелился пойти в отделение.

В кабинете Сергей определил свинку в двухлитровую банку, бросил туда же недогрызенную морковку и стал ждать визитеров из ФСБ. Почему-то никто не приходил, и он предпринял очередную, последнюю попытку разобраться с записной книжкой. На сей раз он листал ее довольно долго, но снова ничего существенного не разобрал: все те же сокращения, ничего не говорящие цифры и буквы. По большому счету пользы от книжки не было никакой. Пусть в ФСБ башку ломают.

Через полчаса явился Зотов.

– А мне из Чека звонили, – беззаботно заявил он, усаживаясь и тут же принявшись дразнить свинку карандашом.

– Пугали, не водись, мол, с капитаном Слесаревым? – хмыкнул Сергей.

– Вроде того. Спрашивали, чего нас в НИИ носило, А я на тебя свалил. Сказал, просто подвез, а по делу и не знаю ничего… Правильно?

– Правильно. Я им Кирдана подсунул.

– Кирдана?! – развеселился Зотов. – Силен! А животное откуда? – Дедово животное, пожалел скотину. Там уже чекисты роются…

– А ты думал… Как назвал?

– Никак.

– Назови Чубайсом. Он тоже рыжий.

– Свинке обидно будет, – покачал головой Сергей.

– Ей-то чего, она за свет не платит… Это, кстати, не она, а он. Хряк то бишь. Или кабан.

– Свинтус, – усмехнулся Сергей.

– Вот и назови Свинтусом. Домой потащишь?

– Пусть тут сидит. Я дома реже бываю, чем на работе, ему скучно будет. В дверь постучали.

– Прошу вас! – крикнул Сергей. Вошел Кактус, на сей раз к ветровке добавилась коричневая замшевая кепка.

– Привет бойцам невидимого фронта, – желчно сказал прозорливый Зотов и удалился. Кактус гадливо посмотрел ему вслед и спросил:

– Книжечки готовы?

– Пожалуйста. – Сергей отдал ему нехитрый архив Корнеева. Кактус внимательно все пролистал, положил в богатого вида кожаный портфельчик, уточнил:

– А ту… детальку, что нам принесли, вы где обнаружили?

– Да вот в книжечке, за обложкой, – с готовностью указал Сергей.

– И не надо так шутить больше, – наставительно сказал Кактус, выходя. Что он имел в виду, Сергей так и не понял. То ли шутку Зотова, то ли выходку со свинкиным ящиком, то ли всю историю с наследством Корнеева…

В любом случае Сергей имел все основания полагать, что шутки только начинаются.

Домой он ушел пораньше, сославшись на проблемы с желудком и кое-какие встречи с информаторами. Дома поставил вариться купленные в гастрономе пельмени «Студенческие», сунул в магнитофон кассету и сделал погромче.

Группу «Гражданская Оборона» Сергей полюбил неожиданно – у какого-то малолетнего хулигана отобрали газовый пистолет, два косячка и всякий мусор, среди которого оказались две аудиокассеты. Они валялись в сейфе, пока Сергей со скуки не прослушал их. Это оказались – как он выяснил потом – альбомы «Прыг-скок» и «Русское поле экспериментов», что-то в надрывном хриплом голосе вокалиста Сергея тронуло, расслушал он и матерные, но насквозь понятные и правильные тексты. С тех пор он скупал у слепого торговца-меломана на рынке все, что появлялось, чем шокировал тусующихся там же местных панков и прочих неформалов. «Бона, мент идет „Гражданку“ покупать», – шушукались они.

На работе к увлечению Сергея относились благосклонно и на пьянках даже позволяли спеть иногда под гитару что-нибудь вроде «Говно не тонет ни в воде, ни в крови». Зотов был поклонником более мелодичных произведений – Пугачевой, «Блестящих» и даже Шуры – и периодически ссорился с Сергеем.

– Ну вот чего он рычит? – патетически вопрошал Зотов, тыкая пальцем в динамик. – Нормально нельзя петь?

– Ему так поется.

– Ага. А музыка? Где музыка? Грохочет чего-то… Ты совсем с ума сошел, вот что я тебе скажу. Скоро наркоманом станешь, серьгу в ухо вденешь… Как пидор…

– С серьгой – это еще не значит пидор.

– А чего они тогда? Видел я пидоров, все с серьгами Вот Шура, например… И ты скоро станешь…

После этого Сергей обычно посылал Зотова в соответствующие места. Зотов не уходил и после очередной рюмки начинал ныть по новой, пока Сергей не включал нейтрального Шевчука или Ляписа Трубецкого.

Сейчас он слушал «Ходит дурачок…», пытаясь разыскать в холодильнике бутылочку с кетчупом и напевая себе под нос. Думал он, впрочем, совсем не о кетчупе и даже не о словах хорошей песни.

Что же теперь делать?

Бросить все, и пусть ФСБ занимается тарелками, институтами, мертвыми старичками и таинственными пластиночками? Нет, это банально. «Характер у меня такой, – сказал Сергей сам себе, – что я теперь с этого не слезу». Иначе – опять бытовуха, пьяные драки, ограбления ларьков с пивом и жвачкой, отлов кавказцев, которых потом все равно отпустят за бабки…

Назвался груздем – лезу в кузов.

Вот только будут теперь на хвосте висеть и днем и ночью. Надо бы Борисыча заманить, чтобы поискал по углам жучков-паучков, есть у него волшебная машинка… Могли и понапихать, они ушлые. Хорошо хоть телефона дома нет. А то в кино и в книжках всегда в телефоны пихают.

Хорошо вон Бушкову… Сергей посмотрел на стопочку книг серии «Русский проект», лежавшую на кухонном столе. У него герои все сплошь и рядом хитрые, храбрые, и хотя вроде как из жизни взяты, на самом деле супермены. Просчитывают все на десять ходов вперед, знают, из-за какого угла басурман выскочит. Одна у них дурная черта – все как один попадаются на газовые баллончики. Даже любимый бушковский персонаж Сергея, капитан первого ранга Мазур, и тот рожу подставлял.

Ну, мы рожу подставлять не будем, решил Сергеи. А будем мы следовать созданному нами образу придурковатого мента-служаки, который весь дрожит, но форс держит. Что там предпримет ФСБ, еще посмотрим, а вот институтом стоит заняться. И вообще, надо взять отпуск за свой счет. Висяков никаких за Сергеем не числилось, так что недельку дадут. Сейчас обстановка вроде тихая…

Выловив серые пельмени и сложив в миску, Сергей обильно полил их кетчупом и принялся есть, запивая безвкусной газировкой «Колокольчик».

Первым делом – отпуск.

Вторым – транспорт, потому что на служебной не покатаешься, а своей Бог не дал.

Третьим – личная безопасность. Голову не открутят, но ссориться с чекистами вряд ли стоит. А тут еще эстонец этот обещанный… Что-то нет его, кстати. Ах, елки-моталки… Сергей в сердцах бросил вилку. Генерал отпуска не даст, скажет, возись с эстонцем. Ну что за невезение!

С другой стороны, возиться с эстонцем – не самое плохое занятие. Под эту марку можно выпросить автомашину попристойнее, да и времени будет навалом, на гостя спишем.

Дескать, просил город показать, то-се, пятое-десятое…

Сергей повеселел, вытер со стола капли кетчупа и возобновил поглощение пельменей.

Запищал дверной звонок. Китайского производства. Он когда-то пиликал «Не слышны в саду…», но через полгода потерял музыкальный дар и теперь просто зудел.

– Кто? – заорал Сергей, не отрываясь от пельменей.

– Открывай, – ответил женский голос.

Ну, точно. Милку принесло. Он опять отшвырнул вилку – она свалилась со стола и забренчала где-то под газовой плитой – и пошел открывать.

Милка была при полном параде: в черных обтягивающих штанах, какой-то кожаной курточке с обилием замочков и бляшек, рыжие волосы пострижены в каре, модные солнцезащитные очки… Бывшая жена, так ее перетак.

– Впустишь? – ехидно спросила она, стоя на пороге.

– Заходи.

Она вошла в прихожую, бросила сумочку на подзеркальник, деловито поискала глазами тапочки.

– Так иди, – махнул рукой Сергей.

– Свинячишь… – констатировала Милка и прошла на кухню. Покосившись на неаппетитные пельмени, она села на краешек табурета и побарабанила длинными наманикюренными ногтями по столу.

– Деньги нужны? – спросил Сергей.

– Догадливый…

– Зачем?

– Вовке на велосипед. Весна кончается, а у него нету. Другим детям завидует.

– Врешь небось. Тряпку какую-нибудь присмотрела?

Милка безмолвно закатила глаза: мол, ну и сволочь.

– Я куплю велик и сам ему привезу, – отрезал Сергей. – Довольна? Завтра с утра куплю и днем привезу.

– Ради бога. Мне главное, чтобы у дитенка велосипед был. Как у других, у которых батьки нормальные.

– Заткнись, – велел Сергей.

– Я-то заткнусь. А ты чтоб завтра велосипед привез. И вообще, я слышала, вам зарплату повысили.

– С чего бы вдруг?

– Повысили, повысили. А алименты по-старому идут.

– Что ж я, по-твоему, в бухгалтерии блат имею? Сколько положено, столько и идет.

– Вот я твоему генералу напишу, тогда узнаешь, – пригрозила Милка. Она поднялась с табурета, опять покосилась на пельмени: – Все говно жрешь?

– Когда ты готовила, жрал. Сейчас чуть получше, – парировал Сергей. Милка поджала губы и удалилась, хлопнув на прощание дверью.

Прожили они вместе два года и два года назад развелись. Милка работала в ателье швеей, правда, себя именовала не иначе как модельером-дизайнером. Развод произошел по хрестоматийной причине – Сергей случайно забрел с дежурства домой и обнаружил в постели свою жену в компании довольно тщедушного с виду типчика, оказавшегося массажистом местного футбольного клуба. Массажиста Сергей спустил с лестницы, пригрозив жестокой расправой в случае встречи, а с женой они моментально развелись. Сына Вовку, естественно, оставили ей, о чем Сергей очень жалел, но ничего поделать не мог.

Аппетит был окончательно испорчен. Сергей вывалил недоеденные пельмени в мусорное ведро и пошел смотреть телевизор, втайне надеясь хоть там увидеть что-то хорошее.

По ОРТ шел боевик из жизни японской мафии в Соединенных Штатах. Некий тип с лицом дегенерата, видимо тамошний полицейский, палил вовсе стороны из пистолетов. Еще бы, патроны в каждой скобяной лавке продают, а у нас замучаешься рапорты писать…

По РТР умненький дядя в кричаще желтом галстуке рассказывал про социальную политику правительства, которая, по дядиному мнению, была очень даже ничего. По мнению Сергея, социальная политика правительства, как и само правительство, была говном, поэтому он переключился на НТВ.

Там показывали что-то о Чечне, и Сергей, ругнувшись, выключил телик. Взял с полки первую попавшуюся книжку – оказался Симонов, «Живые и мертвые» – и стал читать, взгромоздив ноги на столик. Бездумно прочел несколько абзацев, понял, что судьба политрука Синцова, столь неудачно попавшего в самую бучу в первые же дни войны, его сейчас не увлекает, и бросил книжку на диван.

Велосипед купить, конечно, надо. Он вспомнил свой старый «Орленок», с примотанной к колесу фотопленкой, чтобы трещала, когда едешь. Рогоза была, а не велик. Сейчас понаделали: с мягкими сиденьями, колеса пневматические, ручной тормоз… Зато отвалится что – пиши пропало…

«Фигня. Все равно куплю», – решил Сергей и, не тратя больше время попусту, завалился спать.


ГЛАВА 10 | Охота на НЛО | ГЛАВА 12