home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



34

Говорящий много, но бездумно, да будет, унижен!

Апокриф. Книга Пяти Зеркал. 18

В маленьком просмотровом зале было пусто. Если сказать точнее, в нем не было никого, кроме двух человек. Один небрежно развалился в кресле, однако в его позе чувствовалось скрытое напряжение и неуверенность, другой сидел свободно и, подперев голову, смотрел на экран. Первый иногда искоса поглядывал на второго, не заснул ли, не скучает ли?

На экране двигались люди, черно-белая картинка иногда мерцала и темнела, выдавая невысокое качество лабораторной техники, а может быть, непрофессионализм оператора. Из динамиков доносился комментарий.

Вольфрам Зиверс, а именно он был тем человеком, который внимательно смотрел на экран, подперев голову рукой, комментариев почти не слышал и изображение его интересовало мало. Так или иначе, выводы экспериментаторов, предоставленные в виде кинематографического отчета, были ему ясны. Теория по данному вопросу его занимала мало. Самое интересное сейчас – это практический аспект исследований, а потому люди-тени, что бродили с той стороны черно-белой реальности, касались Вольфрама мало. Однако обижать заместителя Карла-Марии Виллигута не хотелось. Этот самый заместитель, похоже, имел прямое отношение к фильму, может быть, именно он и держал камеру в руках.

Наконец мелькнули грубо сделанные титры, какие-то значки, и экран погас. В зале загорелся тусклый свет.

Зиверс пошевелился и растер затекшую шею. Заместитель мигом потерял свой расслабленный и небрежный вид.

– Итак, Вернер! – Зиверс поймал себя на том, что ему не хочется смотреть на собеседника прямо. И касаться его тоже не хочется, даже сидя рядом, он отклонился в противоположную сторону. А тот, напротив, всячески стремится прикоснуться к главе «Анненербе», дотронуться, подать руку… Странный человечек. Когда Зиверс думал о нем, в голове возникал неприятный образ пиявки. – Что вы можете добавить к этому материалу?

Вернер сделал движение, дернулся, словно хотел не то вскочить, не то заключить Вольфрама в объятия. Зиверс подозрительно покосился на него.

– Конечно, оберштурмбаннфюрер, на данный момент мы можем конкретно сказать не слишком многое. Безусловно, наши изыскания представляют научный интерес для…

– А практический интерес они представляют? – перебил его Зиверс.

– Конечно! Обязательно! – Вернер завозился в своем кресле. Ему явно было неудобно. – Практический эффект огромен, оберштурмбаннфюрер. Влияние на сознательную деятельность человека всегда привлекало внимание нашей лаборатории. На данный момент разработано несколько методик, позволяющих вести уверенный контроль за поведенческими структурами подопытных.

– Вы имеете в виду тех идиотов, поедающих траву?

– Да. – Заместитель криво ухмыльнулся. – Опыты с практическим гипнозом, химическими веществами и специальным воздействием… Дают определенный эффект.

– И это все, чего добилась ваша лаборатория за истекший период? – В Зиверсе исподволь закипала злоба. – Есть траву… Любой офицер из охраны концлагеря может вам показать и не такой фокус со своими заключенными! И, прошу заметить, без всякого гипноза и химических веществ.

Вернер побледнел:

– Но действие простой физической силы всегда имеет свои границы и пределы…

– Имеет… – Зиверс устало выдохнул. – Как и ваша фантазия. В следующий раз заставьте их хотя бы танцевать… Чтобы низвести человека, пусть даже неполноценного, до уровня животного, не нужно тратить такие средства. Насколько быстро вы можете достигнуть желаемого эффекта с одним конкретным человеком?

– Довольно быстро. – Вернер сделал телодвижение, словно уворачиваясь от плетки. – В среднем, при серьезном химическом и эмоциональном воздействии на индивидуума, устойчивый эффект возникает после двадцати минут обработки.

– Сколько времени это может продолжаться?

– В среднем два часа…

– А после этого?

– Неизбежная умственная деградация и сумасшествие.

Зиверс покачал головой. Его собеседник вжался в кресло.

– Много. Всего много. Времени, денег, усилий… И непозволительно много издержек. Ради двух часов одноразового повиновения. Что вы можете сказать о перспективах?

– Несмотря на препятствия, стоящие на нашем пути, мы готовы поручиться всем, что имеем, что к концу года показатели будут улучшены. Как раз в данный момент в нашей лаборатории разрабатывается принципиально новый комплекс воздействия на сознание. Профессор Виллигут лично работает в этом направлении.

«Всем, что имеем. Этот идиот даже не понимает, что говорит… Или уже в штаны наложил. Они имеют только то, что мы им даем». – Зиверс досадливо поморщился, но вслух спросил:

– Принципиально новый?

– Да, оберштурмбаннфюрер, этот комплекс связан с тонкими телами… Второй фильм как раз касается этого метода. В нем мы сумели объединить целый ряд мистических систем и собрали большое количество материала по этому поводу. Одержимость и воздействие на сознание человека встречаются во многих оккультных практиках разных народов. Материалы, привезенные из Средней Азии, дают нам большие возможности. Особенно в сочетании с рядом других практик. Если вы не возражаете, мы можем посмотреть этот фильм прямо сейчас.

– Оставьте, я надеюсь, Карл Виллигут знает свое дело. Мне нужны практические результаты. О ценности тех или иных материалов для науки я с удовольствием поговорю с вами в мирное время. Однако в докладе есть указание на другой проект, расскажите более детально о нем.

Человечек, похожий на пиявку, распрямил плечи, поняв, что на этот раз пронесло:

– Основная часть проекта, господин оберштурмбаннфюрер, заключается в тотальном контроле над мыслительной деятельностью больших масс людей. Например, обработка толп на митингах, демонстрациях… поскольку произвести обработку химическими препаратами в условиях больших скоплений людей не представляется возможным, в ход идут иные средства.

– А именно?

– Это напрямую связано с тем материалом, которому посвящается второй фильм.

– Хорошо… Я просмотрю его позже. Что за материалы из Средней Азии?

– Описание неких артефактов, можно сказать, легенда.

– Что вы имеете в виду? – Позвольте процитировать?

– Конечно.

– Вот что удалось расшифровать. – Вернер слегка наморщил лоб и начал декламировать: – «Когда Аллах создавал мир, он связал в узел пять стихий. Он взял Огонь и посмотрел в него. И Огонь отразил всю суть Аллаха. Он взял Воду и посмотрел в нее. И в струях Воды отразилась суть Аллаха. Он взял Воздух и посмотрел в него. И из ветра посмотрела на него суть Аллаха. Он взял Землю и посмотрел в нее. И в Земле отразилась суть Аллаха.

Последней Аллах взял пятую, безымянную стихию и посмотрел в нее. Однако стихия не выдержала тяжести лика Господа и треснула, а сквозь трещины увидел Аллах лик Иблиса.

Разгневался Всевышний, но простил, ибо Он милостив и милосерден. Но забыто имя стихии, и стерто оно из памяти людской. Поэтому существуют во Вселенной пять Зеркал. Зеркало Огня, Зеркало Воды, Зеркало Земли, Зеркало Воздуха и пятое, треснувшее Зеркало Иблиса, несущее в себе отпечаток гнева Аллаха.

Когда же Аллах населил землю людьми, он отдал им и Зеркала, содержащие божественную суть, приставив к ним стражу из числа небесных ангелов. Но по дороге на землю не удержали ангелы тяжести Зеркал и уронили их. Разбив четыре из пяти. Так обрели Ветер, Вода, Воздух и Земля сущность Аллаха, вобрав в себя все до единого осколки. И потому помыслы Всевышнего и Всеблагого везде, где властвуют эти стихии.

До земли же донесли ангелы только пятое, треснувшее зеркало, хранящее гневный лик. Спрятав его в недоступном месте, они стали охранять его до самого дня суда. Ибо такова была воля Милосердного.

По сей день небесные ангелы хранят Зеркало Иблиса, переселяясь из тела в тело».

Вернер замолчал, со значением глядя на Зиверса.

– Какие вы делаете выводы? – спросил тот.

– Безусловно, доступ к подобному артефакту обеспечил бы Германии неоценимое превосходство во всех сферах деятельности. Начиная от военной и общественной и заканчивая областью науки.

– А вы полагаете, что легенды не врут?

– Вся информация, собранная обществом, позволяет с уверенностью сказать – легенды правдивы. Ошибки заключаются только в человеческом факторе. В неверной интерпретации, в ошибочных выводах. Наши операции в Южной Америке, раскопки во Франции, тибетские экспедиции только подтверждают это.

– Да, но пока у вас нет артефакта… Что же позволяет вам надеяться на успех?

Заместитель-пиявка выпрямился, принимая позу «смирно» в сидячем положении.

– Все прогнозы говорят об этом!

Зиверс долго не мигая смотрел Вернеру в глаза. Заместитель профессора Виллигута так же не мигая выдерживал этот взгляд в течение нескольких десятков секунд. Потом глаза его затуманились, тело обмякло.

Зиверс нажал на скрытую в подлокотнике кнопку. Двери кинозала распахнулись, в проеме показались фигуры в черной униформе.

– Гюнтер? Позовите моего личного секретаря… И пусть прихватит доктора.

Дежурный исчез.

Вернер что-то промычал и пустил слюну из уголка рта.

– Оберштурмбаннфюрер?! – В дверях возник секретарь, из-за его плеча высовывался доктор.

– Да, Дитрих, возьмите этого уродца и выбейте из него все, что только можно. Я хочу знать, кто ему наболтал обо всем, что касается… – Зиверс помолчал. – … Средней Азии.

– Есть!

Двое здоровенных молодцов уже выдернули Вернера из кресла, как булавку из подушечки.

– Да, Дитрих, еще одно… Кроме вас и доктора, на допросе никого не должно быть. Уяснили?

– Так точно, Оберштурмбаннфюрер! Хайль Гитлер!

– Хайль…

Когда все ушли, Зиверс задумчиво посмотрел на пленки, оставленные Вернером Пробормотал:

– Вот ведь идиот… Слава богам, что на земле существуют идиоты…

Затем он поднял трубку:

– Механик? Возьмите кинопленки в зале, через час я бы хотел их посмотреть.


предыдущая глава | Зеркало Иблиса | cледующая глава