home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 5

Даша подошла к Авроре и сунула ей под нос ладонь.

– Это что?! – отпрянула Аврора. – Тьфу, это же ногти, а я то думала...

– Мне надоело, что твои ногти валяются где ни попадя! Меня это бесит! Вчера я мылась в ванной с твоими ногтями, сегодня они выпали из книжки, которая лежит на тумбочке, а завтра я найду их в пепельнице!

– Какая ты зануда, – сообщила Аврора и взялась за книжку.

– Что, трудно выбросить всякую дрянь? – кипятилась подруга.

Даша затеяла дома ремонт: отчего на нее напала эта блажь, никто так и не понял, но пару недель она буквально сходила с ума – ей повсюду мерещились какая-то там сложносочиненная штукатурка, эскизы старинной лепнины, настоящий английский паркет, якобы содранный в одном из разорившихся хартфордширских поместий, и прочая ерунда, которая не давала спокойно жить ни ей, ни друзьям, ни родственникам.

– Ты ведь не против, если я у тебя поживу? – спросила она Аврору. – Не люблю чужие квартиры.

– Но ведь моя квартира как раз и есть чужая... – намекнула Аврора.

– Ну, разве она чужая? – изумилась Даша. – В ней же ты, моя подруга!

– А что мама? – с надеждой поинтересовалась Аврора.

– Во-первых, у мамы муж, во-вторых, два наглых ротвейлера... – Даша пожала плечами. – К тому же она собирается разводиться, так что они меня достанут своими разговорами «по душам»...

– Как разводиться?! – воскликнула Аврора. – Что случилось?

Прошло всего два месяца с той памятной ночи необычных вечеринок, а Авроре казалось, что они с Дашей знакомы целую вечность. Все было у них таким похожим: привычки, недостатки, пристрастия, вкусы, замашки, взгляды на жизнь... И маму Даши Аврора тоже ощутила как будто дальней родственницей: не было ни привыкания, ни расстояния между поколениями, ни той разницы, которая бывает в отношениях «дочки – матери»... К тому же Ната была очень красивая. Не так, как мама Авроры: та время от времени просыпалась от кошмара – ей снилось, что во всем мире закончился ботокс, а она сама от горя съела беляш... Аделаида знала наизусть расписание лучших пластических хирургов, бегала к психотерапевту, если заболевала массажистка, которая обычно приходила каждое утро, и грозила косметичке покончить с собой, если у той вдруг закончится чудо-крем, от которого кожа делалось гладкой, как шелк...

А Ната просто выглядела молодо. При том что у нее намечался и второй подбородок, и живот несколько выпирал, и от уголков глаз разбегались морщины. Казалось, она всю жизнь была такая: с морщинами, животиком и крупными венами на руках, но в ней было столько женственности, столько сексуальности, столько жизнелюбия, что на нее оборачивались старшеклассники! К тому же Аврора еще не встречала женщину, которой бы так шла одежда. Ната одновременно была и экстравагантной, и элегантной. Все ее наряды были неизвестного происхождения: однажды Аврора спросила, что за дивная на ней кофточка, а Ната резко заявила, что у нее есть портниха, но ее имя и телефон она не сдаст и под самыми страшными пытками.

Еще у нее был невероятно красивый дом – в знаменитом комплексе зданий на набережной, с огромной террасой и окнами на Кремль. Но при том что дом вроде находился в самом центре Москвы, и зимой видна была заледенелая река, и белые крыши домов, и ветра задували со всех сторон, в квартире у Наты казалось, что находишься в южном городе. Беленые стены, яркие грузинские и мексиканские настенные ковры, простая, даже грубая деревянная мебель вперемежку с каким-то слегка облупленным азиатским антиквариатом, лес комнатных растений, плотные, как принято на юге, шторы, низкие диваны...

Муж у Наты был очень известный адвокат лет на десять ее младше. Казалось, у них отличные отношения – муж ее обожал, задаривал, баловал, а Ната не чувствовала ни разницы в возрасте, ни опасности со стороны более молодых, наглых и цепких женщин. Поэтому, когда Даша сообщила, что Ната разводится, Аврора расстроилась от всей души.

– Ничего не случилось. – Даша пожала плечами.

– То есть? – опешила Аврора.

– Просто у мамы такой принцип, – нехотя ответила Даша. – Ты, наверное, не поймешь.

– Точно! – Аврора хлопнула себя по лбу. – Я же тупица! И как это я забыла! Черствая, бездушная тупица!

– Ну, прекрати... – поморщилась Даша.

– Слушай, дорогуша! – прикрикнула на нее Аврора, подперев одной рукой бок, а другой ткнув в подругу. «Дорогушами» она называла тех, на кого сильно злилась. – Мне надоели твои игры в «кто у нас самый умный»! У тебя вечно какие-то недомолвки, и меня это достало! Ты, женщина, пьешь из моей любимой кружки и носишь мои тапки с когтями, так уж будь добра обращаться со мной так, как я того заслуживаю!

Даша расхохоталась, но видно было, что она смущена. Да и Аврора, несмотря на показной драматизм, говорила без всякой иронии. Хотя они уже два месяца дружили не разлей вода, кое в чем их отношения были странными, а местами и вовсе тревожными.

...После первой встречи, после сумасшедших вечеринок, счастливая Аврора рухнула в кровать как подкошенная и проспала до часу дня. Когда она приехала на работу – всклокоченная, с головой, которая, по ее ощущениям, весила, как автомобиль «Газель», на нее с дикими воплями набросился Гера. Он орал так, словно подчиненная научила его десятилетнего сына курить. Аврора слушала-слушала, как он вспоминает все: как она два года назад сломала студийные наушники, как потеряла новостную ленту за пять минут до выхода в эфир, как одолжила у него сто долларов и не могла вернуть полгода... А потом встала, подхватила сумку и пошла вон из комнаты.

– Ты обнаглела, да? Экстази нажралась? – заорал вслед Гера. – Тебя тут что-то не устраивает?

– Не устраивает, – обернулась Аврора.

– Да? – Гера подбоченился. – И что же?

– Можно в письменном виде? – предложила Аврора.

– Конечно! – Ставший вдруг любезным Гера даже подсунул ей бумагу и ручку.

Спустя четверть часа он вслух зачитал список того, что ее не устраивает:

«Пункт первый. Зарплата. Грех жаловаться – на дорогу хватает, но, если хочется есть, приходится ходить пешком. Пункт второй. Ненормированный рабочий день. Почему, если Артем Герасимов хочет напиться или заняться сексом, я должна за бесплатно доделывать его работу? Пункт третий. Презумпция невиновности. Если не доказано, что я занимаюсь джинсой – то есть за деньги делаю материалы о тех или других событиях, возможно, не стоит меня в этом обвинять, тем более в далеких от юриспруденции терминах типа „сука драная“ и прочих подобных, даже похлеще...»

Поначалу Гера читал список с некоторой саркастической издевкой, но вскоре начал звереть. Видимо, взгляд на себя со стороны не устраивал его.

У Авроры заорал телефон – Даша интересовалась, записать ли ее на комплексный уход за лицом и как вообще у нее настроение, самочувствие...

– Даш, я тебе перезвоню. Меня сейчас убивают, – приглушенным голосом сообщила Аврора.

– Ты на работе? – уточнила Даша. – Герасимов?

Вчера Аврора во время поедания икры сожалела о том, что придется тащиться на работу, а там толстый и вечно сексуально неудовлетворенный начальник...

– Ну да, – подтвердила Аврора. – Ладно, я перезвоню. Хорошо?

Едва она нажала «отбой», Герасимов улыбнулся вдруг душевно-душевно и поинтересовался:

– Напомни, что мне мешает тебя уволить?

– Страх, что я всем расскажу, как тебя побила охрана Киркорова.

Герасимов покраснел. Ничего страшного тогда не произошло: он приехал в Питер на сборную солянку звезд эстрады, напился, сел в лифт, облокотился на дверь, дверь открылась, и Гера рухнул к ногам Киркорова. А когда понял, кто перед ним, принялся орать какую-то похабщину, за что охрана певца отвела его в сторону и нежно, но убедительно прощупала ему ребра.

Сама по себе история была не очень позорной, но Гера не любил ее вспоминать.

– Прекрасно, – кивнул Гера, который, если судить по внешним признакам, готов был размазать Аврору по стене. – Тогда вот что...

– Гер, тебя к телефону! – с тревожным видом перебила его Аня, редактор. Она обычно именно так выглядела, когда Гере звонил генеральный.

Не отрывая взгляда от Авроры – ну, просто как в голливудском триллере! – Гера принял телефон, послушал, кивнул, послушал, кивнул, оглядел Аврору с головы до ног, еще пару раз кивнул (как-то уж слишком энергично), положил трубку и обратился к Авроре:

– Выйдем!

Она пошла за ним в полной уверенности, что Гера будет уламывать ее написать заявление «по собственному желанию» – в этом случае ей не заплатят сверх того, что она отработала.

– Я повышу тебе зарплату, – с мрачным видом произнес Гера. – И ты будешь получать за работу в выходные. Ну, и я постараюсь больше не называть тебя матом. О «суке драной» и речи быть не может! Отказаться от нее – выше моих сил.

– Гер... – Аврора заглянула ему в глаза. – Тебя что, зомбировали? Тебе лично ВВП звонил и пообещал, что, если ты меня любить не будешь, он тебя расстреляет? Так, что ли?

– Ой, ну у тебя чувства юмора вообще нет, так что лучше не остри... – поморщился Гера.

Аврора решила больше к нему не приставать, но в глазах у него она заметила... страх. Близко к сердцу не приняла, а с собой и подавно не связала. Решила, что на Геру в очередной раз наехали – либо партнеры по преступному рекламному бизнесу в обход казны «М-радио», либо очередной малолетний любовник, которых Гера подбирал разве что не по канавам. Отвлекли его, настроили на философский лад – вот он и вспомнил, что Аврора уже который год работает за три копейки. Главное, чтобы завтра не забыл.

Гера не забыл.

И вообще жизнь как-то наладилась. Не то чтобы произошло нечто сверхъестественное, просто Аврору почти никто не выбивал из состояния равновесия.

Даже Жанна.

Последний раз Аврора видела сестру, когда вместе с Дашей была на показе у каких-то чудаков-французов. Даша тогда устроила истерику из-за того, что Аврора не хотела красить лицо.

– Я не вижу смысла краситься, как женщина племени масаи! Я такая, меня такой создала природа, и я себе нравлюсь! – убеждала Аврора. – Зачем портить кожу всякой дрянью, если в итоге все равно все знают, как ты на самом деле выглядишь?

– Затем! – заорала Даша. – Ну, какая же ты тупая! Это просто кошмар! Понимаешь... – Она понизила тон и села рядом с подругой на диван. – Ты ведь зачем-то бреешь ноги.

– Это другое! – воскликнула Аврора. – Это гигиена...

– Конечно, гигиена... – фыркнула Даша. – Но! Если ты накрасилась, красиво оделась, выглядишь шикарно – это такое сообщение всему миру, что ты не какая-то там курица без амбиций с самооценкой ниже температуры на Южном полюсе. Ты – девушка, которая может быть неотразимой, девушка, которая не жалеет времени на себя, девушка, которая может и любит производить впечатление!

– Может, стоит просто напечатать все это на майке? – усмехнулась Аврора. – Четко и ясно, и не надо будет тратить время и кучу денег на косметику...

Даша хмыкнула и подошла к туалетному столику.

Они были у нее в квартире – в чудесной квартире на Покровском бульваре. Старый кирпичный дом с толстенными стенами, арочные окна, большие комнаты... У Даши вся квартира в коврах, ковриках, шкурах и подушках – за ними почти не было видно мебели, но все это создавало невероятный уют. И что самое приятное, здесь было просторно, а каждая комната имела свое предназначение: гостиная, кухня-столовая, спальня, кабинет, гардеробная и ванная, которую, как сказала Даша, пришлось объединить с кладовкой. Они в тот момент сидели в гардеробной – не каком-нибудь крошечном чуланчике, а в обычной комнате метров шестнадцать, с зеркалом во всю стену, с кучей специальных шкафов: для обуви, для сумок, для белья, для аксессуаров – и с большим трюмо.

Даша выдвинула один из ящиков.

– Помада, – сообщила она. – И блеск для губ.

Аврора открыла рот: целый ящик помады? А Даша открыла следующий ящик.

– Тени для век. А здесь у меня румяна и пудры, тут тушь и всякие пуховки. Искусство макияжа, дорогая, заслуживает уважения, а не глупых замечаний в стиле раннего феминизма. Давай я тебя накрашу, а ты мне честно скажешь, если тебе не понравится.

Аврора решила, что раз уж Даша накупила столько косметики, то в покое ее не оставит, и покорилась. Села в кресло с позолоченными ножками-ручками и вышивкой на спинке, закрыла глаза и заготовила тираду из серии: «Я же тебе говорила, это не мое»...

От воплей и криков удержаться было трудно, но Аврора сумела. Не от вредности, скорее от изумления. Она не меньше получаса была так недовольна тем, что ее мучают, что просто не могла не произнести: «О боже! Я была не права!» Но, глядя в зеркало, чувствовала, что влюбляется. Влюбляется в девушку, смотрящую на нее из зеркала. Конечно, смотрела на нее она сама, но... какая-то совершенно новая, бесподобная, роковой, фантастической красоты. «Дымчатый взгляд», сверху какие-то блестящие серебристые тени, длинные и пушистые ресницы, отчего-то блестящие волосы, уложенные в «бабетту»... А губы нежные, пухлые, с четкой линией...

– Теперь тебя надо переодеть! – заявила Даша и нырнула в шкаф.

Минут пять она копалась, а потом выплыла с джинсами в облипку, белой прозрачной кофтюлей с люрексом и такими роскошными бархатными сапогами, что Аврору бросило в жар. «Это не для меня! – кричало некто у нее внутри. – Я не могу! Я другая!» Но она как завороженная смотрела на великолепные вещи и понимала – если их сейчас надеть, назад пути не будет.

– Давай! – понукала Даша. – Вперед!

Аврора, будто в полусне, стала переодеваться. Ее пошатывало, и она никак не могла попасть ногой в сапог. А когда все было готово, то с удивлением уставилась на джинсы, которые едва прикрывали лобок. Даша бросилась к ней, намотала на талию пояс, на руках застегнула мощные браслеты из кожи и металла, отошла на метр, полюбовалась и застонала от удовольствия.

– Богиня! – сказала она и подвела Аврору к большому зеркалу.

Смотрелась она... Она – не она. Девушку в зеркале нужно было фотографировать для журнала «Vogue», приглашать на вечеринку в честь «Оскара», выдавать замуж за Дональда Трампа... Аврора подошла к незнакомой девушке поближе. Попросила:

– Сигарету дай.

Даша быстренько прикурила для подруги сигарету и вручила ее вместе с пепельницей. Аврора пару минут повертелась перед зеркалом, после чего обернулась к Даше и поинтересовалась:

– И как мне жить дальше?

Было заметно, что Даша вздохнула с облегчением. Она села в кресло, положила ногу на ногу и лениво произнесла:

– Ни слов благодарности, ни обмороков, ни аплодисментов...

– Да-аш... – Аврора присела на ручку, которая подозрительно скрипнула.

– Ну, вот, сейчас еще и кресло, которому двести лет, сломает... – пробормотала Даша.

– Даш, я правда не понимаю: как мне себя вести? – спросила Аврора, вставая с ручки. – Это же прямо перерождение... Мне теперь что, срочно начинать разорять нефтяных и строительных магнатов?

– Веди себя естественно! – воскликнула Даша. – Как всегда! В том-то и кайф! Послушай, если Кейт Мосс называют иконой гламура, то уж тебе-то сам бог велел... Будешь ходить, производить на всех впечатление. Не знаю, мне кажется, что внешность должна соответствовать внутренней сущности.

– То есть ты хочешь сказать, что вот это и есть моя сущность? – спросила Аврора, уставившись на себя в зеркало.

– Конечно! – подтвердила Даша. – А теперь шевели своей сущностью, и поехали, а то пропустим все самое интересное.

После показа, во время фуршета с шампанским, Аврора заметила сестру, которая хихикала с ведущим MTV, Арчи.

– О боже! – воскликнула Аврора. – И здесь моя сестрица!

– Вот эта вздорная девица – твоя сестра? – уточнила Даша.

Аврора расхохоталась:

– Она.

– Пойдем! – Даша потащила Аврору к Жанне и Арчи.

– Куда... зачем... – упиралась Аврора, но Даша оказалась удивительно сильной и хваткой.

– Привет, разлюбезная сестра, – поздоровалась Аврора, когда деваться было уже некуда.

Жанна обернулась и некоторое время искала сестру, чей голос слышала, пока не осознала: великолепная модная красотка в шикарных сапогах – Аврора. За пару секунд лицо девушки несколько раз сменило выражение, но Жанна, честь ей и хвала, довольно быстро пришла в себя.

– Ты чего так вырядилась? – с милой улыбкой на устах спросила она.

– Сестра всегда мне завидовала. Как старшей, – с такой же милой улыбкой сообщила Аврора Арчи.

– Вы Жанна? – воскликнула Даша. – Жанна Диброва?

Жанна слегка наклонила голову: да, мол, я та самая, всемирно известная Жанна Диброва. И прошу не путать с Дмитрием Дибровым, к нему не имею ни малейшего отношения, звезда телеэкрана и светская девушка.

– Я вас помню! – торжествовала Даша. – Мы вместе были в Сочи на даче у Дениса Белых, вы тогда приехали с Лашо Ониани...

Даша еще что-то говорила, а Жанна слушала ее с каменным лицом. Меньше всего она рассчитывала, что когда-нибудь встретится с человеком, который помнит, что она встречалась с Лашо Ониани – очень богатым, влиятельным, но и весьма подозрительным, если не сказать стремным, типом, а главное – жутким уродом. В прямом смысле. То есть волосы у него из ушей не росли, угревой сыпи не было, и даже щеки, как у хомяка, тоже можно простить – просто он был какой-то отвратительный. Гадкий. Поговаривали, что он помог многим известным девушкам на старте, но мало кто из них готов был в этом признаться, так как репутация жесткого, циничного, развратного и малокультурного человека не оставляла места для сомнений – все девушки встречались с Лашо из-за денег. Очень больших денег. Жанну из капризной избалованной папенькиной дочки Лашо сделал шикарной дивой, звездой. И это он дал ей денег на новую грудь.

– Ты нас не представила, – перебила Дашу Жанна, повернувшись к сестре.

– Это Даша, у нее салон «Стальные магнолии», а это моя сестра Жанна, – сообщила Аврора.

– А! – воскликнула Жанна. – Я раньше туда ходила, но у вас стригут плохо.

– А вы у нас не стриглись, – улыбнулась Даша. – Вы красились. А потом сказали, что не хотите платить, так как вы звезда из телевизора.

Жанна покраснела.

– Не может быть... – промямлила она.

– Я вырядилась так потому, что у меня свидание с Виктором Рокотовым, – вмешалась Аврора.

– Какое волевое имя... – хмыкнула Жанна. – Подожди! С тем самым Рокотовым?!

– Извините, нам пора! – Даша сгребла Аврору в охапку и потащила в сторону.

– Почему ты не дала мне сказать, что и правда с тем самым Рокотовым? – возмутилась Аврора, когда они отошли подальше.

– Чтобы она дольше мучилась! – призналась Даша. – Но мы же ее круто, да?

– О да! – рассмеялась Аврора. – А ты действительно с ней знакома? Что же ты мне раньше не сказала?

– Я тебя умоляю! – Даша закатила глаза. – Я просто навела справки.

– Супер! – одобрила Аврора. – Ты мой кумир!

Но при том, что дружить с Дашей очень Авроре нравилось, было в их отношениях слишком много недомолвок. И странных недомолвок, пугающих, чтобы Авроре не приходило в голову, что ее подруга – темная личность.

Например, как-то раз Аврора осталась у Даши ночевать. Просто так. Они затрепались, и лень было ехать домой... В общем, Даша сказала, что поработает немного, и Аврора устроилась с конфетами и чаем у телевизора. Спустя некоторое время ей захотелось что-то Даше сказать, она открыла дверь в кабинет, но Даши в нем не было. Не успела Аврора как следует рассмотреть комнату – она в ней еще ни разу не была, так уж сложилось, – как свет вдруг погас, а дверь захлопнулась. Вроде бы ничего особенного не произошло, но Авроре вдруг стало страшно. Даже жутко. Казалось, тьма, которая была совершенно непроглядной – сквозь шторы не проникало ни капли света, словно окно заложили кирпичами, – сгущалась, воздух редел, становился липким и душным, как в тропиках. У Авроры сжалось горло, будто ей на лицо накинули шарф, руки и ноги отяжелели... Но тут в комнату ворвалась Даша.

– Ты чего тут делаешь? – изумилась она, включая свет.

– Ты где была? – некрасиво взвизгнула Аврора.

– В туалете.

– Я просто зашла к тебе, а тут свет вырубился и дверь закрылась! – завопила Аврора.

Все это время она стояла спиной к комнате и лицом к дверям. Даша взяла подругу под локоть и вывела из кабинета.

А когда она ночью пошла в ванную и попробовала по пути, из любопытства, открыть дверь в кабинет, та не поддалась. При том что замка не было. Аврора спросила у Даши, как такое может быть, а та, судя по выражению лица, хотела было заявить, что нечего лазить по чужим комнатам, но сдержалась и соврала – точно соврала, двух мнений быть не может! – что Авроре все почудилось.

Или тот странный случай, когда они еще раз встретили Ярика и с ними увязался его знакомый: вдруг оказался рядом с квартирой Авроры – отпустил, что ли, такси и бежал по горячим следам? Это был низенький дагестанец – судя по лицу, явно деревенский, крестьянин, и он совсем не подходил ни Ярику, ни разудалой яриковской компании. Он стоял на лестничной клетке и просился позвонить, попить, воспользоваться туалетом... и Аврора чуть было не сказала: «Да, заходи», но Даша просто втолкнула ее в квартиру, а сама так орала на лестнице на того горца, что Аврора просто была в шоке.

– Ты чего разошлась? – спросила она у подруги, когда та с изменившимся лицом вошла в квартиру.

Даша даже не ответила – она звонила Ярику.

– Ты чего своих распустил совсем? В гости навязываются, обнаглели совершенно, ты им, диким, рассказал бы о правах и обязанностях, а то держись, я тебе устрою...

После того как Даша швырнула трубку и присосалась к бутылке минеральной воды, Аврора попыталась обвинить подругу в шовинизме, но Даша устало помахала рукой.

– Шовинизм тут ни при чем, – ответила она. – Совсем не о том речь...

– А о чем?! – вышла из себя Аврора.

– Ты не поймешь, – как всегда, отмахнулась Даша.

И этих «не поймешь» накопилось столько, что Аврора готова была приковать подругу к батарее и пытать щипцами для завивки, лишь бы выяснить, какое такое дело от нее столь тщательно скрывают. Вот и сегодня, опять...

– Хорошо! – выдала наконец Даша, припертая подругой, что называется, к стенке. – Я тебе все объясню. Мама ни с одним мужчиной не живет больше пяти лет.

– Почему? – удивилась Аврора.

– Потому что она ни в кого, кроме отца, не влюблялась, а жить с мужчиной ради... – Даша пожала плечами. – Ради чего?

Аврора задумалась.

– Ради того, чтобы иметь близкого человека рядом, – ответила она. – Ради того, чтобы не быть эгоисткой. Ради того, чтобы вместе воспитывать детей... Не знаю...

– Ты хочешь сказать, что твоя мама не эгоистка? – Даша подняла одну бровь.

– Даш, жизнь сложная штука, никогда не поймешь, когда надо заботиться о себе, а когда – быть доброй и отзывчивой! – воскликнула Аврора.

Даша усмехнулась:

– А я, например, прекрасно понимаю, что в первую очередь думала, думаю и буду думать только о своих интересах!

– То есть, если мы окажемся вдвоем в перевернутом горящем автомобиле, ты убежишь, не подав мне руки? – уточнила Аврора.

Подруга вроде бы смутилась, но наконец ответила:

– Ну, сейчас-то я могу наплести чего угодно, но случись такое, скорее всего, поступлю так, как ты сказала. – Она посмотрела на Аврору, которая слегка ошалела от подобной откровенности. – Я могу заморочить тебе голову. И мужчина может заморочить тебе голову. Но все заканчивается тогда, когда вы перестаете друг друга удивлять. Тогда вы рожаете детей, покупаете новую квартиру, приобретаете тайм-шер на Багамах – и все, вы семья, идеальная ячейка потребления, захватывающая все сферы рынка. Выходные вы начинаете с того, что обсуждаете, в какой магазин поехать и какого цвета купить холодильник, в субботу после гостей вам опять не хочется заниматься сексом – вы устали, наелись и выпили немного лишнего...

– Слушай, так обо всем можно сказать – в любом деле есть и положительные стороны, и отрицательные... – улыбнулась Аврора. – Люди бывают счастливы оттого, что у них все стабильно и гладко.

– Только не я! – Даша сверкнула глазами. – И Нате больше нравится быть любовницей, а не женой.

– Слушай, а твоя мама чем-то занимается? – поинтересовалась Аврора. – Ну, она домохозяйка или...

– А вот это мы обсудим в следующий раз, – нервно оборвала ее подруга. – Потому что я не сказала тебе главного.

– Да-да! – отозвалась Аврора.

– Итак, – кивнула Даша. – Я вот тут решила, что мы с тобой слегка озверели от совместной жизни, а так как ремонт пока в разгаре, то предлагаю съездить отдохнуть. Я уже заказала билеты и места в отеле – через неделю мы с тобой улетаем.

– Куда?!

– На Ямайку.

Аврора открыла было рот, но так и не смогла ничего сказать. На Ямайку? А работа?

– А работа? – спросила она. – Вдруг меня не отпустят?

– Уволишься, – отмахнулась Даша. – Если что, я всегда могу нанять тебя как пиар-менеджера, пока не найдешь что-нибудь подходящее.

Никакой пиар-менеджер Даше не был нужен – в ее салон записывались за неделю, и Аврора, пока сама не сходила на несколько процедур, не могла понять, почему так. Но когда она разглядела свою кожу, которая из бледно-серой, с красными точками на подбородке и коричневыми тенями на веках, превратилась в белую, гладкую и такую здоровую, словно Аврора всю жизнь прожила в Новой Зеландии – пила родниковую воду и ела хлеб из девственной пшеницы, – вот тогда она поняла, почему женщины устраивают истерики, если их не принимают в случае пятиминутного опоздания, будь ты хоть Алла Пугачева.

– Слушай, ну... – промямлила она.

– Остров пиратов. Остров Вуду. Сейчас там двадцать шесть тепла. Море – двадцать семь. Все такое ленивое, томное, солнечное... – соблазняла Даша.

– У меня нет денег! – Аврора всплеснула руками.

– Я угощаю, – сообщила Даша.

– С какой стати?

– Считай это платой за жилье, – усмехнулась подруга. – К тому же ты моя первая подруга в жизни, что я и хочу отметить.

– Ну... – Аврора кусала губы.

– Соглашайся! – умоляла Даша.

Розовый песок. Лазурное море. Влажная тропическая зелень. Рэгги. Мулаты и мулатки. Старые и красивые вудуистки. Боб Марли. Далеко-далеко от Москвы... Аврора чуть не застонала, когда представила всю эту красоту.

Она даже произнести ничего не смогла – только кивнула и улыбнулась так, что щеки свело.

– Будем пить ром? – предложила Даша.

– Под пальмами, на пляже, ночью! – развила мысль Аврора.


Глава 4 | Настольная книга сердцеедки | Глава 6