home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 3

Сады в императорском дворце поначалу казались малышке бесконечным, огромным лабиринтом. Здесь было все: и каменные дорожки, и резные беседки в тени деревьев, и тайные убежища. Наследница, будущая императрица, Люция ту Эринима, правительница Сарамира, знала все укромные уголки. И с каждым днем тяготилась своими знаниями все сильней. Сад больше не приносил ей радости.

Люция лениво потянулась к лозе за гроздью винограда. Откуда-то сбоку раздался треск веток. Наверное, кот снова гонял белок.

В саду росли всевозможные деревья и цветы, привезенные со всего мира. Пестрота экзотических цветов смешивалась с гамом птиц, порхающих с ветки на ветку. По всему саду были расставлены скамейки с навесами от солнца, статуи и скульптуры. Вдали виднелись устремленные в небо шпили башен дворца. С другой стороны возвышался купол храма.

Стояла жара. Воздух наполняли ароматы тропических цветов. С неба смотрел бог солнца Нуки. Наследница грелась в ярких лучах и наблюдала за скачущими по веткам деревьев белками.

Коренное население Сарамира отличалось смуглой кожей. Поэтому бледность Люции была непривычна их взору. Кроме того, всех поражал цвет волос принцессы. Настоящие блондинки редко встречались среди сарамирцев.

Но тем не менее народ Сарамира охотно признавал красоту будущей императрицы. Она носила легкое зеленое платье и неброские украшения. Наставники требовали, чтобы девочка вела себя, как императрица, даже если оставалась одна. Она слушала и лишь рассеянно кивала в ответ. И учителя оставили принцессу в покое. А напрасно. Люция охотно внимала мудрым наставникам, но ее задумчивость часто ошибочно принимали за невнимание. Люция была мечтательницей с детства.

Иногда она завидовала своим учителям, их способности сосредоточиться на чем-то одном, не замечая ничего вокруг. Воспитатели же не понимали Люцию. Все, кроме Заэлиса. Он один догадывался, что происходит в душе воспитанницы, знал истинную причину ее кажущейся рассеянности. Принцесса обладала больше, чем пятью чувствами.

Девочка заговорила в шесть месяцев. Несмотря на свой юный возраст, Люция понимала: с ней что-то не так. Печаль появлялась в глазах матери каждый раз, когда она смотрела на дочь. Принцессу решили спрятать от посторонних взглядов и поселили в золотую клетку, окруженную стенами императорского дворца. С тех пор наследница и находилась здесь.

Кот выбежал из-за деревьев и, заметив хозяйку, сделал вид, будто беззаботно прогуливается. Он косился то на Люцию, то на белок, за которыми только что гнался, словно раздумывал, можно ли продолжить охоту. Потом, приняв решение, стремглав помчался за пушистыми зверьками. Принцесса обеспокоенно смотрела им вслед, надеясь, что белкам все же удастся ускользнуть от преследователя. Кот жил в саду уже несколько месяцев, но зверьки никак не могли научиться осторожности.

Люция любила животных. К тому же другой компании у нее не было. Ну, еще она считала своим другом Заэлиса. А вот с матерью их связывали странные взаимоотношения.

Чаще всего принцесса проводила время в одиночестве, что совсем не тяготило ее, но при этом не переставала мечтать о том дне, когда получит свободу.

Ее мать Анаис, императрица Сарамира, навещала дочь по крайней мере раз в день. Иногда Люция думала, что ей следовало бы ненавидеть Анаис за то, что та держит принцессу взаперти. Но девочка не умела злиться. Она прощала всех, потому что ее сердце наполняли сочувствие и любовь. За свою недолгую жизнь ей еще не встретился человек, чьи помыслы были бы настолько порочны, что он не заслуживал бы прощения.

Когда Люция сказала об этом Заэлису, наставник напомнил девочке, что она почти ни с кем не общается.

Мать учила ее держать в тайне свои способности. Императрица также позаботилась о том, чтобы все наставники держали рот на замке и никому не проболтались о даре ребенка. Маленькой принцессе мать объяснила свое поведение тем, что люди ненавидели бы Люцию и боялись ее, если бы узнали правду. Вот почему девочка никому не рассказывала о своих мыслях и чувствах и казалась отстраненной и скрытной.

Скорбь Анаис была велика. Императрица сто раз просила прощения у дочери за то, что пошла на такие крайние меры и лишила ее общения. Она очень хотела бы разрешить Люции играть с другими детьми, свободно бегать по улице, но это было слишком опасно. Несмотря ни на что, девочка любила мать и доверяла ей.

Люция подняла глаза к небу, на котором появились темные облака. Принцесса знала – это признак приближающихся кошмаров. В такую погоду наследницу частенько терзали дурные сны.

В своих кошмарах девочка покидала опочивальню и бродила по замку. Шла по коридорам дворца, заглядывая сквозь стены. Несколько раз наведывалась к матери. Но Анаис никогда не видела дочь. Люция наблюдала, как императрица шьет, купается или смотрит в окно. Иногда слушала, как мать обсуждает с советниками дела государственной важности. Кроме покоев владычицы девочка частенько навещала комнату прислуги.

Она подсматривала, как слуги сплетничают, готовят и занимаются любовью. Иногда люди чувствовали, что за ними наблюдают, и разбегались в панике. Но чаще всего визиты Люции оставались незамеченными.

Однажды девочка попросила мать разъяснить одну вещь, увиденную во сне. Лицо Анаис погрустнело. Императрица поцеловала дочь в лоб, но ничего не ответила. Никогда больше Люция не задавала подобных вопросов. Принцесса поняла, что сны вовсе не сны, а реальные события.

Во сне наследница могла покидать душную комнату и путешествовать по всему миру. И все же все она боялась оставлять пределы дворца. Никогда в своих видениях Люция не заглядывала в город Аксеками, в центре которого и расположился императорский замок.

С тех пор, как девочка впервые отправилась в подобное путешествие, прошло уже больше года. Потом в ее снах появилась некая девушка. А две недели назад Люция внезапно обнаружила, что ее по пятам преследует незнакомец. Он всегда приходил из кромешной тьмы. Принцесса просыпалась, дрожа от ужаса. Присутствие чужака пугало ее.

Наследница не знала, кто он, но понимала, что значит его неусыпное внимание. Какая-то темная сила нашла ее. Возможно, именно об этом не пожелала рассказать мать.

Так или иначе, происходило что-то странное. И Люция не знала, радоваться ей или бояться.


В дальнем углу парка садовники выкопали отмершие зимние растения, чтобы посадить цветы. На дорожке осталась тележка с вилами и лопатами. Черную, свежевскопанную клумбу обильно оросили водой. Сквозь толщу земли вот-вот должны пробиться зеленые ростки.

Но этого не случилось. Клумба задрожала, сначала слабо, потом сильней. Земля разверзлась. Из ямы поднялся человек, стряхивая с себя грязь.

Высокий, худощавый, небритый мужчина, на вид лет сорока, с короткими, седыми волосами выплюнул изо рта короткую, толстую бамбуковую трубку, служившую, очевидно, приспособлением для дыхания, стряхнул с себя оставшиеся комья земли и выпрямился.

Пурлоху ту Ириси везло всегда и так, что иногда даже до смешного доходило.

Он уже не раз ускользал от опасности, когда, казалось, все было против него. Пурлох легко проходил прямо под носом часовых, стоявших вдоль стен, по-пластунски миновал посты наблюдения. Он перепрыгивал через пятидесятифутовый забор, не зная, что ожидает по ту сторону. Другой на его месте мог бы переломать себе все кости, но Пурлох в последний момент инстинктивно схватился за край ограждения. Любого другого уже давно бы схватили или убили, но Пурлох считался самым искусным вором-домушником в городе и гордился этим. Он мог проникнуть куда угодно.

И все же даже такому везунчику сегодня пришлось несладко. Несколько раз за ночь он находился на волосок от смерти. Наследницу, будущую императрицу, охраняли очень тщательно. Пожалуй, тщательнее, чем самый драгоценный камень.

От уверенности в успехе операции почти не осталось следа. Но Пурлох не ругал удачу, ведь она и так столько раз спасала его шкуру. Просто удивительно, что он еще жив.

На днях к вору пришел человек с заманчивым предложением. По всему видно, посредник. Значит, настоящий заказчик решил остаться неизвестным. Пурлох достаточно повидал на своем веку, чтобы разбираться в этом. Для вора, который гордился своим мастерством, соблазн попасть к покоям наследницы, будущей императрицы оказался слишком велик. Но задача представлялась не из легких, практически невыполнимой.

Однако посредник пришел не с пустыми руками, а с планом замка. Он подробно рассказал и показал, где стоят посты охраны, как передвигаются патрули и где территория сада не охраняется вовсе. В случае удачного завершения дела вырученных денег хватило бы, чтобы достойно встретить старость. К тому же такой подвиг стал бы блистательным завершением воровской карьеры. О нем будут рассказывать легенды.

Но с другой стороны, риск попасться слишком велик, размышлял Пурлох.

На следующий день, возвращаясь к себе, вор заметил, что посетивший его незнакомец спрятался в тени соседнего дома и наблюдает за ним. Следующие два дня Пурлох повсюду натыкался на одного и того же незнакомца. Значит, заказчик установил слежку. Дело принимало интересный оборот. Пурлох решил побольше разузнать о таинственном нанимателе. Пустив в ход всю сноровку и опыт, вор проследил за своим преследователем, да так ловко, что тот ничего не заподозрил.

Заказчиком оказался Бэрак Сонмага, глава рода Амаха, семейства влиятельного и известного. Они давно выступали против королевской династии Эринима, против действующей императрицы и будущей наследницы. И хотя Пурлоху не открыли весь хитроумный план, вор понимал, что ему отводят роль пешки.

Теперь, когда он знал, что стоит на кону, задача казалась особенно рискованной. Но отступать перед трудностями вор не привык. Опасность лишь еще сильнее разжигала любопытство. Разум подсказывал, что лучше бы отделаться от столь влиятельного клиента, может быть, даже убить его. Однако в конце концов деньги и жажда славы перевесили здравый смысл.

Но сейчас, стоя в королевском саду, Пурлох мысленно клял себя за жадность.

Все предыдущие недели он слонялся у стен дворца, изображая из себя прислугу. Попасть внутрь оказалось совсем несложно. Множество заброшенных тропинок, которыми давно никто не пользовался, вели в сад. Но как обойти охрану и проникнуть в покои наследницы? Даже имеющаяся карта не давала ответа на этот вопрос. Доступ в комнаты принцессы имел лишь небольшой круг людей: пользующиеся наибольшим доверием охранники, наиболее чтимые наставники и, конечно, сама императрица. Окружение девочки было настолько мало, что ни обманом, ни под маской приближенного приблизиться к ней представлялось невозможным.

Но Пурлох умел ждать. Он разговаривал с правильными людьми, задавал нужные вопросы, не рискуя вызвать к себе подозрение. И вскоре удача улыбнулась вору.

Он вызвался помогать садовникам. Эти честные, бесхитростные, набожные люди почитали своих хозяев. Они рассказали Пурлоху, что говорить о наследнице запрещено под страхом смертной казни. Но никто из садовников принцессу ни разу не видел. Им позволяли работать лишь тогда, когда Люция не гуляла в саду. И все же даже этих обрывочных сведений хватило, чтобы придумать план.

Садовники явно гордились службой во дворце. Поэтому они постоянно рассказывали о работе, подчеркивая ее важность и значимость. Так Пурлох узнал, что скоро должны рыть новые клумбы для цветов. План сложился мгновенно.

Ночью вор пробрался в сад. Он не стал испытывать удачу днем – слишком много охраны.

Оказавшись в саду, Пурлох нашел подходящую клумбу и спрятался в ней. Чтобы его не обнаружили садовники, пройдоха накануне добавил в питье снадобье. Весь следующий день беднягам придется провести в постели, но зато можно не опасаться, что его поднимут на вилы. До рассвета Пурлох лежал под землей, не смея пошевелиться.

Посредник предупреждал, что каждое утро перед прогулкой принцессы охранники обыскивают сад. Пурлох слышал, как стражи несколько раз прошли мимо. Они обыскивали сад тысячу раз, но никогда никого не находили и со временем стали ограничиваться лишь беглым осмотром. Кому придет в голову проникать во дворец, рискуя собственной головой? К тому же свежевскопанная клумба выглядела так, словно по ней только что прошлись граблями. Так что ни у кого не возникло ни малейших подозрений. Пурлох предусмотрел все до мельчайших деталей.

Охранники ушли, и девочка осталась в саду одна. Теперь у вора было предостаточно времени, чтобы привести клумбу в порядок и уничтожить все следы. Прячась за деревьями и стараясь не шуметь, Пурлох пробирался по саду. В руке он сжимал кинжал.

Наконец вор увидел Люцию. Девочка сидела в маленькой круглой беседке, окруженной деревьями. У ее ног кот гонялся за хвостом. Наследница со странным выражением лица наблюдала за животным. Зверек слишком увлекся игрой и не слышал приближения незнакомца. Однако принцесса, несмотря на все предосторожности, заметила Пурлоха и, медленно выйдя из беседки прямо ему навстречу, спросила:

– Кто вы?

Вор выступил из-за дерева, и кот в испуге убежал. Люция внимательно посмотрела на незнакомца.

– Мое имя вам ничего не скажет, – ответил Пурлох. Он сильно нервничал и оглядывался по сторонам. Ему вдруг очень захотелось убраться отсюда куда подальше.

Люция совершенно спокойно наблюдала за ним. И вор решился.

– Юная госпожа, я должен кое-что взять у вас. – Он выхватил кинжал из ножен.

Воздух вокруг них заколебался, задрожал от взмахов черных крыльев. От неожиданности Пурлох вскрикнул и упал на колени. Лицо он машинально закрыл ладонями, ограждая себя от удара клювом или когтистой лапой.

Шум прервался так же внезапно, как и начался. Пурлох опустил руки. От увиденного у него перехватило дыхание.

Плотное переплетение крыльев скрывало ребенка. Вороны спрятали девочку, усевшись на ее плечи и руки. Принцесса словно облачилась в мантию из черных перьев. Птицы окружили Люцию плотным кольцом. Пурлох оглянулся и увидел, что все деревья вокруг заняты вороньем. Птицы пристально следили за малейшим движением вора.

Его объял ужас.

– Что вы хотели взять? – мягко спросила Люция. В отличие от ворон принцесса была настроена более миролюбиво.

Пурлох судорожно сглотнул. Все его мысли занимали вороны. Птицы защищали наследницу. Одно неосторожное движение, и его порвут на куски.

Он открыл рот, чтобы ответить, но не смог издать ни звука. Вторая попытка оказалась более успешной.

– Э… всего лишь прядь волос юной дамы. Только и всего.

Пурлох посмотрел на кинжал, который все еще держал в руке. Он поступил глупо и неосмотрительно. Не следовало сразу хвататься за нож. Близость добычи лишила его рассудка.

Люция медленно подошла к вору. Вороны разлетелись в стороны, чтобы освободить дорогу. Пурлох уставился на принцессу.

«Кто она? – словно в тумане мелькнула мысль. – А вдруг ребенок окажется монстром?»

Но на него смотрели добрые голубые глаза. Ничего чудовищного в лице девочки Пурлох не увидел.

Люция знала, что пробравшийся в сад не убийца. Неожиданно для себя девочка прониклась симпатией к этому небритому незнакомцу. И вор заметил, с какой грустью смотрят на него глаза ребенка. Казалось, Люция в своем юном возрасте понимает больше, чем сам Пурлох.

Наследница взяла кинжал из безвольно повисшей руки и отрезала белокурый локон. Затем вложила прядь в руку непрошеного гостя и сжала его кулак своей ручонкой.

– Возвращайтесь к вашему заказчику, – спокойно промолвила она, погладив сидящего на плече ворона. – Пусть все начнется. Чему быть, того не миновать.

Пурлох тяжело вздохнул и склонил голову. Он все еще стоял на коленях.

– Спасибо.

Неуверенно поднявшись на ноги, вор медленно побрел прочь. Он уже скрылся за деревьями, а Люция все еще смотрела вслед, размышляя, что же она натворила.


Глава 2 | Ткачи Сарамира | Глава 4