home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 2

Кайку проснулась от треска веток в костре и, открыв глаза, увидела Азару. Служанка сидела у огня, размешивая какую-то жидкость в маленьком, почерневшем от копоти горшке. Рядом в траве билась пара рыбин. Солнце стояло высоко в небе. От испаряющейся под палящими лучами влаги было душно. В воздухе пахло землей.

– Доброе утро, Кайку, – сказала Азара, не отрывая взгляда от горшка. – На рассвете я вернулась в дом и принесла все, что смогла найти. – Она кивнула на тюк с одеждой. – Дождь залил пламя прежде, чем оно объяло весь дом. Теперь у нас есть одежда, еда и деньги.

Кайку встала и осмотрелась. Они расположились на песчаном берегу. От воды их отделял густой кустарник. Лес наполняли разнообразные звуки и щебетание птиц. Кайку не помнила, как они оказались на берегу, но точно знала, что накануне заснула на острове посреди запруды. Неужели Азара несла ее на руках?

Взгляд ее упал на руку. Браслета не было.

– Азара! Браслет бабушки! Должно быть, упал, когда…

– Я взяла браслет и оставила в дар Ипи за то, что он нас спас.

– Бабушка подарила его на мой восьмой день рождения! – закричала Кайку. – С тех пор я никогда не снимала его!

– Иначе мы оказались бы в лапах шин-шинов. Ипи помогает только в том случае, когда ему приносят что-то в дар. То, что является ценным для спасенного, – совершенно спокойно объяснила Азара. – У меня ничего такого не было. Поэтому я и взяла твой браслет.

Кайку уставилась на нее с недоверием. Но Азара, казалось, ничего не заметила и кивнула на костер.

– Подумала, что будет разумнее не разводить огонь на поляне Ипи. Поэтому перенесла тебя на берег.

Кайку сидела, понурившись, никак не реагируя на слова служанки. Она слишком устала и вымоталась, чтобы затевать спор по поводу украшения. Азара тоже хранила молчание.

– Я должна знать, – наконец произнесла Кайку. – Моя семья…

Служанка положила ложку, которой размешивала похлебку, и, встав на колени перед Кайку, взяла ее за руки.

– Они мертвы.

К горлу подступил комок, и Кайку стало трудно говорить. Она кивнула, давая понять, что слышит. Потом ей все же удалось взять себя в руки.

– Что случилось?

– Может, сначала поедим?

Кайку подняла голову и посмотрела на Азару.

– Я должна знать, – повторила она.

Азара отпустила ее руки.

– Твою семью отравили, – объяснила служанка. – Ты умерла во сне. Подозреваю, что яд подсыпал один из поваров, но у меня нет доказательств. Кто бы это ни был, он немного просчитался. Твоя бабушка не ужинала вчера вечером. Поэтому, когда пришли шин-шины, была еще жива. Полагаю, кто-то подослал демонов, чтобы убить прислугу и убрать свидетелей. Без улик преступление останется нераскрытым.

– Кому понадобилось убивать нас? – растерянно спросила Кайку. – И зачем?

– У меня нет ответа на этот вопрос, – пожала плечами служанка. – Пока нет.

Азара встала и подошла к горшку, чтобы помешать рыбную похлебку. Некоторое время они сидели молча. Потом Кайку снова заговорила:

– Азара, я умирала от яда?

– Да, – ответила служанка. – Я вернула тебя к жизни.

– Как?

– Украла дыхание другого человека и передала его тебе.

Кайку вспомнила Карию, лежавшую мертвой на полу комнаты.

– Как же это возможно? – прошептала она, боясь услышать ответ.

– Есть много такого, чего ты не поймешь, Кайку, – ответила Азара. – Ты ведь совсем не знаешь меня.

Девушка уже начинала сознавать это. Азара всегда была образцовой служанкой: тихой, послушной и надежной. Она знала, как расчесывать волосы и складывать одежду, чтобы не помялась. Кайку любила ее больше, чем своенравную Карию, поэтому часто разговаривала с ней, делилась тайнами или играла. Но разница в положении всегда оставалась камнем преткновения, не позволяя симпатии перерасти в дружбу. И обе это понимали. Кайку происходила из благородного рода, Азара – из крестьян. В ее обязанности входило служить и повиноваться. Так в Сарамире сложилось испокон веков.

Девушка думала, что прекрасно знает свою служанку. А оказалась, той Азары никогда и не было. Два года, проведенные вместе, превратились в мираж. Новая Азара обладала выдержкой и самообладанием. Эта Азара украла жизнь другого человека, чтобы спасти госпожу. Она подожгла дом, забрала без спроса браслет, подарок бабушки, и отдала Ипи. Но эта Азара спасла Кайку от демонов.

Кто же она на самом деле?

– Река рядом, Кайку, – сказала Азара, указывая ложкой на воду. – Тебе надо помыться и переодеться, не то простудишься. – От внимания Кайку не ускользнуло, что еще с прошлой ночи служанка перестала называть ее «хозяйкой» и на «вы».

Девушка послушно кивнула. Она понимала, что должна стыдиться своего внешнего вида. Только подумать, дочь благородного господина сидит на берегу грязная, неумытая, да еще и в ночной рубашке. Но сейчас все потеряло смысл. Тем не менее она пошла к реке, сняла запачканную одежду и принялась мыться. Несмотря на яркое солнце, вода была ледяной, и девушка не получила от купания ожидаемого удовольствия. Она чувствовала себя опустошенной. Грусть объяла душу.

Развязав тюк, Кайку заметила, что одежда хорошо сшита. Ткань была достаточно прочной для путешествий. Кожаные ботинки, бесформенные бежевые штаны, рубашка с широким воротом, конечно, больше подошли бы мужчине, но выбирать не приходилось. К тому же Кайку всегда была девчонкой-сорванцом и охотно принимала участие во всех забавах старшего брата, поэтому на ней хорошо сидели и одежда крестьянки, и наряд благородной дамы.

Когда девушка возвратилась к костру, воздух искрился сотнями падающих с неба снежинок. Отец называл это явление звездопадом. Оно всегда наблюдалось после лунной бури. Крошечные, плоские кристаллы льда создавались в водовороте столкновения энергий трех лун. Многие поэты писали о звездопаде. Красота после хаоса – излюбленная тема любовной лирики. Но сегодня даже звездопад не радовал Кайку.

Азара протянула хозяйке плошку:

– Ты должна поесть.

Кайку взяла миску и, как ребенок, начала есть руками. Служанка, устроившись позади, аккуратно расчесывала деревянным гребнем ее спутанные волосы. Она снова превратилась в заботливую, добрую Азару, к которой девушка привыкла и которую любила. После всех накопившихся переживаний Кайку почувствовала себя лучше.

– Спасибо.

За этим словом стояло нечто большее, чем простая благодарность. Не было надобности благодарить служанку за выполнение ее обязанностей. Но дело в том, что Азара больше не подчинялась госпоже и уже доказала это, перестав называть ее хозяйкой. Теперь они общались на равных.

Язык, на котором разговаривали сарамирцы, имел несколько диалектов, а еще существовали различные формы общения в тех или иных ситуациях, которые меняли значение обычных слов. Даже с детьми говорили по-разному. К мальчикам обращались иначе, чем к девочкам. Для младенцев существовал свой, особенный язык. К разным по социальному положению людям обращались на разных наречиях. Особый способ построения предложений использовали при обращении к императору и императрице. Бытовали варианты разговорных форм общения возлюбленных. Различные словосочетания применялись для матери, отца, мужа, жены, владельцев магазина и торговцев, священников, животных, для просьб и для выговоров. Было даже несколько нейтральных способов разговора, используемых в тех случаях, когда говоривший сомневался в статусе собеседника.

Кроме того, язык делился на благородный, или высокий, и бытовой, или низкий. Первым владели люди знатные, которые могли получить образование; вторым пользовались крестьяне и служащие. Низкий сарамирский был более грубой версией своего благородного собрата. Лучше всего это прослеживалось при письме. Высокий сарамирский был языком знати, образованных людей. Книги по философии, истории и литературе писались на нем, но его пиктограммы ничего не значили для простого народа. Высшие слои общества и низы разделяла пропасть невежества.

– Шин-шины боятся света, – произнесла Азара, засыпая огонь песком. – Поэтому сейчас нам опасаться нечего. А когда демоны вернутся, мы будем уже далеко.

– Куда пойдем?

– Туда, где нам ничто не будет угрожать, – ответила Азара и, заметив, что Кайку расстроил ее ответ, тут же добавила: – Это тайное место. Там живут друзья. И там мы сможем разобраться, что случилось сегодня ночью.

– Ты знаешь больше, чем говоришь. Почему ты все от меня скрываешь?

– Ты сейчас слишком уязвима, – услышала она в ответ. – Побывала у Ворот Омеха, потеряла семью. И все это за один день. Такое испытание немногим под силу. Сейчас не время раскрывать все карты. Доверься мне, и со временем все поймешь сама.

– А я хочу узнать сейчас. – Кайку сделала шаг к служанке.

Азара тоже шагнула навстречу. Она знала Кайку достаточно долго, чтобы понять – та не отступится и любой ценой докопается до истины. Служанка восхищалась юной хозяйкой, которую обманывала все это время. Сначала она думала, что Кайку еще не оправилась от вчерашних событий, но, похоже, ошиблась. Сильная натура выдержала испытание. Что ж, это даже к лучшему. Выдержка и характер ей еще пригодятся.

Служанка мысленно отметила, что ее бывшая госпожа осталась очень красивой даже теперь, когда лицо ее омрачила печаль. Карие глаза светились огнем, когда Кайку смеялась; маленький чуть вздернутый нос и белоснежные зубы подчеркивали девичье очарование. Распущенные волосы красивыми волнами обрамляли лицо, как было принято у юных дам в ту пору.

Азара собрала кожаный мешок и протянула девушке:

– Пойдем.

Они углубились в лес. На ветках мерцали звезды. Когда листву задевали плечом, льдинки падали на землю и таяли. Кайку почувствовала, что слезы снова душат ее, но подавила желание заплакать. Сейчас важнее выяснить правду. Семью уже не вернуть. Она все еще не могла поверить, что беда случилась с ней, а не с кем-то другим. Нужно взять себя в руки и не дать душевной боли взять вверх над разумом. Иначе можно сойти с ума от горя.

– Мы наблюдали за вами в течение долгого времени, – начала Азара. – За вашим домом и семьей. Во-первых, из-за твоего отца. Мы знали, кем он был. Знали, что он сочувствует нам, и рассчитывали со временем убедить его присоединиться к нам. У твоего отца были связи в императорском суде. Но главным образом мы следили за тобой, Кайку.

– За мной? Я самая обычная девушка.

– Я тоже так думала, когда меня засылали в ваш дом, – ответила бывшая служанка. – Но потом заметила некоторые признаки.

Кайку ничего не понимала. Объяснение Азары вызвало больше вопросов, чем ответов.

– То, что случилось вчера вечером, произошло из-за меня или?.. – Она не договорила.

– Из-за твоего отца, – закончила фразу Азара. – Ты, должно быть, помнишь, как он выглядел, когда возвратился из последней поездки.

– Он сказал, что болен… – начала Кайку и запнулась.

Какой же она была глупой! Отец придумал болезнь, чтобы не пугать родных. Он стал тихим и вялым, как загнанный в ловушку зверь, с лица сошел румянец. Бабушка вела себя так же, когда семь лет назад умер дедушка.

– Но он никогда не рассказывал, что стряслось, – продолжила Кайку. – Ты знаешь, в чем дело?

– А ты?

Кайку покачала головой. Некоторое время они шли молча, углубляясь в лесную чащу. Чтобы обойти деревья, корни и валуны, которые загромождали и без того непроходимую тропу, приходилось петлять. Солнечные лучи едва пробивались сквозь густую листву. Воздух был тяжелым и душным, и от этого тело охватывала вялость и сонливость. В любой другой день Кайку обрадовалась бы возможности побродить по лесу, потому что с детства тянулась к природе. Но сейчас ее не трогала красота леса.

– Я наблюдала за твоим отцом последние недели, – нарушила молчание Азара, – но так ничего и не узнала. Возможно, он обидел кого-то из сильных мира сего. Я могу лишь предполагать. Одно ясно: именно этот недруг нанес удар по твоему отцу и всей семье вчера вечером.

– За что? Он всего лишь ученый! Почему кто-то хотел бы убить его… всех нас?

– Из-за этого. – Азара вытащила из-под одежды маску. Кайку знала, что служанка взяла ее из дома. Красно-черное лицо искоса смотрело на нее, криво ухмыляясь. – Он привез ее с собой, когда возвратился из последней поездки.

– Из-за нее? Но это всего лишь маска!

Азара откинула волосы с лица и серьезно взглянула на бывшую хозяйку.

– Кайку, маски – самое опасное оружие в мире. Хуже, чем ружье, сильнее любого духа. Они… – Азара умолкла, заметив, что Кайку побледнела. Девушка покачнулась и, казалось, вот-вот лишится чувств. – Тебе плохо?

Кайку скорчилась от боли. В животе бушевало пламя. Потом она ощутила толчок, как будто шевелился лежащий в утробе ребенок.

– Азара… – задыхаясь, произнесла девушка и, опустившись на одно колено, схватилась за землю, чтобы не упасть. – Со мной что-то…

И тут боль стала невыносимой. Кайку надрывно закричала и сжалась в комок, но это не помогло. Она крепко зажмурилась. По щекам ручьем текли слезы, но боль не унималась. Наоборот, с каждой минутой жжение становилось все сильней.

– Азара… помоги… – взмолилась Кайку.

После очередного приступа она осознала, что больше не лежит на лесной поляне. Исчезли деревья, листва, камни. Кайку видела лишь миллионы пылающих огнем нитей. Они изгибались, окутывали ее и тянули вверх. Девушка видела, как сердце Азары бьется в переплетении нитей, словно попавшая в силки птица.

«Я снова умираю», – подумала она, точно так же как в прошлый раз.

Но только теперь все было иначе. Не было счастья, внутренней гармонии и душевного спокойствия. Что-то огромное распирало ее изнутри. И от той силы, с которой нечто рвалось наружу, тело должно было разломиться на части. Глаза налились кровью, воздух стремительно завертелся вокруг нее, тело надувалось, словно шар.

На лице Азары отразился ужас. Она бросилась прочь.

Кайку закричала, и переполнявшая ее сила вырвалась наружу.

Стоящие рядом деревья вспыхнули, словно спички. Трава пригнулась к земле, камень стал плавиться, воздух раскалился. Сила, брызнувшая из Кайку, грозила разорвать легкие и сердце, иссушить внутренности. Девушка кричала, пока не упала в обморок.

Она не знала, как долго была без сознания, но когда пришла в себя, боль отпустила ее истерзанное тело.

Пахло дымом. Деревья потрескивали от огня. Невозможно было дышать.

Девушка села. Ее била мелкая дрожь. Голова потяжелела, глаза жгло от дыма. Задыхаясь, Кайку медленно поднялась на ноги. Судя по острой боли, пронзившей тело, она не умерла. Вокруг тлели обугленные деревья. Сырость от вчерашних дождей не позволила пожару распространиться дальше.

Она силилась вспомнить, что произошло, и не могла. Почерневшие камни развалились на куски. Густая листва превратилась в кучи пепла. Деревья тоже сильно пострадали. Но Кайку ничего не помнила.

Маска, целая и невредимая, лежала в обгоревшей траве, все так же криво ухмыляясь. Кайку нагнулась и подняла ее. Каждое движение давалось с трудом. Больше всего хотелось лечь и поспать.

Взгляд упал на белую фигуру, раскинувшуюся на пепелище. Оцепенев от ужаса, Кайку засунула маску за пояс и бросилась к служанке.

Азара лежала в расщелине, куда ее отбросила сила, вырвавшаяся из тела бывшей хозяйки. Одежда, кожа, волосы сильно пострадали от огня. Служанка не двигалась и не подавала никаких признаков жизни.

Кайку била дрожь, душили рыдания. Она вцепилась в собственное лицо, точно пыталась сорвать плоть и найти себя прежнюю. Ту, которая существовала только вчера, прежде чем хаос и безумие взяли над ней верх. Сначала она потеряла семью. А теперь убила служанку.

Из груди вырвался протяжный стон, напоминавший звериный рык. Девушка раскачивалась из стороны в сторону, отказываясь верить в случившееся.

Отчаяние сменилось паническим ужасом. Кайку бросилась в лесную чащу, спеша покинуть это страшное место.

Азара так и осталась лежать в расщелине среди дыма и хаоса. Звезды-льдинки падали на бездыханное тело и не таяли.


Глава 1 | Ткачи Сарамира | Глава 3