home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 41

Ожоги от электроразрядов намазали бактовым бальзамом, сквозные раны покрыли акти-бинтами с обеих сторон, а в воздухе было столько стериклина, что хватило бы для дезинфекции половины улья. Лея сделала всё, что было в её силах, и всё равно ей не нравилось, как выглядит её невестка. Лицо у Мары приобрело землистый оттенок, губы тронулись синевой, а глаза настолько впали, что походили на кратеры.

– Мы скоро доставим вас на «Сокол», – заверила Лея. Они вернулись в мемброзийную камеру, где произошла самая ожесточённая схватка, и ждали, когда доставят пару хороших скафандров для Мары и Люка. – Жук-4 должен вот-вот вернуться.

– Мы не спешим, – Мара стиснула руку Леи. – Я бывала и в худших переделках.

– Она не о тебе беспокоится, – сказал Хан. – Если я не выберусь отсюда…

Он не закончил фразу. Лея обернулась и увидела, как он старается высветить что-то в темноте своим нашлемным фонарём. Луча хватало только на десять метров, потом он упирался в стену плавающих трупов горогов.

– Что такое, Хан?

– Не знаю, – Хан указал на трупы, а затем отвёл луч фонаря, чтобы все увидели золотой свет, прорывающихся сквозь них и плавающие капли спёкшейся крови. – Кажется, у нас проблемы.

Лея открылась Силе и обнаружила, что к ним приближается рой килликов в сопровождении трёх Примкнувших.

– Это Джейна и Зекк! – сказала она. – С ними Рейнар.

– Как я и говорил, – пробормотал Хан. – Проблемы.

Золотой свет превратился в линию светящихся шаров, которые несли колонны килликов, облачённые в защитные хитиновые скафандры различных конфигураций. Впереди двигалась массивная фигура Рейнара Тала. Он нёс под мышкой шлем, лицо со шрамами побагровело от гнева. В полуметре позади него шагали Джейна и Зекк, скорее взволнованные, чем разгневанные.

Лея дождалась, пока они подойдут и поклонилась Рейнару.

– УнуТал! Жаль, что мы встречаемся в такой…

– Нам тоже жаль, – сказал Рейнар. Сзади из толпы Уну выплыл Жук-4. Его фоторецепторы были выключены, а швы боевых доспехов – запачканы сажей. В воздухе пронёсся едкий запах сгоревших контактов. – Ваш дроид убил уну.

Не давая Лее возможность ответить, Рейнар проплыл мимо неё к Люку и Маре, и несколько килликов-лекарей величиной с ладонь высунулись у него из-за воротника. Лея хотела было последовать за ним, но кто-то остановил её в Силе.

– Подожди с нами, – сказала Джейна. – Будешь пытаться объяснить – Уну ещё больше рассердится.

– Спасибо за совет, – Лея обернулась к Джейне и увидела, как у той из-за воротника тоже выглядывают маленькие глазки. – Здесь стало очень тесно.

– Не совсем, – сказала Джейна, глядя Лее прямо в глаза.

– Они прямо растут на тебе, – сказал Зекк. Он протянул руку и провёл обратной стороной пальцев Джейне по щеке.

– Если честно, нам это даже нравится, – добавила Джейна.

– Мне казалось, что если что-то ползает внутри скафандра, то ощущения будут не из приятных, – сказала Лея.

Джейна и Зекк одновременно помотали головами.

– Совсем нет, – сказала Джейна.

– От этого мы чувствуем, что нас много, – добавил Зекк.

Все трое неловко разглядывали друг друга. Джейна и Зекк мягко напевали и щёлкали, а Лея прятала свои чувства за вежливой улыбкой. Хотя она уже почувствовала в Силе, в кого превратились её дочь и Зекк, видеть их было выше сил. Они уже вели себя наполовину как Примкнувшие. С каждым биением сердца ей становилось хуже.

– Что ты здесь делаешь, мама? – спросила наконец Джейна. Маленький киллик-лекарь выбрался из её скафандра и уплыл в темноту. – Мы думали, что ты начала переговоры с чиссами.

– У меня была одна мысль, – сказала Лея. – Я думала, что она сработает.

Джейна и Зекк терпеливо ждали, пока она объяснит.

– Нет смысла объяснять всё два раза, – сказала Лея. – Подождём, пока сможем пообщаться с Рей… УнуТалом.

Лица Джейны и Зекка болезненно исказились. Лея почувствовала укол сожаления, но не извинилась. Слишком многое зависело от её плана. Она не могла рисковать, чтобы эти двое высказались против до того, как она поговорит с Рейнаром.

– А как отец? – тихо спросила Джейна. Она посмотрела на Хана, который стоял с Люком и Марой, но смотрел на свою дочь и Зекка. – Он всё ещё хочет, чтобы мы остались?

– Видимо, понадобится время, чтобы твой отец со всем смирился, – сказала Лея. – Его до сих пор мучают кошмары после того недоразумения с камарийцами.

– Мы же не камарийцы, – возразила Джейна. Зекк рассеянно тёр рукой ей шею. Хан сделал кислую мину и отвернулся. – Мы всё ещё его дочь.

– Просто дай отцу немного времени, – сказала Лея. Она не знала, как объяснить, не обижая Джейну и Зекка, то, что уже знала: Хан был не столько расстроен Джейной, сколько зол на самого себя. Он винил себя в том, что произошло с Джейной. – Для него это будет не так просто.

– Думаю, нам всем будет непросто, – сказал Зекк.

Рейнар оставил Люка и Мару, по которым уже ползали киллики-лекари, вернулся к Лее и уставился на неё. У Леи вдруг потемнело в глазах. Казалось, что в камере светят только его синие глаза и что-то чудовищное, темное давит ее изнутри.

– Как вы объясните эту бойню, принцесса Лея? – спросил Рейнар. – Почему джедаи убили всех этих Добрых?

– Всё очень просто: у нас не было выбора, – сказала Лея. – Они напали на Люка и Мару.

Из-под скафандров у эскортных Уну раздался приглушённый гул.

– Странно, – сказал Рейнар. – Это место не похоже на улей Скайуокеров. Вы уверены, что не Скайуокеры атаковали?

– Тут всё гораздо сложнее, – Лея хотелось вернуться к этому позже, но в груди потяжелело, и она сказала даже больше, чем следовало. – Этот улей втянул Колонию в разрушительную войну. Мы надеялись подорвать его влияние, чтобы вы ещё раз подумали над нашим мирным планом.

– Лея! – у Хана отвисла челюсть. – Как насчёт тактичности?

– Мы предпочитаем прямоту, – прорычал Рейнар. Он продолжал сверлить Лею глазами. – Эта мясорубка была бессмысленна. Если вы вырежете целый улей, мы только воспротивимся вашему плану.

– К сожалению, у нас не было выбора, – Люк плыл к ним, чтобы присоединиться к разговору. – Они пытались убить нас. Это была самозащита.

– Самозащита? – разгневанно сказал Рейнар. – Добрые сражаются, только когда на них нападают.

– Ага, – заметил Хан. – В этом вы очень похожи на чиссов.

Рейнар повернулся к Хану. Зрение Леи вернулось к норме. Она увидела, как Хан уверенно усмехается Рейнару, как будто глядел на скандалиста-водяника, а не на лидера межзвёздной цивилизации.

Лея проскользнула между ними.

– Разрешите мне кое-что вам показать, – она обращалась не только к Рейнару, но и ко всем уну. – Вам нужно кое-что знать об этом улье, а потом мы уже сможем обсудить, действительно ли Колонии нужен мир.

Не дожидаясь разрешения, Лея повернулась к потолку и провела Рейнара, Хана и Уну сквозь заполненную трупами темноту ко входу в «детскую». Люк и Мара, прекратившие было лечиться с помощью Силы, подчинились настойчивым требованиям лекарей-килликов остаться. Джейна и Зекк остались с ними. Сама не зная, почему, Лея вдруг совершенно перестала понимать свою дочь и Зекка.

Они добрались до пещеры, в потолке которой Жук-2 и Жук-3 прорубили дыру, и от запаха гнили всех чуть не стошнило. Кип и другие мастера собирали в «детской» выживших чиссов и искали Ломи Пло. Лея открылась боевому слиянию и заставила их остановить жуколомов.

– Жуколомы? – спросил Рейнар.

Лея слегка удивилась, так как она не чувствовала присутствия Рейнара в слиянии, но Хан был невозмутим.

– Без обид. Нужно же было как-то их назвать.

На полпути вглубь пещеры все увидели Сабу. Скафандр и чешуя на её лице были выпачканы воском и отбросами – она вытаскивала чиссов из ячеек личинок. От исходящей от неё вони Уну с отвращением зажужжали.

Саба подождала, пока Рейнар с эскортом на неё насмотрится, а затем сказала:

– Оная проззит прощения за запах, но такая уж тут работа.

– А что ты здесь делаешь? – спросил Рейнар.

Перед ответом Саба глянула на Лею.

– Будет лучше, если мы сами посмотрим, – сказала Лея, обращаясь скорее к Сабе, чем к Рейнару. – Алиму кто-нибудь видел?

– Нет, – помотала головой Саба. – Наверное, она погибла при взрыве детонатора.

– Может быть. – Лея уже не раз была свидетелем, насколько тви’лекка остро чувствовала опасность, поэтому сомневалась. – А Ломи Пло?

– Иззчезла, – Саба подняла руки вверх.

– Ломи Пло мертва, – почти механически сказал Рейнар. – Она погибла при крушении.

Саба глянула на него, обнажив клыки, а потом опять повернулась к Лее.

– Ты уверена?

Лея кивнула.

– Уну нужно это видеть.

Потом она тихо добавила, что только так можно устранить влияние Тёмного Улья на Колонию.

Саба пожала плечами, и повела Лею с остальными в темноту «детской». Воздух здесь был настолько горячий, затхлый и зловонный, что Рейнар постоянно сглатывал, а Уну издавали грудное жужжание. Кип с другими спасателями работал вдоль дальней стенки камеры, свет их нашлемных фонарей освещал стену, но там были только шестигранные соты.

Пройдя несколько метров, Лея остановилась и направила свет своего фонаря на ближайшую стену. Луч выхватил полусъеденный труп чисса, всё ещё свернувшийся вокруг роящейся личинки горога.

Рейнар удивлённо вскрикнул, а ближайшие Уну в шоке соединили жвала. Хан осветил вторую ячейку, а Саба – третью. В обеих тоже лежали трупы чиссов.

– Что это такое? – спросил Рейнар.

– Неужели неясно? – сказал Хан. В камеру заходило всё больше уну со светящимися шарами, и становилось всё светлее. Увиденное ужасало. – Теперь понятно, чего так боялись чиссы.

– Ты думаешь, это сделали мы? – Рейнар развернулся к Хану.

– Не совсем вы, – сказала Лея, мысленно проклиная Хана за чувство юмора. – Это сделал Тёмный Улей – Горог.

– Горог? – Рейнар опять посмотрел на ячейки. – Что за Тёмный Улей?

– Вот этот, – Саба махнула рукой в темноту. – Улей, который вззё время на нас нападает. Тот, который питаетззя чиззами. Тот, который заззтавил вас поззтроить ульи на Корибу.

– Ульи не ведут Уну, – Рейнар со злобой посмотрел на барабелиху. – Уну ведёт ульи.

– Правда? – Лея подняла брови. – Значит, всё это сделал Уну?

– Нет, – голос Рейнара стал пронзительным. Когда его окружение защёлкало жвалами и загудело, он добавил: – Этот улей не принадлежит Колонии. У нас нет ульев на Кр.

– Странно, – Хан многозначительно осмотрелся. – Тут очень похоже на «детскую» на Джвлио, за исключением, конечно, пленных чиссов.

– На самом деле, это может быть улей Колонии, – сказала Лея Рейнару. – Но вы об этом не знаете.

Киллики ещё громче загудели в знак несогласия, но Лея перекричала их.

– Силгал считает, что Тёмный Улей является бессознательной частью коллективного разума Колонии. Этот улей может оказывать влияние на Добрых без их ведома, ведь поведение большинства рас регулируется именно бессознательным.

– Это невозможно, – быстро сказал Рейнар. – Среди Добрых нет никаких горогов. Как может этот улей оказывать на нас влияние?

– Так же, как вы повлияли на Джейну и других, когда призвали их помочь Колонии, – ответила Лея. – Через Силу.

– Через Силу… – Рейнар заговорил уже мягче.

– Именно, – сказала Лея. – Таким же образом вы убедили Тизара посетить компанию «Борнарин Трейдинг». Таким же образом вы убедили Тахири и Текли поспорить с Орденом джедаев о положении в Колонии.

В глазах Рейнара отразилось понимание, но уну продолжали протестующе гудеть. Он закрыл глаза, как будто пытаясь сосредоточиться, но Лея по дрожанию мышц у него на лице видела внутреннюю борьбу, какой-то спор насекомых, который она никогда не поймёт. У неё уже появилось чувство, что она пытается сделать невозможное.

Лея глянула на Сабу и губами произнесла имя Велка. У барабелихи сузились глаза, но она кивнула и быстро исчезла.

Наконец насекомые притихли, и Рейнар открыл глаза.

– Даже если вы и правы насчёт Тёмного Улья, мы – не захватчики, – сказал он. – Добрые стремятся жить в гармонии с Песнью Вселенной.

– Ну, да. Не нужно что-то захватывать, чтобы завладеть, – согласился Хан. – А в Тёмном Улье живут не просто киллики.

– Надеюсь, ты помнишь Тёмных джедаев, – настаивала Лея. – Рейнар в молодости сражался с ними на Явине-4. Велк и Ломи Пло бросили ударную группу на Баану Расс.

Рейнар некоторое время смотрел на неё, потом кивнул.

– Мы помним. И ты думаешь… – он не закончил. Уну начали шуметь и щёлкать. Рейнар опять заупрямился. – Вы неправы. Велк и Ломи Пло погибли при крушении.

– А кто тогда это? – спросила Саба.

Она вынырнула из темноты, волоча израненное тело Велка. Он всё ещё был одет в хитиново-пластоидные доспехи, с протезом в виде руки насекомого. В его лице было ещё меньше человеческого, чем у Рейнара, но он явно не был чиссом.

Саба запустила трупом прямо в грудь Рейнару.

Хан подождал, пока он ткнулся в Рейнара, а затем сказал:

– У него несколько шрамов, но разве это о чём-нибудь говорит?

Рейнар уставился на труп. Глаза медленно двигались под израненными бровями, а дыхание стало неровным.

– Джейсен осмотрел место крушения, – сказала Лея. – Он видел, как ты вытащил Велка и Ломи из огня.

Уну вдруг замолчали, а Рейнар посмотрел на Лею.

– Видел нас?

– В Силе, – пояснила она.

– Да… мы помним, – Рейнар кивнул и закрыл глаза. – Он был там… на мостике… на мгновение.

– Ты видел Джейсена? – воскликнул Хан.

– Невозможно, – сказала Лея. – Он должен был пронзить время…

– Мы видели Джейсена. Он придал нам сил продолжать… вытащить их… – вдруг Рейнар замолк и повернулся к центру «детской». – Где Ломи?

Едва он это сказал, сопровождающие рассеялись по камере, освещая шарами пространство.

– Где Ломи? – повторил Рейнар.

Лею почувствовала облегчение – как будто она встала под душ из рболлинского лепесткового масла. Она пробилась к памяти Рейнара.

– Значит, ты её помнишь?

– Мы помним, – сказал Рейнар. – Она боялась, что юужан-вонги опять найдут нас, или что Энакин будет её искать, или мастер Скайуокер. Она всего боялась. Ей хотелось спрятаться.

– Ну, – сказал Хан. – Это только подтверждает теорию Силгал.

– Какую теорию? – спросил Рейнар.

– Силгал считает, – сказал Хан. – Что если улей килликов примет кого-то чувствительного к Силе, то этот улей станет похожим на него.

– В твоём случае йоггои переняли значение жизни каждого, – сказала Лея. – Они начали помогать слабым и голодным, и вскоре их успех привёл к созданию Уну.

– Именно так мы это всё и помним, – согласился Рейнар. – Но при чём здесь гороги?

– Ты сам сказал, что помнишь, как вытащил Велка и Ломи Пло из огня, – заметил Хан. – Но потом они исчезли.

– Ты сказал, что Ломи боялась и хотела спрятаться, – добавила Лея. – Вот это и переняли у неё йоггои. Разве она не могла создать собственный улей, скрытый от остальных?

Рейнар подумал, и краска исчезла с его лица.

– В этом виноваты мы?

– Мы не об этом, – сказала Лея. – Просто Тёмный Улей оказывает влияние на…

– Если мы спасли Ломи и Велка, мы во всём виноваты.

В «детской» послышались громкие щелчки и гул – уну опять запротестовали. Рейнар отвернулся от Леи и медленно поплыл вдоль стены, вглядываясь в каждую ячейку и в отчаянии качая головой.

– Если мы спасли Ломи и Велка…

Он подплыл и взял Рейнара за руку.

– Слушай, парень, откуда ты мог всё знать наперёд?

Ко всеобщему удивлению, Рейнар не запустил Хана на другой конец комнаты и даже не остановил его движением руки. Он просто продолжал плыть. Казалось, он совсем не обращает внимания на Хана, а смотрит только на ячейки.

– Если мы спасли Ломи и Велка, это мы виноваты.

– Тебе можно дать медаль за их спасение, – сказал Хан. – Но всё то, что случилось потом, – не твоя вина.

Рейнар вдруг обратил на него внимание, остановился и повернулся к Хану.

– Мы не виноваты?

– Ни в коем разе, – подтвердил Хан. – Ты просто спас им жизни. Ты не в ответе за то, что они сделали потом.

– Мы не виноваты, – сказал Рейнар с облегчением, и уну затихли. – Правильно.

Киллики со светящимися шарами опять устремились к Рейнару. Лея почувствовала, что Кип ждёт от неё объяснений, но не могла понять, что он хочет узнать.

– Наверное, это ещё одна уловка чиссов, – сказал Рейнар, обращаясь больше к себе, чем к Хану. – Они всё подстроили, чтобы убедить джедаев, что Колония неправа.

Саба осветила нашлемным фонарём одну из ячеек.

– Оная считает, что скорее это с чиззами сыграли злую шутку.

– Чиссы вероломны, – мрачный голос Рейнара зазвучал зловеще. – Они пожертвуют тысячами, чтобы настроить джедаев против нас.

– Это не объясняет нападений горогов по пути сюда, – сказала Лея. Её встревожило, как Рейнар пытался перекроить действительность, изобретая подходящее объяснение. – Они не были чиссами… как и эти все личинки.

– Да, это был коварный план, – сказал Рейнар. – Должно быть, гороги всего лишь рабы. Их заставили сражаться… и питаться чиссами-добровольцами.

– Может быть, – осторожно согласилась Лея. С точки зрения обычного человека, Рейнар нёс полный бред, но она не знала, как воспримет его объяснение коллективный разум Колонии. – Но есть и другое объяснение.

– Чиссы клонируют килликов? – спросил Рейнар.

– Не думаю, – сказала Лея.

Уну стали возвращаться. Многие тащили беспомощных выживших чиссов, которых спасатели выудили из ячеек. Кип и другие мастера тоже стали подходить, расточая в боевом слиянии неудовольствие. Саба коснулась их в Силе и попросила воздержаться от замечаний, так как Лея полностью контролировала положение.

«Большое спасибо», – подумала Лея.

– Ты помнишь, о чём мы до этого говорили? – спросила Лея у Рейнара. – О Тёмном Улье?

– Конечно. Наша память нас не подводит, – у Рейнара глаза загорелись гневом. – Хан сказал, что мы ни в чём не виноваты.

– Правильно, – подтвердила Лея. В глазах начало мутиться, и в груди опять появилась тяжесть. – Но это… не значит…

Тяжесть внутри усилилась, и Лея начала понимать, что внутри Рейнар был так же изранен, как и снаружи. Безнадёжно одураченный, невообразимо страдающий, зависящий от кучки насекомых – такой удар выдержит не каждый. Рейнар стал УнуТалом, чтобы не помнить всего того, что произошло с Рейнаром Талом.

– Мы и сами знаем, что это значит, – сказал Рейнар. – Это значит, что если Тёмный Улей существует, не мы его создали.

Он указал на одного из пленников – испуганного мужчину в чёрной форме артиллерийского офицера чисского оборонительного флота, превратившейся в лохмотья.

– Это всё чиссы сделали.

Офицер побледнел и ещё больше раскрыл глаза – он больше никак не мог выразить своего страха.

– Но мы не понимаем, – сказал Рейнар. – Зачем нужен этот улей.

Чисс издал нечленораздельный стон, настолько слабый и тихий, что Лея приняла это скорее за плач, чем за попытку что-то сказать.

– Говори! – приказал Рейнар.

Офицер опять простонал, но опять никто ничего не смог разобрать.

– Мы знаем, что ты лжёшь, – зловеще сказал Рейнар, и офицер ещё больше побледнел. – Не оскорбляй нас.

– Вряд ли он хочет тебя оскорбить, – сказала Лея. Она была уверена, что офицеру так и не удалось ничего вымолвить. Расшатанная психика Рейнара неправильно восприняла несвязный стон чисса. – Уверена, он даже не знает, что чиссы построили этот улей.

– Ты уверена? – Рейнар обернулся к Лее.

– Да, уверена, – подтвердила Лея. Она опять чувствовала тяжесть в груди, и поняла, что Рейнару нужно сказать то, что он хочет услышать, чтобы он согласился с её планом. – А что если чиссы сами не знают, что создали Тёмный Улей?

– А как они могли создать Тёмный Улей, сами того не зная? – с сомнением произнёс Рейнар. – Как такое возможно?

– Случайно, – сказал Хан, подыгрывая Лее. – Только так это и могло произойти. Чиссы бы никогда намеренно не поступили так сами с собой… даже с добровольцами. У них слишком сложный кодекс чести.

– Правильно, – сказала Лея. Тяжесть внутри стала спадать. – Чиссы живут в состоянии вечной войны. Они всё время сражаются: с вагаари, с сси-руук, друг с другом.

– И ульи Корибу полны чиззами-Примкнувшими.

Слова Сабы повисли в воздухе. Каждый мог сделать выводы сам. При обычных обстоятельствах это было бы очень убедительно. Но в случае с Рейнаром Лея не хотела рисковать. Кто может сказать, какой оборот примут мысли диссоциативного сознания, тем более, коллективного.

– Ты помнишь, что сказал Хан о теории Силгал? – спросила Лея. – Она думает, что когда улей килликов принимает чувствительного к Силе, все члены улья перенимают частичку его личности.

– Когда тебя приняли йоггои, – добавил Хан. – Они стали ценить жизнь каждого в отдельности. Когда они приняли Ломи Пло и Велка, они переняли скрытность и…

– Мы не виноваты за Тёмный Улей! – запротестовал Рейнар. – Ломи Пло и Велк погибли при крушении!

– Правильно, – сказала Лея, внутренне съёживаясь. – Велк и Ломи Пло погибли при крушении.

Становилось понятно, что Рейнар не мог больше вспоминать, как вытащил Велка и Ломи Пло из «Флаера». Чем больше он об этом вспоминал, тем больнее ему становилось от сознания того, что` потерял после этого поступка.

– Но йоггои переняли твоё уважение к жизни каждого, – продолжала Лея. – И это было задолго до того, как их успех привёл к образованию Колонии.

– Так мы это помним, – согласился Рейнар. – Но при чём тут Тёмный Улей?

– При том! – Саба опять обвела чешуйчатой рукой детскую. – Поззмотри, сколько у них было чиззов-Примкнувших!

– Добрые – не людоеды, – глаза Рейнара загорелись гневом. – Наши ульи не питаются собственными Примкнувшими.

– В этом улье вззё по-другому, – заметила Саба.

– Чиссы – кровожадные воины, – добавила Лея. Это было дикое преувеличение, но Рейнар с готовностью в него поверит. – Удивлена, что то же самое не произошло на других ульях Корибу.

– Вот это? – Рейнар покачал головой. – Такое не могло произойти в ульях Добрых.

– А здеззь произошло, – заметила Саба.

– Видимо, существует некий предел, – добавил Хан с притворной задумчивостью. – Когда в улье становится слишком много чиссов-Примкнувших…

Он не закончил и повернулся к Рейнару, который всё больше волновался.

– Он становится Тёмным Ульем? – закончил его мысль Рейнар. Уну ошарашено загудели, и он кивнул. – Это всё объясняет.

– Чиззы во вззём полагаютззя на скрытноззть, – пришла на помощь Саба.

– Да, – уверенно сказал Рейнар. – Добрые больше не будут принимать чиссов в свои ульи.

– Это один из выходов, – согласилась Лея. Она мельком глянула на Хана и опять ощутила такую связь, что опять подумала, что он может чувствовать Силу. – Но что вы собираетесь делать с пленниками?

Уну нервно зашумели.

– Пленниками? – переспросил Рейнар.

– Пленными чиссами, – сказала Саба. – Будет война – у вас будут сотни тысяч, миллионы пленников.

– Только одно, – Хан покачал головой с притворным сожалением. – Конечно, от этого чиссы только ещё больше остервенеют.

Рейнар посмотрел на Хана. Лея затаила дыхание, надеясь, что не ошиблась в прочтении извращённых мыслей Рейнара, что он ещё не до конца сошёл с ума, чтобы последовать совету Хана.

– Колония не убивает пленников, – заявил Рейнар.

– Правда? – Хан посмотрел ему прямо в глаза, а потом осветил наполовину съеденный труп. – Скоро всё изменится.

Уну злобно загудели, но Рейнар ничего не сказал.

– Может быть, для Колонии это ничего не значит, – сказала Саба. Она обратилась к уну: – Скоро вззе ваши ульи будут похожи на Горог. Добрые станут великими воинами.

– Мы не хотим, чтобы Добрые становились великими воинами, – сказал Рейнар. – Мы уже видели, как уходят эти воины. Энакин был великим воином.

Лею пронзила боль, но она заставила себя продолжить.

– Мне жаль, УнуТал. Не знаю, как тебе удастся этого избежать.

– Жаль, что тут назревает война, – сказал Хан. – Если бы не она, Колония бы осела где-нибудь в буферной зоне подальше от чиссов.

– Это было бы замечательно, – сказала Лея. – Но Корибу слишком близка к территории чиссов. Ульям придётся общаться с чисскими исследователями и геологами. Рано или поздно предел будет превышен.

– Корибу слишком близко, – согласилась Саба. – Колонии придётззя перенеззти свои ульи.

– Это невозможно, – сказал Рейнар. – Просто невыполнимо.

– Жаль, – сказала Лея эскорту. – А мы с Ханом нашли просто райскую планету…

– Даже несколько планет, – добавил Хан. – Необитаемые, с плодородными почвами. Они просто ждут, пока какая-нибудь раса прилетит и займёт их.

Эскорт взволнованно зашумел.

– Расскажите ещё, – попросил Рейнар.

– Эти планеты находятся в подсекторе на краю территории Колонии, – начала Лея. – У нас не было времени закончить осмотр, но виденная нами планета прекрасно подойдёт для улья Таат. Там есть ещё две планеты, пригодные для обитания, и ещё десяток планет неподалёку, которые обещают быть такими же плодородными.

– Мы думаем, что Колония могла бы взять их на заметку, – сказал Хан. – Но если вам неинтересно, в Галактическом Альянсе ещё полно обделённых рас, которые бы…

– Нам интересно, – сказал Рейнар. – Нам всегда нужны новые территории.

– Хорошо, – сказала Лея. – Я думаю, мы сможем убедить чиссов прекратить все боевые действия, пока вы организуете переезд.

– Я уже сказал, что это невыполнимо, – у Рейнара опустили уголки губ. – Невозможно перенести ульи с Корибу. Они слишком большие.

– Правда? – Хан самодовольно ухмыльнулся, а потом спросил: – Неужели они настолько большие, что не уместятся в ангарах, скажем, нескольких хейпанских «Боевых Драконов»?

У Рейнара отвисла челюсть.

– Хейпанский флот поможет нам скрыться от чиссов?

– Конечно, а почему бы нет? – сказал Хан. – Это намного легче, чем защищать вас.

– И они позволят нам построить ульи в своих «Боевых Драконах»?

– Оная считает, что позволят, – прошипела Саба. – Более того, оная в этом уверена.

Уну долго гудели и щёлкали жвалами.

– Мы всё поняли, – сказал, наконец, Рейнар. – Вы такие же, как Джейна.

– Что? – Хан усмехнулся и посмотрел в другую комнату, которую он прошёл, даже не поздоровавшись со своей дочерью. – Если ты…

– Хан, расслабься, – Лея коснулась Джейну в Силе и сказала: – С ней всё в порядке. Она с Люком и Марой.

– Конечно, – оскорблённо сказал Рейнар. – Мы хотели сказать, что Джейну больше не хотят видеть в её улье.

– Меня несколько раз вышвыривали из салунов, но из улья… – Хан вскинул брови. – Что же она такого сделала?

– Она очень похожа на вас, – сказал Рейнар. – Она упряма и хитра. Она думала только о том, чтобы предотвратить войну.

– Не говори, – гордо улыбнулся Хан и спросил: – Значит, она больше не будет жучиной?

У Рейнара глаза загорелись гневом, а Лея представила себе, как столь трудно достигнутый мир разваливается в прах.

– Хан, – сказала она. – Не забывай, что УнуТал ещё не согласился на наше предложение.

– Ну, он и не отказался, – Хан опять обратился к Рейнару. – Ну, что выбираешь, малыш? Жестокая война и Колония, полная Тёмных Ульев, или свободный полёт к свободной планете?

Уну зашумели и замахали усами, но Хан не обращал на них внимания, не сводя глаз с Рейнара. Его окружение ещё некоторое время гудело, а потом резко затихло и стало выходить из помещения.

– Это можно воспринимать как согласие? – спросила Лея.

– Конечно, – ответил Рейнар. Он провёл рукой по усу маленького красноглазого киллика, затем повернулся и пошёл за своим ульем. – Разве не мы это придумали?

Эпилог

На дальнем конце длинного цилиндрического хранилища из плевкобетона таат забрался на дюрастальную стену, поглядел в смотровой пузырь на золотые круги планеты Корибу. Когда палубы “Кендалла” содрогнулись от тяги субсветовых двигателей и по внутренней связи зазвучали сигналы об отлёте, остальные члены улья уселись на крышки сот и завели мягкую и скорбную песню, от которой у Хана побежали мурашки по коже.

– Завораживающая песня, – сказала Мара.

Она тоже смотрела в иллюминатор вместе с Ханом, Люком, Леей и другими. Мара сидела в парящем кресле, которое ей было, впрочем, совершенно ненужно. Киллики-лекари настолько хорошо обработали её раны, что хейпанские хирурги отправили её прямо в бакта-камеру. После сеансов лечебного транса и месяца, проведённого в этих камерах, единственным воспоминанием о сражении на Кр были тёмные круги под глазами и ощущение усталости. По мнению Леи, оно было вызвано не ранами, а мощным использованием Силы во время схватки.

– Это древняя песня килликов, восходящая ко времени создания «Утробы», – сообщил С-3ПО. – Я бы…

– Подожди-ка, – остановил его Хан. – Неужели киллики участвовали в создании «Утробы»?

– Конечно, – сказал С-3ПО. – Если верить их истории, именно они и создали «Утробу».

– Киллики? – удивился Дукат Грей, отшатнувшись от люка. – Не может быть!

– Вряд ли это правда, – сказала Лея. – У килликов очень… гибкая память.

– А что они поют? – спросила Мара.

– Воздушные волны несут нас в новые места, воздух… - начал С-3ПО.

– Перевод не слишком точен, Трипио, – перебила его Джейна.

– Тут немного другой смысл, – добавил Зекк.

Они запели вместе: «Холодный ветер несёт нас прочь от ульев, холодный ветер сдувает нас. Холодный ветер, огради нас от опасности. Холодный ветер, верни нас потом обратно домой».

Все замолчали. Сигналы тоже прекратились. «Кендалл» слегка дёрнул, и кольца Корибу стали уменьшаться – флот королевы-заступницы стал удаляться. Хан боролся с искушением проверить состояние «Сокола». Его корабль стоял отдельно в ангаре вместе с «Невидимками» под охраной двух ногри и пары выживших дроидов YVH. Там он будет стоять, пока флот не доберётся до нового дома килликов.

– Мы будем по ним скучать, – сказал Зекк.

– По ним? – переспросил Хан. Он вспомнил слова Рейнара о том, что Джейну и Зекка больше не хотят видеть в их улье, но за последний месяц отношение Колонии ко многим вещам значительно изменилось. Джейна и Зекк проводили большую часть времени с таатами, помогая им строить временные ульи на борту «Кендалла». – По кольцам Корибу? По лунам?

– По таатам, отец, – сказала Джейна. – Наша задача в Колонии…

– …выполнена, – закончил Зекк.

– А вы не шутите? – Хан широко улыбнулся. – Здорово! Это просто…

Он почувствовал, что слёзы наворачиваются ему на глаза. Он обнял Джейну и Зекка, чтобы они не думали, что он сейчас заплачет.

– Я счастлив, как джава на городской свалке.

– Отец! – Джейна подняла голову. – Ты не дал нам закончить!

– Мы не вернёмся, пока не… – Зекк не закончил. Появился адъютант-хейпанец с портативным голо-коммом.

– До каких пор? – спросил Хан.

– Потом, – Джейна кивнула в сторону адъютанта. – Наверное, это важно.

– Да, – Грей выжидательно посмотрел на адъютанта. – Пассажир на борту?

Никто не расслышал ответа из-за рычания вуки, раздавшегося на другом конце коридора. Лоубакка шёл, широко раскрыв руки. Джейна и Зекк бросились ему навстречу, но потом остановились и посмотрели через плечо.

– Отец, вот до этих пор, – с улыбкой сказала Джейна.

– Забудь, – закончил Зекк.

Лоубакка уже обнимал их и жаловался на то, что в тюрьме у чиссов его очень плохо кормили.

Когда шум немного поутих, адъютант сказал:

– Извините меня, ваша честь, но нас вызывают.

– Вызывают? – повторит Грей. – Отсюда?

– Чиссы, ваша честь. Связь между кораблями.

– Хорошо, – вздохнул Грей. – Прими вызов.

– Извините, – адъютант говорил так, как будто ждал удара. – Но благородный хочет поговорить с мастером Скайуокером.

Грей усмехнулся Люку, а потом и адъютанту.

– И чего же ты ждёшь?

Адъютант побледнел, преклонился перед Люком и включил голо-комм. Над панелью появился чисс в возрасте Хана.

– Благородный Формби, – быстро сказал Люк. – Какая неожиданность!

– Неужели? – возразил Формби. – А вы думали, что за операцией наблюдает Фел?

– Не совсем, – сказал Люк. – Что ещё мы можем сделать для вас… чего ещё не сделали?

– Ровным счётом ничего, – заверил Формби. – Командир Фел сообщил мне, что это твоя сестра убедила килликов улететь с Корибу.

– Я выторговала перемирие, – Лея шагнула в зону видимости голокамеры. – Чиссы тоже предоставили некоторые гарантии.

– Конечно. Гарантию сохранения границ и обещание не нападать. В конце концов, в этом и состоит чисская доктрина.

– Это безусловные гарантии, – сказала Лея.

Теперь уже Корибу уменьшилась настолько, что вся была видна сквозь наблюдательный пузырь. Хан поймал взгляд Леи и поводил пальцем.

Лея кивнула и спросила:

– Что вы хотели мне сказать, благородный? У нас ещё есть время до того, как флот перейдёт в гиперпространство, но нам нужно знать.

– Конечно… простите, – сказал Формби. – Во-первых, я хочу поздравить тебя с успехом. Без твоего таланта всё бы давно скатилось к войне.

– Спасибо, благородный, – сказала Лея. – Но не только я, а многие помогли разрешить этот конфликт, и среди них Джегд Фел.

– Командир Фел получит повышение, – сказал Формби. – Но я хотел бы поблагодарить тебя. Ты вовремя добилась мира.

– Мира добились джедаи, благородный. Я была лишь одной из многих.

Полосы Корибу слились в бесцветную массу, а её кольца уже походили на уши у шара.

– А во-вторых? Времени уже почти не осталось, – поторопила Лея.

– Я хочу, чтобы ты знала. Именно командир Фел вернул вам вуки, – сказал Формби. – Если бы не его протест, его решительный протест, пленник бы так и остался в тюрьме до тех пор, пока мы не убедились бы, что этот мир продержится ещё долго.

– Тогда вы правильно сделали, что прислушались к Джегу, – сказал Хан. – Удерживать этого вуки было большой ошибкой.

– Да, так мне сказал командир Фел, – спокойно ответил Формби. – Будь, что будет. Но вы должны знать, что командир Фел лично гарантировал неучастие в военных действиях вашего рыцаря-джедая. Мы не ждём у себя в ближайшее время никаких джедаев, но если Лоубакка захочет вернуться, семье Фел придётся платить за любой ущерб, который он причинит Доминации… а джедай-вуки может наломать много дров, судя по нашему тюремному кораблю.

– Это очень любезно со стороны командира Фела, – сказала Лея. – Поблагодарите его от нашего имени.

Джейна и Зекк подошли сзади к Хану. Лоубакка возвышался позади них, скорее как дополнение к их паре, чем третий.

– Отец, – прошептала Джейна.

– Мы бы хотели поговорить с Джегом, – закончил Зекк.

Хан внутренне съёжился, когда услышал, что Зекк хочет вступить в разговор, но кивнул и сказал в голо-комм:

– Джег там? Тут кое-кто хочет поговорить с ним лично.

– Наверное, Джейна, – не дожидаясь подтверждения, сказал Формби. – Я сейчас его позову.

Он повернулся и что-то неслышно сказал кому-то невидимому. Через секунду лицо Формби сменилось суровым лицом Джега Фела. Хан и другие отступили, чтобы Джейна и Зекк вошли в поле голо-камеры.

– Джейна, – Фел немного смутился, потом посмотрел на Зекка. – И джедай Зекк. Я бы хотел поблагодарить лично за… всё, что вы сделали. Своими усилиями вы помогли предотвратить войну.

– Ты не должен нас за это благодарить, – сказал Зекк.

– Мы действовали во благо всех, – сказала Джейна.

– Да… конечно, – Джег опять посмотрел на Зекка. Казалось, ему было очень неловко. – В общем, поздравляю. Вам всё удалось.

Хан посмотрел в наблюдательный пузырь. Корибу уменьшилась до плоского серебряного диска величиной с большой палец. Он пригнулся к Джейне.

– Не тяните, – прошептал он. – Скоро будет прыжок.

Джейна и Зекк кивнули.

– Спасибо, что отпустили Лоубакку, – сказала Джейна. – Мы все волновались, что придётся спасать его с боем.

– Мы тоже, – сказал Джег убитым голосом. – Я не ждал такой встречи.

– Мы тоже, – подтвердил Зекк.

– Но мы хотели бы поскорее ещё раз встретиться, – сказала Джейна.

– При других обстоятельствах, – добавил Зекк.

– Оба? – Джег смотрел то на одного, то на другую. – Да, я тоже буду ждать следующей встречи.

Он отвернулся, рассечённая шрамом бровь выдавала досаду… или отвращение.

– А сейчас извините меня – служба не ждёт.

– Конечно, – ответила Джейна. – Мы сами скоро войдём в гиперпространство. Да пребудет с тобой Сила.

– И с вами, – Джег посмотрел на Зекка. – Обоими.

Голо-комм мигнул и погас. Джейна и Зекк отвернулись с разочарованным выражением на лицах. У Хана холодок пробежал по спине, но он постарался это скрыть.

– Как заноза, правда? – сказал он, по-отечески ухмыляясь.

– Как будто у нас от неё уже нарыв назрел, – ответила Джейна.

– Но мы это переживём, – Зекк потёр предплечьем о Джейну, и та глухо защёлкала горлом. – Мы же вместе.

Хан быстро отвернулся.

Корибу превратилась в маленький продолговатый кружок, синий от света собственного солнца. Песня таатов с каждой минутой становилась всё грустнее и навязчивее. Хану казалось, что он и сам почувствовал их горе. Может быть, именно так чувствуют чужие эмоции в Силе – сердцем, не разумом?

Зекк и Лоубакка зашли через люк во временный улей и потёрли руками об усы таатов.

Позади них показалась Джейна.

– Наверное, будет лучше попрощаться прямо сейчас, – сказала она. – Потом, когда они построят новый улей, будет уже тяжелее.

– Давай, – сказал Хан. – Я не буду смотреть.

Джейна улыбнулась и поцеловала его в щёку, а затем пошла с Зекком в ангар.

Дукат Грей раздражал Хана тем, что стоял позади них с Леей. Казалось, хейпанец удовлетворённо смотрел, как два джедая прощаются со своим ульем, но потом он решил всё испортить.

– Благородный Формби был прав в одном, принцесса.

– Я с трудом в это верю, Дукат, – сказала Лея. – Но возможно, я ошибаюсь.

– Если вы меня простите, то я тоже думаю, что вы ошибаетесь, – сказал Грей. – Жаль, что вы не служите в правительстве Галактического Альянса. Вы талантливый и умелый дипломат, вы можете быть весьма полезной новому правительству.

– Спасибо, Дукат, – сказала Лея. – В ваших устах это весьма содержательное предложение.

Грей просиял, а Хан сник. Пришло время перестать думать только о себе, пора предложить Лее вернуться к своей первой любви.

– Послушай, – сказал он. – Я знаю, что ты скучаешь по всей этой суете. Может быть…

– Да, пришла пора что-то изменить, – перебила его Лея. – Но не таким образом. Я меньше всего хочу работать в правительстве - Галактического Альянса или каком-то другом.

– Не хочешь? – Хан вдруг смутился.

– Не хочу, – сказала Лея. – Меня уже тошнит от уступок и поиска возможных, но неправильных решений.

– Ладно, – осторожно сказал Хан. – А чего же ты тогда хочешь?

– Хочу идти на зов сердца… ради разнообразия, – сказала Лея. Она повернулась к Люку. – В моей жизни было много перемен…

– И много свершений, – сказал Люк.

– Может быть, – согласилась Лея. – Я носила высокие титулы.

– Ты их заслужила, – сказал Хан, не понимая, к чему она клонит.

– Я не к этому стремилась. После всего увиденного и совершённого, жизнь подводит именно к этому, – она сняла с пояса световой меч и взвесила его в руке. – К джедаю, к мечу, который прорезает темноту.

Она повернулась к Хану.

– Думаю, пришло время выбрать другой путь, – сказала она.

– Другой путь? – переспросил Хан, заметно волнуясь. – Что ты имеешь в виду под другим путём?

– Мне очень нравилось быть твоим вторым пилотом, – сказала Лея. – Но галактика изменилась. Мне тоже нужно меняться.

– Решительно меняться, – подтвердил Хан. – Если ты это о том, что я громко храплю…

– Не вздумай ничего менять… иначе я не смогу заснуть ночью, – засмеялась Лея и обратилась к Люку: – Я начинаю понимать, какое место в галактике принадлежит джедаям и где моё место среди джедаев.

– Ты хочешь вступить в Орден? – улыбнулся Люк.

– Нет, – помотала головой Лея. – Я хочу заслужить место в Ордене.

Она повернулась к Сабе Себатайн, которая стояла позади всех и молчала, как и положено рептилии.

– Я хочу стать настоящим джедаем, – сказала Лея.

– Ты и так наззтоящий джедай, – сказала Саба. – Ты сделала для галактики больше, чем любые деззять джедаев.

– Ты меня не слушаешь, – сказала Лея. – Дипломатия не смогла остановить эту войну. Джедаи смогли. Я хочу закончить обучение… и хочу, чтобы ты меня учила.

Чешуйчатые брови у Сабы поднялись так же высоко, как и у Хана, у Люка и у Мары.

– Ты хочешь, чтобы оная тебя учила? – осторожно спросила Саба.

– Подумай об этом, – кивнула Лея.

– Оная? – повторила Саба

– Да, – повторила Лея. – Нужно, чтобы кто-то бросал мне неожиданные вызовы. Мне нужен кто-то, кто научит меня тому, чего я не знаю.

Саба прищурила алмазовидные зрачки, а раздвоенный язычок показался между шершавых губ. Она некоторое время смотрела на Лею, а затем так громко зашипела, что схватила себя за бока.

– Неплохо, принцезза! Ну ты и…

– Я не шучу, – перебила её Лея.

– Правда? – Саба перестала шипеть.

– Правда, – кивнула Лея.

– Ну, что же, – Саба глянула на Хана. – Видимо, у оной не оззтаётся выбора.

– Точно, – сказал Хан. – Но так намного лучше.

– Лучше чего? – спросила Саба.

Хан не успел ответить. Зазвучал сигнал о прыжке в гиперпространство. Палубы «Кендалла» вздрогнули, и Корибу пропала из вида. Тааты оборвали свою скорбную песню, и бархатный свет снаружи наблюдательного пузыря превратился в бесцветное пятно гиперпространства.



Глава 40 | Тёмный Улей 1: Король-Примкнувший |