home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА 9

– Кто-нибудь объяснит мне, что происходит? – нежно улыбаясь, спросила Диавала, небрежным жестом отбрасывая в сторону погнутые обломки наголовного обруча.

Светлый Повелитель равнодушно проводил их взглядом. Полукольца из белого золота застряли в спутанных ветвях миниатюрной желтой орхидеи, которая недовольно шевельнула лианами.

– Несомненно, – заметил он, – вы и так все понимаете, дорогая.

– Нет, я не понимаю… – повысила голос рыжеволосая красавица, подступая ближе и буравя взглядом своего ближайшего родственника, – не понимаю, почему половина ваших подданных валяется с повреждениями разной степени тяжести? Почему не работает ни один кристалл связи, хотя считалось, что это надежнейшая вещь, почему я не могу связаться ни с кем телепатически и почему вместо того, чтоб усиливать границы в ожидании нападения, вы, дядюшка, сидите и хлещете «Драконью кровь»?

– Диа, дорогая, – улыбнулся золотоволосый эльф, отставив бокал с вышеупомянутым напитком на изящный столик, – ты забыла упомянуть о том, что старшие маги заперлись в Древе Знаний, пытаясь достучаться до Леса. Кроме того, за этими дверями играют в карты наши гости, разлагая стражу, а группа студентов по обмену без вести пропала в Загорье, недоступном нам из-за сбоев в телепортации.

Полукровка, в которой будто что-то надломилось от этих слов, сказанных спокойным тоном, утомленно опустилась на пол, прислоняясь к ножке кресла, на котором сидел Повелитель. Рыжие кудри рассыпались по плечам, стекая живым огнем на деревянные узоры. Затаившееся в алых глазах беспокойство выбралось наружу, оседая липкими потеками на голубых, с серебристыми разводами стенах. Водя пальцем по ладони, она извиняюще улыбнулась и тихо призналась:

– Я, кажется, боюсь.

– Да, это неприятное чувство, – кивнул эльф, дергая Диавалу за кончик уха, – но могу утешить тебя, дорогая… Ты не одна испытываешь страх.

Она подняла на своего властелина изумленные глаза. Тот ослепительно улыбнулся:

– Когда в дело вступает такой монстр, как твой великолепный эйрнай'эней,[21] бояться должны все.

– Но вы же…

– А что я? Скромный, даже не достигший пятисотлетия И'Энианнери! Я в силу не вошел!

– Вы?

– Именно так, дорогая моя Диа. В этом смысле вам, полукровкам, проще. Никто не заставляет вас придерживаться Традиций, Этикета и Протокола… которые хором утверждают, что Истинная Сила приходит только после полутысячи сезонов. – Эльф раздраженно скрипнул зубами.

– Не увиливайте, дядюшка! Лучше скажите, они вернутся?

– Обязательно! А как же иначе? Ведь их ведет кто? Самое беспринципное и практичное существо в мире… А для него такой расход подопытного материала неприемлем.

– Ваша правда…

– И это существо, несомненно, знает, что если мы недосчитаемся кого-то, то немедленно предъявим к оплате все счета… А у нас их ой как много. Кстати, о счетах… Где твоя мать?

– Гадает.

– На чем на сей раз?

– На пепле листани, сгоревшего только что.

Повелитель улыбнулся:

– Иди позови ее. Нам надо кое-что обсудить.

– А мне не расскажете? – в голосе Диавалы появились капризные нотки.

– Нет, – твердо сказал эльф, – иди проследи лучше, чтобы люди не жульничали слишком уж сильно при игре. А то моим несчастным стражам еще расплачиваться.

– Как же они могут жульничать? Ведь магия не работает!

– Ах, Диа! И ты еще утверждаешь, что давно выросла. Слышала ли ты когда-нибудь о крапленых картах, а? Иди!

– О, – полукровка довольно потерла руки, поднимаясь и неслышно выскальзывая за дверь. У нее появилось небольшое дело, которое способно отвлечь от нервных, кровожадных и опасных мыслей. Вроде таких: «А не отправиться ли мне в горы и не прибить там кого-нибудь?»

Светлый хмуро посмотрел ей вслед. Кто бы ему дело такое нашел, ведь все полагающиеся случаю приказы он уже отдал. Правда, пока они, эти приказы, доберутся до мест дислокации войск, ситуация может кардинально поменяться. Впрочем, добровольцев, которых можно отправить гонцами, еще вполне достаточно. Как и бездельников, годных к прочесыванию территорий, прилегающих к граду. Не то чтобы это было необходимо, но подстраховаться не помешает. Вдруг кому-то удалось прорваться сквозь эту, забери ее Темные Магистры, Волну.

Нет, но как у этого демонова Темного получается так менять мир, а? Эльф налил еще один бокал зелья, вытащенного из запасов наиррин'наэ.[22] Интересно, какое лицо он сделает, когда, вернувшись, обнаружит распотрошенную заначку?


Двое стражников с тройными алыми шнурами на рукавах камзолов, сопровождавшие милорда посла в Светлый лес, уныло разглядывали белых голубей, сидящих в клетке с посеребренными прутьями. Старшина, чье главенство в данной паре утверждал черный кант на воротнике, брезгливо ткнул пальцем в раскормленное пузо ленивой птицы, сидящей на жердочке. Та приоткрыла глаз, курлыкнула недовольно и снова задремала.

– И это все, что нам остается? – вопросил он пространство.

– Если хотите, могу создать вестника, – заметило пространство в лице одного из магов.

– И насколько твой вестник будет быстрее этой вот тушки, перекормленной эльфами?

– Раза в два так точно, – хмыкнул магистр Дисар.

– А полетит ли он по указанному адресу? – скептически вопросил второй охранник, высокий, худощавый и хмурый тип с тонким шрамом через щеку.

– Почему нет? – Маг снисходительно помахал рукой. – Я тут кое-что прикинул, пока наш главный занят эльфами. Вполне можно проверить теорию…

– Теорию проверяйте без нас, пожалуйста, – благоразумно отошел подальше стражник.

– И не здесь, – заметил второй.

– Так вам нужно отправить послание или не нужно его отправлять?

Мужчины вздохнули:

– Надо, надо…

– Хотя в чем-то вы правы, – оглядывая светлое помещение, увешенное прядями эльфийской лозы,[23] заметил маг. – Здесь маловато места.

– Что-то мне уже не хочется, – заметил стражник своему напарнику.

– Идиот, пиши письмо! Пусть лучше лорд Эйден узнает о происходящем от нас, через три дня, чем по официальным каналам, через декаду или когда они там заработают! Может, отделаемся выговором с занесением.

– Ох, кажется мне, что выговором мы не отделаемся, особенно если эта… Темные Магистры ее побери, леди пропала с концами! – заметил старший по званию и поспешил за деловито оглядывающимся магом.


Сьевиан дель Дрошелл'Шенан, вытирая с лица кровь, тихо и спокойно отчитывал своего подчиненного:

– Гейнери Вьерлейн, мое уважение к вам не так глубоко, чтобы терпеть последствия ваших непродуманных действий. В следующий раз будьте любезны, во-первых, согласовывать с руководством любые действия, могущие поставить под угрозу выполнение задания, а во-вторых, ничего не предпринимайте!! – Последние слова он прорычал, обнаружив, что неприятная царапина на щеке и не думает заживать.

Молодой дроу, только что разменявший второе совершеннолетие, послушно кивал. Взяли его в отряд за выдающиеся способности к экспериментаторству, взамен Тьеора, об уходе которого Темные уже начали жалеть. Тот хотя бы просчитывал последствия и заботился о собственной безопасности. А этот Нис'Эрисс шарахнул чем-то не глядя, и вот результат.

Сьевиан раздраженно оглянулся на кучу мелких камней, наглухо перекрывшую узкий проход. Конечно, полсотни тварей там похоронило, да и Ведущего некроманта засыпало, но… Но!! Теперь придется идти в обход! И надеяться, что группа Реаллана успела проскочить соседними коридорами. Да еще и это демоново Искажение, не только ломающее магию, но и блокирующее телепатическую связь с регенерацией на пару. Все-таки Изменение, спровоцированное Повелителем, в этом смысле было более щадящим вариантом. Его хотя бы можно было просчитать, а это ломающее сознание и заставляющее ныть кости явление позволяло надеяться только на природную ловкость и вбитые давным-давно умения. Вот сколько они еще выдержат в этом анклаве, пока магия, составляющая изрядную часть сущности Старшей ветви, не начнет покидать тела, оставшиеся без подпитки от окружающей силы?

Прокатившаяся по стенам дрожь заставила Темных нервно поежиться. Плесень, облепившая стены, издавала мерзкий запах. Тот заглушал все прочие ароматы, напрочь отбивая обоняние.

– Так, живо на разведку! Ищите проход в нужном направлении, назад возвращаться не имеет смысла, – бросил Сьевиан своему десятку. Гибкие тени, почти сливающиеся со стенами, рассредоточились по широкой, но низкой пещере. Огибая обломки, сталактиты и мелкие светящиеся кристаллы, они искали другой проход. И нашли. Сперва в узкую щель, обрамленную, как зубами, острыми скалами, попытался сунуться горе-алхимик. Но тут же был выдернут оттуда за шиворот и отправлен в конец отряда. Первыми, азартно сверкая золотом глаз, пошли интуиты, способные ориентироваться в запутанных переходах, как дома. Узкие проходы, через которые с трудом протискиваются даже худощавые эльфы-стражники, вряд ли заинтересуют тварей, любящих относительный простор, но если ведут в нужном направлении, будут использованы незамедлительно!

Из щели донесся протяжный переливчатый свист. Отлично.

– Впер-ред! – рыкнул дроу.

Протискиваясь последним, он с облегчением чихнул, прочищая нос. Глядя в непроницаемую темноту, разгоняемую только тусклыми пещерными фонарями, впервые задумался о том, а не страдает ли кто-нибудь в его отряде li'aerna?[24]


Лина продралась через какие-то кусты, не очень зацикливаясь на их видовой принадлежности (не колючие, и ладно). Прокралась через залитый закатным солнцем пролесок, отмахиваясь от кровожадных комарих и надеясь, что это будут единственные кровопийцы, встреченные ею на пути… На миг застыла перед шеренгой сосен, из-за которой уже вполне отчетливо доносились хруст, чавканье, глухие удары чем-то твердым обо что-то еще более твердое и нецензурные ругательства…

Может, не стоит?

Девушка решительно тряхнула головой и раздвинула шипастые ветки. А теперь вперед, и как можно аккуратнее!

Ого-го! Она мысленно возблагодарила всех богов и демонов за собственную малорослость и худощавость. Вот ломись ведьма сквозь лес, как дикий зверь под названием лось, тут и пришел бы ей конец.

Небольшая полянка была как будто перепахана. По взрытому дерну кружили странные, но явно очень опасные твари. Невысокие, с мощными задними ногами и опорным хвостом, с короткими, украшенными внушительными когтями передними лапами. На загривках красовались шипастые гребни, плоские безглазые морды покрыты бурыми наростами. Широкие пасти наполнены сотнями мелких острых зубов. Бока, поросшие короткой серой шерстью. Твари рычали, носились кругами по поляне, из-под лап разлетались комья грязи; грызли что-то в кустах напротив (прищурившись, Лина с содроганием убедилась, что на обед у них неудачливые собратья, а не кто-то из разумных) и поочередное разбега врезались в одно из деревьев. Точнее, в высоченный дуб, откуда при каждом встряхивании доносились хоровые ругательства.

Ведьмочка напряженно застыла, наблюдая, как одна из тварей, передернувшись, проникновенно взрыкнула, повела лопатками и, взрыв лапами землю, рванулась вперед.

Бух!

Дуб вздрогнул, сверху посыпались кора и листья, но ободранный на высоту двух человеческих ростов ствол выдержал, даже не затрещав. Еще две твари, оторвавшись от пиршества, решили попробовать добраться до скрывающейся где-то в вышине очень вкусной еды. Они напряглись… Под грубой кожей перекатывались напряженные мышцы. Оттолкнувшись хвостами, монстрики одновременно взмыли в воздух. И запутались в сучьях и ветках, не добравшись и до половины высоты дерева. С шумом и треском, обдирая кору, обрывая листья, цепляясь когтями за ветви и воя, рухнули вниз. Одна пару раз дернулась и затихла, из пасти ее торчала ветка, а под тушей начала растекаться едкая, дымящаяся кровь.

Ее товарки на время прервали беготню и решили еще раз перекусить.

А Лина, затаившись, стояла и смотрела… Что делать, она просто не представляла.

В это время свой норов решила показать природа. Откуда-то с недалеких гор прилетел ветерок и, потрепав ей косу, рванулся дальше, разнося аппетитные запахи по поляне. Ветви деревьев зашелестели, затихшие было птицы завопили на разные голоса, а безглазые морды дружно развернулись в сторону, где среди елок стояла ведьмочка.

Та хмыкнула и, не дожидаясь приготовившихся к рывку тварей, взлетела на ближайшее дерево. И откуда только силы взялись.

Бах! В ствол врезались сразу несколько голов!

– Чтоб вы расшиблись до смерти, чтоб вас демоны сожрали и подавились, чтоб вас на зелья пустили, чтоб вас Темные Магистры побрали, – проорала она вниз, вцепившись в ствол и прикидывая, сколько ударов выдержит эта сосна.

– Лина, это ты? – донеслось из кроны дуба.

Девушка развернулась, огорченно отцепляя от коры слипшиеся в смолистый ком волосы и усаживаясь на поперечную ветку, будто на лошадь.

– Нет, призрак замка Дифенталей, – ответила она. – Привет, подруга!

– Угу…

Ведьмочка разглядела сквозь листву знакомую косу.

– А кто еще с тобой?

– Тилан…

– А Рил?

– Не знаю, – подал голос некромант. Он переживал за брата. – А как мы здесь очутились?

– Телепорт засбоил, – пожала плечами Лина, забывая, что собеседники не могут ее видеть.

– Вовремя, Тьма побери! – выругался Тилан.

– Ага, – согласилась Лина, посматривая вниз. Твари вернулись к прерванной трапезе. – Мил, ты не знаешь, где мы?

– На Севере, – пропыхтела княжна.

– А поконкретнее?

– Ну я что тебе, справочник?

– Ми-ил!

– За достоверность не отвечаю, но это похоже на предгорья Светлого княжества, почти на границе Светлого леса.

– Откуда такие сведения? – язвительно вопросила девушка, выискивая ветку повыше. Что делать дальше, она решительно не представляла.

– А мы, пока бежали, видели яблоньки эльфийские…

– Яблоньки они видели… – Она подобрала ноги и уцепилась за следующую поперечину. Риолон и мечи мешали как-то уж чересчур сильно, но Лина умудрилась подтянуться и лечь на живот, нервно болтая ногами в воздухе и рассматривая подозрительно обнюхивающую ствол ее спасительницы тварь. Подол балахона зацепился за какой-то сучок и не давал принять более удобного положения.

– А города вы часом не заметили?

– Не-эт! – донеслось до Лины язвительное. – Здесь город один – Всеслава.

– А остальные? – сдавленно просипела ведьмочка, елозя животом по ветке и аккуратно сползая на прежнее место. – Деревни, что ли?

– Городища! – гордо ответила Мила. – И кто тебя там душит?

– Одежда! – рыкнула в ответ девушка, пытаясь выпутаться из ученического балахона, не выронив ножны и футляр. – Тьма б ее побрала! Демонов лес, демоново дерево, демонов балахон! И вообще, чтоб все в Бездну провалилось! – С трудом стянув мантию через голову, она раздраженно швырнула ее вниз. И тут же поняла, какую ошибку сделала.

Две твари мгновенно прекратили смачно чавкать и хрустеть костями и ломанулись к медленно опустившейся на землю тряпке. Третья, обнюхав неожиданную подачку, подняла голову и взвыла, да так, что заболели уши, а глаза едва не полопались. И врубилась с сосну. Девушка едва успела вцепиться в ствол. Зажмурившись, она принялась считать удары.

Раз, два, три… многообещающий треск… надо было потолще дерево выбрать.

– Что там у тебя происходит? – пробился сквозь гул в ушах хоровой вопль с дуба.

– Да ничего… особенного, уий! – прикусив язык, взвыла Лина. – Вы бы залезли повыше… городище это… шах тан эре… посмотрели!

– А смысл?!

– Ищите-э! – проорала девушка. – Иначе я за себя не от-вечаю-ууй!

Четыре, пять, шесть… дерево качнулось в сторону.

«Ненавижу, ненавижу, ненавижу! – повторяла про себя Лина. – Светлых, Темных, красноглазых, лиловоглазых, хитрых, наглых, сволочных… всех ненавижу!»

Вот она решила кого-то спасти… а кто будет ее выручать?! Страха не было, только раздражение на собственную глупость, в очередной раз загнавшую ее в неприятную, мягко говоря, ситуацию. Лиссэ! Зачем ей было вести себя как настоящей Ведущей? И без того все неплохо было, и в одиночестве прожила бы, и смерть друзей пережила бы! А то только задумаешь что-то благородное совершить – нате вам, полную чашу неприятностей! И разгребайте. Так и гибнут герои благородные!

Удары затихли… Девушка осторожно скосила глаза вниз. Все девять тварей сидели кружком и смотрели на нее. Лина поежилась. Безглазые морды навевали тоску. А еще по лесу, наверное, их хозяин бродит… И почему они себя так странно ведут? Не спешат доделать дело, будто забавляются? Они что, разумные? Вот ведь… джешаар лиссэ рат эре!

– Эй, ты там жива? – раздался неуверенный голос Тилана.

– Да вроде бы… пока…

– А мы тут это… дымок увидели.

– За-амечательно! – пропела Лина. – А теперь вот сидите и думайте, как до него добраться. Кстати, он близко?

– Да не так чтоб уж очень, – пропыхтела княжна. – И как я сюда в этом балахоне залезла? – В ее голосе было подлинное изумление.

– Быстро, – тоскливо прокомментировал Тилан. Он все сильнее переживал за брата. Ни он, ни Милава не могли раскинуть поисковую сеть, точнее, они попробовали в самом начале сидения на дереве, но получили в ответ только головную боль и легкие ожоги. А связь, всегдашняя их близнецовая связь не работала, будто брат был без сознания или… мертв.

Потому он сидел на ветке, мрачно нахохлившись, и нисколько не разделял энтузиазма княжны, заявившей шепотом, едва появилась Лина: «Ну вот… теперь мы наверняка что-нибудь придумаем!»

Угу, придумаем… с диким воплями бегая по незнакомому лесу от не менее незнакомых тварей (а ведь справочники по нежитеведению были, можно сказать, их настольной книгой), изображая дятлов или белок, Судорожно вцепившись в корявый ствол и зеленея при каждом порыве ветра. И как Милава порхает по этим зарослям? С ветки на ветку и до самого верха. Озабоченность появилась на ее лице, только когда затрещало Линарино дерево. Сам Тилан только стиснул зубы, сглатывая тошноту.

Каково же было его удивление, когда во время недолгого затишья после особенно яростной атаки тварей на несчастную сосну до них донесся раздраженный голос ведьмочки:

– Вы будете смеяться, но мы сможем прибить этих гадов!

– Но как? – хором воскликнули обнадеженные ребята.


Полудемон бесновался, расшвыривая по пещере ошметки человеческих тел. Все, буквально все шло наперекосяк! Эльфы оказались гораздо сильнее, чем он предполагал. Очень жаль, что сейчас совершенно невозможно добраться до осведомителя, слившего ему настолько неточную информацию. Серокожий Магистр медленно зверел, выискивая еще один источник силы, и мысленный взор его, разумеется, наткнулся на густую, темную воронку, из которой он черпал сырую Силу для экспериментов. Ее напряженный узел не затронуло ломающее мир Искажение.

Ну что же…

Если так…

Он убьет хотя бы одного Темного, самого главного…

И отступит на заранее подготовленные позиции. Как удачно, что они есть.

Ведь кокон… он ласковым движением прикоснулся к пульсирующей поверхности, выглядывающей из котлована… почти открылся.

Зло ощерив клыки, полудемон полоснул по запястью когтем и, собрав силу амулетов, выстроил из нее Щит. Без него соваться в центр разрушительной волны не имело смысла.

Густая темно-фиолетовая кровь капала на пол, стекаясь в фигурные лужицы, самостоятельно выстраивая сложный узор. Она, будто живая, стремилась объединиться, слиться…

Он вынырнул из тела и резко вломился в натянутые нити течений, разрывая их и собирая в огромный комок сырую, дикую силу. Та пульсировала, силясь растечься, и обжигала сознание, заставляя тело корчиться от боли. Полудемон резко выпрямился и выплеснул энергию через Узор прямо в сторону медленно кружащего на границе Искажения существа.

Факелы в огромном подземелье на миг вспыхнули ослепительно-синим огнем, пару раз мигнули и погасли.


Против такой мощи бесполезно выставлять Щиты… Единственный выход – пропустить сквозь себя, как сквозь тонкую сеть, все, что Магистр выбросил в пространство в надежде сжечь врага. Сознание мгновенно раздробилось на сотни осколков, они разлетелись, попадая в изломанные водовороты, потоки и течения, беснующиеся на самой границе. Клочья разума привычно разлетелись на все стороны света, рассыпаясь и растворяясь, исчезая и прячась… А тот, которому удалось стремительной серебряной змейкой вернуться в тело, принял на себя всю силу удара, взбаламутившего Изменение и достигшего места сосредоточения силы. Белые стены вздрогнули, прогибаясь под ударной волной, обретшей физическое воплощение. И Щиты Черного Дракона, практически опустошившего все резервы, не выдержали. Его вышвырнуло из зачарованного круга прямо в объятия приманенных из-за граней мира эманациями силы иных тварей. Туманы и тени мгновенно облепили фигуру, сдавливая грудь, выталкивая из легких воздух. Что-то или кто-то жадно закружило вокруг, полосуя спину и грудь острейшими лезвиями, вытягивая энергию, вырывая бесплотными зубами клочья ауры.

Он вскинул руки и с силой развел их в стороны. Между ладоней заструилась Тьма, окружая его тонкой пленкой защиты. Пальцы ощутимо дрожали… Иные отступили, но совсем недалеко. Они выжидали. Ведь Темный брал силу не в пространстве мира, сейчас недоступном, далеком и все более теряющем очертания реальности, а в себе… Так, как ни один представитель Старшей ветви не рисковал делать, опасаясь исчерпать себя. Исчезни, израсходуйся магия, струящаяся вместе с кровью или вместо нее по жилам Темных и Светлых, – и все, бессмертному существу придет конец.

Горечь обжигает горло, стремясь выесть легкие изнутри.

Шаг, еще шаг в сторону сияющего в тумане контура защитной стены. Алая пелена застилает глаза.

Резкая боль в груди и висках – это возвращаются рассыпавшиеся клочья сознания.

Он слизнул с губ кровь. Соленый вкус прояснил застланное туманом сознание. Последняя грань…

Сил для того, чтобы сделать последний шаг и преодолеть барьер, уже не было. Но можно еще сказать, выталкивая воздух сквозь немеющие губы…


Линара, с оптимизмом ощупывающая пояс, в кармашках которого прятались разноцветные фиалы, внезапно закашлялась. Легкие вдруг просто отказались работать, в голове зашумело, пальцы скрутила судорога. Будто ледяной шип пронзил грудь… Спустя миг тело ее обмякло, а сознание закружилось в беспокойном водовороте, утягиваемое куда-то далеко-далеко… за странным ледяным осколком, полным раздражения и беспокойства.

Одиночество…

Яркие картинки мелькают перед мысленным взором. Туман, смерть, кровь…

Соль на губах…

И тихий шепот на грани слышимости: «Ресс д'иласе-рейш, ресса, исс?»[25]

И губы невольно повторяют, не улавливая смысла, но соглашаясь: «Ресс д'иласе-рейш, ресса, исс».

Чьи губы, чье сознание?

Тревоги и вопросы рассыпаются серебряной пылью в чистой звонкой пустоте, осколки сливаются, боль уходит, вращающийся калейдоскоп замирает в новом положении.

Тьма вскипает, выжигает, очищает, придает сил… Заполняет до краев силой.

И Туман отпускает жертву, поджимает щупальца и… сливается со стенами, освобождая зал, засыпанный мраморным крошевом. Иные уходят, оставшись без жертвы.

Стеклянные границы рушатся, и вихрь воспоминаний заполоняет душу… души, смешиваясь в причудливой мозаике.

Двое, сцепившись сознаниями в плотный ком, наблюдают… нетерпеливо, жадно…

Слияние…

Нет, не слияния они ждали. А вот этого клочка сознания, которое занесло к самому Погибшему Городу.

Он был выловлен, рассмотрен со всех сторон и поглощен… Отличная информация… нужная.

Двое удовлетворенно улыбнулись…

И разлетелись, как бабочки, несомые хулиганом-вихрем.

Благодарю… Иди…

Идти? Куда?

Туда, откуда пришла… – ехидное. – Ведь и у тебя есть незаконченные дела, не так ли?

Есть… и у тебя?

О да… – предвкушающее. – Лети, еще увидимся, птичка хрустальная…

Я не птичка! – донеслось уже издали возмущенное восклицание.


Лина открыла глаза. И еще успела подхватить пояс, медленно сползающий с ветки. Потом пришлось распутать косу, прикрутившую ее к стволу дерева, и только после этого, засунув поглубже недоумение, раздражение, любопытство и десять тысяч вопросов, прокашлявшись и вдохнув ароматов летнего леса и вони подземных тварей, ответить:

– Очень просто…

Так же просто, как жить на два мира…

– Ну?! – взвыли голодными баньши студенты.

– У меня есть три Едкие плесени, два Тумана, один Едкий Дым и два взрывных заряда. О, и еще Золотая сеть. Только если я все это применю прямо здесь, то отправлюсь в Бездну вместе с этими тварями.

Послышался шелест, это Милава и Тилан перебрались поближе к краю кроны, разлегшись на толстых ветвях, как на лежанках. Но между ними и Линой все равно было не меньше пяти-шести деревьев… или шагов двадцать по прямой через поляну.

Девушка встала на ветке, балансируя руками. Закрепила ножны, защелкнув замки сложной сбруи, выругавшись, закинула за спину футляр с риолоном. Отведя в сторону колючки, неспешно шагнула на соседнюю, тянущуюся в нужном направлении. Поежилась. Тонкая ткань рубахи не спасала от прохладного ветерка.

Сделав пару шагов и почувствовав, что дерево под ногами начало опасно пружинить, вытянула из кармашка тонкостенный двухсекционный фиал. Полюбовалась переливами алого огня и с силой швырнула его вниз, одновременно бросая тело в воздух.

У основания сосны вверх взметнулась земля вперемешку с кишками. Оглушенная взрывной волной, Лина намертво вцепилась в ветки соседнего дерева, которые провисли почти до земли. Не обращая внимания на звон в ушах, она поползла по ним вверх, перехватывая за зеленые отростки и упираясь ногами в ствол. Нащупала прочное разветвление и на миг прижалась оцарапанным лицом к коре. Услышав многообещающее рычание, она забыла об отдыхе и вскарабкалась еще на пару веток выше.

Хорошо, что это монументальный, древний лес. И деревья в нем в большинстве своем высокие и толстые. Как и эта несчастная сосна, все-таки завалившаяся поперек поляны.

И что дальше? Прижимаясь к стволу дерева, Лина скосила глаза на результат своего броска. Сквозь листву просматривались земля, пара оторванных лап, какие-то непонятные ошметки и придавленная стволом туша.

– Минус два! – прокричала она Милаве. Потом обратилась к собравшимся внизу: – Ну что, лиссэ эре, продолжим?

И, вытащив еще два фиала, аккуратно их откупорила и вылила содержимое на землю тонкими струйками, постаравшись, чтоб они слились в единую нить. Еще не достигнув земли, маслянистая жидкость занялась синим пламенем, горящие капли одна за другой падали на землю, жадно вгрызались в остатки травы, перепрыгивали на решившую не вовремя полюбопытствовать тварь…

О, как она выла, вертясь, как безумная, пытаясь отгрызть хвост и роя горящей мордой землю. Но бесполезно, только несколько капель демонской смеси веером разлетелись по поляне и попали на кожу еще двум, заставив их добавить свои далеко не тихие голоса к этому смертельному концерту. А первая затихла, когда огонь, попавший на слепую морду, проел кости до маленького мозга.

Пока Лина любовалась открывшейся картиной, у ствола разгорелся настоящий костер, язычки пламени побежали вверх, быстро пожирая кору. Конечно, это пламя, порождение несовместимых веществ двух эликсиров, скоро утихнет, но краткого времени активности будет достаточно, чтоб сделать из нее хорошо прожаренный бифштекс.

А поэтому, на какое бы дерево перебраться?

Девушка огляделась и без особых раздумий перескочила на соседний дубок, затем, не задерживаясь, скользнула по тонким веткам на следующий. Обрадовала столпившихся внизу зверей последним зарядом и закричала, перекрывая звук взрыва и разъяренный рев трех оставшихся тварей:

– Ловите меня-а! – И, разбежавшись на суку, она взвилась в воздух. Прикрывая лицо руками, вломилась в ветви, врезалась в развилку и поползла вниз, обдирая руки.

Тилан, нагнувшись, схватил ее за запястье. Открыв глаза, Лина нащупала ногами нижнюю ветку и спустя миг уселась рядом с ним.

– Ну как? – спросила она, нервно улыбаясь.

А что, движение – это жизнь, и, судя по всему, у них все впереди.

– Красиво, – свесившись вниз головой, признала Милава, – но еще три осталось.

– Три – не десять, на дерево подвесим.


Путешествие до Тирита Подгорного заняло не так много времени, как предполагала Сьена, но все же прилично. Самым опасным был переход из дворца по тонким висячим мостикам, а все остальное после путешествия через завывающую стихию, пытающуюся скинуть в бездну двух чокнутых дроу, казалось просто приятной прогулкой.

– Сразу видно, кто устроил это безобразие, – проорал Тьеор, цепляясь за поручни.

Эльфийка откликнулась, отводя хлещущие по лицу волосы:

– Повелитель не разменивается на мелочи. Если уж буря, то на полмира.

– Да, недоучке бы понравилось…

– Кому-кому?

– Ведьме нашей крашеной…

– Нашей?!

– Ну частично и нашей…

Сьена замерла в проеме, потом тряхнула головой и на редкость разумно ответила:

– Потом разберемся!

Коридоры верхнего города были пустынны и тихи. Только эхо гуляло среди мраморных стен, малахитовых барельефов, обсидиановых статуй, мозаик и инкрустаций. Все дроу, не призванные на, так сказать, военную службу, сидели по домам, тихо, как… затаившиеся слиссы. Этому способствовали усиленные патрули стражи, пара которых встретилась спешащим вниз Темным. Впрочем, первый десяток эльфов был занят азартным выковыриванием из лавки артефактов парочки мародеров. Дело осложнялось тем, что грабители-любители (оборотень-полукровка и два гнома) умудрились активировать несколько амулетов. И окаменеть прямо во время сбора трофеев.

Пополнив запас ругательств, Тьеор со Сьеной проскользнули мимо. А от следующего патруля пришлось прятаться в поперечном, темном, мрачном и пыльном коридоре. Уж больно кровожадно те выглядели, явно жалея о том, что им не досталось места в отрядах, штурмующих Северные пределы. Эти желтоглазые маньяки сперва бы напали, а потом разбирались, на кого и за что.

Темные коридоры извивались, как гигантские черви. Постепенно облицованные и освещенные сменились вырубленными и просто отполированными, а затем переходы стали больше похожи на прогрызенные гигантскими камнежорками норы. Полюбовавшись шпилями Тирита Подгорного, Тьеор решительно свернул в противоположную от него сторону. На возмущенное шипение принцессы о том, что она устала и вообще не нанималась тут ходить, ответил, что гейшери принцесса может идти обратно. Если дорогу найдет. Но тогда вся слава достанется ему одному.

Сьена тут же прибавила ходу, поглаживая рукояти клинков, и только коротко поинтересовалась, куда они направляются.

– В резиденцию Ка'Шесс.

– А можно, – чуть не подпрыгивая от нетерпения, начала Наследница, – можно?..

Алхимик мечтательно улыбнулся:

– Да, ты можешь убить там всех… кого найдешь.


ГЛАВА 8 | Танцуют все! | ГЛАВА 10