home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



4. 5

– Это здесь, – сказал Бейн, когда они вошли в большую комнату на полпути к вершине Нулевого шпиля. – Вот где ты родился. Или, точнее, переродился.

Ваго пригнулся, плотно прижав крылья к телу, и протиснулся в слишком узкий и низкий для него дверной проем. За порогом оказалась холодная и пустая комната, стены и пол в ней были металлические. Высоко над головой по периметру шел балкон. И еще в комнате были машины: высокие причудливые устройства, похожие на тонкие, без листьев деревья из золота; генераторы и ряды рычагов, соединенные со странными машинами Угасших, что смотрелось противоестественно до неприличия. В центре стоял цилиндрический медный бак с единственным полукруглым окошком из зеленого стекла. В мягком белом свете, льющемся с потолка, предметы почти не отбрасывали теней.

Ваго подошел к баку. Все в этой комнате было ему знакомо. Он провел когда-то очень много времени, разглядывая рычаги, машины и все остальное. И это было очень страшное время, комната тогда вызывала у него ужас. Ваго подошел к стеклянному окошку бака и заглянул внутрь. На него уставилось лицо голема, искаженное и расплывчатое.

Конечно. Лицо, которое он помнил, было его собственным лицом. Он видел свое отражение, глядя на бак снаружи. Видел себя самого. Тукора Кепа.

Значит, он не всегда был таким. Когда-то он был человеком, у него были лицо и имя, а теперь он стал чудовищем.

Он медленно повернул голову и посмотрел в сторону двери, туда, где в окружении десятка агентов с дум-пистолетами на изготовку стоял Лизандр Бейн.

Тот ответил ему равнодушным взглядом.

– Скажи мне, как я стал таким, – произнес Ваго, и его голос был похож на жалобное старческое поскуливание.

Бейн не спеша вошел и стал ходить по комнате, водя ладонью по приборам. Машины были тихи и безжизненны, но Ваго помнил, как в них гудела энергия, как с ветвей золотых «деревьев» срывались искры.

– Наши ученые разработали проект. Проект создания солдата, предназначенного специально для того, чтобы убивать призраков. Мы научились использовать некоторые изобретения Угасших, и разработчики считали, что эти машины помогут нам осуществить наш замысел. С армией таких солдат, как ты, мы могли бы переломить ход затянувшейся войны в свою пользу. Мы могли бы уничтожить призраков. Но для того чтобы сделать солдата, требовались человеческий мозг и человеческое тело. Проект подразумевал слияние человека и машины.

Бейн подошел к Ваго, встал рядом с ним. Тот продолжал смотреть в бак.

– Эксперимент был слишком рискованным, чтобы поставить его на одном из наших сотрудников, поэтому я решил выбрать кандидата из менее ценных людей. Несколько выродков сидели у нас в камерах в ожидании… переработки. Я спросил у них, не хотят ли они получить второй шанс.

Бейн умолк, и последнее предложение повисло в мучительной тишине. Ваго не шевелился.

– Я вызвался, – произнес он. Конечно, он вызвался. Неудивительно, что он запомнил лицо на стекле как лицо своего создателя. Он сам создал себя. Это лицо было последним отражением его человеческого облика перед тем, как он вошел в бак и началась процедура превращения его в сплав из плоти и металла.

– «Я хочу жить». – Бейн положил ладонь на плечо Ваго. – Так ты сказал. Ты готов был на все, что угодно, даже на такое. Ты готов был отдать свою жизнь Протекторату, лишь бы не умирать. Ты встал на путь искупления.

– Искупления? – хрипло переспросил Ваго. Он нахохлился и попятился на шаг от бака. – Искупления чего?

Бейн снял руку с его плеча.

– Ты был убийцей. Ты убил и ограбил больше двадцати горожан, а потом мы тебя поймали. Ты забыл?

Ваго оцепенел. Он понимал, что ему следует ужасаться, но как он мог ужасаться тому, чего не помнил? Преступления, о которых говорил Бейн, не имели к нему нынешнему никакого отношения. Он даже не знал, верить ли во все это, но потом вспомнил, как в ярости набросился на Креча и с каким удовольствием уничтожал призраков на территории «Запад-190».

– Мы тебя обучили, – продолжал Бейн. – У тебя были все нужные инстинкты, не хватало только дисциплины. Мы сделали из тебя солдата. А затем, когда настало время, мы сделали из тебя суперсолдата.

– Посмотрите на меня, – сказал Ваго, глядя на свое отражение. – Посмотрите, что во что вы меня превратили!..

– Да ты сам посмотри, – ничуть не смутившись, парировал Бейн. – Ты стал быстрее, сильнее, лучше, чем был в прежней жизни. Кеп, ты…

– Теперь меня зовут Ваго! – резко перебил голем. Его слова гулким эхом отразились от высокого потолка комнаты. – Ваго, – повторил он уже тише.

– Ну что ж, Ваго так Ваго. Тоже неплохое имя. Как видишь, Ваго, все механические устройства отлично прижились. У тебя хватит быстроты и силы, чтобы схватиться с десятком призраков сразу. Мы снабдили тебя системой наведения и улучшенными рефлексами. Металлический экзоскелет позволяет тебе не только поглощать эфир, но и получать из него энергию. Ты не нуждаешься ни в пище, ни в отдыхе, единственное, что тебе необходимо для выживания, – это призраки, и то ты можешь долго обходиться без них. Твое новое тело работает на эфире! Что касается призраков, то для них ты практически неуязвим. У нас получилось! Проект оправдал все наши надежды!

Ваго вспомнил бегство от Грача и его шайки по территории «Запад-190» и как призрак, который чуть не убил Моа, исчез, соприкоснувшись с ним. Вот почему она выжила: он, Ваго, поглотил призрака. Значит, его догадка была верна. Он действительно спас девочке жизнь.

– А это зачем? – спросил он, пошевелив крыльями.

Бейн отвернулся, почти что виновато.

– Это я настоял на крыльях. Я хотел, чтобы наши суперсолдаты умели летать и нападать на призраков с высоты. Но физическое строение твоего тела для этого не подходит. Размах крыльев против массы тела, против силы тяжести, против всего остального, что позволяет тварям вроде летучих крыс подниматься в воздух. Не стану притворяться, будто понимаю все это, но ученые меня предупреждали: ничего не получится. Однако я не захотел слушать. Вероятно, ты, если потренируешься, сможешь научиться планировать на довольно большие расстояния, но ты никогда не полетишь.

Ваго некоторое время обдумывал это, потом уставился на свою руку. Он стал сгибать и разгибать кисть, глядя, как металлические стержни скользят по тыльной стороне ладони.

– Почему я не помню? – тихо спросил он.

Слова давались ему нелегко, словно не желали срываться с губ. Ваго поднял голову и посмотрел на Бейна.

– Почему? Что произошло?

– Сначала ты был похож на новорожденного, – ответил Бейн. – Преображение в суперсолдата оказалось слишком тяжело для тебя. Тебя оперировали, через тебя пропускали ток, над тобой производили еще какие-то манипуляции, названий которых я даже не знаю. И ты… думаю, от ужаса и боли ты вроде как спрятался, отрешившись от мира. Снова стал ребенком. Мы начали работать над тобой, шаг за шагом возвращая к действительности. Но вероятностный шторм унес тебя от нас. После этого… Ну, остальное мы узнали от игрушечных дел мастера Креча. Он рассказал нам о тебе все до той минуты, когда ты взбунтовался и исчез. И мне было бы очень интересно услышать остальную часть твоей истории.

Ваго посмотрел на агентов тайной полиции, следящих за каждым его движением.

– Что теперь? – спросил он.

– Теперь ты снова здесь. И мы закончим настройку.

– Настройку?

– У нас есть машины, которые научат тебя думать.

– Думать так, как хочется вам, – уточнил Ваго.

– Умница, правильно догадался, – насмешливо подтвердил Бейн. – Ты быстро усваиваешь правила игры.

Ваго подумал, что мог бы бежать, оттолкнуть Бейна, сделать хоть что-нибудь… Но сердце его было разбито, ему не хотелось даже пытаться вернуть себе свободу. Он почти наверняка погибнет, если попробует бежать, так стоит ли?.. Ради чего так рисковать? У него ничего не осталось там, в этом городе. Ваго ничего не помнил о своей жизни выродка-убийцы, но это было и не важно. Теперь он знал, кто он такой: создание Протектората. Как мог он вернуться к Моа после этого?

Плечи голема поникли.

– Почему вы с нами так обращаетесь? – спросил он глухо.

Бейн рассмеялся, но чувствовалось, что вопрос удивил его.

– Что ты имеешь в виду?

– Да все это: гетто, и то, как людей оттуда уводят, а они никогда не возвращаются. Почему?

Бейна перестал смеяться.

– Потому что вы разрушаете наш мир. Ваго встретился с ним взглядом и увидел, что шеф тайной полиции на сей раз совершенно серьезен.

– У каждого человека есть мечта, – сказал Бейн. – Я мечтаю о мире порядка, где все на своем месте и все работает, где люди могут безбоязненно ходить по улицам. Об обществе, где все граждане счастливы, потому что им ничего не грозит, ведь они знают: мы стоим на страже их благополучия.

Бейн нахмурился, и Ваго услышал в его голосе отвращение и ненависть, когда тот заговорил снова:

– Все, чего я хочу, – это общество порядочных и здоровых людей, и чтобы у каждого была работа и достаточно еды, чтобы есть досыта. Но вы, грязное отребье, вечно вставляете мне палки в колеса. Нищие людишки, хилые людишки, людишки, у которых тяга к преступлениям в крови и которые рожают новых преступников… Почему мы должны делиться с вами пищей и местом под солнцем? Разве ты не понимаешь, как мал Орокос и как много людей на нем? Наши гидропонные фермы работают на пределе. Наши уловы рыбы уменьшаются с каждым днем – даже море не может кормить всех нас вечно. А тут еще и призраки могут объявиться в любую минуту где угодно, так что невозможно наладить надежное снабжение. Выродки вроде тебя – это пиявки, которые норовят обескровить наш город, и мы больше не можем этого терпеть! Ваго молча смотрел на него.

– Но мы не можем просто перебить вас, – продолжал Бейн. – Узнав об этом, граждане подняли бы мятеж. Поэтому мы уничтожаем вас по-тихому. Забираем по нескольку человек, а потом закрываем одно гетто и переселяем всех оставшихся выродков в другое. Однажды Орокос проснется, а вас просто не будет. Не будет нищих, калек, преступников. Все будут счастливы и довольны. А после того как мы победим призраков, наступит новая эра. Эра мира и порядка, эра процветания и совершенства, подобная той, что была до Угасания.

У Ваго остался только один вопрос:

– Что стало бы со мной, если б я не вызвался участвовать в вашем эксперименте? Что происходит со всеми, кого уводят?

На суровом, словно высеченном из камня лице Бейна не мелькнуло ни тени сомнения в собственной правоте.

– О, это самый тонкий момент. Как я сказал, у нас не хватает пищи на всех, и тратить ее на выродков было бы глупо. Питательная каша, которой мы их кормим, чтобы не дать умереть с голоду и не позволить бунтовать… сделана из тех, кого мы уводим.

Ваго опустил голову, тень упала на его лицо. Слишком много ужасного узнал он за этот день. Слишком много всего. Бейн подал знак агентам у двери, и те подошли ближе, держа голема на мушке.

– Пойдем, Ваго, – сказал он. – Скоро ты поймешь, что все это к лучшему. Вот что сделает машина. Она поможет тебе понять.

Сломленного, раздавленного непомерным грузом жестокости этого мира, Ваго увели, чтобы окончательно превратить его в суперсолдата. В машину для убийства.


предыдущая глава | Шторм-вор | cледующая глава