home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



11. Пироги с морковью

Цветы сказали правду: к вечеру зашумел проливной дождь. Дождик шёл всю ночь, и утро наступило пасмурное. Сено разваливать было нельзя.

Тётка Анна была рада отдохнуть от покоса. Она стряпала, месила тесто, прибиралась в избе и так чистила и скребла, будто год не была дома.

Гришутка сидел на лавке, ждал, когда поспеют пироги.

– А царство-государство знаешь как называется? – неожиданно спросил он у матери.

Тётка Анна удивилась:

– Какое царство?

– А такое. Знаешь как? Зелёные Горки. Мы с Аниской ходили смотреть.

Тётка Анна поглядела на Аниску:

– Ты что ж – заскучала, что ли?

Аниска покраснела, опустила голову.

– Скоро соскучилась, – недовольно сказала тётка Анна. – Эва какую даль парня по жаре таскала!

Наступило молчание. Только горшки и кринки побрякивали в руках тётки Анны.

– Дождик на улице-то… – наконец пробормотала Аниска.

– Ну, а что из этого?

– Покосу-то нету…

– Домой, что ли, сбегать хочется? Ну что ж, иди. Вот возьми пирог да ступай. Но смотри, завтра обратно!

Аниска торопливо повязала платок.

Тётка Анна достала из печки пироги, выбрала один с пригаринкой и положила на стол.

– На вот. Только и глядит, как бы домой… И куда идёт, когда дождик вот-вот опять брызнет!

Аниска взяла пирог. Но уходить медлила. Она глядела в окно, как бы стараясь понять – брызнет сейчас дождь или нет?

Тётка Анна вышла зачем-то в чулан. Тут Аниска бросилась к противню, схватила ещё два пирога и сунула их под фартук.

– Прощайте, – крикнула она с крыльца, – я пошла!

Гришутка высунулся в окно:

– Ты куда?

Аниска махнула рукой:

– В Зелёные Горки!

– И я! – завизжал и завопил Гришутка. – И я с тобой! И я хочу!

Но Аниска, шлёпая пятками по сырой тропинке, уже мчалась усадьбами. Аниске хотелось превратиться в жеребёнка, тогда бы она эти пять километров проскакала вприпрыжку и ни разу не отдохнула бы. Или сделаться бы птицей – это ещё лучше! Прямо над лесами, над полями, над оврагами… Бросили же гуси-лебеди девушке по пёрышку, и вот сделалась же она птицей!

Аниска посмотрела на небо. Ни одной птицы не было видно под светло-серыми облаками, даже певучий жаворонок спрятался куда-то, испугался дождя.

Идти было неспособно, ноги скользили по сырым тропинкам. Спускаясь с бугра за рощей, Аниска два раза упала, а потом замывала платье в ручье. Воздух был влажный и тёплый, от земли поднимался пар, сквозь облака мягко просеивалось солнце, над сладкоцветущим клевером гудели шмели… Озарённый, счастливый день раскрывался перед Аниской.

Чем ближе к Зелёным Горкам, тем приветливей становилась дорога. Вот и река с узкими и шаткими лавами. Здесь под лавами они купаются в жару. А вон там уже видны капустные огороды, которые они пололи… Как давно это было!

Аниска торопливо поднялась сквозь кусты на горку – вот и деревня!

Мать встретила её немножко удивлённо.

– Ты что? Разве там покос кончился?

– Нет, – сказала Аниска, – только ведь дождик же… А завтра обратно пойду. Вот тётка Анна пирог дала.

– Только один? – спросила Лиза.

Аниска не ответила.

– Ох, глупая, – улыбнулась мать, – неужели без дому и недели прожить нельзя? Ну садись, поешь.

– А потом Никольку бери… – добавила Лиза.

У Лизы моментально создался план – сейчас она сдаст Никольку, а сама к Верке, а с Веркой за ягодами…

Но, оглянувшись через минуту, Лиза увидела, что Аниски уже нет в избе.

Аниска и Светлана сидели на крыльце у Тумановых. Светлана неожиданно для самой себя обрадовалась Аниске. Она не скучала об Аниске, но всё же ей чего-то не хватало в эти дни. Особенно на работе. Танюшка прямо засмеяла её – то она грабли не так держит, то подгребает не чисто… А Катя тоже: «Что, некому за тебя поработать?» Ехидная такая!

– Ты не уходи больше, – сказала Светлана.

Но Аниска покачала опущенной головой:

– Мать велит. А то тётка Анна рассердится…

– Как хорошо – кругом пасмурно! – улыбнулась Светлана, поглядев на небо. – Может, и завтра покосу не будет. Только за ягодами сыро…

– Скоро малина поспеет, – сказала Аниска, – вот я тебя поведу… Ведро набрать можно!

– Ведро?!

Светлана с радости даже обняла Аниску.

Аниска, улыбаясь, развернула свой фартук.

– А я тебе гостинца принесла!

И подала ей два толстых ржаных пирога.

– Ой, куда мне столько? – засмеялась Светлана. – Да они же чёрные!..

Аниска омрачилась:

– А они всё-таки ничего. Они с морковью. Ты попробуй!

Светлана попробовала и сморщила свой защипнутый носик.

– Так себе… Ну-ка, а другой такой же?

У калитки неожиданно появилась Лиза. Она своими острыми мышиными глазками увидела пироги – один на коленях у Аниски, другой у Светланы в руках.

– Ага, – крикнула она, – а сказала, что тётка Анна один прислала! Ага! Скажу мамке! Тётка Анна три прислала!

– А вот и нет, – покраснев, ответила Аниска, – тётка Анна один дала!

– А эти два откуда же? Не тётка Анна дала? Нет?

– Нет.

– А кто же?

– Никто.

– Значит, сама взяла, да?

Аниска замолчала и покраснела ещё больше.

– Утащила, значит?

Аниска испуганно взглянула на Светлану.

Светлана опустила руку с пирогом и перестала жевать.

– Эх, ты, и не стыдно! – сказала Лиза. – Вот Косуля! Сейчас пойду скажу мамке, что пироги таскаешь!

И убежала.

Светлана обиженно поджала губы.

– Что ж ты мне… какие пироги приносишь? На вот, возьми, пожалуйста.

Она положила пирог Аниске на колени и встала. Во двор вошла Катя.

– Аниска пришла? Больше не уйдёшь?

Аниска не ответила и не подняла глаз. Катя поглядела на одну, поглядела на другую.

– Поругались, да? Всё, как петухи.

– Ничего не поругались, – оттопырив маленькие губы, ответила Светлана, – а просто я с ней больше не вожусь…

– А почему же?

– А потому же. Сами потом скажете, что я с жульницей вожусь.

– Аниска, – сказала Катя, – а ты разве жульница?

– Да, – сказала Аниска и ещё ниже опустила голову.

Катя удивлённо посмотрела на неё:

– Как это?

– А так, – подхватила Светлана, – у тётки пироги утащила.

Катя немножко помедлила, подумала. И вдруг рассердилась и всё её ленивое спокойствие исчезло.

– Она же для тебя принесла! А если бы не ты, то и не взяла бы их никогда! А уж ты скорей «жульница»! Тоже слово какое нашла! Да я бы на Анискином месте и водиться-то с тобой ни одного дня не стала бы, даже ни одной минуточки!

Катя круто повернулась и пошла прочь. Светлана вскочила и побежала за ней – она вовсе не хотела ссориться с Катей. Аниска глядела им вслед, не трогаясь с места.

Возле пруда, в большой тёплой луже Танюшка, Верка и белобрысый Прошка делали мельницу. Катя и Светлана вошли в лужу. Танюшка и Верка поднялись им навстречу. И Прошка присунулся. Стоят всей кучкой, говорят что-то и поглядывают в Анискину сторону.

Аниска медленно завернула в фартук пироги с морковью, встала и, не оглядываясь, пошла домой. Ей хотелось спрятаться где-нибудь на задворках, лечь, закрыть глаза и забыть всё так, чтоб совсем отняло память.

Мать увидела её в окно.

– Что это Лиза про пироги говорит? – закричала было она. Но поглядела в туманные Анискины глаза и сразу сбавила голос. – Ты что? Ай, заболела? Ступай-ка на печку, прогрейся хорошенько!

Аниска молча положила на лавку надкусанные пироги и залезла на печку. Она долго смотрела в потолок. Мать расспрашивала про тётку Анну, про Гришутку, про харчи. Аниска отвечала односложно, думая о своём. Потом вдруг заплакала.

– Ты о чём? – встревожилась мать. – Тётка Анна обижает, что ли?

– Нет.

– А чего ж тогда?

– Я ведь не украла пироги-то… Я взяла просто – их ведь там было много…

– Ах, вон что! Ну, а зачем взяла-то, разве тебе их не дали?

– Нужно мне было.

– Попросить надо. Кто ж так-то берёт? Разве можно?

– Да она не дала бы.

– А может, и дала бы. А раз не дала – самой брать нельзя! Хоть бы и не для себя…

Аниска, наклонясь с печки, поглядела на мать:

– Мамка… А тебе кто сказал, что я не для себя?

– Ну, кто сказал – сама вижу. Подружке небось принесла. А ей-то наши пироги не больно нужны! Глупая ты у меня, Аниска! Трудно тебе будет на свете жить. Э-эх! Сердце у тебя всё наружу – кто захочет, тот и поранит. – И тут же прервала себя: – Ну, не в этом дело. Нужны или не нужны ей пироги, а без спросу брать ничего нельзя. Придёшь к тётке Анне – скажи, что взяла. А ругаться будет – ну что ж, терпи. За дело. Вперёд умнее будешь. Скажи непременно, слышишь?

Аниска ответила со вздохом:

– Скажу.

Теплота приятно размаривала и нежила. Но лишь только Аниска начинала дремать – воспоминание о том, что случилось, как булавкой кололо в сердце. И она снова открывала глаза.

«Жульница!»


10.  Царство-государство | Гуси-лебеди | 12.  Куда плывут облака