home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 58

Вторник, 13 часов 10 минут, Оперативный центр

Когда Худ вошел в кабинет руководителя отдела компьютерной поддержки операций, Матт Столл заканчивал работу. Его круглое лицо расплылось в широкой улыбке, в глазах светился триумф.

– Пол, это просто гений, самый настоящий гений, – сказал Столл. – Чтобы защитить поступающее программное обеспечение от заражения, я установил все мыслимые и немыслимые системы диагностики, проверки и перепроверки, и тем не менее он меня обманул.

– Кто и каким образом?

– Кто-то из Южной Кореи. Или во всяком случае тот, кто имеет доступ к их программному обеспечению. Вот он, на дискете SK-17.

Худ подался к экрану, наблюдая за быстро меняющимися цифрами и буквами.

– Что это такое?

– Всякое дерьмо, которое было заброшено в нашу компьютерную сеть из одной-единственной дискеты. Вот этой. Я ее очищаю – я приказал компьютеру читать исходную программу и принимать ее целиком.

– Но как это туда попало?

– Фальшивая программа была спрятана вот в этой самой обычной дискете, а с нее переведена в нашу компьютерную сеть. Сейчас я вывожу ее на чистую воду – я сказал компьютеру, чтобы он прочел основную программу и представил ее во всей красе.

– Но как она туда попала?

– Она была скрыта в обычной исправленной версии данных о личном составе. Соответствующий файл может быть очень тощим или очень объемным, и никому никогда не пришло бы в голову его проверять. Не то что, например, файл о наших агентах на Маскаренских островах. Если бы тот вдруг разбух до размеров дефицита государственного бюджета, то вы бы сразу заметили.

– Итак, вирус спрятан в этом файле...

– Правильно. И он был задуман так, чтобы в заданный момент включить в нашу сеть новую спутниковую программу. Такую, которая просмотрела бы нашу библиотеку, нейтрализовала поступающие фотографии и создала фальшивые изображения, какие и хотели показать нам саботажники.

– А как вирус попал в сеть Национального бюро аэрофотосъемки?

– Вирус атаковал линию телефонной связи между нашими агентствами. Линия застрахована от проникновения извне.., но не изнутри. Надо подумать, как ее усовершенствовать.

– Но все же одного я не понимаю – каким образом вирус вдруг заработал?

И без того широкая улыбка Столла стала еще шире.

– В этом вся суть гениальной догадки саботажников. Смотрите. Столл осторожно, почти благоговейно извлек дискету из дисковода и вставил ее в портативный компьютер. На экране появился вводный текст, и Столл показал на него. – Дискета номер семнадцать из Южной Кореи, записана таким-то, проверена такой-то, одобрена таким-то генералом и прислана военным курьером пять недель назад. Это вам о чем-нибудь говорит?

– Нет. Читайте нижнюю строку.

Худ перевел взгляд на нижнюю часть экрана. Ему пришлось немного наклониться, чтобы разобрать мелкий шрифт.

– Копирайт 1988, «Ангирас софтвэр». Что в этом необычного?

– Все правительственные агентства создают собственное программное обеспечение. Конечно, это не «WordPerfect», где есть на что заявлять авторское право. Но иногда в нашу сеть попадают программы с копирайтом-указанием о защите авторского права, поэтому я сделал так, что наши компьютеры не обращают внимания на такие указания.

Худ начал понимать.

– И эта строка включала вирус?

– Нет. Она спровоцировала отключение компьютеров, что позволило вирусу незаметно прокрасться в систему. Помните дату – 1988? Разумеется, это означает год, с которого начинается срок защиты авторского права, но одновременно это и часы. Точнее, в дате заключена крохотная программка, которая цепляется за наши часы и отключает их. Ровно на девятнадцать и восемь десятых секунды. Худ кивнул.

– Вы отлично потрудились, Матт.

– Но чувствую я себя прескверно, Пол. Ведь подобные указания об авторском праве мы видим каждый день и не обращаем на них никакого внимания. Во всяком случае я никогда не обращал внимания, а в Южной Корее кто-то этим воспользовался.

– Кто бы это мог быть?

– На этот вопрос ответить нелегко. Но тут нам может помочь сама дата. Одним из самых нашумевших событий 1988 года была схватка полиции с радикально настроенными студентами, требовавшими немедленного объединения двух корейских государств. Правительство подавило выступления студентов, подавило жестоко. Возможно, кто-то из сторонников или противников объединения выбрал эту дату как символическую. Примерно так же, как из гипертрофированного чувства тщеславия Ридлер всегда оставлял явные улики для Бэтмена[4].

Худ улыбнулся.

– На вашем месте я бы не упоминал в официальном отчете о Бэтмене. Но в любом случае у нас появился лишний козырь, который поможет нам убедить президента, что за всеми этими преступлениями стоит какая-то группировка из Южной Кореи.

– Вот именно.

– Вы блестяще справились с задачей, Матт. Перенесите титульную страницу программы на мой компьютер. Посмотрим, что теперь скажет Лоренс.

– Мы можем быть уверены, что это не плод трудов какого-нибудь северокорейского агента в Южной Корее? – спросил Берков.

– Нет, господин президент, в принципе такую возможность исключить нельзя, – ответил Худ. Президент и его помощник изучали только что поступивший документ, и Худ разговаривал с ними по телефону. – Но зачем северокорейским лидерам устраивать эту возню с нашими спутниками и делать вид, будто они готовятся к войне? Они могли бы без лишних хлопот просто передислоцировать войска ближе к границе.

– Например, для того, чтобы в глазах мирового общественного мнения агрессорами выглядели мы, – предположил Берков.

– Нет, Стив, в этом Пол прав. Вся эта возня не похожа на работу правительственных организаций. Лидеры КНДР не настолько ловки и дальновидны. Очевидно, мы имеем дело с какой-то группировкой, которая с равной вероятностью может быть как северокорейской, так и южнокорейской.

– Благодарю вас, – не скрывая облегчения, сказал Худ. В этот момент загудел индикатор электронной почты. Багз ни при каких обстоятельствах не стал бы прерывать разговор директора с президентом, поэтому он переслал сообщение непосредственно на экран монитора, минуя компьютерную сеть, и президент не мог его видеть. Худ прочел короткое сообщение, и у него на лбу выступил холодный пот.

От Директора КЦРУ. Ким Хван тяжело ранен ножом наемным убийцей. Находится в реанимационном отделении. Шпионка КНДР сбежала. Убийца мертв. В настоящее время проводится опознание.

Худ спрятал лицо в ладонях. Оказывается, вот он какой руководитель Группы по разрешению корейского кризиса. Он знает все, что произошло после террористического акта, понимает, что кто-то или какая-то группировка очень хочет войны, и понятия не имеет, кто же ответствен за это преступление. Почему-то именно в этот момент Худ понял, откуда у Орландо взялась его обычная бесцеремонность в общении с родственниками больных. Было бы не правильно обвинять его в невнимательности к пациентам, просто его выводил из себя враг, против которого он был бессилен.

Худ попросил Багза следить за развитием событий, ознакомить с сообщением КЦРУ Херберта и Маккаски, поблагодарить директора Юнг-Хуна и обратиться к нему с просьбой немедленно сообщать в Оперативный центр все, что станет известно о состоянии Хвана и о личности убийцы.

– ..но, как я уже говорил вам, Пол, – продолжал президент, – начальные стадии кризиса миновали. Теперь неважно, кто был его инициатором, главное в том, что мы находимся в разгаре конфронтации.

Худ заставил себя переключить внимание на телефонный разговор.

– Мне кажется, здесь не может быть вопросов, – сказал Берков. – Честно говоря, в наших рекомендациях вооруженным силам я бы остановился на сценарии предупреждающего удара. Пол, вы, разумеется, полагаете...

– Ну конечно, черт побери! Боже мой, ведь этот сценарий Министерства обороны запустит в ход всю огромную военную машину! Судя по нашим данным, Северная Корея уже ждет очередную «Бурю в пустыне», разве только чуть растянутую во времени. Продвигающаяся на север полумиллионная армия, удары с воздуха по центрам связи, по коммуникациям, град ракет на каждую взлетно-посадочную полосу и военную базу – разумеется, Стив, это сработает. Наши потери составят, ну, самое большее, три тысячи человек. Действительно, зачем пытаться решить проблему мирным путем, если можно потерять тысячи солдат и победить страну, которая ляжет тяжким финансовым и экономическим бременем на южную часть полуострова на ближайшие сорок – пятьдесят лет?

– Достаточно об этом, – прервал Худа президент. – В свете новых данных я дам указания послу прозондировать возможность решения кризиса по дипломатическим каналам.

– Прозондировать возможность? – едва не взорвался Худ. На его столе зазвонил телефон обычной связи. Худ бросил взгляд на экранчик – звонили из больницы.

– Господин президент, я должен ответить на этот звонок. Вы разрешите?

– Да, Пол. Я обязательно доберусь до того, кто пропустил эту фальшивую программу.

– Разумеется, господин президент. Только тогда вам придется начать с меня.

Сукин ты сын, думал Худ, положив трубку телефона правительственной связи. Одни широкие жесты. Вас я благословляю, вас – выгоняю, мы начинаем войну, я добился мира. Завел бы он себе какое-нибудь хобби, размышлял Худ. Если человек занимается одним и тем же все двадцать четыре часа в сутки, он непременно утрачивает чувство меры, ощущение реальности.

Худ снял трубку телефона обычной связи.

– Шарон... Как Александр?

– Намного лучше, – ответила Шарон. – Словно плотину прорвало: неожиданно он глубоко вздохнул, а хрипы прекратились. Врач говорит, что его легкие работают теперь на двадцать процентов лучше... Пол, он поправится.

Впервые за весь этот долгий день голос Шарон был спокоен. Пол услышал знакомые нотки и вздохнул с облегчением.

В дверях кабинета Худа остановились Даррелл Маккаски и Боб Херберт. Худ жестом пригласил их войти.

– Шар, я люблю и тебя и Александра.

– Я знаю. Ты занят.

– Ты права, – признался Худ. – К сожалению.

– Тебе не о чем сожалеть. Сегодня ты все делал правильно. Я сказала тебе спасибо за то, что ты забежал к нам?

– Кажется, да.

– Если не сказала, то говорю сейчас. Я люблю тебя.

– Поцелуй Алекса.

Голос Шарон умолк, и Худ осторожно опустил трубку на рычаги.

– Мой сын поправляется, и жена на меня не сердится, – объяснил он, переводя взгляд с Херберта на Маккаски. – Если у вас плохие новости, то сейчас самое время заняться ими.

Маккаски сделал шаг вперед.

– Помните Джуди Марголин, того офицера разведки, которая погибла в воздухе над Северной Кореей? Оказывается, на одном из последних снимков она успела сфотографировать приближающиеся МиГи.

– И эти сведения просочились в прессу?

– Хуже, – ответил Маккаски. – Пентагоновские специалисты умудрились прочесть номер на самолете, а потом проверили все аэрофотоснимки, чтобы узнать, откуда он вылетел.

– Боже, не может...

– Может, – сказал Херберт. – Президент только что приказал военной авиации наказать северокорейского пилота.


Глава 57 Среда, 02 часа 55 минут, Сеул | Оперативный центр | Глава 59 Среда, 03 часа 30 минут, Саривон