home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 20

Самолет

Увидев дом, Кел Декстер не мог не оценить неисповедимости путей господних. В прекрасном доме в округе Уэстчестер жил не бывший джи-ай, выучившийся на адвоката, а костлявый подросток из Бедфорд-Стуивент. За тринадцать лет Вашингтон Ли добился многого.

Когда он открыл дверь воскресным утром в конце июля, Декстер сразу заметил, что зубы Ли стали белыми и ровными, то есть он потратил немало денег на дантистов, крючковатый нос выровнялся, а торчащие во все стороны вьющиеся волосы уступили место аккуратной прическе. Собственно, по-иному и не мог выглядеть тридцатидвухлетний бизнесмен с женой и двумя детьми, красивым, уютным домом и небольшой, но процветающей консультационной фирмой.

Декстер потерял все, что у него когда-то было. Вашингтон Ли приобрел то, о чем и мечтать не мог. Отыскав его след, Декстер позвонил, прежде чем заехать.

– Заходи, адвокат, – экс-хакер отступил в сторону.

Через дом прошли во двор, уселись в парусиновые кресла на лужайке, каждый со стаканом содовой в руке. Декстер протянул Ли рекламный буклет. На обложке самолет бизнес-класса с двумя реактивными двигателями летел над синим морем.

– Тут общая информация. Мне нужно найти конкретный самолет этой модели. Я хочу знать, кто его купил, когда, кому он принадлежит сейчас, а главное, где проживает этот человек.

– И ты думаешь, они не хотят, чтобы ты это узнал?

– Если владелец живет открыто и под собственным именем, я ошибся. Вышел не на того человека. Если я прав, он забился в глубокую нору, у него другое имя, его охраняют вооруженные люди и мощные рубежи электронной защиты.

– И именно за эти рубежи ты хочешь заглянуть.

– Да.

– За тринадцать лет они укрепились, – заметил Ли. – Черт, я сам содействовал их укреплению, своими программами. И законодатели их укрепили, со своей стороны. Ты хочешь, чтобы я взломал базу данных. Скорее всего, не одну. Это противозаконно.

– Я знаю.

Вашингтон Ли огляделся. Две девочки радостно визжали, купаясь в пластиковом бассейне, установленном на другом краю лужайки. Его жена Кора крутилась на кухне: готовила ленч.

– Тринадцать лет тому назад мне светил долгий тюремный срок. – Он тяжело вздохнул. – Потом я вышел бы на свободу и вернулся в гетто, чтобы бесцельно сидеть на ступеньках крыльца. Вместо этого я получил шанс на лучшую жизнь. Четыре года в банке, девять – сам себе хозяин, создатель лучших охранных систем в Соединенных Штатах, и это не пустая похвальба. Теперь пришла пора заплатить по счетам. Твое право, адвокат. Что нужно сделать?

Прежде всего они занялись буклетом. Английская компания «Хокер» строила боевые самолеты, участвовавшие в Первой мировой войне. Именно на «Хокере Харрикейн» летал Стивен Эдмонд в 1940 году. Последним боевым самолетом компании стал многоцелевой истребитель-бомбардировщик «Харриер». К семидесятым годам расходы на разработку, создание и доведение до серийной готовности новых моделей боевых самолетов стали столь высокими, что маленькие компании в одиночку просто не могли их потянуть. Только американские гиганты могли позволить себе такое, но даже они пошли по пути слияний. Компания «Хокер» переключилась на гражданскую авиацию.

К девяностым годам практически все английские авиастроительные компании собрались под крышу «Бритиш аэроспейс» или БАЕ. Когда совет директоров решил провести реорганизацию корпорации, подразделение «Хокер» продали «Рейтион корпорейшн», штаб-квартира которой находилась в городе Вичита, штат Канзас. Новые хозяева оставили в Лондоне небольшой офис продаж и центр технического обслуживания в Честере.

За свои доллары «Рейтион» получила весьма популярную модель двухмоторного реактивного самолета бизнес-класса малой дальности «HS-125», «Хокер-800» средней дальности и «Хокер-1000», дальность полета которого составляла 3000 миль.

Проведенные Декстером исследования открытой информации показали, что модель «Хокер-1000» сняли с производства в 1996 году, поэтому, если Зоран Зилич имел такой самолет, купить его он мог только у прежнего владельца. Далее, компания изготовила только пятьдесят два «Хокера-1000», и тридцать из них принадлежали американским чартерным компаниям.

Он искал один из двадцати двух оставшихся самолетов, причем тот, что сменил владельца в последние два, может, три года. Дилеров, которые занимались перепродажей таких дорогих самолетов, можно было пересчитать по пальцам, и практически не вызывало сомнений, что накануне смены владельца самолет прошел предпродажную комплексную техническую проверку, то есть побывал в сервисном центре «Рейтион Хокер». Вполне возможно, что и сама продажа шла через этот центр.

– Есть что-нибудь еще? – спросил Ли.

– Регистрационный номер P4-ZEM. Крупнейшие международные регистраторы самолетов гражданской авиации таких номеров не дают. Этот зарегистрирован на крошечном острове Аруба.

– Никогда о нем не слышал, – признал Ли.

– Входил в состав Антильских островов, колонии Голландии, вместе с Кюрасао и Бонайре. Эти два остались под Голландией. Аруба отделился в 1996 году. Стал суверенным государством. Там можно открыть секретный банковский счет, зарегистрировать компанию. Для международных регулирующих организаций, которые борются с коррупцией и отмыванием денег, такие государства что кость в горле, но для островка, на котором нет природных ресурсов, это устойчивый источник дохода. На Арубе есть крохотный нефтеперегонный завод. А в остальном остров живет туризмом. Там роскошные кораллы. Да, еще они выпускают яркие марки. Я догадываюсь, что мой клиент сменил там старый регистрационный номер на новый.

– То есть в «Рейтионе» не будет сведений о P4-ZEM?

– Я в этом убежден. А кроме того, они не сообщают никакой информации о клиентах. Никому и никогда.

– С этим мы разберемся, – пробормотал Вашингтон Ли.

За тринадцать лет компьютерный гений многому научился, частично потому, что многое изобрел. И, размышляя о первом противозаконном деянии, которое он собирался совершить, он дал зарок, что никто не сможет взять след, который приведет к дому в Уэстчестере.

– В средствах ты не стеснен? – спросил он.

– Нет. А что?

– Я хочу арендовать «Уиннибейго».[42] Мне нужен надежный источник энергии, чтобы выйти в сеть и связаться с кем надо, а потом оборвать связь и быстро смыться. Второе, мне нужен самый лучший компьютер, который только можно купить за деньги, а после завершения операции придется утопить его в одной из больших рек.

– Нет проблем. На кого ты собираешься наброситься?

– На всех. Начну, наверное, с регистрационного сервера правительства Арубы. Там должны знать, как назывался «Хокер», когда им в последний раз занимались в сервисном центре «Рейтиона». Далее, «Зета корпорейшн» в регистре компаний Бермудских островов. Головной офис, адрес для связи, денежные трансферы. И многое другое. И, наконец, где-то хранятся полетные планы. Должно быть, придется связываться с этим эмиратом… как ты его называл?

– Рас-эль-Хайма.

– Вот-вот. Рас-эль-Как-его-там. Самолет ведь откуда-то прилетел.

– Из Каира. Он прилетел из Каира.

– Значит, полетный план находится в архиве Каирского центра управления полетами. Архив, само собой, компьютизирован. Нужно будет нанести визит. Хорошая новость заключается в том, что едва ли у них высокий уровень защиты.

– Тебе придется лететь в Каир? – спросил Декстер.

Вашингтон Ли вытаращился на него, как на сумасшедшего.

– Лететь в Каир? А что я забыл в Каире?

– Ты же сказал, «нанести визит».

– Я говорил про киберпространство. Я смогу навестить банк данных в Каире с площадки отдыха в Вермонте. Послушай, я думаю, тебе надо ехать домой и ждать новостей. Это не твой мир, адвокат.


Вашингтон Ли арендовал дом на колесах и купил мощный настольный компьютер вместе с необходимым программным обеспечением. За все платил наличными, не обращая внимания на вскинутые брови, но при подписании договора на аренду «Уиннибейго» понадобилось его водительское удостоверение. Однако дома на колесах далеко не всегда брали в аренду с тем, чтобы хакер мог взломать пару-тройку баз данных.

Проще всего оказалось попасть в банк памяти арубского регистратора, который находился в Майами. Вместо того чтобы ждать уикенда, чтобы о несанкционированном доступе стало известно лишь в понедельник утром, Ли вломился в сервер в разгар рабочего дня, когда приходило много запросов и его просто затерялся среди остальных.

«Хокер-1000» с регистрационным номером P4-ZEM ранее летал под номером VP-BGG. Сие означало, что регистрацию он проходил в Англии.

Вашингтон Ли использовал систему, позволяющую скрыть как сам компьютер, так и место, где он находился. Называлась она PGP, по первым буквам словосочетания «Pretty Good Privacy»,[43] и давала столь хорошие результаты, что ее признали незаконной и запретили. Ли пользовался двумя ключами, общим и личным. Ему приходилось посылать частный ключ, потому что он мог только шифровать: ответы приходили на личный ключ, потому что он только расшифровывал. Преимущество этого метода состояло в том, что значительно усложнялась задача тех, кто попытался бы его засечь. И Вашингтон Ли полагал, что короткие сеансы связи и мобильность, обеспечиваемая «Уиннибейго», делали его неуловимым.

Вторым рубежом обороны стали Интернет-кафе в городах, через которые он проезжал: с Декстером он связывался только через них.

Архив Каирского центра управления полетами позволил выяснить, что «Хокер-1000» с регистрационным номером P4-ZEM приземлялся только для дозаправки и всегда прилетал с Азорских островов.

Одного взгляда на карту хватало, чтобы понять, что маршрут, конечной точкой которого являлся эмират Рас-эль-Хайма, а промежуточными – Каир и расположенные в Атлантическом океане Азорские острова, начинался где-то в Карибском море или в Южной Америке. Доказательств тому еще не было, но вывод представлялся очень логичным.

С полосы дороги, предназначенной для длительной стоянки грузовых автомобилей в Северной Каролине, Вашингтон Ли убедил базу данных Азорского центра управления полетами признать, что P4-ZEM всякий раз прилетал с запада, но приземлялся на частном аэродроме, принадлежащем «Зета корпорейшн», то есть узнать, откуда он прибывал, не представлялось возможным.

На Бермуде[44] применяются мощные защитные системы, оберегающие секретность банковских счетов и корпоративную конфиденциальность. Клиенты готовы платить хорошие деньги за то, чтобы хранящаяся в базах данных информация не попала в чужие руки, и тамошние банки и регистраторы гордятся тем, что им удается не допускать утечки информации.

Но база данных в Гамильтоне не устояла перед «Троянским конем», запущенным в нее Вашингтоном Ли, и призналась, что «Зета корпорейшн» действительно зарегистрирована на островах. Но указанные в документах три директора были местными жителями с безупречной репутацией. Ни Зоран Зилич, ни кто-то другой с сербской фамилией в учредительных документах не фигурировали.


В Нью-Йорке Кел Декстер, получив от Вашингтона Ли информацию о том, что «Хокер», скорее всего, базируется в регионе Карибского моря, связался с пилотом чартерных рейсов, своим давнишним подзащитным: пассажир, которого вывернуло наизнанку во время полета, подал на него в суд на том основании, что пилоту следовало подниматься в воздух, дождавшись более спокойной погоды.

– Попробуйте связаться с ЛИРами, – предложил пилот. – Это Летные информационные регистры. Обычно там знают о базирующихся в их регионах самолетах.

ЛИР южного сектора Карибского бассейна находился в Каракасе, столице Венесуэлы, и оттуда пришло подтверждение, что «Хокер-1000» с регистрационным номером P4-ZEM базируется у них. На мгновение Декстер подумал, что зря тратит время на взломы всех этих охранных систем. Решение-то лежало на поверхности. Запрашивай местный ЛИР и получай ответ.

– Ему совсем не обязательно там быть, – развеял его надежды пилот чартерных рейсов. – Речь лишь о том, что он туда приписан.

– Не понял.

– Все очень просто, – продолжил пилот. – Допустим, на корме яхты красуется надпись «Уилмингтон, штат Делавэр», потому что Уилмингтон – порт ее приписки. Но она может возить туристов на Багамских островах. Вот и ангар для этого «Хокера» может стоять в сотнях миль от Каракаса.

Вашингтон Ли предложил зайти с другой стороны и проинструктировал Декстера, что нужно сделать. Через два дня Ли добрался до города Уичита, штат Канзас. Позвонил Декстеру, как только завершил всю необходимую подготовку.

Вице-президент по продажам снял трубку в своем кабинете на пятом этаже. Звонили из Нью-Йорка.

– Я звоню по поручению «Зета корпорейшн», зарегистрированной на Бермуде, – произнес незнакомый голос. – Вы помните, что не так уж и давно продали нам «Хокер-1000» с регистрационным номером VP-BGG, который раньше принадлежал англичанам? Я – новый пилот.

– Разумеется, помню, сэр. И с кем я говорю?

– Только мистеру Зиличу не нравится салон, и он хочет его переделать. Можете вы порекомендовать компанию, которая за это возьмется?

– Мы можем это сделать сами, мистер… э…

– И он бы хотел, чтобы одновременно перебрали двигатели.

Вице-президент выпрямился в кресле. Он очень хорошо помнил эту сделку. Двигатели прошли предпродажную подготовку и получили гарантию на два года. Если только новый владелец все это время не держал самолет в воздухе, никакая переборка двигателям не требовалась еще как минимум год.

– Могу я узнать, с кем я все-таки говорю? Я не думаю, что двигателям нужна переборка.

Из голоса на другом конце провода как-то сразу исчезла уверенность.

– Правда? Странно. Тогда извините. Наверное, я имел в виду другой самолет.

И в трубке раздались гудки отбоя. Этот звонок сильно разволновал вице-президента по продажам. Он никому и никогда не говорил, что проданный «Хокер-1000» раньше принадлежал английской фирме «Автекс» из Биггин-Хилл, в Кенте. Поэтому решил попросить службу безопасности выяснить, откуда звонили и кто.

Он, разумеется, опоздал, потому что мобильник с разовой СИМ-картой уже лежал на дне Ист-Ривер. Пока же он вспомнил пилота из «Зета корпорейшн», который приезжал в Уичиту, чтобы перегнать «Хокер» новому владельцу.

Очень приятного югослава, бывшего полковника ВВС своей страны с сертификатом Федерального управления гражданской авиации об окончании американской летной школы и с разрешением садиться за штурвал «Хокера». Он сверился со своими записями: Светомир Степанович. Имелся и адрес электронной почты.

Он составил короткое письмо, чтобы предупредить пилота «Хокера» о странном междугороднем звонке, и отправил его. Припарковавшись за рощей, неподалеку от здания штаб-квартиры «Рейтион корпорейшн», Вашингтон Ли внимательно смотрел на монитор системы электромагнитного сканирования, благодаря звезды за то, что вице-президент не пользуется системой «Темпест», созданной для защиты компьютеров от такого вот сканирования. Текст письма, появившийся на мониторе, его не интересовал. В отличие от адреса.


Два дня спустя, в Нью-Йорке, вернув дом на колесах компании, сдающей их в аренду, и отправив компьютер и программное обеспечение на дно Миссури, Вашингтон Ли склонился над картой и коснулся ее острием карандаша:

– Это здесь. Республика Сан-Мартин. Примерно в пятидесяти милях на восток от Сан-Мартин-Сити. И пилот самолета – югослав. Думаю, я нашел человека, который тебе нужен, адвокат. А теперь, уж прости, у меня дом, жена, дети и бизнес, требующий моего внимания.

Мститель купил самую большую карту, какую только смог найти, и еще увеличил ее. За извилистым перешейком, соединяющим Северную и Южную Америки, со стороны Атлантического океана Южная Америка начиналась Колумбией, за ней лежала Венесуэла. К востоку от Венесуэлы располагались четыре Гвианы. Сначала бывшая Британская, ставшая Гайаной, за ней Голландская, теперь Суринам, потом Французская, с островом Дьявола, историей «Папильона» и европейским космодромом в Куру. Между Суринамом и Французской Гвианой Декстер нашел треугольник джунглей, который когда-то назывался Испанской Гвианой, а после обретения независимости стал Сан-Мартином.

Дальнейшие исследования показали, что Сан-Мартин – последняя из классических банановых республик. Правил там жестокий военный диктатор, страна бедная, изгнанная из всех международных организаций, грязная и малярийная. Именно в таком месте деньги могли обеспечить защиту и стопроцентную безопасность.


В начале августа «Пайпер Шейен-2» летел вдоль береговой линии на высоте 1250 футов, достаточно высоко, чтобы не отличаться от других самолетов, на которых богатые люди летали из Суринама во Французскую Гвиану, и достаточно низко, чтобы сделать качественные снимки.

Зафрахтованный в Джорджтауне, столице Гайаны, «Пайпер» с дальностью полета в 1200 миль как раз мог пересечь границу Французской Гвианы и вернуться обратно. Клиент, как следовало из паспорта, американский гражданин Альфред Барнс, на этот раз отрекомендовался представителем фирмы, ищущей подходящие площадки под строительство курортов. Гайанский пилот про себя подумал, что не поехал бы отдыхать в Сан-Мартин, даже если бы ему за это заплатили, но не счел нужным отказываться от этого чартерного рейса, тем более что оплачивался он наличными долларами.

Как его и просили, «Пайпер» летел над водой, чтобы пассажир, который сидел справа, в кресле второго пилота, и держал фотоаппарат наготове, мог запечатлеть на пленке интересующие его участки берега. После того как Суринам и его естественная граница, река Коммини, остались позади, они долго не видели песчаных пляжей. Джунгли и кишащую змеями коричневую воду разделяли мангровые заросли. Они пролетели мимо столицы, Сан-Мартин-Сити, застывшей в жаркой, влажной духоте.

К востоку от города появилась песчаная полоска, но ее уже занимал курорт, Ла-Байя, на котором отдыхали богатые и власть имущие Сан-Мартина, то есть диктатор и его друзья. А дальше, почти у границы республики, в десяти милях от реки Марони, за которой начиналась Французская Гвиана, они увидели Эль-Пунто.

Треугольный полуостров, по форме напоминающий акулий зуб, вдавался в море. Со стороны суши, от края до края, его защищали горы, которые пересекала единственная тропа, проложенная в единственной седловине. Но на полуострове жили.

Пилот никогда не залетал так далеко на восток, поэтому ранее полуостров представлялся ему зеленым треугольником на навигационных картах. Теперь же он увидел поместье с надежно защищенными подходами к нему. Пассажир начал фотографировать.

Декстер использовал высокоскоростной «Никон-5» с 35-миллиметровой пленкой, позволяющий делать пять снимков в секунду. Пленки хватало только на семь секунд, а просить пилота сделать круг, пока он будет перезаряжать фотоаппарат, возможности не было.

Он установил максимально высокую скорость затвора, с тем чтобы вибрация самолета не вызывала потери резкости. С чувствительностью пленки 400 ASA и широко раскрытой диафрагмой он надеялся добиться приемлемого результата.

На первом проходе он заснял особняк на оконечности полуострова, защитную стену, громадные ворота и поля, которые обрабатывали наемные работники, сараи, хлева, амбары, сетчатый забор, отделяющий поля от белых домиков, в которых, судя по всему, жили эти самые наемные работники.

Несколько человек подняли головы, и он увидел, как двое, одетые в униформу, куда-то побежали. Потом самолет миновал поместье, направляясь к Французской Гвиане. На обратном пути Декстер велел пилоту лететь над сушей, чтобы с правого сиденья вновь увидеть поместье, но теперь уже со стороны материка. Кел смотрел вниз, а охранник, оказавшийся в седловине, записал регистрационный номер пролетавшего над ним «Пайпера».

Вторую пленку Декстер использовал для того, чтобы сфотографировать взлетно-посадочную полосу у подножия гор, белые домики, мастерские и главный ангар. В этот самый момент трактор затягивал в ангар двухмоторный реактивный самолет бизнес-класса. Декстер успел бросить на хвост короткий взгляд, прежде чем тот исчез в тени, и разглядеть регистрационный номер: P4-ZEM.


Глава 19 Стычка | Мститель | Глава 21 Иезуит