home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Монино, санаторий-усадьба «Глинки». Октябрь 1935 г.

– И что мне теперь делать? – потерянно спросил Городецкий. – Дела сдавать? Да-а. Я предполагал, в общем-то, что ты кое-чего достиг, но такого – извини, братец.

– Ну, а что уже такого особенного? – пожал Гурьев плечами. – Структура – да, имеет место быть. Опорный пункт. Но – не более того. Теперь, Варяг, только теперь – начнётся настоящая работа. И только тогда, когда я с ним поговорю. Не раньше.

– Подожди. А эта женщина?

– Не надо сейчас об этой женщине, Варяг. Не надо.

– Извини. Тогда о другом. На что ты надеешься?

– На то, что мы с ним очень похожи. Только он не знает, как, и у него – слишком много таких друзей, с которыми никакие враги не требуются. Вот именно на то, что он это почувствует, я и рассчитываю. Если так – то мы должны быть во всеоружии. Но – и пути отхода тоже надо подготовить. Потому что класть голову я не собираюсь – мне есть, ради кого жить.

– Понятно.

– Это радует.

– И что? Ты думаешь, он сразу тебе поверит?

– Ну, таким дураком он вряд ли окажется. Я думаю, он меня долго будет щупать. Но у меня есть в запасе пара фокусов – их он не сможет ни обойти, ни перепрыгнуть. Поэтому, Варяг – давай браться за работу. Надо подготовить несколько самых неотложных постановлений, чтобы запустить маховик – если он всё-таки начнёт со мной играть. Когда мы его раскрутим – остановить будет невозможно. Так это работает, Сан Саныч. Вот так – и никак иначе.

– Есть, товарищ Царёв.

– И я – царёв, и ты – царёв, Варяг. И даже Сталин – и тот царёв.

– Вот откуда имечко, значит.

– Правильно. Оттуда.

– Что тебе на всё это сказать? – Городецкий потянулся за очередной папиросой. – Честное слово – ума не приложу. Получается, я тоже каким-то боком виноват в том, что ты до такого вот… докатился?

– Я долго катился, дружище, – усмехнулся Гурьев. – Очень долго.

– Я от бабушки ушёл, я от дедушки ушёл, – Городецкий зажёг папиросу, с удовольствием затянулся и выпустил дым в потолок: – Так какой же у тебя всё-таки план? Я слушаю.

– Расскажу – содним условием: ты мне поможешь. Поможешь ведь?

– А что я – нерусский?!


Всем смертям назло


* * * | Всем смертям назло | Ближняя дача Сталина. Ноябрь 1935 г.