home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 14. Дуб, орех или мочало - начинаем все сначала.

Гром разразился нежданно-негаданно. Сначала новая кошка столкнула единственные в доме часы - прямехонько в огонь. Газ у Наташи горел без передышки - ради тепла, не взирая на легкое обалдение и тяжесть в висках. Лучше угореть, чем замерзнуть - видимо, это было принято за аксиому. С утра Лизе расхотелось на работу, один день - можно, тем более она собиралась увольняться. Когда-нибудь. И в девять утра, в смраде горелой пластмассы, в сбившемся пододеяльнике, обнажившем грубое одеяло, показалось, что сегодня работать бесполезно. Даже делать вид бессмысленно. Время сгорело, какая может быть суета.

Наташа даже обрадовалась, и дитятко ее неожиданно взбодрилось, и в общем все возликовало от того, что Елизавета Юрьевна решила прогулять. Как на притчу позвонил Толик и обреченно спросил: "А Ритка вправду что ли лечилась?.." Лиза было вальяжно напомнила Анатолию, что сифилис нынче уже не в моде и в тридесятый раз она бить себя пяткой в грудь... Да, мол, лечилась. На что Толик преспокойно сообщил, что переспал с дочкой Натальи Палны, и теперь могут быть дети, да еще и с шанкром впридачу. "И что же теперь...", - страдальчески вопрошал Толик, будто Елизавета была режиссером этой драмы. "Что я скажу Палне... она же меня растопчет! А Лялька мне теперь без конца звонит... может, у нее уже появились симптомы... Да, кстати. Можно я у вас перекантуюсь денька три?..." "Спрашивай у Наташи..." "Спроси ты..."

Потом пришла Рита. Тоже с сюрпризом. Кающаяся Маргарита. Ей не удалось годичное монашество. И страшный призрак вновь посетил ее. То бишь рецидив... Какая-то укромная больничка диагноз подтвердила. Какая уж теперь работа.

У Лизы не было сил ни комментировать, ни толковать, ни утешать. У телефона теперь царствовал Толик. Он был сегодня весьма аляповат - в бархатной жилетке, в бордовых брюках и с каким-то пошлым шарфиком на шее. Можно было заподозрить, что он собрался на педерастическую вечеринку "для тех, кому за 30". Рита не уступала ему - вся в коже, с зелеными ресницами. Похоже, все приоделись, чтобы достойно встретить апокалипсис. Толик кричал, что нужно бежать из этой страны, а то врачи погубят младую жизнь. Одновременно он назойливо призывал подать в суд на риткиных докторишек, и мучился вопросом "лечиться ли от сифона уринотерапией или пустить все на самотек". Болезни, дескать, затухают, сами если не оказывать им должного внимания. Но самое неприятное заключалось в том, что Толик нашел "своего парня-медбрата", который, якобы, и мертвеца на ноги поднимет, в смысле, что вылечит. "Я с ним договорился, идем все, плата щадящая", - в голосе друга Лиза с опаской улавливала параноидальные нотки. Даже если бы Анатолий поклялся мамой в компетенции медицинского светила, Елизавета Юрьевна этой рекомендацией ни за что бы не воспользовалась. А тут еще какой-то подозрительный медбрат, который, может, и исцелит мертвеца, зато живого скорее всего сведет в могилу. Толе нельзя было доверять ни в чем

мало-мальски важном, а уж тем более в том, что касалось драгоценного бренного тельца. Это тебе не булавку к галстуку подобрать в белокаменном фирмастом магазине, когда и на метро не хватает. У Толика были экзотичные взгляды на здоровье. Здесь он находился где-то между средневековым деревенским лекарем и санитаром психушки. Почему-то любил с упоением вспоминать свою крестную, сделавшую самой себе семь абортов чайной серебряной ложечкой. "Лечение должно быть простым и лаконичным. Без мудрствований, без науки. Наука - от дьявола. Нужно дать Господу свободу выбора - исцелить естество человеческое или не исцелить. А то все эти новомодные открытия: лазеры, ультразвук, излучения, - просто мешают Богу. Иисус сказал в Вечной книге: искушает тебя рука - отруби руку"...

И Елизавета сказала: "Стоп! Верните шляпу и пальто, видал я ваши именины". Она набрала номер и с неожиданной нервной четкостью изложила последние новости. Юнис ответил: "Я перезвоню" и сразу повесил трубку. Беспокойное сердце екнуло: "Прощай, Юнис".

Он перезвонил - не успели и портвейн распечатать. "Завтра в три у первой больницы. Пусть возьмет пеленку. "Ах, да, разумеется... кого пеленать будем", - неудачно сострила Лиза. "Не пеленать, а под попу подкладывать", - вдруг разозлился Юнис. "Хорошо... хорошо", - запоздало лепетала Елизавета, но исход был ясен.

И тут она обмякла, растворилась в тупом отчаянии, которое обволокло глаза туманом, и выхода как будто быть не могло. И Лиза напряглась, желая застенчиво скрыть минор, но чем больше напрягалась, тем сильнее краснел нос и глаза наливались липкой мешаниной из ресничной краски. Рита с Анатолием встревожились, но уж лучше бы притворились слепыми, и так уже настряпали блинов комом, не первых и не последних. Впрочем, Елизавета Юрьевна и сама на этой стезе постаралась, чего уж там говорить. Господи, что ж за бред вечный, почему и пустое лукошко терять жалко?! Она вяло убеждала себя, что Юнис ей совсем не нравился, не нравились его руки, каждая, согнутая в локте, напоминала спайку двух сосисок. Не нравилась коренастая шея. Не нравился распухший рисунок губ. Но все равно хотелось простого и нечестного: чтобы он полюбил, а Лиза - необязательно. Глупая подростковая мечта, часто бьющая бумерангом по лбу: обычно Лиза оказывалась "страдающим Вертером". И на плаксивый вопль "Почему?!" ответ был прост. Потому что. Оказывалась и все. Внезапно чихала на карточный домик, перед тем, как склеить уголки. Клялась себе: "Нет-нет, ни за что не скажу... не сделаю... не заплачу!" И тут же говорила, делала и плакала.

И только теперь себя на том поймала. И в конце концов, спасибо шанкру за это. Венерической темочкой Лиза добила Юниса Халитовича. Он уже давно морщился. Лиза подлила масла в огонь. Что ж, пора открыть чистую страничку. По вселенскому разумению она всегда ценнее исписанной...

"Ребята, не пьем, лавочка закрывается, завтра к врачу", - объявила Елизавета. Невероятно, но ее послушались. "А можно мне тоже завтра с вами... к врачу", - промямлил Толик. "Можно, зайка, можно, всех вылечат..."

Лиза обреченно оперлась на подоконник. Внизу пропищал, как раненая сучка, знакомы "Жигуль". Сосед с предыдущего этажа, которого Наташа и компания вечно заливали вдали неисправной сантехники, откуда-нибудь вернулся.



Глава13. Перевоспитание чувств. | Шанкр | Глава 15. Зыбкие надежды, грешные мысли и благие намерения