home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



41

Все то же здание, все тот же длинный коридор.

Все тот же человек сидит на диване и курит. Терпкий сигаретный запах.

«Дым отечества», – подумал Антон, присаживаясь рядом и доставая «Мальборо».

– Все курите эту отраву? – поинтересовался Яковлев.

– Ничего другого тут не продают, – ответил Антон. – Но если быть честным, то мне нравится.

Шеф понимающе кивнул.

– Ну, что там у вас, Антон Яковлевич? Почему потребовалась такая срочная встреча?

Антон затянулся.

– Дело в том, Юрий Алексеевич, что сложилась довольно дурная ситуация. Кто-то последовательно и довольно прямолинейно убирает всех сколь-либо заметных лидеров подполья.

– Факты?

– Да фактов… одновременно и навалом, и вместе с тем кот наплакал.

– Я вас не понимаю, Антон Яковлевич. – Шеф выпустил струю дыма в потолок и заинтересованно посмотрел на Антона. – Как это сочетается?

– С одной стороны – цепь случайностей. С другой – откровенные бандитские налеты. С третьей стороны…

– А есть и такая?

– Да. С третьей стороны, многие из этих лидеров уже отошли от официального подполья. Убивать их не имело смысла.

– Зря вы так думаете.

– Зря?

– Да, конечно. Человек, который отошел от официального движения, скорее всего сделал это по каким-то причинам. Он может, во-первых, утащить с собой людей. Во-вторых, выдать какие-то связи, в-третьих, просто начать переть против течения. Люди есть, опыт есть, связи, опять же, есть. Такой человек опасен, как ни крути. Убивать не знаю, но на карандаш таких всегда брали. И внимательно за ними следили. А кое-кого потом случайно ледорубом… Ну, вы понимаете.

– У нас до ледорубов не дошло. Но Курта Вольке застрелили прямо перед моим приходом. Мартина Гонсалеса расстреляли какие-то безбашенные парни в серых плащах. Про Леонору вы знаете. Недавно погиб Эрнест Крепкий.

– Согласно официальной версии, он пронес в автомобиль взрывчатку.

Антон скорчил физиономию.

– Сомневаюсь. Местные полицейские не такие идиоты, чтобы проморгать взрывчатку. И вряд ли они решили взорвать себя, чтобы укокошить этого Эрнеста. Достаточно было случайной пули в перестрелке. Его убрали. И не власти, а кто-то со стороны. Да еще Рауль Ловега в коме. Сердечный приступ. Очень удачно! Все движение, получается, обезглавлено. Или это захват власти, или их просто уничтожают. Может быть… Коллеги?

Яковлев покачал головой и затушил окурок в пепельнице.

– Нет. Про коллег наших не думайте. Этим направлением занимаются другие. И пока ничего определенного сказать не могу. Ясно только, что извне вмешательства нет. Если кто-то и действует, то изнутри. Давно и плотно. Нам в данном случае все равно, разведуправление там воду мутит или кто-то другой. Нам важно найти, выяснить, откуда идет угроза.

– Угроза революции?

– Скажете тоже! – Яковлев замахал руками. – Мы не занимаемся экспортом революции, слава богу. Еще неизвестно, кстати, насколько дружественно местные марксисты будут относиться к нам. Это не Фидель! Тут совсем другие интересы. Вы ведь в курсе, что большая часть нацистов после Второй мировой осела именно тут?

– Я полагал, что в Бразилии.

– И в Бразилии тоже. Но большинство – тут. И пока мы достоверно не знаем, кто стоит за местным подпольным движением. Как вы помните из истории, фашисты тоже социалисты. Так что…

– Вы хотите сказать, что аргентинское подполье – это попытка реванша?

– Я ничего не хочу сказать. Я просто уточняю кое-какие акценты, которые вы можете упустить.

Антон немного напрягся.

– Есть что-нибудь еще, чего я не знаю?

Яковлев прищурился.

– Не обижайтесь, Антон. Мы с вами в одной лодке. Я делюсь с вами своими соображениями. Не более…

– Извините, Юрий Алексеевич.

– Да ничего, я понимаю. Возвращаясь к нашим баранам, я хочу вам сказать, что Аргентина страна уникальная. Тут может произойти что угодно. Нацисты, наши с вами коллеги из-за океана, просто бандиты… Такой котел! Вы говорили про налет на этого… Мартин…

– Гонсалес.

– Да. Что там с ним? Откуда информация про налет?

– Я там был. – Антон пожал плечами.

– Да? – Яковлев удивленно посмотрел на него и вытащил еще одну сигарету. – Ну-ну…

– Я шел по списку тех, кто так или иначе входит в Комитет, это некий договорной орган, который…

– Знаю, – отмахнулся Яковлев. – Сбор трепачей.

– Все это делалось в рамках дела Леоноры. И по плану я должен был делать это вместе с Раулем. Собственно, это его список. Но Рауль слег в больницу. Пришлось действовать в одиночку. Гонсалес попросил меня задержаться…

– Настоятельно попросил.

– Да. Хотел проверить мою связь с Ловегой. Ничего криминального. На второй день на него напали. Странная очень компания. Как мне кажется, они применили какие-то новые методы маскировки.

– То есть? Маскировки? В городе?

– Ну да. Охрана очень… Очень странно на них реагировала. Складывалось ощущение, что они не видели нападающих до самого последнего момента.

Яковлева это заявление не удивило.

– Хорошо. И что же дальше?

– Дальше все как обычно – стрельба. Гонсалесы отбивались… И мне показалось, что у Гонсалесов было больше шансов. Если бы не маскировка…

– Понимаю. Вы хотите сказать, что нападающие не профессионалы.

– Нет. Скорее… позеры.

– То есть?

– Ну, они стреляли так, как будто наслаждались собой, наслаждались возможностью убивать.

– Да, не профессионалы. – Яковлев мял в руках сигарету. – А вот когда был убит Курт Вольке… Кажется, вы сказали, незадолго до вашего прихода?

– Да. Я, как мне кажется, убийцу видел. Но нечетко. Словно бы…

– Галлюцинация?

– Нет. То есть может быть. В здании странно пахло. Я поначалу подумал, что пороховым дымом, но потом мне показалось, что запах совсем не такой.

– Я вас не понимаю.

Антон пожал плечами.

– Я не могу выразить точнее. Человек будто шел… ну, знаете, как в дурацком кино. Спецэффекты.

– И вы встретились?

– Нет, он очень ловко проскочил мимо. Я тогда не знал, что Вольке убит. Зайдя к нему в комнату, я сопоставил факты и понял, что видел убийцу.

– Как все странно выглядит, не находите?

Антон улыбнулся.

– Странностей столько, что не знаю, на что смотреть…

– Смотрите. Вольке убит за минуту до вашего прихода. Леонора гибнет, как только вы берете ее в оборот. Гонсалесы получают кровавую бойню, когда берут вас в заложники. Как все странно.

– Э-э-э… Я не совсем вас понимаю.

– Я склонен рассматривать вариант, что кто-то ведет очень тонкую игру. И желает или скомпрометировать вас, или убить… Вокруг вас крутится странная карусель. Мне кажется, вам надо подождать немного. Притормозить и не делать решительных шагов. Может быть, этот кто-то сам сделает неверный шаг.

– Но я бы хотел добраться до верхушки Марксистского актива.

– Самая крупная группировка, если не ошибаюсь.

– Так точно.

Яковлев задумался.

– Может быть… Давайте сделаем таким образом. Если вы не выйдете на Актив в течение двух дней, то сворачивайте активную работу и ждите. Я сам кое-что попробую провернуть за это время.


предыдущая глава | Не плачь по мне, Аргентина | cледующая глава