home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



38

Проспект Сан-Хуан – одна из самых больших улиц Буэнос-Айреса. Не утихающая ни днем, ни ночью транспортная артерия, разделенная широкой полосой зеленой зоны. Она пересекает весь город и ведет к морю.

Во время свержения Перона по этой улице совершила свой легендарный рывок к президентскому дворцу первая мотострелковая. Мало кто знал, что патроны у солдат были холостые, и все, что их спасло от национальной гвардии, – это скорость. Скорость и проспект Сан-Хуан.

Это единственная улица в городе, где разрешено движение свыше шестидесяти километров в час. И водители, естественно, старательно пользуются этим правилом, стараясь промчаться с ветерком по центру города. Сорок процентов аварий в год всего Буэнос-Айреса приходится именно на Сан-Хуан. Так что, помимо самой популярной, это еще и наиболее кровавая улица.

Мастер Луи, он же Луис Кортес, жил в угловом доме, на пересечении Сан-Хуана и Пасео Колон. На тринадцатом этаже. С этой высоты отлично просматривался весь проспект. Ночью улица становилась похожа на огненную реку, сверкающую и прекрасную. Мастеру Луи не мешал шум. Наоборот, в тишине он чувствовал себя неуютно. Гудки, рык сорванного глушителя, бесконечные подгазовки, шоферская ругань – все это день и ночь сопровождало Кортеса. Жизнь! Настоящая жизнь, без прикрас и отделки! Без духов, помад и ретуши. Все – настоящее.

Во время работы Кортес специально открывал окно. Запах горячего асфальта, паленой резины, сгоревшего бензина, масла щедро пропитал его квартиру. То, что это вредно для здоровья, мастера Луи не волновало. Он не намеревался жить до старости.

Он был гениальный механик, талантливый художник и посредственный поэт.

Вся квартира была заставлена холстами, ящиками с соломой, склянками, ретортами, мешками. На стене тикали часы, которые Луис сделал, когда ему было всего двадцать лет. Каждая шестеренка была выточена вручную. В Буэнос-Айресе не имелось механизма точнее, чем эти часы. После того как Кортес умрет через два года от рака легких, эти часы заберет себе его сосед и продаст на блошином рынке. Через пятнадцать лет этот механизм всплывет на одном аукционе в Европе. Вещи живут значительно дольше, чем их создатели.

Мастер Луи не страдал никакими политическими идеями. Ему было плевать на все, кроме механики. Даже живопись он ставил на второй план, иногда, впрочем, продавая наиболее удачные картины. Для поддержания штанов. Кортес рисовал всегда одно и то же: кровь и смерть. Автомобильные катастрофы. Он был кропотливым и тщательным художником. На эти картины находилось множество покупателей.

Но самый большой доход мастеру Луи приносила механика. Шестерни, молоточки, передачи, электронные блочки. Он делал маленьких уродцев и заставлял их шагать по квартире. Эта коллекция похожих на пауков тварей будет выброшена на помойку, откуда и расползется по карманам местной детворы, пугая родителей своей ненормальной активностью.

Все подпольные мастерские работали под руководством учеников мастера Луи. За ученичество тот брал огромные, по меркам смутного времени, деньги, но оно того стоило. Сам же Кортес работал над штучным товаром. Иногда не ради денег, но ради искусства.


предыдущая глава | Не плачь по мне, Аргентина | cледующая глава