home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 3

Шли дни, и Моника постепенно привыкла к жизни без Майкла. Ей все еще не хватало его общества, возможности посетовать ему на свои неудачи на службе или обсудить с ним свои насущные проблемы. Но хотя боль, причиненная ее сердцу его предательством, по-прежнему не оставляла Монику, она научилась терпеть и более не пугалась мысли, что для Майкла нет места в ее будущем.

И все же с внезапным уходом из ее жизни Майкла в ней образовалась пустота, и, оставаясь слишком долго одна, Моника становилась мрачной и раздражительной. Поэтому она решила, что нужно окружить себя людьми. Вечерами она встречалась с друзьями или посещала спортивный зал, где ее встречал любезный и внимательный инструктор Стив. Он умело выпытал у нее, где она работает и чем занимается в свободное время, если не идет в тренажерный зал. Монике было приятно, что он интересуется ее жизнью не формально, а искренне, — об этом свидетельствовали его лучистые карие глаза и добрая улыбка. Пару раз у нее возникало ощущение, что он хочет пригласить ее поужинать с ним, но не решается. Можно было бы объяснить это его застенчивостью, однако весь его мужественный облик исключал такое предположение. Стив выглядел уверенным и откровенным человеком, лишенным ложной стыдливости.

Однажды днем, после обеда, Моника поймала себя на том, что думает об этом человеке. Почему бы не расширить их отношения, пока еще ограниченные стенами спортивного зала? В конце концов, она встречалась с мужчинами, с которыми была знакома значительно менее продолжительное время, чем со Стивом. Им обоим уже ясно, что они симпатизируют друг другу. Так что ничего страшного после одного совместного ужина не случится, даже если они останутся друзьями, подумала Моника. Зато уверенности в себе и самоуважения у нее прибавится.

Не будь Стив столь дьявольски привлекателен, ей было бы проще предложить ему провести с ней вечер. Но он был, несомненно, самым красивым из всех мужчин, которых Моника знала, поэтому ей требовалось призвать на помощь всю свою смелость, чтобы решиться на такой шаг. Ведь ему достаточно было лишь улыбнуться, чтобы щеки ее стали пунцовыми, а ноги — ватными. И как бы ни легко она чувствовала себя с ним в спортивном зале, ей все еще казалось, что он для нее недостижим.

Всякий раз, когда она видела его во время занятий, она испытывала удовольствие. Тот факт, что он обратил на нее внимание, возвышал Монику в ее собственных глазах, тем более что вокруг Стива было множество других привлекательных женщин. Она решила задержаться до закрытия в зале в этот вечер и поговорить с ним. В конце концов, попытка не пытка.

Собираясь в спортзал, она тщательно причесалась и даже сделала легкий макияж. Это придало ее лицу свежести и вселило уверенность в душу. Но каково же было ее разочарование, когда, приехав на место, она узнала, что Стива там нет. Вместо него работала симпатичная юная блондинка с фальшивым загаром на лице и деланной улыбкой. На Монику она не обратила никакого внимания. В зале занимались уже знакомые ей люди — чернокожая атлетлетка, мужчина тридцати лет в спортивных шортах, на промежность которого Моника сразу же обратила внимание, и еще одна пышная женщина неопределенного возраста в смешных спортивных трусах и нелепой майке. Мужчина заметил Монику и по-дружески подмигнул ей. Она кивнула в ответ и вежливо улыбнулась, но в разговор вступать не стала, поскольку была расстроена отсутствием Стива.

Разминку Моника начала с пробежки. Включив тренажер и встав на бегущую ленту, она стала наблюдать, как работает со штангой темнокожая атлетка, чтобы позже последовать ее примеру. Заняв спустя несколько минут ее место, Моника вынуждена была снять несколько колец: вес, который выжимала ее предшественница, оказался ей не под силу. Обладая стройной фигурой, Моника всегда мечтала развить мускулатуру, но до сих пор ей это не удалось. И теперь она принялась с энтузиазмом воплощать свою мечту в реальность.

После часа упорных занятий, совершенно обессиленная, она вышла в раздевалку. В отличие от предыдущего вечера, когда раздевалка была уже пуста в этот час, сегодня здесь еще принимала душ темнокожая атлетка. К удивлению Моники, она спросила с резким латиноамериканским акцентом:

— Вы, должно быть, недавно переехали в этот район?

— Нет, я живу здесь уже давно. Вот только в тренажерный зал раньше не заглядывала, — ответила Моника с вежливой улыбкой.

— Значит, у вас от природы хорошее здоровье, — тактично сказала девушка. — Я вам завидую.

— Вы мне льстите, — сказала Моника и вошла в соседнюю душевую кабинку.

— Кстати, меня зовут Ванесса, — сказала ее собеседница.

— А меня — Моника. Рада с вами познакомиться.

— Вы не могли бы помочь мне распустить волосы? — спросила Ванесса. — У меня всегда возникает с этим проблема после душа. Они становятся совершенно непослушными.

Моника подошла к ней чересчур близко и коснулась лобком ее тугих, словно мяч, ягодиц. Ванесса будто бы не почувствовала этого случайного прикосновения, обернулась и поблагодарила Монику за помощь. Та отдала ей заколку и встала под душ. Они снова стали мыться, время от времени обмениваясь взглядами и улыбаясь. Постепенно Моника сообразила, что ее соседка намеренно затягивает с мытьем. Ванесса демонстративно тщательно намыливала свои стройные смуглые ноги, принимая при этом вызывающие позы, поглаживала свои тугие дынеобразные груди ладонями и ласкала пальцами темные соски. Моника повернулась к ней спиной и потянулась за шампунем.

— Позволь мне тебе помочь, — грудным голосом сказала темнокожая атлетка и, не дожидаясь ответа, забрала у нее флакон.

Моника остолбенела, лихорадочно соображая, что ей делать. Отказать? Но это невежливо и, возможно, неоправданно. Лучше сохранять выдержку и спокойствие, решила она, и позволить Ванессе намылить ей голову. Но ничего кроме этого!

Ванесса принялась умело втирать ароматный шампунь в ее волосы. Прикосновения ее длинных сильных пальцев были приятны Монике. Ванесса помассировала ей сначала голову, затем шею, потом плечи и лопатки. Когда она смыла пену с головы, Моника поблагодарила ее и собралась уже было покинуть кабинку, как почувствовала, что мулатка массирует ей спину.

— Довольно, благодарю вас, — вздрогнув, промолвила Моника.

— Всегда к твоим услугам, — интимным голосом ответила Ванесса и поцеловала ее в чувствительное местечко за ухом.

Моника словно приросла к месту, и Ванесса поцеловала ее в шею со словами:

— Прости, не смогла удержаться. Ты такая красивая!

От проникновенного тона, которым были произнесены эти слова, у Моники мурашки побежали по коже. Она распрямилась, и Ванесса обняла ее руками и сжала ее груди. Моника охнула. Глаза ее закрылись, а соски отвердели. Ванесса принялась легонько теребить их пальцами, прижавшись к Монике грудями и животом, целуя нежную кожу шеи и облизывая ушные раковины. Из груди Моники вырвался томный стон.

Ванесса погладила ее ладонью по спине и ягодицам и неожиданно просунула два пальца ей в промежность. Моника попыталась было вырваться, но мулатка сжала ее в объятиях так крепко, что у нее перехватило дух. Моника взглянула на смуглые пальцы, сжимающие ее белые груди, и почувствовала легкое головокружение, возможно, от того, что в душевой было слишком жарко. Она погладила Ванессу по мускулистой руке, и оказалось, что кожа ее на удивление нежная и мягкая, совершенно не такая, как у мужчин.

— Если хочешь, то я прекращу массаж, — проворковала ей на ухо Ванесса.

Охваченная противоречивыми ощущениями, Моника промолчала. Ободренная этим, Ванесса просунула два пальца ей во влагалище и стала ритмично двигать рукой. Моника охнула. Ванесса переключила свое внимание на ее клитор и принялась умело ласкать его. Торс Моники пришел в движение, всю ее промежность охватило пламя, распалившаяся плоть настойчиво требовала удовлетворения. Но рассудок все еще противился всему происходящему: ведь поначалу мулатка обещала только вымыть ей голову, в чем не было ничего дурного. Однако воля Моники ослабла настолько, что сопротивляться у нее уже не было сил. Все казалось ей фантастическим сном: и эта душевая, наполненная паром, и кафельный пол, готовый уйти у нее из под ног в любую минуту, и смуглые пальцы мулатки, терзающие ее заветный бутон. Дыхание Моники стало неровным, клитор затрепетал. Обеим женщинам стало очевидно, что отступать слишком поздно.

— Тебе ведь хорошо, не так ли? Скоро ты испытаешь оргазм! — Словно сквозь вату, раздался проникновенный голос Ванессы. — Не противься этому, глупышка. Ты ведь этого хочешь!

Моника раскрыла рот, чтобы возразить ей, но вместо слов получился лишь хриплый протяжный стон.

— Не стыдись этого, лучше расслабься и наслаждайся! — убеждала ее Ванесса.

Моника пошатнулась и, чтобы не упасть, вцепилась руками в плотные ляжки мулатки. И та стала целовать ее шею и щеки, лаская увлажнившуюся промежность более интенсивно. Моника завертела задом, издавая нервное повизгивание. Все ее тело дрожало от вожделения, усмирить которое было невозможно. Ванесса начала теребить соски, и вскоре они заныли от боли. Моника зарычала от удовольствия и, резко повернувшись, поцеловала Ванессу в губы. Прижавшись друг к другу, женщины слились в жарком поцелуе. Моника нащупала сосок мулатки — он оказался очень большим и твердым. Наклонив голову, Моника стала его сосать. Издав пронзительный крик, Ванесса схватила обеими руками ягодицы Моники и крепче прижала ее к себе.

— Ты сводишь меня с ума, — простонала она. — Ты прелесть!

Моника стала сосать ее грудь сильнее, дыхание мулатки участилось, стоны перешли в довольное повизгивание. Внезапно она чмокнула Монику в губы и, опустившись на колени, впилась ртом в клитор. Моника едва не упала на мокрый пол. Ванесса раздвинула ей ноги и стала облизывать ее половые губы, урча от удовольствия. Все поплыло у Моники перед глазами. Она шире расставила ноги и стала лихорадочно двигать торсом, ловя открытым ртом насыщенный паром теплый воздух.

Каждая клеточка ее тела искрилась, оргазм неумолимо приближался. Она вцепилась руками в голову мулатки и плотнее прижала ее к себе. Язык Ванессы творил чудеса с ее клитором, одной рукой она поглаживала ягодицы Моники, а другой — ее промежность. Слегка прикусив распускающийся бутон, она просунула во влагалище Моники палец. Моника взвизгнула и напряглась. В следующий миг оргазм потряс все ее тело, и она простонала:

— О Боже! Нет, не надо!

Ванесса впилась в клитор, словно пиявка, и начала быстро действовать рукой. Волна за волной, неописуемое блаженство окатило Монику с головы до ног, заставляя ее издавать короткие дикие крики.

Наконец обе женщины замерли, с удивлением прислушиваясь к шуму воды, льющейся на плиточный пол. Ванесса стояла на коленях, прижавшись к лобку Моники щекой и поглаживая ее ягодицы. Моника молчала, ощущая поразительную легкость и полное сексуальное удовлетворение. Вопреки ее ожиданиям она не чувствовала ни раскаяния, ни жгучего стыда. Ей было немного удивительно, как остро отреагировала она на ласки женщины, как быстро возбудилась и впала в экстаз.

— Все вышло так неожиданно, — наконец промолвила она.

Ванесса вскочила на ноги и прижала палец к ее губам.

— Молчи! — прошептала она. — Что случилось, то случилось.

Они вышли из душевой, молча вытерлись насухо полотенцем и оделись. Ванесса подхватила сумку с вещами и сказала:

— Не напрягайся, ведь нам обеим было хорошо!

— Да, верно, — смущенно пролепетала Моника.

— В другой раз не разрешай незнакомке мыть тебе голову! — Мулатка расхохоталась и ушла.

Моника встала перед зеркалом и стала сушить полотенцем волосы, глядя на свое отражение. Щеки ее пылали, вытаращенные глаза подернулись поволокой. Несомненно, ласки Ванессы ей понравились, так что жертвой сексуального насилия она себя не считала. Очевидно, мулатка ей понравилась с самого начала, только она об этом не задумывалась. Впервые она имела сексуальную связь с женщиной и не сожалела об этом. Напротив, случившееся стало своеобразной победой над собственным страхом. Так что у нее не было оснований быть собой недовольной.


* * * | Шарм одиночества | * * *