home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА 6

Ужасный вопль, повторенный дважды, слышен на всех Семи континентах; доносится он и до Некрополиса.

Испуганная Селения оборачивается, пытаясь сквозь кромешную тьму разглядеть, что за страшилище издает такие кошмарные звуки. Пронзительный визг, отразившись от скользких стен, стремительно падает в черноту колодца и вскоре смолкает. Артур, преодолев расстояние, отделявшее его от Селении, висит над головой принцессы. Разумеется, он тоже слышит загадочный рев, однако даже не предполагает, что такие звуки могут издавать его родители.

— Добро пожаловать в Некрополис! — криво усмехается принцесса.

— Что ж, неплохо для первого приветствия! — отзывается Артур, чувствуя, как лоб его покрывается холодным потом.

— Приветствие, больше напоминающее последнее напутствие! — без видимой иронии уточняет Селения. — Нам лучше держаться вместе, — добавляет она. В эту минуту, словно кольцо на кеглю, Артуру на голову сваливается Барахлюш. От неожиданности мальчик разжимает руки и падает, сшибая по дороге Селению. Некоторое время все трое летят по темному глубокому колодцу и, наконец, с шумом падают на землю. К счастью, они шлепнулись прямо в грязь, и она смягчила падение.

— Ну вот, опять ты путаешься под ногами! — недовольно ворчит Селения при виде брата, но на душе у нее становится спокойнее.

Принцесса поднимается и принимается счищать приставшую к одежде грязь.

— Прости, я не хотел падать, так получилось, — весело оправдывается Барахлюш, не в силах скрыть свою радость. Наконец-то они снова вместе!

Барахлюшу, как всегда, повезло: он свалился на своих друзей и совсем не запачкался.

Выбравшись из черной жижи, Артур тоже начинает чиститься. Неожиданно он обнаруживает, что паутинка, по которой они спускались, свернувшись, словно змея, лежит тут же в луже. Падая, кто-то попытался ухватиться за нее, и она, не выдержав натяжения, оборвалась. Селения тоже видит ее, однако на нее оборванная паутинка не производит никакого впечатления.

— Как же мы вернемся без каната? — обеспокоенно спрашивает Артур.

— А кто тебе сказал, что мы вернемся? — насмешливо отвечает Селения. — Если мы сумеем выполнить задание, у нас будет достаточно времени подумать о возвращении. А если нет, извини… — и она выразительно разводит руками.

Мальчик не устает удивляться решительности и отваге юной принцессы: она любой ценой готова выполнить возложенную на нее миссию!

И действительно, заметив вход в очередной туннель, она, вздернув носик, решительным шагом вступает под его своды. Эта девчонка не боится ничего и никого!

А может, она просто не хочет думать о будущем, о том, что ждет ее через два дня? Или, к примеру, не хочет разобраться в собственных чувствах? А вдруг Селения специально выбросила из головы все мысли, кроме тех, что связаны с их опасным заданием? Ведь гораздо проще идти к поставленной тебе цели, чем самому делать выбор…

Вот о чем думает Артур. Но мальчик еще слишком мал, чтобы четко все сформулировать, и ему не остается ничего другого, как вместе с Барахлюшем молча следовать за их предводительницей.

Пройдя очередной туннель, наши герои зашагали по узкой тропе, вскоре сменившейся широкой торной дорогой: похоже, это и есть главная улица Некрополиса.

Задача ребят усложняется: им необходимо стать тише воды и ниже травы, слиться с дорогой, смешаться с толпой, словом, не привлекать к себе внимания местных жителей. К счастью, на главной улице кого только нет! В основном это торговцы, направляющиеся на рынок продавать свои товары. Многие из них едут на повозках, запряженных гамулями. Держась в тени груженой телеги, можно долго оставаться незамеченным.

Селения беззвучно скользит в толпе, медленно текущей в сторону большого рынка, раскинувшегося в центре Некрополиса. При виде этого огромного пестрого торжища Артуру становится не по себе. Он не подозревал, что под землей кипит такая бурная жизнь.

Запретный город ничем не похож на его тихий городок с единственным супермаркетом на центральной площади, куда он с бабушкой ездит за покупками. Рынок Некрополиса больше всего напоминает шумный восточный базар. Здесь можно купить все, любой контрабандный товар, поэтому многие приходят сюда вооруженными до зубов — ведь никогда не знаешь заранее, как в таком подозрительном месте будет решаться дело. Протискиваясь сквозь толпу, Селения крепко сжимает рукоять меча.

Между торговыми рядами бродят всевозможного толка и вида наемники, бродяги, готовые продать свои услуги тому, кто больше заплатит. Уличные торговцы, не желающие платить налоги, устраивают свару за место возле ворот. Несколько ушлых проходимцев поставили посреди дороги игорные столы, за которыми каждый может попробовать свое счастье. Если нет денег, можно поставить на кон гамуля или пару ягод смородины. Никто не знает, будет ли выигрыш, но денег и нервов потеряешь изрядно. Над торговыми рядами в выбитых в скале нишах разместились крохотные кафе — на два-три столика.

Огненный Джек здесь, похоже, пьют даже младенцы.

У Артура глаза разбегаются. Смешение стилей, сочетание восточного базара с салуном дурного пошиба производят на него странное впечатление. Он не понимает, как может функционировать организм, каждая клеточка которого противостоит всем окружающим ее клеткам. Но одно связующее звено все же есть — это осматы.

На каждом углу на специальных возвышениях стоят караульные будки, где сидит осмат и наблюдает за этим вавилонским столпотворением. Наблюдение ведется и днем, и ночью. Поэтому все тихо и спокойно, и каждый знает, что Ужасный У не простит нарушителя его законов.

Захватив власть в Некрополисе, Урдалак быстро организовал рынок.

Встав во главе полчищ осматов, специально обученных грабежу и разбою, Ужасный У разбогател, совершая набеги на земли Семи континентов. Однако, настоящего богатства разбоем и грабежом не накопишь. Всем известно, что подлинные сокровища кроются в недрах земли, и тот, кто сумеет их оттуда извлечь, станет по-настоящему богатым и могущественным.

Минипуты умели обрабатывать землю и получать высокие урожаи, умели добывать полезные ископаемые и искать клады. Но как только становилось известно о предстоящем набеге орды Урдалака, они тотчас прятались, а свои сокровища зарывали так глубоко в землю, что ни один осмат не мог их найти.

Когда набег кончался неудачей, Урдалак приходил в страшную ярость. После нескольких таких набегов Ужасный У решил создать своим подданным такие условия, при которых они сами понесут ему денежки.

Он редко убивал своих пленников, но поступал так отнюдь не из милосердия. Его гуманность носила чисто коммерческий характер.

— Гибель минипута лишает меня клиента, подданного или работника. Если все минипуты погибнут, кто тогда будет строить мне дворец? — любил повторять он.

Чтобы вытянуть из своих подданных богатства, которые ему не удалось у них украсть, он стал внушать им страсть к игре, а значит — к выигрышу, к жажде обладания несметными сокровищами. А так как помогали ему в этом огромные орды осматов, то многие минипуты попались на его удочку и понесли свои денежки в игорные дома и притоны, доходы от которых поступали к Ужасному У.

Ужасный У приказал построить торговые ряды и сдавал там места за большие деньги. Будучи прирожденным коммерсантом, Урдалак организовал рынок в самом центре Некрополиса. Этот рынок быстро превратился в гигантское торжище, приносящее его владельцу огромную прибыль, ибо он брал налог с каждого проданного или приобретенного там товара, вне зависимости от его происхождения и размера.

С любопытством озираясь по сторонам, друзья наши идут по бескрайнему базару. Всем троим очень страшно, ведь на каждом перекрестке высится сторожевая будка, откуда за толпой наблюдает специально обученный осмат.

Но любопытство пересиливает страх. На базаре можно встретить самых невероятных тварей, о существовании которых Артур даже не подозревал. И мальчик смотрит во все глаза. Вот, к примеру, шествует группа неизвестных животных с такими длинными ушами, что при ходьбе им приходится их подбирать: иначе они запутаются в них и упадут.

— Кто они такие? — спрашивает изумленный Артур.

— Чулкодлины-Пушер. Они с Третьего континента, приходят сюда стричься, — объясняет Барахлюш.

— Что значит стричься? — еще больше изумляется Артур.

— Мех этих существ считается очень ценным, поэтому они приходят на рынок и продают его. Мех отрастает дважды в год, значит, и на рынок они приходят дважды в год. Так они зарабатывают себе на жизнь. А все остальное время — спят, — рассказывает Барахлюш.

— А почему у них такие длинные уши?

— Чулкодлины-Пушер не убивают животных и не могут сшить себе теплую одежду из шкур для защиты от холода. А зимой в их краях свирепствуют морозы. Поэтому родители с самого детства дергают детей за уши, чтобы уши стали как можно длиннее и зимой в них можно было заворачиваться, как в шубу. Так уж у них принято. Уже несколько тысяч лун Чулкодлины-Пушер дергают детей за уши, чтобы потом, когда дети станут взрослыми, уши спасали их от холода.

Артур молчит. Как и все мальчики его возраста, он не любит, когда его дергают за уши, даже в день рождения. И ему трудно представить себе, что кого-то можно так долго дергать, что уши у несчастного вытянутся до самых пяток.

На глаза мальчику попадается маленький Пушер. Он идет вместе с родителями, которые то и дело дергают его за уши, и не выказывает никакого неудовольствия. Захваченный необычным зрелищем, Артур врезается в столб. Точнее, голова его с размаху втискивается между двух столбов. Задрав голову, мальчик обнаруживает, что предметы, принятые им за столбы, на самом деле длинные ноги, на которых раскачивается продолговатое тело. Если сравнивать с земными животными, то существо это больше всего напоминает кузнечика, к которому приставили ноги фламинго.

— Это спаржапых, — шепотом поясняет Барахлюш. — Все спаржапыхи очень высокие и ужасно обидчивые!

Артур незамедлительно убеждается в правоте слов юного принца.

— Не трудитесь извиняться, молодой человек! — раздается обиженный скрипучий голос, и над мальчиком повисает кислая физиономия в очках. Зеленые пятна, украшающие физиономию, делают ее похожей на защитную маску агента специального назначения.

— Извините меня, пожалуйста! — вежливо говорит Артур, задирая голову. — Я не хотел вас обидеть!

— Ну вот, он еще и извиняется! А мог бы и вообще обогнуть меня. Я не прозрачный! — сердито скрипит спаржапых. — Стоит только прийти на рынок, как пожалуйста, изволь целый день горбиться и смотреть себе под ноги! Нет, здешние заведения совершенно не приспособлены для моего роста! А сколько оскорблений приходится терпеть от таких малявок, как вы!

— Ах, как я вас понимаю! — любезно соглашается Артур, решив не обижаться на «малявку». — Прежде я тоже был большим, и знаю, каково это.

Не понимая, о чем идет речь, спаржапых сердится еще больше.

— Мало того, что вы толкнули меня, так вы еще решили надо мной посмеяться!

— Нет, нет, что вы! — оправдывается Артур. — Я просто хотел сказать, что прежде рост мой был равен одному метру тридцати сантиметрам, а теперь всего лишь два миллиметра. И я хотел сказать… сказать… что очень непросто быть большим в мире маленьких, но… и быть маленьким в мире больших также не слишком сладко.

Артур и его неожиданный собеседник окончательно запутались в словах друг друга, и не знают, как им вежливо распрощаться.

Первый шаг делает спаржапых.

— Вы получаете мое прощение! — величественно произносит он, глядя свысока на крошечного человечка с короткими ножками. И, перешагнув через Артура, гордо удаляется.

— Я тебя предупреждал: они крайне обидчивы! — напоминает Барахлюш.

Спаржапых уже исчез из виду, а Артур все еще смотрит ему вслед.

Вскоре взор его привлекает еще одна группа не менее экзотических животных. Это огромные меховые существа, круглые как шарики, с остренькими лисьими мордочками и дюжиной лап, пребывающих в постоянном движении.

— Это шарокири. Они живут в лесах Пятого континента, — поясняет Барахлюш. — Они умеют полировать жемчужины. Ты приносишь им испорченную жемчужину, они глотают ее, а через полгода возвращают тебе гораздо более красивую, чем была прежде.

Словно желая подтвердить слова принца, один из шарокири подкатывается к витрине крохотной лавки, разместившейся в скальной нише. На пороге его встречает шитокрыт. Племя шитокрытов, проживающее на далеком Шестом континенте, удостоено звания официальных поставщиков товаров в Некрополис. Шитокрыты также наделены правом контролировать уличную торговлю в городе. Эти привилегии дал им сам Урдалак. Ходят слухи, что вождь племени Какакрант некогда спас жизнь Ужасному У, одолжив ему денег на пластическую операцию. Ужасный в долгу не остался и отблагодарил вождя и его племя. Это случилось много лун тому назад, и с тех пор все шитокрыты, прибывающие в Некрополис, быстро богатеют.

Шарокири протягивает одну из лап продавцу, и тот нехотя пожимает ее. Впрочем, возможно, шарокири просто передает ему что-то из лапы в лапу.

Обменявшись с продавцом несколькими словами, которых ни Артур, ни Барахлюш не поняли, шарокири начинает сотрясаться в конвульсиях, словно у него внезапно начались желудочные колики. Шерсть у шарокири несколько раз меняет цвет, пока, наконец, не становится тошнотворного зеленовато-желтого цвета. Он громоподобно рыгает, и изо рта его вылетает великолепная жемчужина, падающая прямо в подставленную шитокрытом шкатулку из черного дерева. Шарокири принимает свой прежний цвет, а торговец берет жемчужину пинцетом и рассматривает ее. Она действительно великолепна. Кивком головы шитокрыт соглашается принять товар.

Шарокири широко улыбается и вновь бьется в конвульсиях, намереваясь, видимо, выплюнуть следующую жемчужину.

Артур впервые присутствует при такой торговой сделке.

Радостный вопль выводит Артура из задумчивости. Барахлюш заметил продавца белликорна. Подскакивая и подпрыгивая, принц исполняет короткий диковатый танец, вознося хвалы и благодарности небу.

— Что с тобой? — с тревогой спрашивает Артур, глядя на скачущего Барахлюша, чей танец больше всего напоминает бег на месте по острым гвоздям. Барахлюш, у которого уже слюнки бегут от нетерпения, бросается другу на шею.

— Это же белликорны в сиропе! На всех Семи континентах нет ничего вкуснее белликорнов в сиропе! — объясняет Барахлюш, плотоядно облизываясь.

— Понимаю, но все же объясни: что такое эти самые белликорны? — допрашивает друга Артур. С некоторых пор он не доверяет гастрономическим пристрастиям Барахлюша.

— Селинельное тесто, сваренное в молоке гамуля, обвалянное в сбитом яйце, посыпанное дробленым орехом и залитое сладчайшим сиропом из розовых лепестков, — с наслаждением объясняет Барахлюш — рецепт приготовления белликорнов он знает наизусть.

Артур поддается на уговоры приятеля. Маленький бисквитик кажется ему совершенно неопасным. По форме он похож на крохотные рожки газели: это печенье иногда делает его бабушка по рецепту, привезенному дедушкой из Африки.

Барахлюш вытаскивает монетку и бросает ее шитокрыту, который ловит ее на лету.

— Прошу вас, господа, — вежливо, как и полагается достойному негоцианту, улыбается шитокрыт. Барахлюш берет белликорн и целиком запихивает его в рот. Издав удовлетворенное квохтанье и сглотнув слюну, он медленно жует, продлевая удовольствие от любимого лакомства.

Видя, с каким наслаждение вкушает лежащую перед ним пищу Барахлюш, Артур сдается. Он берет белликорн и откусывает блестящий от сиропа кончик. И замирает в ожидании. Он прекрасно помнит, какое действие оказал на него Огненный Джек. Ничего не происходит. Сироп тает во рту, сладкое тесто напоминает миндальный кекс.

Артур успокаивается и принимается жевать.

— Скажи… ведь правда, ты никогда не пробовал ничего вкуснее? — с набитым ртом вопрошает Барахлюш; он уплетает уже четвертый белликорн.

Артур вынужден согласиться, что пирожное, действительно, вкусное и он с удовольствием съест еще штучку.

— Полагаю, вы оценили свежесть моих белликорнов? — спрашивает продавец, сопровождая вопрос столь радужной улыбкой, что ответ на него ясен заранее.

Оба мальчика бодро кивают головами: рот у них занят тестом и сиропом.

— Розы были собраны и сварены сегодня утром, а яйца я оторвал всего час назад! — уточняет хозяин. Он явно гордится своей продукцией.

Артур резко прекращает жевать, рот его раскрывается и нижняя челюсть опускается так низко, что из нее вываливается кусочек белликорна. Мальчика насторожила одна деталь. Совсем крохотная. В большим мире яйца кладут, собирают, находят, крадут в конце концов, но никогда не отрывают.

А чьи это яйца? — как можно спокойнее спрашивает Артур, но лицо его — явно в ожидании худшего — невольно вытягивается. Глядя на столь непросвещенного клиента, продавец снисходительно улыбается.

— Для настоящих белликорнов, пирожных, достойных королевского стола, берется только один сорт яиц. Это яйца зеленых гусениц, оторванные непосредственно от самки, — разъясняет кондитер. — Я не продаю подделок! — гордо заявляет он, и указательный палец его упирается в фирменную бляшку на фартуке. Надпись на бляшке свидетельствует, что в текущем году он является лучшим производителем белликорнов.

Вместо ответа в лицо ему летят остатки недожеванного пирожного.

Кондитер стоит в растерянности. Он потрясен оскорблением, которое невольно нанес ему юный Артур.

— Простите, но у меня аллергия на яйца стрекоз и гусениц, — объясняет Артур, стараясь говорить как можно убедительнее.

Сейчас ему больше всего хочется прополоскать рот. Он оглядывается в поисках воды, не замечая, как лицо кондитера, покрытое крошками теста, наливается гневом.

Пользуясь замешательством торговца, Барахлюш стремительно проглатывает не менее дюжины белликорнов, установив, таким образом, мировой рекорд по поеданию этих пирожных. Затем, понимая, что эта история ничем хорошим не кончится, он хватает Артура за руку и с криком «Бежим!» тянет его за собой.

Опомнившись, продавец набирает в легкие побольше воздуха и издает вопль, напоминающий гудок пожарной сирены:

— Охрана, ко мне!!!

От его крика на улице начинается паника, обитатели Семи континентов мечутся во все стороны, наступая друг другу на разнообразные конечности. В большом мире такое пестрое столпотворение возможно только в Диснейленде.


* * * | Артур и Запретный город | ГЛАВА 7