home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



2

Я вытер перчаткой взмокшее лицо.

— Но ведь это не конец истории. Это предыстория, то, о чем я не помню. Но существует и ее продолжение: убийство Джеффа, Патрика Грина, Вика Анинга, Агнис и два покушения на меня. Всему этому я свидетель и должен найти объяснение этим фактам. И объяснишь мне все ты. Иначе мы отсюда не уйдем. К тому же я хочу знать, зачем тебе понадобилось покупать два костюма и куда делось второе завещание, которое ты у меня похитил? Я жду.

— Хорошо. Мне нечего скрывать от тебя. Самое главное ты уже знаешь. Остальное пустяки. После операции я перевел тебя в психиатрическую клинику для дальнейшего лечения. Состояние твое оказалось плачевным, и продолжать игру не представлялось возможным. Для безопасности тебя оставили под собственным именем. То, что в живых остался Эл, знали директора компании, нотариус, банкиры и Грин. Но им это было доверено под большим секретом. Они знали, что за Элом охотится полиция, и приняли эту версию за чистую монету.

Теперь необходимо было завуалировать дело об убийстве и переехать за границу. Это был последний штрих нашего плана. Я начал готовиться к твоей выписке. В первую очередь я сменил прислугу, которая могла заметить подмену. Патрик Грин отлично знал Старка, Грета Роджер была его любовницей. Когда Грина уволили, он заподозрил неладное. Пат всю жизнь прожил в семье Старков, его мать еще работала на Юджина, и даже ходили слухи, что Пат его внебрачный сын. Вполне возможно. Они действительно были с Элом похожи. Но дальше слухов дело не пошло. Мать Пата никогда не претендовала на наследство, и ее сын был всего лишь шофером в доме Старков. Не исключено, что какие-то сложности возникли, не берусь утверждать. Дело в том, что мать Грина умерла странной смертью, причины которой до сих пор никто не знает. Так или иначе, но Пат был опасен. Во-первых, он мог узнать о подмене, во-вторых, он знал о втором завещании. Чтобы отвлечь Грина от излишних подозрений, я внушил ему, что он должен пока остаться в стороне и выполнить ряд поручений для Эла. Короче говоря, я втянул его в дело как сообщника. Пат, преданный Элу, согласился. Таким образом, ему временно закрыли глаза. Но к нему мы еще вернемся. Второй помехой был Вик Анинг. Тот плохо тебя знал, редко с тобой встречался и вряд ли смог бы заподозрить подмену, но у него хранилось второе завещание, которое он собирался передать только в твои руки. Мне он не доверял. Он знал, что у меня хранится первое завещание и не верил в то, что я его уничтожил. Эта процедура должна была проходить у него на глазах. С Анингом все стало понятно. Его надо убрать. Вскоре тебя выписали из больницы. Тебя рано было втягивать в игру, ты еще ничего не понимал и мог многое испортить. Я намеревался закончить дело сам и рассказать тебе обо всем перед самым отъездом. Но ты начал все портить с первого же дня, развернув свою сыскную деятельность. Это моя ошибка, я слишком рано забрал тебя из больницы. Второй костюм предназначался для Пата. Он должен был сыграть роль Эла и оформить.документы. Этот номер бы прошел. Для верности ему надели бы темные очки. Но это мелочи. Вторая моя оплошность заключалась в том, что я рано начал торжествовать победу и слишком поздно узнал, что лейтенант Атвуд жив. Не знаю, как ему удалось спастись, возможно, он успел выпрыгнуть из машины. Но попав на место катастрофы, Атвуд выяснил главное: один из вас не погиб. Он не узнал, кто именно. Til обгорел, а от Эла осталась просто черная головешка. И лейтенант исчезает. Пусть его считают трусом, но он еще надеется получить свой чемодан с деньгами. Лейтенант следил за состоянием твоего здоровья с не меньшим рвением, чем это делали врачи. Он терпеливо выжидал. Но к нему мы тоже еще вернемся. Этот парень остается опасным до сих пор. Впервые у меня родилось подозрение, что он жив, после того, как у меня выкрали второй комплект одежды, предназначавшийся для Пата. Но уверенность в этом появилась позже. Самой большой ошибкой стало твое расследование. Ты заподозрил, что Сэд Марчес убит, а Элвис Старк — ты сам. Меня зта версия устраивала. Во-первых, тебе не надо было внушать этого, а во-вторых, я надеялся, что тебя напугает новое имя, расследование прокуратуры и ты прекратишь свои поиски. Ведь они вовлекли в свою орбиту лишних людей, а лишние люди всегда помеха. Но ты не угомонился, ты все копал и копал и этим плодил врагов, выстраивая препятствия и руша с таким трудом выстроенный для тебя пьедестал. Помехами стали: Пат Грин, который начал подозревать неладное, и Рут Анинг. А это все было на руку Атвуду, который неустанно следил за тобой. Это подтвердил Джефф. Он позвонил мне и рассказал, что видел ночью постороннего человека на территории виллы, по описанию — Атвуда. Теперь я уже точно знал — лейтенант жив и действует. Я приказал Джеффу схватить этого типа, но Джефф схватку проиграл, как ты в свое время проиграл Элу. Атвуд оказался хитрее и проворнее. Он убрал Джеффа, убив сразу двух зайцев: во-первых, избавился от твоей надежной охраны и, во-вторых, соорудил из него собственный «труп». Одел его в свою одежду, подложил свои вещи, превратил лицо в месиво и заморозил все это на дне горной речки. С той минуты, как я начал подозревать, что Атвуд жив, я дал задание Пату прочесать всю местность в округе мыса Орт-Хис и найти труп лейтенанта. И Грин нашел, но убитым был Джефф, мы это сразу поняли. А ты тем временем все копал себе яму, играя в детектива. Грин стал подозревать неладное, но общаться с тобой не решался. Боясь моего гнева, он подбросил тебе записку с именем Анинга. Зная, что завещание находится у него. Пат таким образом решил проверить тебя. Если Анинг выдаст тебе конверт, значит, ты Эл, если нет, значит, ты кто-то другой. Он сам мне все это рассказал.

А тут еще позвонила Рут. Она сообщила, что пришел Элвис Старк и находится у Вика в кабинете, и тот вручил ему пакет. Пат за это получил от меня нагоняй. Я тут же поехал к нотариусу. Тебя надо было перехватить, чтобы ты не наделал еще глупостей. У дома Анинга стояла твоя машина. Ты спал на переднем сиденье, рядом лежал конверт. Я забрал его и пошел в дом выяснить подробности. Анинг мне сказал, что вручил пакет его владельцу. Что ж! Можно считать, что ты сделал полезное дело. Завещание лежало в моем кармане. Когда я вышел на улицу, то увидел, что ни тебя, ни машины на месте не было. Я решил, что ты пришел в себя и уехал домой. Но на следующий день я понял, что это не так. После того, как я побывал на вилле и не нашел там ни тебя, ни Джеффа, я был крайне напуган. Дело принимало опасный оборот. В этот же день меня навестил Рэй Атвуд. Он был одет также, как и ты и в такие же, как у тебя, перчатки, вел он себя уверенно и нахально. Вызывающим и наглым тоном он сообщил, что похитил тебя. И вернет только в обмен на обещанные двести тысяч. Если я не согласен, то больше тебя никто не увидит: ты надежно спрятан и накачан снотворным. Выбора у меня не было. Я согласился, но сказал ему, что без тебя не смогу достать денег. Мы договорились, что он вернет тебя, но если мы его обманем, он покончит с нами, как сделал это с Джеффом. Я понимал, что лейтенант не шутит. Это страшный и отчаянный человек, способный на все. На следующий день он позвонил мне и сказал, что я могу найти тебя в машине у отеля «Реджент».

Там я тебя и нашел. Вызвал доктора Глайстера и попросил его припугнуть тебя как следует, чтобы ты забросил свое расследование. Теперь необходимо было форсировать переговоры. Мы справились с этим, как ты знаешь, за один день. Для твоей безопасности я нашел сыщика, но он оказался растяпой. Ты всячески пытался избавиться от охраны. Но оставлять тебя без присмотра было опасно. Пришлось приставить к тебе Грина. Видит бог, я этого очень не хотел. Но срок истек, и Атвуд, не получив денег, начал действовать. Первым он убрал Грина. Третьего твоего телохранителя. Покончив с ним, он принялся за тебя. Подбросив тебе в машину змею, он позвонил мне и сказал, что пришла моя очередь. Я не поверил, что он убил тебя. Поехал на виллу. Агнис сказала, что ты еще не приезжал. Нужно исчезать. Я оставил тебе записку с этим адресом и поехал сюда. Здесь можно переждать до отлета. Но я не знал, что Атвуд убил Агнис. Возможно, он узнал, что ты не погиб и явился на виллу. Здесь можно лишь догадываться. Но как бы там ни было, мы живы. Нам осталось преодолеть последний этап нашею плана, и мы в безопасности. Самолет в десять,… Ну, вот, Сэд, твоя история. Больше мне добавить нечего.

— А как же Вик Анинг?

— Ведь я тебе говорил, что он опасный свидетель. Его участь была решена в ту минуту, когда завещание перекочевало в мой карман. На следующий день я вызвал его к себе, и при помощи Грина с ним было покончено. Труп мы выбросили в канал. Несчастный случай.

— Но почему ты мне ничего не сказал про Атвуда? Ведь для него отложены двести тысяч. Надо было отдать их, и этим мы избавились бы от него и спасли жизни Грину и Агнис. А возможно, и мою — думаю, что ты не теряешь надежды прикончить меня.

— Мне известно только, что деньги в камере хранения аэропорта, но кто нам выдаст чемодан без квитанции? Это же…

— Я знаю, где квитанция. Олаф так и подпрыгнул.

— Как? И ты молчал?

— Откуда я знал, что на эту квитанцию можно получить двести тысяч…

— Глупец! Ты столько натворил, по твоей милости мы висим на волоске…

— Нет. Это по твоей милости произошло столько несчастий. Начиная с убийства Джис и кончая смертью Агнис…

— Ты так ничего и не понял…

Он внезапно замолк. Я перехватил его остановившийся взгляд и оглянулся. На пороге стояла Рут, сжимая в правой руке револьвер.

— Не шевелитесь. Ты не прав, Сэд. Смерть не ушла вместе с Агнис. Она еще витает в воздухе. Она еще не насытилась, и ждет в свои объятия главного кровопийцу.

— Брось револьвер. Рут, — приказал Тэйлор. — Это не игрушка.

— Ничтожество! — закричала Рут. Голос ее срывался. — Ты убил Вика, и сдохнешь сам…

— Фанатичка! — заорал адвокат. — Брось эту штуковину!

Он двинулся на нее, как лавина. Но ему удалось сделать всего несколько шагов — тишину леса нарушили три оглушительных выстрела. Все три пули попали ему в голову. Тэйлора отбросило назад, он перелетел через стулья и рухнул тяжелым мешком на пол.

Ствол револьвера сменил цель и теперь смотрел мне в грудь. Я продолжал неподвижно стоять на месте и ждать. Чего ждать, я не знал. Глаза ее горели, лицо раскраснелось, но рука твердо держала оружие.

— Зачем ты это сделала?

— Я тебя предупреждала, что расправлюсь с ним. А ты думаешь, я приехала сюда ради прогулки? Он получил то, что заслужил.

Мне стало все совершенно безразлично. Даже револьвер, нацеленный мне в грудь, не пугал меня. Все обесцветилось, замерзло и превратилось в пустоту.

— И что дальше? — холодно спросил я.

— Тэйлор хотел тебя убить. Обыщи его, и ты поймешь это.

— Зачем? Он не мог бы воспользоваться деньгами без меня. Глупость!

— Ты поверил его сказке? Простачок! Выверни его карманы и достань из них все.

Я содрал покрывало с кушетки и набросил его на то место, где раньше была голова. Обшарив карманы адвоката, я достал несколько конвертов и бросил их на стол. Рут все еще стояла на пороге у открытой двери и не сводила с меня глаз.

— Ты так и будешь держать меня на мушке?

— Мне так спокойнее. Когда мы обсудим некоторые детали и, надеюсь, придем к соглашению, я уберу револьвер. Но сейчас это делать еще рано. Я не знаю, как ты поведешь себя.

— Чего ты от меня хочешь?

— Разбери бумаги и прочти их. Тогда поймешь.

На столе валялось несколько конвертов. В одном лежали билеты на самолет до Берна. Во втором копия первого завещания, которое я уже видел. В следующем я обнаружил второе завещание. То самое, которое передал мне Вик и из-за которого погиб. Я прочел его. В нем действительно говорилось, что Юджин Старк оставляет весь капитал сыну без всяких оговорок. В последнем конверте лежала также именная печать Эла и еще одна бумажка. Я прочитал ее и ничего не понял.

— Ну? — крикнула Рут.

— Это свидетельство о смерти Элвиса Старка.

Она зло расхохоталась.

— Что я говорила? Этот прохвост все продумал.

— О чем ты? Что здесь странного? Элвис сгорел и…

— Туда ему и дороги. Ты прочти графу «причина смерти».

— Чепуха какая-то. Тут сказано, что Элвис Старк умер от разрыва сердца.

— А дата смерти?

Я обомлел. На свидетельстве стояло… сегодняшнее число.

— Датировано сегодняшним днем!

— Все правильно. Сегодня ты и должен был умереть.

— Объясни мне, что все это значит?!

— Все очень просто. Когда Тэйлор отправил тебя к своему дружку Лопесу, он привез с собой полицейский протокол, в котором было указано, что Элвис погиб, а Марчес получил тяжелую травму. Тогда и было составлено свидетельство о смерти Старка/ С небольшой погрешностью. Вместо того, чтобы квалифицировать смерть от ожогов, Лопес, по просьбе приятеля, поставил диагноз — разрыв сердца. Как ты понимаешь, проверить правильность диагноза было невозможно. Лопес счел это пустяковой формальностью. Врач и адвокат подписали документ, но по «рассеянности» Тэйлор забыл поставить дату. Он сделал это сегодня. И не случайно. Сегодня на тебя дважды покушались, не так ли? Ион был уверен, что ты уже на том свете. Но ты чудом остался жив. Адвокат не очень-то расстроился. У него руки по локоть в крови, и еще одна жертва для него не в тягость. Утром вы вылетаете в Швейцарию, и ты, как и мой брат, погибаешь при загадочных обстоятельствах. Твой труп выловят где-нибудь в Женевском озере и при нем не найдут никаких документов. В чужой стране тебя никто не знает и тебя некому будет опознать. И! все: концы в воду. Тем временем Тэйлор, согласно первому завещанию, получает наследство. Ведь Элвис Старк умер не насильственной смертью! Свидетельство подлинное и доказывает, что он скончался накануне отъезда. Никаких подделок. Завещание тоже подлинное. О существовании второго никто не знает. Свидетели мертвы, и документ идет на растопку камина. В результате Олаф Тэйлор становится миллионером. Ради этого стоило постараться.

Каждое слово Рут звучало весомо и убедительно, и я верил ей. Очевидно, все так и произошло бы.

— Выходит, ты вырвала меня из лап смерти. Чего же ты хочешь взамен?

— Вот мы и добрались до главного, милый Сэд. Ведь теперь мы выяснили, что ты Сэд. Но перед тобой лежат документы и билеты на самолет, печать Эла и завещание. Ты единственный наследник капитала Старков, тебя знают банкиры. Тебе можно ставить монумент, мистер миллионер! Не так ли?

— К чему ты клонишь?

— А к тому, милый Сэд, что пока ты находишься у меня на мушке, миллионы могут от тебя уплыть вместе с жизнью.

— Какой тебе резон убивать меня? Ведь я же не убивал твоего брата…

— Помолчи! Слушай меня, парень. Ты получишь все свои деньги, но при одном условии: если поделишься ими со мной. Я не хочу упускать такой прекрасный шанс стать госпожой миллионершей.

— Но как?

— Пустяки. Сейчас, чтобы я тебе могла доверять, ты уничтожишь второе завещание, где сказано, что ты единоправный наследник. Первое остается в силе. После чего мы летим в Швейцарию вдвоем и там женимся. Я хочу напомнить твоей больной памяти, Сэд, что мы с тобой помолвлены еще до аварии. Ты любил меня и мечтал на мне жениться. Так пусть твоя мечта сбудется. Согласно завещанию, женатый Элвис Старк в опекуне не нуждается. И об Олафе Тэйлоре можно забыть навсегда. Ты открываешь свой счет в банке и переводишь половину состояния на имя своей любимой жены. Ну, как тебе идейка?… Ты скажи, если против. Мне пули для тебя не жалко. Решай!

У меня мороз прошел по коже от ее стального голоса. В конечном счете она предлагала неплохой вариант. Ну что, в конце концов, значит человек без денег? Нуль. Я это прекрасно понял за те дни, что начал новую жизнь, и не важно, кем я был вчера. Важно, что меня ждет завтра.

— Мне нравится твой план. Я согласился бы на него и без угрозы. Мне нравятся умные, энергичные и волевые женщины. Ты относишься к их числу.

— Ну вот и прекрасно. Начнем с того, что ты уничтожишь второе завещание. Как только ты сделаешь это, я уберу револьвер. Остальные бумаги убери в карман. Они нам пригодятся.

Я спрятал конверты, взял второе завещание и еще раз прочел его. Это была моя надежда на получение всех денег. Странное чувство овладело мной. Буквально несколько дней назад все эти бумажки для меня не имели ни малейшего значения, а теперь рука не поднималась разорвать одну из них. Даже половина всех денег могла бы превратить любую жизнь в рай, а мне не хотелось отдать и цента из этой умопомрачительной суммы. Неужели я заразился от них неизлечимой болезнью, именуемой алчностью? Пожалуй, это пострашпей амнезии. Руки мои задрожали, мышцы напряглись.

В эту секунду в доме погас свет. Я вздрогнул. Сработал рефлекс, и я, отскочив в сторону, бросился на пол. Раздался выстрел. Яркая вспышка, что-то ударило в спину, второй выстрел, и со звоном разлетелись настольные часы. Я откатился в сторону и во что-то уперся бедром. Пошарил рукой в темноте и нащупал ступеньку. Вскочив на йоги, я сломя голову бросился по лестнице на второй этаж. Третий выстрел — пуля угодила в перила у моей руки. Через какую-то секунду я был наверху. Стрельба прекратилась. У Рут кончились патроны. Но она меня больше не интересовала. Я знал, что есть человек пострашнее этой самоуверенной девчонки. Ничего не видя, я бился о стены, пока не наткнулся плечом на дверь. Потеряв равновесие, я ввалился в какое-то помещение, споткнулся обо что-то и пролетел вперед. Не поднимаясь с пола, я пополз, пока не уперся в стену. Переводя дыхание, я сидел на долу и не шевелился, все еще сжимая мертвой хваткой завещание, которое я так и не порвал. Но имеет ли оно теперь хоть какой-то смысл? Вдруг внизу раздался дикий вопль Рут, затем стой, протяжный, жалобный, но вот и он оборвался. Наступила тишина. Глухая, отвратительная чернота взяла меня в свои тиски и не выпускала. Чернота, которой я боялся больше пули. Я не выдержал. Сунув бумагу в карман, я достал фонарь и зажег его. Я смотрел на пучок света, как умирающий от жажды на воду. Мне стало легче. Я провел лучом по помещению. Окон здесь не было, прыгать некуда. Обычный чулан с пыльным хламом размером с клетку для кроликов.

Неудачное убежище. Но когда-то я должен был попасть в западню. Охотник оказался опытным и сумел загнать меня в клетку. Тем же приемом. Гаснет свет, и я в мышеловке. Теперь я не сомневался, что этим охотником был Рэй Атвуд. Хитрость, опыт и настойчивость привели его к победе. Очевидно, адрес он узнал из записки, которую забрал у мертвой Агнис. Я должен был догадаться об этом и предупредить своих болтливых сообщников. У двери что-то зашелестело. Я направил луч фонаря в ту сторону и обомлел. Предмет, о который я споткнулся, был обычной корзиной. Теперь она валялась перевернутой, а рядом с ней извивалась и принимала боевую стойку кобра. Я нарушил покой этой твари, и она приняла меня за врага. Сейчас эта гадина пойдет в атаку. Выскочить из чулана я не мог, она перегородила мне дорогу. Я отвел луч света немного в сторону. Змея зашипела, но зоб ее стал опадать. Видимо, прямой свет ее раздражал. Она скрутилась кольцом и медленно поползла в мою сторону. Отступать было некуда. Я ощупал пол, но рядом со мной никаких предметов не оказалось. Резко двигаться я боялся, она могла броситься на меня. Расстояние сокращалось. Я положил на лол фонарь и откатил его от себя. Змея на секунду замерла, потом поползла в сторону фонаря. Я вытянул ногу и откатил его еще дальше — кобра вновь изменила направление. Значит, основным врагом для нее был фонарь. Осторожно, по стене я поднялся на ноги. Выход был свободен. Но скрип ступенек остановил меня. Вверх по лестнице поднималась моя смерть. Эту я обхитрить не смогу. Мне оставалось только ждать. Внезапно в доме вспыхнул свет. Он возник так же неожиданно, как и погас. Широкополая шляпа скрывала его лицо. Мой костюм, плащ, руки в таких же перчатках, в правой — пистолет. Он направил ствол в сторону кобры и выстрелил. Голова змеи слетела,,словно ее срезали бритвой. Человек усмехнулся и вошел в чулан. Теперь револьвер был направлен на меня. Нас разделяло не менее шести футов, и я не собирался вступать в борьбу. К виду оружия я настолько привык, что оно меня не пугало. Мне показалось даже, что я улыбаюсь.

Человек снял шляпу, и это оказалось страшнее выстрела. Сомнений не было: передо мной стоял живой и невредимый Элвис Старк!

— Хэлло, приятель! Вот мы и вновь встретились! Не ожидал меня увидеть?

Я не мог проронить ни слова, а только хлопал глазами, как кукла.

— Ну, ну, не пугайся, парень. Не так уж я страшен. Пойдем вниз, для тебя есть работенка.

Он отошел в сторону и кивнул на дверь. С трудом передвигая ноги, я поплелся вниз. Старк шел сзади, приставив к моей спине ствол пистолета. Когда мы оказались на первом этаже, он отступил на безопасное расстояние и указал на лежащую у порога Рут, шея которой была стянута тонким шнурком.

— Вот что, приятель, займемся чисткой помещения. Хватай в охапку эту дохлую кошку и волоки во двор.

Я как заведенный выполнил его, приказ. Взвалив на плечи бесчувственное тело женщины, я вышел во двор. Голова соображала плохо, чувства атрофировались, словно я находился под наркозом.

Начинало светать. Прямо перед глазами стояла стена голубого леса.

— Сворачивай и иди за дом.

Он ткнул меня в спину, и я чуть не упал. Оказавшись с другой стороны дома, я увидел колодец.

— Кидай ее туда.

Открытый колодец был очень глубоким. Я встал к нему спиной и скинул труп с плеч. Юбка Рут зацепилась за гвоздь и затрещала, разлетаясь на клочья. Ее тело перевалилось и исчезло в черной пасти колодца, оставив лоскут рваной материи. Через секунду послышался гулкий всплеск. Меня качнуло, и я с трудом удержался на ногах. Черная дыра примагничивала меня к себе.

— Ну, вот, с одной покончено. Пошли за следующим, дружок.

Олаф оказался слишком тяжел для меня. Пришлось волочь его за ноги до самого колодца. Кровавый шлейф стелился за ним по примятой зеленой траве. Огромных усилий мне стоило перевалить его через бревенчатый сруб. Всплеск был оглушительным.

— Вот и второго не стало. Теперь твоя очередь.

Я молча смотрел на него и хватал ртом воздух. Просто чудо, что я еще стою на нoгax.

— Послушай, Старк, кокнуть ты меня успеешь, если хочешь, я сам прыгну в колодец. Но расскажи мне правду. Дай сдохнуть со спокойной душой, — выпалил я на одном выдохе.

Он загоготал. Его омерзительный смех эхом отдался по лесу.

— Ну, ты и фрукт! Правды захотел… Ладно, пошли.

Мы вернулись в дом. Он поставил посреди комнаты стул и велел мне сесть на него, а сам развалился на кушетке, постукивая рукояткой пистолета по ладони. Улыбка не сходила с его физиономии.

— О'кей. Время у меня еще есть. Буду благородным и выполню последнее желание приговоренного к смерти, — он достал сигареты «Каир» и закурил, ни на секунду не отрывая от меня взгляда. — Хочешь правду, получай, но ничего интересного ты не услышишь. Банальная история. Пожалуй, я не буду углубляться слишком далеко, начну с катастрофы. В тот день у меня было намечено убийство Сэда Марчеса. Я его спланировал несколько раньше. Этот ублюдок наступил мне на больную мозоль — он спал с моей женой. Олаф по моему приказу поселился в отеле «Реджент» и наблюдал за Джис. Я давно подозревал, что у нее есть любовник, но не мог и мысли допустить, что им был Сэд. Такие вещи не прощают. Олаф доложил мне, что этот подонок является к ней чуть ли не каждый день. Вот она, благодарность. Я сделал из него человека, сколотил ему капитал, поставил этого оборванца на ноги, и что же?… Дерьмо!

Однажды Олаф позвонил мне и сказал, что Марчес опять пришел. Я тут же перезвонил в номер к Джис. Долго не брали трубку. Понятно, чем они там занимались. Когда наконец она подошла, я сказал ей, что сейчас приеду. Она была перепугана. Но я не поехал. В этот вечер я договорился с другой шлюхой, которую ты только что отправил в колодец. Эту ночь я провел с приятным ощущением мести, хотя это, конечно, мелочи. Главное было впереди. Насмерть перепуганный, Сэд опасался, что Джис раскроет рот, и прикончил ее. У него было безвыходное положение. Тут вмешалась полиция и испортила мои планы. Кретин Атвуд решил, что я убийца и прилип ко мне как пиявка. Он меня не очень-то беспокоил. Я знал, что Атвуд продажный тип и с ним легко договориться. Главное — не спугнуть Сэда. Марчес стал понемногу успокаиваться. Джис мертва, полиция подозревает меня, а он тут ни при чем. Меня он, очевидно, держил за болвана, который ничего не понимает и дрожит, от страха. Я не мешал, а наоборот, укреплял его в этом предположении. Тут случилась главная неприятность. Я предложил Атвуду отступного, он согласился. Я взял из банка деньги и сложил их в чемодан. Тэйлор мне подсказал, чтобы я сунул к деньгам записку, которая уличила бы Атвуда во взятке. Стоит ему взять этот чемодан из камеры хранения, и его возьмут с поличным. Сэд знал об этом. И он пошел на следующую подлость — предупредил Атвуда о ловушке. И вот мне звонит лейтенант и говорит, что у камеры хранения он выставил охрану и деньги я обратно взять не смогу, а моя записка обратится против меня же. Деньги из камеры достанет прокуратура, записка же подтвердит, что я предлагал взятку стражу закона. Значит, я виновен: никто за просто так не станет швыряться двумястами тысячами. Положение стало критическим. Тэйлор оформил все документы на выезд, но до полного окончания дел требовалось еще несколько дней и несколько формальных встреч с деловыми людьми. Я позвонил своему человеку в управление полиции, который давно возле меня кормится, и он мне сообщил, что Атвуд получил у окружного прокурора санкцию на мой арест. Я понял, что промедление смерти подобно. Необходимо уносить ноги. В Бейкерсфилде у меня есть дом, о котором никто не знает, он куплен и записан на чужое имя. Я позвонил Тэйлору и велел ему сменить машину и выезжать за мной следом в Бейкерсфилд. Сэду приказал собрать вещи и уложить их в его машину. Оставлять его в живых я не намеревался, а он пока ничего не подозревал.

Итак, мы поехали на машине Сэда, следом ехал Тэйлор в «бьюике», взятом напрокат. Старое пустынное шоссе, отвратная дорога натолкнули меня на мысль об автокатастрофе. Я специально по дороге заправил полный бак, чтобы машина взорвалась. Мыс Орт-Хис показался мне наиболее удачным местом. Я попросил Сэда остановиться. В эту секунду он не подозревал, что она последняя в его жизни. Мне не составило труда накинуть ему на шею шнурок и стянуть его. Сдох он моментально. Первым делом я забрал его документы, чтобы его не опознали, затем сел за руль и поставил машину поперек, чтобы скатить ее под откос. Но у меня не хватило сил сдвинуть ее с места, машина уперлась в стальное ограждение. Я знал, что следом едет Олаф. Он мог врезаться в стоящую машину, и я пошел ему навстречу.

Не успел я сделать и тридцати шагов, как сзади раздался взрыв. Какой-то псих выскочил из-за скалы и врезался в «линкольн». Его машина отскочила к скале и взорвалась, перекрыв дорогу, а «линкольн» кубарем полетел вниз. Авария произошла в натуральном виде. Навстречу мне выскочила полицейская машина, я с трудом сумел отскочить в сторону. Затормозить они не успели и врезались в горящую машину лихача. Патрульную, как пружиной, откинуло назад. Благодаря этому она не загорелась. Через две минуты появилась машина Олафа, и я успел подать ему знак. Он остановился. Мы подошли к полицейскому шарабану и открыли переднюю дверцу. Рэй Атвуд вывалился на мостовую. Он был жив, но без сознания. Сидящий за рулем сержант уже не дышал.

Мы стащили Атвуда в овраг, я раскроил ему череп, забрал его вещи и пиджак, а на него надел свой, облил бензином и поджег. В задний карман подбросил документы Сэда. Все это. не мне, а Тэйлору пришло в голову.

Мы выбрались на дорогу и уехали. Олаф вызвал знакомого врача — так надежней. Мы были уверены, что Атвуд отправился на тот свет. Таким образом, мы убили сразу несколько зайцев. Первое: я отомстил Сэду. Второе: избавился от назойливого преследователя. Третье: сохранил двести тысяч, которые предназначались Атвуду или, по его плану, прокурору. И наконец, следствие будет прекращено, все будут полностью уверены, что я и Сэд погибли.

Но не успели мы приехать к Тэйлору, как его вызвали на место катастрофы. Полицейские определили по номеру «линкольна», кому принадлежит машина, нашли документы Марчеса и вызвали его адвоката на опознание. Олаф уехал, а я остался ждать.

Стара ухмыльнулся и закурил новую сигарету.

То, что он рассказал, не умещалось в Моем больном сознании.

— Так, значит, я и есть лейтенант Рэй Атвуд.

— Совершенно верно, дружок. На этот раз ты получил свое истинное имя. С ним ты и умрешь.

— Но зачем я вам понадобился после?

— Это все идеи Олафа. Вернувшись, он рассказал мне, что был на опознании у Лопеса. Оказалось, что человек, которого привезли, жив и он сможет спасти его. Но гарантирует только жизнь. С такой травмой черепа челочек не может оставаться полноценным. Беспомощная кукла, лишенная дара речи и не умеющая даже ходить. В лучшем случае этот человек лишится памяти. Тогда у Тэйлора возникла идея. И адвокат просит Лопеса проделать две операции: хирургическую и пластическую. Дорогое удовольствие, но мы пошли на это.

Сначала я негодовал: зачем он нам нужен, пусть подыхает, но одну деталь я не учел. Если бы ты подох, то газеты раструбили бы на всю вселенную, что погибли и Старк, и Марчес. Как же тогда быть с деньгами, если наследник мертв? И Тэйлор убеждает полицию, что ты Сэд Марчес, а банкиров — что в живых остался Элвис Старк. И второе, не менее важное обстоятельство: мне необходимо смыться. Мою внешность знает каждая собака в Калифорнии, а нам предстоит заканчивать дела с банкирами. Стоит появиться на людях, как меня сцапают. Так почему бы не использовать тебя? Общайся с банкирами, ставь печать. Засекут расторопные ребята из прокуратуры, так схватят тебя, а не меня. Короче говоря, с помощью отличной обработки, ты стал моей ширмой. Все шло как по маслу, но не успел ты выйти из больницы и встать на ноги, как твоя вторая натура — натура легавого, засевшая в тебе крепче памяти, начала вынюхивать — что, да где, да почему.

Ты ничего не помнил, но сыщик в тебе остался! Это оказалось для нас полной неожиданностью.

— Значит, адвокат мне лгал до последней минуты!

— Не знаю, чего он тебе наплел, он мастак на такие дела. Видел бы ты его в суде, как он из убийц делает невинных овечек, и наоборот. Отец не взял бы к себе тугодума и растяпу. Но, возможно, он говорил тебе правду, но хорошо обработанную.

— Это ты приходил ночью на виллу в день моей выписки?

— Да. Все это время я жил здесь, с Тэйлором мы общались только по телефону, и он не успел мне сообщить, что тебя выписали. В тот день я приехал ни виллу за записной книжкой, но так и не попал в дом. В записной книжке лежала квитанция на чемодан с деньгами, я хотел ее забрать. Пат проверил, охраны у камеры уже не было, а возможно, ты ее там и не выставлял. Но это мелочи. Хуже всего, что ты полез выяснять подробности катастрофы. Мы полагали, что. узнав о том, что ты Элвис Старк, ты успокоишься и затаишься, а тебя это только подхлестнуло. Мы решили сбить тебя со следа и еще раз пугнуть. Рут позвонила Олафу и сказала, что к ним пришел Старк, но она думает, что это какой-то аферист.

Такая встреча с Виком была для нас нежелательной. Олаф сообщил мне об этом через Пата, а сам поехал туда. Я отправился за ним следом. Но в дом к Анингам я не заходил, на глаза не показывался. Нам повезло. Ты выпил вина и отключился, Олаф отвез тебя к себе и сутки колол тебе снотворное. Я тем временем в таком же костюме и на твоей машине проделал путешествие до «Реджента». Оставлял везде следы. На следующий день Тэйлор вызвал к себе психиатра, и тот пугнул тебя. Главное, что нашли тебя у «Реджента», где была убита Джис. Наш фокус удался: ты клюнул на наживку и принялся за отель. Уж там-то ты ничего нового узнать не смог бы. Мы выиграли время, Олаф уже договорился с покупателями и банкирами. Попутно я убирал свидетелей. Первым — Вика Анинга, самого опасного. Он, как лицо, заинтересованное в процветании фирмы, поднял бы шум, узнав, что всю ее продают. И вообще Анинг слишком много знал. Когда ты сказал Олафу, что знаешь о втором полицейском, и его уже искали сыщики из прокуратуры, так как он не явился на службу после отпуска, пришлось подумать о подмене. Для этой роли нам пригодился Джефф — человек без рода и племени, такого мы и подыскивали. Я пустил его в расход, изуродовал, одел в твои вещи, которые хранились у меня, и сунул под корягу. Через пару дней Пат, выполняя мою инструкцию, выловил его вместе с рыбаками. Место я ему показал заранее. Ты тем временем, как я и предполагал, решил понять, что с тобой произошло после потери сознания, и проделал тот же маршрут, что и я. Я был уверен, что тебя это напугает еще больше…

— Ты не напугал меня. Ты допустил ошибку с черной сигаретой, и я понял, что это был кто-то другой.

— Да, тут я оплошал. Я знал, что ты куришь египетские сигареты «Каир», но не знал, что после больницы не прикасаешься к сигаретам. Но это мелочи. Пока ты катался по дорогам и выяснял известные только нам факты, Олаф все подготовил. Ты успешно выполнил роль ширмы,.полиция ни о чем не догадалась, все прошло удачно с бизнесменами, и на этом твоя миссия закончилась. Больше мы в тебе не нуждались. Застало время сматывать удочки. Но сначала надо было покончить с последними свидетелями. И с тобой тоже, разумеется. Я приехал к Пату и велел ему вызвать тебя. Он это сделал, после чего я его прикончил. Когда приехал ты, я подбросил тебе в машину кобру. С этими тварями у меня прекрасные отношения. Когда-то давно мы с отцом увлекались охотой и ловлей змей. Кое-какой опыт у меня остался. Пока ты прохлаждался в больнице, а я жил в этом домике и умирал с тоски, я вспомнил старые времена и наловил их. Вот одна из лих и попала к тебе в машину. Вторую я только что убил. Другие тоже пошли в дело. От укуса змеи умер Анинг. Я был уверен, что и тебе наступил конец. Приехал на виллу за своими документами и напоролся на служанку. Она приняла меня за грабителя и подняла шум. Пришлось ее успокоить, после чего я позвонил Тэйлору и сказал, что надо уматывать, слишком длинным оказался кровавый след. Мы договорились встретиться здесь, переждать до утра — и в аэропорт. Не успел я выйти из ворот виллы, как увидел тебя. Ты приехал на такси. Твое появление меня озадачило. Тебе бы пора уже окоченеть, а ты еще жив. На вилле мне тоже не удалось тебя прихлопнуть. Ты сам выкручивался, как кобра. Пока я разыскивал тебя по городу, ты приехал сюда. Рут привезла? Потаскуха! Я увидел ее машину еще на опушке. Ну вот, дружок, и все. Мышеловка захлопнулась. Пойдем к колодцу, я выполнил твое последнее желание и все тебе рассказал.

— В колодец ты меня успеешь отправить. Ну а как же ты? Нищий? Что ты сделаешь без своего опекуна? Все твои миллионы вылетели в трубу?!

Он усмехнулся.

— Мне хватит и двухсот тысяч, что лежат в камере хранения. А квитанция от камеры в записной книжке, которая находится в твоем боковом кармане.

Теперь я понял, что Старк ничего не знает о втором завещании. Он, как и я, был марионеткой в руках Тэйлора. Это мой последний шанс.

— У меня к тебе есть предложение, Старк. Я могу купить у тебя собственную жизнь и заплачу за нее пятьдесят миллионов. Ты ничего не имеешь против такой сделки?

Он раскрыл рот.


предыдущая глава | Шанс выжить | cледующая глава