home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА 9

Проходя через приемную в свой кабинет, Диана остановилась.

— Доброе утро, Сара. Есть сегодня что-нибудь интересное?

— В почте нет, мисс Брекли, — ответила мисс Толлуин, — а вообще есть. Вы, наверное, еще не видели этого.

Она держала в руках номер «Рефлектора». Как и обычно журнал был скорее похож на слоеный пирог, чем на информационное издание. Жирные заголовки, набранные шрифтами разных размеров и видов, сразу привлекали внимание. А вот объявление, на которое указывала пальцем мисс Толлуин, не бросалось в глаза.

В нем говорилось:

"КРАСОТА! Вечная красота! Больше чем просто внешняя красота! Море, великий прародитель всего живого, дарит Вам новую, истинную красоту — красоту вместе с ГЛАМАРОМ! ГЛАМАР — это великолепное сияние моря, попавшего на ваш туалетный столик. В ГЛАМАРЕ Вы найдете истинный, пряный, восхитительно терпкий аромат морского ветра!

Из всех элементов, имеющихся в море, всего лишь одно морское растение выделяет, поглощает и концентрирует те свойства, что хранят секрет настоящей, вечной красоты. Благодаря усилиям опытных химиков и косметологов чудесная суть этого растения, до сих пор являющаяся дорогостоящей прерогативой всемирно известного роскошного салопа красоты, стала теперь доступна ВАМ…

Воздействие ГЛАМАРА носит глубинный характер. Чувство внутренней красоты…"

— Отлично, — заявила Диана. — И это всего лишь через месяц после пробного выстрела. Совсем неплохо.

— Насколько мне известно, по-прежнему запрещено добывать и вывозить любые водоросли из залива Голуэй, ирландское правительство все еще пытается выяснить, какой именно вид водорослей интересует англичан, ну и, конечно, определить размер пошлины, — сказала мисс Толлуин.

— Сара, дорогая, сколько лет вы уже в этом бизнесе? — поинтересовалась Диана.

— А я вовсе не в этом бизнесе, — заявила мисс Толлуин. — Я всего лишь ваш секретарь.

— Вряд ли вы захотите заключить пари на то, что через пару дней после снятия запрета появятся «специалисты», которые станут утверждать, что они применяют в своей практике только настоящие водоросли из залива Голуэй?

— Я не играю в азартные игры, — объявила мисс Толлуин.

— Многие так считают, — сказала Диана. — Ладно, еще что-нибудь?

— С вами хотела поговорить мисс Брендон.

Диана кивнула:

— Скажите ей, чтобы зашла, как только освободится.

— Леди Тьюли хотела бы записаться к вам на прием.

— Но… ко мне? Зачем?

— Она сказала, что по личному делу. Леди была очень настойчива. Я предварительно договорилась на три часа. Могу позвонить и отменить встречу.

Диана покачала головой:

— Нет, наоборот, подтвердите ее, Сара. Леди Тьюли не стала бы настаивать без серьезной на то причины.

Диана зашла в свой кабинет, занялась письмами, которые мисс Толлуин сложила у нее на столе. Минут через пятнадцать к ней вошла мисс Брендон.

— Доброе утро, Люси. Садитесь. Как идут дела в секретной службе тайного агента Брендон?

— Ну, мисс Брекли, одним из самых интересных открытий было то, что наша секретная служба не единственная, действующая на данной территории. Я считаю, вам следовало сказать мне об этом — а им обо мне. Пару раз возникли весьма неприятные ситуации.

— Понятно, вы столкнулись с агентами Тани, да? Не беспокойтесь. У них другие задачи. Они скорее выполняют розыскные функции. Я поговорю с Таней. Я не хочу, чтобы вы тратили время, играя друг с другом в шпионов. Еще что-нибудь?

Мисс Брендон слегка нахмурилась.

— Тут довольно сложно разобраться, — неуверенно начала она, — столько людей проявляет к нам интерес. Ну, во-первых, этот тип, Марлин, из «Проула». Появился снова и предложил мне пятьдесят фунтов за образец водоросли, которую мы используем…

— Он начинает действовать опрометчиво, — перебила ее Диана. — Откуда он может знать, что мы не используем какой-нибудь обычный вид водорослей?

— Ну, на его месте я бы просто выяснила, какие виды водятся в заливе Голуэй, а какие распространены в других местах. Таким образом, можно было бы сузить круг до нескольких вариантов. И если я передам ему что-нибудь другое, он сразу сообразит, что мы пытаемся его обмануть.

— Да, следует подумать об этом. Продолжайте, — попросила Диана.

— От него мне удалось узнать, что этим делом заинтересовалась полиция. Инспектор расспрашивал его о нас и о женщине, ставшей жертвой аллергии, о миссис Уилберри. Его фамилия Эверхаус — репортер «Проула» по уголовным делам утверждает, что он специализируется на наркотиках. Инспектора сопровождал сержант Мойн — так получилось, что Эверил Тодд, которая работает на верхнем этаже, рассказала мне, что за ней ухаживает молодой человек по имени Мойн, утверждающий, что состоит на государственной службе.

— Итак, «Проул» и полиция. Кто еще? — спросила Диана.

— Журналист из «Радара», Фредди Раммер, продолжает обрабатывать Бесси Холт, но она ничего не может рассказать и продолжает вешать ему лапшу на уши, не отклоняя приглашений в дорогие рестораны. Кое-кто из девушек завел себе новых поклонников, часть из них определенно связана с косметическими фирмами, остальные, возможно, тоже, но я еще не успела выяснить наверняка.

— Они слетаются к нам, как мухи на мед, — усмехнулась Диана. — И все хотят выяснить, какие именно водоросли мы используем?

— Большинство, — подтвердила ее догадку мисс Брендоп. — Только мне не совсем понятно, почему нами заинтересовалась полиция. Кстати, через пару дней после того, как инспектор Эверхаус посетил миссис Уилберри, она направилась к кому-то на Харли-стрит, очевидно, на обследование.

— Ребята из полиции ведут себя традиционно. Не думаю, что нам следует опасаться обвинения в распространении наркотиков. Мне удалось нагнать на наших девушек страху, объяснив, что с ними будет, если они, не дай Бог, возьмут в руки наркотики; к тому же Танина команда следит за ними, как коршуны за цыплятами — да и не только за персоналом. — Диана сделала небольшую паузу. — С другой стороны, существует возможность, что кто-нибудь смог придумать нечто, отличное от наркотиков. Если бы удалось узнать, что именно интересует полицию, я была бы вам очень признательна.

— Я постараюсь сделать все, что в моих силах, мисс Брекли, — заверила мисс Брендон, собираясь уходить.

Диана остановила ее жестом. Она долго и внимательно смотрела на девушку, пока та не покраснела.

— Если вы закончили… — начала она.

Диана резко ее прервала:

— Мы не закончили, Люси. Осталось еще кое-что, очень важное. Приближается время, когда мне понадобится человек, близкий мне человек, которому я смогу доверять. Я хочу сделать тебе предложение. Мне многое о тебе известно, гораздо больше, чем ты можешь себе представить. Ты рассказала мне о том, почему пришла к нам; и, надеюсь, я знаю, что именно ты думаешь о нашем заведении. Того, что я расскажу тебе сейчас, никто здесь не знает… никто, кроме меня. После этого я сделаю тебе предложение.

Диана встала и закрыла дверь на задвижку. Затем вернулась за свой стол и взяла телефонную трубку.

— Пожалуйста, Сара, ни с кем меня не соединяйте, — попросила она и положила трубку на место.

— А теперь… — начала она…

Ровно в три часа мисс Толлуин открыла дверь в кабинет и объявила:

— Леди Тьюли, мисс Брекли.

Леди Тьюли вошла. Высокая, стройная, в элегантном сером костюме из мягкой кожи. Все, от кончиков туфель и до маленькой шляпки, было тщательно продумано — не принималась в рассмотрение лишь цена. Такой клиент делал честь «Нефертити».

Когда дверь закрылась, Диана сказала:

— Дженет, дорогая, вы меня встревожили. Всякий раз, стоит мне вас увидеть, я думаю о том, что тоже внесла вклад в создание этого потрясающего произведения искусства.

Леди Тьюли наморщила носик:

— Когда это говорите вы, Диана, возникает подозрение, что вы напрашиваетесь на комплименты. Но получилось очень мило, не так ли? — Она одобрительно оглядела себя. — Кроме того, безработным приходится находить себе занятие.

Она изящно присела на стул. Диана предложила ей сигарету и помогла прикурить, воспользовавшись большой настольной зажигалкой. Дженет Тьюли выпустила облачко дыма и откинулась на спинку. Они посмотрели друг на друга, и Дженет усмехнулась.

— Я знаю, о чем вы думаете. Мне очень льстит, что у вас такой самодовольный вид.

Диана улыбнулась. Она и в самом деле вспомнила их первую встречу, десять лет назад. Леди Тьюли, которая тогда смотрела на нее через тот же самый стол, выглядела совсем иначе. Высокая нервная девушка двадцати двух лет, с приятной внешностью, прелестной фигурой и длинными ногами, но без малейшего представления о том, как следует одеваться и пользоваться макияжем, с крайне неудачной прической, угловатая, как шестнадцатилетняя девчонка. Она несколько мгновений внимательно рассматривала Диану, а потом заявила:

— Вот это да. — Казалось, она говорит это скорее себе.

Уголки рта Дианы дрогнули, и она слегка приподняла брови.

— Прошу прощения, — смутившись, сказала девушка, — я не хотела быть невежливой. Мне никогда не приходилось бывать в подобных местах, — призналась она. — Я почему-то думала, что таким салоном руководит женщина лет шестидесяти, с крашеными волосами, напудренным лицом, в жестком корсете, в общем похожая на королеву Викторию.

— Но, несмотря на это, вы пришли сюда, — заметила Диана. — Я рада, что ваши худшие ожидания не оправдались. А теперь скажите, чем я могу вам помочь?

— Мне требуется нечто похожее на то, что сделал Пигмалион, — немного поколебавшись, ответила девушка. Дальше она заговорила увереннее: — Видите ли, я… согласилась работать в качестве леди Тьюли, поэтому мне бы хотелось выполнять свои обязанности честно. Я и представить себе не могла, что со мной такое произойдет, и мне, нужна помощь. Меня… — Девушка снова немного поколебалась, — меня не очень устраивает помощь, которую до сих пор мне предлагали, и я решила, что следует обратиться к профессионалу, незаинтересованному… — Она не закончила предложения, и оно словно повисло в воздухе.

Диана на короткое мгновение представила себе тетушек и сестер молодой леди Тьюли, которые наверняка принялись за дело, не очень заботясь о такте.

Девушка добавила:

— Я в состоянии научиться выглядеть как надо, только у меня никогда не было настоящих педагогов. Мне просто некогда было обращать внимание на подобные вещи,

— Конечно, вы сможете прекрасно выглядеть, — откровенно призналась Диана, — Я об этом позабочусь. Вы получите прекрасных наставников и педагогов, но вот что вы от них возьмете, чему научитесь — будет зависеть только от вас.

— Я в состоянии научиться, — снова повторила девушка. — Сейчас мне нужна хорошая отработка всех правил. И если я не сумею в самое ближайшее время победить этих пустоголовых идиоток в их собственных играх… ну, я получу то, что заслуживаю.

— Прекрасно вас понимаю, — кивнув, сказала Диана. — Но вы не должны их недооценивать. Они действуют на своей территории и целеустремленно устраивают свою жизнь в-обществе — в конечном итоге, им не на кого больше рассчитывать, кроме как на самих себя.

— Добиться своего — это, конечно, замечательно, но вряд ли вы победите, если будете принимать все так близко к сердцу.

— Я не стану принимать все близко к сердцу. У меня нет особых амбиций. А если бы и были, я употребила бы их на что-нибудь стоящее, — заверила Диану девушка. — Но я согласилась стать леди Тьюли, так что мне не остается ничего иного, как одержать над ними победу,

В ее голосе появилась горечь, и Диана заметила, что глаза девушки подозрительно заблестели.

— А чем вы занимались раньше? — поинтересовалась она.

— Полгода назад я училась на четвертом курсе, хотела стать врачом и жила в крошечной квартирке в Блумсбери, — ответила леди Тьюли. — Хорошо знала законы той жизни и представить себе не могла, что они совершенно отличаются от тех, которым мне приходится подчиняться теперь.

Диана несколько мгновений раздумывала над обстоятельствами, заставившими девушку так круто изменить свою жизнь, а потом заявила напрямик:

— Не вижу причин, которые могли бы помешать вам добиться успеха. По правде говоря, я абсолютно уверена, что у вас все получится, нужно только захотеть. Но это будет стоить дорого.

— Как раз то, что мне нужно, — ответила леди Тьюли. — Это один из первых уроков — следует тратить на себя много денег, из самоуважения, поступать иначе очень буржуазно.

— Отлично, — сказала Диана, и они приступили к делу.

Глядя на одетую с безукоризненным вкусом, уверенную даму с прекрасными манерами, коей стала леди Тьюли, Диана улыбнулась своим воспоминаниям о девушке, пришедшей к ней за помощью.

— Я не самодовольна, это не то слово, которое следовало бы употребить, — сказала она. — Удовлетворена и рада — восхищена, скорее, да, именно так.

— Я принимаю ваше восхищение, — скромно проговорила леди Тьюли. — Знаете, когда нужно, я умею очень здорово притворяться.

— Но это по-прежнему остается притворством? Вы не изменились и не стали такой, как те, кто вас окружает?

— Диана, дорогая, вы же скорее, чем кто-либо другой, должны узнавать притворство. Именно это и озадачивало меня, когда я на вас смотрела. Я притворяюсь, потому что вышла замуж и обстоятельства требуют от меня соответствующего поведения. Но почему, спрашивала я себя раньше, притворяется Диана? И никак не могла найти ответа на свой вопрос.

— Раньше? — переспросила Диана. — А теперь вам это известно?

— Вопрос, на который постоянно ищешь и не находишь ответа, может наскучить, не так ли? — уклончиво ответила леди Тьюли. — Вероятно, вам интересно, зачем я пришла.

Диана кивнула.

— Боюсь, новости не очень приятные, — продолжала Дженет. — Наша шикарная и страшно богатая компания напоминает прачечную по понедельникам, куда прибывают целые кучи грязного белья, впрочем, вам это должно быть хорошо известно.

— В общих чертах, да, — согласилась Диана.

— Вот что меня в вас восхищает, Диана. Вашему персоналу известна масса самых разнообразных грязных подробностей о личной жизни клиентов, а вас они совершенно не интересуют.

— А мне следовало бы ими заинтересоваться?

— Ну, учитывая, что вы стоите во главе этого клуба по обмену сплетнями… Ладно, насколько я понимаю, вы еще не слышали о моей интрижке с мистером Смелтоном?

Диана покачала головой.

Дженет пошарила в сумочке, которая безукоризненно подходила к ее костюму, вытащила золотой браслет, усеянный бриллиантами, и положила его на стол Дианы.

— Красивый, правда? Гораций Смелтон подарил мне его на день рождения. Кажется, рыбаки называют это блесной, а я — сверкающей наживкой. Ну, такая штука, которую заглатывают… — она задумчиво посмотрела на браслет. — Самое забавное, что подарил его мне Гораций, только вот деньги заплатил мой муж. Я лишь сейчас узнала об этом. И представил мне Горация тоже мой муж, несколько месяцев назад…

Короче говоря, вашему персоналу, возможно, это известно, даже если до вас еще не дошли слухи: мой муж и я… ну… вот уже три года у нас достаточно официальные отношения… На людях мы изображаем из себя примерную супружескую пару, и больше ничего. Так вот, я никак не могла понять, что же происходит.

Можно было бы подумать, что он намерен поставить меня в положение, когда сможет потребовать развод. Мой муж не очень приятный человек. Но, обдумав все как следует, я пришла к выводу, что существует несколько причин, по которым такое объяснение не проходит. Тогда я решила, что он, вероятно, хочет что-то узнать, но, поскольку мы практически не разговариваем друг с другом, он не имеет возможности задать мне свои вопросы напрямую. Ну, Гораций вполне привлекательный молодой человек, даже если и знаешь, что он самый настоящий врун, так что я решила им подыграть — не очень его поощряла, но и не отталкивала. — Дженет Тьюли бросила догоревшую сигарету в пепельницу и сразу закурила следующую.

— Короче говоря, — продолжала она, — я заметила, что в наших разговорах постоянно мелькает слово «Нефертити». О, Гораций делал свое дело достаточно тонко, но я постоянно следила, не возникнет ли какая-нибудь повторяющаяся тема, и сразу испробовала несколько ловушек — стала восхвалять результаты вашего открытия с водорослями. Он повел партию очень аккуратно: не заявил, что все эти разговоры про морские водоросли — полнейшая чепуха; он сказал об этом значительно позже. А когда наступил подходящий момент, Гораций сделал мне предложение. Если мы сумеем добыть образцы всех препаратов, которыми вы пользуетесь в «Нефертити», в особенности то, что вводится пациентам в виде инъекций… он знает людей, которые готовы заплатить за них хорошую цену. Если я уговорю какую-нибудь из ваших девушек рассказать мне что-нибудь об исходных материалах, за это тоже неплохо заплатят. Ну а если девушка достанет совсем маленький кусочек вполне определенного материала, который скорее всего напоминает лишайник, они и вовсе отвалят целое состояние.

Обдумывая его слова, я вспомнила, что Алек, мой муж, находится в давних приятельских отношениях с директором Сентвордской химической корпорации.

Дженет снова замолчала и задумчиво покачала головой.

— На самом деле, Диана, у меня создается впечатление, что игра практически окончена.

Диана спокойно посмотрела на нее.

— Игра? — осведомилась она.

— Моя дорогая, — сказала Дженет. — Мы знакомы уже десять лет. И вот что интересно — мы обе за это время почти не изменились, не правда ли? Кроме того, вы должны помнить, что я четыре года изучала медицину. Вероятно, я единственная из ваших клиентов владею соответствующими знаниями. Факт интересный. По правде говоря, если моя догадка верна, вполне возможно, что я снова займусь медициной. Конечно, приятно носить дорогую одежду и тому подобное, но цена за такую жизнь оказалась гораздо выше, чем я предполагала, не говоря уже о том, что заниматься этим долго скучно, вы со мной согласны?

Диана не отвела взгляда.

— И как давно вас посетили подобные мысли?

Леди Тьюли пожала плечами:

— Трудно сказать, моя дорогая, потому что в это трудно по-настоящему поверить. Пожалуй, мои подозрения переросли в уверенность около трех лет назад.

— Но вы никому ничего не рассказали?

— Нет. Меня это просто завораживало. Я хотела сама увидеть, что произойдет дальше. В конце концов, если я не ошиблась, у меня достаточно времени на ожидание. А если ошиблась, тогда этой вовсе не имело никакого значения. Я знаю вас, Диана. И верю вам. У меня не было никаких оснований вмешиваться — во всяком случае до сих пор. Теперь же, когда они появились, я просто сгораю от нетерпения, у меня к вам множество вопросов.

Диана посмотрела на нее. Дженет Тьюли слишком хорошо овладела манерами, присущими женщинам ее круга, — вежливое внимание на лице, и больше ничего. Диана улыбнулась и бросила взгляд на запястье, где были часы.

— Ладно, — согласилась она, — но сейчас у меня есть только полчаса.

— Тогда я начну с главного вопроса, — сказала Дженет. — Сопровождается ли замедление процесса старения ускорением процесса распада, если лечение приостанавливается?

— Нет, — ответила Диана. — Метаболизм просто возвращается в свое нормальное состояние.

— Это большое облегчение. Меня преследовала мысль, что однажды, за каких-нибудь пять минут я превращусь из женщины средних лет в старуху, пораженную маразмом. Теперь о вторичных эффектах и реакциях на различные стимуляторы. Мне показалось, что я заметила…

Вопросы продолжались более получаса, пока их не прервал телефонный звонок. Диана взяла трубку. Мисс Толлуин сказала:

— Мне очень жаль, мисс Брекли. Я знаю, вы не хотели, чтобы вас беспокоили, но мисс Саксовер звонит уже в третий раз. Она говорит, что у нее к вам срочное дело.

— Хорошо, Сара. Соедини меня с ней.

Диана помахала рукой леди Тьюли, которая уже собралась уходить.

— Привет, Стефани. Что случилось?

— Я насчет «Дарра», Диана, — услышала она голос Стефани. — Папа считает, что ему лучше тебе не звонить.

— Что произошло?

— Пожар. Жилое крыло нашего дома практически все сгорело. Папа едва спасся.

— С ним все в порядке? — с беспокойством быстро спросила Диана.

— О да. Ему удалось выбраться на крышу и по ней перейти в главное здание. Пожарные смогли отсечь огонь, но папа хотел, чтобы ты знала: полиция практически уверена, что пожар явился результатом поджога.

— Кому это может быть нужно? Нет никакого смысла…

— Полиция предполагает, что, скорее всего, сначала была предпринята попытка ограбления, а уж потом они устроили пожар, чтобы замести следы. Удалось найти место, где взломаны замки. Конечно, невозможно узнать, что именно взяли грабители. Однако мне поручено сообщить, что тебе не следует беспокоиться ты знаешь о чем. Там не было ничего, имеющего к этому отношение.

— Что ж, прекрасно, я все поняла, Стефани. А твой отец? Ты совершенно уверена, что он не пострадал?

— Только немного поцарапал колено и испортил пижаму.

— Слава Богу, — сказала Диана.

После того как они обменялись еще несколькими фразами, Диана положила трубку, ее рука дрожала. Почти полминуты она неподвижно смотрела на противоположную стену, пока движение Дженет Тьюли не заставило ее оторваться от своих мыслей.

— Слишком многим удалось подобраться к нам чересчур близко, — заметила она скорее для себя. — Пришло время предпринять встречные шаги — нет, нет, не уходите, Дженет. У меня есть к вам дело. Подождите минутку…

Она снова подняла телефонную трубку:

— Сара, вы помните тот пакет, что лежит в углу большого сейфа?.. Да. В нем полно писем. На них уже наклеены марки и подписаны адреса. Пожалуйста, позаботьтесь о том, чтобы они были немедленно отправлены. Сегодня же вечером.

Она снова повернулась к Дженет Тьюли.

— Что ж, — сказала она, — пора снимать крышку. В письмах приглашения моим клиенткам и кое-кому из журналистов на встречу, которая состоится в следующую среду днем — всего их там больше тысячи. Я постаралась составить письма так, что возникает ощущение срочности и важности встречи, но, к сожалению, написала одно и то же — а это означает, что кое-кто отнесется к ним несерьезно, а кое-кто посчитает обычной рекламной кампанией. Так вот, вы хорошо знаете наших клиенток. Я хочу, чтобы вы распустили слух, который дополнил бы письма и заставил всех моих клиенток собраться в назначенное время. Я дам такое же задание и некоторым из моих девушек. Однако если слухи поползут извне, они будут более убедительными.

— Хорошо, — согласилась Дженет. — А какой слух я должна распустить? Вы же не хотите, чтобы правда выплыла раньше, чем все соберутся вместе, не так ли?

— Нет, конечно. Временно будем придерживаться версии о водорослях. Что касается слухов… ну, например, нашей работе угрожают, клиенты могут лишиться услуг салона, потому что ирландцы собираются установить такую высокую пошлину на водоросли, что министерство торговли отказывается санкционировать платежи по таким грабительским ценам. Мы организуем митинг протеста против дискриминационных мер правительства, которые поддерживают конкурирующие фирмы и направлены на то, чтобы лишить наших клиентов возможности и в дальнейшем пользоваться услугами «Нефертити». Как вы думаете, пойдет?

— Думаю, да, — согласилась Дженет. — Эту историю можно здорово приукрасить. Сказать, к примеру, что министерство торговли, или министерство финансов, или кто-нибудь еще находится под влиянием конкурирующих фирм. А все это вместе является грязным заговором людей, которым совершенно наплевать, что произойдет с вашими клиентами, они лишь хотят заполучить «Нефертити» и ваши секреты. Да, эта история, безусловно, вызовет справедливое негодование.

— Отлично, Дженет. Займитесь этим. А я организую утечку информации через персонал — это гораздо более эффективный способ, чем сообщить что-нибудь напрямую. Будем надеяться, что в среду у нас соберется полный зал.



ГЛАВА 8 | Во всем виноват лишайник | ГЛАВА 10