home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА 18

Черт возьми, что этот эльф вытворяет? Сначала он двигался по восточному краю степи, которая когда-то была, по всей видимости, дном огромного озера. Затем повернул на запад. Далее быстро пошел на север. Теперь снова движется на запад, почти прогулочным шагом. Очень медленно. Петляя. И все время по открытой территории. У него явно не все в порядке с головой. Или он просто заплутал.

Найдя одиноко стоящее дерево, Кинжал взобрался на него, чтобы окинуть округу взглядом. Вообще-то, снайпер ненавидел стрелять с деревьев. Если тебя заметят, ты станешь отличной мишенью. А если даже и не заметят, то все равно позиция очень уязвимая. Лучше стрелять распластавшись на грунте. Правда, в сложившейся ситуации это было невозможно. Густая трава, в которой местами можно было укрыться с головой, не позволяла снайперу использовать преимущества позиции снизу. Осмотревшись, стрелок сосредоточил все свое внимание на участке, где, судя по показаниям прибора слежения, находился дархел. Это всего в нескольких километрах. Никакого подозрительного движения, только паршивые жуки. Огромное стадо. Такие же твари, как в лесу, только больше и другого цвета. Значит, дархел прячется среди них. Что ж, неплохая тактика. Чтобы сделать выстрел, придется подобраться ближе, а это создаст дополнительные трудности.

Кинжал приблизил картинку и выругался. Артефакт был прикреплен к полосатому панцирю одного из этих поганых насекомых.

В следующее мгновение стрелок уже стоял внизу. Получается, это не он ищет дархела, а дархел ищет его. Но ведь эльф не может убивать! Всем людям известно: у дархелов есть только одно положительное качество – они не могут убивать.

Так это или нет? Что, эльф решил поохотиться? Круто.

Почему он, засранец, до сих пор жив?


Тирдал чуть замедлил шаг и пару раз глубоко вдохнул. Да уж, он реально столкнулся со своей темной стороной. Тал-железа реагирует на ненависть, на страх, на агрессию. Все эти демоны обитают в глубинах дархельской души, но частое использование гормона делает их сильнее, и они стремятся полностью завладеть сознанием. Итак, через несколько десятков часов после первого в своей жизни убийства Тирдал обнаружил, что постоянно пытается загнать глинак обратно в свое логово. Если это довольно сложно сейчас, когда сенсат всего лишь идет за снайпером, то что же будет, когда придет… время… убивать?

Явно еще не раз придется уклоняться от пуль. Нужно быстро разрешить ситуацию, иначе партия закончится вничью: Кинжал не даст Тирдалу убраться с планеты, но и сам не сможет этого сделать. Тогда они оба обречены на смерть. Пока не стоит думать о подобной развязке, однако, если другого варианта оградить артефакт от людей не представится, Тирдал готов принять смерть. К тому же умирать будет совсем не больно: достаточно перестать контролировать выбросы секрета и впасть в линтатай. Тирдалу будет все равно. Конечно, челюсти хищников, рвущие на части неподвижное тело, выведут дархела из этого состояния перед самой смертью. Но и челюстей можно избежать, спрятавшись получше.

Даже если и не придется умирать здесь, тем не менее гормона понадобится много. Необходимая дархелу доза увеличивалась по мере привыкания к обостренному восприятию мира. Интересно, вырабатывается ли с практикой что-то вроде иммунитета? Исследования этого не подтверждают, однако Тирдал уже сейчас пребывает в состоянии, выходящем за рамки любых исследований. Если причина подобной везучести – единственно самоконтроль, то это делает честь Тирдалу как личности, нисколько не помогая расе в целом.

Сенсат снова ускорил шаг, двигаясь, как и прежде, пригнувшись, Чтобы не засветиться. Мысль о том, что примятая трава слишком явный, бросающийся в глаза след, не давала ему покоя, но тут ничего не поделаешь.

Призвав Джам, сенсат сделал еще один глубокий вдох, отозвавшийся резкой болью в грудной пластине. Если бы дархел чуть больше отдыхал, пластина эта была бы уже в порядке. А так она восстанавливается медленно, и все равно понадобится тщательное медицинское обследование: неправильно сросшиеся кости – опасная вещь. Плечо временами тоже побаливало, хотя облегченный рюкзак и отсутствие коробки сводило нагрузку к минимуму.

Тирдал был голоден, но это не способствовало сосредоточению, а лишь раздражало тал-железу. Жажда пока не давала о себе знать: сенсат долгое время находился у воды и мог пополнять свои запасы. Усталость все громче заявляла о себе, несмотря на то что сенсат немного передохнул. Тал ускоряет обмен веществ, заставляя тратить больше энергии.

Снова тал. Все проблемы дархелов – психологические, физиологические – от него. Удивительно, как цивилизация смогла продвинуться настолько далеко в своем развитии с этаким камнем на шее? Лишний повод для удивления, лишний повод для того, чтобы помянуть алденатов недобрым словом.

Надо действовать. Тирдал выпрямился и трусцой побежал на восток, совершенно не заботясь о маскировке. Его макушка то и дело показывалась над высокими стеблями трав. Он чувствовал себя абсолютно незащищенным, но продолжал движение, не прячась. Нужно спровоцировать Кинжала на какие-нибудь активные действия. Может, он начнет стрелять. А может, ничего не заметит и позволит обойти себя сзади. В любом случае нельзя слишком удаляться. Не то снайпер запросто отцепит артефакт и первым доберется до шлюпки. Тирдал, лишившись наживки, окажется в весьма затруднительном положении. Если же он попробует приблизиться, то может быть убит. Тогда артефакт отправится в путь со снайпером. Выходит, чтобы сейчас не рисковать, надо бежать без оглядки как можно дальше и смириться с грядущей смертью.

Примерно через триста метров Тирдал почувствовал, что ментальный образ стрелка словно тает. Значит, Кинжал целится. Скоро последует выстрел. Сенсат и виду не подал, что все это чувствует, хотя что-то внутри него истошно кричало: прячься! Он скорректировал темп передвижения, чтобы больше о нем не думать. И, высвободив некоторое количество гормона, активизировал свои способности.

"Огонь!" – обжигающим вихрем пронеслось в сознании сенсата. Он бросился вниз и вперед, перекувыркнувшись прямо через рюкзак. Замерев, он увидел, как пуля срезает травинки на своем пути. Резкий хлопок ударил в уши. Эхо отразило этот звук, и неискушенному наблюдателю могло бы показаться, что со стороны холмов стреляет кто-то еще. Саднил подбородок: при падении Тирдал ударился о дуло своей винтовки.

Словно в оцепенении, сенсат тупо смотрел на грунт в нескольких сантиметрах от своего лица. Но уже в следующее мгновение он понял, что медлить нельзя. От второго выстрела будет не увернуться, находясь в лежачем положении. Он вскочил и с удвоенной прытью побежал дальше. Он будет проделывать один и тот же трюк, пока не засечет стрелка.

Огонь! И снова сенсат уклонился, просто грохнувшись вниз. Фонтанчик грязи впереди указывал на то, что Кинжал пытался стрелять, учитывая скорость передвижения своей цели. Сложный выстрел, Кинжал в себе уверен. Но не получилось. Все-таки очень опасно провоцировать стрелка на открытом пространстве. А другого пути нет. Не подкрадываться же вслепую.

Важно контролировать железу. Вдох.

Огонь! Кинжал злился, и это отлично чувствовалось. На сей раз Тирдал решил проскочить как можно, дальше в надежде, что снайпер целился не с поправкой на опережение. Если Тирдал угадал, он выиграет еще пару секунд. Если нет, то ему остается лишь уповать на счастливую случайность и бронекостюм. Толкнувшись что есть силы ногами, сенсат упал на живот, смягчив удар стопами и ладонями. В условиях сниженной гравитации осуществить такой прыжок оказалось гораздо проще, чем на тренировках. Только вот ствол винтовки опять стукнул Тирдала по голове. Через секунду сенсат уже полз на четвереньках, лихо перебирая руками и ногами, как настоящее насекомое.

Высокая трава пригибалась, когда он полз, но колебание верхушек стеблей было настолько незначительным, что Кинжал затруднялся в определении местонахождения противника. В лицо сенсату била пыль и врезались на лету мелкие насекомые.

Ощутив еще один выстрел, Тирдал перекатился через правое плечо и лег пластом, надеясь, что пуля пройдет выше. Она и прошла. Но, резко примяв траву, сенсат себя выдал, а значит, следующего выстрела ждать недолго. Предыдущая пуля просвистела на критическом расстоянии. Становится все опаснее. Нужно что-то предпринять, а то снайпер скоро добьется своего.

Эта пуля оказалась «умной». Пролетев поначалу мимо, она изменила курс. Однако поток протонов, выпущенный костюмом, «придушил» ее; угодив Тирдалу в бедро и даже заставив его поморщиться от боли, она так и не пробила ткань. «Шершень» – это хороший знак. Кинжал сомневается в том, что способен сам справиться с задачей. Впрочем, снайпер может выпустить столько пуль, что одна из них неминуемо попадет в Тирдала.

Но что-то произошло.

Едва ощутимая связь между двумя противниками вдруг снова стала прочной. Сенсат увидел, как стрелял Кинжал, увидел то, что Кинжал наблюдал в оптику своей винтовки. Тирдал закрыл глаза, чтобы понять, как лучше действовать. Стрелок целился прямо в него. Вот курок спущен. Тирдал отпрыгнул в сторону и сразу же встал. Первая пуля взрыхлила грунт в том месте, где он находился мгновением раньше, а вторая пролетела у него за спиной. Кинжал, видимо, предполагал, что Тирдал снова отпрыгнет, но тот остался на месте и лишь потом начал движение. Еще один «шершень» прошел мимо. Вернее, едва не попал.

Связь оборвалась. Кинжал был в ярости, он чуть не выл от злобы. Весь потный, стрелок тяжело дышал, сжимая винтовку трясущимися руками. Больше он не стрелял.

Тирдал знал, где снайпер. На небольшом возвышении к северо-востоку. Тирдал знал, куда направляется Кинжал. К лесистой возвышенности, на севере. Замечательно. Там они и встретятся. Вот только вопрос: идти прямо за стрелком или обойти его с востока?

Надо идти следом, чтобы потрепать ему нервы. Сенсат ухмылялся, несмотря на онемевшую ногу и постоянную боль в груди и плече. Несмотря на то что дико зудела разодранная, пропитанная потом и грязью кожа. Несмотря на пустой желудок и густой, сладкий, тошнотворный остаток тала.

Пусть теперь Кинжал понервничает.

От новой порции секрета приятно закружилась голова и стало чуть веселее. Тирдал был по-прежнему в состоянии управлять своим организмом, но давалось это все труднее. Главное – вовремя заблокировать свои чувства в преддверии возможного убийства. Хорошо еще, если никакой хищник не вздумает полакомиться сенсатом, провоцируя его на внеплановое насилие.

Тирдал был совершенно уверен в выбранном направлении. Да, Кинжал там. Осторожно раздвигая траву, сенсат, пригнувшись, шел вперед. Где-то далеко паслось стадо супержуков. Округа кишела мелкими тварями, едва ли разумными и по ментальной активности почти ничем не отличающимися от травы. Хищников здесь нет и в помине. А вот вдалеке что-то есть. Но сейчас это не важно. Следует полностью сконцентрироваться на снайпере, который спешит к небольшой рощице на открытом пространстве. Какая-то геологическая аномалия позволяет деревьям расти на почти сплошной скальной породе. Откуда они получают воду и минералы – непонятно. Кинжал наверняка решит вскарабкаться на одно из деревьев, чтобы получить преимущество перед дархелом. Нужно торопиться, пока стрелок не занял удобную позицию.

Стоит ли пойти на риск и убить снайпера? Или только покалечить, выведя из борьбы? И то и другое опасно. Придется на месте выбирать меньшее из двух зол. Вообще-то, Тирдал не отказался бы от какого-нибудь третьего варианта.

Примерно в километре показался Кинжал. Тирдал отчетливо видел снайперскую винтовку и шлем. То ли стрелок настолько выведен из себя, что забывает о маскировке, то ли до крайности самонадеян. Пожалуй, парочка выстрелов собьет с него спесь. А если попасть, то, может, собьет и голову. Сенсат остановился, поднял винтовку и тщательно прицелился.

Первая пуля прошла чуть выше снайпера. Сначала Тирдал почувствовал исходящий от Кинжала панический страх и решил, что тот потерял контроль над собой. Потом сенсат увидел, как снайпер, сгруппировавшись, упал, и понял, что тренировка берет свое. Кинжал стрелял еще и еще, поднимая целые каскады грязи. Страх в нем словно пульсировал. По силе он давно превзошел злобу. Ко всему примешивались усталость и отчаяние. Какая каша в голове у стрелка! Можно даже не предлагать ему сдаться, все равно не согласится. Значит, давить и давить на него, пока снайпер не совершит ошибку и не станет умолять (не просить!) о пощаде. Такой исход хоть и маловероятен, но очень привлекателен.

Кинжал передвигался уже ползком. Тирдал постарался как можно точнее определить, где стрелок, и спустил курок. Кинжал, пока ползет, ни за что не догадается, что сенсат стреляет наудачу. И только сильнее запаникует. Вокруг него будет дымиться трава, запахнет сожженной почвой. Лучше стрелять с расстановкой, так чтобы оставшихся семидесяти зарядов хватило надолго. Есть еще кое-что…

Огонь может раскрыть цлекам присутствие двух противников. Хотя… лесные пожары на этой планете, вероятно, не редкость, несмотря на сравнительно низкое содержание кислорода в атмосфере. Едва ли цлеки что-то заподозрят. А Кинжал окончательно рехнется, уходя еще и от огня.

Небольшая перенастройка импульсной винтовки – пара движений между выстрелами. Теперь радиус рассеивания частиц увеличится. Теперь стебли сухой травы уже не превратятся в прах, а сгорят.

Четыре-пять выстрелов в одно и то же место – и очаг пожара готов. Благодаря ветерку пламя быстро распространится по обширной территории. Тирдал выбрал место на предполагаемом пути Кинжала и стал стрелять.


Кинжал лежал ничком, глубоко дыша. Очередной фонтан грязных брызг заставил его вздрогнуть. В следующее мгновение до него донесся глухой звук выстрела импульсной винтовки. Черт побери, долбаный дархел изобрел способ поохотиться. Сначала Кинжал решил, что эльф прихватил с собой следящие устройства из бывшего лагеря и наконец разобрался в их управлении. Однако поведение Тирдала показывало, что он способен обнаружить стрелка, только когда тот находится в определенном состоянии. Значит, это все гребаные сенсатские штучки. Выстрел сенсат чувствует лишь после того, как спущен курок, мыслей он читать не может. Стало быть, фишка в том, чтобы… выключиться. Погрузиться перед выстрелом в состояние, подобное трансу. Стать… чернее черного, белее белого… Как там говорил дархел? Представляй себе мыльный пузырь… Уж придется, коли так. А о сравнении с поверхностью озера не стоит и вспоминать. Неужели этот поганец узнал о том, что в лагере восьмилетнего Хуберта чуть не утопили в озере старшие мальчишки? Простое совпадение? Может, сенсат пытается разозлить Кинжала отвратительными намеками? Если так, то прием сработал; Кинжал не верил в совпадения. И все же: мыльный пузырь. А то, что это для детей и психов, – не важно. За все обиды эльф заплатит кровью.

Пришлось снова откатиться в сторону, потому что очередной выстрел обжег почву буквально в нескольких шагах. Этот дархел быстро учится. Он что, встретился с Хорьком? Или получил устные консультации? Задуманное убийство, казавшееся таким простым поначалу, становится все сложнее.

Разве возможно увернуться от всех пуль? Какие-то должны были задеть эльфа и ранить настолько, что прыти у него поубавится. Но ведь не убавляется! У дархела что, броня костюма прочнее? Тогда Кинжал в полном дерьме. Хотя нет, броня такая же. Иначе Тирдал не стал бы убегать.

Вообще-то, он уже и не убегал. Он нападал. Внезапное изменение тактики означает отчаяние. И это хорошо. Значит, Тирдал в неважной форме. Ухмылка исказила лицо стрелка. Эльф явно старается напугать снайпера и не подпустить его близко. Как бы то ни было, он блефует, поскольку не может убивать.

Ноздри Кинжала уловили знакомый запах. На этой планете он такого еще не чувствовал. Приятный, расслабляющий запах. Вдох. Выдох. Уф. Дым… трава… горит?

Сквозь колышущиеся стебли снайпер увидел оранжевые сполохи.

– Чертов ублюдок! – прошипел он, поспешно отступая.

Удачный выстрел, нечего сказать. Небось попал во что-то сухое, легковоспламеняющееся.

Кинжал осознал, что огонь быстро распространяется. Повсюду треск. От серого густого дыма, стелящегося понизу, щекотало в носу и слепило глаза. Черт. Слева все охвачено пламенем. Прямо между ним и Тирдалом.

Конечно, можно использовать дымовую завесу как прикрытие. Но надо торопиться, поскольку ветер дует в сторону Кинжала. Скорость ветра равна примерно трем метрам в секунду – это скорость бегущего человека. Нужно двигаться с опережением.

С широко открытыми глазами, чувствуя страх и усталость, Кинжал поднялся на четвереньки и что есть силы припустил на северо-восток. В общем-то, туда он и собирался. Он ненавидит, просто терпеть не может, когда что-либо его подгоняет. Однако пожар не остановить, не обойти и не расстрелять из винтовки. Поэтому выбора не остается.

Снайпер справился с нервной дрожью и теперь обдумывал то, как подавить в себе злость и… страх. Он сконцентрировался. Надо спрессовать свои переживания и направить их все на дархела. Что тогда получится?

Ты читаешь мои мысли, дархел Тирдал, трусливый гаденыш? На, прочти вот это, сволочь.


Тирдал почувствовал эмоциональную вспышку. Тирдал ощутил, что снова устанавливается связь со снайпером. Мысли, чувства, представления врага свалились на сенсата как снег на голову. Какая животная ненависть! Сила и контроль. Эмоции Кинжала повлияли на содержание тала, и пришлось употребить некоторые усилия, чтобы его снизить. Вот еще одна проблема: чтобы выжить, приходится постоянно балансировать на краю пропасти, поддерживая критический уровень содержания гормона.

Тирдалу удалось мельком увидеть окружающую снайпера местность. Кинжал переместился на северо-восток, почти к самому краю степи. Пламя за его спиной (то есть справа от Тирдала) постепенно угасало, оставляя за собой багровый тлеющий шрам на поверхности почвы. Мало-помалу огненный цвет тускнел, превращаясь в пепельно-серый. Над местом пожара клубился дым, поднимаясь высоко в почти неподвижный, успокоившийся воздух.

После очередного выброса тала присутствие Кинжала ощущалось более отчетливо. Когда же сенсат восстанавливал контроль над железой, восприятие частично затуманивалось. Но оставалось очевидным, что снайпер находится в полубессознательном состоянии, как будто постоянно готовится к выстрелу. Скорее всего он просто пытается замаскировать деятельность своего мозга, чтобы стать невидимым для сенсата. Нельзя позволить ему успокоиться: нужно питать его злобу. И еще следует прекратить стрельбу: теперь риск быть обнаруженным затмевает возможную выгоду. Тирдал лег на живот и пополз, осторожно раздвигая траву вытянутыми вперед руками.

Через несколько минут он вызвал Кинжала на словесный поединок:

– Ну что, Кинжал, как дела?

Сенсат осторожно передвигал руками, стараясь только гнуть стебли, а не ломать их.

– Хотя что я спрашиваю? По твоим мозгам и так все ясно.

Тирдала остановила внезапно поредевшая растительность, но вскоре он догадался, что перед ним тропа, вытоптанная гигантскими насекомыми. Да уж. Он многому научился за последние три дня. Дикая, дальняя планета стала для него настоящей школой выживания. И тактически грамотный план действий сводит к минимуму преимущество людей, заключающееся в возможности убивать.

Кинжал ответил слегка измученным, но на удивление спокойным и твердым голосом:

– Готов спорить, что ты никогда не видел настоящего степного пожара, маленький придурок. Пламя может распространяться против ветра, может замедлять и ускорять свое движение, петлять, обходить, в общем, делать совсем не то, что задумал поджигатель.

Да, Тирдал кое-что знал об этом. И все-таки ему – им – чертовски повезло, что трава была хотя и сухой, но еще живой, а не мертвой и обескровленной засухой. Тогда что угодно могло бы случиться. Впрочем, риск – неотъемлемая часть войны, не так ли? А Кинжал что-то на редкость рассудителен. Надо бы озадачить или разозлить его.

– Кинжал, пара лишних градусов и избыток угарного газа не помеха для дархела. Так что я, пожалуй, еще что-нибудь подожгу. Моя очередь травить зверя.

– Хватит чушь пороть. Видел я раз, как один дархел загорелся на тренировке. Несчастный случай, понимаешь. Прямо как человек – не лучше, не хуже. То ли он случайно зажигалку выронил, то ли просто дураком оказался.

– Значит, плохо обучали. Между прочим, моими учителями были люди.

Кинжал проигнорировал выпад. Может, и правда подправил себе крышу?

– А это была неплохая идея: присобачить коробку к жуку. Умно. Но гораздо умнее было бы приделать ее пониже – туда, где бы она не торчала, словно седло.

На этот раз Тирдал уловил в голосе скрытое напряжение. Понятно, Кинжал изо всех сил старается подавлять какие-либо эмоциональные проявления своего внутреннего «я». Значит, не нужно давить. Нужно выпустить чувства снайпера на свободу. Кинжал подкинул лишних проблем…

– Я решил, что ты не справишься без подсказки. Ты уже продемонстрировал, что не можешь перехитрить и переиграть существо менее заметное и более умное, чем этот жук с артефактом.

А жук был замечательный. Тирдал вспомнил, как внезапно полетел вниз. Размером эта махина, наверное, с земного носорога.

– Я выследил и застрелил Хорька, признанного мастера маскировки. Помнишь Хорька? Ручаюсь, он наложил в штаны от страха, когда понял, что я держу его на прицеле. А прикрытие у него было куда лучше, чем у тебя сейчас. Однако курок был спущен рукой профессионала. Если ты считаешь, что мне нужна подсказка, скажи: почему ты бросил коробку, а сам спрятался?

– А тебе не догадаться? Я уже давно нашел маячок, и мне нужно было, чтобы ты шел за мной. Тогда Хорьку нетрудно было бы зайти с фланга и уничтожить тебя. Но он сплоховал, и я решил, что хватит давать послабления. Пусть попробует найти меня самостоятельно. Учиться никогда не поздно.

Легко использовать мертвеца как мифического союзника; проверить уже невозможно. Тирдал расставил руки и ноги, почти как ящерица, и вернулся к передвижению на четвереньках, хотя по скорости такая ходьба в исполнении дархела напоминала легкий бег у людей.

– Я убью тебя, урод! – услышал он голос снайпера и продолжил, чтобы и тот говорил, а не стрелял:

– Тебе стоит внутренне успокоиться, забыть о внешних проявлениях. Сосредоточься не на внешнем, а на внутреннем равновесии и преодолей бурю эмоций.

– У меня к тебе философский вопрос, дархел.

– Какой же?

– Если в самой чаще леса эльф лишается головы, есть ли деревьям до этого дело?

– Так. Прогресс налицо. Ты сосредоточиваешься на объекте своей агрессии. Теперь усилием воли сожми весь свой гнев, весь свой страх в одну раскаленную точку и вырви его из сознания. Только тогда ты сможешь поймать дархела без приборов слежения.

Раздался хлопок патрона, и какое-то большое травоядное животное зашаталось, кружа на месте и вырывая острыми конечностями огромные куски травы и дерна. Оно искало своего обидчика, но не находило. Однако спустя несколько секунд оно присоединилось к стаду и теперь мирно жевало траву. С панцирем было все в порядке. Бронебойный патрон оставил лишь небольшую царапину, слегка побеспокоив животное, мысли которого уже пришли в норму. Если снайпер хочет раствориться среди других живых существ, ему нужно научиться вести себя так же, подумал Тирдал.


Кинжал был не дурак. Он отлично понимал, что весь разговор затеян только с той целью, чтобы вывести его из себя, отвлечь от задуманного. Настоящий снайпер работает в тишине. Молчание со стороны Кинжала, наверное, будет самым действенным оружием против эльфа. И этот эльф не дождется того, чтобы снайпер выкинул приборы слежения. Он взывает к честности? Какая тут честность, когда на кону миллиард кредитов? К чему эта честность, если есть возможность разбогатеть? Нет уж, Кинжал воспользуется и сканерами, и датчиками, и дальнобойной винтовкой, а также меткостью и хитростью. Да еще своей способностью убивать. Поступать иначе просто глупо. Пусть дархел философствует. А снайпер будет сеять смерть.

Он задержал дыхание, чтобы сконцентрироваться и успокоить нервы. Нужно достичь такого состояния, при котором он будет невидим для сенсата. Если эльф не сможет шарить по мозгам, то оружие и приборы дадут снайперу неоспоримое преимущество. Приборы лишены эмоций.

Тирдал как бы в замешательстве. Он болтает, бегает, прячется, пристраивает артефакт, стреляет куда попало. Вся эта канитель со стороны эльфа, во-первых, очень изматывает, а во-вторых, представляет собой постоянную угрозу быть случайно убитым. Но Тирдал тоже сильно рискует, а это значит, у него нет никакого плана действий. Все же битва продолжается. Затянувшаяся битва между оставшимися двумя участниками. Поединок, из которого живым выйдет лишь один. А эльф не может причинить вреда человеку напрямую, только косвенно. Он палит, надеясь ранить снайпера и оставить его подыхать в этой степи. Совершить убийство сам он не может. Трус.

На мгновение стрелок вспомнил, как сам панически боялся преследования Хорька, но тут же отогнал от себя неприятное воспоминание. Ерунда, ведь Хорек уже убит. Убит красиво, безупречно.

Итак, Тирдал надеется на удачный выстрел. Остается только без страха встречать огонь и самому стрелять так, чтобы не оставлять цели никаких шансов. С Хорьком было покончено в честном поединке. С троллем все будет гораздо проще. Не с эльфом – с троллем. С мерзким маленьким ублюдком, с представителем ублюдочной расы, которой человечество нужно для того, чтобы сражаться. Да, дархел получит за все сполна.

Кинжал доберется до тех деревьев, заберется повыше, и оттуда через прицел будут видны даже брызги дархельских мозгов, разлетающиеся в сторон. Как это будет здорово!

Черт! Стоп. Спокойствие. Транс. Все это простая тренировка. Обнаружить цель. Взять на прицел. Спустить курок. Как тогда, с Тором. Как на стрельбище. После будет чем похвастаться в баре за кружкой пива. Заполучить артефакт и делать все, что душе заблагорассудится. Хоть книгу про эту дуэль написать. Так и так, подобная история обойдет всех даже в устной форме. И самое главное, это будет правдивая история.

Кинжал двигался в сторону деревьев так ловко, что его инструкторы могли бы им гордиться. В непосредственной близости от врага он менял позицию, оставаясь абсолютно незамеченным. «Хамелеон» был включен на полную мощность. Снайпер не думал о запасах энергии: главное – с помощью маскировки он легко одурачит простофилю дархела, а потом «хамелеон» уже не понадобится.

Кинжал полз, извиваясь и петляя в траве, как змея. Прямые линии выдают целенаправленное движение, а длинный, кружной путь не только сложнее понять, но и легко спутать с перемещением какого-нибудь пасущегося жука. Снайпер старался не наносить траве большого ущерба. Винтовка его была перекинута через плечо, а ее ремень обмотан вокруг руки, чтобы уменьшить подвижность крепления. На своем пути Кинжал потревожил несколько бегающих и летающих животных и не встретил ни одного крупного и опасного. Да и эта мелюзга убегала не из страха перед странным чужаком, а из-за шума.

Какое-то подозрительное движение впереди заставило стрелка замереть. Дыхание остановилось, сердце застучало быстрее. Кинжал изучал источник возможной опасности. Это оказался жук-падальщик размером около полуметра, бегущий по своим делам. Кинжал продолжил путь, вглядываясь в темные очертания рощицы прямо по курсу. Пожалуй, нужно выбрать вот те деревья, стоящие чуть в стороне. С них будет хорошо видна расстилающаяся степь. Их более темная, чем у других деревьев, листва – наилучший фон для «хамелеона».

Травы стало меньше, здесь и там были видны корни. По мере того как снайпер приближался к роще, почва вокруг как бы приподнималась. Эту небольшую возвышенность образовали столетние продукты гниения и разложения.

Приборы показывают, что сейчас до Тирдала около полутора километров, но несется он как сумасшедший. Ладно, чем скорее появится, тем быстрее сдохнет. К тому же он движется прямо сюда. Лучше не придумаешь. Приближающаяся мишень. Если дархел полагает, что против снайпера сработает тактика ближнего боя, то он и правда дебил. Однако нужно прибавить ходу. Быстро проскочить открытую местность, добраться до нужного дерева, взобраться и занять боевую позицию – на все про все максимум две минуты.

Стараясь набирать в легкие побольше кислорода, Кинжал бесшумно ринулся через лишенный травы участок степи. Ни на секунду не теряя бдительности, он по прямой траектории достиг деревьев. Выстрела не было. Проскочил незамеченным. Нападающая сторона не отреагировала. Закрыть глаза и не думать. Отдышаться. Есть цель – просто цель, которую надо уничтожить. Обыкновенная электронная кукла-мишень, как на тренировке. Попал, не попал. Покажи всем, что ты лучший, и ступай за пивом. Помнишь шутку: один выстрел, одно убийство и два пива, пожалуйста. Цель – цель – цель.

В состоянии почти идеального стрелкового транса, пригибаясь пониже, Кинжал рыскал в поисках дерева, на которое было удобно взобраться.

Вот оно. Легко забраться, легко в случае чего спрыгнуть. С крепкого сука на высоте пяти метров открывается отличный вид. А до цели сейчас…

Меньше семисот метров? Как быстро приближается это чудовище!

Кинжал взобрался по стволу, нашел прочную ветку на уровне трех метров, ухватился за нее, подтянулся, забрался выше, еще выше и скоро оказался на оптимальной высоте, откуда все было видно как на ладони. Место, выбранное Кинжалом, идеально подходило для стрельбы: к верхней ветке можно прислонить винтовку, ветви по краям не дают упасть, на них можно даже опереться для большей устойчивости. Снайпер настроил свои датчики и уставился в оптику, чтобы поскорее обнаружить цель. Этим-то выстрелом Кинжал должен попасть, и посему надо действовать четко и быстро.

Мишень где-то в той стороне… но там нет движения. Еще раз снять показания и все проверить. Именно там… но ничего же нет, даже излучения от «хамелеона». Кажется, призрачный источник тепла имеется, но солнце, хоть и подернутое дымкой, делает использование ИК-сенсора неточным и практически бесполезным.

Вот черт, цель ползет на четвереньках! И как быстро, елки! С такой прытью Кинжал еще не сталкивался. Поэтому и не определяется точное местонахождение. Так. Команда «синих» озадачила стрелка. Чтобы поразить мишень, переключайся между «шершнями» и бронебойными, а главное, стреляй как можно чаще. Будь на шаг впереди соперника и победи. Готов?..


Тирдал чувствовал присутствие Кинжала. Тот, вероятно, понял, как нормализовать свое сознание. По крайней мере, сейчас он вполне спокоен и уравновешен. При других обстоятельствах этого хватило бы, чтобы стать недоступным для сенсата, но дархел, борясь за свою жизнь, использовал тал и теперь уровень его способностей значительно повысился. Он чувствует, где враг, и собирается использовать это прямо сейчас.

Кинжал не сомневается в том, что для дархела стрелять в человека – крайне трудное, почти непосильное, дело. Но при этом он забывает, что кроме него есть еще во что пострелять. Например, в деревья. В одно дерево. В то самое, на котором он сидит.

Улыбка, которую любой человек назвал бы торжествующей, осветила лицо Тирдала. Он прицелился и выстрелил.

Он знал, что Кинжал уже стреляет в ответ, но ничего не мог поделать. При тщательно спланированном выстреле пуля попала в дерево на высоте около пяти метров, после чего в соседнее полетели клочья мокрой, свежей древесины. Там и прятался снайпер.

Тирдал не сразу ответил на огонь, когда в его сторону понеслись три «шершня». От первого лицо сенсата забросало грязью. Второй попал в ботинок, и нога мгновенно онемела. Третий пролетел мимо, так что Тирдал его даже не заметил. Он знал только, что было три выстрела и одно попадание.

Потом он стал стрелять по выбранному дереву, предварительно отключив свое шестое чувство – чтобы выдержать, если снайпер, по счастливой случайности, будет убит или ранен. От каждого попадания разлетались в стороны ветки, листья, обломки коры. Жаль, что их масса слишком мала и они не могут причинить такого сильного вреда, как, например, осколки. Что ж, хотя бы отвлекут на себя внимание. Тирдал выбрал другое дерево, опустил прицел и стал стрелять в основание ствола. За полторы секунды – три выстрела. Лишенная опоры громадина рушилась с треском и грохотом, ломая на пути ветви своих соседей. Тогда сенсат вернулся к тому дереву, на котором сидел снайпер. Сенсат не засек пулю, которая чуть не оторвала ему руку, зато приметил следующую, просвистевшую поодаль. Это означало, что стрелку некогда думать и долго целиться. От упавшего ствола больше всего пострадало как раз дерево, облюбованное Кинжалом.

Еще три выстрела – и через пару мгновений оно тоже завалится. Тирдал ухмыльнулся, беря на прицел третье дерево.


Кинжал выпустил третьего «шершня» в теплое пятно среди травы, когда первым выстрелом из импульсной винтовки поразило стоящее рядом дерево. Стрелка забрызгало соком, закидало листвой и сучьями. Испугавшись, он прокричал что-то нечленораздельное. Как дархел это делает? Неужто бьет на поражение? Разве он способен на такое? Но рокот импульсной винтовки все еще слышен, значит, эльф продолжает огонь.

Ничего больше не требуется, только успокоиться и стрелять. Так снайпер и поступил. Три обыкновенные пули. Наверняка попадут.

В этот момент разорвалась ветка в метре над головой. Тяжелый кусок ударил Кинжала по шлему, вызвав головокружение. Другой кусок угодил в винтовку. Не успел стрелок опомниться, как его с ног до головы осыпало мусором и дерево ужасно содрогнулось. Раздался треск ломающихся ветвей. Кинжал попытался сохранить равновесие, но дерево качнулось сильнее прежнего. А потом еще раз. Наконец снайпер понял, что происходит, и спрыгнул вниз в заранее выбранное место, чтобы поскорее оказаться в относительной безопасности.

Однако соседнее упавшее дерево накрыло его, и он, выпутываясь из ветвей, держал винтовку высоко над головой, чтобы она не застряла среди сучьев. С трудом высвобождая ноги из очередного переплетения веток, Кинжал услышал отвратительный треск и осознал, что только что покинутое им дерево тоже падает и придавит его уже не краями веток, а всей тяжестью ствола.

Справа пошатнулось еще одно дерево.

Кинжал неимоверным усилием высвободился и побежал. Он найдет укрытие и будет ждать там Тирдала. Но где здесь безопаснее всего? Дышать тут нечем, и до смерти страшно. Неожиданно признавшись себе в своем страхе, стрелок испугался еще больше. Он слушал, как позади него падают деревья, и лихорадочно соображал, откуда начать стрельбу, чтобы не обнаружить себя. Чем дальше уйдешь, тем легче будет дархелу уворачиваться от пуль. Подойдешь ближе – окажешься в зоне действия импульсной винтовки. А этот маленький козел уже дважды доказал, что он в состоянии убивать. Нет. Лучше проследить за ним, выждать в засаде и перехватить кретина по дороге к шлюпке. Стрелок несся очертя голову, жертвуя своей безопасностью ради того, чтобы поскорее оказаться подальше от страшного места.

Однако когда этот ублюдок собирается спать? Пятичасовая передышка была так давно и почти не помогла. Но если дархел бодрствует, то и Кинжал не может спать. Этот эльф еще прикончит его во сне. Что же делать? Не спать целых три дня, пока шлюпка не отправится к своей последней точке? Невозможно.

Тут до снайпера дошло: теперь охотник не он, а Тирдал. Нужно скорее поменяться ролями, но как?

Впереди опять расстилалась травянистая равнина. Взобравшись на ту небольшую возвышенность, можно будет держать в поле зрения всю рощу и Тирдала, если он пойдет через нее. Да, Кинжал окажется в хорошей позиции для дальнего выстрела, и вокруг него ничего не станет рушиться. Рассудив так, снайпер присел, повернулся лицом к деревьям и, готовый встретить любую опасность, стал пятиться.


Тирдал не собирался следовать за Кинжалом ни через рощу, ни в обход. Он прекрасно понимал, что таким образом лишь нарвется на пулю. Снайпер до сих пор жив, хотя в его сигнале Тирдал и чувствует боль. Это хорошо, но недостаточно.

Теперь Тирдал был уверен, что сможет устраивать засады снайперу там, где сам того пожелает, сможет наносить врагу прямой или косвенный ущерб. Сможет Тирдал убить Кинжала или нет – это отдельный вопрос. По крайней мере, ранив стрелка, он ставит себя в гораздо более выгодное положение.

Весьма озадачив Кинжала, сенсат ретировался, не особенно заботясь о маскировке. План был такой: вернуться к недавно пройденным густым и колючим зарослям кустарника. Хоть это и не лес, но там есть где уворачиваться от выстрелов и стрелять самому. Например, там много больших и маленьких камней для прикрытия.

Вот. Кинжал уже обрел способность связно мыслить, так что пора сделать пару зигзагов на маршруте, чтобы сбить его с толку.

Длинными прыжками сенсат спустился с пологого склона и достиг крутого берега водного потока. Оттуда, чуть помедлив, он сошел вниз и ступил в воду. Кинжал двинулся в обратном направлении. Он находился не особенно далеко, но и не близко от цели. Предположительно где-то посредине. Хорошо. Значит, у Тирдала большое временное преимущество и он может вести Кинжала, куда захочет.

Сенсат пересек поток и направился к югу по вытоптанной насекомыми тропе, которая тянулась параллельно руслу. Он оставлял следы, не зная, как этого избежать. Берег, по которому он шел, состоял из известняка. Кое-где, изъеденный эрозией, этот материал образовывал довольно интересный рельеф. Тирдал смотрел на очередную выступающую глыбу известняка, смотрел на деревья, смотрел на остающиеся в грязи следы и улыбался.


ГЛАВА 17 | Герой | ГЛАВА 19