home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА 14

Кинжал действительно устал как собака. Эти два подонка не умерли, не отказались от борьбы и даже как следует не испугались. Оба должны быть уже мертвы, как те. Они давно уже должны стать добычей жуков-падальщиков. Он не подойдет к ним, а уничтожит их на расстоянии.

Играть придется до конца. Стрелок не может сдаться теперь. Его обвинят в предательстве, убийстве, дезертирстве – в общем, во всех смертных грехах. И тогда его ждет свинец в грудь (по старинному обычаю) или газовый колокол. Он слишком далеко зашел, и пути назад нет. Бросая ту чертову гранату, он прекрасно понимал, что делает. Тогда он рисковал закончить свою жизнь в желудке жука или в цлекском плену. Риск существовал всегда. Но не такой высокий, как сейчас! Сейчас творится что-то ужасное.

Мысленно возвращаясь к своей неудачной стрельбе, Кинжал видел, что эльф не врал. Он действительно шел нормально, а когда снайпер спустил курок, отпрянул назад. Чтобы убить его, нужно подобраться ближе или успокоиться. Или и то, и другое. На близком расстоянии дархелу при всем желании не увернуться. Но привести нервы в порядок тоже нелишне. Только не через этот… «хертир». И вообще, много, зараза, болтает. Из комментариев эльфа к действиям снайпера ясно, что, если сдержать свое удовлетворение, враг не сумеет что-либо понять. А все восторги можно будет выражать уже над трупом.

Какое-то странное движение за одним из жуков. Ага, вот он. За работу. Снайпер медленно надавил на гашетку и мысленно проводил кусочек ураноуглерода в путь, находясь в том же трезвом состоянии рассудка, что и во время прицеливания.

Словно прочитав мысли снайпера (а так оно и было), эльф распластался на грунте, и пуля прошла выше, подняв столбик пыли на противоположном берегу. Вздыхая и бормоча ругательства, стрелок попытался подавить в себе злобу и предпринял еще одну попытку. Нажимая на курок, Кинжал даже глаза зажмурил, чтобы избежать каких бы то ни было мыслей. Он верил, что пуля сделает свое дело. Сейчас он откроет глаза и увидит, что дархел… еще жив. Сукин сын. Каким-то загадочным образом пуля прошла мимо, прорезав дорожку в траве на берегу.

Эльфийская дрянь быстро удалялась. Скоро в дархела будет не попасть. Хотя винтовка бьет на пятнадцать километров, за три километра цели уже не видно. Всего пять минут назад эльф находился в каких-то полутора километрах, но Кинжал был слишком занят тем, как бы получше выстрелить. Долбаный дархел настолько выбил снайпера из колеи, что заставил позабыть о расстоянии. Дьявол.

Кинжал слез с дерева и пустился догонять свой миллиард кредитов. Он не боялся признаться себе в том, что Хорек тоже угроза. Пора было уносить ноги. Да и дистанция до дархела еще не слишком велика – можно будет подкрасться к нему и попробовать застрелить. Главное, не подобраться слишком близко и не напороться на луч импульсной винтовки. Тени становятся длиннее, а на этой планете смеркается быстро. Догнать и застрелить.

Надо бы принять стимулирующий препарат. Тридцать шесть часов на ногах без нормальной еды, без сна и почти без воды. Хорошо, если гнусный эльф в таком же положении и скоро загнется. А какие, интересно, запасы у Хорька? Он-то идет последним; значит, теоретически может остановиться на отдых либо раздобыть еду.

И вообще, что замышляет Хорек? Собирается разобраться с Кинжалом? Или первый в списке все же Тирдал? На мгновение снайперу почудилось, что Тирдал и Хорек заключили союз, однако он отогнал эту мысль за полной ее бредовостью. Разведчик уж точно видел Тирдала с артефактом и сделал логический, но неверный вывод. Если получится натравить Хорька на дархела, нервотрепки будет меньше. Улыбаясь, Кинжал включил связь.

– Привет, Хорек.

– А, вот и ты, Кинжал. Что ж ты с семи раз не попал в дархела? – В голосе разведчика слышалось веселье.

Надо положить этому конец.

– Я попал все семь раз. Ты знаешь, я всегда попадаю. Ему хоть бы хны. Я не потому решил поговорить, – с удовольствием врал Кинжал, представляя, как веселость Хорька улетучивается.

– Тогда зачем?

– Ты помнишь, – лицо Кинжала расплылось в улыбке, – что Тирдал старше нас по званию. Он идет к шлюпке. Будет лучше, если ты сначала сосредоточишь свое внимание на нем, а потом мы с тобой уж как-нибудь разберемся.

– Так он тебя надул?

– Конечно нет, Хорек.

Наиболее действенный способ врать, думал снайпер, – придумывать целую историю. Тогда вранье выглядит почти как правда.

– Ты всерьез поверил, что мы договорились? Что я могу заключить сделку с дархельским отродьем? Обижаешь.

Говоря это, стрелок действительно чувствовал себя оскорбленным. Хорек полагает, будто Кинжал может быть союзником грязного кретина дархела? Вот черт, и тут одно разочарование.

– Кинжал, да за миллиард кредитов и даже меньше ты продал бы родную мать. Мы все видели, как ты смотришь на эту коробку. Если б ты попытался ее трахнуть, мало кто удивился бы.

– Ага. Это вы видели, а гранаты не разглядели, – сказал Кинжал и засмеялся.

– Никаких сделок, Кинжал, – холодно ответил Хорек. – Ты умрешь первым. Спасибо, что обнаружил свой панический страх.

Тишина.

Кинжал закинул винтовку за плечи и сжал от ярости кулаки. Он хотел, чтобы разговор повернулся по-другому. Эти двое достали его. Уроды. Ничего, снайпер до них доберется. Однако, вспомнилось Кинжалу, кто готовится стрелять, тот помалкивает. Пора завязывать с болтовней.

Стрелок взглянул на экран. Дархел в двух километрах, значит, импульса можно не опасаться. Кинжал зашел в реку, чтобы набрать воды. Она будет очищена специальным устройством, потом можно будет пить. Вытащив трубку сифона, снайпер опустил ее в воду. Достал таблетку, проглотил и заел парой кусков полученной из конвертера лабуды. Отлил. А потом, выйдя на берег, ускорил шаг.

Удивительно, как быстро садится здешнее солнце. Когда Кинжал снова достиг леса, оно уже касалось нижним краем горизонта. Дархел по-прежнему был в двух километрах, по-прежнему шел очень быстро.

На месте эльфа Кинжал точно устроил бы засаду. Дархел этого не делает, а просто убегает, подтверждая лишний раз свою трусливость. Если он будет двигаться на север, то лес скоро сменится степью и дархелу придется либо снова пересекать открытое пространство, либо возвращаться назад. Тут-то и настанет час расплаты. Снайпер осклабился. Ждать осталось недолго.

Среди деревьев все выглядело по-другому. Было темно. Редкие лучи заходящего солнца пробивались через густеющую растительность. Толстые тени лежали на грунте и становились все толще по мере того, как солнце пряталось за горизонт. Вскоре Кинжал оказался в кромешной тьме. Включив прибор ночного видения, он опустил экраны визора так, чтобы не видеть безупречно черного Ничто. Теперь он понимал, что чувствовал Горилла в замкнутом пространстве. Снайпер долго насмехался над техником, пока не надоело. Да уж, теперь он не стал бы этого делать. Свою-то фобию он одновременно и принимал, и отрицал. Все потому, что с настоящей темнотой почти не сталкивался.

Вот выступившее из темноты дерево протянуло к снайперу свои руки-ветви. Ногой-корнем оно поставило ему подножку, и Кинжал едва удержал равновесие. Уф! Снайпер небыстро бежал, каждые десять шагов останавливаясь, чтобы осмотреться и свериться с датчиками. Деревья, словно водившие вокруг него бешеный хоровод, неистово хохотали ему в уши, хватались за винтовку и тянули к себе.

Это, наверное, побочный эффект стимуляторов. Бояться нечего. Никакой опасности нет. Вдруг чьи-то крылья с размаху ударили стрелка по лицу.

Он закричал.


Тирдал ничего такого не слышал, но сенсоры сенсата уловили вопль, истолковав его как "призыв товарища по команде, возможно получившего ранение". Сенсат посмеялся над формулировкой и сделал для себя вывод, что Кинжал действительно боится темноты. Жалко, что нельзя прямо сейчас подобраться к нему и убить. Смерть хищника показала Тирдалу, что чем более развита жертва, тем сильнее шторм и глубже океан линтатая. Надо запастись терпением в ожидании подходящих условий и состояния разума для нападения.

Однако ничто не мешает поиздеваться над врагом.

– Кинжал, привет! – сказал сенсат в коммуникатор. – Как дела?

– Нич-чего, маленький ублюдок, – выругался в ответ снайпер.

– Такое ощущение, что ты рад слышать мой голос, Кинжал.

– Куда больше я обрадовался бы твоим мольбам о пощаде, – парировал стрелок, словно храбрясь. – Перед тем как испустить дух, выйди в эфир хоть на минуточку, ладно?

– А я слышал твой вопль. Ты смертельно ранен, что так кричишь? Или темноты боишься?

– С чего ты взял? – Кинжал вымученно засмеялся.

– Суди сам.

Сенсат нашел нужное место в записях сканера и дал послушать стрелку его собственный крик, слегка заглушаемый звуками живой природы.

– Ведь ты это в панике кричал? Или просто на пень наскочил?

– Ты, проклятое… – Кинжал почти минуту изрыгал непечатные ругательства.

Когда наконец он остановился, чтобы перевести дух, Тирдал сказал:

– С твоей стороны не умно так обнаруживать свои фобии. Да и художественности в твоем сквернословии было маловато. Может, все эти слова и оскорбляют вас, людей, однако для дархелов почти ничего не значат. Так что, если у тебя нет дельных мыслей, закончим наш диалог. Или побеседовать с тобой, чтоб не так страшно было?

Поток ругательств возобновился с удвоенной силой. Кинжал был на грани истерики и, конечно, хотел, чтобы с ним поговорили, но никогда бы в этом не признался.

– Бывай, Кинжал, – вставил Тирдал, улучив паузу в излияниях снайпера. – Мне тебя даже жаль. Пожалуй, надо бы развернуться и избавить тебя от страданий. Почаще оглядывайся, – закончил он зловещим голосом, слышанным в человеческих фильмах ужасов про вампиров.

Разумеется, сенсат не собирался атаковать. Но если Кинжал еще и этого станет бояться… будет забавно.

Тирдал оценил расстояние до снайпера. Опасаться пока нечего. К тому же стрелок наверняка встретит рассвет в глубоком обмороке. Несмотря на фобии и моральное уродство, Кинжал был очень храбрым человеком; одного он не понимал, что настоящая храбрость – это не отсутствие страхов вообще. Всю жизнь он пытался их в себе подавить. Пустая трата душевных сил!

Сенсор засек впереди движение, и Тирдал застыл на месте. Потом, медленно опустившись на корточки, скрылся за кустом. Взял на изготовку свою импульсную винтовку, искренне надеясь, что до стрельбы дело не дойдет. Призвал Джам, чтобы в случае чего контролировать тал-железу. Все свои чувства сенсат устремил прямо перед собой.

Диапазон видимых дархелами частот был куда шире, чем у людей, и поэтому Тирдал почти не нуждался в приборе ночного видения. Сейчас сенсат включил его, поскольку движение совершалось слишком далеко. Вот картинка прояснилась, и Тирдал облегченно вздохнул. Травоядные на обширной поляне. Крупные. Это они шуршат и издают характерное щелканье, срезая мощными челюстями древоподобную траву, которая на данной планете не сильно отличается от бамбука или фельды. Какие жвала! Стоит держаться от них подальше.

Или не стоит? Стадо довольно большое, и, пойдя в обход, Тирдал рискует напороться на хищников, выслеживающих травоядных. А эти «носороги» не проявляют особого внимания к чужакам. Сенсат вспомнил, как однажды отряд разбил лагерь посреди поля, как испугался тогда Горилла… Это было словно в прошлой жизни. Значит, Тирдал пойдет напрямик в расчете на шум, производимый «носорогами», который надолго задержит снайпера.

Сосредоточившись на насекомых, Тирдал тихо к ним приближался, выставив винтовку таким образом, чтобы в случае опасности вести заградительный огонь.

Вот он уже среди них. Треск ломаемой древесины и звуки, с которыми насекомые жуют и проглатывают ее, впечатляют. Эти жуки чуть меньше тех, что были на поле, и размером под стать земным буйволам. На бедном растительностью Дархеле таких зверей не встретишь. Животные замечали Тирдала и исследовали его своими антеннами, но ничего не предпринимали, потому что не боялись. Сенсат не был для них едой, не был хищником и потому не принадлежал к маленькому мирку этих огромных созданий. Но Тирдал все равно старался не подходить слишком близко, чтобы не поднять панику и не быть затоптанным. В определенном смысле насекомые даже помогли передвижению сенсата, разровняв большой участок почвы и очистив его от растительности. Тирдал шел быстро.

Достигнув края поляны, он вновь углубился в лесную чащу, в гнетущий сумрак. По мере продвижения влажность усиливалась, и вскоре дархела окутал легкий туман – температура слегка понизилась. Сенсат сбавил темп, поскольку приходилось постоянно плутать, продвигаясь извилистым путем. Местность изменилась, почва стала более плодородной. Другой была и растительность. На смену жестким кустарникам пришли мягкие, изогнутые и переплетающиеся, быстрорастущие деревца и лианы. Лианы были везде. Они обвивались вокруг деревьев, создавая подчас почти непреодолимые препятствия. Тирдал хотел было достать нож, чтобы расчищать себе дорогу, но вовремя сообразил, что, постоянно размахивая рукой, он не только быстро устанет и оставит очевидные следы своего присутствия, но и поможет преследователям осиливать преграды. Где-то сенсат проползал снизу, стелясь по грунту, где-то находил в живых барьерах слабые места, где-то даже перелезал через верх. Среди вьющихся растений встречались и колючие, которые словно брали плату за проход порезами и проколами.

Натыкаясь на какой-нибудь шип, Тирдал каждый раз вздыхал. Очередная метка для биосенсоров Хорька. Разведчику, в отличие от Тирдала и Кинжала, не нужно беспокоиться о следах. Это еще одно правило игры, которое очень трудно, почти невозможно, изменить.

На ум Тирдалу пришла отличная идея. Он достал из рюкзака прибор и установил его у подножия большущего папоротника. Стоит оставить его здесь: другого случая использовать устройство не предвидится. Какая удача, что эта штука была у сенсата. Пора ее оставить. Даже если план не сработает, то хотя бы рюкзак станет легче. Тирдал настроил механизм, снова поставил на плечо артефакт и продолжил путь.

Находясь примерно в километре от стада, Тирдал снова услышал крик снайпера. На этот раз он отчетливо выделялся среди общего шума.

– Ага. Жуки в темноте – это здорово. – Сенсат усмехнулся, обнажив острые зубы.


Хорек тоже слышал крик. Сначала он решил, что Тирдал убит, но сразу же и усомнился, ведь выстрела не было. Маменькин сынок Кинжал боится-таки темноты. И по-прежнему преследует Тирдала. Чудесно. Разведчик пока смолчит, прибережет колкости для более подходящего момента. А еще он будет держать ухо востро. Вдруг появится эта тварь, которая так напугала Кинжала?

Хорек подозревал, что артефакт помечен (уже давно!) и Кинжал использует прибор слежения. Иначе как тогда снайпер, сойдя со следа, смог найти дархела и стрелять в него? Или в поле произошло что-то другое? Снайпер забрался на дерево, а значит, целью был все-таки Тирдал. Хорек был почти уверен в том, что Кинжал стрелял с дерева. Но мог и ошибаться. Все-таки дикая усталость сказывалась на ясности разума, и назойливая боль сверлила дырки в черепе. Все же надо установить какую-то отправную точку в рассуждениях. Значит, снайпер стрелял с дерева и промахнулся. Может, «шершнями» по невидимой цели?

Задумавшись, разведчик даже остановился, но быстро опомнился и двинулся вперед. Чтобы не упасть на грунт и не заснуть, Хорек представлял себе, что за ним идет весь их отряд и Благовест или Шива командует: "Вперед. Опасности нет". Интересно, кто из них догадался пометить артефакт и осложнить жизнь дархелу? Скорее перестраховщик Благовест. Что ж. Если Хорек убьет первым Тирдала, то сможет использовать артефакт как наживку. Если Кинжала – сможет следить за маячком. В любом случае выходит неплохо.

Плохо было то, что Хорек неумолимо отставал. Боль и наркотики, голод и усталость – все это слишком сильно сказывалось на скорости. Остается надеяться, что ситуация внезапно изменится или кто-то из двоих останется один на один с Хорьком. Слабая надежда.

Еще разведчик уповал на то, что он избежит гангрены или какой-нибудь иной заразы. Головокружение усиливалось. Хотя на этом задании Хорек переживал и не такое. Сразу после ранения, когда приходилось бороться со смертью, было еще хуже. Может быть, сказываются непривычные гравитационные условия. Только бы не гангрена, только бы не она.

Значит, крайний вариант – ждать, пока один из двух придурков не прикончит другого. И попытаться не отстать слишком сильно. Может, удастся подобраться и убить или хотя бы покалечить оставшегося в живых. А может, еще раньше всех троих сожрут эти тараканы или просто доконает голод. Нерадужная перспектива для Хорька, но вполне приемлемая для человечества.

Наплевать. Как ни странно, Хорьку было все равно, какой конец его ждет. Разве можно убить бессмертную душу? Задав себе этот вопрос, Хорек словно понял в жизни что-то очень важное. Он удивлялся тому, что изменение собственного отношения к миру занимает его больше, чем нависшая угроза, чем необходимость погони. Даже смешно.

Хорек попытался подавить головокружение усилием воли, но, поняв, что эту карусель уже не остановить, двинулся вперед. Темнота на руку разведчику. В темноте Кинжал беспомощен, как ребенок.


– Тебе смешно, дархел? – осведомился снайпер дребезжащим голосом.

По его звучанию было понятно, что стрелок вот-вот окончательно потеряет контроль над собой. Сам Кинжал этого не замечал. Зато он подметил, что вот здесь кто-то пробирался сквозь заросли, а вот здесь остались фиолетовые следы дархельской крови. Ага, гадкий эльф снова ранен. Надо его доканывать, медленно, методично.

– Смешно? Да нет. Я просто думал, что ровная поверхность удобнее для ходьбы, чем все эти кочки, корни, коряги. И вывел тебя на нее. Никак не предполагал, что тебя напугают эти безобидные штучки.

Кинжал выключил трансмиттер и сжал зубы с такой силой, что кожа на лице побелела. Ему нужно кого-то убить, и прямо сейчас. О! По стволу дерева карабкается жук размером с ладонь. Кинжал повернул винтовку стволом к себе и двинул по насекомому прикладом. Слизь брызнула в разные стороны, и Кинжал ударил еще раз. Ноги жука судорожно дергались, а снайпер все бил, бил и бил.

Наконец, утомившись, он вытер со лба пот и отер приклад от слизи. Сердце бешено колотилось в груди, молотки стучали в ушах. Но относительное спокойствие вернулось, и Кинжал снова обрел способность сосредоточиваться. Он осмотрелся вокруг отчасти из страха, так и не признанного, отчасти для того, чтобы проверить, не привлек ли он к себе внимание резкими движениями.

Следы еще хранят остатки тепла. Значит, гнида дархел в километре отсюда. Может, чуть меньше. Забыв про страх, а также про всякую осторожность и дисциплину, снайпер рванул вперед. Нет, страх был с ним, но он только подгонял. На подсознательном уровне близость к дархелу расценивалась как залог безопасности, и снайпер торопился.

Этот эльф оставлял за собой кровавую дорожку, да и простые следы его пребывания были хорошо заметны. Он не только не имел ни малейшего понятия о том, как преодолевать подобные препятствия, но и подчас выбирал самые сложные для прохождения места.

Полная некомпетентность Тирдала по-своему удручала Кинжала. Этот эльф ведет себя как заблудившийся в лесу ребенок, тем не менее Кинжал на протяжении двух дней не может его настичь. Даже обидно, что дилетанту так везет. Ладно, пусть думает, что самый лучший. Все равно времени стать профессионалом снайпер ему не даст.

Снайпер собирался ранить Тирдала, оставив его умирать здесь. Пусть лучше его сожрут жуки. Кинжал будет милосерден. Раз уж эльф не может убить снайпера, то и снайпер не будет убивать эльфа. То же самое и с Хорьком. Как человек человека, он пожалеет Хорька и сохранит ему жизнь. Наконец Кинжал выбрался из колючих зарослей в обыкновенный лес. Широкая улыбка появилась на его лице.

Но не успел стрелок сделать и трех шагов, как датчики, встроенные в костюм, неистово запищали, предупреждая об опасности. Хорошо тренированный снайпер мигом растянулся на грунте и тут же почувствовал острейшую боль в правой икроножной мышце. Что за черт? Он выхватил из кобуры пистолет-пульсар, не выпуская из другой руки винтовку, оттолкнулся здоровой ногой и перекатился на спину. Где дархел? Широко раскрыв глаза от ужаса, Кинжал искал врага.

Никого. Никого нет. Что же произошло, черт побери? Кинжал услышал запах горелой древесины и прочитал отчет о случившемся на экране визора: осколочная мина направленного действия. Ориентируется по теплу. И установил эту дуру дархел. Если бы стрелок не обладал отменной реакцией, то валялся бы сейчас тяжелораненый или даже убитый.

Смерть дархелу! Смерть гадине! Кинжал с усилием сел и осмотрел рану. Осколок прошел навылет сквозь мягкие ткани. Снайпер заклеил отверстия нанопластырем и проглотил пилюлю с наночастицами. Скорее всего никаких неприятных последствий не будет.

Лишнее подтверждение тому, что трусливый эльф не может убивать своими руками. Чтобы вернуть контроль над голосом, Кинжал сделал вдох, задержал в легких воздух, а потом медленно выпустил его через рот, сложив губы трубочкой.

– Ты промахнулся, дархел.

– И на ошибках учатся.

– Ты умрешь, не успев совершить следующую. – В голосе Кинжала снова слышалась уверенность, но это, ясное дело, никак не было связано с бледной полоской света, появившейся над горизонтом.

– Вряд ли за ту долгую жизнь, на которую, как дархел, могу рассчитывать, я сделаю только одну ошибку. Хоть мы и значительно превосходим людей, мы тоже не идеальны.

Дархел намеренно делал вид, что не понимает. Снайперу не хотелось больше слушать, и он выключил шлемофон.


Хорек услышал характерный сухой треск осколочной мины и улыбнулся. Значит, Кинжал и Тирдал "вступили в конфронтацию". Отлично. Нервы были на пределе, потому что Хорек приближался к опасной территории. Мало ли что там происходит. Тепловизоры есть и у Хорька, и у Кинжала. Стало быть, они заметят друг друга практически одновременно. Но Хорек сзади, и у него преимущество. К тому же на время он сделал костюм теплонепроницаемым. До рассвета потерпит, пусть даже будет чувствовать себя как яйцо в кипятке. Сейчас нужно использовать каждую возможность, не задумываясь о ее цене. Если разведчик подберется настолько, чтобы засечь Кинжала, то спровоцирует того на перестрелку в предрассветной мгле.

До восхода солнца оставалось совсем немного, хотя в наглухо запечатанном костюме разведчику казалось, что пройдут долгие часы, прежде чем появится солнце. Вот Хорек дошел до места, где была установлена мина. Молекулярные следы. Тирдал и Кинжал проходили здесь совсем недавно. Кинжал определенно задет, но, по-видимому, рана неглубокая. Тирдал тоже однозначно ранен. Фиолетовая кровь пятнами покрывала зеленую листву, и все казалось серым в предутренний час.

Надо поговорить с обоими. Разведчик настроил передатчик на общий канал и приветственным тоном произнес:

– Ну что, ребята, как вы? По-моему, вам фигово. Кинжал шарахается от каждой тени, Тирдал истекает кровью. Неужели я здесь самый здоровый? – Хорьку стоило многих усилий держать голос под контролем, чтобы не выдать терзавшей его боли.

Он надеялся, что сенсат ни о чем не догадается. На таком расстоянии он и правда в безопасности. Тирдалу нужно быть поближе, чтобы определить что-то наверняка.

Первым отозвался дархел:

– Похоже, Кинжал, все мы делаем ошибки. Битва рано или поздно закончится. И завершится она в результате серьезного просчета.

– С твоей стороны, – моментально откликнулся снайпер. – За тобой уже тянется кровавый след.

– Ты переоцениваешь телесные повреждения врага, совершенно упуская из виду плачевное состояние собственной психики. У нас с Хорьком значительное преимущество.

– Все мы здесь спятили.

Не желая оставаться в стороне, в разговор вмешался Хорек:

– Кстати, может, я единственный, кто не ранен. Кажется, Тирдал, твоя мина царапнула-таки Кинжала.

– Напоролся на сук. Да и вообще, я смогу вас порешить, даже если мне одну руку привязать.

– Ловлю тебя на слове, стрелок. Давай не отказывайся, раз уж похвастался.

Кинжал промолчал.

– Кинжал, твое вранье, о союзниках, которых у тебя на самом деле нет, доказывает, что ты сам считаешь свое положение ненадежным. Такая слабость духа может привести тебя к гибели даже независимо от расстройства психики.

– Скажи мне, Тирдал, – заговорил наконец снайпер, – на что похож предсмертный крик дархела? Зачем мы ведем эту болтовню? Все довольны? Давайте заткнемся и начнем убивать. Я-то могу, а вот вы, кажется, нет.

– Ищешь способ вырубить общий канал? Помнишь, только старший по званию может это сделать. То есть я.

– Ладно, я пошел, – сказал Хорек. – Много работы. Но если ты, Тирдал, убьешь этого психа и положишь артефакт там, где я скажу, то обещаю, что оставлю тебя в живых.

– Нет, на такого рода сделку я пойти не могу.

– Потому что не можешь пролить кровь, трус, – буркнул Кинжал.

– Я тебя понял, Тирдал. Жаль, что не могу позволить вам убежать с миллиардом в кармане. До встречи, ублюдки. – И разведчик отключился. Правильное решение. Он, как и стрелок, устал и соображает хуже пятилетнего ребенка, а вот долбаный дархел цветет и пахнет.

Теперь Тирдал знает, что Хорек Кинжалу не союзник. Кинжал знает, что Хорек уже близко. А Хорек знает лишь одно: он просто обязан замочить этих продажных тварей.

Вздыхая, разведчик выбрал подходящий темп и заковылял вперед, ощущая ноющую боль в ногах.


ГЛАВА 13 | Герой | ГЛАВА 15