home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 21

Российские масоны в эмиграции. — Кадровые вопросы. — Особенности организации. — География «вольных каменщиков». — Масонская прохиндиада.


До сих пор мы не рассказали вам, как плелась паутина внутреннего масонского строительства, как умудренные в политических интригах старейшие масоны восстанавливали организации, порушенные их соперниками в борьбе за власть над русским народом. Развитие российского масонства заграницей — поучительный пример того, как могут развиваться злокачественные клетки социального организма, если их стимулировать извне. Таким стимуляторам стала моральная, организационная и финансовая поддержка зарубежных «братьев». Мы уже сообщали о финансировании французского масонства большевиками. В свою очередь французские масоны взялись помочь российским «братьям» не только денежно, но и предоставляя им помещения для собраний и инструкторов для подготовки кадров. За сравнительно короткий срок российское масонство не только восстановило свои организации, но и значительно расширилось.

Как мы уже неоднократно отмечали, основой для подбора кадров масонских лож были люди, лишенные национального сознания и устойчивых духовно-нравственных ориентиров. Масоны брали таких людей в свой оборот, вкладывая в них свое отношение к России и миру, и делали их послушным орудием своей воли.

Весьма характерной иллюстрацией этого является прием в масоны Тихановича Г.С., тридцатилетнего торговца бриллиантами и антиквариатом, выпускника Императорского Александровского лицея.

Прием осуществляла ложа «Астрея». Три поручителя из числа старых масонов дали свои рекомендации (на их языке) профану Тихановичу. Приведу две наиболее типичные, отражающие безнравственное, релятивистское и атеистическое мировоззрение «вольных каменщиков». Один из рекомендующих — Иосиф Ашкенази — писал:

Досточтимый Мастер! По Вашему приказанию я беседовал с профаном Тихановичем по религиозно-философским вопросам. К религии профан Тиханович совершенно индифферентен не потому, что, подобно многим, пережил глубокие религиозные сомнения, а по врожденному скептицизму, вследствие которого он не может ни принять, ни опровергнуть религиозного догмата. Церковь он изредка посещает, однако по мотивам, так сказать, «бытового» свойства, а отнюдь не для утоления религиозного чувства, каковое в нем, по его словам, совершенно отсутствует. В то же время он не атеист, и не решается категорически отрицать существование абсолютного начала. Вообще, несмотря на свой скептицизм, профан Тиханович представляется мне скорее человеком идеалистического склада души. По поводу церковных обрядов профан высказал взгляд, который также как будто свидетельствует, что религиозный индифферентизм не является основным его свойством, а скорее наносного, обывательского происхождения. Он приписывает церковным обрядам, т.е. ритуалу, несомненную эстетическую ценность и признает, что обряд воздействует на эмоциональную сторону нашего «я». По его мнению, всякий человек, признающий наличность в мире абсолютного начала — чего не отвергает с уверенностью и профан — должен проявлять свое отношение к этому абсолютному началу в форме обряда, т.е. ритуала. Несколько более определенно воззрение профана по вопросам морали. Профан признает мораль необходимой не только в качестве регулятивного принципа в социальных взаимоотношениях людей, но и в качестве внутренней нормы духовной жизни человека как такового. В то же время он полагает, что незыблемой базой для морали может послужить либо религиозная истина, т.е. догмат, либо стройное философское мировоззрение, в выработке которого он надеется на помощь масонства.

Профан Тиханович производит впечатление человека очень неглупого, самостоятельно развившегося в умственном и нравственном отношении, но испытывающего потребность в общении с людьми, живущими более напряженной интеллектуальной жизнью. Поэтому именно он и стремится вступить в масонский орден. Скептицизм его кажется мне не настолько глубоким, чтобы помешать ему воспринять основы масонского миропонимания, а его духовный облик, насколько я могу судить по нашей краткой беседе, позволяет надеяться, что из этого профана выработается со временем хороший масон. Почему я и буду голосовать за его прием в Братство Вольных Каменщиков.

С братским приветом Иосиф Ашкенази.

А вот рекомендация графа Алексея Бобринского:


Профан Тиханович Георгий Сергеевич родился 22 февраля 1897 года в городе Новочеркасске, сирота, отец его умер в 1910 году. Холост. Образование получил в Императорском Александровском лицее в Петрограде. Окончил его весной 1917 года. Был призван на военную службу и был причислен к французскому авиационному дивизиону на Северо-Западном фронте, где пробыл до февраля 1918. После занятия Украины немцами жил в имении в Екатеринославской губернии до января 1919; засим ушел на Дон и зачислился в автомобильную часть Добровольческой армии. Был в Крыму при Врангеле до эвакуации. Проехал через Константинополь в Прагу, где поступил в общество земледельческих машин, засим был в Берлине, служа в издательстве Отто Кирхнера. В Париже с декабря 1924 года сперва служил в автомобильной школе, а засим в бриллиантовом деле Гитмана. Прослужив у Гитмана 1 год и 9 месяцев, полюбовно оставил место, занялся сам продажей бриллиантов и антиквариата, чем живет и сейчас.

По политическим убеждениям профан заявляет, что он антибольшевик; он склонен видеть возрождение России в новых формах, определить которые он затрудняется. Россия будущая совсем не сходна с Россией теперешней, — заявляет он. Многие формы социальной жизни в России укоренились так глубоко, что переменить их будет очень трудно. «Да вряд ли кто и будет их искоренять», — говорит профан. Надеясь принципиально на скорый конец большевизма, он совершенно не видит, как это произойдет. «Я не мечтаю о том, что на вид невозможно» и далее «что-то новое должно создаться, но во что это выкристаллизуется, я вижу лишь очень туманно», — заявляет он.

По своим склонностям профан всегда интересовался философией, не считая себя однако обладающим большой эрудицией в этой области. Когда мог, читал о греческой философии и о литературе.

Профан признает свое «интеллектуальное падение», как он говорит, из-за отсутствия общения с интересными людьми, и поэтому надеется найти недостающую духовную пищу в масонстве. Будучи православным по религии, однако религиозным себя не считает; чисто религиозными вопросами не интересовался, поскольку это не касалось общефилософских вопросов. Церковь посещает иногда, когда делать «actede presence». Не отрицая существование Бога, религии симпатизирует с бытовой стороны, поскольку православие связано с Россией. Я буду голосовать за принятие профана в нашу среду, сознавая, что он масонству дать абсолютно ничего не может в своем теперешнем состоянии. Это типичный профан. Профан с большой буквы. Все в нем как будто на месте, всему он как будто научился. Однако все в нем выражено бледно, туманно, неуверенно. Он не Муссолини, не Наполеон, не ученый, не активный работник. Про него можно сказать словами онегинскими: «Мы все учились понемногу чему-нибудь и как-нибудь». Однако масонство может его переделать, дать ему более определенную окраску, сделать из него полезного человека. Его ответы на мои вопросы были осторожны, он как бы боится сказать что-нибудь лишнее, как бы проговориться, он идет ощупью. Но самое его желание придти к нам я хочу истолковать как то, что в нем не погасла какая-то маленькая искра к Свету, и наша задача дать этой искре разгореться в красивое, яркое пламя.

Повторяю, я буду голосовать за его принятие.

Алексей Бобринский. 14°[399]


И профан Тиханович был благополучно принят в масонскую ложу, более того, «братья» способствовали ему в получении нужных кредитов для его ювелирной торговли.

Вот из какого материала складывалось и неуклонно развивалось российское масонство.

Уже 15 ноября 1921 года возобновлен русский розенкрейцеровский Капитул «Астрея» в Париже (председатели: 1921…1924 — Л.Д. Кандауров, 1925 — террорист Н.В. Чайковский, 1926 — граф А.П. Беннигсен, 1927 — П.А. Половцев, 1928…1929 — Э. Нагродский, 1930…1931 — граф А.А. Бобринский).[400] Мы недаром перечисляем имена руководителей — все это были опытные теневые политиканы, руки многих из которых запачканы в крови.

14 января 1922 года в Париже в юрисдикции Великой Ложи Франции открыта первая русская символическая ложа «Астрея», учредителями которой были Ф.Ф. Макшеев (позднее, в 1929 году, радиирован и выбыл), А.И. Мамонтов, граф А.П. Беннигсен, В.Н. Скрябин (секретарь, радиирован и выбыл в 1927 году), П.А. Соколов (оратор), А.И. Наумов (казначей), В.Д. Аитов (дародатель), Л.Д. Кандауров (привратник), Д.С. Навашин, князь П.И. Кугушев, граф А.А. Бобринский, А.И. Путилов (позднее перешел в ложу «Юпитер»), Ю.О. Бурнштейн, Н.В. Маринович, Н.В. Чайковский (умер в 1926 году), Г.Б. Слиозберг, М.А. Артамонов, Э. Нагродский (перешел в ложу «Гермес»). Досточтимыми мастерами этой ложи были: Ф.Ф. Макшеев, (1922…1924), В.Д. Аитов (1925…1926), князь В.Л.Вяземский (1927…1930), С.Я.Смирнов (1931). Высокую степень в этой ложе имел террорист Б. Савинков.

На несколько дней позже открытия ложи «Астрея» в Париже, в январе 1922 года в Берлине возникает российская масонская ложа «Великий Свет с Севера», принадлежавшая к системе Великой Национальной Прусской Ложи «Трех Глобусов». «Братья» этой ложи (а их было около 50) находились в тесном контакте с масонами шотландского устава, а некоторые были приобщены сразу к обеим системам. Досточтимыми Мастерами ложи «Великий Свет с Севера» были: А.П. Веретенников (1922…1924), Давыдов (1925), А.Д. Лаврентьев (1926…1927), Элухин (1928…1931).[401]

В 1924 году создаются еще две ложи шотландского устава:

а) «Северное Сияние» (14 января), учредили ее преимущественно бывшие военные (Досточтимые Мастера: А.И. Мамонтов (1924…1925), П.А. Половцев (1926), В.В.Лыщинский, князь Троекуров (1927…1928), граф А.П. Беннигсен (1929…1931);

б) «Гермес» (24 декабря).

Ложа «Гермес» предполагалась как центр, объединяющий на масонской основе известных представителей русской науки, индустрии и служилого класса, которые смогут путем изложения докладов высказать свои взгляды на будущее устройство России, «возбудить крупный интерес в тех же классах иностранной общественности и у Правительств главнейших государств». Однако, как признается Кандауров, ожиданию этому не суждено было оправдаться: «после двух или трех докладов… имевших атмосферу смертельной скуки, ложа эта перестала посещаться даже своими собственными членами, а с весны 1925 года перестала собираться». В результате на непорядки обратила внимание администрация Великой Ложи Франции, которая произвела перевыборы, поставив у власти более активных масонов (Досточтимые Мастера: Ф.Ф. Макшеев (с марта 1925 года), А.И. Мамонтов (1926), Э. Нагродский (сентябрь 1926… 1928), Н.В. Тесленко (1929…1931).

25 января 1925 года возникает ложа «Золотое Руно». Целью этой ложи было внесение «масонского света в среду инородческих жителей Кавказа, дабы дать им возможность учредить впоследствии на Родине у себя собственные масонские ложи». Охвату подлежали грузины, армяне, горцы Северного Кавказа, азербайджанцы.[402]

При основании ложи было установлено между «русскими» и «инородческими» учредителями (последние принадлежали по посвящению к ложе «Астрея»), что «первые будут заниматься вторыми в видах надлежащего их масонского обучения и назидания только два года, после чего „братья“ либо покинут ложу „Золотое Руно“ и образуют свою самостоятельную ложу, либо все останутся в первой, из которой уйдут русские в этом случае». «Масонскими пастырями» этой ложи были в 1925 году Кандауров и в 1926-м граф Д.А. Шереметев.

Как пишет не вполне вразумительно Кандауров:

Когда двухлетний срок истек, то оказалось возможным только первый из предусмотренных случаев, так как члены ложи армяне от русских отделяться не пожелали, но и тут встретились некоторые затруднения, так как братья инородцы (не армяне), в порядке исполнения вышеуказанного условия, предъявляя разнообразные, порой противоречивые требования, и у некоторых из тех братьев, которым пришлось с ними братски беседовать, получилось впечатление, что они сами не знают вполне точно, чего хотят (т.е. разгорелась скандальная склока — О.П.). Однако после надлежащего братского отеческого воздействия, все эти братья коллективно подали в отставку из ложи «Золотое Руно» (декабрь 1926 года). Отставка была тотчас принята ложей, которую к тому времени покинули и некоторые из русских братьев. После чего ложа «Золотое Руно» была переименована в «Юпитер».[403] После «подавления бунта» инородцев ложу возглавляли следующие «досточтимые Мастера»: С.Г. Лианозов (1927 год), А.В. Давыдов (1928…1930), Д.Н. Вердеревский (1931).

«Братья» — инородцы, ушедшие из «Золотого Руна» — всего 25 человек, — образовали в юрисдикции Великой Ложи Франции ложу «Прометей», которую возглавил А. Зильберштейн, а позднее, в 1928…1929 годах, Г.К. Хагандоков. Ложа пользовалась материальной поддержкой богача-масона Чермоева. Однако, несмотря на это, она стала глохнуть, ее перестают посещать, не поступают членские взносы. В результате большую часть «братьев», преимущественно грузин, пришлось либо радиировать, либо просто исключить, а в конце 1929 года Великая Ложа Франции принимает решение — ложу «Прометей» усыпить, что и было осуществлено в 1930 году.

Высшие руководители Великой Ложи Франции были огорчены неуспехом в образовании «самостоятельного инородческого масонства из национальностей Кавказа». По их мнению, неуспех «был вызван ошибочным расчетом учредителей ложи „Золотое Руно“, переоценивших данные тех досточтимых братьев, которыми имели в виду заниматься только два года. Для поставленной цели требовалось, повидимому, гораздо более продолжительное о них попечение.[404]

Кроме четырех символических лож и Капитула «Астрея», в юрисдикции шотландского устава в 1925 году была образована ложа усовершенствования — «Друзья Любомудрия», которую в 1925…1928 годах возглавлял граф П.А. Бобринский, в 1929-м — А.П. Веретенников, в 1930…1931 годах — Н. Голеевский.

Административным органом российского масонства стала с 10 февраля 1927 года так называемая Консистория Россия, возглавляемая Л.Д. Кандауровым.[405] Постановлением Международной Конференции Верховного Совета шотландского устава в Париже, собравшей делегатов 29 стран, Консистория Россия получила определенные привилегии и полномочия, особенно в финансовой области, для чего в 1930 году была создана особая финансово-хозяйственная комиссия, возглавляемая «братом» А.В. Давыдовым.[406]

В январе 1925 года русские масоны сколачивают ложу «Северная Звезда», в которую входят члены регулярных лож Великого Востока Франции, созданных еще до 1917 года. Ее руководителями стали прожженные политиканы и активные члены террористических организаций: Н.Д. Авксентьев (Досточтимый Мастер 1925…1927, 1931) и П.Н. Переверзев (1929…1930).

Однако в эту ложу не вошло значительное число старых масонов Великого Востока, преимущественно кадетов, считавших, что она действует «недостаточно скрытно» (Д.Н. Григорович-Барский, князь Л.А. Оболенский, В.М. Зензинов, граф А.А. Орлов-Давыдов, И.П. Демидов, Теплов).

Тем не менее «Северная Звезда» заняла особое, можно сказать, руководящее положение среди русских масонских лож во Франции. Руководство Великого Востока Франции разрешило ей собираться в помещении штаб-квартиры Великого Востока на улице Кадэ, 16. Такой же чести позднее удостоилась еще только одна российская ложа «Свободная Россия» (основана 9 ноября 1931 — секретарь А. Шайкевич). Такой высокой чести последняя удостоилась за особо тесную связь с сионизмом. Среди братьев «Свободной России» числился брат Владимир Жаботинский, руководитель мирового сионизма, радикальный русофоб. В архиве Гуверовского института (США) в фонде Б.Н. Николаевского хранится приглашение на доклад В. Жаботинского в этой ложе:


Досточтимый мастер масонской ложи «Свободная Россия» просит Вас, а также дорогих братьев руководимой Вами Ложи посетить Торжественное собрание достопочтенной ложи «Свободная Россия» 11 ноября 1932 года в 8 часов 30 мин. вечера на улице Кадэ, 16 в Мастерскую N 2.

Досточтимый Брат В. Жаботинский сделает доклад на тему: «Исповедь Убежденного Мещанина».

После доклада — прения.

С совершенным уважением

За секретаря — А. Шайкевич.

В январе 1926 года в Париже была образована ложа «Аврора», относящаяся к системе «Человеческого права», другими масонскими системами не признаваемая. Ложа включала одновременно и мужчин, и женщин. Возглавляли ее: Е.А. Нагродская (1926…1928), Сыртланова (1929), Брилль (1930), Нагродский (1931).

В мае 1927 года шестью российскими «братьями», проживавшими в Египте, создается ложа «Астрея» при Востоке города Александрия, которая находилась под юрисдикцией Великой Ложи Египта (шотландского устава). Возглавлял ложу присяжный поверенный Билькен. После его смерти в 1930 году ложа стала хиреть, пополнилась представителями других национальностей и стала работать на французском языке.[407]

В Белграде российские масоны (около 12 человек) участвуют в работе ложи «Максим Ковалевский». Председателем ее является профессор М.П. Чубинский. Российские масоны в Югославии жалуются на трудные условия работы. Как отмечалось:

«Русское масонское объединение пополняется новыми кандидатами весьма медленно и с большими затруднениями в связи с настроением и духом русской эмиграции в Югославии. Настроение это черносотенное и по отношению к масонству — очень неблагоприятное».[408]

Особо следует отметить кружок русского масонства в Лондоне, созданный в 1924 году, в состав которого входили 15 «братьев», принадлежавших к различным английским ложам. В среде английских масонов кружок пользовался большим уважением. Возглавляли его в разное время «братья» Б. Телепнев, Б. Иванов, князь А.А. Лобанов-Ростовский.

Число «братьев» в каждой из лож было различно — от нескольких человек до сотни и больше. В наиболее известных ложах насчитывалось не менее полусотни человек. Так, например, в 1929 году в масонской ложе «Астрея» было 104 члена, в «Северном Сиянии» — 49, в «Гермесе» — 53, в «Юпитере» — 59 членов.[409]

Хотя российские масоны находились под полным контролем и в подчинении зарубежных орденов, было бы неправильно думать, что они не мечтали получить самостоятельность и действовать независимо, прежде всего от французского масонства. Постоянно, особенно в тридцатые годы, российские «братья», относящиеся к Великой Ложе Франции, поднимают вопрос о создании Великой Ложи России.[410] Однако французские масонские власти были против этого. В доверительной записке мастеру ложи «Астрея» Г.Я. Смирнову Л. Кандауров (33°) пишет, что «всем хорошо известно, что Великая Ложа Франции по причинам очевидным, отнюдь не склонна официально разрешать какое-либо объединение русского символического масонства, которое имело бы собственную принудительную власть, вне Великой Ложи Франции».[411]

Российские масоны в эмиграции помогали своим «братьям», оставшимся в СССР, не только морально, но и материально, финансово.

Есть точные данные о помощи московской масонской ложе розенкрейцеров под руководством Казначеева, которой из Франции «тайно в течение многих лет направлялись субсидии и продовольственные посылки…».[412]

Субсидии предоставлялись и украинским масонам, которые, чтобы получить побольше денег, посылали своим зарубежным братьям липовые данные о своей численности, утверждая в 1926 году, что их 20 тысяч человек. Это было как раз в тот год, когда после смерти Петлюры главой украинского масонства стал некто Левицкий.[413]

Помогали масоны семьям умерших «братьев». К примеру, в масонском архиве сохранилась переписка за 1937… 1938 год известного масона Маргулиеса по поводу оказания помощи семидесятилетней вдове генерала Брусилова.[414]

После разгрома Белого движения контроль над русскими финансовыми средствами, оказавшимися заграницей, перешел в руки масонского Совета Послов, который сделал все, чтобы оттеснить русские патриотические силы от распоряжения общими деньгами. Чтобы придать захвату средств какую-то видимость законности, масоны создают Земско-Городской союз из земских и городских деятелей, избранных на последних выборах в России, возглавлявшийся масонами Г.Е. Львовым, А.И. Коноваловым, Н.Д. Авксентьевым.

Пользуясь своим влиянием, масонские конспираторы создали ряд организаций, служивших проводниками масонских идей в русской эмиграции.

Конечно, прежде всего главное внимание уделялось воспитанию молодых кадров, для чего был создан «Центральный комитет по обеспечению высшего образования русскому юношеству за границей», выдававший стипендии лицам, достойным масонского просвещения (количество которых в некоторые годы доходило до 400 человек).

В руках масонов оказалось все представительство так называемого Нансеновского комитета, выдававшего русским эмигрантам специальные документы, легализовавшие их жизнь за рубежом. «Центральный оффис по делам русских беженцев» возглавлял масон В.А. Маклаков.

Масонами была создана своего рода эмигрантская администрация под эгидой Лиги Наций, имевшая важные полномочия: подтверждать сведения о гражданском состоянии эмигрантов, об их профессии, образовании, благонадежности; заверять документы, привезенные беженцами из России; рекомендовать местным властям выдачу беженцам виз, видов на жительство, стипендий.[415] А от этого нередко зависела жизнь и смерть русских эмигрантов.

«Вольные каменщики» составили и возглавили два первых эмигрантских «представительных органа» — «Русский комитет объединенных организаций» (руководитель В.А. Маклаков) и «Совет общественных организаций» (председатель А.И. Коновалов). Представители обеих организаций делегировались в «Эмигрантский комитет», оказывавший влияние на жизнь всего русского зарубежья и возглавляемый тем же В.А. Маклаковым.

Одной из самых влиятельных организаций в эмиграции стал «Союз русских евреев», возглавляемый также масонами. Бюджет этого союза был в несколько раз больше бюджета всех прочих эмигрантских обществ вместе взятых.[416]

Масонскими были все основные органы эмигрантской печати (до 90 процентов). Во главе их стояли, как правило, видные масонские конспираторы. «Последние новости» в Париже редактировали М.Л. Гольдштейн, а затем П.Н. Милюков; «Возрождение» П.Б.Струве и Ю.Ф.Семенов; «Руль» в Берлине — В.Д.Набоков, И.В. Гессен, А.И. Каминка; «За свободу» в Варшаве основана Б.В.Савинковым; «Дни» в Берлине и в Париже — Керенским. Все эти газеты были рупорами либерально-космополитического мировоззрения, а проблемы в России рассматривались в них с позиции западноевропейского реформаторства.

Например, «Возрождение» было тайным орудием масонства для осуществления контроля над русским патриотическим движением в эмиграции. Понимая, что невозможно остановить развитие русского патриотического движения, масонские конспираторы стремились его по-своему возглавить и увести в противоположную сторону. В «Возрождении», кроме известного масона Ю. Семенова, активными сотрудниками были не менее известные масоны А. Амфитеатров, И. Лукаш, Л. Любимов, В. Татаринов, Н.С. Тимашев, И.И. Тхоржевский, Н. Чебышев. В своей газете они не стеснялись клеймить «еврейско-масонское засилье», что совсем не мешало им регулярно посещать собрания своих масонских лож. Явные симпатии «Возрождения» в отношении итальянского и немецкого фашизма совершенно очевидно выражали стремление масонских стратегов свернуть русский патриотизм в тупиковую для него сторону и таким образом дискредитировать его.

Под особым попечением масонства находилась в эмиграции молодежь. В двадцатые годы под покровительством масонской организации ИМКА возникает молодежное «Христианское движение». Целью его было вытравить национальное чувство из православной молодежи и таким образом сделать ее готовой к принятию масонской идеологии. «Христианское движение» было идейно связано с уже упомянутым мной масонским обществом «Маяк», у истоков которого стоял генеральный секретарь ИМКА доктор Мотт. Для «Христианского движения» ИМКА предоставила особняк в Париже и оказывала всяческое финансовое содействие. В конце концов «Движение» превратилось в своего рода дискуссионный клуб, и его лжехристианская направленность стала очевидной.

Масонские ложи пытаются взять под свой контроль и Русскую Церковь за границей. В 1922 году они способствуют углублению раскола между Высшим Церковным Управлением Русской Церкви за рубежом и митрополитом Евлогием. Они подталкивают последнего на противостояние с патриотическим русским духовенством и добиваются своего. Ключевую роль в этой операции играли известные масоны В.А. Маклаков, М.Н. Гирс, М.В. Бернацкий, И.П. Демидов и И.И. Манухин. Позже митрополит Евлогий признавался, что близко сошелся и с В.А. Маклаковым, и с М.Н. Гирсом. «В его лице (М.Н. Гирса — О.П.) я приобрел дружескую поддержку. По ходатайству представителей эмигрантской общественности профессора М.В. Бернацкого, И.П. Демидова и д-ра И.И. Манухина М.Н. Гирс ассигновал 2000 франков ежемесячной субсидии на содержание епархиального управления… В лице М.Н. Гирса я встретил энергичного противника соглашения с Карловацким Синодом (патриотическим Высшим Церковным управлением — О.П.), он меня уговаривал вести свою линию, не соглашаясь ни на какие уступки».[417] Не соглашаясь на уступки патриотическому духовенству, митрополит Евлогий впоследствии пошел на многие уступки масонским ложам и, в частности, разрешил священникам «своей юрисдикции» совершать таинство причащения лицам, состоящим в масонских ложах. Многие организации, созданные при приходах, подчинявшихся митрополиту Евлогию, и в частности знаменитый Богословский институт, финансировались на масонские деньги.

В августе 1922 глава ИМКА Дж. Мотт посещает Прагу, где встречается с А.В. Карташевым, П.Б. Струве и П.И. Новгородцевым. Последние обращаются к руководителю масонской организации с просьбой о денежной помощи для открытия за границей Высшего Богословского института. На Пасху 1924 Мотт снова приезжает в Прагу, где ведет переговоры с теми же деятелями (плюс к ним присоединяются С.Н. Булгаков и В.В. Зеньковский). В результате переговоров руководство ИМКА выделяет на учреждение Высшего Богословского института 5 тысяч долларов единовременно и обещал давать еще 2000 долларов ежегодно. При бюджете ИМКА в 50 миллионов долларов помощь Богословскому институту была незначительна. Зато моральный выигрыш масонских конспираторов очень высок. За «благодеяние» масона Мотта русский Синод за границей приглашал православных молиться за «великого доктора Мотта». «Деловитый янки сразу понял значение такого воззвания — оно лишало значения осуждение ИМКА Собором 1921 года и разрешило русскому священству вступать в ряды американского союза. Победа была полной и стоила всего гроши». Таким образом осуществлялась попытка влиять на русское православие с позиции американского интерконфессионализма и космополитизма.[418] Представителю Русской Зарубежной Церкви епископу Тихону в 1924 году масоны сделали предложение вступить в ложу. Вербовщик утверждал, что «его ложа состоит только из христиан и монархистов…, есть люди с высоким иерархическим положением. Клятв от вас не требуется, только не боритесь против нас».[419] Особой сферой масонской конспирации в 20…30-ые годы стало продолжение кампании дискредитации русской монархии, стремление подменить ее псевдодемократическими образованиями, призванными сделать смешной и несбыточной саму идею возвращения Царя. Масоны были готовы пойти на признание изменившего Государю Николаю II Кирилла Владимировича как «законного монарха» в том случае, если он станет членом масонского ордена и согласится выполнять все его условия. В записке русского мыслителя И.А. Ильина П.Н. Врангелю по этому поводу, в частности, говорилось:

Особое место занимает сейчас признание заграничного масонства, русские ложи работают против большевиков и против династии. Основная задача: ликвидировать революцию и посадить диктатуру, создав для нее свой, масонский, антураж. Они пойдут и на монархию, особенно если монарх будет окружен ими или сам станет членом их организации; …по-прежнему их главная задача конспиративная организация своей элиты, своего тайно-главенствующего масонского «дворянства», которое не связано ни с религией, ни с политической догмой, ни политической формой правления («все хорошо, если руководится нашей элитою»).[420]

Используя беспринципность и сребролюбие претендента на Престол, вольные каменщики по принципу «вопрос трона есть вопрос хлеба и денег» проводят сложную интригу, результатом которой стало появление манифеста Кирилла Владимировича. О механизме появления этого манифеста рассказывает И.А. Ильин:

Появившийся манифест вел. кн. Кирилла не был для меня полной неожиданностью. Еще в мае я узнал, что группа лиц Французско-швейцарского масонства, установив, что за Вел. кн. Кириллом числится большая лесная латифундия в Польше, еще не конфискованная поляками, но подлежащая в сентябре 1924 года конфискации, работает очень энергично и спешно над приобретением ее у вел. кн. (он и не знал о ней!)». На нужды «императора» «должно отчислиться от этой продажи около 150 млн. франков золотом. Сведение было абсолютно точное… Расчеты у масонов могут быть двоякие: или повредить русскому монархизму верным провалом нового начинания, или повредить русскому монархизму возведением на престол слабого, неумного и, главное, кооптированного масонами и окруженного ими лица. Должен сказать от себя, что менее популярного в России претендента на престол нельзя было бы выдумать… К сожалению, вокруг вел. князя стоят люди или находящиеся под фактическим влиянием масонства (мне известны подробности от недостаточно конспиративных масонов) или же рассуждающие так: „вопрос трона есть вопрос хлеба и денег“ (эту фразу я лично слышал)…[421]

На какое-то время масонам удалось добиться своего. Провозглашение на русском троне «монарха»-изменника подорвало и без того слабый фундамент русского патриотического движения, усилило раскол среди монархистов. Чтобы понять атмосферу, которая царила в мире российских масонов за границей, следует почитать их протоколы. В Особом Архиве их множество, мы выберем один из наиболее интересных и показательных — протокол ложи «Лотос» от 5 ноября 1937 года. В этом году ложу «Лотос» возглавлял Г.Я. Смирнов. Человеком номер 2 ложи был С.Г. Лианозов, прожженный политикан — бывший глава Северо-Западного правительства во время гражданской войны. Должность Оратора в ложе исполнял бывший товарищ министра Временного правительства В.Н. Гласберг. В ложу также входили «заслуженные» масоны В.Д. Аитов (с 1938 года член Верховного Масонского Совета Народов России) и П.Н. Переверзев (бывший министр юстиции Временного правительства). Среди главных моментов торжественного собрания было поминовение Г.Б. Слиозберга, одного из главных деятелей сионизма и масонства в России, удостоенного высшего 33° и являвшегося одним из руководителей Верховного Масонского Совета Народов России. Итак, открываем этот протокол.


Протокол 92

Торжественного собрания Досточтимой Ложи «Лотос» [422]ноября 1937 года


Собрание открыто в 8 часов вечера Досточтимым Мастером [Г.Я.] Смирновым.


Офицерские места занимают:

Первого Стража — брат [С.Г.] Лианозов

Второго Стража — брат [С.] Грюнберг

Оратора — брат [В.Н.] Гласберг

Секретаря — брат [В.Ф.] Сафонов

Казначея — брат [неразборчиво]

Дародателя — брат [Н.Н.] Протасьев

Эксперта — брат де Уитт

Обрядоначальника — брат Лампен

Привратника — брат Жданов


Присутствуют на Востоке:

Циммерман, [И.А.] Кривошеин, [В.Д.] Аитов, [Д.] Шереметев, [И.] Фидлер, Д.Н.] Ермолов, [В.Е.] Татаринов, [В.Л.] Вяземский. [Б.П.] Магидович, [П.Н.] Переверзев, [М.М.] Тер-Погосян, [неразборчиво, возможно Фиников], Бурышкин.


Под сенью колонн Члены Ложи «Лотос» братья [Г.Л.] Тираспольский, [неразборчиво], Каплан, [С.Я.] Шапиро, [Л.И.] Кац, [неразборчиво], [И.К.] Лебедев, [неразборчиво] и многочисленные гости.


Получены извинения от членов ложи «Лотос».

В отпуску братья Ломейер, А. Каган, Рашеев и Лампен 2-ой.


По открытию работы в 1° Секретарем прочитывается и, по опросу колонн и благоприятном заключении Оратора, утверждается Протокол предыдущего Торжественного Собрания 15 октября 91, на котором были произведены выборы Досточтимого Мастера и Офицеров на срок 1938 года.

По окончанию текущих дел Досточтимый Мастер дает распоряжение о приглашении в Храм прибывших гостей и делегаций. В установленном торжественном порядке, в предшествии Обрядоначальника, при звуках музыки и перебой молотков, вводятся под стальным сводом Делегации Русских Лож обоих послушеств, работающих на Востоке гор. Парижа:

Досточтимая Ложа «Гамаюн» — во главе с Досточтимым Мастером Магидович Досточтимая Ложа «Юпитер» — во главе с Досточтимым Мастером Ермоловым Досточтимая Ложа «Гермес» — во главе с Досточтимым Мастером Фидлером Досточтимая Ложа «Северное Сияние» — во главе с [неразб.] Шереметевым Досточтимая Ложа «Астрея» — во главе с Досточтимым Мастером Татариновым Досточтимая Ложа «Свободная Россия» — во главе [неразб.] Досточтимая Ложа «Северная Звезда» — во главе с Досточтимым Мастером Тер-Погосяном и братом Переверзевым Председатель Совета лож Кривошеин.

После взаимных приветствий, возглавляющие делегации Досточтимые Мастера занимают места на Востоке, а остальные братья размещаются под сенью колонн.

В том же торжественном порядке в предшествии светильников и в сопровождении братьев с мечами вводится прибывший для инсталляции [имя прибывшего в протоколе не указано], которому Досточтимый Мастер передает первый молоток.

Заняв председательский трон, Инсталутор[423] приветствует от имени Федерального Совета ложу «Лотос» и засим предоставляет слово Оратору, который прочитывает отчет о работах ложи за 1937 год, пятый год ее существования.

Ложа «Лотос» вступила в отчетный год в составе 32 членов, в течение года был посвящен один профан И.К. Лебедев, и аффилирован один брат Почтенный и Досточтимый Мастер ложи «Гермес» И.И. Фидлер.

Ложа со всеми русскими мастерскими понесла в этом году невознаградимую утрату в лице отошедшего 8 июня 1937 на Восток Вечный Досточтимого Брата Генриха Борисовича Слиозберга, одного из учредителей и бессменного хоругвеносца ложи «Лотос», и вместе с тем одного из старейших русских масонов, учредителя и члена 4 русских лож и всех высших мастерских. Выдающийся ученый юрист и общественный деятель Г.Б. Слиозберг был гордостью русского зарубежного масонства, которому он оказал неоценимые услуги и отдавал беззаветно свои силы будучи уже тяжело больным, до последнего дня своей жизни. Он был одним из основоположников и создателей «коллективной души» русского масонства, истинным великим вольным каменщиком не только словом, но и делом.

Ложа почтила память этого достойного своего сочлена как экстренным траурным собранием, так и участием в полном составе на его погребении и на Соединенном Траурном Собрании всех Русских лож, устроенном Советом объединений.

Ныне ложа «Лотос» состоит из 33 членов, в том числе 31 мастер, 1 подмастерье, 1 ученик; посещаемость ложи членами продолжала, как и в предыдущие годы, быть весьма удовлетворительной, составляя 65 процентов наличного списка.

В течение 1937 года ложа устроила 17 собраний, в том числе 9 торжественных, 1 траурное и 7 семейных.


Торжественные собрания были посвящены:

1 — инсталляции,

1 — посвящению в 1° градус,

1 — обсуждению темы, предложенной для Конвента: L'avenir de la liberta,

1 — выборам офицеров,

5 — докладам.


Работа ложи, отражавшаяся в докладах, как и в предыдущем году, была посвящена частью обсуждению с масонской точки зрения причин переживаемого кризиса, главным образом морального, частью же — продолжению общей программы, принятой три года тому назад и направленной к систематическому изучению истории, идеологии и задач Франк-Масонства.

В первом отношении были заслушаны доклады:

1) Оратора брата Гласберга о книге бельгийского мыслителя Huytzig'a (…)

2) брата Лианозова «Несколько мыслей по поводу книги Андрэ Жида „Reform de l'URSS“;

3) брата Бурышкина по поводу книги A.Lantoine (…)

Во втором направлении Оратор брат Гласберг сделал доклад «О будущем» в его первоначальном виде, имевшем много общих черт с изучением Вольных Каменщиков, а брат Тираспольский под заглавием «Тайна Сервантеса и его „Дон-Кихота“ и Франк-Масонство», разобрал с совершенно новой точки зрения смысл этого бессмертного произведения и доказал, что оно являлось одним из провозвестников идей будущего масонства.

Существенным дополнением ко второй серии работ явились устроенные по почину Досточтимого Мастера Смирнова собеседования на семейных собраниях по вопросам масонской символики первых масонских градусов. На этих беседах, в которых принимали участие почти все присутствующие члены ложи, и каждому из коих предшествовали краткие вступительные доклады, сделанные братьями Бурышкиными, Протасьевым и де Виттом, было разобрано пока три вопроса: а) о хранении масонской тайны; б) о значении [неразб.] «свободы и добрых нравов» и в) об оставлении [неразб.].

На семейных собраниях, как всегда, обсуждались вопросы внутреннего административного и финансового порядка, обсуждались предположения и работах, заслушивали сообщение о работах Конвента Великой Ложи Франции и т.п.

В лице Досточтимого мастера и выборных делегатов ложа «Лотос» принимала активное участие в работах Совета объединения Русских Лож Шотландского устава, и состоящие членами президиума коего 4 наиболее активных [неразб.] (Председателя, Вице-председателя, Дародателя) были заслушаны членами ложи.

Ложа почти в полном составе своих членов приняла активное участие в Торжественном Соединенном Собрании всех русских лож…

Отдельные члены ложи «Лотос» сделали в течение года ряд докладов в других русских и французских ложах: братья Бурышкин, [неразб.], Гласберг, Тираспольский, Лейтен, Булатович, а брат Бурышкин удостоен получения почетной премии, учрежденной ложею «Le Publique» (?) за лучшую работу на представленную в этом году тему: «Иностранные масонские ложи во Франции в период оккупации Союзными армиями в 1815 году».

Заканчивая свой отчет, брат Оратор отметил, что ложа «Лотос» ныне заканчивает первое пятилетие своего существования, удалось достигнуть в среде своих членов полной братской сплоченности. Ложа представляет единую дружную семью, и каждый брат считает ее своим вторым «домом», куда они приходят отдохнуть от своих профанских забот.

Эта «коллективная душа» [неразб.] залогом успешности ее работы и с этим чувством ложа бодро вступает [неразб.] деятельности во славу Великого Существа Вселенной под покровительством Великой Ложи Франции.

[Неразб.] Ложа единодушно одобрила отчет своего Оратора.

Затем отчитываются и единодушно утверждаются Ложею годовые отчеты брата Казначея и брата Дародателя.

Председательствующий выражает свое одобрение работой ложи «Лотос» за последний год и приступает к ритуалу поставления Досточтимого Мастера, которым на избирательном собрании переизбран на 4 год брат Г.Я. Смирнов. По принятому порядку брат Смирнов покидает Храм, в его отсутствие производится окончательный опрос… подтверждающий сделанный выбор. По заслушанию заключения Оратора, удостоверившего, что выборы произведены в полном согласовании с Общим Регламентом и окончательном голосовании, дающем единогласные благоприятные результаты, брат Смирнов вводится с подобающими ему почестями в Храм, и Инсталлятор принимает от него присягу и возлагает на него снова знаки достоинства Досточтимого Мастера, после чего передает ему председательский молоток, поручая произвести инсталляцию остальных новоизбранных офицеров на 1938 год.


В ритуальном порядке (утверждаются), согласно избранию, на должности:

Первого Стража — брат Лианозов

Второго Стража — брат Грюнберг

Оратора — брат Гласберг

Секретаря — брат Сафонов

Казначея — брат Свободин

Дародателя — брат Протасьев

1-го эксперта — брат Булатович

Обрядоначальника — брат Рабинович

1-й Привратника — брат Жданов

Депутата в Великую Ложу Франции — брат Бурышкин


Засим по удару молотка объявляют поставленными на должности:

Хоругвеносца — Нам. Мастер Аитов

Хранителя печати — брат Каплан

Архивариуса — брат Кац

Библиотекаря — брат Нидермиллер

2-го оратора — брат [неразб.]

2-го эксперта — брат Лампен

Трапезоначальника — брат Булатович

Пом. трапезон. — брат Лебедев


Равным образом [неразб.] поставленными: члены [неразб.] Комиссией ложи братья Аитов, Протасьев, Каплан, Шапиро и Кац.

Делегаты в Совет объединения Русских Лож братья Кац и Тираспольский и член Ревизионной Комиссии при Совете — брат Шапиро.

По завершению инсталляции Досточтимый Мастер Смирнов обращается к ложе с кратким словом.

По приглашению Досточтимого Мастера производится троекратное рукоплескание в честь Инсталлятора, выбывающего из состава офицеров брата де Витт, всех Нам. и Досточтимых мастеров и гостей, посетивших настоящее торжественное собрание.

После сего брат Инсталлятор покидает Храм в том же торжественном порядке, в каком был введен.

За исчерпанием повестки Досточтимый Мастер приступает к ритуальному закрытию работ: [неразб.]

По выходу гостей члены ложи «Лотос» образуют посреди Храма братский угол, сосредоточивая свои мысли на предстоящей работе в наступающем втором пятилетии.


Собрание закрыто в 9 часов 50 мин., после чего состоялась Братская Трапеза, за которой произнесли приветственные речи Гласберг, Фиников (?), Переверзев, Татаринов, Кривошеин, Шереметев, [неразб.]

Досточтимый Мастер, Оратор, Секретарь.

География российского масонства в двадцатых — тридцатых годах охватывала большую часть мира — от собственно России до городов Азии, Африки, Северной и Южной Америки и, конечно, Европы.

В контакте с Парижской группой Консистории Россия находились многочисленные масонские образования в Данциге, Копенгагене, Порт-Саиде, Льеже. Как признавал в тридцатых годах один из руководителей российского масонства Кандауров, «многочисленные члены русских парижских лож, главным образом ложи „Астрея“, находящихся с ними в сношениях, проживают в следующих странах и городах: Ницца, Монте-Карло, Лион, Фербах (Лотарингия), Варшава, Брюссель, Амстердам, Прага, Любляна (Сербия), Кишинев, Каир, Тегеран, Шанхай, Иокагама, Индокитай, Барселона, Гавр, Марокко, Капштад, Нью-Йорк, Сан-Франциско, Мексика».[424]

Деятельность российских масонов за границей — бесконечная прохиндиада в стремлении достать денег для масонской работы и лично для себя. Прохиндиада эта постоянно перерастала в уголовщину.

Самые громкие скандалы в масонской среде двадцатых тридцатых годов связаны с деньгами. Во второй половине двадцатых годов произошла шумная история с масоном Ароном Симановичем, который попался на размене фальшивых советских денег различным парижским банкам на сумму 26,3 тысячи франков.[425] Аферу эту он провернул с двумя своими подручными князем Эристовым и неким Шелохаевым. В 1927 году Симанович полгода провел в тюрьме, но затем, по-видимому, по ходатайству своих «братьев», был выпущен под залог.

Материалы наблюдения за ним свидетельствуют, что это был прожженый мошенник, не гнушавшийся ничем. В делах «Сюртэ Женераль» упоминается, в частности, его афера с выпуском своих воспоминаний; по мнению сотрудников этой службы, они были жульнической фальшивкой. Эти свои «воспоминания» Симанович состряпал руками заинтересованных в этой фальшивке лиц, издал в Германии и готовил выпуск во Франции.[426]

Похождения этого афериста в Румынии, Германии, Франции — забавная страница истории российского масонства.

Не менее колоритны и похождения другого масона-афериста, Дмитрия Рубинштейна. В досье «Сюртэ Женераль» его имя всплывает в связи с делом некого коммерсанта Джорджи Алгарди, намеревавшегося создать общество по диссонтированию советских векселей и подозревавшегося в связях с агентами советской разведки во Франции.[427]

В 1923 году Дмитрий Рубинштейн проходил по делам польской полиции на лиц, связанных с большевиками. Вместе с ним проходили и Зильберштейн Леон (бывший директор банка в России), Ясный Александр, Ясный Симеон, Ясный Владимир, Залкинд Александр.[428]

В 1922 году Дм. Рубинштейн проходил в делах немецкой полиции, которая регистрирует его контакты с большевистской делегацией в Германии.[429] Интересно, что его имя упоминалось рядом с именем масона Путилова и большевика Красина.

В 1937…1938 годах Рубинштейн фигурировал в списке подозрительных лиц, составленном службой контрразведки Генштаба Франции.[430]

Одним из соратников и доверенных лиц Д. Рубинштейна был старый масонский конспиратор и аферист М. Маргулиес. Достигший высоких масонских степеней еще до 1917 года как близкий сотрудник А.И. Гучкова, Маргулиес в 1919 году числился в списках парижской ложи «Клемент амити» в 12 градусе. Затем этот соратник Д. Рубинштейна и А.И. Гучкова перешел в русскую ложу «Северная Звезда», в которой в 1928 году был 1-м Надзирателем, достигнув уже 30-го градуса Рыцаря Кадош («Кадош» по-иудейски означает «святой»), а в 1930 году значится в списках высшего 33-го градуса. С 1931 года Досточтимый Мастер ложи «Свободная Россия», где тесно сотрудничает с братом этой же ложи, руководителем сионизма В. Жаботинским. Состоя членом ложи «Свободная Россия», Маргулиес одновременно служит личным секретарем и юрисконсультом у финансового афериста Д. Рубинштейна (архив Н.Ф. Свиткова в Свято-Троицком монастыре, Джорданвилль, США).

Один из виновников гибели Царской семьи масон Б. Соловьев, выдававший себя за монархиста, в немецкой полиции был зарегистрирован как большевистский агент.[431]

Масонами, в том числе и бывшими, образуются разные околомасонские организации, чаще всего сомнительного свойства. Так, в 1933 году два старых масона А. Ксюнин и С. Маслов образовали центр международной информации и политической разведки, который в делах французских спецслужб того времени получил название шпионской группы Ксюнина-Маслова. В эту группу входил целый ряд масонов, и в частности А. Гучков, В. Татаринов, Н. Тимашев, а также невозвращенец Г. Беседовский и украинский масон С. Маркотун.[432] Работали они преимущественно на немецкую разведку. Кстати говоря, связь А.И. Гучкова с немецкой разведкой прослеживается и по другим документам архива.[433]


Тайная история масонства


Глава 20 | Тайная история масонства | Глава 22