home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 2

Мы закончили представление, как всегда, под утро и, получив последнюю порцию аплодисментов, переоделись и собрались поехать в закусочную, когда случилось то, ужасное. Винус и Барри направились к его побитой, видавшей виды машине, своим существованием подтверждавшей мои подозрения, что дела у него не так уж блестящи. Охранник Бруно, весь из половых гормонов и мышц при почти полном отсутствии мозгов, торчал у входной двери. Стоянка, можно считать, опустела: последние гости разъехались около часа назад. Винсент уже стоял возле своего прикольного красного “порше”, видимо, раздумывая: снизойти ему до того, чтобы перекусить вместе с нами, или отправиться в свою одинокую шикарную квартирку в одном из элитных домов города. Остальные служащие клуба либо уже отвалили, либо остались для уборки.

Как я упоминала, я начала открывать дверцу своей “камаро”…

И в это мгновение услышала негромкий звук — как будто выстрелили из игрушечного пистолета, и потом сразу крики на стоянке и множество выстрелов, на этот раз очень громких. Скажу вам, если не знаете, что в таком бизнесе, как наш, вполне естественно, что люди имеют при себе пушки и даже пулеметы. У меня тоже кое-что имеется… Вру, ничего у меня нет.

Однако в тот момент я забыла обо всех видах оружия и грохнулась прямо на землю. Так сделали и другие, только при этом высматривали, наверное, какую-то цель и палили кто куда. Но Бруно — он стоял поодаль — мог, я думаю, знать, откуда раздался выстрел. Пожалуй, за всю свою жизнь я не видела рядом с собой одновременно столько оружия и чтобы оно так мгновенно исчезло, словно растворилось в воздухе, как только прибыла полиция, которую кто-то вызвал.

После выстрела я пыталась закатиться под машину, но мешали некоторые части тела, и больше всего левая нога. Она жутко болела и не сгибалась. Слушая грохот выстрелов, я опасалась, что меня изрешетят пули друзей, а не только того, убийцы, который стрелял первым. Я протянула руку к ноющему бедру, и ладонь вмиг стала липкой от крови. В этот момент я и подумала о Джоне Нейлоре и о том, что наша взаимная симпатия так и не превратилась в нечто более осязаемое, а теперь, возможно, не превратится никогда.

Полицейские сирены завывали уже совсем близко, когда Барри завопил, почти заглушив их.

— О Господи! — орал он. — Она мертва! Винус, девочка моя, не оставляй меня!

Бруно в это время сделал еще пару выстрелов из своего сорок пятого калибра в сторону сосен, отгораживающих здание клуба от дороги. Потом скатился с лестницы, перепрыгивая через несколько ступенек, и короткими перебежками помчался к мусорным бакам, откуда выстрелил еще сколько-то раз, а затем понесся к машине Барри. Прямо как на настоящей войне, которую я видела в кино.

Швейцар Гордон каким-то образом оказался рядом со мной. Он был бледен как полотно, темная козлиная бородка тряслась.

— Ты ранена? — выдохнул он. — Чем тебе помочь? Мне совсем не хотелось умирать у него на руках. Ведь он не был Джоном Нейлором. Даже отдаленно не напоминал его.

— Гордон, — я очень старалась, чтобы в голосе не звучал последний вздох, — посмотри, куда меня ранило? Сильно ли течет кровь?

Он побледнел еще больше.

— О Господи! Где?..

— Вот и я хочу знать — где. Наклонись и взгляни на мою задницу. Она болит, как… — Я замолчала, потому что не нашла сравнения.

Он заглянул, куда я просила, и снова запричитал:

— Да, Кьяра. Кровь просто хлещет…

Полицейские машины были уже совсем рядом, вой сирен вспорол тишину раннего утра над Панама-Сити, нарушая покой тех, кто приехал сюда отдохнуть.

— Гордон, — простонала я, — наложи тугую повязку.

— Что, Кьяра? Я… Где?

Этот человек не был, увы, ни дамским угодником, ни медиком.

— Скорее, Гордон!..

Автомобильные шины завизжали уже на самой стоянке: наша доблестная полиция прибыла. А где же самый доблестный из доблестных? Где мой Джон Нейлор? Небось дома в теплой постельке. И, вполне возможно, не один.

— Эй, сюда! — закричал Гордон. — Она ранена!

Он вскочил с земли и ринулся к полицейским, напрочь забыв об оказании первой помощи пострадавшей, которая — то есть я — уже начинала уходить в иной мир, а если по правде, то терять сознание.

Как сквозь густой туман, я видела, что меня кладут на носилки, запихивают в перевозку. В больнице, куда мы приехали, мне что-то сразу вкололи, что-то дали понюхать, и я быстро очухалась.

Наверное, целый час, если не больше, я лежала и глядела в потолок… точнее — в стену, потому что вы помните, куда меня ранило, и на спине я лежать не очень-то могла. Лежала и думала про то, что случилось, и какой же это подонок мог стрелять в женщин, и для чего ему надо было…

А потом я увидела в дверях — кого бы вы думали? — моего дружка Джона Нейлора. Видно, кто-то из копов шепнул ему, что здесь лежит животом вниз, а задницей кверху одна хорошая знакомая Джона, а именно — танцовщица из мужского клуба, Кьяра Лаватини, и он наверняка захочет ее навестить, а заодно порасспросить насчет того, что произошло.

Да, Джон стоял в дверях, но, ей-богу, еще до того, как он там возник, я почувствовала его приближение и сразу представила — загорелого, с темными волосами, в белой рубашке, и как все медицинские сестры пялятся на него и стараются пройти мимо и задеть плечом или еще чем. Кстати, сам он не считал себя красавчиком — просто само так получалось.

И вот он был здесь, этот сукин сын. Хотя бы из вежливости мог сделать вид, что расстроен, обеспокоен моим состоянием. Так нет, стоял и ухмылялся. Конечно, у него работа такая — нагляделся на всякое и, быть может, хотел, наоборот, ободрить меня своей дурацкой улыбкой и как бы сказать, что все это, мол, пустяки, мелочи — подумаешь, какой-то псих застрелил мою напарницу и заодно вырвал кусок из моего драгоценного тела.

— Эй, Кьяра, — окликнул он, — если тебе уж так приспичило меня увидеть, совсем не обязательно организовывать настоящее убийство.

Я с трудом повернула голову и попыталась тоже изобразить улыбку.

— Привет, Нейлор, — пробормотала я. — Поцелуй меня в зад.

— С удовольствием, дорогая, — отозвался он. — Если это поможет твоему выздоровлению.

— Нейлор! Неужели в тебе нет ни капли жалости? Мне так больно!

— Рана поверхностная, — сообщил он таким тоном, словно зачитывал официальное донесение.

Но при этом как он выглядел и как от него пахло! Не дезодорантом — он эти потники на дух не переносил, — а просто этим… как его?… “после бритья”.

— Меня могли убить, ты знаешь, Джон? Возможно, убийца целился не в бедную Винус, а… — Я не стала продолжать.

Нейлор придвинул табурет к койке, сел у изголовья, взял меня за руку.

— Знаю, дорогая, — сказал он и, наклонившись, отвел волосы от моего лица, погладил щеку. — Очень больно?

Я застонала, но не от боли, а от удовольствия: мне всегда нравились его прикосновения. Даже теперь, когда я была изранена.

— О-ох! — простонала я еще громче, чтобы продлить наслаждение.

— Тебе хуже?

Сейчас у него в голосе была настоящая тревога.

Я не смогла сдержать легкого смешка — моя честная натура не позволила долго изображать умирающую от ран героиню, — и Нейлор тотчас выпрямился и убрал руку.

— Кьяра, — сказал он деловым тоном, вытащив из кармана блокнот, — произошло убийство. Ты должна ответить на несколько вопросов.

Черт! Он опять не со мной.

— Ты слышала выстрел, которым была убита Винус? Мне показалось, что боль усилилась, а может, так оно и случилось, когда Джон отодвинулся от меня.

— Да, — ответила я сквозь зубы, — слышала, но ничего не видела, потому что открывала дверцу машины…

Нейлор усердно заносил мои слова в блокнот.

— А ты видела что-нибудь подозрительное… Кьяра, ты слушаешь?.. Перед выстрелом? Или, может, раньше в тот же вечер?

Он напомнил мне учителя, которому я лет сто назад сдавала экзамен, и воспоминания были не слишком приятны. Рядом с нами в палате тусовалась еще парочка копов, медсестры, они мешали мне сосредоточиться на Джоне Нейлоре. Захотелось поскорее вернуться в трейлерный городок, где сейчас живу, залезть в свой уютный вагончик, где меня ждет не дождется Флафи, крошка чихуахуа, которую некому покормить, а затем нырнуть в постель — и спать, спать…

— Кьяра, — услышала я снова, — отвечай: ты заметила что-нибудь подозрительное?

— Нейлор, — я тяжело вздохнула, — ну что ты меня достаешь? Сам ведь знаешь, где я работаю. В нашем заведении все подозрительно.

Он тоже вздохнул:

— Ты понимаешь, Кьяра, о чем я спрашиваю. Не забывай, произошло убийство.

Конечно, он был прав, я вела себя по-идиотски. Наверное, еще не отошла после шока… Подозрительное? Я заставила себя прокрутить назад сегодняшний вечер. Вроде ничего такого. Посетители в основном местные, несколько приезжих… Все как всегда. Я начала было покачивать головой и вдруг замерла, потому что вспомнила…

— Не знаю, интересно тебе или нет, — проговорила я, — Но один из новичков как будто здорово запал на Винус.

Я вспомнила: это меня тогда задело — я привыкла, что больше глазеют на меня, а тут… этот тип просто глаз с нее не сводил.

— Ну и что в этом такого? — пожал плечами Нейлор. Я ненадолго задумалась.

— Он сидел за столом, — сказала я, помолчав, — но совсем не смотрел по сторонам. Только на нее. И когда Винус пошла со сцены, провожал ее своими мигалками.

— Что же тут необычного? — повторил Нейлор.

В самом деле, что такого? Я была согласна с ним. А кроме того, боль усиливалась: ныла уже не только рана, а все тело, и я плохо соображала, что говорю. Но все-таки продолжала:

— Он уставился на нее не как посетитель… Понимаешь? Не как покупатель на товар… Он и не хотел покупать. Ему просто что-то в ней очень не нравилось. — Это сейчас вдруг стукнуло мне в голову.

— Опиши его, — попросил Нейлор.

Я сделала еще одно усилие над собой.

— Ну, высокий. Крепкий такой. Одни мышцы, без жира. Чисто выбрит. Из тех, кто бреется трижды в день… Напомнил мне одного парня, мы были знакомы, когда я жила еще с родителями. Погоди… как его звали? А, да, Сальваторе… Интересно, где он сейчас и чем занимается? Последнее, что я слышала про него, — он угодил в тюрягу…

У меня все плыло перед глазами, боль не затихала.

— Что на нем было? — продолжал допрос Нейлор. — Костюм или кожаный прикид?

— На Сальваторе? — Я уплывала куда-то. — Наверное, тюремная эта… как ее… полосатая…

Нейлор со вздохом захлопнул блокнот.

— Кьяра, — негромко сказал он. — Договори то, что начала. Как был одет тот человек, который сверлил глазами Винус?

— Сестра! — позвала я.

Мне казалось, очень тихо позвала, но она услышала. А возможно, и так собиралась вкатить очередной укол. Тогда мне станет легче… Господи, ну что он опять пристал?

— У него… — Я старалась говорить отчетливо. — На нем был серый, почти черный, костюм. Фирма “Брукс бразерс”.

— Кьяра! Что за шутки?

— Никаких шуток, Джон. Мне платят за то, что я разбираюсь в клиентах. Помогаю разбираться… Тот человек пришел не смотреть на танцы почти голых девушек и не выбрать себе подругу жизни на сорок минут. Да… и поэтому показался подозрительным.

Монолог окончательно утомил меня.

— Прошу прощения, если не возражаете… Ледяной тон медсестры заставил Нейлора отступить от моего смертного ложа.

— Он не возражает, — прошептала я. — Колите скорей… Пожалуйста…


Глава 1 | Стриптиз в кино | Глава 3