home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



4

В более ранних спекуляциях на тему «Ледового побоища» построение русского войска описывалось по «Святославу». К примеру, И. Греков и Ф. Шахмагонов тоже обратили внимание на то, что ничего нового в построении своего войска князь Александр не придумал: «Русское войско было построено по классической схеме, выработанной еще Святославом. Центр – пеший полк с выдвинутыми вперед лучниками, по флангам – конница. Клин пробил русский центр, но в это время ударила по флангам русская конница, и рыцари оказались в окружении» (указ. соч., с. 78).

При небольших нюансах в описании деталей битвы, вызванных стремлением авторов внести собственный вклад в «науку», они дружно сходятся в том, что Александр Невский, «учитывая особенности тактики рыцарей» предугадал то, что ливонцы будут атаковать «свиньей», и подготовил им ловушку.

Если Александр Ярославич построил войска «по классической схеме, выработанной еще Святославом», то заявления о том, что он «учел особенности тактики рыцарей», выглядит более чем странно. Общеизвестно, что во времена Святослава еще не было ни рыцарской конницы, ни военно-монашеских Орденов. Или надо признать, что противники Святослава – хазары, печенеги, волжские булгары, византийцы, располагали рыцарской кавалерией и строили свои боевые порядки «свиньей». А это уже такой же бред, как участие в сражениях Александра Невского «небесного воинства».

Кроме того, как Александр Ярославич мог учесть особенности тактики рыцарей, если он с ними до этого никогда не воевал? Научился ей в «Невской битве»? Но в этом сражении, если верить официальной версии, он мог научиться только тактике панического отступления. Разумеется, молодого неопытного князя могли просветить его умудренные боевым опытом родственники или бояре. Но и это не так. Ни присланный отцом в подмогу Александру младший брат Андрей, ни другие военачальники новгородско-суздальского войска о тактике рыцарей не имели ни малейшего представления. До «Ледового побоища» в русских летописях не сообщается ни об одном сражении с рыцарями, в котором они атаковали «свиньей». Более того, до 5 апреля 1242 года у русских вообще не было опыта крупных полевых сражений с рыцарским войском: во всех предыдущих стычках ливонцы старались избегать открытых сражений с русскими. Ввиду подавляющего численного превосходства противника они предпочитали пережидать нападения русских дружин за стенами своих замков.

Эпизод, когда сотня братьев-рыцарей полдня отбивала русских на переправе, явно не давал повода сделать вывод о том, что рыцари «обычно вели фронтальную атаку против пехотинцев бронированным клином». То же самое можно сказать и по поводу неудачной вылазки ливонцев во время осады Ярославом Всеволодовичем Дерпта в 1234 году. Тогда большинство атакующих провалилось под лед прежде, чем русские смогли разобраться в особенностях их тактики.

Первыми, кто мог столкнуться с атакой рыцарской кавалерии, были псковичи, которые неудачно пытались отбить у Ярослава Владимировича Изборск. Но это всего лишь предположение, поскольку никаких подробностей об этом бое, кроме числа погибших в нем русских, нет.

Для современников, имеющих такое же представление о тактике рыцарей, как и князь Александр, видимо, интересно будет узнать о том, что построением «клином» она не ограничивается. Арсенал тактических приемов рыцарского войска был намного богаче. Поэтому, как построятся рыцари на поле боя, и в каком строю будут атаковать, не мог с уверенностью предположить даже полководец, имевший большой опыт сражения с ними.

О том, как воевали тевтонские рыцари, хорошо известно по описанию в Ливонских хрониках, в которых подробно рассказывается о многих сражениях. Так что фантазировать по этому поводу нет необходимости. Достаточно просто ознакомиться с первоисточниками. Еще большее заблуждение полагать, что тактическое построение рыцарского войска на поле боя не предусматривало возможности нанесения противником фланговых ударов. Рыцари про защиту флангов не забывали!

Например, когда рыцари располагали незначительными силами (как это было и во время «Ледовою побоища»), они применяли построение «изгородь» («en haie». – Фр.). Тяжеловооруженные конные рыцари выстраивались в одну линию впереди войска. При этом между отдельными рыцарями, растянувшимися вдоль всей линии фронта, было значительное расстояние. Позади стояла легкая кавалерия, а за ней пехота. Это построение позволяло одновременно использовать в сражении всех тяжеловооруженных всадников – главную ударную силу рыцарского войска. А растянутый по фронту строй затруднял превосходящему по численности противнику совершить маневр по окружению рыцарского войска. Логично было бы предположить, что и против русских ливонское войско, в котором собственно рыцарей было несколько десятков (всего ливонских рыцарей, по спискам Ордена, было чуть больше сотни), выстроится точно таким же образом.

Но даже если рыцари выстроились «клином», который бросился в атаку на центр русской позиции, то это не означает, что фланги атакующего отряда были незащищенными.

Например, в уже упомянутой битве при Карусене орденская кавалерия была прикрыта с флангов отрядами союзников-аборигенов. Рыцари, которые в 1242 году так же, как и при Карусене, атаковали первыми, скорее всего, использовали тот же самый тактический прием. Это значит, что если во время «Ледового побоища» несколько десятков тяжеловооруженных всадников построилась «клином», то оставшаяся – большая часть – ливонского войска обеспечивала безопасность флангов и тыла этого ударного отряда.

Можно возразить, что поскольку в битве при Карусене ливонские рыцари преградили путь противнику, а в случае «Ледового побоища» – наоборот (русские – ливонцам), то построение рыцарского войска могло быть другим. Каким же?

Таким, например, как в битве при Вильянди в 1217 году, в результате которой Эстония попала под власть Ливонии. Ливонская армия состояла из 3000 воинов. По территории противника ливонцы двигались тремя параллельными колоннами, для того чтобы в случае внезапного нападения иметь возможность быстро развернуться в боевые порядки. Опять же рыцари двигались в центре, а слева и справа, прикрывая фланги, их союзники леты и ливы. В таком строю они и вступили в бой с эстами. Рыцарское войско состояло из всадников, а леты и ливы действовали в пешем строю, прикрывая фланги. Рыцари, атаковавшие в центре, обратили в бегство противостоявшие им войска эстов. Летам, атаковавшим одновременно с рыцарями, на своем фланге тоже удалось нанести поражение эстам. А вот ливы на своем фланге отступили. Эсты, воспользовавшись этим, нанесли удар в тыл рыцарям, которые в этот момент преследовали их бегущих соплеменников. Однако на исход сражения этот контрудар не повлиял. Несмотря на то, что силы эстов в два раза превосходили ливонские (если верить цифрам, приведенным в Ливонской хронике), войско язычников все же было разбито. Заметим, что и в этом сражении ливонская пехота находилась не в центре строя всадников, а снаружи его, прикрывая рыцарей от фланговых ударов. Точно так же выстроили свои порядки рыцари и в следующем году, когда им пришлось воевать против объединенного новгородско-псковского войска, вторгшегося в Ливонию. Правда, тогда до боя дело не дошло, так как, увидев численность русского войска, ливонцы отступили, поспешив укрыться за стенами замков.

Нет никаких оснований считать, что преследуя отступающие на озеро отряды Александра, ливонцы двигались не своим проверенным походным строем в три колонны, а как-то иначе. И уж тем более, встретив на своем пути основные русские силы, они даже и не подумали перестраиваться в один огромный «клин» (подобный тому, который изображают на схемах в учебниках истории). Зачем? Походный строй в три колонны позволял им с ходу начать атаку на выстроенные для боя полки Александра. При этом рыцарская конница, развернувшаяся из походной колонны в атакующую лаву, могла не беспокоиться о своих флангах, которые прикрывали две другие колонны.

Ну, а если поверить в то, что ливонцы оставили фланги неприкрытыми? Насколько реально было провести упомянутый Соколовым маневр по «двустороннему охвату флангов» и заходу в тыл ливонцам конных отрядов русского войска?

На такой открытой местности, как многокилометровое ровное как стол пространство замерзшего озера, совершить незаметно маневр по обходу невозможно. Противник, пытающийся зайти в тыл, будет замечен как минимум за три километра (расстояние до линии горизонта). Это означает, что у обороняющихся будет достаточно времени, для того чтобы перестроить свои боевые порядки для отражения этой атаки или отступить.

Не говоря уже о том, что коннице трудно было бы передвигаться с большой скоростью по льду. Это показал в своем фильме Эйзенштейн, где есть сцена, в которой на глазах у Александра, выбирающего место для будущего сражения, поскользнувшись на льду, падает лошадь с наездником. «Что, копыта скользят?» – восклицает князь. Так что на скользящих копытах в тыл немцам русской коннице пришлось бы заходить медленно и осторожно. А это значит, что у ливонцев было еще больше времени на то, чтобы, заметив грозящую опасность, предпринять адекватные ответные меры для ее устранения. При таком раскладе возможность окружения ливонского войска кажется маловероятной.


предыдущая глава | Александр Невский. Кто победил в Ледовом побоище | cледующая глава