home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement




3

В «Неблагом Дворе» были закрыты все окна и двери. Конечно, как и в «Облаке» мамаши Лапуты, основной наплыв здесь начинался ближе к вечеру, но все равно заведение выглядело чересчур тихим. Напротив «Двора» стоял пустующий дом, в нем на первом этаже мы и расположились. Вместе с Маркелычем и мною набралось одиннадцать человек. Шестеро были вооружены эплейскими самострелами и короткими мечами, остальные — мечами и арбалетами.

— Черных всего четверо, — сказал Маркелыч. — Но неизвестно, скоко их поджидало внутри, когда те вошли. Так что, может, теперь их целый отряд. Джанки, ты там бывал?

— Редко… — Я стоял возле окна и осторожно выглядывал наружу. — Не люблю азартные игры. Лакеями у них несколько орков, все здоровые лбы. И еще, Сэмка… у них «крышей» — Пен Галат. Если там внутри кто-то из ребят Галата, то будет хуже.

— Ну, это мы еще посмотрим. Мои пацаны тоже небось не тролльские выкормыши, — хмыкнул он.

— Хорошо, но там задний ход есть. Они уже давно могли через него…

— Не могли. Там тоже трое пацанов стоят. В случае чего они б свистнули.

— А отсюда мы их свист услышим? Если…

Меня перебил один из бойцов, тощий мужик с большой круглой серьгой в носу. Серьга была очень уж желтая и блестящая, скорее всего, из поддельного золота.

— Идет кто-то.

Я выглянул и увидел коротышку, который показался в конце улицы.

— Быстро, возьмите его! — приказал я. — Не прибейте только. Притащите сюда.

Мужик с серьгой покосился на Сэмку, тот кивнул:

— Давай, Золотце.

Тощий что-то сказал еще одному бойцу, и вдвоем они выскользнули из помещения.

— Это кто ж такой? — спросил Маркелыч.

— Большак. Его настоящее имя Дитен Графопыл. Он вроде сторожа и привратника. А еще держит лавчонку в Торговом Лабиринте. Ну, это в Патине…

— Маг?

— Нет, что ты. Мелкий барыга просто. И мой должник…

Большак, затылка которого касался кончик меча, вошел в помещение очень медленно и осторожно. Увидев меня, он вскинулся, но быстро потух, когда обнаружил рядом нескольких вооруженных мужиков.

— Часто я тебя вижу в последнее время, — пробормотал он.

— И ты мне что-то постоянно попадаешься. Ладно, не кисни. Ты на работу шел? Да не тычьте ему мечом в башку…

Тощий убрал оружие и толкнул Графопыла в спину. Тот шагнул в мою сторону.

— На работу. Что тебе от меня опять надо, Джа?

— Для начала, чтоб ты ответил на вопросы. Кто сейчас внутри находится?

Он выглянул в окно.

— Да как обычно. Тремор, уборщики, пара лакеев.

— И все?

— Ну… да. А кто тебя интересует?

— Кто-то от Пена Галата во «Дворе» сейчас может быть?

Большак пожал плечами:

— Что им там сейчас делать?

— Ты отвечай, а не спрашивай, Дитен.

— Джа, ну нет там больше никого. С чего ты взял?

— Ладно, подожди пока… — Я кивнул Сэмке, отошел с ним в сторону и зашептал: — Эти четверо черных, они кто вообще?

Сэмка рукавом вытер лоб. В комнате было очень жарко, жарче, чем на улице.

— Я ж их со спины тока… — произнес он. — И сверху. Не гоблины и не тролли. И не каменные, кажись. Слишком мелковаты.

— Значит, либо люди, либо эльфы?

— Вроде да.

— А полузвери?

Он нахмурился:

— Не думал об этом. Гоминиды? Не-ка, вряд ли. Двигались они, понимаешь, не так… Те по-другому бегают совсем. А с чего ты гоминид припомнил-то?

— Ладно, забудь, — сказал я. — Просто я пытаюсь сообразить, что к чему. И они прямиком в «Неблагой Двор» забежали?

— Да вот, понимаешь, какое тут дело. Теперь, когда ты спросил, я начал кумекать… Когда они бежали, то, скорее всего, видели, что я за ними топаю. И на этой улице они вдруг резко так во Двор свернули. Мне почудилось, я в другом конце какую-то фигуру заприметил. Тогда я об этом не думал особо, потому што тут и эти черные, и гномы тебя схватили — каша, короче, в башке была. А теперь вот я и соображаю… што, если они той фигуры испужались?

— Гм, фигура… Ты ее разглядел?

Сэмка развел руками.

— Не. Он, кажись, в красное был одет. Не знаю, кто это был.

Я повернулся к Большаку, угрюмо жавшемуся под стеной.

— Дитен, ты ж хвастался, у тебя ключи от всех дверей «Двора» есть?

Графопыл присел на корточки и сжал голову руками.

— Может, и не от всех, — глухо произнес он.

— Да что ты скуксился?

— А чего вы тут торчите… с самострелами? Просто так, что ли? У меня из-за тебя, Джанки, и так неприятности. Лавку-то мою в Лабиринте прикрыли. Патент отобрали сегодня утром.

— Наверное, просекли, откуда я в Лезия Олни тогда нырнул. — Я присел рядом с ним на корточки и положил руку на его плечо. — Не расстраивайся, Большак. Радуйся, что только патент отобрали, и все. Могли бы и убить. Ты ж видел, кто меня искал?

Он исподлобья покосился на меня:

— Видел. Ищейки неклонские.

— Ну вот. Тут вообще очень важное дело, а патент — тьфу и растереть, я тебе другой куплю. Во всем плохом надо видеть хорошее, так?

— Да уж слишком плохое начинается — и просвета нет для хорошего. Они ж еще меня заставили… эх! — Опять покосившись на меня, Графопыл горестно махнул рукой.

— Джанки, торопись, — подал сзади голос Маркелыч. — Время уходит.

Подтолкнув Большака, я заставил его выпрямиться.

— Значит так, впустишь нас туда через задний ход. — Я повернулся к Сэмке. — Пусть четверо остаются здесь и через пару минут подойдут к дверям. Мы войдем сзади и сразу же попробуем открыть эти двери. Или, если там на кого-то напоремся, поднимется шум, и эти черные попытаются через парадный вход выскочить, вы их тормознете.

— Золотце, ты здесь за главного, — сказал Маркелыч бойцу с серьгой. — Ты, ты и ты — тоже остаетесь. Остальные, пошли…


Во внутреннем дворе, через который сутки назад Большак выводил меня и эплейцев из игорного дома, было тихо и пусто. Воздух застыл, листья на кустах не шевелились. Я глянул вверх — на небе ни облачка, хотя темное пятно в той стороне, где был океан, разрасталось.

— Если щас махаловка пойдет, так командую уже я, а не ты, — предупредил Сэмка с извиняющейся улыбкой. — И вообще, ты особо не трепыхайся.

— Да я и не собираюсь.

Дитен побренчал связкой ключей, выбрал один и склонился над замком. Как только в двери щелкнуло, один из бойцов оттолкнул Большака, распахнул дверь — но так, чтобы она не ударилась о стену, — и впрыгнул в полутемный коридор. Оттуда донесся его шепот:

— Никого.

Один за другим остальные вошли вовнутрь, а Большак опять присел на корточки под стеной.

— Туда не суйся, — посоветовал я ему, входя вместе с Сэмкой в «Неблагой Двор».

В конце коридора была еще одна дверь, приоткрытая. Тот, кто вошел первым, оглянулся, Маркелыч молча показал ему вперед. Боец кивнул и вместе с еще двумя скрылся за дверью. Спустя непродолжительное время до нас донесся приглушенный звук открывшейся парадной двери, затем — тихие шаги четверки бойцов Золотца.

— Слева здесь большой игорный зал, — прошептал я Сэмке на ухо. — Справа кухня, кажется, кладовые и лестница наверх.

Маркелыч подозвал Золотце и что-то скомандовал ему. Четверка заняла позиции возле массивных дверей, ведущих в игорный зал, но открывать их пока не стала.

— Пусть караулят, — прошептал Сэмка. — А мы на кухню прошвырнёмся…

К моему удивлению, оказалось, что на кухне никого нет. В плите еще тлели угли, на разделочной доске, оплывая кровью, лежала небольшая туша. Бойцы разошлись, проверяя все углы, а мы с Сэмкой остановились в центре, рядом с длинным столом. Все его ящики были выдвинуты, я увидел кучу ложек и вилок, какие-то половники, горшочки и ковшики, но почему-то всего один нож. Я взял его и сунул за ремень. Маркелыч с недоумением воззрился на меня.

— У тебя что, совсем ничего? — спросил он, и я покачал головой. — Что ж ты не сказал? Подкинули б тебе клинок какой-нибудь еще у хозяина.

Мы покинули кухню. Четверо вместе с Золотцем все еще стояли у дверей игорного зала, а мы начали подниматься по лестнице.

— Это нормально, что тут никого? — шепотом спросил Сэмка.

— Не знаю. Нет, вряд ли нормально. Скорее, как-то странно…

Наверху был просторный коридор с рядом дверей. Все закрыты, кроме одной, широко распахнутой. Тот, что двигался первым, заглянул туда, отпрянул и тихо шикнул. Все остановились, Сэмка быстро прошел вперед и заглянул. Некоторое время он смотрел, потом повернулся ко мне, достал железную фляжку, отвинтил колпачок и отхлебнул.

— Будешь?

— Дай попробую.

Я приложил горлышко к губам, поперхнулся и вернул фляжку Сэмке.

— Ну и гадость.

— Зато крепкое.

Маркелыч спрятал фляжку, постоял в задумчивости, пожал плечами и шагнул в дверь. Я зашел следом.

Это был кабинет — то ли всех владельцев «Неблагого Двора» разом, то ли одного из них. Вполне возможно, что это кабинет именно Тремора, который сидел в кресле. Не сполз он из кресла только потому, что был пригвожден к спинке стрелой, древко которой торчало из его груди.

Сэмка как-то вяло улыбнулся, вытер рукавом лоб и склонился над трупом.

— Платок тебе нужен, — произнес я, окидывая взглядом кабинет.

— Не-ка… — прошептал он и рывком выдернул стрелу. Тело Тремора резко подалось вперед, словно на мгновение ожило, и повалилось на ковер. Маркелыч мельком глянул на стрелу.

— Лук это, — сказал он. — Не самострел, лук.

— Откуда знаешь?

— Что, я не различу… — Он бросил стрелу в кресло и подошел ко мне. — Это кто?

— Тремор. Один из владельцев.

Веки Маркелыча опустились, рот он приоткрыл. На лбу блестели бисеринки пота.

— Щас начнется, — промямлил он.

— Что начнется?

— Вот увидишь, что-то щас будет. У меня завсегда… — он хлопнул себя ладонью по копчику, — … в заднице щекотно перед этим.

Мы вышли из кабинета и увидели, как по лестнице поднимается один из оставшихся внизу бойцов. Он приложил палец к губам, потом показал вниз и исчез.

— Возвращаемся тихо, — скомандовал Маркелыч.

Внизу перед все еще закрытой дверью Золотце к чему-то прислушивался. Когда мы спустились, он прошептал нам с Маркелычем:

— Звуки внутри какие-то. Вроде что-то стукнуло, а потом стоны…

Отстранив его, Сэмка приник ухом к двери и долго слушал, хмурясь, а затем попятился, потянув меня за рукав.

— Есть оттуда другие выходы? — спросил он.

— Справа возле стойки дверь. Она ведет в тот коридор от заднего хода, через который мы сюда вошли. И еще там куча таких небольших комнат…

— Для чего?

— Для игры. Но они тупиковые и даже без окон.

— А?.. — Он показал пальцем нам под ноги.

— Да, — сказал я. — Наверняка. Иногда стража может устроить проверку. А у них тут бывают такие клиенты, которым неохота попадаться на глаза властям. Наверняка есть ходы, но я не знаю, где именно.

Глаза Маркелыча совсем закрылись — казалось, что он уже почти спит на ходу.

— Стой здесь, Джанки, — сказал он, еле ворочая языком, и потер копчик. — Не суйся.

Он обернулся, поманил к себе Золотце и еще одного бойца. Они обменялись несколькими словами, потом разошлись. Все бойцы встали под стеной по обеим сторонам от двери, а Маркелыч сунул меч в ножны и внимательно осмотрел дверь. Он чуть ли не обнюхал большую золоченую ручку, провел пальцем по петлям и косяку, после чего замер вполоборота к двери, опустив руки и свесив голову так, что подбородок прижался к груди. Воцарилась гробовая тишина, все замерли.

Сэмка Маркелыч громко выдохнул — «хэ!» — развернулся на каблуке и вмазал ногой в дверь.

Секунду, пока верхняя петля с хрустом выворачивалась из дерева, все было неподвижно, потом дверь стала падать, и двое ближайших к ней бойцов прыгнули. Изнутри донесся какой-то звук, я успел только положить ладонь на рукоять ножа, и тут же два тела в вихре красных капель вылетели обратно, с глухим стуком влипли в стену напротив двери и сползли на пол. Золотце, взревев, ринулся внутрь, остальные за ним. Я увидел, как изменились движения Сэмки Маркелыча — увалень пронесся по коридору, обогнав других бойцов, и впрыгнул в зал вторым. Спустя несколько секунд в коридоре не осталось никого, кроме меня, но и я решил там не задерживаться и шагнул в вывороченную дверь.


Плотные портьеры скрывали окна, хотя в двух местах их задернули не до конца, и свет проникал в зал. Все равно здесь было полутемно, между серыми столами сновали фигуры, поблескивали клинки. Что-то взвизгнуло, одна из фигур отлетела назад и упала у моих ног. Я отбежал, когда заметил быстрое движение, пригнулся и услышал крик — кажется, это был Золотце. Лязг и стук, короткий вопль, мягкий топот ног. Опять визг — но не человеческий — и звук упавшего тела. Я быстро двигался наискось, в сторону стойки и двери, ведущей в коридор. Путь преградил длинный стол, поставленный вертикально, упирающийся в пол краем столешницы и двумя ножками. На столе висел человек, и теперь я понял, куда подевались все кухонные ножи — они торчали из запястий, щиколоток, плеч и из лакированного красного дерева вокруг его головы. Такое впечатление, что сначала кто-то пригвоздил человека к столу, а потом стал метать в него ножи, иногда попадая в цель, а иногда промахиваясь.

Раздался очень громкий звон, стекло в одном окне осыпалось, взметнулась портьера, и яркий солнечный свет прорвался в зал вместе с фигурами, которые полезли через окно. Мелькнули знакомые лица, а потом непонятно откуда выскочивший Сэмка Маркелыч чуть не сбил меня с ног. Я отлетел, ударился о стойку и не упал только потому, что вцепился в нее обеими руками.

— Это хто? — прохрипел Сэмка, но я не успел ответить — из глубины зала на нас набежали эльфы.

Только сейчас я понял, что это именно эльфы. Все четверо были в черной коже, трое — наголо бритые, а четвертый с короткой седой косичкой. Я перелез через стойку, а Маркелыч закружился, и солнечные зайчики запрыгали по клинкам вокруг него. Те, кто проник в зал через окно, уже наскочили на бойцов Ван Берг Дерена, но я лишь мимолетным взглядом заметил это: по другую сторону стойки, возле шкафа с бутылками, часть паркета была сорвана, а небольшой люк под ним приоткрыт. Сэмка вдруг откинулся, спиной упав на стойку, перекувырнулся через нее и оказался на ногах рядом со мной.

— Сюда! — проорал он громовым голосом.

Из свалки посередине зала выбралось несколько человек во главе с Золотцем и бросились к нам.

За их спинами вся парадная стена «Неблагого Двора» обрушилась в вихре пыли и крошева. Поток горячего воздуха ударил внутрь, нас всех швырнуло на шкаф. Посыпались бутылки. Мы упали, над нами раздался дробный стук барабанящих в стену каменных осколков. Я привстал и увидел красную фигуру, которая возникла в широком светлом проеме, образовавшемся на месте стены.

Те, кого взрыв бросил на пол, вскочили с оружием в руках. Появившийся в зале незнакомец был одет в багряный кафтан, а на голове его сверкала огнем алая папаха. Он поднял руки — широкие рукава кафтана сползли, обнажив немощные запястья, — и завыл. Звук был словно чем-то вещественным, он стеганул как бич, с разрывающим уши свистом пронесся по залу, круша еще целую мебель. Стол с пригвожденным к нему человеком опрокинулся, стойка перед нами глухо затрещала, вдруг встала на дыбы и рассыпалась. На некоторое время я почти оглох и ослеп, а потом сквозь звенящую тишину прорвался крик:

— Это Красная Шапка?!

Я помотал головой и огляделся — кричал Сэмка Маркелыч, причем кричал мне в ухо.

Я кивнул ему. Голова последнего эльфа скрылась в люке, Золотце и еще несколько парней Ван Берга пытались подняться на ноги. На четвереньках я пополз к открытому люку.


предыдущая глава | Клинки сверкают ярко | cледующая глава