home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



1

Я даже успел поспать, хоть и недолго. На восточной окраине города зашел в постоялый двор, где хозяйничал один мой старый знакомец, и прокемарил оставшиеся до рассвета часы. Позавтракав и выпив две чаши крепкого кофе, я пришел на место встречи раньше всех. Сонный гоблин, позевывая, вышел из сторожки и отпер узкую дверь рядом с воротами.

— Спасибо, Гер. — Я дал ему монету. — Тут еще несколько парней скоро появятся, выпусти их и скажи, что я поджидаю там… — Я махнул в сторону гряды пологих холмов, тянувшихся от городской стены почти до самой пустыни.

Гоблин что-то пробурчал в ответ и ушел.

Я едва успел добраться до неглубокой низины за холмом, когда пришел Лоскутер. Он кивнул, уселся на еще мокрую от росы траву и принялся раскладывать свое оружие. В основном — клинки, я насчитал шесть штук, по паре разных форм, длинные и узкие, короткие и широкие, кривые. Лоскутер стал пристегивать их один за другим — на спину и на поясной ремень, — тихо напевая себе под нос.

Появились Ат'Ланчи. Лярва семенила на всех четырех лапах, к ее спине широкими ремнями крепилась корзина, выложенная одеялами и пестрыми подушечками. В корзине полулежал Ат. Ланчи, подойдя ближе, не то кивнула мне, не то просто качнула головой, и присела на задние лапы. Ат осторожно выбрался из корзины, неловко спрыгнул, глянул на меня, на Лоскутера, пробормотал: «Эге…» — и принялся поправлять сбрую, привставая на цыпочки и протягивая вверх короткие ручки. Я уже собрался было пособить ему и шагнул к лярве, когда из-за холма вышел Атлас Макинтош.

Оделся он теперь по-другому. Кафтан с меховой оторочкой сменил на длинную кожаную куртку. На нее пошла шкура камелопада, так что при взгляде на эльфа начинало рябить в глазах от оранжевых и синих пятен. Веер висел на поясе. Когда эльф подошел ближе, я увидел под расстегнутой курткой все тот же золотой медальон.

Я собрался поприветствовать его, но Атлас вдруг уставился на Лоскутера. Я оглянулся. Лоскутер искоса посмотрел на Макинтоша и вроде бы тут же потерял к нему интерес.

— Давайте отойдем, Джанки, — предложил Атлас и попытался взять меня за локоть, но я отдернул руку. Не терплю, когда ко мне прикасаются личности моего же пола, не важно, кто они — люди, орки, эльфы, гномы или лепреконы.

Мы сделали несколько шагов в сторону холма и остановились.

— Кто это такой? — прошипел эльф. — Почему вы…

— Ат'Ланчи, тандем, — представил я. — Человек и лярва. Лоскутер, эльф. Все трое — отличные бойцы. Все хотят половину оплаты вперед.

— Тандем, хорошо, — откликнулся он. — Но что здесь делает этот эльф?

Я поднял брови:

— Ждет, как и все мы. Еще подойдут четверо эплейцев. Я нанял лучших, кто был сейчас в городе.

— И эльфа?!

— Кажется, вы оставили выбор бойцов на мое усмотрение? Ничего не было сказано про эльфов. Я и действовал по своему усмотрению. Что вы имеете против, Атлас? Вы сами — кто?

Он быстро заморгал, скривил губы, словно собираясь выругаться, потом вымученно улыбнулся.

— Ну, хорошо, хорошо. Надеюсь, вы не догадались нанять еще и гномов?

— Нет. Всего семь бойцов, не считая меня. У нас с вами разговор особый, а остальным надо выдать аванс. Вы кошелек-то захватили, Атлас? Потрудитесь отсчитать сто семьдесят пять золотых, по четвертаку каждому. Каменные сейчас подойдут.

Продолжая бросать недоверчивые взгляды на Лоскутера, он снял с плеча кожаную котомку, развязал ее и запустил руку внутрь. Послышалось звяканье монет, но тут Макинтош опять заморгал, наконец, сообразив.

— Подождите, Джанки. Почему вы сказали семь? Их же шестеро…

Я непонимающе оглянулся на Ат'Ланчи с Лоскутером, затем глянул на эльфа:

— Как это шестеро? Вы считать умеете? Вот здесь трое, и еще сейчас подойдут четыре эплейца. Кстати, почему они задерживаются…

— Здесь двое, — возразил он. — Я вижу старого эльфа и тандем, их двое и…

Я перебил:

— Ах, это… Ну что вы, тандем ведь состоит из двоих. Они являются одной личностью, только когда действуют сообща в Патине. Обычно у каждого свои нужды, хотя, конечно, они и заботятся друг о друге, но каждый, повторяю, отдельная личность. Естественно, они идут за двоих.

— Сотня золотых! — сказал он. — Так много? Хорошо, давайте я сам поговорю… — Он шагнул к Ат'Ланчи, и тогда я вцепился в воротник его куртки, развернул и дернул к себе.

— Атлас! — зашипел я. — Ты что мне сказал? Нанять лучших, платить по полсотни каждому. Что я сказал тебе? Ты нанимаешь меня, но их нанимаю я. Они — мои, понял? Распоряжаюсь ими я, все переговоры веду я! Это ясно? Все указания через меня, все просьбы — через меня! — При этом я тряс его воротник так, что голова эльфа дергалась. — Теперь слушай еще внимательнее. Тандему надо заплатить сотню, по пятьдесят каждой половине. Эльфу — пятьдесят. Эплейцам — тоже по пятьдесят, то есть двести. Всего выходит триста пятьдесят монет. Половина — наперед. Сейчас ты даешь мне сто семьдесят пять, а я решаю все остальное. Тогда я поручусь, что и они станут делать то, что мы прикажем. Ты можешь сейчас взять и через мою голову попытаться договориться с ними или с кем-то из них. Но одно слово — одно только слово, обращенное к ним не через меня, — я разворачиваюсь и ухожу. С ловушками будешь разбираться сам. Ты понял?

Я подался вперед так, что мы почти уперлись носами. Прямо перед собой я видел его глаза, расширенные зрачки, покрытые кольцами рубиновых искорок. Он быстро заморгал, из внешних уголков глаз медленно потекли две слезы, цветом похожие на искорки в зрачках, только бледнее. Вот странно — никогда не замечал, что слезы у эльфов капают не так, как у людей. Хотя видел ли я когда-нибудь плачущего эльфа?

— Я понял вас, Джанки, — сказал Атлас. Левая бровь поднялась, он беспрерывно поводил плечами и мелко качал головой взад-вперед. — Я не переношу, когда на меня кричат. Отпустите.

Я сделал шаг назад и протянул руки ладонями вверх. Он стал отсчитывать монеты, а я стоял, раздумывая над тем, что, кажется, находился только что в полушаге от смерти. Когда дергал его за воротник, полы куртки разошлись, и краем глаз я заметил то, что скрывалось под ней. Широкая перевязь, вся в петельках, и в каждую продет короткий дротик с черным оперением. Не обычный, похожий на толстую иглу, а плоский и шириной с мизинец — словно длинная пластинка с зазубренным кончиком. Всего их там было около полусотни. И несколько последних секунд моей гневной речи правая рука Атласа была поднята, так что пальцы лежали на одном из дротиков.

Он молча ссыпал в мои ладони монеты, вытер слезы и сказал:

— Здесь семьдесят пять и десять червонцев.

Я рассовал золотые по карманам и улыбнулся ему:

— Так лучше. Имейте в виду, перед тем, как мы попадем на базу, вам придется еще потратиться.

Я отвернулся и зашагал к Ат'Ланчи, недоумевая, почему опаздывают каменные — и тут они появились.

Эплейцы ехали на четырех камелопадах и еще трех зверей вели на поводу. Когда они остановились, я сделал шаг в их сторону, ожидая, когда каменные увидят двоих эльфов и уразумеют — один из них наш хозяин в этом деле.

Дакот осадил камелопада, зыркнул по сторонам и рявкнул:

— Ну чё, едем? Вот зверюги, садитесь и ходу…

Я с удивлением глянул на него, потом на остальных эплейцев. По близнецам вообще ничего невозможно было разобрать. Они сидели в седлах как истуканы, и выражения лиц я бы определил самым подходящим для них словом — каменные. Младший, Салга, ворочался и скреб затылок. Решив пока не обострять вопрос с эльфами, я скомандовал остальным:

— Ладно, двигаем.


Городская стена скрылась из виду, по широкой дороге мы ехали вдоль гряды холмов. Впереди — Атлас Макинтош, за ним лярва с Атом в корзине и Лоскутер, потом я, а позади всех — каменные. Я достал деньги, отсчитал полсотни, обернулся в седле и протянул монеты Дакоту.

— Половина от вашей сотни, как договаривались. Остальное после работы, вместе с тем, что вы отдали за зверюг.

Мой камелопад бежал ровной иноходью. Два мощных горба, между которыми находилось седло, чуть покачивались. Морда с обвисшими губами тупая, изо рта желтыми прядями висит слюна.

Дакот с явным удовольствием пересчитал деньги и кивнул. Я собрался подъехать к Ат'Ланчи, но тут Салга подал голос.

— А наш хозяин, — негромко произнес он, — кто?

— Видишь этого парня в пятнистой куртке?

— Ну…

Я не оборачивался и выражения его лица не видел, но и этого «ну» вполне хватило. Тем более что Салга тут же добавил:

— Да это ж какой-то грязный эльфишка! Мы на эльфа работаем?

Приостановив камелопада, я развернулся между горбами и скомандовал старшему братцу:

— Дай Салге одну монету.

Дакот вылупил на меня глаза. Я кивнул ему, эплеец выудил золотой и протянул младшему, который, не понимая, что происходит, взял его.

— Это тебе за беспокойство, — произнес я. — Вали назад.

Я повернулся и ударил каблуками в бока животного. Камелопад чмокнул губами и затрусил вперед.

— Э… — донеслось сзади. — Чего такое, Джанки?

— Возвращайся в город.

— Да я… Да ты чего, братуха? Да я ж не… Дакот, на, забери обратно!

— Дакот, не бери, — сказал я. Салга шумно вздохнул:

— Джа, все, все, прекрати! Эльф так эльф, мне какое дело? Я ж так, не со зла… Мне просто эльфа слушаться неохота.

— Не хочешь возвращаться?

— Не, что ты, деньги нужны!

— Значит, слушай сюда. — Все это время я сидел лицом вперед, а теперь обернулся. Салга ехал рядом, я вытянул руку и сильно ткнул его пальцем в грудь. Палец заболел. — Ваш командир в этой работе — я. Эльф башляет, но слушаетесь вы меня. А чьи деньги потом в «Неблагом Дворе» спустите, это вас не колышет. Понятно?

— Все понятно. Я ж просто…

— Так ты понял?

— Да понял, но просто…

— Еще чего-то сказать хочешь, Салга?

— Не… — Он потупился. — Все путем.

— Отдай монету Дакоту.

Я опять пнул камелопада каблуками в бок и поравнялся с Ат'Ланчи и Лоскутером. Эльф ехал молча, Ат что-то бормотал, ворочаясь в корзине, то и дело поправлял сползавшее одеяло.

— Аванс. — Я протянул руку ладонью вверх. На ладони горкой лежал двадцать один золотой.

— Эге… это хорошо… — Голова и плечи Ата появились над краем корзины, детские пальчики сгребли монеты. Лярва на ходу повернула голову и мигнула. Или подмигнула, бес ее знает.

— Эплейцы чем-то недовольны? — неожиданно спросил Лоскутер. Слух у него всегда был отменным, как и зрение.

Я покосился на прямую спину Атласа, ехавшего впереди всех, и сказал:

— Салга у них самый разговорчивый. Выражал недовольство, что заказчик — эльф.

Лоскутер ничего не ответил. Ат, разобравшись с монетами, опять высунулся из корзины и поинтересовался:

— Надо бы привал устроить, Джанки.

— Мы спешим, — возразил я.

— Я так понимаю, что обеда не будет?

— Поедим в седлах.

— Ну, можно… Эй, а остановиться все равно надо. Мы ж, почитай, так ничего и не знаем. План нужно чтоб ты изложил.

— Это да, обязательно. Но позже, уже в пустыне. У каменных память короткая, так что лучше уже перед самой работой.

— Эге, тут ты прав, — согласился он.

Лоскутер вдруг, ни слова не говоря, потянул поводья и заставил камелопада подняться на вершину холма, мимо которого мы как раз проезжали. Там он некоторое время стоял неподвижно, а потом махнул мне рукой.

— Двигайтесь, — приказал я остальным. — Нагоним.

Когда мой камелопад остановился возле Лоскутера, эльф протягивал короткую подзорную трубу.

— Посмотри назад.

Я привстал на стременах, глядя в трубу вдоль линии холмов.

Деревья, покрытые травой и кустарником склоны, небо, зеленое и синее…

Серое.

Я пригляделся.

Труба — старая и слабая, с мутным стеклом, но все же я разглядел их. Десятка два или около того. Не пешие. Кажется, тоже едут на камелопадах, хотя с такого расстояния трудно разобрать. Скорее всего, либо эльфы, либо люди. Хотя, может быть, и кто-то еще. Двигаются туда же, куда и мы.

Может быть — вслед за нами.

— Вот гадство! — пробормотал я сквозь зубы, отдавая трубу Лоску.

Мы посмотрели друг на друга, и эльф спросил:

— Ожидал чего-то подобного?

— Да. Возможно.

Под правым рукавом его куртки был кожаный запястник, Лоскутер просунул трубу под него и одернул рукав.

— Не знаешь кто?

— Нет. У тебя зрение лучше, что ты разглядел?

— Вряд ли намного больше твоего. Кажется, это люди. Хотя…

Я опять выругался:

— Ну и что мне теперь с этим делать? Мы не можем останавливаться, времени мало.

— Пока не делай ничего. Просто прими к сведению.

— Да я уже принял…

Мы спустились с холма и стали догонять отряд.

— Все-таки они могут ехать и не за нами, — решил я после короткого раздумья. — Прямо по курсу — Оазис Малика. Вдруг и они туда?

— Такой толпой? — усомнился Лоскутер.


После полудня мы миновали холмы. Потянулась равнина, с каждой милей все суше и желтее. Несколько раз я брал у Лоска трубу, отъезжал в сторону и внимательно глядел назад. Те, кто то ли преследовали нас, то ли двигались в том же направлении, постепенно приближались.

Заросли исчезли вместе с деревьями, зато появились лишайники. Дорога свернула в сторону, но я хорошо знал этот путь, потому что проделывал его неоднократно. Показалась еще одна гряда холмов, и когда мы пересекли ее, взгляду открылась пустыня.

Она распростерлась до горизонта. Милях в трех впереди зеленел островок Оазиса.


предыдущая глава | Клинки сверкают ярко | cледующая глава