home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 4

Дороти открыла дверь Роберту Каслу и услышала сухо-банальное:

— А, хорошо. Вижу, вы готовы. Не люблю томиться в ожидании, наблюдая бесконечные женские сборы в последний момент.

Она гордилась своим новым обликом и рассчитывала вызвать восхищенное удивление со стороны этого грубияна, но после его слов почувствовала разочарование.

Захлопнув за собой дверь, она проследовала за ним к машине. Опять эти неожиданные, раздражающие перемены в его поведении. То он едко язвит по поводу ее внешности и неспособности жить в быстром, деловом ритме. А когда она что-то делает для исправления ситуации, то даже не соблюдает правил этикета, не говоря уж о комплиментах даме по поводу ее внешности.

— Вы захватили с собой обещанные документы, чтобы я могла их просмотреть?

— Они в автомобиле.

Глаза Роберта быстро пробежали по ее фигуре, складывающейся пополам, чтобы сесть в лимузин.

— Вижу, что удачно прошлись по магазинам?

— Да, вполне, спасибо.

— Ну и как, теперь мнение не изменилось насчет бесполезности хождения по магазинам? — насмешливо поддел он ее.

— Да нет! Длительное блуждание по этим заведениям в любом случае напрасная трата времени.

— Ну, насчет длительности и бесполезности — это уж ваша вина. Я ведь советовал взять с собой Стеллу.

— А она всегда вас слушает?

— Как и большинство людей! — прозвучал ответ.

— Это потому, что вы такой напористый? Собеседник нахмурился и на секунду потерял контроль за движением, из-за чего чуть не врезался в черный лимузин впереди, едва успев затормозить в последний момент.

— Не могли бы вы не отвлекать меня, когда я за рулем? Движение в Лондоне как скачки с препятствиями. Меньше всего мне хотелось бы, чтобы наша поездка закончилась в больнице.

— И во всем буду виновата я, хотя лишь пытаюсь вежливо вести светский разговор?

— Обвинять меня черт знает в чем — это и есть, по-вашему, вести светскую беседу? Я не бегаю кругами, крича на людей, и не командую ими, указывая, что им делать и как жить. Я весьма покладист, убедителен и обычно всегда прав.

Роберт не был идиотом или эгоцентристом, чтобы вообразить, что эта язвительная штучка специально для него вырядилась в столь сексуальный наряд, но нервы это будоражило, как катание на американских горках. В таком одеянии она даже пахла более женственно. Красивый изгиб шеи, глубокое декольте, наполовину открывающее округлости груди. Стелла, с ее тонкой мальчишеской фигурой, не могла конкурировать в его воображении с такой зрелой женственностью форм. Конечно, это не ставит под сомнение его верность невесте. Это просто естественная реакция мужчины на красивую женщину в стильной одежде. Наоборот, было бы странно, если бы он не среагировал. В конце концов, он живой человек, с горячей кровью и обязан ценить то, что даровано самой природой. В разгар процесса мыслительной деятельности в сознание вдруг проник ее вопрошающий голос:

— Я спрашиваю, где мы собираемся перекусить?

— А, в итальянском ресторане, где я часто бываю. Еще пять минут езды.

Его быстрый взгляд упал на длинные, заброшенные друг на друга ноги, с высоко поднятой юбкой, слегка прикрытые в перекрестье бедер загорелыми руками. Да, его железная сила самоконтроля явно слабела. Но он крепился из последних сил, пытаясь перевести разговор в безопасное русло, подальше от диких мужских мечтаний и миражей.

Они подъехали к ресторану. Увидев свободное место, Роберт резко развернул машину влево и с ходу припарковался. Выбравшись из машины, Дороти гордо прошествовала впереди спутника, почти не реагируя на окружающее и не будучи в состоянии должным образом оценить восприятие себя со стороны, поскольку ощущала чрезмерно отвлекающее воздействие своего спутника.

Однако ей все же удалось уловить пару восхищенных взглядов, метнувшихся в ее сторону, и она почувствовала удовольствие от небольшого фурора, который произвела на публику. Это отметил и Роберт, заметив, что даже официант загляделся на ее ноги под слишком короткой юбкой.

— Мне порекомендовала это платье опытная продавщица. И она не считала его слишком коротким, — холодно процедила Дороги.

— Тоща ее стоит за это пристрелить. Если бы вы были моей, я бы не позволил выйти из дому в таком вызывающем наряде.

Он откинулся назад для чтения манускрипта с перечнем блюд, поскольку официанты принесли два объемистых меню огромных размеров. Тем самым Дороти получила несколько секунд на размышления и подготовку достойного ответа.

— Что значит — если бы я принадлежала вам? Принадлежала? Люди не чья-то собственность! — Она гневно, с вызовом уставилась на него.

Роберт, неодобрительно шевельнув густыми бровями, спокойно начал излагать свою концепцию взаимоотношений с противоположным полом:

— Любая моя женщина станет моей собственностью, и душой и телом.

— А как бы вы восприняли аналогичную позицию женщины в отношении вас? Если бы она захотела переодеть вас из-за того, что вы выглядите слишком сексуально?

— Вы что, пытаетесь сказать мне, что я выгляжу очень сексуально? — перевернул все с ног на голову собеседник, сопровождая это действие довольной улыбкой.

Дороги чертыхнулась про себя и прикрылась меню, чувствуя себя за его габаритами в относительной безопасности.

Выбор блюд с ее стороны после этой пикировки несколько затянулся, и, когда процесс подошел к концу, ее взгляд и накал злости уже достаточно остыли.

— Все необходимые документы у меня с собой, — сменил тему Роберт, доставая пачку бумаг в пару дюймов толщиной из портфеля, стоящего сбоку от кресла. Он протянул ей эту пачку и расслабленно откинулся на спинку стула, наблюдая за ее реакцией. — Естественно, вам необходима кое-какая информация по доходам и убыткам компании хотя бы за последние три года.

Начав просматривать первый лист из полученной пачки, Дороти сразу же почувствовала растерянность и ужас. Уже в первых предложениях содержалось ошеломляющее количество непонятных технических и коммерческих терминов.

— Может, вы просто отдадите мне всю необходимую подборку документов и я поработаю с ней потом, в течение последующих двух-трех дней?

— Боюсь, вы не поймете многие термины и выражения, поэтому вам будет нужен консультант по ходу работы, — елейно-ханжеским голосом возвестило это исчадие зла, даже потупив взор для убедительности.

— Я постараюсь сама с этим справиться.

— Хорошо. Я просто предложил свои услуги для ускорения процесса. — После этого в разговоре наступило затишье, достаточно долгое, чтобы сделать заказ официанту. Покончив с этим, он наклонился к ней, опершись на локти, и продолжил деловое наступление:

— На странице шестнадцатой вы найдете перечень моих активов.

Повинуясь его указанию, Дороти открыла требуемую страницу, состоящую из колонок цифр, в каждой из которых было не менее шести нулей. Компании, входившие в его холдинг, все были высокодоходными. Не надо было быть дипломированным специалистом в области аудита и бухгалтерии, чтобы понять это.

— А теперь, если вы перейдете на страницу двадцать первую следующего документа, вы сможете быстро оценить, как выглядят дела компании Маккрейна.

— Поняла. Я знаю, что вы вели борьбу между собой последние несколько месяцев.

— В действительности не месяцев, а лет. Для того чтобы восстановить спортивную форму компании, требуются крупные вливания. Никакие благие намерения и гуманное управление людьми не решат проблему ее финансового дефицита.

Да, насчет убытков он прав. В балансовом отчете компании, который просматривала Дороги, многие цифры относились к разряду «минус», Она вздохнула и быстро пролистала остаток документов. Доклад на докладе, и в каждом упор делался на пресловутых терминах «убытки» и «потери». Факты, изложенные в документах, свидетельствовали о состоянии дел гораздо выразительнее, правдивее и убедительнее, чем оптимистические речи директоров на совещании, заинтересованных в сохранении своих престижных и выгодных постов. Она оторвалась от чтения документов и перевела взгляд на Касла. Он внимательно наблюдал за ее реакцией, мелкими глотками запивая эту процедуру прекрасным белым вином из хрустального бокала.

— Насколько я заметил, вы начинаете понимать реальную ситуацию.

— А почему вы в таком случае собираетесь приобрести явно убыточную компанию? Никто, похоже, не стремится это сделать, кроме вас.

— Ну, скажем, я рассматриваю это как выгодную сделку. — Одним глотком он допил содержимое бокала и продолжил:

— Вы однажды спросили, нет ли в этом чего-либо личного? В ответ я могу поведать печальную повесть о вашем дорогом дядюшке.

Роберт Касл оценивающе всматривался в ее лицо. На него взирали ее любопытные, заинтересованные зеленые глаза. Что такого притягательного есть в этой женщине? Она умеет слушать, во всяком случае он это умение чувствует, иначе бы не испытывал иррациональное желание вдаваться в детали своей личной жизни.

Вот так, неожиданно для себя, он начал свою печальную одиссею:

— Мой отец и ваш дядя хорошо знали друг друга еще когда оба были молодыми. Нынешняя компания МФИ была создана как совместное предприятие этих двух людей — выпускников одного и того же университета. Мой отец был мозгом в этом партнерстве, а старина Филипп обладал деловым чутьем. У обоих были кое-какие деньги, и мой отец вложил все свои средства в научно-технические разработки компании. Вначале все шло превосходно, но потом что-то случилось. Ваш дядя изменился, стал завистливым и злым.

Развертывание этой мелодрамы в красочном изложении мужественного красавца отнюдь не повлияло на аппетит Дороти. Заправив аккуратно за уши волосы, чтобы не лезли в тарелку, она воздавала должное закускам и основному блюду, время от времени сдабривая еду глотками вина, а также приправляя междометиями и восклицаниями сопереживания. Она внимательно отслеживала развитие сюжета и иногда задавала вопросы, направляющие речь собеседника.

— Вы имеете в виду, у него начались конфликты с вашим отцом?

— Да, пожалуй. Похоже было, что Филипп Маккрейн озлобился на весь мир. Отец первым почувствовал это на себе. Он вложил все свои деньги в эту компанию и вдруг обнаружил, что компаньон работает против него, копает ему яму. Причем эта подрывная деятельность шла во вред самой компании, ее финансовые дела шли все хуже и хуже. Через несколько лет все рухнуло окончательно. У отца остались долги, с которыми он так и не смог впоследствии расплатиться. Зато Филипп вышел из этой передряги довольно удачно, имея приличные суммы наличными, пристроенные так, чтобы их было трудно отследить и изъять. Он вытолкнул моего отца из совместного бизнеса, а затем вновь продолжил дело, но уже как собственное единоличное предприятие. Остаток жизни отец провел в поисках средств для выплаты долгов, которые по справедливости должны были бы быть разделены с вашим дядей. Он ушел из жизни разоренным и морально сломленным, и моей матери пришлось растить единственного ребенка, то есть меня, практически в нищете.

— Вы хотите сказать, что столько ждали своего часа, чтобы отомстить.

— Нет, чтобы забрать то, что по праву принадлежит мне как наследнику. Я смотрю на это как на восстановление справедливости, так сказать, на выравнивание весов в руках Немезиды. И я и не собираюсь причинять лично вам вред. Но хочу сделать своей эту компанию и готов уплатить вам за нее разумные деньги.

Дороти уже подчистила огромную тарелку и, утомленно сложив орудия труда в виде ножа и вилки, приготовилась добросовестно слушать дальше, уставив локти на стол и положив подбородок на скрещенные пальцы рук.

— А почему бы нам не сменить объект обсуждения? Мы слишком долго говорим обо мне, попытался переменить направление беседы Роберт, также покончив с едой. — Давайте лучше обсуждать вас.

— Наверно, не стоит. Моя жизнь не столь интересна, как ваша. Во всяком случае, в ней было мало сложностей и героических приключений для воспевания в балладах и сагах.

— Не может быть! Вы что, хотите сказать, что вся ваша жизнь была жизнью праведницы, полной доброжелательных улыбок и чистых помыслов? А разве жара не влияет на половые инстинкты, усиливая либидо?

— Не знаю, — жеманным голоском промолвила Дороти и зарделась.

Она взглянула на сидящего напротив инквизитора, внешность которого вполне соответствовала сложившемуся имиджу. Весь в темном, с черными волосами, он оставлял впечатление опасной и надменной силы. Образ мужчины, воспеваемый в женских журналах.

— Ну, у вас же есть по крайней мере опыт поцелуев и объятий вечером в кустах на берегу реки?

В другое время она бы поставила его на место, посоветовав не лезть не в свое дело. Но вино и еда на этот раз смягчили ее нрав. Да еще то, как он смотрел на нее — с лениво-задумчивым интересом, вызывая незнакомое возбуждение во всем теле. Она начала понимать прелесть игры между мужчинами и женщинами, с которой не встречалась, живя в Гватемале.

— Что касается пребывания в кустах на берегу реки, так это, поверьте на слово, самое последнее место в джунглях, где бы вам захотелось находиться, особенно вечером.

Она отпила еще вина, которое с каждым глотком проскальзывало внутрь все быстрее и легче. Да, разговоры с Марком никогда не носили такого характера. Он, конечно, иногда поддевал ее, но очень добродушно. Этот разговор не был добродушным, но, как ни странно, будоражил ее и вызывал эротические ощущения. Эротические? Она вспыхнула от этой мысли, но тут же стала уверять себя, что это просто подогретая вином игра воображения.

— Не хотите ли выбрать десерт? — У столика неслышно возник официант с новым меню.

Дороти не заметила, откуда он появился, наверно материализовался прямо из воздуха. Но тут же, не задумываясь, согласилась на сделанное предложение.

— Вы что, хотите что-нибудь на десерт? — Из уст Роберта это неожиданно прозвучало как обвинение во всех смертных грехах.

— А что, разве нельзя?

— Да нет, почему же. Выбирайте. Просто женщины, с которыми я обычно встречался, шарахаются от десерта как от чумы.

— С чего бы это?

— Берегут фигуру, я полагаю.

— Ну, я девушка крупная и могу себе позволить, и, кроме того, я никогда еще этого не пробовала, — меланхолично защитила себя Дороти, просматривая меню и пытаясь не пустить слюну, натыкаясь на столь завлекательные описания сладостей, содержащих шоколад, фрукты, крем и всякие другие вкусности. К тому же, убеждала она себя, от того, что меньше ешь, рост не уменьшится. Просто превратишься в одну из тех костлявых особей — она насмотрелась на них в журналах, — на теле которых нет ничего, что позволяло бы определить их принадлежность к женскому полу. — Итак, — продолжила она после того, как заказанная экзотика, безумно вкусная и объемная на вид, была водружена на стол перед ней, — я не ощущаю никакой вины.

— И не надо. Меня вдохновляют женщины с хорошим аппетитом.

— Хотите попробовать? — Она зацепила ложкой изрядный кусок деликатеса, чувствуя себя отчаянно храброй и свободной от комплексов, и вытянула ложку к нему. В тот момент, когда рот Роберта сомкнулся вокруг ложки с содержимым, их глаза встретились — искристое сплетение изумрудно-зеленого и сапфирово-синего — и она почувствовала, как вскипела кровь и радостно заструилась по венам.

— Очень вкусно! — Его взгляд продолжал бархатисто скользить по ее лицу, почти физически создавая тактильное ощущение. — У меня к вам предложение… — Роберт вдруг резко наклонился и провел пальцем вдоль линии ее рта, извиняюще бросив на ходу:

— У вас крем прилип.

— Что за предложение?

Кожа горела в том месте, где он до нее дотронулся. А что будет, если позволить этим пальцам блуждать по всему ее телу, по всем его закоулкам сверху донизу? Вновь волна разбуженной чувственности вперемешку с чувством неосознанной вины. На этот раз в увязке с его невестой. Почему тело сейчас неподвластно голове? Почему оно ведет себя так, будто он сделал с ним что-то непозволительное? Она отодвинула от себя остаток десерта и решительно приказала себе собраться с мыслями, с силами и вести себя достойно.

— Вначале расскажите мне, почему вы сами так цепляетесь за эту компанию? — воздержался от немедленного ответа Роберт. — Я ведь раскрыл вам свои темные тайны, так что теперь ваша очередь.

— А у меня нет никаких темных тайн. — Она окинула взглядом две почти пустые бутылки вина и осознала, что выпила гораздо больше, чем казалось. О, благословенное чувство морального облегчения. Значит, именно вино было виновником ее грязных мыслей. — Причиной, по которой я стремлюсь удержать компанию за собой, является открывшаяся возможность помогать своему отцу в его научных разработках. Дело в том, что мой отец, используя растительные продукты, работает над лекарством для лечения некоторых тропических заболеваний. Вас удивит, сколь много лекарств производится из растительных компонентов, извлеченных из различных тропических деревьев и трав. Мы делаем обычные прививки местному населению от некоторых заболеваний, но они также используют и массу собственных, самодельных лекарственных средств, причем большинство этих средств действительно имеет высокий целебный эффект. Компания МФИ обладает технологиями, которые могут обеспечить дальнейшее проведение разработок в гватемальском центре. Если я продам вам компанию, у меня не будет доступа к специальному оборудованию, столь необходимому для достижения успеха в работе отца.

— Выходит, перед нами неразрешимая дилемма. — Он жестом велел официанту принести счет и отослал его назад с платиновой кредитной карточкой, едва взглянув на итоговую сумму, а затем продолжил:

— Продав мне компанию, вы потеряете возможный источник поддержки исследований отца и вся научная работа пойдет ко дну. С другой стороны, вы видели бухгалтерский отчет, в основном все в минусе. То есть и в случае сохранения ее за собой вы в проигрыше. Но, как я уже сказал, у меня есть предложение.

— Какое?

— Гуру Кристофер сообщил вам обо всей собственности, которую вы унаследовали?

— Ну, он сказал мне о том, что еще у меня есть где-то дом. У меня не было возможности толком разобраться с наследством, — призналась Дороти. — Я была полностью поглощена решением проблем с компанией.

— Суть в том, что, помимо дома в Лондоне, у Филиппа была еще сельская усадьба. Некоторая часть этой собственности завещана ряду бывших иждивенцев покойного, в том числе и Стелле. Однако главным владельцем поместья и земель являетесь вы. А что, их светлость гуру Кристофер вам этого не объяснил? — недоверчиво спросил Роберт.

— Во-первых, не называйте его «гуру». Во-вторых, да, он упоминал о наличии дома за пределами Лондона. Я не обратила на это особого внимания. Я просто приняла к сведению его наличие, но решила, что речь идет о небольшом загородном домике. — Она замолчала, увидев, что недоверчивое выражение лица Роберта сменилось на откровенно насмешливое.

— Вы имеете в виду, что это что-то вроде маленького, уютного сказочного домика с чистенькой лужайкой, окруженного живой изгородью? Может быть, на лужайке даже растет деревце, а то и целых два?

— Что-то в этом роде, — легко согласилась Дороти с изящно нарисованной картинкой пасторали.

— Да, вы были правы, заявив, что совершенно не знали своего дорогого дядю. Филипп всегда заботился о внешнем престиже, чтобы все окружающие знали о том, как он богат. У него остался дом в районе Корнфилда, окруженный почти двадцатью акрами земли, значительная ее часть возделана. Кстати, вы уже готовы покинуть ресторан?

Встав из-за стола и машинально оттянув платье вниз, она несколько неуверенной походкой проследовала вслед за спутником к выходу. По дороге тот продолжил обработку клиентки:

— Так вот, что я предлагаю в этой связи. В обмен на загородное убежище Филиппа я буду с вами сотрудничать. Я вложу столько денег в компанию, сколько необходимо для восстановления ее жизнеспособности и эффективной работы. Конечно, вы отдадите мне часть акций, но останетесь главой компании с сохранением своей доли прибылей от будущих корпоративных доходов. Полагаю, что при правильном управлении эти доходы будут значительными. Ваш отец будет пользоваться приоритетом в доступе к оборудованию и медицинским технологиям компании в ее научно-исследовательских центрах.

— Хотите сказать, что это хорошая сделка? — засомневалась Дороти, пытаясь наспех проанализировать все «за» и «против». Но быстро поняла, что аналитическая работа после такого количества вина все равно что попытка построить карточный домик на сильном ветру, и оставила сие бесполезное занятие.

Уже подъезжая к ее дому, Роберт продолжил нажим:

— Полагаю, вам надо серьезно подумать над моим предложением. Естественно, сначала вы должны сами осмотреть эту усадьбу. Я не хочу, чтобы вы решали что-то до того, пока не будете располагать всей суммой фактов.

— А зачем вам загородный дом? — продолжала слабое сопротивление Дороти.

— А почему вы задаете так много вопросов?

— Потому что такая уж я есть. Думаю, я поняла. Наверно, чтобы быть поближе к природе, когда вы женитесь и у вас со Стеллой появятся дети? — Ей самой так хотелось иметь детей. Конечно, не сейчас, пока она еще столь молода и столь много нового и интересного ждет ее впереди. Но о будущем надо подумать заранее, ибо время быстро уходит.

— Нет, причина не в этом, — нетерпеливо бросил Роберт.

Они подъехали к ее дому. Дом. Чудный дом. Как ни странно, она стала воспринимать его как родное гнездо, сохраняя при этом инстинктивную антипатию к чрезмерному увлечению англичан излишне окультуренной, с ее точки зрения, растительностью. Дороти открыла дверь, толкнула ее и, не проходя внутрь, повернулась к Роберту, лицо которого при луне было сплошь игрой теней и света, скрывавшей его природную мужественную красоту. Он стоял близко к ней, просто катастрофически близко.

— Спасибо за ужин, — вежливо начала она, избегая встретиться с ним глазами и пытаясь сфокусировать взгляд на домах, видневшихся за его правым плечом.

— Предлагаю осмотр поместья провести в этот уик-энд. Я заеду за вами в субботу утром, а вернемся мы в воскресенье вечером.

— Заехать за мной? — запинаясь, спросила Дороти, обеспокоенная таким быстрым развитием событий. С тех пор как посланец Альбиона появился в их центре в Гватемале, жизнь помчалась вперед с галопирующей скоростью.

— Вы ведь хотите осмотреть свое поместье, не так ли? Чтобы оценить мое предложение и дать ему ход?

— Да, конечно, но…

— Только не надо говорить, что у вас планы на выходные.

— Нет, просто это все так неожиданно.

— Нельзя терять время понапрасну, время — деньги.

Да, подумала Дороти, он говорит вполне очевидные вещи. Но провести выходные наедине с ним? Нет, так не пойдет. От непрерывного общения с этим человеком необходимо отдохнуть. Хотя бы несколько дней. И разобраться в своих чувствах. Тем более что у нее складывалось ощущение того, что все идет как-то не правильно. Она сравнивала Марка с его мягкими манерами, в общении с которым чувствуешь себя так просто, и Роберта Касла, который то и дело допускал совершенно пугающие вещи. Провести уик-энд наедине с этим кипящим темными страстями мужчиной? Ну уж нет!

— Мне бы хотелось, чтобы Стелла тоже поехала, — твердо заявила она.

— Я спрошу ее об этом. Увидимся в субботу, около девяти. У нас будет возможность узнать друг друга немного лучше.


Глава 3 | Поверь в свою мечту | Глава 5