home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Москва

Перед деловым вояжем отца в страны Латинской Америки Любовь Юрьевна принимала его в «Сетуни». Он не часто приезжал к дочери за город. Порой он просил ее «освободить апартаменты» для каких-то встреч.

Она встретила его дежурной улыбкой. Он ответил ей тем же.

А три года назад, когда он вернулся из короткой поездки на Кубу, она спросила:

– Ну и как там? На рыбалку не ходил?

– Какая рыбалка, о чем ты!

Брилев был заядлым рыбаком. На озере, близ лагуны в Пинар-дель-Рио, они вместе когда-то выуживали огромных большеротых окуней. Разжигали костер и готовили на углях ни с чем не сравнимые рыбные шашлыки. Отдыхали в грубых деревянных домиках на сваях с пальмовыми крышами. Любовались деревьями, увитыми лианами, экзотическими птицами и бабочками.

Давно это было.

Пинар-дель-Рио… Любовь Юрьевна покачала головой. На травянистых берегах лагуны Сальваторе впервые обнял ее. Она сама предложила капитану провести вечер на озере и даже взяла с собой спиннинг и набор блесен. И сама блеснула на манер русалки. Махнула хвостом – это определение отца. Помнит ли он об этом? Про него нельзя так сказать. Более правильно – не забывает. Не забывает, легко высчитав пусть не первую, но одну из ярких встреч с Сальваторе: в конце августа 1986 года.

Сколько воды утекло с тех пор. Столько, что, кажется, высохло то озеро, обмелела лагуна.

Левыкина налила отцу водки, приготовила легкую закуску. Констатировала, глядя в его усталое лицо:

– Ты вымотался за последнее время. Пожалел бы себя. Маринке не звонишь.

– Пусть она мне звонит. Будем! – Генерал опрокинул в рот стопку и подцепил вилкой кусочек маринованной селедки. – Почему бы ей первой не позвонить? – возобновил он разговор. – Она что, шибко занята?

– Иногда у нее получается замечтаться. – Любовь Юрьевна с минуту молчала. Вопрос, который она твердо вознамерилась задать отцу, наболел давно. Она никогда не опекала его – он бы не принял от нее опеку ни в какой форме. Он был ухоженным, но его рубашки гладила горничная, входившая в смену его личной охраны. Кофе по утрам также подавала она. И ни разу не спросила, вкусно ли, не поинтересовалась его настроением. – Папа, почему ты не женишься? Неужели считаешь, что поздно?

– Я ничего не считаю. Знаешь, лучше английского комика… как его? – Брилев, вспоминая, пощелкал пальцами. – Да, Бенни Хил. Лучше, чем он на вопрос «Почему ты не женишься?», не скажешь: «Мне нравится пиво, но я не собираюсь покупать пивзавод».

– Фу, как пошло! Раньше я такого за тобой не замечала.

– Ты многого не замечаешь. У тебя тоже случается замечтаться. Я понимаю, к чему ты задала этот дурацкий вопрос. Мамаша! Спишь и видишь себя на свадьбе, финальная часть которой – в Акрополе.

– Зачем ты так?

Генерал не случайно перешагнул порог этого дома. Он ничего не мог контролировать, лишь уверял себя, что операция идет по плану, что каждый, кого генерал задействовал в ней, неукоснительно выполняет его распоряжения. И все же…

Все же он пришел в этот дом. Единственное, наверное, место на земле, где он был не одинок. Он механически высчитал, что тут ему будет спокойней; а у себя дома он бы чувствовал себя, как в зале ожидания. Он поймал себя на странной мысли, что они с Любой заодно и вместе коротают этот растянувшийся отрезок времени, но мысли свои прячут друг от друга.

И еще одна странная в своей противоположности мысль: он вроде бы вернулся на место преступления – что он сделал не так и что можно подчистить за собой.

Это было неделю назад.


предыдущая глава | Игра по своим правилам | Колумбия