home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Московская область

Полковник Шувалов лично встречал «Газель», сопровождаемую бежевой «Волгой». Обе машины остановились в пяти метрах от шлагбаума, взяв влево и вправо, впритирку к бетонным блокам, сужающим въезд через КПП. Автоматы часовых нацелились на тонированные стекла машин.

Шувалов подошел к «Волге» и склонился над дверцей.

– В этой машине, – сопровождающий указал на дверь, – люди и груз. Генерал велел спросить, есть ли у вас вопросы, полковник, – не называя разведчика по имени, сказал помощник Брилева. – Помните ли вы инструкции.

– Вопросов нет. Я все помню.

– Ни вы, ни командир экипажа не должны общаться с группой. Ваша задача – проводить их машину в ангар, а потом вывести ее за пределы полка. Выполняйте.

Водитель «Волги» дал задний ход и припарковал машину на бетонной площадке, где стояли грузовой «Урал» и несколько легковушек.

Шувалов обошел «Газель» и открыл дверцу переднего пассажира. Прежде чем сесть в машину, он махнул рукой сержанту, стоящему на бетонке: «Поднимай шлагбаум». Офицер на застекленном КПП нажал на кнопку, и металлические ворота медленно поползли по направляющим в стороны.

Водитель и Шувалов не посмотрели друг на друга. Полковник лишь отдавал короткие команды: «Прямо. Направо. Еще раз направо. Прямо…»

Территория авиаполка была засажена тополями и елями. Отдельные деревья примыкали к однотонным, голубовато-серым корпусам служебно-технической зоны, соседствующей с летным полем; там были заняты своими делами техники, радионавигаторы.

– Пятый ангар, – подсказал полковник. – Видите номер на нем?

– Да, – ответил Николай Кокарев. – Вижу, сезон навигации в полном разгаре. Ночью здесь разводят костры и наводят мосты через ангары.

– Что?

Николай подмигнул полковнику и подвел машину к гаражному въезду. Сбросив скорость, заехал внутрь.

В середине ангара стоял, сияя чистотой, пассажирский лайнер с трехцветным флагом на киле. Кок объехал его и остановил машину между трапом, ведущим в грузовое отделение, и правым стабилизатором. Заглушил машину.

– В ангаре нет посторонних? – услышал Шувалов голос позади себя.

– Нет, – ответил он, не поворачивая головы.

– Позовите командира экипажа, – распорядился Блинков. – Спасибо.

– Я должен отогнать машину за пределы полка.

– Люди в «Волге» подождут. Позовите пилота.

«Черт!» – мысленно выругался полковник. Он все же обернулся и встретился взглядом с человеком лет двадцати восьми. Успел отметить, что багаж у диверсионной группы весьма солидный. Салон был забит спортивными сумками. И бойцы больше походили на спортсменов: в основном длинноволосые, имеющие свое лицо, а не безликие с короткими стрижками.

Командир боевой единицы не поверил на слово полковнику. Шувалов обернулся на выходе из ангара: двое диверсантов начали обходить укрытую «сандвичем» территорию, двое других прошли под крылом и поднялись в пассажирский салон по носовому трапу. Все это очень не понравилось полковнику. К концу дня он ожидал еще одну ревизию, уже со стороны офицеров службы безопасности. Они осмотрят самолет. Может быть, пробегутся рядом, чиркая буйными головами о подкрылки, сопровождая его к летному полю. Там к тому времени соберется толпа чиновников и сопровождающих их лиц.

Лихачев появился в ангаре в то время, когда весь багаж был перенесен в грузовой отсек. Он прошел оба пассажирских салона, нарочито оттягивая время. Он не мог забыть генеральского лица. Тогда оно передавало торжество и испуг одновременно. Всего на одно мгновение оно трансформировалось в ту странную маску, которая заставила пилота вздрогнуть. Получив ответ о приоритете гидравлики над ржавой механикой, генерал испугался.

«Старое возвращается», – подумал Лихачев об изуверской методике Брилева. «Сука, когда такие, как он, передохнут, он останется в гордом одиночестве».

Командир экипажа в последние часы ломал голову, пытаясь найти выход из трудного положения. Скорее всего, не лично от Брилева, а от его человека на борту лайнера он получит приказ. «Кто он? – напряженно думал Лихачев. – Один из офицеров ФСО?» Перед глазами встало необычное видение: в кабину пилотов входит глава дипмиссии Федоров и рявкает: «Открывай люк!»

Скоро он познакомится с людьми, которых собственной рукой он вышвырнет за борт. Пилот знал множество способов уклониться от этого рейса. Его давление могло скакнуть за допустимый барьер, подскочить температура… Он спросил у Шувалова: «Полномочия Брилева подтверждены»? И получил ответ: «Да, на очень высоком уровне». На той же высоте будут разбираться с Лихачевым, рискни он откосить от этого рейса.

Конечно, есть секреты, ради сохранения которых руководство частенько идет на жертвы, рассуждал летчик. Ты можешь остаться на дне, глубоко под землей, можешь вспыхнуть молнией высоко в небе.

– Привет! – как можно беззаботней поздоровался он, спустившись по кормовому трапу и встав рядом со стойкой заднего шасси.

«Привет», – кивком головы приветствовал его старший группы.

– Проверим связь, – предложил Джеб.

– Связь односторонняя. Вы будете слышать мой голос через выносной динамик. Сигнальная кнопка: два нажатия – сигнал принят.

Вдоль стен скрытого отсека протянулись стяжные ремни. Диверсанты начали закреплять ими снаряжение. В первую очередь Лихачев отметил два комплекта парашютов. Блинков перехватил его вопрошающий взгляд.

– В зависимости от погодных условий мы используем либо маневренные спортивные парашюты, либо десантные. Метеосводку я должен слышать в динамике как можно чаще. Ваши командные пункты не подкачают?

– Нет, конечно. Они оснащены самыми современными АСУ. Делается это так: автоматизированная система управления «Небосвод» – это московская воздушная зона – моделирует комплекс «Спектр». Она берет облачные системы с любого спутника и передает эту информацию любому экипажу в любой точке земного шара. Плюс система связи с приемопередающими центрами. Наземные службы держат связь с экипажами, находящимися на заданиях, и оказывают им помощь в вопросах метеообеспечения, аэронавигационной обстановки. Так что в этом вопросе можете быть спокойны.

Поясняя, пилот заметил: к диверсионной акции эта четверка подошла основательно. Бойцы не упустили ни одной мелочи. Они закрепили на стенах ярко-оранжевые спасательные жилеты, упакованные в прозрачные «кошельки». Такой жилет был снабжен аварийным маяком, баллоном с воздухом, запасным мундштуком надува, фиксирующей лентой. В его кармашках хранились сигнальные зеркальце, фонарь и полотнище, компас, нейлоновый шнур, нож, покрывало, фальшфейер, контейнер с питьевой водой, аптечка первой помощи. В упакованном виде все это было не больше буханки хлеба.

Один из диверсантов проверил работоспособность кислородных масок, выведенных в отсек, и обратился к пилоту:

– Кондиционер желательно включить до проверки борта службой безопасности.

– Это само собой, – кивнул Лихачев, – иначе вы тут задохнетесь.

Блинков поманил за собой пилота. Присев на ступеньку трапа, он спросил:

– Навигационная карта у вас с собой?

– Да, – ответил Лихачев.

Блинков разложил на коленях карту и несколько секунд изучал ее в свете ангарных фонарей, сравнивал с той, что он получил от генерал-полковника Брилева. Они были идентичны с проложенными международными воздушными и военными линиями. Наконец он очертил карандашом место и отметил эшелон высоты полета над ним. Он равнялся примерно пяти километрам.

– Воздушная трасса проходит через это плато. Нам нужно попасть на его середину.

– Все будет зависеть от скорости полета, скорости и направления ветра. Штурман сделает расчеты по ходу полета.

– Хорошо. Договоримся так. Вы даете сверочный сигнал, когда до места выброски останется порядка пяти минут. Финальный сигнал – за минуту до точки отрыва. Отсчет пойдет с вашего запроса, а не с моего ответа.

– Я понял. Вам показать, как открывается люк снаружи?

– Нет, я в курсе. Разобрался, когда поджидал вас.

– Я мог бы продублировать его гидравликой из кабины, но не знаю точного времени посадки вашей группы в Боготе. За час-полтора до вылета я всегда в кабине.

– Это идея. У вас есть спутниковая связь?

– Конечно. – Лихачев слегка удивился «разговорчивости» командира диверсионной группы. Пилот, получив указания не общаться с ними, был готов к тому, чтобы увидеть «машину смерти». Чем и успокаивал себя: он сбросит в море натуральную железяку. Но увидел он живых, симпатичных парней с открытыми взглядами. – Подачу заявки на полет командир экипажа может сделать по мобильному телефону, и за него с командного пункта ее подадут. Так что спутниковая штучка всегда со мной.

– Продиктуйте номер. Скорее всего, мы воспользуемся вашей помощью. Вроде бы все, – слегка растянул фразу Джеб, запомнив номер телефона. – Постоянно держите нас в курсе погодных условий. Прыжок сам по себе сложный, и нам необходимо точно и в короткий срок определиться с выбором парашютов.

– Об этом не беспокойтесь.

– Сколько у нас времени?

– Думаю, не меньше полутора часов.

– Спасибо. – Блинков улыбнулся и протянул подполковнику руку. Лихачев ответил на рукопожатие.


Колумбия, 30 июля, суббота | Игра по своим правилам | 1 августа, понедельник