home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Московская область

Генерала Брилева встречал начальник разведки воздушной армии Верховного главного командования полковник Шувалов. Визит в авиаполк матерого разведчика, превратившегося в солидного резидента, оказался для Шувалова неожиданным.

Полковник был одет в форму. Отдав честь, он дождался крепкого рукопожатия генерала и дежурного вопроса:

– Как вы тут поживаете?

– Неплохо, товарищ генерал-полковник.

– Летаете часто?

– На земле самолеты сохраннее, – ответил за всю российскую авиацию Шувалов.

Воздушная армия Верховного главка всегда оставалась в тени. Но именно она создала в считаные часы воздушный мост, соединивший все российские силовые структуры с Чечней во вторую войну. Аэродромы Махачкалы, Моздока гремели от рева военно-транспортных самолетов. Они перебрасывали бригаду ВДВ на аэродром Тузла в Боснии. Ее тяжелые самолеты в январе этого года доставляли гуманитарную помощь в зону стихийного бедствия в Индонезии.

Брилев о вооружении армии в советское время знал лучше Шувалова. Она была вооружена четырьмя классами самолетов, включая «легкий», несущий на своих крыльях «вспомогательные» функции.

– Проводи меня к пассажирскому борту, – сказал Брилев. – Он в ангаре сейчас?

– Да, Юрий Васильевич.

– Что-то серьезное? Плановый ремонт?

– Нет, проходит обычное предполетное ТО.

В огромном ангаре, предусмотренном для самого массового транспортника Ил-76, способного перевозить вертолеты без снятия редуктора винта и тяжелую гусеничную технику, стоял реактивный магистральный лайнер. Он нес на своих бортах российскую символику – герб и флаг. Это был спецборт, который по заданиям командования совершал особые полеты.

– Кто будет пилотировать самолет? – спросил Брилев.

– Подполковник Лихачев.

«Да, – покивал Брилев, – слышал о нем».

– Летчика с более уравновешенной фамилией нет? – пошутил он.

Шувалов ответил улыбкой:

– Нет.

– Ты уже в курсе, чье ведомство зафрахтовало самолет?

– Да, на нем полетит в Эквадор спецпредставитель президента по вопросам борьбы с терроризмом и незаконным оборотом наркотиков. Андрей Федоров.

– Алексей, – поправил собеседника Брилев.

«Тьфу ты!» – выругался Шувалов, перепутав имя генерал-полковника. Тот окончил командный факультет Военной академии связи, Военную академию Генштаба. В Кремль ушел с должности замминистра иностранных дел. Он был наиболее подходящей кандидатурой для переговоров в Кито, в российском посольстве которого загодя начали готовиться к встрече с ним. Цель визита – 60-летие дипломатических отношений с Эквадором. Шувалов слышал, что на встрече будут обсуждаться способы противодействия терроризму, наркоторговле, грязным деньгам, трансграничной организованной преступности.

– Из Кито Федоров мотнет в Боготу, – продолжал Шувалов. – И уже потом вернется на базу. Тяжелый рейс.

– Миссия у Федорова тоже не из легких. В Боготе у него запланированы короткие встречи с министром обороны и главой колумбийского центра по борьбе с наркотиками. Терроризм в Латинской Америке проявляется в меньшей степени, однако есть сведения о том, что там собирались пожертвования для террористических группировок. Сегодня речь идет о слиянии криминальных и террористических сетей. У них возникает единая инфраструктура и база…

«Генерала понесло, – рассеянно заметил Шувалов, – как на трибуне во время доклада». Только Брилев не собирался ничего докладывать. Он плавно, в своей манере переходил к делу и уже начал представать перед начальником разведки армии как специалист по заброскам диверсионных групп.

Воздушная армия напрямую взаимодействовала с частями воздушно-десантных войск. Десантники по приказу командования готовы в минимально короткое время погрузиться с боевой техникой в самолеты военно-транспортной авиации и лететь в любую точку страны для отражения атак террористов или внешних врагов. В любую точку мира воздушные извозчики могли доставить как небольшие диверсионные группы, так и многочисленные.

– Отошли лишних людей и покажи мне на борту диверсионный отсек, – распорядился Брилев.

Этот скрытый отсек находился в хвосте самолета. Его невозможно было обнаружить даже известным морским приемом замеров пустот. Он был оборудован всем необходимым: кондиционером, связью с пилотом, алюминиевыми утками для отправления естественных надобностей; его люк занимал не менее половины пола. В отсеке не было сидений, но его стены были отделаны мягким теплоизоляционным материалом. Изнутри он походил на батискаф; только в нем не было иллюминаторов.

Генерал был хорошо знаком с такой конструкцией, которая и раньше внедрялась в обычные пассажирские самолеты путем их частичной модификации на авиаремонтных заводах. Эти отсеки были хороши как для переброски мобильных групп до шести человек, так и для перевозки контрабанды.

Люк открывался вручную из самого отсека и автоматически – посредством сигнала из кабины пилотов. Он уползал вниз и вперед по ходу самолета. И в этом случае закрыть его изнутри уже было невозможно. На место его мог поставить лишь пилот, активируя из кабины гидравлику.

– Все системы работают надежно? – спросил Брилев, выбираясь из душного отсека по приставной лестнице.

– Да.

– Проверь лично.

– Хорошо, Юрий Васильевич.

– Пригласи Лихачева. Я хочу лично отдать ему инструкции.

Через десять минут Брилев познакомился с командиром экипажа – небольшого роста, широкоплечим подполковником.

– На тебя возложена ответственная миссия, – начал Брилев. – Первое: на борту твоего самолета будут находиться важные люди, совершающие рабочую поездку по странам Латинской Америки. Эта поездка сопряжена с побочной миссией: на борту будет находиться продукция военного назначения. В основном это запчасти для военных «КамАЗов».

Да, кивнул Лихачев. Он не раз совершал рейсы в страны Латинской Америки. Полеты были напрямую увязаны с партнерством России в сфере военно-технического сотрудничества в латиноамериканском регионе. Наибольшие поставки были выполнены в Колумбию в 2003 году, когда пост министра обороны занимала Марта Лусиа Рамирес, – 36 миллионов долларов, а в прошлом году, когда во главе военного ведомства встал бывший страховщик Хорхе Альберто Эчаварриа, – еще больше.

– Второе… – генерал заставил Лихачева смотреть на себя не мигая. – Второе. В скрытом отсеке багажного отделения расположатся несколько человек. За час до вылета ты познакомишься со старшим этой группы и получишь от него указания. Ты будешь строго следовать его инструкциям вплоть до того момента, когда его группа покинет борт и ты закроешь люк. В Боготе ты снова возьмешь их на борт. Как они проникнут на самолет, тебя не касается. И вот с этого момента ты выполняешь только мои приказы.

Собственно, распоряжение было одно. Но его генерал не собирался выкладывать именно сейчас.

Брилев еще раз решил уточнить очень важный момент.

– Механический рычаг и гидравлика выполняют одну функцию при открывании люка. Изнутри отсека можно заблокировать гидравлику?

– Нет. Замок смонтирован на храповике. Приоритет за гидравликой. Люк откроется, а рычаг останется на месте, – ответил Лихачев нахмурившись. Поначалу он подумал, что Брилев печется о безопасности диверсионной группы. Однако его догадку разрушила генеральская усмешка. Мимолетная, она не ускользнула от остроглазого летчика. Он представил, как открывает люк «где-нибудь над Атлантикой» и держит его в открытом положении несколько минут. Но даже нескольких секунд хватит на то, чтобы разгерметизированный отсек вытолкал наружу всех и вся. Пасть открытого люка сработает на манер чудовищного пылесоса.

Уже сейчас в пилоте взбунтовались протестные чувства: «Я не убийца». Только он не мог перевести их в слова. Он мог и ошибиться в своих ничем не подкрепленных подозрениях и бросить тень на генерала ГРУ. Тот походя мог подпортить карьеру военного летчика.

«Зараза!» – ругнулся Лихачев и скрыл чувства за вопросом:

– Каким образом диверсионная группа попадет на борт? – Он точно знал, что самолет по нормам международного права пользуется неприкосновенностью и попадает под принцип экстерриториальности. По прилете и после разгрузки борт закрывают и приставляют к нему круглосуточную охрану из представителей посольства, офицеров ФСО и местных служб безопасности.

– Это их работа – проникать незамеченными на любой объект. Примерно за час до прибытия дипмиссии на борт ты сообщишь в инспекцию по безопасности полетов «Эльдорадо», что в одном из двигателей обнаружены птичьи перья.

– Что?

– Советую обзавестись каким-нибудь пухом заранее. Еще вопросы есть?

– Да. Пассажиры рейса в курсе «вспомогательной» миссии?

– Я понимаю, почему ты спросил: во главе делегации – военный, представляющий главу государства по вопросам терроризма. Нет. Ни пассажиры, ни офицеры ФСО ничего не знают об этом. Если информация уйдет от тебя, ответишь головой. Повтори задание.

– Я получаю инструкции старшего группы по пути в Эквадор. По вылете из Боготы выполняю ваши распоряжения. За час до прибытия Федорова на борт я извещаю инспекцию по безопасности полетов об обнаружении в одном из моторов птичьих перьев.

– Выполняй. Желаю удачи.


Глава 9 Избиение младенцев | Игра по своим правилам | Колумбия, 30 июля, суббота