home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА 26

10:00 Р. М. ЖЕНЩИНЫ В ЖУРНАЛИСТИКЕ:

Признаемся, друзья – редкая статья готовится для печати девять месяцев.

Общая дискуссия.

Комната для шитья тетушки Салли Хендрикс.

С магнитофонной ленты.

Приемный блок 4

«Люкс» 9 (Элеанор Иглз)

– ...Я уже собиралась лечь спать, – голос Элеанор Иглз.

– Я принес шампанское.

– Как мило с твоей стороны, Ролли, но уже поздно.

– С каких это пор десять часов – уже поздно? – спросил Ролли Уишэм. – Ты еще далеко не старушка, Элеанор.

– Нет, конечно, но я только в воскресенье вернулась из Пакистана.

– Правда? Я этого не знал.

– Вечерним самолетом.

– И как дела в Пакистане?

– Ужасно.

– Для тех краев это обычное состояние.

– Ролли, что ты хочешь?

– А что, по-твоему, я хочу? Когда мужчина приходит в десять часов с бутылкой шампанского...

– Весьма юный мужчина.

– Элеанор, дорогая, «Это Ролли Уишэм, с любовью...»

– Как забавно.

– Элеанор. Ты забыла Вену?

– Я не забыла, Ролли. Там было так хорошо.

– Шел дождь.

– Дождь иной раз возбуждает меня.

– Мне включить душ?

– Честно говоря, Ролли, я очень устала и расстроилась из-за Уолтера...

– Великий Уолтер Марч. Воспользовался тобой, как живцом. Тогда, в Албании. И не зря. Потом чего ты только ни делала для него.

– Прекрати так говорить, наглец.

– Как получилось, что весь мир населен наглецами? За исключением одного старого мерзавца, которого звали Уолтер Марч.

– Ладно, Ролли, я знаю, почему ты обижен на Марча. Из-за того, что он сделал с газетой твоего отца.

– Не обижен, Элеанор. Он убил моего отца. Понимаешь, убил? После чего и моей матери жизнь стала не в радость. Да и мне тоже. Так что слово «обида» в данном случае звучит, как оскорбление, Элеанор.

– Это случилось так давно, в Оклахоме...

– В Колорадо.

– И ты выражаешь мнение только одной стороны.

– Я располагаю фактами, Элеанор.

– Если у тебя есть факты, почему ты не обратился в суд? Не попытался опубликовать их?

– Тогда я был еще ребенком, Элеанор.

– А потом?

– Я их опубликую. Своевременно. Можешь мне поверить. Так я открываю шампанское?

– Нет.

– Перестань, Элеанор. Старый мерзавец мертв.

– Ты его убил, Ролли?

– Убил ли я Уолтера Марча?

– Именно об этом я и спрашиваю. Если ты хочешь со мной близости, у нас не должно быть тайн.

– Ты задала вопрос: убил ли я Уолтера Марча?

– Вопрос ты понял верно. Каким будет ответ?

– Ответ – возможно, – послышался хлопок, вылетела пробка, затем булькающие звуки: шампанское разливали по бокалам.

– Ну скажи, Ролли.

– За твое крепкое здоровье, Элеанор, твой успех и твои любовные утехи.

– Ты, похоже, не понимаешь, когда тебе указывают на дверь.

– Неплохое шампанское. По местным меркам.

– Что тебе нужно, Ролли? Мы не можем изображать дождливую Вену в Хендриксе, штат Виргиния, с работающим на полную мощь кондиционером.

– Давай поговорим об Албании.

– Только этого мне и не хватало. Я не люблю говорить об Албании.

– Но ты говоришь. И довольно часто.

– Видишь ли, то происшествие сделало меня знаменитой. Ты это знаешь. Телекомпания принялась носить меня на руках. Собственно, ничего другого им и не оставалось. Наглецы.

– Я никогда не верил твоим рассказам об Албании, Элеанор. Извини, но это правда. Журналистский скептицизм. Я – хороший журналист. По крайней мере, нравлюсь телезрителям. Еще шампанского? Ну что ты такая мрачная?

– Мне нечего тебе сказать.

– То есть все, что могла, ты уже сказала.

– Ты пришел сюда что-то разнюхать. Так, Ролли? Ты пришел за нужной тебе информацией. Ролли Уишэм, с любовью и бутылкой шампанского. Ничего ты от меня не узнаешь, Ролли.

– Я понимаю тебя, Элеанор. Ты постоянно твердила, по поводу и без оного, что Уолтер Марч помог тебе только из благих побуждений. И в итоге заставила всех забыть одну. простую истину: Уолтера Марча невозможно причислить к хорошим людям. Он – подонок.

– Даже подонок способен на одно или два добрых дела, Ролли.

– Элеанор, это уже прогресс. Ты признала, что Уолтер Марч был подонком.

– Убирайся отсюда, Ролли.

– Уолтер Марч вызволил тебя из Албании не без причины. Он послал туда своего человека. Шефа римского корпункта. Можно представить, в какую сумму обошлась ему та эпопея. И, тем не менее, он отказался от заслуженных лавров спасителя. Лишь вскользь упомянул о происшедшем в своих газетах. И все дивиденды достались твоей телекомпании. Почему, Элеанор?

– Ролли, больше я повторять не буду. Если ты не уберешься отсюда, я вызову полицию.

– Полицию? В Хендриксе?

– Службу безопасности отеля.

– Перестань, Элеанор. Откройся доброму Ролли.

– О Господи, как я жалею, что Уолтер мертв. Он бы размазал тебя по стенке.

– Да, – согласился Ролли Уишэм, – размазал бы. Но теперь это ему не под силу. Понимаешь, Элеанор? Как и многое другое. Не так ли, Элеанор?

Зазвонил телефон. Лежа на кровати, в полусне, Флетч не сразу понял, звонит ли он у него в номере или в «люксе» Элеанор Иглз.

– Уберешься ты или...

– Шампанское оставить?

– Ты знаешь, что следует с ним сделать.

– Спокойной ночи, Элеанор. Телефон звонил в номере Флетча.


ГЛАВА 25 | Жребий Флетча | ГЛАВА 27