home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА 42

Не смотря на некоторую путаницу со свинками и магнолиями (крылатые свинки, волосатые магнолии, полосатые спинки, брылатые… дурак ли я? чмо ли я? г…, а магнолиями) необходимый дом был найден. Естественно наименования поворотам ( а так как улица была всего одна, город делился на повороты) давали находящиеся на них наиболее выразительные скульптуры.

Дом Волосатых Магнолий по внешним признакам мог так же называться Домом Одной Двери или как-нибудь по-свойски, например «Старая развалина». Вот уж точно: сапожник без сапог. До такого состояния запущенности не было здесь, пожалуй, доведено ни одно из встреченных компанией жилищ.

Растительность в Карфоколе представлена была маргаритками и анютиными глазками, произраставшими в горшках на подоконниках, а так же многообразием плющей. Дом Волосатой Магнолии обилием зарослей плюща напоминал Робинзона Крузо или мрачного хиппи. Возникало подозрение, что серо-малахитовая шевелюра оставлена хитроумными хозяевами в своей буйной тропической девственности с целью естественного прикрытия многочисленных брешей в стенах снаружи.

Однако медный колокольчик у сомнительной двери сверкал начищенными боками.

Друзья переглянулись в сомнении: все посещенные ими до этого жилища колдунов и ведьм имели куда более презентабельный вид, украшенные затейливыми вывесками, с небольшими привратными грифонами на цепях и занавесками из змей.

Но делать было нечего. Весь цех колдунов дружно отдыхает. Народная же мудрость неоднократно указывала на полезные качества всяческих Иванушек-дурачков, Коньков-горбунков и прочей сказочной некондиции. Санди решительно дернул шнурок и на стоящих на крыльце путников прямо из воздуха выплеснулось ведро воды. Опрокинувшись, емкость с хлопком исчезла, а рыбка или что-то вроде нее, в виде рельефа изображенная на двери вдруг подняла деревянные веки и вылупила на мокрых с ног до головы гостей живые круглые глазища. Глаза подозрительно сощурились, придирчиво осмотрели компанию, большие губы задумчиво пошевелились с причмокиванием.

— Она нас сейчас не съест между делом? — машинально попятилась Битька.

В этот момент дверь распахнулась. На пороге стоял мальчик лет пятнадцати. На голове его был щлем. В одной руке — тяжелый, старый на вид меч. Другой он держал на цепочке небольшую фиолетовую зверюгу. Мальчик был в потертых тапочках и халате.

— Я вас слушаю, господа — вежливо сказал он мягким усталым голосом. Однако войти не пригласил.

— Мы вообще-то то Вашего брата. Нам нужен колдун, — видно было, что Санди едва сдерживается.

— Ой. Вы от Люмэля. Простите за неприветливый прием! Проходите. Только осторожно, — взгляд мальчика заметно потеплел. Заметно даже физически, так как от гостей тут же повалил пар: они начали интенсивно высыхать.

В тумане испарений, друзья неловкой гурьбой двинулись внутрь (естественно, кроме достопочтенного Друпикуса, оставшегося снаружи). Пахнуло сыростью, затхлостью, запахом старого дома. Только откуда-то струйкой подтекал теплый аромат благовоний.

— Осторожно, пожалуйста, осторожно, — поминутно предупреждал мальчик. Тем не менее, они налетали и запинались о тысячу вполне нормальных, но не совсем уместных здесь вещей и их сочетаний: например, в мышеловке стояла чашечка недопитого молока, в цветочном горшке произрастал женский сапог, несколько плащей защищали от холода мешок с пшеницей, куча украшалась сверху композицией из двух непарных носок и грудки угля.

То справа, то слева открывались комнаты, в которых можно было угадать бывшие детскую, спальню, столовую. Сейчас они были запущены, забыты, запылены. Битька поежилась: когда-то здесь жила веселая дружная семья с ребенком, точнее с несколькими детьми: вон кукла, а вон — игрушечный меч. Куда исчезли эти люди? Не причастен ли несовершеннолетний колдун к этой жуткой тайне.

— Кстати, вы что одни живете в этом доме? — в унисон Битькиным мыслям поинтересовался Санди.

— Да. Мы с Люмэлем одни. Осторожно, тут пол немного обвалился.

Пол обвалился не так уж и немного. Миновав препятствие, Сан— Донато продолжил расспросы:

— А кто здесь жил раньше?

— Раньше? Раньше здесь жили мы, — и Флай тяжело вздохнул. — Проходите, прошу вас. Зинка, на место.

Лохматое фиолетовое существо подпрыгнуло и повисло на гвоздике, вбитом в стену. Флай покачал головой и аккуратно придвинул стоящее чуть поодаль ведро под хвостик моментально заснувшего Зинки.

— Раньше он был умывальником. И я до сих пор не могу приучить его выходить на улицу по нужде. К счастью, из него вытекает просто вода.

«Сделать хотел утюг, слон получился вдруг»— вспомнилось Битьке из старой песенки.

Комната, в которой очутились друзья была, должно быть, самым обжитым местом в доме. По крайней мере, пол здесь был выметен и на нем почти не валялось неуместных предметов. Правда, ни ремонтом, ни особым уютом, по-прежнему, не пахло. Пахло сандалом и еще какими-то травами, в большом количестве свисавшими с потолка.

Флай бочком подобрался к стене и смущенно закинул покрывалом незаправленную кровать. Жестом предложил гостям располагаться.

Битька все никак не могла решить, нравится ли ей этот Флай. Скорее нет. Люмэль был веселым, бодрым и легким, то и дело сверкал белозубой улыбкой. Этот же ходил ссутулившись и шаркал, как старичок. Время от времени он вздыхал: «о-хо-хо», как пенсионер. Брови на его нездорово припухшем прыщеватом лице сложены были скорбно домиком. Приглядевшись, девочка заметила, что, пожалуй, в раннем детстве парнишка выглядел ангелочком: светлые кудри, губки бантиком, голубые глаза и пухлые щечки. Судя по всему, к своим годам он должен был стать этаким Аполлоном, про крайней мере, и сложение и черты лица его при внимательном рассматривании, удивляли классической правильностью. Однако какой-то червь подточил то ли душу, то ли здоровье юноши, высосал из него силу, переломал стержень… К тому же голос юноши был слегка женственен, разговор и жесты манерны. Удивительно, что именно он плевать хотел на указы местного герцога…

Тем временем Сандонато представил себя со товарищи. Колдун ответил церемонными поклонами. Битька заметила, что он не особенно уверен в себе и волнуется. Санди же как всегда пер напролом и продолжал начатое в коридоре анкетирование.

— А вот… Хотел бы я еще узнать. Весь город, точнее, все местные колдуны сегодня отдыхают по приказу герцога…

— Плевать я хотел на герцога, — Флай неожиданно сверкнул 32-зубой голливудской улыбкой, — нет. Вы не подумайте, что я такой смельчак. Просто герцог — мой отец.


ГЛАВА 41 | ВИА «Орден Единорога» | ГЛАВА 43