home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



«ВСТАНЬ — И УМРИ!»

Мэт Сабри подошел к двери конюшни и остановился в тени.

На него слепо смотрели шероховатые, мрачные фасады домов, выстроенных из неокрашенных досок или самана песчаного цвета. У коновязи не осталось ни одной лошади; из поилки выплеснулось немного воды, отчего возле нее образовалась небольшая лужица.

Где-то выше по пыльной и на удивление пустынной улице, за домами, курица принялась оповещать все Западное полушарие о появлении на свет очередного яйца. В голубом небе неподвижно висело одинокое белое облачко. Наблюдая, Мэт размышлял.

Сайкс наверняка в Йеллоуджэкете. Прежде чем встретиться с Маккарреном, он должен повидаться с Сайксом. Не стоит торопиться. Всему свое время.

Мэт чувствовал себя удивительно спокойно. Он вспомнил другие времена, когда ему приходилось сталкиваться с подобными ситуациями: Мобити; первый день охоты на бизонов; первого убитого им человека; обвинение, которое давным-давно выдвинул против него Рифф во время патрулирования пустыни в окрестностях Таудени.

Легкий ветерок шевельнул старый мешок, валявшийся рядом с деревянным тротуаром. Из-под магазина выскользнула длинная серая крыса и устремилась к лужице возле поилки.

Мэт Сабри подтянул пояс с револьверами, еще раз посмотрел вдоль улицы и двинулся вверх.

Идти ему предстояло всего ничего, но нет более долгого пути, чем путь вооруженного человека, и нет паузы более длительной, чем пауза перед жаркой перестрелкой. Сегодня Сайкс узнает, что предвещало его присутствие здесь. И Маккаррен узнает тоже.

Принс Маккаррен не играет в азартные игры. Он вряд ли полностью полагается даже на Тони Сайкса, каким бы доверием тот ни пользовался. Или он все же блефует? Когда все верят, что на руках у тебя козырь, это всегда окупается. Пусть все думают, что у Принса есть надежно припрятанная карта. Что ж, у него наверняка есть эта самая карта в рукаве, но где? Каким образом? И когда? Ответ на последний вопрос напрашивался сам собой: безусловно, в момент перестрелки.

Мэт прошел не более тридцати ярдов. Вдруг в одном из домов впереди заскрипела дверь, и на крыльце появился человек. Даже не взглянув в сторону Сабри, он быстро вышел на середину улицы и резко повернулся к нему лицом, как будто находился на плацу.

Тони Сайкс стоял широко расставив ноги, в выцветшей голубой рубашке, которая туго обтягивала его широкие костлявые плечи и свободно свисала спереди на впалой груди и плоском животе. Худое, угловатое лицо, усы, высокие скулы и длинные беспокойные пальцы. Слишком узкие бедра для его массивного тела. На таком расстоянии Мэт не мог разглядеть его глаз, но хорошо знал, что они выражают.

Тони Сайкс поднял голову. Губы у него пересохли, но он чувствовал себя вполне готовым и испытывал удивительную легкость. Это состояние ему нравилось, как нравилась и вся обстановка. В этот момент он почти любил Сабри. Этот человек отлично знал правила игры. Он приближался так, как и должен был приближаться, в нем ощущалось отточенное достоинство, сдержанная и настороженная сила.

В прозрачный шар тишины не проникал ни один звук. Теплый воздух висел неподвижно; даже ветер застыл, остановленный разыгравшейся на улице драмой. Весь подобравшись, Мэт шел осторожно, как зверь, увидевший свою жертву. Он понимал, зачем идет. Из-под шляпы на лоб выползла струйка пота и медленно поползла вниз. Ярдах в шестидесяти от Тони он остановился.

— Ну что ж, Мэт, вот мы и встретились, — произнес Тони. — Мы оба знали, что это случится.

— Конечно.

Мэт тоже встал широко расставив ноги и разведя руки в стороны.

— Ты неправильно выбрал хозяина, Сайкс.

— Как бы то ни было, мы встретились.

Сайкс посмотрел на стоявшего перед ним высокого человека, на его бронзовое от загара лицо, суровое и спокойное. Сайкс не испытывал страха перед вооруженным человеком, хотя карты давно предсказали ему смерть от пули. Он вдруг улыбнулся. Да, он умрет от оружия — но не сейчас.

Его руки чуть шевельнулись, словно дав сигнал к действию, и он уже резко выхватил револьвер из расстегнутой кобуры. Но высокая фигура впереди вдруг сделала неуловимо быстрое движение. Нет, он заметил всего лишь смутную тень движения — а револьвер уже поднят, и черное зловещее дуло шестизарядного кольта уставилось на Тони в тот момент, когда он только поднимал свое оружие.

Он проиграл — сотые доли секунды!

От потрясения Тони нажал на спуск, и уже в тот момент, когда грохнул выстрел, понял, что промахнулся. А потом вдруг Мэт Сабри бросился бежать! Он бежал к нему с поднятым револьвером, но не стрелял!

Сайкс в панике видел, как расстояние между ними сокращается, и начал палить с такой скоростью, с какой только позволял его револьвер. Три выстрела слились в грохочущий водопад звуков. И в тот момент, когда ударник затвора опустился в четвертый раз, он услышал, как прогремел выстрел из другого оружия.

Но откуда? Из револьвера Сабри не полыхнуло пламя. Сабри бежал, превратившись в движущуюся мишень, а Сайкс стрелял чересчур поспешно, выбитый из колеи тем неожиданным рывком и паникой оттого, что противник выхватил оружие раньше, чем он.

Наконец, справившись с волнением, Тони поднял свой правый револьвер, опустил дуло по аккуратной дуге и увидел над стволом голову Сабри. Тогда тот резко остановился, и его револьвер стал выплевывать пули.

Первая обожгла Сайксу бок. Он дернулся от боли, и его собственная пуля улетела неизвестно куда. Он сменил револьвер, но тут что-то сильно ударило его под ложечку, и в следующее мгновение он понял, что лежит на земле.

Мэт Сабри помнил о том неожиданном выстреле, но сейчас он не мог ждать и отвлекаться. Сайкс упал, но всего лишь на колени. К тому же у бандита оставалось еще пять пуль, а их разделяло не больше пятнадцати ярдов.

Револьвер Сайкса дернулся вверх, и Мэт выстрелил снова. Сайкс попытался подняться на ноги, но тут его лицо исказилось от мучительной боли, ему не хватало воздуха, и он тяжело упал на землю, корчась в пыли.

Прогремел еще один выстрел, и пуля взметнула пыль у ног Мэта. Он резко повернулся и выстрелил в открытое окно, а затем бросился к двери салуна. Его остановил громкий крик:

— Мэт! Сабри!

Он обернулся. Звал Сайкс; глаза его дико блестели. Сабри помедлил в нерешительности. Улица по-прежнему хранила молчание. Он быстро огляделся и опустился на колени.

— В чем дело, Тони? Я могу что-нибудь сделать для тебя?

— Позади… позади… конторки… ты… ты… — Его дрожащий голос прервался; затем силы, казалось, вновь вернулись к нему, и он поднял голову. — Боже правый! Слишком… слишком быстро!

И он умер, так вот взял и умер, а Мэт Сабри большими шагами направился к салуну «Йеллоуджэкет».

Комната на втором этаже оказалась пуста. Не встретил он никого ни на лестнице, ни в баре, ни в зале. Только Хоббс с застывшим и бледным лицом поднялся откуда-то из-за стойки.

Сабри посмотрел на него суровым, холодным взглядом.

— Кто спустился по этой лестнице?

Хоббс облизнул губы, сглотнул и хрипло прошептал:

— Никто… Но там… там есть черная лестница.

Сабри резко повернулся и быстро пошел обратно, запихивая в револьвер патроны. Дверь конторы была открыта. Когда Мэт остановился на пороге, Принс Маккаррен писал за столом, заваленным бумагами, — письменный стол делового человека. Рядом стояли бутылка и наполненный стакан.

Маккаррен поднял голову и положил ручку.

— Итак? Ты одержал над ним верх? Я так и думал.

— В самом деле?

Холоден как лед. Сабри внимательно изучал противника. Если этот человек и бежал — а он наверняка бежал, — он ничем этого не выдал.

— Тебе следует нанимать стрелков попроворнее, Принс.

— Ну… — Маккаррен пожал плечами. — До сегодняшнего дня он был достаточно проворным. Так или иначе, это не мое дело. Он работал на Рида.

Сабри шагнул в комнату. Револьвер он уже вернул в кобуру. Мэт смотрел прямо в глаза Принсу Маккаррену, и Принс тоже не сводил с него настороженного и заинтересованного взгляда.

— Со мной это не пройдет, — предупредил Мэт. — Рид — козел отпущения, великолепный козел отпущения. Ему здорово повезет, если он вернется из этой поездки живым. И большая часть отряда, который ты послал, тоже вряд ли вернется.

При упоминании об отряде веки Маккаррена напряглись.

— Забудь об этом. — Он махнул рукой. — Сядь и выпей. В конце концов, мы оба не дураки, Сабри. Мы взрослые люди и можем потолковать. По правде говоря, мне никогда не нравилось убивать.

— Только когда это делаешь ты или когда это делают для тебя? — Сабри не двигался с места. — В чем дело, Принс? Трусишь? Боишься убить своими руками?

Лицо Маккаррена оставалось неподвижным, но глаза широко раскрылись.

— Тебе не следовало это говорить. Тебе не следовало называть меня трусом.

— Тогда поднимайся. Терпеть не могу стрелять в человека, когда он сидит.

— Выпей, и давай поговорим.

— Разумеется, — нарочито небрежно произнес Сабри. — Ты тоже выпей.

Он взял уже наполненный стакан вина, но взгляд Маккаррена остался неподвижен. Сабри хотел взять второй стакан, но тут Принс змеиным движением схватил его за правую руку и дернул на себя, так что Мэт потерял равновесие.

В то же время рука Маккаррена метнулась к кобуре, висевшей высоко на его левом боку, и выхватила револьвер. Вместо того чтобы попытаться освободить руку, Мэт качнулся вперед, на Принса, и навалился на него всем весом. С грохотом опрокинулся стул. Принс попытался выпрямиться, но Мэт заваливал его назад. Он врезался в стену и невольно отпустил Сабри.

Принс вскинул револьвер. Сабри ударил левой ладонью плашмя, оттолкнул револьвер в сторону и перехватил его руку поверх большого пальца. Правой рукой он обхватил ствол револьвера снизу, вывернул его назад и вырвал из рук Маккаррена. Отшвырнув револьвер, он оттолкнул его и ударил ладонью по губам.

Размахнулся он как следует, и раздался звук, как от револьверного выстрела. Лицо Маккаррена побелело от удара, и он зашатался. Сабри двинул коленом ему в пах, потом добавил в лицо локтем, опрокинув его на спину. Из разбитого носа Принса струилась кровь. Он прошмыгнул мимо Сабри и начал исступленно шарить по бумагам. В руке у него вдруг появился крупнокалиберный револьвер.

Мэт следил за рукой, метнувшейся к бумагам, и поднял свой револьвер одновременно с ним. Он выстрелил первым, три раза, с расстояния в четыре фута.

Принс застыл, приподнялся на носки, потом свалился лицом вниз и замер посреди разбросанных в беспорядке бумаг и битого стекла.

Сабри покачнулся как пьяный. Он вспомнил, что сказал Сайкс о конторке. Он ухватился за край стола и, рванув его, оттащил от стены. Позади оказалась маленькая панель с ручкой. Она была заперта, но пуля вдребезги разнесла замок. Он распахнул ее. Толстая пачка счетов, маленький мешочек золотых монет, кипа документов.

Ему хватило одного взгляда. Вот они, те самые документы, о которых говорил Симпсон. Плотная пергаментная бумага подлинной дарственной, сведения о противоречащей дарственной Сонома, а потом… Он быстро просмотрел их. Услышав стук лошадиных копыт, начал запихивать их за пазуху. И тут остановился и посмотрел на себя. Его рубашка промокла от крови.

Он кое-как засунул бумаги в карман и снова оглядел себя. Сайкс все-таки попал в него. Странно, как он не заметил этого раньше. Только удар и онемение. А теперь возвращается Рид.

Он схватил обрез и бросился к двери, шатаясь как пьяный. Но до двери он так и не дошел.

Он слышал только стук лошадиных копыт. Скачущие галопом лошади. Затем возник слабый запах, напомнивший ему о том времени, когда его ранили в Северной Африке. Его веки задрожали, и он открыл глаза — прямо перед ним на стене висел портрет человека с бакенбардами и в очках.

Он повернул голову. На него смотрела Дженни Куртин.

— Ну что? Решили, наконец, проснуться? Вы становитесь ленивым, Мэт. Мистер Сабри, на ранчо вы всегда поднимались первым.

Он не сводил с нее глаз. Она никогда еще не выглядела такой очаровательной. И он понимал, что это плохо и что ему уже давно пора находиться далеко отсюда.

— Сколько я здесь пробыл?

— Всего полтора дня. Вы потеряли много крови.

— Что произошло на ранчо? Киз добрался туда вовремя?

— Да, и я осталась. Остальные сразу же выехали.

— Вы остались?

— Остальные, — спокойно сказала она, — проехали пару миль вниз по дороге. Кэмп Гордон, Том Джадсон, Пепито и Киз. И Радо, конечно. Они выехали на дорогу, а я стояла во дворе ранчо, чтобы они меня могли видеть. Мальчики устроили им засаду.

— Долго пришлось драться?

— Совсем не пришлось. Они так удивились, что дрогнули и разбежались. Только трое не смогли, а четверо были тяжело ранены.

— Вы нашли документы? В том числе тот, где говорится, что Маккаррен послал в Эль-Пасо пять тысяч долларов помеченными банкнотами?

— Да, — просто сказала она. — Мы нашли его. Он хотел устроить так, чтобы Билли схватили и обвинили в краже. Он рассчитывал на это, а если бы его убили, то ему же лучше. Вот только вас он в расчет не принял.

— Да. — Мэт Сабри пристально смотрел на свои руки, сделавшиеся странно белыми. — Меня он в расчет не принял.

Значит, все закончилось. Она сохранила свое ранчо, она свободная женщина, и теперь больше ничто ей не угрожает. Осталось только одно. Он должен сказать ей, что убил ее мужа.

Он повернул голову на подушке.

— Вот еще что, — начал он. — Я…

— Не теперь. Вам нужно отдохнуть.

— Подождите. Мне нужно рассказать вам. Это о… о Билли.

— Вы хотите сказать, что… вы тот человек, который…

— Да. Я…

Он замолчал, не в силах произнести это вслух.

— Я знаю. Я знаю, что это вы, Мэт. Я догадалась с самого начала.

— Я говорил об этом в бреду?

— Немного. Но не в том дело. Назовите это интуицией, или как вам угодно, но я знала. Видите ли, вы сказали, какие у него были глаза, когда он вынимал оружие. Кто еще мог об этом знать, кроме человека, который его застрелил?

— Понятно. — Лицо его побелело. — Тогда я лучше отдохну. Мне скоро уезжать.

Она не двигалась с места.

— Уезжать? Вам необходимо куда-то ехать, Мэт? После того, что вы говорили прошлой ночью, я подумала… Я подумала… — Ее лицо вспыхнуло. — Может… вы не захотите больше никуда уезжать. Оставайтесь с нами, Мэт. Я буду рада, и Билли о вас спрашивал. Он интересуется, где же его шпоры.

Через какое-то время он осторожно произнес:

— Ну что ж, кажется, мне следует остаться, чтобы сделать их ему. Я полагаю, человек всегда должен выполнять обещания, которые он дает детям.

— Значит, вы останетесь? Вы не уедете?

Мэт посмотрел на нее.

— Я не уеду, — тихо произнес он, — пока вы не скажете мне уехать.

Она улыбнулась и коснулась его волос.

— Значит, вы останетесь здесь надолго, Мэтьюрин Сабри, очень надолго.


ПРИМАНКА ДЛЯ ЖЕРТВЫ | Когда говорит оружие | Авторские заметки СТЕЙНЗ-ПАСС