home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



1

Я оказалась дома минут через пятнадцать. На третий этаж взлетела с разбега, затрезвонила. Илья открыл сразу. Он был сосредоточен и насуплен. Я сразу сделалась такой же. Сидела внутри какая-то виноватость, поэтому я сказала сварливо:

– Ты чего-то совсем… не того… Везде шпионы чудятся…

Илья не полез в спор. Коротко сообщил:

– Открылось… О чем там, пока не знаю, сперва какое-то предисловие. Я не читал, торопился перебросить файл по разным адресам…

– Зачем?

– Мучача бобаликона, – выдохнул он и малость обмяк. – Ладно, давай посмотрим, что там…

Монитор был включен, и я с полутора метров различила заголовок и крупный текст:

Предисловие

Все, что здесь написано, я не показывал до сих пор никому. Не оставляет опасение, что я полез не в свое дело. Вроде бы занимаюсь этим не первый день, но как подумаю, что надо будет эти страницы развернуть перед другими людьми, схватывает робость, как перед первым прыжком с самолета. Иногда спрашиваю себя: “Зачем тебе это надо? Куда ты суешься?” Но не написать все, что накопилось, тоже не могу…

Я шагнула ближе, присела к столу. Но Илья быстро сказал:

– Подожди. Слушай и запомни. Если вдруг появятся непрошеные гости, зайди в туалет. На полке слева, за полотенцем лежит мой мобильник. Наберешь двадцать два, ноль семь, двенадцать и скажешь; “Передайте Борису – они уже здесь”. Повтори…

Я повторила, как молодой агент в детективном фильме:

– Двадцать два, ноль семь, двенадцать. “Передайте Борису – они уже здесь”… Иль, а если Бориса не будет на месте?

– Неважно. Главное – скажи, что надо.

У меня что-то нехорошо ёкало под селезенкой.

– Иль, а…

– Подожди. Вот дискета, спрячь где-нибудь на балконе.

Я послушно пошла на балкон. Там слева от двери была прибита полка с цветочным ящиком (осталась от Лифшицев). Из него спускались плети молодого вьюнка. Я отодвинула их, приподняла ящик, сунула под него дискету.

– Готово, мистер Ноль-ноль-семь…

– Вот и хорошо. Теперь наконец почитаем… – Он уселся в широкое твердое кресло перед монитором. Я пристроилась рядом, на изогнутом подлокотнике.

“Предисловие… Все, что здесь написано, я не показывал до сих пор…”

Резко, незнакомо как-то забрякал звонок в передней.

– Ну вот… – обреченно сказал Илья. – Иди, спроси кто. Никому не открывай, сперва скажи мне…

Я глянула в глазок, увидела соседку и все же спросила:

– Кто там?

– Женечка, это я, Галина Андреевна. Я хотела кое-что спросить. Открой, пожалуйста…

– Одну минуту, я не одета…

Вернулась к Илье.

– Галинушка из десятой квартиры. Чего-то хочет…

– Это плохо… Подожди… – Илья два раза нажал клавишу на “мышке”. Строчки на экране окрасились черным. Илья даванул на клавиатуре кнопку “Delete”, экран опустел.

– Зачем?! – взвыла я.

– Надо… Иди открой.

Я пошла. Открыла.

Пожилая Галина Андреевна прижимала к цветастому переднику на груди пухлые кисти рук.

– Женечка, я… меня… – По сторонам от нее стояли двое. Один – высокий, темноволосый, в отглаженном костюме. Другой – низкорослый, с гладкой белобрысой прической, в желтой рубахе навыпуск. Я их сразу хорошо разглядела – из лестничного окна светило солнце.

Низкорослый как-то неуловимо скользнул от соседки ко мне и оказался рядом, на пороге.

– В чем дело? – сказал у меня за спиной брат. Я оглянулась. Илья колюче смотрел через очки. Опять было заметно, что левый глаз у него поврежден.

– Это ведь квартира Мезенцевых, не так ли? – спросил высокий (и длинноносый). Я поняла на кого он похож: на артиста по фамилии Тарапунька из фильмов середины прошлого века. Так и казалось, что начнет изъясняться по-украински. Но он говорил очень по-русски, как-то подчеркнуто правильно…

– Допустим. И все же в чем дело? – опять сказал Илья. Вполне спокойно.

– Дело в том, что мы к вам, – излишне весело сообщил маленький. Он стоял вплотную ко мне, так, что дверь теперь было не закрыть. Лицо – очень близко. Фигурой он похож был на подростка, а лицо пожилое и немножко бабье. Так бывает у лилипутов.

Высокий сказал соседке:

– Галина Андреевна, благодарим вас, вы больше не нужны… – Та, не опуская рук, попятилась к своей двери, надавила ее спиной и скрылась.

– И зачем же вы к нам ? – спросил Илья. Теперь я понимала, что он ждал такого визита.

– Есть небольшой разговор, – ласково сообщил маленький. Илья светски улыбнулся:

– Хорошо. Вас не затруднит шагнуть с порога наружу. Пусть разговор состоится на площадке. У нас в квартире.. не прибрано.

– Это ничего… – и маленький шагнул не наружу, а в прихожую. Высокий за ним.

– Вам не кажется, что это напоминает вторжение? – сказал Илья. Внешне он был по-прежнему хладнокровен, только левое веко подрагивало за стеклом.

– Ну что вы, молодой человек! – добродушно удивился высокий. – Надеюсь, вы догадались, что мы не грабители и не рэкетиры…

– Мы догадались, – кивнул Илья. – Как раз потому, что манеры ваши мало чем отличаются…

Гости не обиделись. Маленький сказал:

– Чтобы ваши догадки укрепились, вот, пожалуйста… – Оба ловким одинаковым движением извлекли и раскрыли корочки-удостоверения. С фото и печатями, с грифом МВД. Маленький – перед Ильей, “Тарапунька” передо мной. Фамилию я не разобрала, длинная какая-то, а имя “классическое” – Иван Петрович.

– Вы мне кого-то напоминаете, Глеб Олегович, – с утонченной вежливостью сказал Илья. Я поняла: чтобы мне стало известно имя маленького (“Гле-Гле” тут же мысленно окрестила я его). – Доцент Василюхин на кафедре психологии не ваш родственник?

– К сожалению, нет…

– Отчего же “к сожалению”, – усмехнулся Илья. – Весьма вредный доцент…

– Вы позволите нам пройти? – осведомился высокий.

– ИванПетрович , если не позволим, вы ведь все равно пройдете. Вы все делаете без разрешения, – сказала я и глянула на Илью: правильно ли себя держу. А Илья смотрел на меня с затвердевшим лицом. Глазами двинул в сторону туалетной двери. “Ох я растяпа!..”

– Позвольте… – Я шагнула мимо Гле-Гле. Он не позволил:

– Девочка, ты куда?

– С вашего позволения, в туалет. Или в клозет, если так понятнее…

– Это… обязательно?

– Представьте себе, да! Иногда у людей возникает такая потребность. Особенно при неожиданных визитах… – Меня уже “заносило”. – Возможно, такого не бывает с сотрудниками охраны порядка, но с простыми смертными случается. Или вы боитесь, что я просочусь куда-то через канализацию, как некий Кристобаль Хунта, персонаж книги братьев Стругацких? Стругацие это известные писатели, такая профессия. А книга – это…

– Не надо, – невозмутимо отозвался Иван Петрович. – Мы знаем, кто Стругацкие и что такое книга… Глеб Олегович, не мешай Жене Мезенцевой.

– Благодарю! – Я нырнула за дверь. И сказала уже оттуда, щелкнув задвижкой: – Не надо стоять рядом и подслушивать. Я не стану беседовать через унитаз с сообщниками. Это умел только майор Пронин…

Кажется, они коротко посмеялись и, судя по шагам, отошли.

Тогда я схватила с полочки за полотенцем телефон.

Нажала кнопки.

– Да! – откликнулся веселый полузнакомый голос.

Я сказала сдавленно:

– Передайте, пожалуйста, Борису…

– Да-да! Я Борис…

– Они уже здесь!

Борис отозвался без всякого драматизма:

– Ну и прекрасненько. Это Женя?.. Женя, вы и Ильей постарайтесь подольше их там поразвлекать беседой. Минут пятнадцать хотя бы…

– Ладно.

– И вот еще… Если можешь, отопри незаметно входную дверь.

– Постараюсь.

– Ну, будь молодцом… – И запикало в пространстве.

И я поняла, что буду молодцом.


предыдущая глава | Семь фунтов брамсельного ветра | cледующая глава