home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



3

Словко пришел первым не только к обоим поворотным буйкам, но и к линии старта-финиша. Но это было еще не все! Дистанция-то не просто треугольная, а с "колбасой". Пришлось выпиливать против ветра к буйку номер два, а затем уже, раскинув пруса бабочкой, спешить в фордевинд к финишу. Лисенка Берендея теперь приторочили к штагу. Он уже не мешал, а наоборот – создавал при попутном ветре дополнительную парусность.

Кирилл Инаков так и не догнал "Зюйд", отстал на полтора корпуса. На пирсе он хлопнул Словко ладонью о ладонь.

– Вот что значит ходить под пятью парусами! Поздравляю… Давай апсель, сейчас заставлю головотяпов пришивать что надо…

"Вообще-то первый головотяп – командир", – хмыкнул про себя Словко, но не сказал, конечно. Инаков это и так знал.

Словко собрал вокруг себя троих матросов, обнял сразу всех за мокрые плечи:

– Люди, мы с вами молодцы. Давайте так же дальше…

Дальше, однако, не получилось "так же".

На своем родном "Оливере Твисте" Словко занял только третье место. Первым пришел теперь Кирилл, на "Гавроше". А вторым… второй то есть – Ксения Нессонова. На старенькой "Тете Полли". Так хитро выкрутилась, обошла нескольких рулевых, которые столкнулись у второго буйка, и спокойненько финишировала сразу за Инаковым.

– Вот и учи вас на свою голову, – пробурчал Словко с дурашливой досадой, когда сошлись на пирсе. Ксеня изобразила провинившуюся первоклассницу:

– Я больше не буду…

Дистанции были рассчитаны так, что при среднем ветре должны были занимать около часа. Однако сегодня дуло покрепче, поэтому даже самые отстающие укладывались минут в сорок пять. И до обеда флотилия успела провести четыре гонки. У Словко были первое, третье, четвертое и второе места. В общем зачете он пока "болтался" где-то между вторым и третьим местами. Но, конечно, все еще было впереди.

– Давайте пятую дистанцию! – требовали энтузиасты. – Успеем, пока дежурные мотаются с термосами. – Смотрите, как здорово дует!

Но Корнеич, глянув опытным глазом на облака и на воду, сказал, что дует, пожалуй, "чересчур здорово".

– А скоро перестанет, – добавил подошедший Степан Геннадьевич. – На несколько минут. Затем ка-ак плюнет! Причем с другой стороны… Гляньте сами… – И дернул головой, показал высоко в небо. Там происходило торжественное передвижение облачных масс. Причем облака не приходили со стороны, а как бы рождались прямо из воздуха, густели и выстраивались в фигурные нагромождения.

Корнеич взял мегафон:

– Внимание, все экипажи! Не гоночные, а постоянные! Быстро перегнать суда в лагуну! Швартовать бортами к шинам, накрепко! Убрать паруса, закрепить гики! Скоро будет трепка!

Такие команды не надо отдавать дважды. Яхты одна за другой отскакивали от пирса, как мячики, и, крутнувшись на зыби, мчали, в тихую, огороженную бетонным молом бухточку, которая называлась "лагуна". Здесь матросы их крепили к развешенным на дощатых причалах шинам – носовыми и кормовыми швартовами.

Ветер неожиданно стих – как отрезало. Опоздавшие яхты с повисшими парусами спеши в лагуну на гребках. Озеро в минуту успокоилось, отразило темнеющие облачные груды. Синие краски сменились желтовато-серыми, резко запахло сырым песком и старыми досками причалов. Облака сдвинулись еще плотнее, в них появился лиловый цвет. По лиловому беззвучно проскочила огненная жилка. Прямо над головами заклубился темный мохнатый ком размером с планету. Из него за шиворот Словко упала большая капля…

Неторопливыми чугунными шарами прокатился по тишине гром.

– Народ, пошли по укрытиям! – скомандовал Корнеич.

У каждого экипажа были привычные места на случай непогоды. И сразу все разбежались – кто в дощатый ангар, где зимой хранились яхты, кто в железный шлюпочный эллинг, кто в штабной домик станции…

– Пойду к машине, – сказал Корнеичу Кинтель. – Пора думать о желудках…

Подошел Каперанг.

– Даня, меня вызывают в школу, туда явились какие-то представители военного округа. Чую, что не за хорошим… Держитесь тут…

– Не волнуйся. Аиду, если появится опять, гони. Феликса тоже. Я сам разберусь.

Они пожали руки, Каперанг пошел к своей зеленой "девятке".

Словко на причале последний раз проверил швартовы "Оливера", окликнул матросов:

– Давайте в ангар, ребята! Сейчас польет! Одежду не забудьте, а то вымокнет!

Матвей, Сережка и Рыжик подскочили к нему. Рыжик – с прижатым к жилету свертком одежды и лисенком.

– Словко, я возьму Берендея с собой, а то совсем промокнет!

– Правильно!.. Ну, бежим!

Капли уже часто стучали по доскам и бетону. Подгоняя ребят, покатился над берегом нарастающий раскат. Несколько раз вспыхнули под тучами трескучие белые звезды. Рванулся ветер, прижал на берегах вербы и рябины, и сразу хлестнули струи.

Словко и его экипаж влетели в ангар, когда там укрылись уже больше десятка ребят. Были здесь Кирилл с его "головотяпами" (Глебкой Вахрамеевым, Валеркой Юдиным и Павликом Штерном), Нессоновы с их матросами. Следом, отфыркиваясь, вошли Корнеич и начальник станции Поморцев.

– Вовремя скрутились, – весело сказал Степан Геннадьевич.

– Только все же подмокли малость… Ну-ка… – Корнеич дотянулся до высокой полки, достал два свертка с ветхими парусами. – Люди, вытирайтесь и укутывайтесь, чтобы не продрогнуть…

Двух стакселей хватило для вытирания, двух больших гротов – чтобы накрыться всем. Уселись на рундуки с запасными деталями, на лежавшие у стены старые мачты, прижались друг к другу горячими локтями и плечами, парусина обняла всех пыльным шуршащим уютом…

А в широкие открытые двери видно было, как беснуется, вспыхивает, ревет ветром и ливнем гроза. Над озером, над кустами и травами проносились белесые водяные смерчи. Над растущими у лагуны кленами дергались и метались верхушки мачт…

– А Кинтель и Равиль поехали с термосами в столовую, – дернув плечами, сообщил Сережка Гольденбаум.

– Ну и прекрасно. В машине ведь, не промокнут, – сказал Корнеич. Он сидел на ящике, отдельно от всех, в тельняшке и в пробковом жилете, который натянул, видимо, для тепла. Встряхивал промокшую штурманскую куртку. В сторонке устроился и Степан Геннадьевич, попыхивал сигаретой.

– А если машину смоет с дороги? – спросила Ксеня.

– Давайте без дамской паники, – предупредил Игорь.

– Бе-е… —отозвалась Ксеня, и было ясно, что она всунула язык. В ответ на это вспыхнуло и грянуло так, что все съежились. Игорь назидательно сказал:

– Видишь, как дразниться…

Рыжик устроился слева от Словко, теплый, твердый и костлявый. Иногда вздрагивал – видимо, боялся грозы. (Да если честно, то многие побаивались, чего уж там.) Порой он возил по голой груди ладошкой, и Словко понимал: трогает колесико. А время от времени Рыжик нащупывал лисенка Берендея (может, гладил?).

– Высади его наружу, он же мокрый, – посоветовал Словко.

– Не… у меня на коленях он скорее высохнет… – И вздрогнул опять.

Неожиданно возникла в дверях закутанная в полиэтилен Аида.

– Ох какая стихия!.. Ребята, главное сохранять уравновешенное состояние, и тогда…

– Аида Матвеевна, вы ведь по распорядку должны быть в домике, – сказал Корнеич. И подумал: "Уж не решила ли завести сейчас разговор о яхтах? Это притянет все молнии…" Но Аида освободила из-под капюшона мокрые пряди, присела на свободный ящик и сообщила:

– У меня дело к Игорю Нессонову. Он обещал написать сценарий. Осталось не так уж много времени до съемок…

Игорь, видимо, решил в момент сжечь все мосты.

– Аида Матвеевна, у меня не выходит! Хоть убейте.

– Но ты же обещал ! – (А сверху по железной крыше – негодующий рев ливневых струй).

– Я старался! Но получается не короткий план, а длиннющая история! Что делать, если короткие я не умею!

– Да, он старался, – заступилась за брата Ксеня. – Но вышел не сценарий, а роман.

– Можно узнать, о чем? Вдруг это все-таки удастся снять? Главное, чтобы ощущалась психологическая достоверность.

– Она ощущается, – дернуло за язык Словко. – Но снять не получится. Технически невыполнимо.

(И сразу же запрыгало в голове:

Технически невыполнимо,

И ты иди, Аида, мимо.

Волшебна сказка и длинна

И не для глупого кина…)

И тут же рядом со стишатами выпрыгнула идея:

– Игорь, а ты расскажи сейчас! Ты же обещал продолжение!.. Все послушают, И Аида Матвеевна убедится, что ты старался изо всех сил, но ты не сценарист, а это… прямо брат Стругацкий…

– Ну вас! Нашли время, – огрызнулся "брат Стругацкий".

Но со всех сторон послышалось, что для интересной истории – самое время и что, пока гроза, делать все рано больше нечего.

– Я ведь рассказывал уже начало, – стал сдаваться Игорь. – Теперь все по новой, что ли? Многие не слышали…

– Ты расскажи начало в двух словах, – посоветовал Словко. А дальше – подробно…

– Только давайте двери закроем, – жалобно попросила Ксеня. – А то жуть такая… И надо свет включить, здесь ведь есть лампа…

– Лампа есть, а света нет, – сообщил Степан Геннадьевич. – Отключили энергию.

– Видать, из-за грозы, – сказал Корнеич.

– Не из-за грозы. Еще в полдень отключили, непонятно почему… Давайте сделаем так… – Начальник станции прикрыл широкие створки, но оставил большую щель, не давая сгуститься полной темноте. Сам присел у этой щели, чтобы вытягивало сигаретный дым.

Из-под соседнего паруса раздалась звонкая просьба рыжего "Мастера и Маргариты":

– Игорь, ты начинай скорее, а то гроза кончится и мы ничего не узнаем…

Когда столько людей ждет, упираться неудобно. Да и зачем?

– Ладно… Ну, значит так… На планете Дзымба жили были ребята. Дружная компания. Среди них принцесса Прошка. Она ничуть не хвасталась, что принцесса, а была такая же, как все… Однажды на краю парка они откопали старинный космический корабль, забрались внутрь и поняли, что это большой Ковчег, про который знали из легенд. На нем в древние времена люди расселялись по разным планетам, а потом забросили его и забыли… Ну вот, ребята малость разобрались, что к чему, и старший, его звали Титим, нажал кнопку взлета…

Ковчег был откопан лишь наполовину. Но он растолкал землю и стал подниматься…

Но не думайте, что ребята сразу пустились в дальний полет. Хватило ума быть осторожными…


предыдущая глава | Рыжее знамя упрямства | cледующая глава