home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 2

Никита возвращался в приподнятом настроении. Он шел домой, к родителям. Теперь у него есть неопровержимые доказательства своей невиновности. Ни Кэп ему теперь не страшен, ни Горбыль. И Гири бояться нечего. Теперь можно расслабиться, отдохнуть.

Прежде всего он примет душ, затем постирает свое шмотье, пару деньков на диванчике поваляется. А там видно будет...

Он беззаботно поднялся на свой этаж, сунул ключ в замочную скважину. Дверь открылась. Он вошел в холл и нос к носу столкнулся с каким-то мужиком... Ба! Знакомые все лица!..

Это был охранник, которого им с пацанами пришлось успокаивать в офисе господина Чугунова. Только какого ляда он здесь?

Все встало на свои места, когда за спиной охранника возникло лицо самого Чугунова.

– Не понял, – зло протянул он.

– Да мы замок не успели сменить, – охранник во все глаза смотрел на Никиту.

Он был готов исполнить любую команду хозяина. В стойку встал, будто вот-вот последует«фас!». Только Никита в зубы ему не дастся...

– Где мои родители? – спросил он.

– Как где?.. На помойке... Это моя квартира, – грязно расхохотался Чугунов.

И зачем-то почесал свое пузо.

– Совсем нюх потерял, да? – Никита сделал шаг в его сторону.

Ему показалось, что охранник зарычал. Еще бы зубами клацать начал.

– А ты мне не груби! – рыкнул на него Чугунов.

Но при этом предусмотрительно отступил на шаг назад.

– Смотри, как бы отвечать не пришлось...

– А кто мне предъяву поставит? Ты, что ли?..

– Хотя бы я...

– Да без своих кентов ты фуфло.

– А кто тебе сказал, что я без них?

– Да они все на «крытке» чалятся. Вместе с твоими боссами... Все, вали отсюда, пока я добрый...

– Да не добрый ты! А просто ссышь со мной связываться...

– Я?! Зуб!

Никита был готов к нападению. А потому легко уклонился от удара. И ответил. Правой в корпус, левой в голову. Этого хватило, чтобы выбить охранника из колеи. И в заключение короткая подсечка... Противник с грохотом растянулся на полу. А дальше...

Дальше Никита решил сделать ноги. Охранника он не вырубил. Пара мгновений, и тот снова ринется в бой. И самого Чугунова со счетов сбрасывать нельзя. Серьезный дядя, к дракам ему наверняка не привыкать. В связке со своим цербером он опасен... Прикончат Никиту, закатают в ковер и вывезут куда-нибудь на помойку...

Никита резко подался назад, нырнул в дверной проем и был таков.

Он спускался по лестнице, когда сверху послышалось раскатистое:

– Только появись еще, урод!

Но слушаться Чугунова Никита не собирался. Этот гад снова отобрал у него квартиру, опять вышвырнул родителей на свалку. И за это он заплатит. Жестоко заплатит...

Через час он был в той помойной квартире, куда могли податься его родители. Он угадал: мать и отец были здесь.

Им нанесли страшный удар, вышвырнули из квартиры. Они были еще не настолько сильны, чтобы перенести его без бутылки водки. Но, к удивлению Никиты, оба были трезвы как стеклышко. И сами в порядке – чистые, аккуратные. И в квартире все в ажуре. Полы вымыты, на кухне прибрано. Ни пыли нигде, ни грязи.

– Сынок!.. – обрадовалась мать.

– Ты уже все знаешь, – тяжко вздохнул отец. И добавил: – Выпить бы сейчас...

– Хотя бы чуть-чуть, – вторила ему мать.

Они бы уже давно выпили по чуть-чуть. И так раз десять, а то и двадцать. И поскакала бы звезда по кочкам. Весь процесс лечения насмарку...

Но пить им не давал антиалкогольный ангел с метровыми плечами и пудовыми кулаками.

– Я вам выпью! – прогрохотал Артемчик.

Он вышел из ванной. Спортивные штаны, голый торс, мокрые волосы.

– Ты? – удивился Никита.

– Ага, я! – улыбнулся Артемчик.

– А я думал, ты в сторону...

– Зря ты так думал. Меня Витал на это дело поставил. А Витала я уважаю. И тебя, Ник, тоже... А тебя что, уже отпустили?

– Да вроде...

– Или сбежал?

– Ты мне льстишь...

– А Витал?

– Витал жестко влетел. Ему статью крутую шьют. Из-за Чугунова... Кстати, этот гад выгнал вас из квартиры.

– Он... – помрачнел Артемчик.

– Сволочь он, этот Чугунов! – сказал отец.

– Взашей из дома вытолкал, будто мы не люди, – закивала мать.

– Ничего, скоро обратно вернетесь. С Чугуновым разговор серьезный будет...

– Я тут... это... – замялся Артемчик. – Я пытался Чугунова придержать. Да куда там... Короче, я так понял, у него уже команда своя...

– Что значит – своя команда?

– Он разговаривал со мной. Говорит, давай ко мне в команду... «Охранником?» – спрашиваю. Да нет, говорит. У нас теперь все как у людей будет. Себе «крышу» сделаем, других под себя подомнем... Видел я его пацанов. Все крутые, с цепями, «гайки» золотые. Братва, короче... Серьезно у него все...

Вот, значит, откуда у него такая уверенность. Команду Кэпа ментам сдал, свою группировку сколотил, теперь ему сам черт не страшен. Благодаря его показаниям Виталу статью за вымогательство припаяли. И Кэпа с Горбылем долго в тюрьме продержат. А когда выпустят, Чугунов сам на них уже наехать сможет. Команда у него своя. И криминальный опыт будь здоров... Уж Никиту он не боится, это точно. Поэтому и квартиру забрал. Реванш, гад, взял...

– Ну и чего ты не пошел?

– Да ты чо, как я могу? – округлил глаза Артемчик. – Меня ведь Витал к себе обещал взять...

– Ну, когда это будет... Да и будет ли вообще? У Чугунова уже для тебя вакансия есть.

– Нет, я с Виталом... Я если за одними пошел, то к другим не примкну. Принцип у меня такой...

– Принцип?.. – удивленно посмотрел на него Никита. – А может, ты и про идею что-нибудь скажешь?

– И скажу, – кивнул Артемчик. – Как же без идеи?.. Думаешь, мне бабки нужны?

– А разве нет?

– Да с бабками у меня проблем нет. Родители греют... Хотя, конечно, бабки не последнее дело. Но главное – протест...

– Какой протест?

– Ну, хиппи там протестуют, рокеры, панки... Но все это чешуя, перхоть с глистами. А вот братки – это серьезно. Вот вы с Виталом крутые, все вас боятся. Но главное, вы как бы вызов этому миру бросаете. Прогнившему миру, занюханному до неприличия...

– Эй, ты что, философ?

– Вообще-то, нет. Но собирался на философский факультет после школы поступать... Да передумал. Философия в институте – это труп протухший. А вот жизнь – это да...

– Ну ты даешь! Срезал ты меня. Начисто срезал!.. А лет тебе сколько?

– Семнадцать...

А выглядел Артемчик лет на двадцать. И видок у него серьезный, внушительный. На такого на улице прямо не пойдешь, чтобы дорогу уступил. Сам посторонишься... А гляди ж ты, философ!..

– Значит, ты за идею... А на меня посмотри. Как я тебе, а?

– Не понял, у тебя что-то не так? – как будто удивился Артемчик.

– А ты внимательней посмотри. Штаны грязные, майка как половая тряпка, сам немытый, бомжатиной от меня несет...

– Ну и что?.. Разве это срам?.. Вот если бы пацанов предал, если бы ты на разборке струсил... А грязь – это проходящее... К тому же символ на месте...

– Какой символ?

– Цепь серебряная...

– Думаешь, она для меня много значит? – скривился Никита.

– Для меня бы она значила много, – не моргнув глазом, ответил Артемчик.

– Да? Ты так думаешь? Точно?..

– Ну да...

Шибко умный этот Артемчик. А потому глупый. Романтика бандитской жизни... Для Никиты – это плюнуть и растереть. А для него – смысл существования...

Никита мог бы посмеяться над Артемчиком. Но ему было не до этого. У него появилась задумка.

– Значит, крутой ты?.. А на Чугунова наехать не слабо? Прямо сейчас. Ты да я...

– Ник, ты только скажи, – голос Артемчика даже не дрогнул.

Да он фанат. Самый натуральный фанат...

– И скажу. Только чуть позже...

Никита не идеализировал бандитское бытие. Напротив, его от него тошнило. Но и у него есть принцип – взялся за гуж... А он сдюжит, обязательно сдюжит. Он добьется своего. Чугунов у него еще попляшет...

– Говоришь, у тебя с бабками порядок...

– Я за свои слова отвечаю.

– Это хорошо... А как насчет того, чтобы мне баксов, скажем, две сотни ссудить?

– Да без проблем...

– Прямо сейчас?

– Да какой разговор...

– Ну спасибо, брат!..

Задумка переросла в целый план. И Никита готов был взяться за его осуществление. Но сначала помыться, постираться, отдохнуть. А завтра снова за дело...


* * * | Брат, стреляй первым! | * * *