home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



КОНЕЦ ДЬЯВОЛЬСКОГО ГНЕЗДА

Выступление началось на самом рассвете с первыми ударами погребального колокола. Колокол, по которому скользили яркие солнечные лучи, возвещал начало похорон несчастных дочек несчастной Анеты. Его гулкие колебания в разряженном осеннем воздухе наполняли сердца трусливых пахарей совершенно невиданной энергией, энергией смерти и разрушения. Как уже не раз бывало в истории, народ восстал против своих жестоких правителей и готовился все сокрушить на своем пути. Как он верил, на пути к свободе. Штурм замка, в соответствии с несколько театральной идеей Эмиля, должен был стать первым актом прощания с девочками. Именно сейчас, в эти зябкие рассветные часы, имелось больше всего шансов на успех, ведь именно сейчас вампирический сон очень глубок и почти беспробуден.

Возбужденная толпа, со старостой, священником и Анетой в первых рядах, медленно двигалась по грунтовой дороге в сторону дьявольского гнезда, по пути торжества мести и справедливости. Не только лошади, но и худые коровы тащили в повозках и впалых боках связки хвороста, бревна и несколько бочек со смолой и керосином. В арсенале нападающих присутствовало и с десяток ружей, и невесть откуда извлеченные допотопные мечи и арбалеты. Они скорее придавали уверенности, чем могли сослужить реальную службу, но и уверенность в таком опасном начинании — немаловажно.

Движением процессии управлял Эмиль, разъезжая чуть поодаль на черном жеребце непокорного нрава, которого постоянно приходилось сдерживать. Вот и настал звездный час, час расплаты с теми, кто унижал, помыкал и угрожал его жизни. Ну и сокровища графа, конечно, в будущем не помешают. Знал он один тайничок, откуда даже самолично приносил золотые монетки Джелу за очередную партию пищи. До чего же самоуверенны эти вампиры, и считают себя умнейшими существами на свете! А ведь и он не дурак, чтобы взять хотя бы лишнюю монетку — им в замке делать нечего, наверняка все сто раз пересчитали. А вот слепок с ключа, а потом и дубликат со слепка он давно сделал.

Прямо перед поворотом, за которым открывалась прямая дорога на Келед, Эмиль остановил мстителей:

— Теперь я должен вернуться в замок и открыть вам ворота. Придется слегка повоевать — верные слуги Дракулы могут попытаться нам воспрепятствовать. Поэтому никого не жалеть, убивать всех. Все они пособники нечисти и зла, все до единого! Мне нужны добровольцы, у которых не дрогнет рука.

Повоевать вызвалось почти все мужское население, но из них удалось отобрать лишь нескольких крепких мужиков, вдобавок, умеющих обращаться с ружьями. Служители замка никогда не вызывали у деревенских симпатии и с ними церемонится никто не собирался. А Эмилю-то зачем лишние свидетели?

Невдалеке от подвесного моста, передовой отряд перешел вброд речку, мелководную в это время года и начал обходить внешнюю крепостную стену. Вот и расселина, откуда совсем недавно отправился на свое кровавое преступление Эмиль. Вот авангард уже ползет под стеной. Вот и первые живые мишени.

Разбуженные глухими звуками выстрелов, нехотя проснулись два грифа, с незапамятных времен живущие в гнезде на высокой древней лиственнице, что во внутреннем дворике. Они поднялись в небо и начали беспокойно кружить. Этих птиц в деревне иногда принимали за очередную ипостась вампиров, иногда — за их слуг, ну да мало ли какая чушь придет в голову темным крестьянам! 'Обычные птицы, они жили тем, что питались обескровленными останками пищи и кроликов, облегчая процесс «похорон». Хотя не исключено, что в их уродских головах находились какие-то очаги сообразительности. Иначе, с какой стати их бы озадачил вид вооруженных людей, постепенно заполняющих территорию замка?!

Грифы тревожно метались по воздуху, издавая громкие гортанные звуки и тревожно вытягивая шею. Казалось, они хотели разбудить спящих в склепе, предупредить кормильцев об нависшей опасности.

И тогда Эмиль ловко выхватил ружье у одного из охотников, наугад выстрелил вверх и… попал в цель! Горластая птица неуклюже вскинула уродливую голову, изобразила немыслимый пируэт в воздухе и камнем рухнула вниз. Случайное попадание добавило вожаку авторитета и привнесло дополнительного энтузиазма. Оказывается, птиц так легко убить! И ничуть сложнее будет разделаться с их кровожадными хозяевами.

Один за другим гремели новые выстрелы, но, вопреки теории вероятности, они лишь задели второго грифа, который быстро скрылся в направлении гор.

От канонады проснулся и Мирча, заворчав и удивленно выглянув из двери привратницкой. Пока он спросонья вертел своей глубоко вдавленной в плечи головой, тщетно пытаясь что-либо сообразить, изрядная порция свинца пришлась и по его душу. Он рухнул, как корявый дуб от ураганного ветра и испустил дух.

Еще немного и мост опущен, путь открыт! Но основные события происходят на первом этаже Главной Башни, где Эмиль распоряжается срочно выламывать кирпичную кладку на месте закрытых оконных проемов. Впервые за много лет огромный зал заполняется ярким солнечным светом. Ничего зловещего, ровным счетом ничего. И уверенность в том, что даже если ОНИ проснуться и начнут преследование, свет их остановит, пригвоздит. Но они не должны проснуться. Никогда.

В углу зала виднеется массивная дубовая дверь, обитая железными листами. Если ее открыть, спуститься по лестнице ступенек на тридцать вниз и пройти по длинному подземному коридору, можно попасть в склеп. Но как ее откроешь, если она запирается не ключами, а мощными засовами изнутри?! Впрочем, предусмотрительный Эмиль заранее знал, как обойти и эту преграду:

Это случилось не так давно. Нудная работенка, неожиданно позволившая разузнать одну важную тайну, тщательно скрываемую замком. В тот день Раду играл с братом в нарды в своей комнате, в очередной раз проиграл и в очередной раз в досаде смахнул все фишки на пол. Все фишки, кроме одной, нашлись довольно быстро (а фишки знатные, из слоновой кости, с изысканной резьбой и чернением), зато недостающая, казалось, испарилась. Быстро устав от самостоятельных поисков, Раду подозвал Эмиля, поручив сделать столь важную работу как можно скорее, и братья удалились.

Здоровый малый Эмиль, но даже ему трудно в одиночку передвигать все эти тяжелые и бестолковые предметы мебели — столы, шкафы, комоды, в поисках иголки в стогу сена. Словно не из дерева они сделаны, а из чугуна или камня. Но задание дано и надо постараться.

И вот, отодвинув очередной комод, Эмиль увидел пропавшую фишку, боком лежавшую в глубокой щели или выбоине деревянного пола. Пальцами ее извлечь не удалось, пришлось искать какой-нибудь предмет, чтобы поддеть. Под руки попались ножницы. Именно ими Эмиль попытался достать фишку, но вместо этого слегка поднялась половица. Странное чутье заставило Эмиля приподнять ее выше, оторвать, оторвать и пару соседних. Под ними виднелся железный люк. Вот это новость! Куда же он ведет? Любопытство и еще кое-что не позволяли бывшему дворецкому остановиться в своем исследовании. Ухватив люк за специальные отверстия для пальцев, Эмиль напрягся. Безрезультатно. Напрягся еще сильнее. Но лишь полная концентрация всей его недюжинной силы заставило крышку начать поддаваться. Еще немного потраченных килокалорий и в полу зазияла черная дыра, казавшаяся бездонной. Из нее слышались звуки, очень похожие на стоны. Где же он слышал подобные?

И тут до Эмиля дошло — конечно же, так стонет пища, несчастные пленники замка. А значит… Ну, а что касается люка, они в средневековых замках совсем не в редкость.

Их назначение весьма прагматично — если противнику удастся захватить нижний этаж, через отверстия легко поливать горячие головы кипящим маслом или раскаленным свинцом. Найденный же Эмилем люк на каком-то этапе перепланировки замка, видимо, застелили деревянным полом. Из полутемной столовой его было не разглядеть, ибо где-то в полуметре под ним находилась толстая поперечная балка. Главное же в открытии состояло в том, вот из комнаты Раду, оказывается, легко попасть в столовую, откуда недалеко и до склепа. А там и сердце вампира, которое днем так беззащитно!

Старательно уложив доски на прежнее место и для пущей маскировки присыпав их вездесущей пылью, Эмиль задвинул сверху комод и с удовольствием рапортовал Раду о найденной фишке. Тот, конечно же, неправильно истолковал истинную причину его удовольствия.

Долгие годы прислуживал Эмиль семье Дракулы, безропотно выполняя малейшие прихоти и капризы своих хозяев. И все это время он копил не только деньги, но и многочисленные секреты замка. Расположение переходов и галерей, подземелий и кладовых ушлый дворецкий знал лучше самих хозяев. И сегодня эти знания должны были ему пригодиться.

Оставив основную часть бунтовщиков около входа в склеп, Эмиль с уже проверенными в боях добровольцами поднялся в комнату Раду. Комод легко отодвинут, в одно мгновение отлетели подгнившие доски, столь же быстро под люком обнажилась балка перекрытия, в обе стороны от которой распространялась темная и пугающая пустота. Обычно в столовой тускло горел смоляной факел, но сейчас стояла непроглядная темень. Громко раздавались странные охи и стенания. Азарт смельчаков несколько поутих и они отступили, даже не пытаясь скрыть испуг. Но Эмиль лишь рассмеялся.

— Это вход в помещение, где вампиры держат пленных, свою еду. Они-то и стонут. Если сюда не спуститься, нельзя открыть вход в склеп. Полезли!

Заранее припасенный длинный канат Эмиль привязал к ножке тяжелого шкафа и свободный конец опустил в люк. Первым ловко спрыгнул на балку и первым исчез в темноте. За ним, многократно перекрестясь, последовали и остальные мстители.

Столовая вампиров больше напоминала тюрьму — вполне знакомое зрелище для Эмиля, но сколь шокирующее для остальных! Впрочем, лишь у одного из железных столбов сидела на корточках девушка в легких ножных кандалах. Ее бледное, без кровиночки, лицо и потухший взгляд не оставлял никаких сомнений в ближайшей перспективе отправиться на стол грифов. Крестьяне воодушевленно бросились ее освобождать, неумело пытаясь сбить замки кандалов прикладами ружей. Они были так довольны собой, словно уже выполнили основную миссию. Эмиль же считал иначе:

— Быстрее, мы теряем драгоценное время.

И вот уже отодвинуты массивные засовы двери, ведущей в гостиную, и вот уже возбужденные люди стоят в святая святых семейства Дракулы, в склепе. Вот они, пять кошмарных гробов, крышки трех из которых отодвинуты, а в двух закрытых спят те, кого нельзя назвать живыми, но нельзя назвать и мертвыми. Они не мертвые. Сейчас уже никого не надо подгонять и вскоре склеп до верху забит валежником, сеном, хворостом, а также массивными бревнами и досками. Все это обильно полито керосином и смолой. Легкий сквознячок из неизвестной щели обещает, что гореть будет знатно. Анета, единственная женщина среди мстителей, берет у старосты факел.

Тем временем, сон Мириам становится все более и более беспокойным. Чем сильнее разгорается валежник и громче трещат дрова, тем больше раскаляется ее гроб — ее ложе. Словно его засунули в огромную печку. Огненные языки бушующего снаружи пламени, кажется врываются в мозг единственной дочери графа Дракулы, путая и без того странные сновидения.

Мириам с трудом открыла глаза и через несколько мгновении к ней вернулись основные чувственные восприятия. Непривычный треск снаружи и дикий жар внутри не оставляли сомнений в реальности происходящего. Раскаленный чугун обжигал тело, наполняя небольшое пространство горелым запахом.

Внутренние засовы от тепла расширились и плохо слушались пальцев, пытающихся их отодвинуть. Наконец, это удалось. Из последних усилий оттолкнув крышку, Мириам оказалась в полыхающем склепе. Огромное количество бревен и сучьев говорило о том, что происходящее — не просто трагическая случайность, но обдумывать происходящее времени не было. Не было времени и спасать отца, из гроба которого слышались какие-то звуки. Инстинкт самосохранения, свойственный вампирам не меньше чем людям или животным, превратил Мириам в птицу, которая начала прорываться к выходу. Крылья обгорали, огонь скакал по перьям, страшная боль пронизывала все ее существо, но где-то через двадцать пять страшных и тяжелых метров, показалась дверь в гостиную. К счастью, открытая. Не раздумывая, Мириам полетела вперед, туда, где толпились какие-то люди, которых она сначала приняла за слуг, и где… О, нет! Сквозь ранее наглухо заделанные окна вся гостиная была залита ярким солнечным светом. Убийственным светом.

В нее начали стрелять, хотя и не прицельно, но со всех сторон. Увертываясь от града пуль, Мириам неожиданно оказалась прямо в центре яркого светового конуса. Ослепленная, она начала беспорядочно метаться по залу, словно на острые шипы натыкаясь на все новые и новые световые потоки и все больше слабея. Последний раз взлетев под потолок, она рухнула прямо на клавиши фисгармонии, издав последний аккорд, соскользнула на пол и начала рассыпаться, как песок, таять, как снег. Очень скоро в маленькой кучке пепла лежала лишь Ладонь. Чья-то рука потянулась к талисману, воровато его схватила и. слегка обжигая пальцы, спрятала под рубашку.


ПРОИСКИ ЭМИЛЯ | Вампиры в Москве | ЙОН НА ПЕПЕЛИЩЕ