home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



* * *

Гласиан чувствовал себя несчастным. Его кожа лопалась при малейшем прикосновении, ногти расслаивались, зубы крошились, а волосы выпадали клочьями. Но хуже всего было то, что сознание его разделилось на две совершенно самостоятельные части, а память отказывалась служить ему. Единственными воспоминаниями, заполнявшими его мозг, были бесконечные споры с женой и долгое одиночество среди механизмов и гоблинов.

За весь день Ребекка так и не зашла к нему. Каждый раз, обвиняя супругу в невнимании, он слышал одно и то же: она уже навещала его, просто он об этом забыл. Ребекка отказывалась передавать его инструкции для рабочих магического производства и контролировать коллег-механиков в других городах-государствах. Она даже ругала его за враждебность, с какой он отзывался о человеке, который стремится спасти его жизнь. Казалось, она стала понимать даже меньше, чем гоблины.

– Мне не хватает воздуха! Отрегулируйте воздуходувные мехи! Отрегулируйте мехи! – вот что хотел сказать Изобретатель, но трубка, через которую его кормили, мешала говорить. К тому же отказывали собственные губы и язык. Гласиан был уверен, что Явгмот подмешивает в сыворотку опиаты. Наверняка и Ребекка знала об этом. Возможно, она думала, что они помогают утолить боль. Но что такое боль по сравнению с ужасом перед потерей рассудка? – Воздуха… – хрипел Гласиан.

Его гоблины разбирали даже такой хрип и бульканье. Можно сказать, это был их родной язык. Уродливые существа сновали между проводов, трубок и механизмов. На мгновение дыхательный аппарат вообще прекратил свою работу. Один из гоблинов почесал голову. Другой залепил ему затрещину. Аргумент подействовал.

Тем временем сознание Гласиана сузилось до ледяной точки. Он больше не мог давать даже невнятных инструкций. Его легкие были пусты. Рука безжизненно сползла с подлокотника.

Гоблины поспорили еще немного, пока не услышали странный звук. Растрескавшиеся ногти хозяина слабо царапали кресло. Бестолковые создания уже восемь раз чуть не лишили Гласиана жизни. И это только те случаи, которые он помнил. И тем не менее для гения Халциона было бы менее унизительным умереть от их глупости и нерасторопности, нежели от вероломства Явгмота…

Все стало черным.

Очнувшись, Гласиан увидел перед собой женщину. Сперва ему показалось, что это Ребекка – такая же молодая и стройная, с глазами, сверкающими, словно его силовые кристаллы. Фигура ее почти заслонила свет, проникающий из коридора, и лицо оставалось в тени. Нет, это не Ребекка. Его жена почти не снимала свою пыльную робу, и никогда бы не надела обтягивающие черные брюки, украшенные изображением переплетающихся змей, вышитую безрукавку со вставками цвета слоновой кости и шелковый шейный платок. И уж тем более никогда бы не вплела в волосы сверкающие бусины. В тусклом свете ее темная кожа походила на гладко отполированное эбеновое дерево.

– Ну, вот и вы, Гласиан, гений Халциона. – Голос женщины оказался глубоким и уверенным.

Пока изобретатель пытался сосредоточиться, она выставила гоблинов из комнаты и плотно закрыла дверь.

– Кто вы? Что вы здесь делаете? – прохрипел Гласиан.

– Я знала, что вы выздоравливаете, но не понимала насколько, – печально и загадочно проговорила незнакомка.

– Кто вы?

– Я слышала о вашей теории силовых камней, – она присела на табурет рядом с креслом больного, – и давно мечтала встретить смертного с умом настолько блестящим, что он мог бы создать Мироздание, включающее в себя множество галактик и вселенных, и математически доказать возможность существования подобной структуры. – Женщина кивнула на исписанные формулами страницы. – Все правильно. Символами, понятными смертным, вы выразили бессмертные истины.

– Кто вы? – повторил Гласиан.

Словно только что услышав и поняв его вопрос, женщина пристально посмотрела в глаза гения:

– Меня зовут Дайфт. Когда-то я была такой же, как вы. Если не считать проказы… смертной, гениальной и не понятой окружающими. Теперь я обрела бессмертие… Я мироходец.

Ее слова ровным счетом ничего не объяснили Гласиану.

– Доминария, – продолжала Дайфт, – всего лишь один из миллионов миров, составляющих нашу вселенную. Вы доказали возможность создания искусственно сформированных пространств, но существует и великое множество естественных миров, увы, недоступных смертным. И только для таких как я, для мироходцев, двери мироздания широко раскрыты.

Наконец в легкие Гласиана поступил воздух.

– Я надеялась, что смогу взять вас в путешествие по вселенной, – торжественно объявила посетительница. – Некогда я тоже принадлежала к сообществу транов и долго ждала, чтобы мои соплеменники достигли таких высот в области науки, каких достигли вы, Гласиан. Но подобная прогулка опасна даже для здорового смертного. Вы слишком слабы. Я с радостью излечила бы вас от вашего недуга, но ведь вы и сами знаете, как. скрытые энергии влияют на развитие проказы, спровоцированной силовыми.

Гласиан прикрыл веки и плотно сжал губы в тонкую жесткую линию.

– Вы мне не верите, – поняла женщина, – думаете, что я просто дурачу вас. Что ж, – мягко проговорила она, – возможно, это убедит вас.

Изобретатель открыл глаза. Дайфт исчезла, а через мгновение вновь появилась, но уже в другом конце комнаты. В руке она держала невиданный экзотический цветок: крупные розовые лепестки, каждый величиной с мужскую ладонь, обрамленные коричневой каймой. Мироходец приблизилась к больному и положила бутон на его чахлую грудь.

– Это Пирелианская Орхидея. В Доминарии вы такой не найдете. Только что я сделала шаг в другой мир, сорвала цветок и вернулась обратно, – внимательно посмотрев в глаза Гласиана, она печально улыбнулась, – я не убедила вас.

Дайфт вытянула руки вперед и с видимым усилием начала разводить их в стороны, разрывая пространство.

То, что увидел Гласиан, поразило его: мир ангелов и парящих облаков, несущих на себе ослепительные города, выстроенные из чистого золота. Сказочная картина блестела и переливалась немыслимыми красками, словно Дайфт раздвинула занавес кукольного театра.

– Миры, подобные этому, лежат за пределами Доминарии, – сказала женщина. – Я покажу их вам, когда вы будете достаточно здоровы.

Несколько секунд прекрасное видение сияло посреди палаты, а затем в комнату ворвался свет из открывающейся двери. Дайфт отпрянула назад. Занавес закрылся. На пороге комнаты показалась высокая крепкая фигура.

– Гоблины сообщили мне, что ты принимаешь посетителей, Гласиан, – произнес Явгмот тоном командира. – Кто это?

Дайфт оцепенела. Кровь бросилась ей в лицо, темная кожа покрылась румянцем возмущения.

– Меня зовут Дайфт.

– Знаю, – отмахнулся Явгмот. – Я слышал все твои россказни.

– Ах ты ублюдок! – прохрипел Гласиан.

– Вы подслушивали под дверью?! – не поверила своим ушам мироходец.

Явгмот спокойно покачал головой:

– Нет, у нас есть специальная система наблюдения. Мы прослушиваем помещения, чтобы быть уверенными в исправной работе машин. Мы и Гласиана снабдили всей возможной аппаратурой.

– Они делают это… чтобы держать… меня в плену. – Изобретатель говорил нечленораздельно, да никто уже и не обращал на него внимания. – Остерегайтесь… этого человека…

– Я слышал все твои сказки, – наступал целитель.

– Это не сказки, это правда, – ответила темнокожая женщина.

Явгмот шагнул в палату и закатал рукав форменной куртки. Длинный глубокий порез рассекал его предплечье почти до кости. Кровь тугими каплями стекала на одежду.

– У меня еще не было времени показать эту рану кому-нибудь из моих медиков. Если ты та, за кого себя выдаешь, вылечи ее.

Дайфт внимательно осмотрела руку целителя. Удар был явно направлен в шею, но, видимо, Явгмот вовремя увернулся и подставил плечо.

– Вы что, делали дополнительный разрез? – поинтересовалась гостья. – Похоже, вам пришло в голову изучить собственную анатомию… – Она с интересом разглядывала обнаженные мускулы. – Не удивлюсь, если вы скажете, что в соседней лаборатории лежит кипа набросков…

– Ранение – прекрасная возможность лишний раз заглянуть под кожу, – Явгмот повертел предплечьем из стороны в сторону, явно любуясь кровавыми подтеками.

При этом он даже не поморщился от боли, – и узнать что-то новое.

Дайфт поймала его взгляд:

– О вас я тоже наслышана. Вы тот самый человек, который думает, что корень всех болезней находится в физическом, а не в духовном теле человека и что тело это просто машина, которой можно управлять и по желанию исправлять поломки. В каком-то смысле вы правы. – С этими словами женщина наложила ладонь прямо на рану – и та мгновенно затянулась.

Ошеломленный Явгмот с изумлением рассматривал здоровую руку несколько секунд, пока не послышались невнятные хрипы Гласиана. Тогда целитель склонился над креслом, поднял цветок и вдохнул его аромат:

– Он действительно из другого мира?

– Да.

– Помнится, я видел такие на побережье Ямураа.

Дайфт отпустила его предплечье.

– Этот с планеты Пирелия, – терпеливо возразила она.

– Вытаскиваете цветы из рукава? Ловкость и никакого мошенничества?

– А что вы скажете по поводу своего ранения? – едва ли не с презрением спросила женщина.

– В моей клинике каждый второй способен на такое, – фыркнул Явгмот и снова глубоко вдохнул аромат цветка. – Это доказывает лишь то, что ты всего-навсего неплохая целительница, а вовсе не миро… как там… мироходец.

Гласиан что-то громко прохрипел. Сквозь клокотание можно было разобрать лишь «не понимаете» и «манипулирует вами».

Глаза Дайф вспыхнули яростью.

– А что если вы сами сорвете еще один цветок в Пирелии? – Мироходец схватила Явгмота за руку, и в тот же миг их фигуры растворились в воздухе.

Дверь в палату вновь отворилась, и на пороге показалась Ребекка в своей вечно пыльной робе. Гласиан со сгоном закатил глаза.

– Гоблины сказали, здесь находится женщина-ведьма. Где она?

– Со мной все в порядке, – еле слышно процедил Изобретатель.

– Еще они сказали, что Явгмот отправился разобраться с ней. – Обследуя комнату, Ребекка едва не споткнулась о переплетения шнуров и трубок. – Где же они? Она его похитила?

– Где-то.

Архитектор замерла и уставилась на мужа полным отчаяния взглядом:

– Где они, черт тебя возьми?!

– В Пирелии, – дождавшись новой порции кислорода, язвительно ответил Гласиан.


Глава 14 | Тран. Создатель чудовищ | * * *