home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 9

Мария слушала, как лопаты стучат по сухой земле. Одна лопата была деревянной с металлической окантовкой, она вгрызалась в землю. Вторая лопата была целиком металлической и производила металлический скрежет по сухой почве. Еще Мария могла сказать, что оба могильщика плотные мужчины: еще до того, как они начали копать, дыхание обоих было шумным и учащенным в горячем сухом воздухе.

Кроме звуков, производимых лопатами могильщиков, на земле больше не было никаких шумов – над Карнавалом повисла тишина. Сотни артистов, которых Мария собрала на похороны Моркасла, которого Кукольник хотел тихо и незаметно закопать, не просто молчали, но и едва осмеливались дышать. Казалось, что их вообще нет вокруг. Никто не читал молитв, не пел грустных песен, никто не плакал над телом покойного волшебника. Не стеснялись только сам Кукольник, двое могильщиков и деревья, окружавшие свежую могилу. Тогда Мария выступила вперед.

Но и после этого работники Карнавала стояли тихо-тихо. Да и ветер тоже стих. Раздавались только мерные звуки – лопаты вгрызались в землю, с шумом отбрасывали ее в сторону, да Кукольник ходил вокруг, негромко шаркая ногами.

Мария приблизилась к Гермосу, который стоял впереди толпы. Ее худая рука нашла его костлявую ладонь. Она чувствовала, как он моргает ресницами, но не произнесла ни слова. Ей хотелось кричать, но она молчала. Убийца Моркасла ушел ненаказанным, ушел почти незамеченным. Даже несмотря на то, что Мария собрала свидетелей, могила волшебника должна была остаться неотмщенной – еще один холмик в бесконечной череде могил безвестных артистов.

У Марии было такое впечатление, что мир вот-вот развалится на части под собственным весом. А лес – бесчувственный, равнодушный и молчаливый, стоял и смотрел.

– Надо отметить это место, – прошептала Мария Гермосу.

Он покачал головой и хриплым шепотом отозвался:

– Я не забуду.

Великан бросил печальный взгляд на Марию, потом снова перевел глаза на могилу. Гробовщики почти закончили рыть яму – узкую, в три фута глубиной. Где-то в середине работы оба вспотели и скинули рубашки, обнажив плотные лоснящиеся тела. Кукольник, прохаживавшийся вокруг могилы, изредка посматривал на них и проверял их работу, лицо его, несмотря на жару, как обычно, закрывал капюшон.

У его ног на белой простыне лежал Моркасл. Руку волшебника подняли, чтобы она придерживала голову. Его одежда была окровавленной и грязной. Запах трупа и крови стоял в густом воздухе, вокруг роились, жужжа, мухи.

– Уже достаточно глубоко, – рыкнул Кукольник, хватая одного из могильщиков за плечо.

Благодарно посмотрев на него, оба работника вылезли из могилы и воткнули лопаты в холмик свежей земли. После этого они подошли к телу, один взял за ноги, второй за плечи, с кряхтением понесли труп к могиле, кивнули друг другу и опустили волшебника в яму. Голова покатилась и упала лицом вниз, тело перевернулось.

– Великий Кин-са, – начал Гермос.

– Да, Гермос, – сказала Мария, – пришло время молиться.

– Отнеси Моркасла к покою и безопасности, – продолжил Гермос, – у тебя сильная спина.

Могильщики начали забрасывать тело землей. Гермос освободил руку Марии и бросился вперед.

– Переверните его, – прокричал он, но лопаты продолжали мерно кидать землю.

Добежав до могилы, Гермос оттолкнул могильщиков и встал на колени перед телом. Как раз в эту минуту большая соленая слеза покатилась по его худой щеке, но рабочий, оправившийся от неожиданности, кинулся к Гермосу и схватил его за плечи, чтобы оттащить от могилы. Великан ударил его локтем в лицо, второй отступил сам. Гермос снова повернулся к могиле, но тут над ним склонился Кукольник. Теперь великан поднялся в полный рост и посмотрел на Кукольника сверху вниз.

– Его надо перевернуть, – повторил он.

Могильщики опасливо приблизились.

– Переверните его, – приказал Кукольник, – и положите голову на место.

Гермос вернулся к Марии, пока успокоившиеся могильщики занялись телом.

– Ему надо поставить памятник или камень, – добавил Гермос, беря слепую за руку.

– Посмотрим… Посмотрим… – угрюмо отозвался Кукольник.



предыдущая глава | Карнавал страха | cледующая глава