home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Парад хоккея

Начнем в хронологическом порядке – с «Кубка вызова».

Лучшие хоккеисты мира долгое время были разобщены, не встречались на ледовых полях, а соревнование их носило заочный характер. И вот в начале февраля 1979 года в нью-йоркском «Мэдисон сквер-гардене» наконец померились силами многократные чемпионы мира – хоккеисты сборной СССР и команда, составленная из лучших профессиональных игроков Северной Америки и Европы. Уверен, не погрешу против истины, если назову серию из трех матчей в борьбе за «Кубок вызова» парадом мирового хоккея!

«Кубок вызова» (по-английски «Челлендж кап») – первое международное соревнование, ради которого чемпионат Национальной хоккейной лиги (НХЛ), самой могущественной в профессиональном хоккее, был приостановлен в разгар сезона на неделю, – появился на свет далеко не сразу. Соперники шли к этому состязанию много лет.

Советские хоккеисты с 1954 года провели сотни матчей дома, за океаном и в других странах Европы с лучшими канадскими любительскими командами, в большинстве случаев при этом выходя победителями. А начиная с сентября 1972 года до февраля 1979 года наши сборные и клубные команды 31 раз встречались с сильнейшими профессионалами Северной Америки, победили в 18 встречах, 10 проиграли и 3 завершили вничью. Разница шайб 140 – 101 в пользу чемпионов мира.

Столь неутешительно складывавшийся баланс, видимо, и навел хозяев НХЛ на мысль об организации «Кубка вызова» с мобилизацией в свою сборную всех «звезд» лиги. Уже осенью 1978 года президент НХЛ Д. Зиглер согласовал с руководителями советского хоккея все основные параграфы условий предстоящего состязания. Решено было, что в сборных будет по 25 игроков, а на матч можно будет выставлять по 20 из них, включая 2 вратарей. Если по окончании основного времени третьего поединка соперники наберут одинаковое количество очков, он будет продолжен до гола. Разницу или соотношение шайб для определения победителя в расчет принимать не станут.

К этому времени был изготовлен и кубок для команды победительницы. Отметим, что тогда же было оговорено организаторами, что трофей, кто бы его ни завоевал, поступит на хранение в музей хоккейной славы в Торонто. На кубке будут выгравированы имена победителей, а сами они получат специальные призы.

С первых же дней после объявления о предстоящих матчах «Кубка вызова» интерес к ним был огромен, а, что называется, масла в огонь подлило блестящее выступление команды «Крылья Советов», усиленной несколькими горьковчанами, в декабре 1978 года – январе 1979 года.

Москвичи не только победили «середняка» НХЛ – «Миннесоту», но сыграли вничью с «Филадельфией» и убедительно переиграли «Бостон». Правда, проиграли «Детройту».

Капитан «Филадельфии», а впоследствии и сборной «звезд» Бобби Кларк после состязания с «Крылышками» отметил, что, добившись огромного прогресса в хоккее, советские команды на этом не останавливаются и за те два года, что он против них не выступал, русские хоккеисты стали играть еще мощнее.

После окончания матча в Бостоне в раздевалку советской команды наведался видный американский сенатор Э. Кеннеди и выразил свое восхищение высоким классом и отменным стилем игры советских хоккеистов.

В декабре на традиционном турнире «Известий», куда Д. Зиглер прилетел, чтобы согласовать последние детали «Кубка вызова», он сказал автору этих строк:

– Я – американский бизнесмен, но стараюсь перенимать у вас все полезное в плановом ведении хозяйства. Сейчас в Москве мы, например, в принципе договорились с руководителями советского хоккея о пятилетней программе обмена командами, судьями и о других контактах между нашими организациями. О некоторых достижениях на этом пути можно сказать уже сейчас. Впервые нам удалось направить на турнир «Известий» сборную НХЛ. Она, правда, состоит всего лишь из лучших игроков «фармклубов», но, поверьте, забрать их и оттуда на неделю было совсем нелегко. Второй успех, о котором хотелось бы сказать, – это то, что нам удалось (также впервые в истории НХЛ) на неделю остановить розыгрыш первенства лиги для того, чтобы лучшие хоккеисты могли подготовиться и сыграть серию международных матчей с чемпионами мира.

Эти встречи вызывают огромный интерес в США и Канаде. Все 56 тысяч билетов – и рекордно дорогих билетов стоимостью до 25 долларов – были распроданы мгновенно. Надеюсь, это будет захватывающая серия. Кстати, впервые в ней встретятся лучшие советские хоккеисты и все сильнейшие игроки НХЛ. Среди них, видимо, будет и несколько шведов. А уж защитник из «Торонто мэйпл лифс» Берье Сальминг – определенно.

Первый и третий матчи в качестве главных судей проведут лучшие арбитры НХЛ, вторую игру, поручено судить Виктору Домбровскому. Мы постараемся быть гостеприимными хозяевами. Советской хоккейной команде, например, заказаны номера в одном из наиболее престижных отелей Нью-Йорка – «Уолдорф Астория».

– А какими, вы думаете, будут результаты февральских матчей? – поинтересовался я в заключение интервью.

– Этот вопрос мне уже не раз задавали и ваши коллеги в Америке. Мой ответ таков: не могу предсказать результаты, но точно знаю, что их не забуду никогда…

Между прочим, президент НХЛ совсем не случайно пытался как бы приподнять прибывшую на турнир «Известий» сборную, он понимал, что пока обмен командами между Старым и Новым Светом идет отнюдь не равноценный. Наша пресса справедливо критиковала руководство НХЛ за то, что они присылали слабые команды на декабрьский московский турнир. Некоторые спортивные обозреватели даже ставили вопрос о направлении на «Кубок вызова», скажем, молодежной сборной, что, конечно, снизило бы ранг состязаний.

Возвратившись в 1977 году на чемпионаты мира, канадцы, имея в составе многих «звезд» НХЛ, таких, как Фил Эспозито, Марсель Дионн, и других, тем не менее ни разу не смогли подняться даже на вторую ступень пьедестала почета. Так что «Кубок вызова» мог бы стать и своего рода генеральной репетицией перед посылкой сборной «всех звезд» на грядущие мировые первенства.

Успех в «Кубке вызова» как воздух был необходим НХЛ для поддержания высокого авторитета не только в мире, но и у себя дома – в Канаде и США. К февралю 1979 года лига «расплодилась» с долгое время составлявших ее шести клубов до семнадцати. Талантливых хоккеистов, «звезд», на столь большое число клубов явно не хватало. А тут еще ВХА «подставила ножку», переманив нескольких из них. Уровень игры многих клубов явно не отвечал высокому стандарту прошлых лет, и все больше непроданных билетов оставалось в кассах ледовых стадионов, что во времена «шестерки» случалось крайне редко.

Популярностью за океаном пользовался тогда такой анекдот. Мелкому воришке удалось убежать из канадской тюрьмы. Однако вскоре он возвратился назад, объяснив, что «на свободе было еще хуже, чем в тюрьме: жить негде, есть нечего, пошел на хоккей, а там такая убогая игра, что тошно смотреть, вот я и вернулся…»

Собрать команду для «Кубка вызова» не было головоломкой для В. Тихонова и его помощника В. Юрзинова. За основу была принята сборная, выигравшая весной 1978 года труднейший чемпионат мира и Европы в Праге. Поскольку Вячеслав Фетисов из-за болезни, а Владимир Лутченко и Александр Мальцев, не восстановившие после травм форму, выбыли, команда была пополнена молодежью. В итоге состав получился таким: вратари —Владислав Третьяк (ЦСКА) и Владимир Мышкин («Крылья Советов»); защитники – Валерий Васильев, Василий Первухин и Зинэтула Билялетдинов (московское «Динамо»), Геннадий Цыганков, Сергей Бабинов и Алексей Касатонов (ЦСКА), Юрий Федоров («Торпедо»), Ирек Гимаев (CK «Салават Юлаев») и Сергей Стариков («Трактор»); нападающие – Борис Михайлов, Владимир Петров, Валерий Харламов, Сергей Капустин, Виктор Жлуктов, Хелмут Балдерис и Сергей Макаров (ЦСКА), Владимир и Александр Голиковы (московское «Динамо»), Виктор Тюменев («Крылья Советов»), Александр Скворцов, Владимир Ковин и Михаил Варнаков («Торпедо»). Двадцать пятая вакансия осталась незаполненной.

Забегая вперед, скажу, что лишь 19-летний Касатонов не выходил на лед, а 23 игрока приняли участие в нескольких или хотя бы в одном матче.

Организаторы, учитывая, что на карту поставлены престиж и финансовое благополучие лиги, на сей раз чрезвычайно серьезно отнеслись к формированию сборной. Началось с того, что были объявлены менеджеры команды. Главный – Билл Торри («Нью-Йорк айлендерс»), его ассистенты – Гарри Синден («Бостон брюинс», наставник «Команды Канады-72») и Клифф Флетчер («Атланта флэймз»).

Менеджеры единодушно выразили мнение, что тренером сборной НХЛ должен быть Скотти Боумэн из «Монреаль канадиенс». Однако их избранник, трижды подряд приводивший в последние годы монреальцев к победе в Кубке Стэнли, не торопился принимать, казалось бы, исключительно лестное предложение. Боумэн, видимо, помнил, как нелегко 31 декабря 1975 года его клубу на своем поле при судействе арбитра из НХЛ удалось добиться ничьей с ЦСКА.

На первых порах Боумэн предпочитал отшучиваться: «Я сейчас слишком занят, работаю с «Канадиенс» и еще на катке перед домом занимаюсь с… дочкой – будущей фигуристкой».

Все-таки в конце декабря менеджеры уговорили Боумэна занять место на капитанском мостике команды «звезд». Свое назначение он охарактеризовал как «одинаково почетное и волнующее». В помощники он пригласил толстяка Клода Руэля – своего ассистента по «Монреаль канадиенс». Было объявлено, что стартовую шестерку сборной «звезд» назовут болельщики, а девятнадцать других хоккеистов изберут самые выдающиеся авторитеты НХЛ, включая, естественно, обоих тренеров, из 340 кандидатов, в число которых вошли 271 канадец, 39 американцев и 30 европейцев.

Боумэн придавал большое значение, нежели другие специалисты, игре вратаря, справедливо заявляя, что классный голкипер в хоккее – это даже больше, чем половина команды. Поэтому он оговорил за собой право в случае необходимости в стартовой шестерке поменять вратаря. Только вратаря.

Множество любителей хоккея Канады и США приняли участие в голосовании по определению стартовой шестерки «сборной «звезд». Итог был таким: вратарь – Тони Эспозито («Чикаго блэк хоукс»), защитники – Ларри Робинсон («Монреаль канадиенс») и Дэни Потвен («Нью-Йорк айлендерс»), нападающие– Ги Лафлер («Монреаль канадиенс») – он набрал наибольшее число голосов – 176 706, его одноклубник Стив Шатт и Бобби Кларк («Филадельфия флайерс»).

А вот имена еще двадцати «звезд» НХЛ (хозяева попросили увеличить «квоту» на одного игрока): вратари – Кен Драйден («Монреаль») и Джерри Чиверс («Бостон брюинз»); защитники – Серж Савар и Ги Лапойнт («Монреаль»), Берье Сальминг («Торонто мэйпл лифе»), Бэрри Бек («Колорадо рокиз»), Роберт Пикар («Вашингтон капитэлз») и Рон Грешнер («Нью-Йорк рейнджере»); нападающие – Боб Гэйни («Монреаль»), Майк Босси, Бриан Тротье и Кларк Жиль («Айлендерс»), Дэррил Ситтлер и Лэнни Макдональд («Торонто»), Марсель Дионн («Лос-Анджелес кингз»), Жильбер Перро («Буффало сейбрс»), Ульф Нильссон и Андерс Хедберг («Рейнджере»), Дон Маркотт («Бостон») и Билл Барбер («Филадельфия»).

– В предстоящих состязаниях нашей команде будет противостоять своего рода сборная мира (за исключением нескольких ведущих игроков из ЧССР), – охарактеризовал состав хозяев В. Тихонов. – На льду будет очень много великолепных мастеров игры, в соперничестве между которыми и совершенствуется хоккей.

Профессионалы НХЛ в предстоящих матчах полны решимости доказать, что они по-прежнему сильнейшие в мире. Перед нами в состязаниях в Нью-Йорке стоит несколько задач: конечно, мы бы хотели в этих престижных встречах успешно выступить, затем мы воспользуемся предоставляющейся возможностью проверить в жестких ледовых баталиях большую группу кандидатов в сборную СССР перед близким московским чемпионатом мира и олимпийским турниром, который тоже теперь совсем не за горами.

Соперник очень силен – здесь действительно собраны одни «звезды», причем не только канадские, но и три шведские. Играть хоккеистам НХЛ предстоит на привычных, меньших по размеру, чем наши, площадках, при горячей поддержке своей публики, в основном при судействе арбитров НХЛ. Боумэн и отбиравшие команду тренеры учли, что у них сравнительно немного времени для формирования сборной, и приглашали в команду игроков сыгранными звеньями и дуэтами.

Перед встречей со столь грозным соперником вполне закономерна сдержанность приведенного выше интервью тренера чемпионов мира. Отметим, что и «профи» тоже осторожничали, чего раньше за ними не замечалось.

Г. Синден заявил, что не завидует Боумэну, хотя он и лучший канадский тренер по хоккею, и если уж он не сумеет добиться успеха, то этого не сумеет сделать вообще никто.

Незадолго до начала «Кубка вызова» любопытная статья появилась в «Спортс иллюстрэйтед», фрагменты из которой мы приводим ниже.

«…Советский Союз приобщился к национальному увлечению Канады – хоккею и усовершенствовал его. В то время как броски «щелчком» и другие технические приемы побудили НХЛ идти в одном направлении, советские хоккеисты пошли по другому пути, развивая скорость и командную игру. Новички впервые применили программу наращивания кондиции вне хоккейной площадки. Они заимствовали стратегию у футбола, например передачу шайбы на неприкрытое место на площадке, на выход партнеру. Они предпочитают эффектному, но не эффективному броску «щелчком» короткие быстрые передачи, ведущие к уверенному броску по воротам, вследствие чего игрок, не владеющий шайбой, превратился в очень опасного соперника.

Сейчас разгар сезона, игроки НХЛ в форме, матчи пройдут на поле НХЛ и в двух из трех (в первом и третьем) судьями будут представители лиги. Другими словами, если хоккеисты НХЛ проиграют свой «вызов», то уже никто не будет прислушиваться к их оправданиям. На Кубок Стэнли будут смотреть как на безделушку, из-за которой ссорятся неудачники…»

В то же время приходили телеграммы с сообщениями о всевозрастающем интересе в Северной Америке к предстоящим матчам «Кубка вызова». В частности, сообщалось, что они будут широко транслироваться по телевидению не только в США, Канаде и СССР, но и в Швеции, ЧССР, Польше, ГДР, Болгарии, Великобритании, ФРГ, Японии и некоторых других странах. Астрономической стоимости достигла цена минуты рекламного времени на телевидении, в особенности в Канаде. Тем не менее все рекламные тридцатисекундные «паузы» раскупили «Дженерал моторс», «Кока-кола» и другие крупные компании.

В связи с ажиотажем беспокойство вызывало то, в какой атмосфере пройдут предстоящие матчи, не омрачат ли их профессионалы для достижения победы любой ценой грубостью, что, к сожалению, случалось ранее не один раз.

И вот все приготовления позади. Пора отправляться в Нью-Йорк. Журналистский «корпус» у нашей сборной вновь совсем небольшой: спортивный комментатор Гостелерадио Н. Озеров и корреспондент ТАСС – автор этих строк.

У нас с Николаем Николаевичем Озеровым давно взято за правило: прибывать на место действия – матча, пресс-конференции, в данном случае – на аэродром, заранее, а покидать стадион или Дворец спорта позже других – именно в это время нередко удается узнать что-нибудь особенно интересное, поговорить в сравнительно спокойной обстановке с вечно спешащими и озабоченными тренерами или игроками.

И на сей раз мы приехали в Шереметьево первыми. Вскоре с огромным количеством хоккейной амуниции появился технический директор сборной А. Сеглин. Потом из Новогорска, где хоккеисты по традиции собираются перед отъездом на важные соревнования, прикатил автобус с командой.

Через пару часов мы уже летим над Швецией, где как раз в это время проходит решающий матч чемпионата мира по хоккею с мячом между сборными СССР и хозяев. Все интересуются выступлением товарищей по спорту, особенно Владимир Петров, родной брат которого, Юрий, – один из ведущих форвардов красногорского «Зоркого». В Красногорске, как рассказал Володя Петров, стадион, вмещающий пятнадцать тысяч зрителей, всегда заполнен до отказа, когда играет «Зоркий». Причем почти все зрители приходят по абонементам, которые приобретают осенью на весь сезон. Вот это популярность игры!

В Нью-Йорке мы узнали, что наши выиграли и снова стали чемпионами мира. Это было воспринято как доброе предзнаменование.

Через шесть томительных часов недолгая посадка на острове Ньюфаундленд, в канадском аэропорту Гандер. Все заметно оживились. Владислав Третьяк интересуется, где будут проходить тренировки. Узнав, что почти все в «Мэдисон сквер-гардене», довольный замечает: «Это хорошо, привыкнем к залу, да там и раздевалки большие. И настрой во время занятий совсем в этой громадине иной…».

Канада – хоккейная страна. Даже в таком небольшом северном городке, я бы сказал – джеклондоновском поселке, словно из-под земли появляются в аэропорту репортеры, снимают, интервьюируют участников близких теперь баталий «Кубка вызова». Когда мы вновь направляемся к самолету, диктор аэропорта по-русски желает нам счастливого полета и «хорошего хоккея» в Нью-Йорке. Об успехе или победе речи не шло. Да и понятно: в сборной НХЛ, за исключением трех шведов, все – канадцы.

Как время все меняет! Преодоление Атлантического океана за шесть часов нам кажется ныне «томительно долгим». При пересечении самого большого острова мира – Гренландии, сверкавшего под лучами солнца своим ледово-снеговым панцирем, у нас, пассажиров авиалайнера, были трудности лишь с некоторыми… словами в кроссворде.

От Гандера до Нью-Йорка лёта около двух часов. Я подсел к горьковчанам – защитнику Юрию Федорову и нападающим Александру Скворцову, Владимиру Ковину и Михаилу Варнакову. Волжане нынешней зимой отлично проявили себя в матчах за океаном, выступая за вторую сборную и «Крылья Советов». И теперь в третий раз летят играть с профессионалами. Смелые хоккеисты, бойцы.

Видимо, настраиваясь на жесткую игру с заокеанскими профессионалами, проводили волжане последний матч чемпионата страны со столичными динамовцами и немного «перегнули палку»: на последних минутах встречи на скамейке штрафников сидели Скворцов, Ковин, Варнаков, Федоров, Астафьев и кто-то шестой, отбывавший наказание за вратаря Афонина. Такое редко увидишь, и поэтому запомнилось.

Но разговориться нам не дал Петров. Над Атлантическим океаном я выиграл у него матч в шахматы – 3,5:1,5, Он требует реванша. Над Америкой добивается его – 4: 1, И очень доволен. Как я заметил, большие спортсмены и тренеры не любят проигрывать никакие соревнования, даже дружеские в шахматы или в поддавки. Такая уж у них выработалась за много лет психология.

У меня еще осталось полчасика, чтобы закончить давно начатые подсчеты состязаний между советскими и канадскими хоккеистами. С марта 1954 года, когда только начинавшие осваивать хоккей с шайбой советские спортсмены впервые встретились с родоначальниками игры – это было на чемпионате мира в Стокгольме, и до февраля 1979 года был сыгран 371 матч. В 255 победили советские хоккеисты, в 88 – канадские, 28 – завершились вничью, разница заброшенных и пропущенных шайб – 2179 – 1189 – в нашу пользу. Перевес получался немалый – 990 шайб!

На выходе из самолета в Нью-Йорке рассказываю об итогах подсчетов Виктору Тихонову. Тренер, как обычно, серьезен и сосредоточен. «Значит, 8 февраля сыграем с канадцами матч № 372», – как бы подытоживает он.

Мы улетали из февральской зимней Москвы. В Гандере попали в снежную метель и крепкий мороз, а в Нью-Йорке снега нет и в помине, по-весеннему солнечно, градусов десять тепла. С аэродрома команда отправляется в «Уолдорф Асторию». Отель, комплекс зданий высотой в тридцать-сорок этажей, занимает целый квартал. Если верить рекламе, гостиница стоит на шарикоподшипниках и непосредственно с фундаментом не соприкасается, что уменьшает вибрацию от проходящих поездов метро и проезжающих мимо тяжелых машин.

Кто только не останавливался в этом, одном из самых престижных отелей мира! Короли и премьер-министры, миллиардеры и «звезды» мирового экрана. А вот теперь пришел черед и хоккеистов сборной СССР. Правда, на всякий случай все номера советской команды не «несчастливом» тринадцатом этаже, не очень-то ходовом в США. (В скромном отеле «Веллингтон», где поселился спецкор ТАСС, этажа с таким номером вообще нет – за двенадцатым идет сразу четырнадцатый).

В «Уолдорф Астории» квартируют и соперники сборной СССР. Причем хозяева НХЛ настолько расщедрились, что пригласили и жен «звезд». Это, конечно, подзадорило наших ребят: с супругами устроились, а мы – одни-одинешеньки, ну погодите!

Между прочим, в каждом номере в вазе – красивая открытка со «своеобразной» надписью. «Кубок вызова» никто не проиграет, потому что вы выиграли очень много уже оттого, что живете в лучшем отеле мира – «Уолдорф Астория».

Отель действительно роскошный, с анфиладой зимних садов, множеством ресторанов, баров и четко налаженным сервисом в большом и малом.

Как раз в это же время в США выступало много советских спортсменов: в Лейк-Плэсиде олимпийские трассы опробовали мастера зимних видов спорта, в залах различных городов играли футболисты московских клубов «Спартак» и «Динамо».

Хоккеисты с дсроги отдыхают. А мы с коллегой Игорем Макуриным едем в отделение ТАСС посмотреть, что пишет американская и канадская пресса перед матчами.

«Советский хоккей – образец скорости и комбинационной игры, – отмечает «Спорт иллюстрэйтед». – В предстоящих матчах для победы надо обязательно нейтрализовать звено Петрова и стараться держаться подальше от скамейки штрафников».

Еженедельник «Хокки ньюс» провел анкету среди тренеров всех (тогда семнадцати) клубов НХЛ, попросив их предсказать результаты матчей. Трое дали победу хозяевам во всех встречах. Дон Черри из «Бостона», правда, при этом пошутил: «Иначе я ответить не мог, ведь в НХЛ я получаю жалованье». Девять тренеров дали победу НХЛ со счетом 2:1. Пятеро отказались быть оракулами.

«Крисчен сайенс монитор», выходящая в Бостоне, весьма лестно отзывается о советской сборной, особо выделяя Третьяка, Михайлова, Петрова, Харламова, Васильева, Балдериса.

В «Бостон глоб» Г. Синден пишет: «Чемпионы мира забивают 60 процентов своих голов после комбинационных атак и прорывов отдельных игроков, а 40 процентов – в результате использования промахов соперников, у хоккеистов НХЛ соотношение созданных голов и использования ошибок соперников обратное: 40 и 60».

«Нью-Йорк пост» подчеркивает: «Многие называют предстоящие матчи дружескими. Это далеко не так на самом деле. Ведь на карту поставлен престиж НХЛ, да и чемпионов мира тоже».

Газета приводит слова С. Боумэна: «Мы просили наших хоккеистов играть так, словно это решающие встречи финала Кубка Стэнли».

В «Дейли ньюс» Б. Торри обращает внимание читателей на то, что сборная СССР ныне быстро может менять стиль игры, если этого требуют обстоятельства, и это большой плюс команде.

Первую тренировку в «Мэдисон сквер-гардене» наша сборная провела утром шестого февраля. Катались немного тяжеловато, чувствовалось, что еще не отошли от дальнего перелета и резкой смены часовых поясов. А еще, конечно, волновались. Михайлов, проезжая мимо нас с Озеровым, как бы невзначай восклицает: «Да, узковат все-таки «Мэдисон»!»

– Как дела? – интересуюсь у Зиглера.

– На данную минуту все в порядке.

На тренировку собралось много народу: руководители НХЛ, журналисты. Д. Зиглер заметно нервничает. Да и понятно, руководители НХЛ неоднократными заявлениями о своем превосходстве загнали себя в угол: все здесь ждут от них трех побед с крупным счетом, а будут ли они? «Звезды» более спокойны: как бы не обернулось дело, они себе уже обеспечили контракты.

Первую полуторачасовую тренировку в «Мэдисон сквер-гардене» наши хоккеисты провели утром шестого февраля, а с четырех до пяти часов дня на льду занимались хозяева. Несмотря на то что «звезды» тренировались во второй половине дня, Боумэну на первое занятие всех игроков собрать не удалось. Эспозито в Чикаго… проспал и опоздал на самолет, прилетел лишь к концу тренировки. Дионн вообще не прибыл. А Босси вместо тренировки пришлось отправиться на рентген: накануне в матче чемпионата НХЛ шайба попала ему в руку, и врачи опасались, нет ли у него трещины.

Бросилось в глаза, что хозяева катались в стремительном темпе, громко подбадривая друг друга. Особо выделялись Лафлер, Хедберг, Кларк, Потвен, Сальминг.

– Боумэн попросил провести тренировку на высоких скоростях, весело, – пояснил Лафлер. – И мы старались как можно лучше выполнять его указания. Я рад, что предстоят такие интересные встречи, и счастлив, что попал в число их участников.

– Недавно в Филадельфии мне пришлось сражаться с «Крыльями Советов», – сказал Бобби Кларк. – Лишь на последних минутах нам удалось добиться ничьей, а теперь соперник у нас значительно сильнее. Правда, и наша команда выглядит отлично. У меня были опасения, что из-за инцидентов в прошлых встречах с советскими хоккеистами меня не пригласят в сборную, но этого не случилось, я даже ее капитан и счастлив.

– Не сомневаюсь, это будут интересные состязания, – заявил исполнительный секретарь профсоюза хоккеистов НХЛ Аллан Иглсон. – Поскольку мы выступаем дома, на привычных для нас площадках, меньших чем в Европе, размеров, при поддержке своих болельщиков, постараемся выиграть все три встречи, но будем счастливы, если возьмем верх и в двух матчах.

Несколько иного мнения придерживается на этот счет коллега из Торонто Д. Праудфут: он предположил, что два матча из трех выиграют чемпионы мира.

Объявлены главные арбитры предстоящих состязаний: восьмого февраля – Б. Майерс (НХЛ), десятого – В. Домбровский (СССР) и одиннадцатого – Э. Ван-Хеллеман (НХЛ). Кстати, в НХЛ сейчас всего десять главных судей. Принятой многие годы нумерации здесь теперь не придерживаются. «Раз попали в число судей НХЛ, – пояснил нововведение С. Боумэн, – значит, отличные арбитры».

Посмотрим, как это будет выглядеть на практике…

Договорились, что чемпионы мира все матчи проводят в красной форме, а «звезды» НХЛ – в белой.

Седьмого февраля в Нью-Йорк вернулась зима – выпал снег. Теперь «Большая хоккейная неделя», как окрестили эти февральские дни местные газетчики, вполне созвучна с погодой.

К хоккею подоспели мороз и снег. На заре популярной зимней игры было наоборот: сначала землю покрывал снег, а уж потом заливали катки для хоккея. Тогда не было искусственного льда, теперь стадионов с таким льдом только в Канаде и США множество.

Хоккеисты сборных СССР и НХЛ встретятся в стартовом матче «Кубка вызова» в четверг, однако уже во вторник вечером они провели вместе «два часа чистого времени» на церемонии в «Уолдорф Астории» по поводу вручения Бобби Орру одного из главных призов лиги – «Лестер Патрик трофи» и проводов его из хоккея.

Все было обставлено весьма пышно. Виновник торжества сиял, хотя порой готов был и расплакаться. Он явно взгрустнул, когда сказал, что предстоят чертовски интересные игры, а он уже за бортом и может лишь участвовать в торжественных трапезах…

После поездки Орра в Москву в качестве почетного гостя на турнир «Известий» мы с ним в приятельских отношениях. Узнав, что супруга хоккеиста – логопед, моя жена и ее коллеги из Института дефектологии собрали Орру библиотеку наших специальных книг, пользующихся заслуженным авторитетом во всем мире. Подарок, очевидно, пришелся кстати, и в Нью-Йорке Орр два месяца спустя передал через меня благодарность московским коллегам его супруги.

Орр – хоккейная «звезда» самой первой величины. В анкете, проведенной среди профессионалов НХЛ, 136 игроков его назвали хоккеистом № 1 всех времен, 58 человек отдали свои голоса за Лафлера, 11 – за Тротье, 10 – за Хоу, 8 – за Халла. Любопытно, что в ответах фигурировали и фамилии советских хоккеистов – Харламова, Балдериса и Третьяка. А ведь совсем недавно «профи» не удостаивали наших хоккеистов ни малейшим вниманием.

Об Орре здесь уместно рассказать чуть подробнее. Он родился в маленьком (65 тысяч жителей) городке Пэрри Саунд в одной из самых «хоккейных» провинций Канады – Онтарио в 1948 году. Здесь же он и живет сейчас (правда, дома бывает редко). В семье мелкого служащего было пятеро детей. Особенно их не баловали. Первые коньки четырехлетнему Бобби подарил приятель отца.

По канадским меркам Бобби начал кататься на год позже, чем другие мальчики. Однако Орр скоро их догнал и намного превзошел. По четыре-пять часов в день катался малыш по льду замерзшей реки Секин и заливу озера Гурон. Не смущало его то, что коньки ему были велики и в носки ботинок приходилось набивать старые газеты.

Очень скоро Бобби взял в руки и клюшку. С пяти лет Орр играл в хоккей в различных командах – «малюток», «малышей», «лилипутов», «петухов». Ежедневно без всяких понуканий отрабатывал он броски в пустом гараже, бегал по три километра в тяжелых рабочих башмаках отца, по 20 – 25 минут поднимал тяжести.

Все это позволило Орру уже в двенадцать лет стать заметным хоккеистом среди юношей Канады. В 14 лет «Бостон брюинз» заключил с ним «предварительный» контракт. Позже хозяева «Торонто мэйпл лифе» пытались перекупить Орра, на что получили уничтожающий ответ: «Даже если к полутора миллионам отступных, что предлагают владельцы «Торонто», они добавят всех игроков своего клуба, и то они Бобби не получат».

Трудными были для Орра юниорские годы. Целый сезон он выступал за команду Оттавы и для этого несколько раз в неделю ездил туда, тратя на дорогу в один конец три часа!

Бобби Орр рано понял, что спортсмену нужен удобный, но железный режим. Он никогда не позволял себе курить, употреблять спиртное. В день матча (а таковых у профессионалов НХЛ в неделю нередко бывает по три) Орр рано – в час дня – обедал. Приходил на стадион в два часа дня. Проверял и, если надо, подгонял амуницию. Смотрел телевизор, беседовал с кем-то из обслуживающего персонала, а самое главное – настраивался на вечернюю игру, думал об особенностях игроков команды-соперника. Его кредо я сформулировал бы так: в хоккее нет ничего более важного, чем умение кататься на коньках.

Собственно, в игре основное – броски по воротам. И надо еще уметь от дела – игр, тренировок – переходить к шуткам. Хоккейный сезон долог и труден, связан с разъездами, отрывом от семьи, близких, и, если все время оставаться в напряжении, вряд ли можно рассчитывать на успех.

«Бобби Орр – колоссальный хоккеист, – отозвался о нем Виктор Тихонов, – король на коньках, великолепный техник, светлая голова. Но больше всего меня поражает его чутье на момент, когда можно защитнику с пользой для команды подключиться к атаке. В этом отношении у Орра было много подражателей, но никто из них так не преуспел, как сам Бобби».

В феврале Орр занимал пост второго тренера в «Чикаго блэк хоукс», где провел перед этим свои последние 26 матчей как игрок, и не случайно «тостмейстером» на обеде был спортивный обозреватель из Чикаго Боб Верди.

Пока шел съезд многочисленных – человек пятьсот-шестьсот – гостей, оркестр играл популярные мелодии, и среди них «Подмосковные вечера» и «Дорогой длинною».

Мелодия В. Соловьева-Седого – уже прогресс и в музыке: еще совсем недавно, кроме «Полюшко-поле» Льва Книппера, в Америке из наших песен редко что исполняли.

Кстати говоря, проводы выдающихся спортсменов из большого спорта, если их хорошо организовать, как и матчи ветеранов, могут служить яркой пропагандой спорта.

Проводы Бобби Орра произвели впечатление на Н. Озерова, и впоследствии он приложил много сил, чтобы достойно проводить на тренерскую работу капитана сборной СССР и ЦСКА Бориса Михайлова.

Попутно замечу, что различного рода церемонии, проводы игроков, вручение призов, устраиваемые непосредственно перед матчами, зачастую влияют на их исход. К примеру, перед матчем чемпионата страны провожали капитана «Спартака» А. Якушева, и «Спартак» выиграл. Когда состоялся матч второго круга этих же команд, армейцу С. Макарову вручили «Золотую клюшку» – приз лучшему хоккеисту Европы. И выиграл ЦСКА…

Ну а здесь, в «Уолдорф Астории», Д. Зиглер вручил Орру один из престижных призов НХЛ – «Лестер Патрик трофи», при этом не преминув заметить:

– Надеюсь, в предстоящих матчах «Кубка вызова» и хоккеисты, и публика получат максимум удовольствия.

А. Иглсон выразил надежду, что «Кубок вызова», проводимый в Нью-Йорке, привлечет еще больше зрителей на хоккей. От нашей делегации Орру преподнесли фарфорового мишку. От сборной «звезд» выступил ее капитан Бобби Кларк, непривычно тихий и обворожительно элегантный.

Показали фрагменты из будущего фильма об Орре. Затем приветствовали специально прилетевшую из Голливуда «звезду» кино– и телеэкрана Барбару Стрэйзанд, известную у нас в стране по фильму «Смешная девчонка».

Большой спорт, кино, эстрада, бизнес на Западе довольно тесно переплетены. Можно вспомнить для примеpa, что огромную роль в развитии радиосети сыграл… боксерский матч в США между Дэмпси и Карпантье. Радиофирма объявила, что организует трансляцию матча, билеты на который были давно раскуплены, по радио. Мгновенно были распроданы все до этого не пользовавшиеся особым спросом довольно дорогие радиоприемники.

Так большой спорт послужил радио. А радио и телевидение, в свою очередь, впоследствии ему воздали сторицей!

– Благодарю всех хоккеистов, с которыми мне довелось играть, всех тренеров, судей, – сказал Орр в ответном слове. – Благодарю всех журналистов, с которыми довелось говорить, и прошу извинения у тех репортеров, которым мне не удалось оказать внимания. Только сейчас я осознал, насколько я великий человек. Ведь здесь присутствует столько «звезд» хоккея! И среди них – оказавшие мне огромную честь лучшие советские игроки.

Председатель Федерации хоккея СССР Н. Корольков на церемонии вручил менеджеру «будущих звезд НХЛ» Б. Уотерсу завоеванный командой на минувшем турнире «Известий» третий приз – тульский самовар.

В гостях у Бобби Орра в этот день было немало авторитетных в мире хоккея людей.

– Я бесконечно рад, что дожил до этих дней и смогу своими глазами увидеть предстоящие матчи между сборными СССР и НХЛ, – поделился К. Кэмпбелл, более тридцати лет занимавший пост президента НХЛ. – Обе команды ныне могучи и блистают звездами первой величины. На будущее я пожелал бы в розыгрыше «Кубка вызова» устраивать восемь матчей: половину – в США и Канаде, а половину – в Москве. Тогда испытание сил стало бы более объективным.

– Мы провели шесть бессонных ночей, выбирая лучших игроков для команды НХЛ, – рассказал Г. Синден. – И, думается, собрали Боумэну неплохую компанию. Я, правда, предлагал еще включить нападающих О'Рейли и Мидлтона из «Бостона», но не получил поддержки коллег. Надеюсь, что предстоящие матчи будут корректными. Не рискну предсказывать их результаты, однако думаю, что счет в каждой встрече будет небольшим, а преимущество победителей выразится в одной-двух шайбах.

– Довольны ли вы подбором игроков в сборной НХЛ? – поинтересовался у ее наставника Боумэна.

– Вроде бы да… Хотя, к сожалению, несколько отличных хоккеистов не удалось привлечь, поскольку они травмированы.

Замечаю, что интервью берут не только многочисленные журналисты, оживленно беседуют и хоккеисты. Кларк заверяет Третьяка: «Это будет джентльменский хоккей». (На следующий день мы с И. Макуриным заскочили перекусить в китайский ресторанчик. Наши соседи за столом, как выяснилось, нью-йоркские бизнесмены, обратили внимание на наши знаки прессы, выданные при аккредитации на «Кубке вызова». Разговорились о хоккее. Когда мы рассказали о заверении капитана «звезд» НХЛ, американцы дружно улыбнулись: «Это он усыпляет бдительность вратаря. Какое может быть джентльменство, когда дело идет о столь большой ставке, как финансовое благополучие всей лиги?»).

Уходя с вечера Бобби Орра, подошел к нему получить автограф на программке с его портретом и, конечно, не удержался, чтобы не узнать его прогноз.

– Два матча выиграют наши парни, а один, чтобы гостям было не обидно, завершится вничью, согласны? – улыбается Орр.

Организаторы еще сообщили, что в каждом матче жюри определит лучших игроков – по одному в обеих командах, и те получат специально отчеканенные медали, а одиннадцатого февраля будут определены и два «самых полезных» игрока Кубка, награды для которых приготовила японская фирма «Сони». Повышенное внимание к нашей команде, проводы Бобби Орра, проведенные с таким размахом, на наших хоккеистов и тренеров явно произвели большое впечатление. Не слишком ли большое?…

Состав нашей команды на стартовый матч не вызывал особых сомнений ни у наших тренеров, ни у наставников противников. В воротах, конечно, Третьяк – опора гостей и камень преткновения для хозяев, перед глазами которых все еще стояла его на грани фантастики игра во встрече с «Монреалем» 31 декабря 1975 года. Пары защитников на тренировках явно обозначились: Цыганков и Стариков, Васильев и Федоров, одноклубники Первухин и Билялетдинов; в нападении четыре сыгранные тройки: Михайлов – Петров – Харламов, Балдерис – Жлуктов – Капустин, А. Голиков – В. Голиков – Макаров, Скворцов – Ковин – Варнаков.

За полчаса до начала ко мне подошел с просьбой прокомментировать состав сборной «звезд» коллега из американской газеты. Выполнив его просьбу, я поделился своими соображениями и с В. Тихоновым.

– Примерно такой их состав мы и ожидали, – заметил тренер. – Из семи шесть монреальцев будут на льду, а в воротах – не «избранный» Эспозито, а Драйден. Боумэн право этой замены оговорил в самом начале. Но четыре защитника и четырнадцать нападающих – это надо обсудить…

Хозяева в стартовой встрече выглядели так: Драйден, Робинсон – Сальминг, Савар – Бэк, Лафлер – Дионн – Шатт, Босси – Тротье – Жиль, Барбер – Кларк – Гэйни, Хедберг – Нильсон – Перро, Макдональд и Ситтлер.

Подготовка к состязаниям с чемпионами мира неожиданно выявила, что в могущественной НХЛ… дефицит классных защитников. Правда, по этому поводу никто, пожалуй (за исключением мудрого Боумэна), не печалился: хозяева собирались большую часть матчей проводить в зоне соперников – атаковать и побеждать. Одна из нью-йоркских газет даже особо наставляла «звезд»: «Помните, что из своей зоны голов не забивают – только вперед, в атаку!»

Матч начинался в двадцать часов по местному времени (в Москве было уже четыре часа утра – не самое лучшее время для противоборства на высшем уровне и для написания спортивных репортажей тоже), но уже за час «Мэдисон сквер-гарден» был заполнен до предела, гремел электроорган, всеми цветами радуги блистали прожектора и многочисленные подсветки, разносчики прохладительных напитков, кофе, мороженого, хрустящей картошки, красочных программ сновали по всем ярусам и рядам. Многие зрители – в рубашках почитаемых ими клубов, даже с номерами своих кумиров. А одного я даже заприметил в красной форме сборной СССР и с номером 24 (возможно, поклонника С. Макарова).

Отдадим должное организаторам: хоккейные матчи с участием первых «звезд» были похожи на настоящие праздники на льду.

В девятнадцать тридцать под громкие аплодисменты на лед, на раскатку, вылетели, словно их выстрелили из пушки, хозяева. Минутой спустя неторопливо, как мне показалось, необычно робко, из боковой «калитки» выехали гости.

Минут через пятнадцать наши покинули лед, а соперники покатались еще и только по сигналу сирены уступили лед для подготовки его к торжественному открытию «Кубка вызова».

Сначала выехали на коньках с метелками служители стадиона, больше похожие, правда, на цирковых клоунов. Их встретили дружным смехом и даже поаплодировали, должно быть, за смешные пируэты на коньках. Потом постелили ковровую дорожку, вынесли сверкающий «Кубок вызова», установили микрофоны. Выехали судьи. Набежала толпа фоторепортеров, и, наконец, началось представление публике хоккеистов. Сначала стартовых шестерок, а затем и всех игроков. Тут уж и нашим хоккеистам досталось много аплодисментов. На слух, Третьяк занял второе место после Лафлера.

Под потолком зала в этот вечер висели государственные флаги СССР, Канады и США, два певца и певица исполнили гимны этих стран. (Шведов организаторы обошли, и, на мой взгляд, несправедливо – они ведь дали в команду трех игроков, а из американских хоккеистов в число 26 так никто и не пробился, они предоставили только зал и… президента НХЛ.)

Под взрыв оваций вышел Бобби Орр и произвел символическое вбрасывание. Наш капитан Борис Михайлов опередил капитана соперников Бобби Кларка и галантно преподнес шайбу Орру – на память. Игроки, положив на лед клюшки и перчатки, съехались и обменялись вымпелами, значками и сувенирами, Трибуны гремели аплодисментами. За тридцать секунд до того, как стрелки часов показали восемь, на льду остались только стартовые шестерки.

Ровно в восемь начался первый матч «Кубка вызова». И начался он ошеломляюще: на шестнадцатой секунде Лафлер филигранным броском в верхний угол завершил комбинацию, стремительно проведенную им вместе с Шаттом и вышедшим только на одну смену в этом звене Кларком.

Хотя, если вдуматься, ничего ошеломляющего в натиске хозяев для наших хоккеистов не должно было быть. Было хорошо известно, что профессионалы сразу же после первого вбрасывания устремляются на штурм. Смять, ошеломить противника. И то, что в первой смене вместо Дионна выйдет Кларк, поскольку он из шестерки «избранных», тоже не было сюрпризом. Тем не менее гол получили.

А шесть минут и шесть секунд спустя счет стал 2:0. Мог он увеличиться и раньше. На исходе 1-й минуты Б. Мейерс удалил Жлуктова. Выстояли. На 6-й минуте двухминутный штраф получил другой наш центрфорвард – Петров. Третьяк несколько раз выручал. Один раз парировал бросок Босси в упор. Однако все же Босси удалось реализовать численное преимущество, когда на поле была специально Боумэном сорганизованная для такого случая тройка Босси – Перро – Лафлер.

2:0 – так начинали профессионалы и в сентябре 1972 года в Монреале, в первой встрече сборных СССР и НХЛ. А закончилось тогда их поражением – 3:7, вспомнилось мне. Но что-то сегодня непохоже, что все так полярно переменится. Сегодня у профессионалов уже не то шапкозакидательское отношение к нашей сборной, что было семь лет назад. А самое главное – чемпионов мира не узнать: сражаются только горьковчане, а остальные – словно какие-то робкие приготовишки.

На 12-й минуте Михайлов, использовав удаление Жиля, отквитал гол. Но четыре минуты спустя могучий Гэйни проводит третью шайбу в ворота Третьяка.

Да, тяжелый выдался период! Хозяева полностью владеют инициативой. Сразу подавили нашу команду, особенно некоторых ее лидеров, психологически, выиграли жестким прессингом силовую борьбу. Сами отлично (что ново) играют в пас и показывают высочайшее мастерство бросков по воротам, особенно в тех случаях, когда были забиты голы. Где же наше преимущество в скорости? Почему защитники так часто проигрывают единоборства? И по броскам хозяева впереди – 10:6. К тому же первый наш бросок был лишь на десятой минуте.

Второй период прошел ровнее. Во второй его половине наши хоккеисты даже имели территориальное и игровое преимущество. Хозяева не использовали удаление Цыганкова. Но это, может быть, потому, что еще на 29-й минуте Жиль, брошенный вперед точным, своевременным пасом Босси, как нож сквозь масло, прошел оборонительные порядки голиковской пятерки и приблизил счет к разгромному – 4:1.

Эта шайба явно задела самолюбие форвардов звена Голикова (жаль, что раньше этого не произошло), и они заиграли еще мощнее, чем горьковчане. В самом начале заключительной двадцатиминутки Владимир Голиков забил красивый гол, завершая комбинацию, в которой участвовали его брат и С. Макаров. По броскам мы почти догнали хозяев – 20:24, но Драйден показал, что Боумэн не зря верит в него. Финальная сирена прозвучала при счете 4:2 в пользу хозяев. В Москве было уже семь часов утра.

Лучшими игроками матча признаны Ги Лафлер и Владимир Голиков. Им вручены, как и было обещано, золотые медали, которых в мире будет всего шесть.

Матч окончен. Пора идти к тренерам, игрокам, получить несколько интервью. В девять утра материал уже должен быть передан по телетайпу в редакцию – на разговоры, на дорогу до отделения, на диктовку телетайпистке и передачу в Москву остается всего два часа. Местные журналисты передают пространные репортажи в номера газет и тоже торопятся покинуть ложу прессы. Очевидным становится их общее мнение: матч был высокого класса, это лучший спектакль из тех, что идут сейчас на Бродвее.

Тренер проигравшей команды тоже согласен, что это был хоккей на высшем уровне, но поражением огорчен. Сидит один на опустевшей теперь скамейке нашей сборной: хоккеисты ушли в раздевалку. Дали ему побыть одному второй тренер и начальник управления хоккея. Они тоже переживают поражение. Но старший тренер все, конечно, воспринимает острее и по должности, и по своему характеру.

– Не ожидал от наших лидеров – сначала шапки сняли перед «звездами» – ах Лафлер, ах Кларк! А потом, на льду, струсили. Балдерис испугался Гэйни, первой тройки не видно было, – тихо, как-то поэтому особенно горестно говорит мне Тихонов, когда я усаживаюсь рядом с ним на еще теплую скамейку в пустом полутемном зале. – Не хотят играть в сборной, надоело или не могут сражаться на высшем уровне не жалея себя – пусть скажут. Неволить никого не будем. Завтра будет у нас последний разговор.

Пошутить бы, как-то успокоить тренера. Но чувствую, сейчас это получится не к месту. А все-таки отвлечь тренера от «черных» мыслей как-то надо.

– Виктор Васильевич, надо советским читателям сказать несколько слов.

– Пожалуйста, – чувствуется, собрался тренер с силами, встряхнулся, – пожалуйста. Соперников надо поздравить с успехом. Они приложили много старания для победы, проявили незаурядное мастерство. Нас, к сожалению, подвели лидеры – форварды звеньев Петрова и Жлуктова, сыгравшие недостаточно инициативно, робко. Хорошо выглядело звено Ковина, а со второй половины встречи – голиковская тройка. Однако двумя звеньями победить такого могучего соперника, какого мы имели сегодня, конечно, нельзя. С ошибками играл Цыганков, и его пришлось отправить в запас, заканчивая встречу пятью защитниками. Из соперников отличное впечатление произвел Лафлер, поспевавший буквально повсюду. Профессионалы вновь подтвердили, что когда хотят, они могут играть жестко, но не грубо.

Много раз меня пытали: насколько отличаются интервью для печати от «беседы не для прессы». Теперь получили представление?…

На пресс-конференции кто-то из местных журналистов подкидывает нашему тренеру «спасительный вопрос»: «Какого качества был сегодня лед?»

– Лед оказался на удивление неважным, но он был одинаково посредственным для обеих команд, – ответил В. Тихонов, не ухватившись за протянутую «соломинку».

Теперь что скажут соперники? Боумэн окружен журналистами около раздевалки своей команды. По лицу видно, что счастлив, но держится скромно, с достоинством. Позже, когда его команда проигрывала, он оставался также корректен, объективен, и только глаза выдавали, насколько глубоко опечален.

– Мы счастливы, что нам удалось выиграть у столь авторитетного соперника, – говорит Боумэн, – мои хоккеисты действовали на предельных скоростях, с большим желанием победить и выполнили мою просьбу не оставлять команду в меньшинстве, хотя, конечно, это был жесткий, мужской хоккей. У нас отмечу Лафлера, у противников – звено Голикова.

– Я и мои товарищи, – охотно сообщил Жиль, – играли сегодня вдохновенно, мне показалось, что я вообще парю надо льдом, словно бабочка. Мы сумели добыть победу в атаке. Советская сборная очень сильна, но на наше счастье начала играть по-настоящему лишь во второй половине встречи.

В «Рокфеллер центре», где квартирует нью-йоркское отделение ТАСС, расположены офисы Ассошиэйтед Пресс и Канадиен Пресс. Что агентства передали о прошедшем матче?

«Сборная «звезд» НХЛ, – пишет АП, – продемонстрировала в матче с советскими хоккеистами волевой, страстный хоккей и благодаря блестящей игре Лафлера и многих его партнеров не дала соперникам перехватить инициативу».

Наутро газеты не щадят проигравших. Вот что писала девятого февраля, например, нью-йоркская «Ньюсдей»: «Не только для публики, но и для канадских игроков совершенным откровением была пассивность игры русских, которые избегали силовой борьбы. Советская команда за весь матч лишь несколько раз пыталась взяться за свое главное оружие – скоростную атаку, однако профессионалы довольно быстро и эффективно их обезоруживали».

О некоторых выдающихся хоккеистах сборных СССР и НХЛ по ходу повествования я расскажу несколько подробнее. Начну с Ги Лафлера. Он родился 20 сентября 1951 года в маленьком городке Тюрсо во франкоязычной канадской провинции Квебек. До сих пор он предпочитает говорить по-французски, хотя постоянные поездки с «Монреаль канадиенс» по Северной Америке вынудили его выучить и английский. Когда известная во всем мире финская фирма спортинвентаря «Кохо», клюшками которой одно время Лафлер играл, предложила ему с женой в качестве одной из компенсаций за рекламу отдохнуть за ее счет в Европе, супруги Лафлер без колебаний выбрали французскую Ривьеру.

По пути во Францию они заехали получить «отпускные» в Хельсинки и на сутки выбрались в Москву.

Я встречал чету в Шереметьеве, а позже беседовал с ними в «Национале». Ги Лафлера я видел не раз на снимках в газетах и журналах, на экранах телевидения и в кинохронике. В 1975 году наблюдал за его игрой из ложи прессы «Форума» в матче «Монреаля» с ЦСКА. Скажу откровенно, тогда большее впечатление на меня произвел мощный Шатт, но и Лафлер запомнился стремительным, легким, как я про себя определил, мальцевским катанием. Все-таки я побаивался упустить хоккеиста в толпе пассажиров многолюдного Шереметьевского аэровокзала и для подстраховки обратился к представителям «Интуриста» в международном аэропорту.

– Супруги Лафлер, канадцы, прибывают из Хельсинки, остановятся в «Национале» – их вы встречаете? – переспросила меня довольно сердито представительница «Интуриста». – Да, в списке они есть. Такси им заказано. Ожидайте.

Я бросился наперехват Лафлерам. И вовремя. Они, приехав всего на сутки, практически без багажа, в несколько минут прошли паспортный и таможенный контроль и стояли посреди зала, вертя во все стороны головами.

«Кохо» отправила с Лафлерами в Москву двух сопровождающих. К тому же подоспел и представитель Спорткомитета с переводчиком. Так что высокие гости, конечно, не затерялись бы в Шереметьеве. И все-таки они были явно обрадованы, когда я к ним подошел. Супруга хоккеиста Лиз даже пошутила после того, как я вручил визитную карточку: «Пожалуй, впервые мы так рады встрече с прессой».

Временем Ги располагал, и мы смогли обстоятельно побеседовать…

– Мальчишки очень любят без конца бросать шайбу по воротам, – сказал он, – а нужно в первую очередь как следует кататься на коньках. Именно так я готовлю для большого хоккея своего трехлетнего сына Мартена, такую школу в раннем детстве посчастливилось пройти мне. Лет с пяти я гонял на коньках повсюду, где только находил лед, а лишь позже у меня появилась в руках клюшка. Потом шесть лет я играл в добротной юниорской команде «Квебек рэмпортс», где многому научился и одновременно был на виду у селекционеров «Монреаль канадиенс», куда перешел в двадцать лет.

Мое обычное место на правом краю, но если травмирован кто-то из моих партнеров – Шатт или Лемэр, то могу играть в центре и на левом фланге. Мои козыри – скорость, дриблинг, точные броски из любых положений, и поэтому в столкновения предпочитаю не вступать, хотя и не боюсь жесткой силовой опеки. Скажу откровенно, что «полицейские» – хоккеисты, которым некоторые тренеры поручают выключить из игры особо опасного форварда соперников, – не мои кумиры. Правда, в последнее время охотиться за мной стали меньше —публика этого не одобряет, а именно она платит деньги за билеты, и с ее мнением, если не хочешь стать банкротом, приходится считаться.

Каждый день, когда нет матчей, в полдень я час-два тренируюсь с командой и один. Но летом коньки и клюшка спрятаны далеко. Все-таки я делаю довольно дальние пробежки, играю в теннис, а иногда моя жена, в недавнем прошлом незаурядный мастер конного спорта, сажает меня на велосипед, сама мчится впереди, и я еле за ней поспеваю.

Большинство профессионалов, и я в том числе, очень любят хоккей, играют с удовольствием, стараются все матчи проводить с полной отдачей. Впрочем, и тренеры за этим строго следят – у них в запасе немало претендентов на место каждого из основного состава. Наши наставники не мучают нас разговорами перед матчами. Обычно собрания перед игрой не длятся более четверти часа, и говорят на них все, и Боумэн не больше остальных.

Боевую форму я обретаю где-то ближе к зиме, хотя и осенью играю со старанием, а лучше всего у меня получается игра весной в матчах Кубка Стэнли. Надеюсь когда-нибудь блеснуть на чемпионате мира.

Весной 1981 года «Монреаль канадиенс» оплошал в розыгрыше Кубка Стэнли, и первые «звезды» клуба Лафлер и Робинсон вылетели в Швецию, чтобы усилить сборную Канады на чемпионате мира. Робинсон сыграл отменно и был признан лучшим защитником мирового первенства. А Лафлер, едва успев выйти на лед в матче с аутсайдерами-голландцами, был атакован соперником, получил травму и так и не обрел себя до конца чемпионата. Когда позже я расспрашивал Ги о причинах неудачи, он отшучивался: «Во-первых, после утомительного перелета и из-за большой разницы во времени между Канадой и Европой я, даже выйдя на лед, продолжал… дремать, а во-вторых, я не предполагал, что на любительских чемпионатах мира даже слабейшие команды играют так жестко».

В каждой шутке, однако, есть доля правды. В этой – тоже. Так что пока мечта Лафлера «блеснуть на чемпионате мира» осталась несбывшейся.

– В последние годы, – заметил Лафлер, – на собственном опыте и по телевидению я неплохо познакомился с игрой советских хоккеистов, и многие ваши мастера на меня произвели большое впечатление. А встречу «Монреаль» – ЦСКА я, например, считаю лучшим матчем мирового хоккея всех времен.

– Включили бы вы некоторых из советских хоккеистов в «Олл старз» мира на сегодняшний день? – поинтересовался я.

– Безусловно, – ответил Лафлер. – В воротах – Третьяк, в защите с нашим Робинсоном – Васильев, в нападении, если позволите, со мной – Тротье и Харламов.

В тот день, когда мы беседовали с Лафлером, ему еще не исполнилось 27 лет. Его рост – 180 см, а боевой вес – 77 кг. Четырежды его включали правым крайним в первую шестерку НХЛ. За шесть сезонов в лиге он забросил 247 шайб и сделал 304 голевые передачи.

Статистика в НХЛ налажена блестяще. Довольно часто она служит не только для удовлетворения любопытства болельщиков, но и для прогресса игры, помогает в работе тренерам, спортивным журналистам, судьям. Помнится, после розыгрыша «Кубка Канады» я обратил внимание, что Бобби Орр и наш Александр Гусев сделали почти одинаковое и самое большое среди других «звезд» число голевых передач. После этого и наши тренеры по-настоящему оценили эту сторону дарования Гусева, выделявшегося еще сильными, точными бросками, мужеством, но, к сожалению, нередко нарушавшего спортивный режим.

Солидная статистика НХЛ натолкнула меня и на такие мысли. В чемпионатах лиги Лафлер забивал в среднем более чем по шестьдесят голов за сезон, стал всеобщим кумиром, однако в матчах с советскими командами он, хотя и был заметной фигурой на льду, результативностью не блистал: в игре с ЦСКА ничего не забил, в «Кубке Канады» не забил, в матче со «Спартаком» забросил две шайбы, в «Кубке вызова» забил один гол, в повторной встрече с ЦСКА 31 декабря 1979 года вновь не поразил ворота, на чемпионате мира 1981 года в матчах со сборной СССР лишь один раз добился успеха.

Чем такое объяснить? На мой взгляд (не уверен, что все с этим согласятся), Лафлер – хоккеист скорее советского, чем канадского, стиля игры: скоростник, дриблер, снайпер. Я бы сравнил его с Харламовым, Мальцевым, Балдерисом. В НХЛ такого типа «звезд» совсем мало, поэтому Лафлер так заметен для местной публики. Кстати, многие в Северной Америке выделяют в нашем хоккее тех троих мастеров, которые названы выше и к которым мы предъявляем претензии в чрезмерной «мягкости». Мальцева в сборной СССР выделял экс-профессионал из «Торонто» Билл Харрис еще на олимпийском турнире 1972 года в Саппоро, где он возглавлял сборную Швеции. Харламова пригласили вместе с В. Бобровым и Б. Кулагиным в качестве почетных гостей в 1973 году на матчи Кубка Стэнли. Про Балдериса больше всех писали накануне «Кубка вызова». Запомнился заголовок репортажа о сборной СССР в «Нью-Йорк тайме» – «Электричка» и товарищи».

В матчах с нами Лафлеру, думается, труднее проявить себя, поскольку защитникам советских команд привычнее опекать такого типа игроков, нежели хоккеистов таранного склада, как, например, Эспозито, Шатт, Тротье. В соревнованиях НХЛ Лафлеру «живется» легче, чем обычно Мальцеву, Харламову, Балдерису: свою «звезду», ради которой публика ходит на хоккей, не выгодно выводить из строя даже соперникам, а вот чужих – не жалко…

Впрочем, однажды и Лафлер чуть не получил взбучку. И не от чужих, а от своих хоккеистов. Его партнеры были сильно напуганы пропажей… Кубка Стэнли, накануне в очередной раз выигранного «Монреаль канадиенс». А вскоре выяснилось, что приз взял, никому не сказав об этом, Ги и установил на лужайке перед домом отца, ожидая увидеть, как тот удивится, выйдя на крыльцо…

Кубок нашелся, команда успокоилась, и Лафлеру ничего не было – все даже посмеялись.

Закончить небольшой рассказ о Лафлере мне хотелось бы упоминанием о том, что он еще и обаятельный человек, всегда старающийся помочь в работе спортивным журналистам. Помнится, после стартовой встречи «Кубка вызова» он поделился своими впечатлениями с корреспондентом ТАСС сразу же в раздевалке: «Перед матчем я сказал себе – все должно быть хорошо и правильно с самого начала. Выходя на лед, все-таки немного нервничал, но когда открыл счет, пришла уверенность».

Десятое февраля соперники провели по-разному. У нас с утра прошел разбор игры и состоялся «мужской разговор». Потом чемпионы мира поехали тренироваться в пригород на один из муниципальных маленьких катков, поскольку в «Мэдисоне» в этот день проходил календарный матч баскетбольного чемпионата. Особое внимание было обращено на выход из своей зоны на скорости. Никто из соперников не удосужился последовать за ними. И зря, на тренировке они увидели бы совсем другую сборную СССР: быструю, могучую, рвущуюся в битву. Немногим в мире командам по силам такие быстрые и решительные преображения!

Хоккеисты НХЛ в этот день отдыхали, были предоставлены в распоряжение жен и невест. Вечером состоялось чествование недавно покинувшего пост президента НХЛ Кларенса Кэмпбела, в свое время известного адвоката, входившего в канадскую делегацию на Нюрнбергском процессе, а затем три с половиной десятка лет возглавлявшего лигу. Арендовали для этого самый большой зал «Уолдорф Астории», чуть больше по размерам концертного зала «Россия». Приглашено было две тысячи гостей, и среди них – министр из Канады, заместитель госсекретаря из США, советские дипломатические сотрудники, видные бизнесмены, деятели культуры, прессы… Весь вечер играл в основном в модном стиле «ретро» блюзы и танго гигантский, больше ста человек, джаз. Настоящий джаз! Музыканты были иссиня-черные, в белоснежных безупречного покроя костюмах, со сверкающими от позолоты инструментами.

В газетах много писали о предстоящей второй встрече. Боумэн сообщил, что собирается играть с тремя парами защитников: третий дуэт составят Лапойнт и Потвен. А нападающих будет дюжина. Жилю и Робинсону он разрешил пропустить тренировку из-за небольших травм.

Тренер не скрывал беспокойства по поводу исхода предстоящего матча: слишком легко далась первая победа. Как бы не произошла самодемобилизация игроков. И это при том, что чемпионы мира теперь «очень сердиты» на профессионалов. К тому же они уже акклиматизировались и судить будет рефери из России.

В связи с этим ворота вновь будет защищать Драйден, а не, как намечалось ранее, какой-нибудь другой вратарь из трех приглашенных.

Тротье в одном из интервью призывал «в повторной встрече не забывать о проигранном третьем периоде». Защитник Р. Грешнер высказал мнение, что во втором матче советские хоккеисты сыграют лучше, особенно в обороне. Д. Потвен призывал, чтобы быстрее пасовали, «тогда все будет в порядке». Б. Кларк сказал корреспонденту «Нью-Йорк пост», что завтра борьба пойдет значительно упорнее и будет больше удалений.

По мнению капитана профессионалов, без Александра Якушева сборная СССР слабее, чем в 1972 году, но есть у нее и плюсы: игроки лучше выдерживают силовое давление, опасными стали многие «щелчки».

О Кларке хотелось бы сказать несколько слов. Он родом из небольшого канадского городка Флин-Флон, что в провинции Манитоба. В матчах приходилось видеть его и в составах сборной НХЛ и клуба «Филадельфия флайерс».

В 1972 году в первых встречах сборных СССР и НХЛ Кларк, к сожалению, запомнился не столько игрой, сколько грубыми наскоками на Валерия Харламова, по общему мнению одного из самых ярких форвардов той «серии». В итоге атаки канадца привели к тому, что наш нападающий с тяжелой травмой покинул лед.

Когда некоторое время спустя довелось интервьюировать тогдашнего наставника «Флайерсов» Фреда Шеро, только-только выигравшего со своей командой Кубок Стэнли, он стал нахваливать вратаря Парэнта и центрфорварда Кларка. Я запомнил слова тренера: «Бобби – неустрашимый боец, хотя не обладает большим весом и высоким ростом, да к тому же играет с линзами в глазах и лечится от диабета. Он сражается на льду с первой секунды до последней. И не только сам, но и увлекает за собой партнеров. Кларк – истинный капитан, вожак команды! Бобби снайперски атакует ворота и обладает великолепным пасом. Он быстр и смел. Он осуществляет мои идеи на льду сам и вместе с командой. Бобби стал капитаном а нашей команде в 23 года, чего не было никогда ранее в клубах НХЛ».

Лестная оценка. Тем более в устах Ф. Шеро – тренера, скупого на слова вообще, а на похвалы игроков в особенности.

В январе 1976 года в матче ЦСКА с «Флайерсами» в Филадельфии Кларк не выделялся как слишком грубый игрок лишь потому, что в его команде нашлись грубияны почище – Ван Имп, Шульц и другие.

А вот в «Кубке вызова» это уже был совсем другой хоккеист. 29-летний капитан сборной НХЛ во всех трех матчах сыграл великолепно, вновь блеснув и тактической мудростью, и бойцовскими качествами, но грубости не было и в помине. «Мы будем играть жестко, – сказал тогда Бобби, – но драться не собираемся, поскольку руки у нас будут заняты клюшками, которыми мы намереваемся забивать голы». И, в общем, эти слова Кларка не разошлись с делом.

Кларк – «командный» человек. «Хоккей – коллективная игра, – говорил он мне на приеме по случаю проводов Бобби Орра. – Когда хоккеист не жалея сил старается для команды, он в то же время работает на себя. Я хотел бы всю жизнь выходить зимой с клюшкой на лед, однако знаю, что это невозможно. И как только почувствую, что в тягость партнерам, покину клуб как игрок, но, может быть, пригожусь еще в хоккее как тренер».

…В одной из газет сообщается, что матч десятого февраля будет особенно трудным для «звезд», потому что «этот день ожидается самым холодным – с русским морозом». Так и случилось, температура упала до минус 15 градусов по Цельсию.

Неожиданно легкая победа в стартовом матче даже заставила организаторов (на всякий случай) прибегнуть к дополнительной рекламе: когда мы ехали на вторую встречу, то слышали по радио в машине интервью с Шаттом, который приглашал зрителей на матчи, обещая самую интересную борьбу во второй и третьей встречах.

Думается, и сам хоккеист не ожидал, насколько он в данном случае окажется провидцем. Что касается рекламы, то это была лишь «подстраховка»: билеты на все состязания были проданы еще за несколько дней до стартового матча.

Кого только не увидишь среди публики! Спортивный комментатор телевидения и радио Болгарии Неделчев познакомил меня с народным артистом республики знаменитым оперным певцом Николаем Гяуровым. Его пригласили выступать в десяти спектаклях «Дон Карлоса» в нью-йоркской «Метрополитен опера», и в свободный вечер он пришел на хоккей.

– Я думал, на катке, где играют в хоккей, холодно, – улыбается певец, – и взял с собой теплое кашне. А здесь тепло и временами, когда возникают острые ситуации у ворот, бывает даже жарко. Признаюсь, я тоже кричал, когда забивали голы ваши ребята, что мне делать как певцу вообще-то не полагается.

Не скрою, приятно, что время от времени электротабло «Мэдисона» высвечивало такой текст: «Здесь самые лучшие с Востока встречаются с самыми лучшими с Запада! Добро пожаловать в Нью-Йорк! «Звезды» горды тем, что вы их гости!».

Похоже, что после матчей «Кубка вызова» хоккеисты и в Нью-Йорке, где кумиры любителей спорта – мастера американского футбола, бейсбола, тенниса, баскетбола, станут популярны не менее, чем в Канаде. И не повторится история со звонком в «Уолдорф Асторию», когда на просьбу канадского болельщика соединить его с Босси служащий гостиницы спросил: «Простите, а кто такой Босси, не владелец ли чулочной фабрики из Бостона, который выехал от нас сегодня?»

Во втором матче у нас травмированного Харламова заменил юный Тюменев, а вместо Цыганкова вышел Бабинов; у хозяев в запас отправились нью-йоркские шведы форварды Нильссон и Хедберг, которых заменили защитники Потвен из «Айлендерс» и монреалец Лапойнт.

Нашим хоккеистам в повторном матче удалось первыми забить гол. Это сделал на девятой минуте Капустин молниеносным броском в самый угол ворот. До этого Драйден парировал один «щелчок» и одну атаку «отразила» штанга.

Судя по дебюту, советские хоккеисты на сей раз настроены решительно – предложили высокий темп, навязывают соперникам жесткую силовую борьбу по всей площадке. Ковин даже в одном моменте перешел за рамки правил, и В. Домбровский отправил его на скамью штрафников. Хозяева незамедлительно воспользовались численным преимуществом: Босси отквитал шайбу. Вскоре и чемпионам мира предоставилась возможность сыграть в большинстве. Однако удаление Перро они не использовали.

Отличная все-таки у хозяев тройка: Босси – Тротье – Жиль! Стоило Первухину на долю секунды упустить из-под опеки около штанги наших ворот центрфорварда, как он мгновенно вывел хозяев вперед.

Все трое – канадцы. Босси из Монреаля, а Тротье и Жиль из небольших городков провинции Саскачеван. Босси – прирожденный «забивала», почти все время на острие атаки. На площадке он – вихрь, но в жизни чрезвычайно медлителен, повсюду опаздывает. Однажды, когда Босси задержал команду в автобусе, его спросили, где он застрял.

– Лифт шел вниз со всеми остановками, и это нарушило мой график движения, – ответил Босси.

– А с какого этажа ты спускался? – поинтересовался тренер.

– Со второго, – невозмутимо сообщил хоккеист…

Жиль силен и в атаке, и в обороне, он много «отрабатывает» за партнеров, не зря в клубе его избрали капитаном. Яркая «звезда» – Тротье. При дебюте в НХЛ он удостоился Кубка Колдера – приза лучшему новичку. В своем втором сезоне лишь в самом конце позволил Лафлеру потеснить себя на второе место по результативности, набрав 123 очка (46 шайб забросил и сделал 77 голевых передач).

Наши тренеры нередко просят нас, журналистов, не перехваливать игроков, чтобы те от зазнайства не снизили класс. «Звезды» НХЛ, видимо, более устойчивы к испытанию славой. В городе Вилмари, на родине Тротье, каток теперь называется «Брайан Тротье арена», а он не зазнался – играет здорово.

Забегая вперед, скажу, Брайан Тротье и его партнеры внесли решающий вклад весной 1980 года в победу «Айлендерс» в Кубке Стэнли – первую в истории «островитян».

На перерыв чемпионы мира ушли проигрывая 1:2. Однако чувствовалось, что главные события в матче еще впереди и борьба предстоит бескомпромиссная, захватывающая.

Так оно и получилось. Профессионалы хотели во что бы то ни стало обеспечить себе выигрыш приза еще во второй встрече. Едва начался второй период, Перро забивает третий гол. Ковин, как бы исправляя свою оплошность с удалением, вновь сокращает разрыв до гола. Но подключившийся в наступление могучий защитник Робинсон завершает усилия Лафлера и Дионна. И снова дистанция в два гола.

Огромная дистанция в сражении с таким соперником, как сборная НХЛ! Однако, чтобы оторваться на такое расстояние, соперники истратили, как выяснилось, слишком много сил. Гол Робинсона оказался в «Кубке вызова» последним, который забили хозяева.

Как это и раньше бывало не раз, не поспевая за стремительными соперниками, могучие профессионалы переходят рамки дозволенного. Особенно грешат защитники: в обороне, конечно, тяжко играть двумя парами. Как оказалось, даже в могущественной НХЛ имеется дефицит на классных защитников.

Жесткая игра профессионалов – не в новинку. Она в НХЛ всячески поощряется, поскольку, дескать, нравится публике. Хоккеисты Нью-Йорка и Лос-Анджелеса создали свой джаз-банд, где солировал на гитаре Марсель Дионн. Долгое время самой популярной в исполнении этой группы была песенка с таким текстом: «Не взыщи, парень, что я стукнул тебя клюшкой. Сегодня я тебя, а завтра ты меня».

Правда, решено теперь штрафовать тех, кто, затеяв драку на льду, потом слишком долго приходит в норму, и тех, кто ввязывается в чужие потасовки, превращая их в затяжные многолюдные драки.

Нарушает правила Сальминг (быстро он усвоил не только «плюсы», но и «минусы» в игре профессионалов). Хозяева выстояли. Тут же Бек, почти стокилограммовый детина, грубо бросает на борт нашего самого миниатюрного форварда Скворцова.

С третьей попытки чемпионы мира реализуют численное преимущество. Васильев и Петров разыграли шайбу, а Михайлов на «пятачке» сделал свое дело, как ни жестко его там опекали. Тут же свой второй гол забивает Капустин, и счет сравнялся. Профессионалы, особенно защитники, явно устали в погоне за нашими быстрыми форвардами.

На льду время от времени стали появляться Потвен и Лапойнт. Перзый неплохо включился в игру, а Лапойнт, не выходивший до этого на лед почти три недели, допустил ошибку, чем незамедлительно воспользовался В. Голиков, забивший пятый, победный, гол. Впоследствии в печати за пятый гол не раз критиковали… Боумэна. Но что он мог поделать? Тренер-то лучше других видел, что четверка основных защитников играет на пределе. Усталостью игроков, не выдержавших напряжения матчей с чемпионами мира, объясняются замена в заключительной встрече Драйдена Чиверсом и некоторые другие перестановки в составе. А нагорело за это снова Боумэну. Такая уж у наставников судьба: побеждает – команда, проигрывает – тренер…

О братьях Голиковых расскажу подробнее. В футболе, хоккее и других спортивных играх не раз отличались братья: Старостины, Бутусовы, Дементьевы, Майоровы, Рагулины, а теперь и Голиковы. Знакомый журналист из Торонто сказал о них после второй игры в «Кубке вызова»: «Еще недавно в Канаде самыми знаменитыми братьями из России были герои Достоевского – Карамазовы, теперь – хоккеисты сборной СССР – братья Голиковы. Карамазовых, правда, трое было…».

Когда я об этом упомянул в разговоре с Александром Голиковым, он уточнил:

– Нас тоже трое. Старший – Виктор – и в хоккей играл хорошо, но потом увлекся гитарой и стал выступать в самодеятельном ансамбле. Отец у нас рабочий, мать – домохозяйка, вырастила троих сыновей. Мы в Пензе жили рядом с катком. Лет с восьми я уже неплохо катался на коньках, а в девять лет меня приняли в детскую спортивную школу.

Владимир почти полностью повторил спортивный путь брата, но делал все на два-три года позже. А потом догнал Александра, и в сборной СССР на чемпионате мира они дебютировали одновременно – в 1976 году в Катовице. Одновременно они становились чемпионами мира и Европы в 1978 и 1979 годах. Оба они офицеры, женаты и растят сыновей.

Александр начинал как центрфорвард, а потом стал играть на краю. Но и сейчас может в любой момент сыграть в центре. И, как считает Голиков-старший, два центрфорварда в одной тройке – совсем неплохо: когда надо сыграть со сменой мест, звено почти ничего не теряет, а противникам надо приноравливаться.

В начале семидесятых годов на братьев обратил внимание Н. Эпштейн – один из наших самых чутких на юные таланты тренеров высшей лиги. Он включил Александра в состав юношеской сборной СССР, которую в ту пору возглавлял, для участия в чемпионате Европы 1971 года. В чехословацком городе Прешове Александр играл в тройке с Владимиром Поповым из ЦСКА и рижанином Хелмутом Балдерисом. Звено это стало ударным. В решающем матче – с хозяевами чемпионата – Балдерис забросил четыре шайбы из наших шести, и почти все после точных передач Александра Голикова.

Владимир играл в юношеской сборной СССР на чемпионате Европы 1973 года в Ленинграде и стал самым результативным форвардом первенства.

– Восемнадцать-двадцать лет, пожалуй, самые трудные годы у мастеров спортивных игр, – считает Александр Голиков, – из юноши надо становиться мужчиной. Нам с братом повезло – в сложный период жизни рядом с нами был замечательный тренер и человек Николай Семенович Эпштейн. Раньше он подготовил таких классных хоккеистов, как Александр Рагулин, Валерий Никитин, Юрий Морозов, оценил талант и привлек в сборную РСФСР шестнадцатилетнего Александра Мальцева. А потом и нам дал путевку в большой хоккей. При этом помог устранить такие непростые минусы, как посредственная физическая подготовка, обводка стоя на месте или с большим торможением, недостаточная мощь и точность бросков по воротам.

– Мы очень старались, тренировались не жалея сил, – рассказывал Владимир Голиков. – И дело понемногу шло на лад. Правда, один маститый в свое время тренер нас «похоронил», написав: «Голиковы – хоккеисты не для сборной страны». Хорошо, что иной точки зрения придерживались Борис Александрович Майоров, работавший с нами во второй сборной, Борис Павлович Кулагин, Виктор Васильевич Тихонов, Владимир Владимирович Юрзинов, оказавшие нам доверие приглашением в первую команду страны и такой именитый клуб, как столичное «Динамо».

– Теперь есть что вспомнить, – говорил Александр Голиков, – игру с Мальцевым и Макаровым на победных чемпионатах мира в Праге и Москве, сражения на «Кубке вызова».

В. Тихонов так отозвался о выступлениях братьев Голиковых на двух победных чемпионатах мира в Праге и Москве и в «Кубке вызова»: «Играли добротно, превосходили соперников в скорости, побеждали в силовых единоборствах, были результативны, причем забивали немало важных голов».

Об одном из них Александр вспоминал так:

– В решающем матче пражского чемпионата мира – с хозяевами – счет открыл Балдерис. Петров забросил вторую шайбу, «Пора и вам забивать, вы же умеете», – сказал нам во втором перерыве Виктор Васильевич требовательно, но как-то по-доброму. Я даже в ответ пошутил, что и правда пора. В середине третьего периода Владимир с моей передачи забросил третью шайбу. Как потом выяснилось, очень нужную для «золота».

– Если я буду в дальнейшем работать тренером, – сказал Александр, – постараюсь использовать те принципы, по которым с нами Эпштейн работал: игроку надо создать условия для роста – раз, не мешать ему набираться мастерства – два и только, в-третьих, помогать ему шагать к вершинам. Тренер и игрок должны трудиться совместно. Не только игрока учит тренер, но и педагог у ученика может многое почерпнуть, чтобы затем передать это и другим своим питомцам.

– А почему в самолете сидели такие серьезные? – спросил я в Гандере Александра. – Может быть, вы летать боитесь?

– Нет. Летаем много, чего бояться? – ответил старший брат. – Просто настраивались. До этого в клубе игра у нас разладилась: то у меня травма, то у брата, то у Мальцева аппендицит, предстояло с новым партнером играть – Макаровым. Как-то получится? Тем более, что соперник уж очень знаменитый – все «звезды»!

Получилось совсем неплохо. С Макаровым взаимодействие наладилось даже быстрее, чем можно было ожидать, – получилась скоростная, боевая тройка! В первой встрече Владимир Голиков был по заслугам отмечен, как лучший в нашей команде, золотой медалью.

Забегая вперед, скажем, что в Лейк-Плэсиде все ждали от Голиковых более яркой игры, особенно в сражении с хозяевами Олимпиады, но, к сожалению, не получилось. И не только у них. Не хватило до «золота» одной шайбы, и теперь, чтобы братьям войти в славную когорту олимпийских чемпионов, придется ждать до Игр в Сараево з 1984 году…

На последних минутах болельщики на трибунах превзошли себя, поддерживая профессионалов, из последних сил рвавшихся сравнять счет. «Гоу, гоу, гоу!» – «Вперед!» – сверкало электротабло. За 42 секунды вместо Драйдена выходит шестой полевой игрок, но чемпионы мира не дрогнули, вырвали победу!

Золотые медали лучших игроков матча получили Васильев и Тротье.

– Ну и устал же я! – первое, что сказал Виктор Васильевич Тихонов, когда я опять сразу после матча подошел к нему. На скамейке теперь гораздо многолюднее – все спешат к тренеру. Виктор Васильевич резюмирует; «В отличие от прошлого матча сегодня играла вся команда, от начала до конца играла, и, как все видели, здорово играла! А сборная НХЛ – самая сильная команда из тех, что я видел в Северной Америке».

Да, зрители, тренеры, игроки, пресса единодушны: в повторной встрече вновь был показан хоккей высшего класса, а чемпионы мира заслужили победу по праву.

– Советская команда во второй встрече действовала уверенно, – отметил корреспондент Ассошиэйтед Пресс, – и по игре было видно, что она не собирается повторять ошибок предыдущего матча. Гостей не смутило то обстоятельство, что по ходу встречи они значительное время проигрывали с дефицитом в две шайбы – 1:3 и 2:4. Советские хоккеисты выглядели более свежими, чем «звезды», их преимущество в голах подчеркивает и активный баланс бросков: советские хоккеисты «поперчили» Драйдена 31 броском, а «звезды» ограничились лишь 16 «выстрелами».

Приведу и высказывания игроков.

– Соперники жестче боролись, потеряв шайбу, в том числе и в «горячих» точках – у бортов, – заметил Гэйни.

– В первом матче мы парили в воздухе, во втором – они, – отметил Кларк.

– Наши противники не печалились, когда проигрывали две шайбы, и не особенно радовались, когда их отквитали. Они показались мне людьми с сильной психикой, – подчеркнул Босси.

«Удивительно быстрая советская команда своей игрой не раз заставляла замолкать шумных болельщиков сборной НХЛ, собравшихся в «Мэдисон сквер-гардене» на второй матч, – писала «Нью-Йорк таймс», – и просто поразила их, ликвидировав сначала отставание в две шайбы, а затем и выйдя вперед. Это была абсолютно не та команда, которая «присутствовала» на открытии «Кубка вызова». На сей раз сборная СССР показала именно тот русский хоккей, который ныне хорошо знают в Северной Америке и которого так опасаются наши «звезды».

В нашем журналистском цеху, к сожалению, немало таких, что сегодня могут превозносить до небес – в случае успеха, а завтра готовы сровнять с землей – в случае поражения. Один из таких американских «скоропалитов» задал Боумэну вопрос:

– А не отдать ли теперь Кубок Стэнли советским хоккеистам?

– Кубок Стэнли разыгрывают клубные команды, а сейчас соревнуются сборные, – стараясь оставаться спокойным, ответил тренер профессионалов, – кроме того, у советских хоккеистов есть свои весьма почетные награды – золотые медали чемпионов страны.

– Как закончится третий матч? – был задан тренеру и такой вопрос.

– Не знаю, – ответил он, – но в панику впадать мы не собираемся. Утром сядем и на свежую голову обсудим ситуацию. Постараемся в третьем матче выглядеть достойно и выиграть «Кубок вызова».

Осуществить это намерение, однако, не удалось. Более тяжкого поражения, нежели в заключительном матче «Кубка вызова», профессионалы НХЛ ранее не терпели никогда.

Перед заключительным матчем профессионалы вновь предприняли психологическую атаку на гостей. На этот раз не при помощи супершикарных приемов в «Уолдорф Астории». За полчаса до начала в раздевалку нашей команды пожаловали… полицейские с собакой. Руководители, тренеры и переводчик в этот момент куда-то отлучились, и для объяснения пришлось прибегнуть к помощи… десятилетнего сына корреспондента Гостелерадио в Нью-Йорке И. Чарикова.

Мальчик объяснил нашим хоккеистам, что полицейские с собакой пришли после звонка какого-то лица, сообщившего, что в раздевалку сборной СССР подложена бомба замедленного действия. Полицейские просят разрешения поискать «адскую машину», а собака их специально тренирована для обнаружения взрывчатки…

Возможно, такой визит перед ответственным матчем, когда нервы напряжены до предела, кого-то из игроков и выбил бы из колеи. Но грозное предупреждение звучало совсем не страшно из уст мальчика.

Полицейские ничего не нашли, извинились за беспокойство и ушли. Я застал лишь самый конец их визита. А руководители и тренеры, кажется, об этом до игры так и не узнали.

В общем, «ружье» явно не выстрелило.

Еще из утренних газет стало известно, что профессионалы в третьей встрече собираются играть особенно жестко. К этому призывали их и болельщики, вывесившие на трибуне двадцатиметровый транспарант: «Сегодня выложитесь, покажите им, где раки зимуют. Сделайте так, чтобы сила была на вашей стороне, НХЛ!» И хозяева вняли этому призыву – действовали жестко, а нередко и жестоко, но и это их не спасло.

У профессионалов место в воротах занял Чиверс, запомнившийся великолепной игрой в «Серии-74». К четверке основных защитников с первых же минут присоединился и Потвен. В атаке вновь появились нью-йоркские шведы, и четыре звена выглядели так: Босси – Тротье – Жиль, Бербер – Кларк – Макдональд, Лафлер – Перро – Гэйни, Хедберг – Нильссон – Маркотт.

В конце первого матча Боумэн послал на лед шведов Нильссона и Хедберга, чтобы они своей игрой в пас «потушили русский огонь». Не очень-то это у них получилось. И во второй встрече они не были в составе. На решающий поединок для придания еще большего энтузиазма публике нью-йоркских шведов вернули в сборную.

В. Тихонов позднее рассказал: «Перед третьим поединком у нас в делегации создалась обстановка некоторого благодушия: одну встречу выиграли – выиграли хорошо, красиво, и хватит, задача-минимум выполнена. А я считал, что надо обязательно выиграть и третий матч. И так и сказал ребятам: «Надо победить, хотя будет трудно, больно. Надо! Этого требуют интересы хоккея. А победители войдут в историю. Для этого стоит постараться».

В нашей команде перемены поистине сенсационные: Третьяка – столпа сборной СССР многих последних лет – в решающем матче в воротах заменил мало кому известный дебютант Мышкин!

– Это был риск, – поделился позже В. Тихонов, – но в спортивных состязаниях высшего класса без риска редко удается добиться победы над сильным, искушенным соперником. Важно, чтобы риск был обдуманным, обоснованным. Из чего я исходил, вводя в бой молодого вратаря? Третьяка – одного из лучших голкиперов мирового хоккея – соперники изучили всесторонне. Они понимали, что издали его не «пробить», надо подъезжать и обводить. И это у них в первых двух матчах, к сожалению, получалось не раз.

Мышкина они знали плохо (хотя должны были бы уже и к нему приглядеться – во время турне «Крыльев Советов» он играл отменно) и будут палить по нему и со средних, и даже с дальних позиций. Если он не испугается, все будет в порядке. Я спросил Володю: «Хочу тебя поставить на третий матч, не испугаешься играть?» – «Не испугаюсь, – ответил он довольно спокойно, лишь немного краснея, – все будет нормально».

И вопрос о вратаре был решен. («Когда Мышкин был совсем юным голкипером и играл в кирово-чепецкой «Олимпии», – рассказывал В. Ерфилов, в свое время тренировавший эту команду, – там играл также вратарь по фамилии Собачкин. Публика неизменно громко смеялась, если диктор объявлял по стадиону: вместо Собачкина ворота будет защищать Мышкин…»)

Из-за травм Харламова и В. Голикова изрядно перекроены и звенья полевых игроков. Пришлось даже второго дебютанта защитника Ирека Гимаева отрядить в нападение. Теперь звенья выглядели так: Васильев – Стариков, Билялетдинов – Первухин, Бабинов – Федоров, Михайлов – Петров – А. Голиков, Тюменев – Гимаев – Макаров, Балдерис – Жлуктов – Капустин, Скворцов – Ковин – Варнаков.

Как уже говорилось, ничьей в третьем матче быть не могло, кто-то должен был одержать вторую победу, если не в основное, то в дополнительное время, хотя бы оно продлилось до утра. Матч был решающим! Победа или поражение – третьего здесь не дано.

По первым же минутам можно было видеть, как нервничают и как устали соперники. Что ж, и лучшие мастера хоккея в мире тоже не железные, а обыкновенные люди – талантливые, тренированные, но люди. Об этом, сидя на трибуне, никогда не стоит забывать – и в радости, и в печали.

Секретариатом матча (очень квалифицированным и многогранным на «Кубке вызова») первый бросок по воротам был отмечен лишь на пятой минуте. Чиверс парировал «выстрел» Михайлова. Остроту создают форварды звена Жлуктова, но до гола дело не доходит. Хозяевам явно не по вкусу такое развитие событий. Тротье решил припугнуть соперников – припечатать Скворцова к борту. Однако волжанин оказался проворнее мощного соперника, и Тротье с грохотом горного камнепада врезается в борт, Чиверс не доволен присутствием Михайлова на «пятачке». Еще, видимо, по 1974 году помнит, что это грозит неприятностями. Он призывает своих защитников «убрать» чужого форварда, а потом и сам тычет в него тяжелой вратарской клюшкой, как ее иногда называют, «гитарой». Один из лучших арбитров НХЛ – опытнейший судья из Виннипега Ван Халеманд видит нарушение правил, но свисток его молчит.

Ошибается с пасом Петров. Мчится на перехват шайбы Лафлер, но чуть-чуть не успевает, и ею завладевает Бабинов.

Профессионалы окончательно перешли к тактической схеме «от обороны», причем от жесткой обороны. Маркотт бросает на борт Александра Голикова, и опять судейский свисток молчит. Однако наших хоккеистов это не останавливает – атака следует за атакой. Приятно, что наряду с испытанными ветеранами смело устремляются в самое пекло и дебютанты. Гимаев так красиво бросает по воротам из трудного положения, что даже вызывает аплодисменты зала, отчаянно болеющего за своих кумиров.

Справедливости ради надо сказать, что «звезды» при первой возможности отвечают опаснейшими контратаками. Снова выделяется Лафлер. Он опасно бросает по воротам, на скорости не раз перехватывает пасы наших хоккеистов, сам делает точные передачи. Несколько раз он дает неожиданные для гостей пасы за спину, создавая партнерам выгодные моменты. Публика в восторге: громко аплодирует, скандирует «Ги, Ги, Ги!»

Не только все-таки дурные примеры заразительны, хорошие – тоже! Наши явно заразили соперников красивой комбинационной игрой на высоких скоростях. А призывы к грубости нашли отклик, но, к счастью, не столь обширный, как можно было ожидать, вспоминая не такой уж и давний матч в Филадельфии.

Первый период – 0:0. Однако наши играют так здорово, что Д. Зиглер на просьбу оценить дебют матча только пробормотал, устремив взгляд к потолку: «Я могу лишь сказать, что весь в поту…». Г. Синден тоже ограничился одной фразой: «Нужно благодарить бога за то, что Чиверс смог отбить несколько страшных бросков».

Профессионалы настороже против наших стремительных атак, но на 25-й минуте Бек упустил Михайлова, получившего на скорости пас от Саши Голикова, и счет открыт, Один из «полицейских» профессионалов – Маркотт решил за гол отомстить ударом, и наконец замечен судьей и отправлен на скамейку штрафников. Первое же удаление чемпионы мира реализуют: Васильев отдает шайбу Балдерису, рижанин пасует Жлуктову, и счет 2:0.

Вся пятерка запрыгала на льду в каком-то немыслимом галопе. Особенно высоко подпрыгивает длинный Жлуктов. Не очень все выглядит эстетично, но понять ребят можно. Если бы в ложе прессы было позволительно, я, пожалуй, тоже бы запрыгал…

Во втором перерыве Г. Синден сказал:

– В 1972 году перед третьим периодом решающего матча мы тоже проигрывали две шайбы – 3:5, но все-таки победили. Может быть, чудо повторится. Я, правда, чувствовал бы себя гораздо лучше, если бы сейчас счет был 3:5, а не 0:2. Пока все наши броски вхолостую. Наши парни прилагают массу усилий, но русские играют с нами, словно кошка с мышкой.

Голы явно всех в сборной СССР воодушевили. Атака на ворота хозяев следует за атакой. В рядах «звезд» откровенная паника, когда на льду появляются быстрые, юркие, сыгранные, смелые форварды из горьковского «Торпедо». Даже местная публика не раз провожает их на отдых аплодисментами.

Кстати говоря, в битвах такого накала, как «Кубок вызова», сыгранность – важный плюс, а бойцовские качества и индивидуальное мастерство – скорость, ловкость, меткость – просто совершенно необходимы.

Васильев, который даже в таком напряженнейшем матче редко перестает улыбаться и надежно ставит в нашей зоне соперников «на якорь», решил дать «острастку» Тротье. Переборщил. И тут же отправляется отдыхать на две минуты. Теперь профессионалы взяли на прицел наши ворота. Особенно выделяется мастерством Лафлер. Но и Мышкин творит чудеса.

Время идет, а счет не меняется. Соперники ужесточают игру. Макдональд разбегается на Балдериса чуть ли не из Бруклина, Тротье берет старт при атаке Билялетдинова с Лонг-Айленда. За капитаном – Михайловым – вообще охотятся. Как потом сказал журналистам Жиль, «русских били, но они вставали, поправляли шлемы и бегали быстрее».

Если бы «профи» выиграли, нашлось бы, к сожалению, немало журналистов в США и Канаде, которые им бы простили грубость и даже жестокость. Более того, некоторые стали бы смаковать моменты «грязной» игры, как это случилось после матча «Филадельфия флайерс» – ЦСКА.

Но вот Тротье от огорчения бьет вратаря. Мышкин отвечает. Обоюдное удаление. Нападение на вратаря всегда взбудораживает всю команду. Так было и на этот раз. Игроки, тренеры, даже руководители делегации В. Сыч и В. Колосков разволновались, машут клюшками, руками, что-то кричат судье. За своего арбитра заступились болельщики – зал зашумел. С каждой секундой гул нарастал… Спас положение Михайлов – успокоил своих партнеров, что-то сказал даже руководителям и тренерам, и игру продолжили.

За Мышкина наказание отбывает Гимаев. У нас на площадке остались Первухин, Петров и Билялетдинов, у профессионалов в поле четыре игрока. Опасная ситуация. К счастью, это ненадолго. Вскоре появляется Васильев. Четыре на четыре – это уже не так страшно.

Юрия Федорова много раз приглашали в сборную СССР, но нередко упрекали в некоторой мягкости. Сегодня его бойцовские качества выше всяких похвал – как он сражался в конце второго периода на «пятачке» с Кларком!

Когда, казалось, от напряжения не выдержат ни игроки, ни тренеры, ни судьи, ни журналисты, кто-то из зрителей – от отчаяния, что ли? – выбросил с верхних рядов на лед… теннисный мячик. Игра остановлена. Несколько секунд помощники арбитра гоняются за высоко подпрыгивающим мячом. В другой раз, наверное, это вызвало бы громкий смех всего зала, но сейчас тихо: все слишком увлечены ледовой битвой.

Два гола перевеса в таком сражении – это еще не гарантия победы. Но все-таки приятно слышать от нью-йоркского журналиста: «Каждый раз, когда наши хоккеисты встречаются с вашей сборной, они забывают, что имеют перед собой дисциплинированных, талантливых соперников, которые в июле «отдыхают» со штангой и могут без устали поэтому носиться на космических скоростях все три периода. Но парни из России быстро об этом напоминают нашим «звездам». И еще. Ваши ребята хорошо друг друга «кормят шайбами».

Третий период хозяева начинают проигрывая 0:2. Профессионалы решительно настроены во что бы то ни стало изменить ход встречи в свою пользу – они по очереди похлопывают Чиверса по его широким вратарским щиткам со свирепым выражением на лице, отъезжая затем в поле или на скамейку. Из наших хоккеистов около Мышкина задержался Третьяк и что-то ему говорит – то очень серьезно, то улыбаясь.

После матча я спросил Володю:

– Что тебе говорил перед третьим периодом Владик?

– Он сказал, что сейчас профессионалы начнут палить по моим воротам. Больше издалека, но очень сильно. Бояться не надо, а нужно выкатываться вперед под броски, и все будет в порядке. Я так потом и делал. Если бы они поближе подходили к воротам, мне тяжко пришлось бы. Но они думали: Мышкин не Третьяк, он и издалека пропустит.

Тихонов тоже внес свои коррективы перед третьим периодом: «Теперь у нас трое почти все время в обороне, пусть профессионалы наступают – разрушать легче, чем создавать, а контратаки – вещь опасная, если, конечно, они быстрые и с мастерским завершающим броском». Шайбы, словно ядра, летят в маленького светловолосого вратаря. Но он как стена. (В «Хокки ньюс» я видел рекламу детской хоккейной школы в Мичигане «со специальными русскими упражнениями для вратаря вне льда». Что ж, акции рекламодателей теперь еще повысились!) Вот и первая наша контратака. Она едва не завершается голом. К сожалению, Скворцов попадает в штангу. Хотя и говорят, бросок в штангу – один из видов промаха по воротам, все-таки обидно. При счете 0: 3 даже «звездам» в третьем периоде не отыграться бы, да противник сломался бы и психологически… Ах как нужен третий гол!

Вспомнился даже рассказ о вратаре одной из любительских канадских команд. Он, страстный коллекционер, собрал более тысячи шайб, в том числе сто двадцать, сделанных в странах Европы. Есть у него и советские шайбы, «Случалось, – признался он журналистам, – иногда в играх нарочно пропускал шайбы, чтобы забрать в свою коллекцию…»

Вот если бы Чиверс был коллекционером!… Профессионалы чуть поумерили пыл, стали осмотрительнее играть в обороне. Но не долго. Время идет, а им нужно отыгрываться. Они снова с клюшками, словно с шашками, по-кавалерийски мчатся в нашу зону и бросают, бросают, бросают. Мышкин выкатывается и отбивает. А добить не дают. Наши защитники получили строгий приказ: «Добивать не давать!» И они его все как один выполняют. Рано или поздно должна была удаться еще одна контратака. Так и случилось. На 49-й минуте Гимаев овладел шайбой, Балдерис прочувствовал ситуацию и рванулся стремительно, как только он умеет, вперед к синей линии, когда еще шайба была у партнера. Гимаев заметил рывок. На синей линии, не имея перед собой никого, Балдерис получил шайбу и не сплоховал – техника бросков у него высшего класса. Чиверс был бессилен что-либо изменить.

Этот гол, как и можно было ожидать, стал переломным. Профессионалы дрогнули. Они сражались еще долгих одиннадцать минут, но многие из них уже не верили, что можно превзойти в скорости и мужестве советских чемпионов, что можно забить хотя бы один гол маленькому блондину Мышкину.

За такую шайбу Балдерису простили робость, мягко говоря, в первом матче и недостаточную активность во второй встрече. Обнимать его выскочила на лед вся команда. Пожалуй, и тренеры оставались на месте с большим трудом. Наши поняли: дело сделано. 3:0 – это победа!

В сборной СССР все успокоились и заиграли еще мощнее, четче. Минуту спустя Ковин делает счет разгромным – 4:0! Сотни болельщиков, не выдержав позора своих кумиров, поднялись со своих мест и потянулись к выходам.

Однако тысячи других все еще верят в чудеса. «Ги, Ги, Ги!» – скандируют они имя своего любимца Лафлера, умоляя «суперзвезду» сотворить чудо. Увы, на сей раз мешок с чудесами был пуст. Мышкин парирует или забирает намертво все броски и Лафлера, и его партнеров, создав, по выражению одной из американских газет, «железный занавес в воротах». Вот как получилось: в Нью-Йорке на «Кубке вызова» нашли еще одного классного вратаря для сборной СССР на близкий московский чемпионат мира!

Макаров с подачи Капустина забивает пятый гол! Фантастично!

Но и это еще не финиш. Александр Голиков, когда сборная СССР играла после удаления Михайлова в меньшинстве, забрасывает из-под игрока в момент обводки шестую шайбу в ворота вконец растерявшегося Чиверса.

Вратарь после матча в пух и прах раскритиковал себя. «Поворотный момент в третьем матче, – сказал он, – наступил в тот миг, когда решили доверить защищать ворота мне. Четыре шайбы из шести на моей совести. Я даже не пытался их отбить – стоял как статуя. Я не дал своей команде никаких шансов на победу.

Боумэн видел, что Драйден устал. И остановил свой выбор на мне. После первого периода выбор Боумэна всем казался удачным, а потом это, уверен, принесло глубокое разочарование и Боумэну, и партнерам».

Не каждый большой спортсмен отважится так выступить перед журналистами. (Я, во всяком случае, слышал еще только об одном таком – английском гроссмейстере М. Стине, который прослыл «самым большим чудаком» после того, как заявил однажды: «Соперник победил потому, что играл лучше меня».)

В разгроме виноват был, конечно, не только вратарь, поскольку два десятка полевых игроков не сумели забить ни одного гола.

6:0 – такого не ожидал никто!

Подходит специально прибывший на эти матчи давний знакомый старший тренер сборной Финляндии Калеви Нумминен. Он говорит: «Вторую половину розыгрыша Кубка ваши провели блестяще. Чемпионы мира выиграли – 9:0! «Звезды» не могли забросить шайбу четыре с половиной периода и, думаю, не забили бы гола и до мая, если бы матчи продлились до этого времени».

Финальная сирена вызвала бурную радость советских хоккеистов. «Звезды» НХЛ находились в нокдауне. Чего угодно ожидали лучшие профессионалы мира, выходя за два часа до этого на лед, но, конечно, не разгрома – 6:0! Устали защитники, на плечи четверки которых выпала гигантская нагрузка, чего «звезды» тоже никак не предполагали. Психологически сломался в конце матча вратарь Чиверс. Но что его винить! Ведь и дюжина прославленных форвардов ни разу (!) не смогла забить гол в ворота голкипера из весьма скромного клуба «Крылья Советов».

Согласитесь, было от чего впасть в прострацию даже первым «звездам» профессионального хоккея.

Это, правда, продолжалось всего около минуты. А потом многие из разгромленных овладели своими чувствами и вслед за капитаном Кларком, державшимся мужественно и старавшимся быть джентльменом, потянулись к Володе Мышкину: если не удалось забить ему гол, то теперь хоть похлопать клюшкой по щиткам его амуниции, воздать должное его мужеству и мастерству. Зал стоя приветствовал громкими аплодисментами советскую команду и героя матча – вратаря.

Объявляют, что лучшими игроками встречи признаны у победителей, конечно, Мышкин, а у проигравших – Жиль. Президент НХЛ Д. Зиглер и исполнительный директор лиги А. Иглсон вручают советским хоккеистам «Кубок вызова». Японская фирма «Сони», широко известная во всем мире, преподносит теле-, радио-, стерео-, видео– и т. п. комбайны, массовое производство которых начнется лишь в следующем году, признанным «самыми полезными хоккеистами» по результатам трех встреч Борису Михайлову и Кларку Жилю. 3 каждом «комбайне» предметов по двадцать-двадцать пять. Борису надо, пожалуй, вызывать для транспортировки приза еще один самолет.

Спортивная судьба Михайлова сложилась, в общем, счастливо – закончил играть он будучи заслуженным мастером спорта, десятикратным чемпионом СССР, семикратным чемпионом Европы и восьмикратным чемпионом мира, дважды победителем олимпиады. Десять раз в составе ЦСКА добивался он побед и в розыгрышах Кубка европейских чемпионов. В 1973 и 1979 годах его отмечали призами как лучшего форварда чемпионатов мира, а журналисты включали в «Олл старз».

Михайлов в 1979 году стал первым победителем «Золотой клюшки» – приза лучшему хоккеисту Европы, учрежденного газетой «Известия».

В семнадцати чемпионатах СССР он провел 567 матчей, забросил 427 шайб и сделал 214 голевых передач. Всего же за время выступлений на ледовых площадках в официальных и товарищеских, всесоюзных и международных встречах на его счету более 900 шайб!

В числе весьма немногих наших хоккеистов Михайлов удостоен ордена Ленина, а также орденов Трудового Красного Знамени и «Знак Почета».

Но путь к признанию, к высшим титулам у него (как и у многих больших хоккеистов) был отнюдь не легким.

Родился Борис в Москве в тяжелом военном 1944 году. Матери много лет пришлось поднимать четырех сыновей. Один из них старше Бориса, двое – младше. («Когда я в сборной играл, переживали за меня, а так «болеют» за «Спартак», но звонят, просят билеты на матчи ЦСКА – «Спартак», – сетовал однажды Борис). Когда мальчиком начинал играть во дворе в хоккей, у него был лишь… один конек. Потом раздобыл второй. Клюшки мастерил себе сам – из доски. Их обычно хватало на один день. Щитки делал из старых водосточных труб. Они надежно защищали от «укусов» шайбы, но были очень тяжелыми и страшно гремели, если он падал в них на лед. Шлемом служила солдатская шапка-ушанка.

Сначала играл в дворовой команде, там где и жил – на Хорошевском шоссе. Потом с товарищами пошел записываться в команду на стадион Юных пионеров – там помогали со спортивной формой. Бориса приняли.

После семилетки пошел работать – надо было помогать семье. Первое время трудился электриком в домоуправлении, потом на автобазе. В юности Борис мечтал стать машинистом, но когда представилась возможность поступить на курсы водителей локомотивов, его не приняли… по состоянию здоровья. И те громадные успехи, которых добился Михайлов, не будучи от природы здоровяком, в такой маневренной и атлетической игре, как хоккей, лишний раз подчеркивают оздоровительную роль спорта.

Все-таки на коньках, хоть и самоучка, катался Борис отлично, был парень смелый и очень любил хоккей. А еще, даже первые его тренеры, ценили в пареньке задатки вожака, способность повести за собой партнеров, особенно в трудные для команды моменты.

Михайлова приняли в «Трудовые резервы». Потом он играл в юношеской и молодежной командах «Локомотива». Уезжал в саратовскую «Энергию» и два года выступал там в классе «Б» и первой лиге. Вернулся в столицу и три сезона играл в команде мастеров «Локомотива», Всеволод Михайлович Бобров – кумир Бориса в спорте – приглашал его в «Спартак». Но тогдашние руководители этого спортивного общества не поддержали тренера, и Михайлов остался в «Чугунке», где в ту пору тоже играли большие мастера, к примеру ударная тройка В. Козин – В. Якушев – В. Цыплаков.

И после приглашения в ЦСКА – самую лучшую клубную команду Европы и одну из лучших в мире – до признания еще было далеко.

Лишь когда в конце 1968 года объединились вместе виртуоз дриблинга Валерий Харламов, могучий, напористый Владимир Петров и никакими силами не сбиваемый с позиции перед воротами соперников Борис Михайлов, все увидели, какие гиганты игры эти хоккеисты. (Правда, и после этого капитану ЦСКА и сборной СССР легче в спорте и жизни не стало, а порой даже приходилось труднее, нежели раньше…) Здесь не случайно употреблено слово «игры». Михайлов, Петров и Харламов не только быстро бегали на коньках, но в совершенстве владели техникой бросков и передач, умели действовать жестко и сами не пасовали перед силовыми приемами соперников.

Одной из лучших троек за всю историю они стали прежде всего за счет того, что играли в хоккей. На радость публике и себе тоже.

Михайлов, Петров и Харламов, совершенно разные по характеру и темпераменту люди, стали друзьями во многом потому, что дарили друг другу радость полного взаимопонимания на льду, радость игры!

В дни, когда Борис покидал большой спорт, на горно-обогатительном комбинате в Якутии один из алмазов в 43,5 карата назвали «Борис Михайлов». Не помню, кого из хоккеистов во всем мире так бы отличали?…

В связи с присуждением Михайлову приза «Самого полезного игрока» в «Кубке вызова» я счел уместным немного рассказать о капитане и подлинном вожаке звена, клуба, сборной.

По полезности я бы выделил еще форвардов из «Торпедо». Выступая в «Кубке вызова», они оставили самое лучшее впечатление начиная с первого, хотя и проигранного, матча. Александр Скворцов и Владимир Ковин уже несколько сезонов на примете у тренеров. Еще в 1976 году они с челябинцем Валерием Белоусовым составили звено в экспериментальной сборной страны. Они тогда запомнились быстрой, смелой игрой. Зимой 1978/79 года волжане трижды пересекали океан. Скворцов и Ковин вместе с ленинградцем Александром Андреевым играли за вторую сборную с клубами ВХА и, по мнению ее наставника Б. Майорова, были лучшими среди форвардов. Затем уже вместе с Михаилом Варнаковым горьковчане были приданы «Крыльям Советов». На их счету большинство шайб, заброшенных вратарям таких именитых клубов, как «Бостон брюинс» и «Филадельфия флайерс», отличались они и во встречах с «Детройтом», «Миннесотой» и «Нова скотия вояджерс». Забегая вперед, отмечу, что Скворцов в 1979 и 1981 годах в составе сборной СССР становился чемпионом мира и Европы.

Итак, чемпионы мира совершают круг почета. Впереди с «Кубком вызова» – Борис Михайлов и Валерий Васильев. Проехав по еще не остывшему от битвы льду, наши хоккеисты с призом направились в раздевалку. По пути сотрудники НХЛ попробовали забрать у них кубок, пытаясь при этом объяснить, что согласно договоренности, он будет храниться в Торонто, в «Галерее хоккейной славы», но их попытка не увенчалась успехом.

– Какая еще галерея? Почему в Торонто? – не соглашались разгоряченные сражением на льду наши ребята. – Мы победили, и приз поедет в Москву.

Проникнуть же в нашу раздевалку служба безопасности не позволяла никому. Не пустили даже Зиглера и Иглсона. Им, правда, пошли навстречу, вызвав из раздевалки руководителя делегации.

В два голоса шефы НХЛ снова повели рассказ о том, что надо возвратить кубок для отправки в Торонто. Однако и наш руководитель от нахлынувшей радости (пусть так будет почаще!) тоже позабыл о прежней договоренности.

– Почему в Торонто? – недоумевал Валентин Лукич. У нас в Москве тоже есть музей спорта, и еще получше, чем в Торонто. В следующий раз выиграете вы и получите кубок в целости и сохранности. Только, если будете играть так, как сегодня, вернете приз обратно не скоро, – шутливо заключил наш руководитель.

Лишь вид расстроенных вконец деятелей НХЛ вернул его к действительности, он вспомнил о договоренности, и кубок пришлось отдать хозяевам.

Правда, в апреле Д. Зиглер и А. Иглсон привезли «Кубок вызова» в Москву, где проходил очередной чемпионат мира. Перед одним из матчей он был представлен московской публике, гостям чемпионата из многих стран и еще раз показан миллионам телезрителей.

…Только когда улеглись страсти, служба безопасности пропустила в нашу раздевалку Боумэна, с ним просочился туда и Иглсон. Оба тепло поздравили тренеров, руководителей, приветствовали игроков. «Мы сделали все, на что были способны, – сказал Боумэн, – думаю, и стратегию мы выбрали правильную, но сегодня ваши ребята были на голову сильнее».

А капитан «звезд» Бобби Кларк, еще растираясь полотенцем в душе, сказал: «Сегодняшняя сборная СССР – лучшая команда в мире из тех, что я когда-либо видел!»

Тренеры Виктор Тихонов и Скотти Боумэн вместе отправились на пресс-конференцию. Журналисты как исключение из правил просят пригласить на нее и героя матча Мышкина. Когда Володе сказали об этом, он был обрадован, смущен, но старался оставаться спокойным, как и во время игры. А направляясь в зал на встречу с прессой, сказал мне с улыбкой: «Несправедливо получается: старался, старался, а теперь все наши ужинать поехали, а меня – на пресс-конференцию…»

Вытащили журналисты из раздевалки и Бориса Михайлова. Поскольку переводчик ушел на пресс-конференцию, «выступление» нашего капитана было совсем кратким, но, по общему мнению, ярким и убедительным.

– Теперь, – сказал Михайлов, – советский хоккей – номер один, НХЛ – номер два!

Перевода не потребовалось, и назавтра почти все газеты, освещавшие матчи, привели эти слова капитана советской сборной, не оспаривая его утверждения.

Боб Гэйни сказал репортерам, что соперники оказались даже жестче в борьбе при потере шайбы не только в центре площадки, но и у бортов, где любые столкновения особенно чувствительны.

– В этот вечер и днем в субботу тоже, – откровенно заявил Серж Савар, – противники были слишком сильны даже при том, что их лучший защитник Фетисов остался дома, как и великолепный нападающий Мальцев и опытный защитник Лутченко. Они были слишком могучи для нас, несмотря на то, что провели последние две игры без Харламова, а в третьей не выступал блестяще проявивший себя Владимир Голиков. После того как они потерпели поражение в первой игре, они предстали в совершенно новом свете во второй и третьей играх.

По мнению К. Нумминена, советские хоккеисты показали лучшее катание на коньках (помните, на эту сторону подготовки хоккеистов особое внимание обращал Ги Лафлер), «звезды» оказались недостаточно выносливыми для матчей столь высокого уровня (это, видимо, объясняется недостаточными тренировками летом, если вспомнить еще раз слова Ги Лафлера о том, что летом коньки и клюшка спрятаны далеко). Чемпионы мира показали себя в матчах подлинной командой, а профессионалы выглядели группой индивидуалистов, хотя и высокого класса.

Кроме того, Боумзн, по мнению финского специалиста, слишком уж долго оставлял на льду своих ведущих игроков, таких, как Лафлер, Робинсон, Сальминг. Сказалось и то, что за океаном до сих пор все-таки недостаточно знакомы с советским стилем хоккея. А это «дьявольски хитрый и тонкий стиль игры».

– Самое большое внимание мы, тренеры, просили хоккеистов обратить на контроль шайбы, – не скрывал теперь, выступая перед журналистами, В. Тихонов, – в обороне играть ближе с соперниками, ни в коем случае не позволять им добивать шайбу. А в атаке чаще делать неожиданные броски.

– Наша победа, – продолжал Виктор Васильевич, – имеет огромное значение и для всего мирового хоккея: ведь выбирая, по какому пути идти, в других странах обычно следуют примеру победителей. А это значит, что число приверженцев технического, комбинационного хоккея возрастет, в том числе и в Северной Америке.

Представляю, как нелегко было в тот вечер Боумэну идти на пресс-конференцию. (Между прочим, английские спортивные журналисты вручили специальный приз «За отвагу» тренеру футболистов «Манчестер юнайтед» Д. Секстону, который не отменил встречи с болельщиками после разгрома, кстати тоже 0:6, его клуба в очередном матче.) Боумэн стоял на возвышении, вытянувшись словно по команде «смирно!».

– У нас нет оправданий, – говорил он. – Никаких. Мы готовили свою команду, делая все, что было в наших силах, но соперники играли просто великолепно. Я не имею ни малейшего представления о том, как в России организуют подготовку своих молодых игроков, но совершенно очевидно, что нам в НХЛ придется очень внимательно и тщательно проанализировать все, что там для этого делают. Они проводят программу, которая позволяет им поднимать их хоккей на все более высокий уровень.

А теперь о том, что писала зарубежная пресса в те дни о «Кубке вызова».

«Все было на стороне «звезд» НХЛ, – подвел итог воскресного матча корреспондент Канадиен Пресс, – за исключением мастерства. Советская сборная продемонстрировала блестящий хоккей».

Принимавший участие в комментировании этого матча для Канады по телевидению Бобби Орр по-своему воздал должное победителям: «Лучшие хоккеисты НХЛ теперь должны еще больше стараться, чтобы в ближайшем будущем взять реванш у чемпионов мира».

«Что теперь будет с НХЛ? – вопрошала нью-йоркская «Ньюсдей». – После всего, что произошло, может ли матч между «Чикаго блэк хоукс» и «Торонто мэйпл лифс» вызвать какой-то интерес у публики? И если будет проведен второй розыгрыш «Челлендж кап», кого вызовет НХЛ на соревнование? Финнов? А, может быть, американцев?»

«Бостон глоб» отмечала, что «если бы проиграли русские, они, возможно, тоже искали бы оправдания: неопытный вратарь, любительская команда, состоящая из студентов и офицеров, которая вынуждена противостоять всемирно известным «звездам» – профессионалам, а также тот факт, что пришлось играть в чужой стране, в другом обществе, на маленьком катке. Однако все это звучит или звучало бы несерьезно, – подчеркивает «Бостон глоб». – Все это должно быть оставлено в стороне, ибо чемпионы мира и профессионалы НХЛ играют в хоккей самого высокого класса. Это были матчи гигантов, а остальное не имеет никакого значения. Эффект проигрыша сборной «звезд» настолько велик, что руководство лиги даже не знает, что предпринять, чтобы хоть как-то восстановить свой престиж».

«Сейчас совершенно очевидно – русские являются первыми в хоккее. И их цель – стать еще лучше, – писал в «Вашингтон пост» Р. Фачет. – Разгромив 6:0 сборную «звезд» НХЛ, советские хоккеисты доказали всем, что они лучше подготовлены и лучше организованы».

Бостонская «Крисчен сайенс монитор» отмечала: «Какие бы ни были причины победы сборной СССР, лучшая подготовка, больше талантливых игроков, лучшая сыгранность, лучшая физическая подготовка и лучший настрой – главный итог того, что советские хоккеисты уничтожили миф о превосходстве канадского хоккея».

«Что доказывает проигрыш «звезд»? – задает вопрос «Нью-Йорк пост». – Прежде всего то, что коллективная игра одной команды приносит ей победу над другой вне зависимости от того, каким индивидуальным мастерством и талантом обладают игроки последней. «Звезда» НХЛ не знает, откуда и куда будет направлен пас, а советский хоккеист знает и готов к нему».

В корреспонденции из Канады в той же газете отмечается, что никакие мировые проблемы сейчас не интересуют канадцев: ни события в Иране, ни падение курса доллара, ни страшные и небывалые в истории морозы. Только лишь разгром русскими сборной «звезд». «Не правда ли, это просто ужасно?» – то и дело слышишь на улице, в магазинах, банках, кафе, ресторанах. Канадцам, правда, надо отдать должное: несмотря на всю горечь поражения, они честно признают, что советская команда сильней без каких-либо оговорок.

«Хоккейные дороги Северной Америки и Европы скрестились, – отмечает «Глоб энд мэйл», – и руководство НХЛ должно быстро решать, идти ему по пути развития настоящего и красивого хоккея или оставаться со своим искусственным, грубым, непривлекательным и отныне неавторитетным хоккеем».

Аншлаг, не нуждающийся в комментариях, в «Монреаль стар» гласит: «Сборная НХЛ – капут!» А монреальская «Газетт» озаглавила свой репортаж, на мой взгляд, еще лучше: «Поздравляем, товарищи!»

«Оттава джорнэл» констатирует: «Год от года советские хоккеисты играют все лучше и лучше. Они побеждали наших юниоров, наши любительские команды, команды ВХА и, наконец, разгромили сборную НХЛ». Газета приводит слова государственного министра по делам физкультуры и спорта И. Кампаньоло: «Очевидно, будет проведено расследование причин поражения команды НХЛ, и после этого следует провести ряд коренных изменений в системе канадского хоккея», а также высказывание Д. Фишера, бывшего председателя организации «Хоккей-Канада»: «Мы сами себя слишком долго обманывали в отношении качества нашего хоккея. Жаль, что поражение, которое мы потерпели, не произошло несколько лет назад. В этом случае мы бы уже имели план, как нам вновь стать первоклассной хоккейной державой».

В Европе тоже немало писали о матчах в Нью-Йорке. «У канадских хоккейных экспертов появился повод, – отмечала «Свенска дагбладет», – чтобы призадуматься после того, как их флагман с треском сел на мель», «И на этот раз спортсмены СССР показали, как хорошо они играют. Мне кажется, что по эту сторону Атлантики недооценивают советский и вообще европейский хоккей», – сказал корреспонденту Шведского телеграфного бюро А, Хедберг. А один из лучших защитников профессионального хоккея Б. Сальминг признал: «Это была самая лучшая команда из тех, против которых мне когда-либо приходилось играть».

Под заголовками «Конец еще одной легенды», «Корабль «непобедимых» идет ко дну», «Холодный душ заокеанскому хоккею» чехословацкие газеты поместили подробные отчеты о победе советских хоккеистов в последней встрече с профессионалами. «Питомцы В. Тихонова, – указывала «Руде право», – сумели невероятно быстро приспособиться к площадке меньших размеров, они опережали соперника в скорости, в коллективном взаимодействии, превосходили его в физической подготовке. После убедительной победы советских хоккеистов профессионалам ничего не остается, как приспособить сроки своих лиговых игр к международному календарю и посылать на чемпионаты мира свою сборную в лучшем составе».

Дома команде был устроен восторженный прием! А сколько телеграмм пришло в адрес триумфаторов «Кубка вызова»!

«Ура! Молодцы! Поздравляем, целуем, обнимаем! Гордимся. Рады. Так держать! От души поздравляем большой победой! Вратарь Мышкин – какой парень! Спасибо за красивую игру!» – радостно приветствовали хоккеистов изо всех уголков Советского Союза счастливые болельщики.


Боевые хоккейные годы | Вызов принят | * * *