home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



17

КАЙРИК

Поднявшись по лестнице, Кайрик остановился у самого выхода на крышу и укрылся в тени. Сверху доносились приглушенные голоса. Несмотря на плохую слышимость, вор точно знал, что двое из них – Миднайт и Келемвар, поскольку видел, как они вбежали в башню вслед за Миркулом.

Кайрик осторожно поднялся еще на одну ступеньку и выглянул на крышу. Эльминстер подобрал с пола один из Камней Судьбы и сунул его в седельные сумки. Затем вор увидел – он не поверил своим глазам. Рядом с Миднайт стоял Адон…

«Мне казалось, ты убил его», – сказал меч, отпечатав свои слова в сознании вора.

– Мне тоже, – шепотом ответил Кайрик.

Вор нахмурился и помотал головой. Он собственными глазами видел, как стрела прошла между ребер Адона, как тот упал в пещеру. То, что жрец выжил, казалось невероятным.

«Твои старые друзья обладают каким-то жутким умением выживать», – заметил красный клинок.

– Да, – подтвердил Кайрик. – И это начинает раздражать.


Появление Адона удивило Миднайт еще больше, чем Кайрика.

– Ты жив! – воскликнула чародейка, заключив священнослужителя в объятия. Но она была еще слишком слаба, чтобы стоять на ногах, и колени ее подкосились.

Бросив булаву, Адон поймал чародейку и бережно усадил ее на каменные плиты.

– Ты в порядке? – спросил он.

Миднайт кивнула:

– Да, просто устала.

Келемвар присоединился к друзьям и положил голову Миднайт себе на колени.

– Волшебство совсем утомило ее, – сказал он.

– Со мной все будет нормально, – возразила Миднайт. – Я просто отдохну чуть-чуть, и все. Давай, Адон, рассказывай, что с тобой произошло.

– Ну, я почти ничего не помню. Когда стрела Кайрика сразила меня, я упал в подземную реку, и меня понесло течением. Потом я очнулся и увидел гнома по имени Шальто Хаслет – он сказал, что я попал в его колодец. Этот гном и выходил меня.

– Но как ты добрался до Глубоководья? – поинтересовался Келемвар, припомнив перипетии своего путешествия. – Ведь ты не мог поправиться настолько быстро, чтобы идти пешком.

– Шальто отправил с сообщением какого-то ворона. Тот доставил послание в Глубоководье, и кто-то по имени Черный Посох послал за мной грифона.

– Черный Посох?! – в один голос воскликнули Миднайт и Келемвар.

– Интересно, сколько времени Эльминстер уже знает о том, что ты жив… – сказала Миднайт, поглядывая на древнего старца.

– И почему он не рассказал нам об этом? – добавил Келемвар.

– Спросите его, – пожал плечами священнослужитель. – Я же могу сказать только то, что прилетел сразу сюда и безумно рад этому.

Держа в руках седельные сумки, Эльминстер подошел к друзьям. Миднайт и Келемвар повернулись к волшебнику и засыпали его вопросами. Однако ни одного звука не вылетело из уст мага. Чары заклинания тишины все еще не отпускали мудреца, подавляя при этом и голоса двух влюбленных. Но по их разгневанным лицам и жестам Эльминстер догадался, в чем дело.

Вместе с Черным Посохом они решили пока не говорить воину и чародейке о спасении их товарища. Волшебники просто не хотели отвлекать героев от важного дела. В сообщении Шальто говорилось лишь то, что Адон жив, но самостоятельно добраться до Глубоководья не может. Не зная ничего о состоянии священнослужителя, волшебники не хотели пробуждать в Миднайт и Келемваре напрасные надежды.

Эльминстер попробовал объясниться с помощью жестов, но этим лишь привел воина и чародейку в еще большую ярость. В конце концов, маг просто пожал плечами и отвел взгляд в сторону.

И тут волшебник увидел, что его работа еще не закончена. Служители Миркула, похоже, не заметили гибели своего господина и продолжали наступление. Эльминстер передал седельные сумки Адону, затем повернулся к Миднайт и жестами попросил ее выполнить заклинание рассеивания магии.

Миднайт быстро поняла, что нужно Эльминстеру. Но, несмотря на желание услышать, почему же старик не рассказал о спасении Адона, она не решилась вновь обратиться к магии. Чародейка устала и не хотела рисковать ввиду возможной неудачи. Кроме того, Миднайт была слишком слаба и боялась, что заклинание исчерпает остаток ее сил. Она отрицательно покачала головой.

Эльминстер указал на юг.

Миднайт и ее друзья обернулись. Линия обороны приблизилась. Пламя сражения докатилось уже до дворца Пиргерона. В небе между башней Черного Посоха и дворцом бушевали десятки отдельных сражений. Эти схватки, казалось, медленно приближались к башне. Темные пятнышки кружили в воздухе, огибая друг друга, поднимались над противниками и тут же бросались вниз, пикируя на врага. Миднайт отличала гвардейцев Глубоководья от служителей Миркула только по размерам грифонов. Время от времени одно из пятнышек падало вниз и исчезало в водовороте улиц. На земле сражение развернулось севернее. Миднайт отчетливо видела отряды облаченных в черные доспехи гвардейцев и одетых в зеленые кольчуги стражников, выстраивавшихся в защитную линию вдоль улицы Сельдата, тянущейся с запада на восток. С противоположной стороны, по ведущим с юга на север улицам, ползли тысячи уродливых прислужников, похожих на те, что Миднайт видела на равнине Фуги и в Гадесе. Изувеченные, окровавленные защитники города, остатки нескольких десятков отрядов, разгромленных дикой ордой, поспешно отступали к новой линии обороны.

В рядах обороняющихся находились и маги. Они пытались остановить врага, насылая на полчища служителей снежную бурю или паля по ним огненными ядрами. Но заклинания довольно часто не срабатывали, покрывая улицы снегом либо осыпая самих же защитников города искрами и обжигая пламенем. Но даже когда магия не подводила, старания чародеев редко достигали цели. Волшебные стрелы отскакивали от служителей, не причиняя им никакого вреда, а летающие молнии просто рассеивались в толпе наступающих врагов.

Миднайт стало ясно, что если положение не изменится, то Глубоководье окажется во власти служителей Миркула. И тогда чародейка жестом велела Эльминстеру встать так, чтобы она могла говорить, после чего произнесла заклинание, которое рассеяло чары, наложенные на старика. В тот же миг чародейка почувствовала в теле страшную слабость. В глазах потемнело, и Миднайт, мелко дрожа, рухнула в объятия Келемвара и потеряла сознание.

Келемвар прижал чародейку к груди.

– Очнись, – прошептал он. – Пожалуйста, очнись.

Адон опустился на колени и приложил пальцы к ее горлу.

– Сердце еще бьется, – тихо сообщил он.

Келемвар опустил Миднайт на руки Адона, поднялся и зашагал к Эльминстеру.

– Что ты заставил ее сделать? – резко спросил он.

– Успокойся, – ответил Эльминстер, с облегчением обнаружив, что чары Миркула больше не властны над ним. – Миднайт придет в себя. Она просто устала.

Волшебник подошел к парапету башни и окинул взором место сражения. Служители Миркула оттеснили остатки двадцати разгромленных отрядов на линию обороны, протянувшуюся вдоль улицы Сельдата. Защитники Глубоководья образовали в своих рядах коридоры, давая возможность разбитым войскам пройти за линию обороны.

– У нее были на то важные причины, – добавил Эльминстер, указывая на орды служителей. – Они идут за Камнями Судьбы.

– Почему? – удивился воин. – Миркула ведь больше нет!

– Видимо, они не знают об этом, – ответил Эльминстер, – или им все равно. Но в любом случае я должен остановить их.

– Как может один человек остановить целое полчище этих тварей? – усомнился Келемвар.

– Ты был солдатом. Как лучше всего деморализовать армию?

Келемвар пожал плечами.

– Заставить ее голодать, – ответил воин, – или отрезать от дома. Но кто…

– Точно! – воскликнул Эльминстер. – Отрезать от дома.

Он помолчал, затем снова заговорил, обращаясь уже к Келемвару и Адону:

– Когда орды Миркула начнут отступать, берите таблички и отправляйтесь к Небесной Лестнице. Но до тех пор не трогайтесь с места, иначе служители бросятся за вами в погоню. Понятно?

Адон кивнул.

– Но где находится Небесная Лестница? – поинтересовался он.

Эльминстер нахмурился, словно ответ был очевиден.

– Вон там, наверху, – указал он на вершину горы.

– Еще два вопроса, прежде чем ты уйдешь, – остановил его Келемвар.

– Только быстрее.

– Во-первых, куда ты собираешься идти?

– Точно не знаю, – покачал головой Эльминстер. – Думаю, пойду к Заводи Потерь и закрою проход. Поскольку служители не могут существовать на нашем Уровне, это должно отвлечь их от боя.

– Но чтобы добраться до колодца, тебе потребуется несколько часов, – возразил Келемвар. – Даже если ты сможешь вернуться в таверну «Распахнутые Двери», пройдя через поле битвы…

Снисходительная улыбка появилась на губах Эльминстера.

– Мальчик мой, неужели ты забыл, кто я? Каков твой второй вопрос?

Келемвар нахмурился, не вполне удовлетворенный ответом Эльминстера. Однако, зная, что мудрец не станет утруждать себя дальнейшими разъяснениями, воин задал второй вопрос:

– Почему ты не сказал нам, что Адон жив?

Тут Эльминстер смутился по-настоящему.

– Да… Ну, мы с Черным Посохом обсуждали это. Сейчас нет времени объяснять. Может, расскажу, когда вернусь…

С этими словами мудрец направился к лестнице, приступая к выполнению своего плана. Сначала волшебник должен был перенестись на другой Уровень, где можно было не беспокоиться о непредсказуемости магии. Затем Эльминстер намеревался пробраться к обратной стороне Заводи Потерь и закрыть колодец изнутри. Дельце обещало быть не из легких, но волшебник считал, что оно ему по силам.

В тот миг, когда старец ступил на лестницу, Кайрик скользнул в комнату на верхнем этаже башни. Вор видел и слышал все, что происходило на крыше.

«Пожалуй, не стоит тебе пока трогать таблички, – посоветовал меч. – Даже я не смогу защитить тебя от целой армии служителей».

Кайрик ничего не ответил. Вместо этого он выждал, пока Эльминстер спустится, и вернулся на прежнее место, где стал караулить удобный случай для нападения.

Спустя несколько минут после ухода волшебника Миднайт пришла в сознание. Она сразу заметила отсутствие Эльминстера и испугалась, что рассеяла мудреца вместе с Миркулом.

– Эльминстер, – тихо спросила она. – Где Эльминстер?

– Он направился к Заводи Потерь, – ответил Келемвар. – Он пошел туда, чтобы закрыть проход.

– Как только служители начнут отступать, мы отнесем таблички на вершину горы, – добавил Адон.

– Почему ты думаешь, что служители начнут отступать? – усомнился Келемвар, повернувшись к жрецу. – Разве может Эльминстер в одиночку справиться с целой армией?

– Надо просто ждать и верить, – произнесла Миднайт. – Мне все равно нужно отдохнуть.

И все трое принялись наблюдать за ходом битвы. Всадники на грифонах, численно превосходящие служителей, казалось, не уступали своих позиций. Расстояние между сражающимися в небе точками и башней Черного Посоха не сокращалось. На земле, однако, положение было иным. Служители достигли улицы Сельдата и прорывались сквозь линию обороны с силой приливной волны.

Вторая шеренга защитников города отбила атаку служителей Миркула, пока подземные твари были заняты разрушением первой линии. Каждый солдат наносил два-три удара и быстро отступал, формируя новую линию. Одновременно за ней выстраивалась третья шеренга копьеносцев, готовых применить ту же тактику.

Такой порядок ведения боя позволил изрядно потрепать армию служителей, которые оставили на улице пару сотен разбухших мертвых тел. Но куда тяжелее пришлось защитникам Глубоководья, потерявшим вдвое больше людей. Однако только такая стратегия оправдывала себя, поэтому защитники проводили этот маневр снова и снова, отступая все дальше на север и приближаясь к башне Черного Посоха.

Наконец бой достиг улицы Кельтарна, бегущей на запад от Серебряной улицы. Пересекая улицу Шелков, она заканчивалась почти в пятистах шагах от башни Черного Посоха, выходя на улицу Мечей. Служители продвигались по всем трем ведущим на север артериям города: улицам Серебряной, Шелков и Мечей.

В соответствии с установившимся порядком отряд Мантикоры, защищавший Серебряную улицу, отступил, освободив проход на улицу Кельтарна. Служители тут же воспользовались этим, ударив во фланг Третьего гвардейского полка, оборонявшего улицу Шелков.

В считанные секунды полк был уничтожен. Служители, слившись в единую толпу, двинулись по улице Кельтарна в направлении отряда Химеры – последних защитников улицы Мечей.

– Вот и они, – сказал Келемвар. – Нам лучше убираться отсюда, пока они не прорвались.

– Но Эльминстер… – возразил было Адон, взмахнув булавой, словно указательным пальцем.

– Не выйдет, – вмешалась Миднайт. – И я сомневаюсь, что у меня найдутся силы хотя бы еще на одно заклинание.

Келемвар протянул руку, чтобы помочь чародейке подняться, а Адон бросил последний взгляд на сражение.

– Подожди, возможно, они продержатся, – попросил он.

Все трое повернулись как раз в тот момент, когда толпа служителей достигла улицы Мечей. Атакуя тылы противника, отряд Мантикоры выступил следом за служителями, свернувшими на улицу Кельтарна. В то же время Пятый гвардейский полк, который до сих пор находился в резерве, уже спешил на помощь отряду Химеры.

Однако Келемвар сомневался, что защитникам города удастся остановить служителей Миркула.

– Другой возможности нам не представится, – сказал он.

Кайрик решил действовать, пока его бывшие друзья еще находятся в стенах башни Черного Посоха. Вор обнажил короткий меч и как можно тише заскользил по крыше, подкрадываясь к Келемвару.

Миднайт первой заметила Кайрика.

– Кел! – закричала она.

– Что? – отозвался воин.

Воспользовавшись замешательством Келемвара, Кайрик рванулся вперед. Первым делом он намеревался побыстрее прикончить воина. С остальными Кайрик разобрался бы потом. Пока Келемвар был жив, вору грозила опасность.

– Кайрик! – громко крикнула Миднайт.

Келемвар повернулся лицом к противнику. Блеснув в воздухе, клинок Кайрика прошел мимо цели, едва не задев грудь воина. Однако, поняв, что преимущество на его стороне, вор быстро шагнул вперед и подставил воину подножку, когда тот попытался отступить.

Келемвар упал. Адон, с седельными сумками на плече и булавой в руке, бросился на Кайрика справа. Слева начала заходить Миднайт.

Вор замахнулся мечом, собираясь навсегда покончить с Келемваром.

– Стой! – воскликнул Адон, приблизившись к Кайрику и замахнувшись булавой.

Миднайт тоже шагнула вперед, однако вряд ли она представляла угрозу. Руки чародейки дрожали от страха за жизнь ее возлюбленного, к тому же женщина-маг была так измотана, что едва ли могла использовать волшебство.

– Не глупите, – предупредил Кайрик. – Бросайте оружие, или я перережу ему глотку.

– Ты сделаешь это в любом случае, – ответил Адон. – Но и ты тоже умрешь.

Священнослужитель снова замахнулся булавой, но Миднайт покачала головой.

– Чего ты хочешь? – спросила она.

– Того же, что и всегда, – хмыкнул Кайрик. – Отдайте мне Камни Судьбы.

– Хочешь стать богом? – усмехнулась Миднайт. – Эо никогда не сделает божеством вора и убийцу.

Кайрик разразился смехом.

– Почему нет? – возразил он. – Ведь это он создал Бэйна, Ваала и Миркула!

Миднайт нахмурилась. Раньше ей не случалось задумываться о том, что Эо мог быть жестоким правителем или же тем, кого не волнуют понятия добра и зла. Тем не менее сейчас было не время думать об этом. Она сделала шаг назад, вызвав заклинание волшебной стрелы.

– Он умрет! – закричал Кайрик, угадав замысел чародейки по ее сосредоточенному взгляду. – Таблички, сейчас же!

Миднайт посмотрела на Адона.

– Пускай забирает, – кивнула она, положив руки на пояс.

– Нет! – вскричал Келемвар. – Он все равно убьет меня.

Воин приподнялся, и Миднайт поняла, что Кайрик действительно так или иначе убьет Келемвара. Единственную надежду на спасение возлюбленного чародейка видела в своей магии. Миднайт быстро произнесла заклинание, указав пальцем на Кайрика.

Двадцать золотых стрел-молний сверкнули в воздухе и, промчавшись мимо цели, перелетели через край крыши. Через миг земля внизу загрохотала, затем два десятка домов взлетели на воздух, оставляя за собой длинные хвосты золотого пламени.

У Миднайт подкосились ноги; голова закружилась. Чародейку повело назад, но, сделав два шага, она приложила все силы, чтобы удержаться на месте и не упасть. Магия снова подвела ее.

– Какая неудача! – съязвил Кайрик и опять перевел взгляд на Келемвара, поднимающегося с колен.

Взмахнув булавой, Адон шагнул вперед. Гнев Кайрика сменился страхом. Келемвар заставил-таки вора потерять бдительность. Кайрик резко ударил пяткой в ребра Адона, выбрав в качестве цели кровавое пятно на рубахе жреца.

Адон взвыл от боли, выронил булаву и таблички, скорчился и повалился на пол. При каждом вздохе священнослужитель ощущал жгучую боль в легких, словно стрела снова пронзила его бок.

Келемвар попытался опрокинуть Кайрика, пока тот не успел обрести равновесие. Однако вор ожидал нападения и с легкостью отбил удар воина. Келемвар пролетел мимо, а Кайрик развернулся и бросился следом.

Не удержавшись, вор улыбнулся. В его положении, к тому же имея дело с беспомощными Миднайт и Адоном, Кайрик мог просто легко ранить воина, оставив ему жизнь. Но вместо этого Кайрик вонзил меч прямо ему в спину. Навалившись на клинок всем телом, он вогнал его как можно глубже.

Когда меч пронзил воина, Миднайт увидела, что кровь не хлынула потоком, но стальной клинок пьет жизнь ее возлюбленного. Яростный и безумный гнев охватил чародейку. С воплем ненависти и отвращения Миднайт выхватила кинжал и нашла в себе силы броситься в бой.

Воин чувствовал, как жизнь покидает его.

– Ариэль… – прошептал он сквозь боль.

А когда в глазах его потемнело, Келемвар Лайонсбейн успел подумать, достаточно ли добрых дел он сделал с тех пор, как избавился от проклятия, и останется ли героем в людской памяти…

Затем воин умер.

В ту же секунду Адон попытался подняться, но тело не слушалось его. Когда он оперся о плиты крыши, его руки просто затряслись и острая боль пронзила тело.

Кайрик спокойно вытащил меч из спины Келемвара и повернулся навстречу Миднайт. Он отразил яростную атаку чародейки, ударом ноги выбив кинжал из ее руки. Клинок перевернулся в воздухе и исчез за парапетом крыши. Перейдя в наступление, вор опустил меч и сделал выпад.

Но Миднайт двигалась быстрее, чем ожидал Кайрик. Она ушла от удара, а затем ногтями разодрала вору лицо. Чародейка позабыла и о служителях, и о табличках, и о собственной жизни. Сейчас она хотела лишь, чтобы Кайрик заплатил за убийство Келемвара.

Вор громко вскрикнул и сильным ударом ноги отбросил Миднайт назад. Отлетев на шесть футов, чародейка упала. Лицо Кайрика запылало, и вор почувствовал, как кровь заструилась по его щеке.

– Ты сделала мне больно! – прорычал он скорее от удивления, чем от гнева.

– Я убью тебя, – пообещала чародейка, поднимаясь. Слова ее прозвучали ровно и спокойно.

– Не думаю, – ответил Кайрик и метнулся к Миднайт.

Он двигался так быстро и плавно, что чародейка не успела заметить, как красный клинок очутился в ее животе.

Миднайт почувствовала острую боль, словно Кайрик опять ударил ее ногой; легким ее не хватало воздуха. Она опустила глаза и увидела руку Кайрика, сжавшую рукоять меча, торчавшего из прорези в ее платье. Внутренности обожгло, и меч начал высасывать жизнь из ее тела. Совершенно потрясенная, чародейка едва ли могла сопротивляться. Она вцепилась в рукоять меча и попыталась вытащить его.

Кайрик надавил сильнее, удерживая клинок в ране.

– Еще несколько секунд, – сказал вор, – и ты будешь с Келемваром.

Вдруг Миднайт почувствовала, что отделяется от собственного тела.

– Я не умру, – прошептала она.

– Не умрешь? – удивился Кайрик, поворачивая клинок.

– Нет! – закричала Миднайт.

Она отпустила меч, выпрямила три пальца и изо всех сил вонзила их в горло вора. Удар едва не разорвал ему гортань. Задыхаясь и жадно глотая воздух, Кайрик попятился назад, вытащив меч из тела чародейки.

Миднайт уселась на плиты, положив ладони на рану, из которой хлестала кровь.

Кайрик сглотнул и хорошенько прокашлялся, стараясь восстановить дыхание. Наконец вор снова поднял меч и направился к Миднайт.

– За это ты умрешь в муках, – прошипел он.

С трудом сосредоточив внимание на воре, Миднайт подняла руку и направила ее на Кайрика. Чародейка попыталась вызвать какое-нибудь заклинание, чтобы убить его, но жуткая боль затуманила ее разум. Голова наполнилась неразберихой нелепых слов и бессмысленных жестов.

В этот миг с улицы Мечей донесся шум неистового сражения. Не сводя глаз с чародейки, Кайрик подошел к парапету башни, чтобы посмотреть, что случилось внизу. В ста шагах от жилища Черного Посоха отряд Мантикоры и Пятый гвардейский полк схватились с ордой Миркула. Повсюду валялись тела людей и служителей; потоки крови бежали по водосточным канавам. От множества заклинаний, которыми в пылу сражения разбрасывались маги и чародеи, позабыв о непредсказуемом поведении магии, дома, стоящие вдоль улицы, были обуглены и полуразрушены.

На глазах у Кайрика группа служителей прорвалась сквозь линию обороны. Пятеро магов немедленно направили против них заклинания, произведя разноцветные брызги, неожиданный ливень и два крошечных смерча. Одно из заклинаний все-таки дало нужный эффект, и огненный шар поглотил воинов Миркула. К удивлению Кайрика, магия обратила служителей в дымящиеся угольки. Десяток солдат Глубоководья с криками ликования бросились к бреши, проделанной служителями в линии обороны.

Насколько Кайрик мог видеть с высоты башни Черного Посоха, дела служителей обстояли не лучшим образом.

Обстановка на поле боя менялась, хотя Кайрик не понимал почему. На деле же Эльминстер уже добрался до обратной стороны Заводи Потерь и закрыл проход. Лишившись связи с Гадесом, служители потеряли боевой пыл. А кроме того, понизилась сопротивляемость служителей заклинаниям, огню и оружию, прежде поддерживаемая магией, исходившей из царства Миркула.

Кайрик решил, что настало самое время забрать таблички и отправиться на поиски Небесной Лестницы. Вор снова обратил внимание на центр крыши, где находилась Миднайт. Она сидела на плитах, вытянув руку в сторону Кайрика. Лицо чародейки было так искажено болью, что вор не понял, пытается ли Миднайт сотворить новое заклинание или просто мучается от раны.

Кайрик решил было ударить ее еще раз, но заколебался. Затем взглянул на ее рану и лужу крови, в которой она сидела. Вспомнив некоторые невероятные вещи, которые вытворяла магия Миднайт, вор счел более разумным оставить чародейку на произвол судьбы. К тому же, учитывая резкие перемены на поле боя, Кайрик предположил, что не стоит больше тратить время даром.

Вор подбежал к Адону и вырвал из его рук седельные сумки. Священнослужитель попытался встать и остановить вора, но смог подняться лишь на колени.

– Благодарствую! – победоносно произнес Кайрик. Прицелившись еще раз в кровавое пятно на рубашке жреца, вор изо всех сил дважды ударил его ногой. – Я бы тебя убил, да вот времени нет!

Затем Кайрик перекинул седельные сумки через плечо и покинул башню.


16 МИРКУЛ | Глубоководье | 18 ГОЛОС ЭО