home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



11

ЗАМОК КОПЬЯ ДРАКОНОВ

Восхождение было настолько легким, что Адон почти не замечал подъема. На полпути к вершине священнослужитель остановился и перекинул седельные сумки с табличкой на другое плечо. За последнее время не произошло ничего особо знаменательного.

Вместе с Миднайт и Келемваром Адон вот уже пять дней шел по пустынной дороге. Поля, покрытые грязноватым, тающим снегом, сквозь который пробивались упрямые стебли золотистой травы, убегали на запад. В миле к востоку тянулись мрачные отроги Вересковой Пустоши. На многие мили вперед бежала прямая, бесконечная и скучная дорога в Глубоководье. Адон и не подумал бы, что когда-нибудь он предпочтет ровной дороге крутизну горного склона, но сейчас он охотно променял бы милю такого пути на двадцать миль извилистой горной тропинки.

Несмотря на бодрый шаг, пальцы на ногах Адона совершенно окоченели. Дорогу покрывал трехдюймовый слой мокрого снега, и даже хорошо промасленные башмаки, полученные в Отрожье, промокли.

Судя по виду перисто-жемчужного неба, снег обещал пойти снова.

Даже учитывая, что путь героев лежал на север, зима в этом году наступила раньше срока. Вересковая Пустошь уже укуталась в белый саван, а речушки, текущие из самого сердца дикой страны, покрылись тонкой корочкой льда.

Адону казалось, что боги природы нарочно решили сделать его путешествие столь трудным. Но еще более вероятным было то, что преждевременный холод вызван отсутствием богов. Без их участия природа точно взбесилась, беспорядочно изменяясь, когда одна обезумевшая сила брала верх над другой.

Непредсказуемость погоды стала еще одной причиной, по которой священнослужителю и его спутникам следовало поторопиться с выполнением своей миссии. Порядок в смене времен года нарушен, и совсем недолго осталось ждать, когда крестьяне начнут терять урожай, а тогда целые народы окажутся под угрозой вымирания.

В то время как Адон размышлял о важности выполнения миссии, из-за вершины холма донесся пронзительный вой. Священнослужитель немедленно повернулся, взмахом руки велел Келемвару и Миднайт уйти с дороги и принялся искать какое-нибудь местечко, где можно было бы спрятаться. Однако земля была так пустынна, что жрецу в конце концов пришлось просто присесть за небольшим кустом.

На вершине холма появилась группа серых животных. Священнослужитель присмотрелся – двенадцать волков, выстроившись в ровную шеренгу, шли по дороге. За первой шеренгой появилась другая, затем еще одна и еще – вскоре уже целая колонна серых хищников маршировала по дороге.

Адон не знал, что и делать: оставаться на прежнем месте, прячась за маленьким кустиком, или поскорее уносить ноги. Один из волков пролаял какую-то команду. Поравнявшись с укрытием священнослужителя, волки первой шеренги, как один, резко повернули к Адону свои морды. Проходя мимо, остальные шеренги делали то же самое.

Адон оставил убежище и, недоверчиво покачивая головой, вернулся на обочину. Келемвар и Миднайт последовали за ним.

– У них неплохая выправка, – отметил Келемвар, обводя хищников оценивающим взглядом. Воин говорил так небрежно, будто перед ним были солдаты, а не животные.

– Куда это они направляются? – спросила Миднайт из праздного любопытства.

– В Эльтурель или во Врата Бальдура, – ответил Келемвар, повернувшись лицом к югу.

– Откуда ты знаешь? – удивился Адон, взглянув на воина.

– Как, ты не слышал? – спросила Миднайт и подняла брови, удивляясь невежеству друга.

– На юге овцы подняли восстание, – пояснил Келемвар.

Священнослужитель нахмурился:

– Что за…

Но тут Келемвар с Миднайт разразились дружным хохотом. Адон покраснел от злости и отвернулся.

– Нет ничего забавного в том, что нарушен Порядок, – огрызнулся священнослужитель.

Но Миднайт и Келемвар лишь рассмеялись еще сильнее.

Адон постоял минуту, а потом засмеялся сам.

– Овцы восстали… – проговорил он. – Да где вы такое видели?

– А зачем еще понадобилась волчья армия? – усмехнулся Келемвар.

Наконец мимо героев прошла последняя шеренга, оставив за собой истоптанную лапами грязь. Келемвар шагнул на дорогу, и его ноги по самую щиколотку погрузились в холодную жижу.

– Нам срочно нужны лошади, – выругавшись, произнес он.

– Согласен, только где мы их возьмем? – спросил Адон. – Здесь лошадей не найти, а если мы свернем с дороги, то, скорее всего, заблудимся.

За пять дней пути герои встретили лишь маленький отряд из шести воинов. И хотя те весьма любезно подтвердили, что замок Копья Драконов находится впереди, поделиться хотя бы одной лошадью солдаты отказались.

– Королевства успеют два раза погибнуть, пока мы плетемся к замку, – пожаловался Келемвар. На этот раз его шутка была совсем невеселой.

– Отбрось эти мысли, – возразил Адон. – Должно быть, мы уже близко. – Священнослужитель решил не поддаваться внезапно ухудшившемуся настроению воина. – Может, замок вон за тем холмом.

Келемвар со злостью топнул, и брызги грязи полетели на обочину дороги.

– Близко? Да до замка еще больше ста миль!

Адон удержался от грубого ответа. Несмотря на возвращение Миднайт, он по-прежнему считал себя главным. Такое положение не очень нравилось Келемвару, но все же воин предпочитал скорее просто сопровождать Миднайт, чем принимать командование на себя. Что же касается чародейки, то она, похоже, совсем не возражала против того, что роль руководителя взял на себя кто-то другой, хотя именно она по праву могла считаться вождем отряда. Адон никак не мог взять в толк, почему чародейка уклоняется от этой обязанности, хотя и подозревал, что причиной тому, возможно, является Келемвар. Может, Миднайт просто боялась, что воин не будет слушаться ее приказов. В общем, роль командира пришлось играть Адону. На этом поприще священнослужитель чувствовал себя неуверенно, однако твердо решил справиться со своей задачей как можно лучше.

– Я уверен, что замок Копья Драконов уже близко, – сказал Адон, надеясь немножко поднять настроение Келемвара. – Нужно всего-навсего переставлять ноги, делая шаг за шагом.

– Вот сам и переставляй, – огрызнулся Келемвар и обратился к Миднайт: – Ты одним махом перебросила нас на много миль от Кабаньего моста. Почему бы тебе не попытаться сделать это еще раз?

Миднайт замотала головой:

– Я уже думала об этом. Слишком рискованно – тем более что магия так ненадежна. Тогда я воспользовалась заклинанием только потому, что мы все равно погибли бы. Нам просто повезло, что мы не оказались где-нибудь в центре Великой Пустыни.

– Но откуда ты знаешь, что заклинание на этот раз не сработает? – пробурчал Келемвар.

Миднайт ступила на край грязной дороги и зашагала вперед.

– Просто уверена в этом, – ответила она.

Чародейка весьма порадовалась тому, что ее заклинание переноса сработало, и не только потому, что это спасло жизнь ей и ее друзьям. С тех пор как герои покинули Отрожье, магия в первый раз не подвела чародейку. На перевале Желтого Змея вместо стены огня появились какие-то безвредные струйки дыма; у брода на реке Дальней Миднайт, вместо того чтобы просто развязать веревки, случайно оживила их. И даже у Кабаньего моста чародейка вначале получила не молнию-стрелу, а обычный световой шар.

Больше всего она боялась, что неверно понимает перемены, происшедшие в ее взаимоотношениях с магией. Когда Миднайт вызывала заклинание, в ее сознании возникали только слова и жесты, но она никогда не получала никаких указаний относительно соответствующих заклинанию материальных компонентов и их использования. Поначалу это тревожило Миднайт, и она опасалась, что чего-то недопонимает. Но всякий раз, когда чародейка произносила заклинание, оказывалось, что материальные компоненты ей попросту не нужны. Вскоре Миднайт решила, что, вступая в непосредственную связь с магической тканью, она вообще не нуждается в каких бы то ни было посредниках, переносящих волшебную энергию.

Линия горизонта внезапно умчалась вдаль, и Миднайт с облегчением поняла, что добралась до вершины. Чародейка остановилась и огляделась вокруг. Открывающийся с вершины вид позволял заглянуть далеко вперед.

В двадцати ярдах позади чародейки Адон по-прежнему пытался взбодрить Келемвара.

– Согласно тому, что нам известно, мы всего в десяти милях от замка.

– Так оно и есть, – подтвердила Миднайт, изучая развалины, лежащие справа от дороги. – Я бы сказала, даже ближе.

Адон и Келемвар подняли головы и бросились к чародейке. Приютившись на краю Вересковой Пустоши, на трех невысоких холмах стояли разрушающиеся стены и обветшавшие башни заброшенной цитадели. Издали трудно было судить о размерах замка, но, очевидно, он мог посоперничать с крепостью в Отрожье.

– Что это тут у нас творится? – спросил Келемвар, глядя вниз на дорогу и словно не замечая замка.

– Ты что имеешь в виду? – не понял Адон. Вряд ли разрушенный замок мог оказаться чем-то иным, кроме как их местом назначения, ведь других руин подобного размера по дороге в Глубоководье просто не существовало.

– Посмотри туда, – указал Келемвар на дорогу, где в миле от них десять караванных погонщиков только что свернули с тракта и, преследуемые двенадцатью неизвестными, медленно отступали к руинам замка.

– Кто-то напал на караван! – воскликнула Миднайт.

– Однако события развиваются не очень-то быстро, – отметил Адон. – Возможно, нападающие – воскресшие мертвецы.

– Может быть, ты и прав, – кивнул Келемвар, поворачиваясь к священнослужителю. – А караванщики так медлительны потому, что просто устали от долгой погони.

Глаза воина выдали его желание заступиться за торговцев.

Адон выругался про себя. Пока герои будут сражаться с одним или двумя мертвецами, остальные благополучно растерзают караван. Даже при помощи магии Миднайт друзья не смогут справиться с таким числом зомби. Священнослужитель надеялся, что Келемвар вспомнит о миссии, которую им нужно выполнить. Так поступило бы большинство обычных людей, но воин не принадлежал к их числу. Обычный человек не стал бы разыскивать вход в Королевство Смерти да и вообще ни за что не согласился бы на подобное путешествие.

– Мы не можем ввязываться в драку, – глубокомысленно заявил Адон, делая вид, что думает вслух. – Если нас убьют, Королевства погибнут.

Адон знал, что если он запретит вступать в бой, то Миднайт послушается его. Однако подобный приказ обидит Келемвара. Поэтому священнослужитель хотел, чтобы воин сам отказался от своего решения. К тому же Адону совсем не хотелось, чтобы только на его плечи легла вся ответственность за гибель каравана.

Целую минуту Миднайт следила за происходящим, взвешивая слова Адона. Весь остаток своих дней чародейка будет чувствовать за собой вину, если герои бросят торговцев на произвол судьбы. Но Миднайт хорошо понимала также, что, вступив в бой, друзья поставят под угрозу безопасность каменной таблички.

– Мы не можем вмешиваться, – произнесла наконец чародейка, отводя глаза. – Слишком велик риск.

Адон облегченно вздохнул.

– Не знаю, как вы, – прогремел Келемвар, буравя спутников осуждающим взглядом, – а я не могу оставить несчастных в беде. Я поступал так слишком часто…

– Прислушайся к разуму, а не к сердцу, Кел, – неожиданно нежно промолвила Миднайт и взяла воина за руку чуть выше локтя. – Когда против нас сами боги, мы не можем…

– Но они погибнут! – возразил Келемвар, отстраняясь. – Если ты способна допустить их смерть, значит, ты не лучше Кайрика.

Ничто не могло разозлить чародейку сильнее, чем сравнение с предателем.

– Поступай как знаешь, – вспылила она, – но на меня не рассчитывай!

Слова Миднайт огорчили Келемвара, однако не остановили, и воин начал спускаться с холма. Впрочем, не успел он сделать и десяти шагов, как Адон окликнул его:

– Погоди!

Священнослужитель не мог допустить, чтобы компания снова распалась. Неважно, какие опасности ждут их впереди, – у героев будет больше шансов выжить, если они будут держаться вместе.

– Нельзя позволить мертвецам войти в замок, иначе мы будем отрезаны от Королевства Смерти.

– Это правда, – нехотя пробормотала Миднайт, не зная, то ли ей разозлиться на Келемвара, который вынудил Адона изменить решение, то ли радоваться найденному священнослужителем поводу вступиться за караван.

– Если мы поспешим, то доберемся до замка раньше мертвецов, – вздохнул Адон. – Может, эти развалины еще пригодны для обороны.

– Если так, – кивнул Келемвар, – то мы пропустим караванщиков внутрь, а воскресших мертвецов попытаемся удержать снаружи. Для торговцев это единственный шанс…

– Да и для нас тоже, – согласилась Миднайт. У нее были дурные предчувствия, но по крайней мере Келемвар согласился, что нужно действовать крайне осторожно. – Нам стоит поторопиться, – сказала чародейка, и трое героев быстро зашагали к замку.

Спустя десять минут на вершине холма появился одинокий всадник. После того как герои расстались со своим бывшим другом, Кайрик уполз с дороги и, поддерживаемый энергией меча, погрузился в самый глубокий и крепкий сон, какой только можно себе представить. И хотя сон этот, наполненный зловонными ароматами смерти и зловещими криками из преисподней, совсем не был мирным, Кайрик восстановил необходимые для путешествия силы.

Спустя два дня Кайрик повстречал шестерых всадников, тех самых, что попались героям на дороге. Вор рассказал им искусно придуманную историю о том, как трое мерзавцев ограбили его и бросили умирать. Всадники сочувственно сообщили ему, что встретили этих подлецов по пути, однако, как Кайрик ни просил, отдать ему одну из лошадей отказались. Вместо этого они предложили вору доехать вместе с ними до ближайшей конюшни. Той же ночью Кайрик убил шестерых воинов, безжалостно заколов их, пока они спали. Затем, взяв лошадь, лук и колчан со стрелами, вор повернул обратно на север и помчался по следу героев и Камня Судьбы.

Достигнув вершины холма, Кайрик понял, что догнал бывших друзей очень вовремя. Справа от дороги возвышался замок Копья Драконов, и компания Миднайт как раз вступала в его внешние пределы. Затем вор увидел двигающихся в сторону замка караванщиков и их неуклюжих преследователей. Поняв, что вот-вот развяжется бой, Кайрик натянул тетиву краденого лука и пришпорил скакуна. Вор хотел воспользоваться удачной возможностью и выпустить пару стрел в спины старых друзей.

На подступах к замку Миднайт почти отказалась от всяких надежд на то, что разрушившаяся крепость способна сдержать вражеский напор. Внешняя стена была вся в дырах и проломах – она не могла бы стать препятствием даже для крошечной армии. К счастью, цитадель находилась в лучшем состоянии. Все ее четыре башни до сих пор стояли, а стены оставались более или менее неповрежденными. Внутренние ворота криво висели на петлях, однако было похоже, что их удастся кое-как закрыть.

– Мы сможем удержать цитадель, – доложил Келемвар после беглого осмотра. – Миднайт, отправляйся в юго-западную башню и дай нам знать, когда караван достигнет внешней стены. – Воин зашел за ворота и осмотрел петли. – Мы с Адоном сумеем закрыть створки.

Миднайт быстро взобралась на стену и направилась к юго-западной башне, которая была самой высокой и наиболее крепкой из всех сохранившихся башен замка. Винтовая лестница бежала вдоль стены, обращенной к внутреннему двору, и проникнуть в башню можно было, пройдя по этим ступеням: башня имела лишь две двери – одну на верху стены и другую во внутреннем дворе. На случай, если стены или дверь будут захвачены неприятелем, оба входа могли быть закрыты изнутри, если створки дверей, конечно, давным-давно не были сняты с петель.

Миднайт добралась до лестницы и поднялась в верхнюю комнату башни. Когда-то это помещение служило кабинетом какой-то важной особе, возможно коменданту. Возле двери стоял тяжелый старинный письменный стол, а на двух стенах висели остатки проеденных молью, выцветших гобеленов. С потолка свешивалась ржавая железная люстра с тремя огарками древних, пожелтевших свечей. Чтобы зажечь люстру, ее нужно было опустить на почерневшей от сажи веревке, проходящей через систему шкивов и блоков и привязанной к торчащему из стены крюку.

В комнате также имелись два небольших окна. Одно из них выходило наружу, и из него Миднайт могла видеть дорогу от внешних ворот к внутренним. Из другого открывался вид на внутренний двор и ворота.

Келемвар и Адон нашли длинную балку и, используя ее в качестве рычага, пытались закрыть ворота. Между стеной и воротами оставался зазор, но это было все же лучше, чем ничего.

Однако, несмотря на принятые меры, Миднайт по-прежнему сердилась на Келемвара за то, что он поставил под угрозу их миссию. Дабы потешить свою добродетель, воин рисковал жизнью друзей, позволяя миру повиснуть над пропастью хаоса. Впрочем, Миднайт этому нисколько не удивлялась. Келемвар всегда был недальновидным и упрямым и не изменился, даже когда освободился от проклятия. Единственное различие заключалось в том, что теперь вместо требования платы за самую ничтожную услугу он настаивал на искоренении всякого зла, с которым ему только доводилось столкнуться.

Тем не менее, Миднайт полагала, что сможет ужиться с упрямым Келемваром, но только после того, как Камни Судьбы вернутся на Уровни. До тех пор чародейка не могла допустить, чтобы ее чувства мешались с долгом – даже если это будет означать разрыв с любимым.

В данный момент долг Миднайт заключался в том, чтобы прибытие каравана не застало ее друзей врасплох. Но, наблюдая за работой Адона и Келемвара, она совсем позабыла о возложенной на нее задаче. Чародейка повернулась к другому окну.

Через пятнадцать минут первый погонщик каравана приблизился к внешним воротам, ведя за собой четырех нагруженных лошадей, но Миднайт не видела пока ни одного мертвеца, хотя и не ожидала их скорого появления. Зомби двигались медленно и не могли тягаться в скорости с живым человеком – по крайней мере, на короткой дистанции. Трудность состояла в том, что обычно они изматывали свою жертву до изнеможения, а потом нападали.

Миднайт вернулась к заднему окну башни.

– Они у внешних ворот! – крикнула она.

Адон и Келемвар как раз установили ворота на место, и сейчас, услышав Миднайт, они встали по одну сторону от узкого проема между стеной и створкой ворот. Мысленно Келемвар уже слышал благодарности караванщиков.

Однако Адон не думал о торговцах вообще. На плече священнослужителя висели седельные сумки с каменной табличкой. Он жалел, что не отдал ее Миднайт на хранение. Табличка не только мешала бы во время боя, но к тому же ее могли украсть. Но теперь уже ничего сделать было нельзя.

Миднайт повернулась к окну, обращенному к внешней стене. Десять караванщиков остановились у внешних ворот, осторожно заглядывая внутрь, словно они боялись замка Копья Драконов даже больше, чем своих преследователей. Отряд караванщиков имел очень странный вид: все они были одеты в полосатые плащи с капюшонами, скрывающими их лица.

Неторопливость караванщиков несколько удивила Миднайт. Мертвецы были не так далеко, чтобы можно было зря терять время.

– Эй, там, в караване! – не выдержала Миднайт. – Быстрее в цитадель!

По-прежнему не спеша, торговцы двинулись вперед. Караван был на полпути к внутренним воротам, когда первый мертвец пролез сквозь пролом во внешней стене. На зомби был такой же полосатый плащ, как и у караванщиков, однако сброшенный капюшон позволял увидеть косичку черных волос, лишенные жизненной искры глаза и серую, морщинистую кожу.

Миднайт предположила, что какое-то ужасное создание напало на караван и умертвило большую часть людей, тогда как остальные бежали. Еще четверо мертвецов проникли за внешнюю стену и устремились за караванщиками. Торговцы даже не оглядывались. Все внимание они сосредоточили на своих лошадях, ведя их к внутренним воротам.

Адон и Келемвар с трудом чуть приоткрыли ворота, чтобы впустить лошадей и их хозяев. Зомби двигались довольно медленно, и Келемвар не сомневался, что у них с Адоном будет много времени, чтобы закрепить ворота, после того как караванщики окажутся внутри.

С башни Миднайт видела, как сквозь пролом во внешней стене пробрался последний мертвец. Чародейка еще раз подметила, что погоня выглядит какой-то не настоящей. Все ее участники вели себя неестественно спокойно и шли слишком неторопливо. Не нравилось Миднайт и то, как погонщики каравана ответили на ее предложение о помощи – они не произнесли ни слова благодарности, не выказали ни малейшего знака признательности.

Когда первый караванщик приблизился к воротам, тяжелый запах гнили и мертвечины наполнил нос Келемвара. Сначала зловоние озадачило воина – ведь зомби были еще довольно далеко. Но затем, сообразив, что караван двигается слишком уж медленно, Келемвар начал подозревать, что погонщики – вовсе не те, кем кажутся.

– Закрывай ворота! – заорал он Адону, хватая жердь, с помощью которой они приподнимали створку.

– Что? – удивился священнослужитель.

Как и Келемвар, он тоже почувствовал какой-то неприятный запах, однако Адон решил, что вонь исходит от лошадей или содержимого тюков.

Зеленоглазый воин выругался и ткнул одним концом жерди в сторону священнослужителя:

– Это зомби! Все до одного! Закрываем ворота.

Глаза Адона зажглись пониманием, и он, взявшись за жердь, повернулся, чтобы подсунуть ее под тяжелые ворота.

Но священнослужитель опоздал. Первый мертвец уже протиснулся в щель. Под капюшоном караванщика Адон увидел распухшую рожу с безжизненными глазами. Тонкие губы искривились в зловещей усмешке, обнажив ряд сломанных желтых зубов.

Зомби поднял руку и, скрючив пальцы, потянулся к священнослужителю.

Адон увернулся, выпустил из рук жердь и схватил булаву. На мгновение священнослужителю захотелось снова оказаться в милости у Сьюн и с ее помощью отразить нападение. Но мечты быстро испарились, когда еще двое караванщиков протиснулись за ворота.

Келемвар схватил меч и ударил по шее первого зомби. Голова существа тотчас слетела с плеч, но тело осталось стоять, вслепую размахивая кулаками. Двое других мертвецов набросились на Адона. Один из них яростно ткнул его в ребра; другой отразил его булаву с такой силой, что у священника аж руки затряслись.

– Беги! – крикнул Келемвар.

Он отсек руку одному из воскресших и отступил назад.

Адон послушался воина, но споткнулся о жердь и едва не упал. Взмахнув булавой, он попал в ближайшего к нему зомби. Кость затрещала, и висок мертвеца вдавился внутрь головы, но тварь даже не заметила этого. Еще двое караванщиков шагнули вперед, приближаясь к священнослужителю с двух сторон.

Услышав глухие удары, Миднайт подбежала к окну, выходящему во внутренний двор. Там Келемвар наносил удары по трем мертвецам, окружившим Адона. Еще двое протискивались в щель в воротах, а остальные спешили к месту схватки.

Взмахом клинка Келемвар сорвал капюшон с головы одного из зомби. Взор мертвеца был тупым и равнодушным, а серая кожа напоминала тесто. Воин ударил снова – мертвец лишился руки, однако не отступил, а, наоборот, перешел в контратаку.

Опасения Миднайт подтвердились: Адон и Келемвар превратятся в зомби, а каменная табличка будет потеряна, если чародейка не сумеет вытащить своих друзей из пекла сражения. Вспомнив о тяжелой люстре, Миднайт подбежала к стене и развязала узел веревки. Люстра с грохотом рухнула на пол. Чародейка вынула кинжал, отрезала веревку и быстро смотала ее.

Тем временем Адон решил уже, что доживает свои последние минуты. Трое мертвецов, окруживших священнослужителя, казалось, были равнодушны к ударам его булавы или, по крайней мере, не придавали значения тем ранам, которые могло нанести им оружие. Каждую секунду все новые и новые зомби появлялись во внутреннем дворе замка. Ударом булавы священнослужитель раздробил ребра одному из противников, но тут же сам, пригнувшись, отступил, уходя от протянувшейся к нему грязной четырехпалой лапы мертвеца.

Слева от Адона меч Келемвара поразил цель, обезглавив одного из зомби и ненадолго разорвав кольцо окружения. Священнослужитель не упустил возможности и перекинул седельные сумки своему другу.

Сумки ударились о плечо Келемвара и обмотались вокруг его левой руки. Гоняющиеся за каменной табличкой зомби бросились к воину. Адон и Келемвар не знали о том, что Ваал успел сообщить Миркулу о местонахождении Камня Судьбы. Поэтому Властелин Праха наказал мертвецам завладеть всеми седельными сумками, какие только окажутся при героях.

Хотя Адон и не догадывался, кто снабдил зомби подобными сведениями, священнослужитель мигом сообразил, что мертвецы охотятся за табличкой и знают, где ее нужно искать.

– Беги! – закричал Адон воину, шагнув вперед и раздавив валяющуюся под ногами отрубленную голову мертвеца. – Уходи отсюда!

Но Келемвар решил, что его товарищ просто захотел проявить благородство.

– Ни за что! – ответил воин, обрушиваясь на приблизившегося к нему мертвеца.

Зомби устоял, а через пару секунд к нему подоспели еще двое. Они разом кинулись к Келемвару, и воину пришлось отступить.

– Я вовлек вас в эту заварушку, мне и выводить вас из нее! – заорал Келемвар, не замечая, что священнослужителю больше ничто не угрожает.

– Что-то я сомневаюсь! – крикнула Миднайт. Держа в руках веревку, чародейка стояла на верху стены, возвышающейся за спиной Келемвара. Сбросив один конец веревки вниз, Миднайт принялась обвязывать другой вокруг ближайшего зубца стены, предварительно пропустив веревку сквозь окошко бойницы.

Келемвар разрубил колено одному из нападающих, однако зомби продолжал наступать, оставаясь совершенно безразличным к нанесенной ему ране, из-за которой обычный человек сразу лишился бы возможности передвигаться. Двое других противников Келемвара нанесли воину несколько мощных ударов. Затем к сражающимся присоединилась новая пара мертвецов. Келемвар отступил еще на несколько шагов, и через мгновение его спина уперлась в крепостную стену.

Адон понял намерение Миднайт.

– Веревка, Кел! Лезь наверх! Я в безопасности! – закричал он и, не видя возможности помочь Келемвару, устремился к ближайшей лестнице.

Миднайт как раз закончила возиться с узлом и вернулась к краю стены. Конец веревки висел в шести футах от земли, вполне досягаемый для Келемвара. Но поединок с зомби не позволял воину ухватиться за веревку.

Тогда чародейка обхватила веревку руками и сама спустилась вниз. Миднайт понимала, что ей просто не хватит сил, чтобы вытянуть воина из гущи схватки, но все же надеялась, что с ее помощью Келемвар сможет схватить веревку и быстро подняться наверх. В семи футах от земли чародейка остановилась.

– Кел, давай руку! – закричала она.

Воин взглянул наверх и увидел протянутую руку Миднайт, но в тот же миг зомби нанесли ему еще несколько ударов. Яростно взмахнув мечом, Келемвар отвоевал себе немного свободного места. Он немедленно снял с себя седельные сумки и вручил их Миднайт.

– Держи!

Сначала чародейка не хотела их брать. Но когда зомби кинулись на нее, позабыв про Келемвара, Миднайт приняла сумки, перекинула их через плечо и начала подниматься вверх по веревке. Келемвар же остался внизу, продолжая отбиваться от зомби.

Через несколько секунд на стене появился Адон. Он помог чародейке преодолеть последние несколько футов. Оказавшись на стене, Миднайт посмотрела вниз.

– Я в порядке, Кел. Давай лезь сюда! – крикнула она.

Воин тотчас вложил меч в ножны и, не обращая внимания на мертвецов, схватился за веревку. Прилагая все силы, он быстро забрался на стену, и Миднайт перерубила веревку.

– Следуйте за мной! – приказала чародейка и кинулась в высящуюся рядом башню.

Они очутились в другой комнате, как две капли воды походящей на ту, где чародейка раздобыла веревку, только в ней отсутствовали железная люстра и старинный стол.

– Что теперь? – поинтересовался Адон, как только они оказались внутри.

– Нам нужно разработать план действий, – ответила Миднайт, убирая кинжал в ножны. – И лучше, если мы придумаем его раньше, чем зомби поймут, как забраться сюда.

Келемвар подошел к окну и посмотрел на толпящихся вокруг башни мертвецов.

– Я прошу прощения, что втянул вас в это, – сказал он. – Я только подумал… проклятье, наоборот, я вообще не думал, когда предлагал помочь этим торговцам.

– Не вини себя, – ответил Адон, взяв воина за плечо. – Эти зомби все равно напали бы на нас. Кто-то послал их за Камнем.

– Миркул, – вздохнула Миднайт. – Я же говорила, что он заодно с Ваалом. Должно быть, он попытался связаться с богом Убийства и обнаружил, что я исчезла вместе с табличкой.

– Миркул их послал или нет, – проворчал Келемвар, – с меня надо шкуру содрать, а потом изжарить на углях. – Он взял у Адона седельные сумки и вытащил табличку. – Может, они погонятся за мной…

Священнослужитель решительно сунул табличку обратно в сумку.

– Нет, Кел. Мы скорее спасемся, если будем держаться вместе.

Адон оставил сумки с табличкой в руках Келемвара, подумав, что будет лучше, если в предстоящем сражении Камень Судьбы останется под защитой самого искусного воина.

Келемвар нахмурился и перекинул сумки через плечо.

– То, что случилось, даже лучше, – добавил Адон, желая утешить воина – Иначе зомби напали бы на нас тогда, когда бы мы этого не ждали.

– Адон прав, – согласилась Миднайт, коснувшись руки Келемвара. Заставив воина почувствовать себя виноватым, друзья бы ничего не выиграли, и чародейка не хотела, чтобы воин принялся сейчас бичевать сам себя. – Давайте-ка лучше займемся поисками входа в страну мертвых. В конце концов, мы пришли сюда именно за этим.

– С чего начнем? – спросил Келемвар, выглядывая в окно.

Увиденное встревожило воина. Несколько мертвецов поднялись по лестнице и уже забрались на стену. Более того, они направлялись к башне.

Келемвар отступил на шаг от окна.

– Нам лучше убираться отсюда…

Комнату наполнил громкий звон, и герои даже вздрогнули от неожиданности. Схватив Келемвара за руку, Миднайт быстро оттащила его от окна и указала на упавшую на пол стрелу. На каменной стене осталась выщерблина. Воин небрежно поднял стрелу с пола.

– Зомби не стреляют из луков, – сказал он. – Откуда она прилетела?

– Разберемся с этим потом, – объявил Адон, подозревая, что зомби – это лишь часть западни Миркула. – Давайте уходить отсюда!

И священнослужитель начал спускаться по спиральной лестнице.

Пройдя сквозь три комнаты, герои очутились на первом этаже. Здесь они ненадолго задержались, чтобы заглянуть в единственную дверь, ведущую в комнату-тупик.

– Лучше сразу спускаться в подвал, – решил Адон и побежал вниз.

– Подожди! Мы лезем прямо в ловушку! – возразил Келемвар.

– Мы уже в ловушке, – ответила Миднайт, последовав за священнослужителем.

– Кроме того, зомби придется сначала подняться на стену, – добавил Адон. – Тогда, возможно, нам удастся выскользнуть отсюда.

Келемвар кивнул, и Адон повел своих друзей в полумрак сырого подвала. Приглушенное журчание бегущей воды отражалось от стен подвального помещения, хотя никто не мог понять, откуда происходит этот шум. Почти под самым потолком находилось маленькое окошечко, выходящее во внутренний двор замка. Пробивающийся снаружи свет чуть рассеивал мрак, наполняющий все комнаты.

На какое-то мгновение Адон задумался о побеге через окошко, но тут же отказался от этой мысли. Ни широкоплечий Келемвар, ни даже Миднайт не смогут пролезть в него.

Помещение напоминало свалку отбросов. Мешки с заплесневелым зерном и бочонки прокисшего вина, оставленные, по-видимому, какими-то путешественниками, использовавшими башню в качестве временного пристанища; пустые трухлявые бочки и покрытая плесенью веревка, привязанная к проеденному ржавчиной ведру… Деревянный пол комнаты прогнил.

Пока Адон и Келемвар прислушивались к действиям зомби, Миднайт исследовала комнату, время от времени отковыривая кинжалом щепки от половых досок.

Прошло пять минут. Адон покачал головой и выругался:

– Миднайт, мы ошиблись насчет зомби. Те, которые оставались во внутреннем дворе, уже над нами. – Священнослужитель замолчал и посмотрел на Келемвара. – Мы в ловушке.

– Я пойду наверх, – буркнул воин. – Может, нам удастся выбраться отсюда.

– Погоди, – ответила Миднайт, задумчиво разглядывая трухлявый пол.

В других комнатах замка доски на полу были совершенно сухими, и чародейка никак не могла понять, почему именно в этой комнате пол вдруг сгнил. Затем Миднайт посмотрела на ведро и веревку, которые напомнили ей о колодце. Чародейка быстро зашагала к центру комнаты.

– Кел, быстрее сюда! Попробуй поднять мечом несколько досок!

Несколько озадаченный, воин все же не стал возражать, и вскоре в полу появилось квадратное отверстие величиной три на три фута. Приглушенное, едва различимое журчание сменилось негромким рокотом.

– Что это? – удивился Келемвар.

– Подземная река! – ответил Адон, вставая на колени рядом с воином.

– Это запасной источник воды, используемый в случае осады, – добавила Миднайт, указывая на ведро с веревкой.

Адон улыбнулся и показал на отверстие в полу.

– Зомби не полезут туда за нами! – воскликнул он.

– Если нам самим хватить смелости сунуться туда, – усомнился Келемвар, заглянув в отверстие.

– Что ты там видишь? – спросила Миднайт.

– Пещеру. Очень темно. Я не могу разглядеть дна, – пробормотал воин и отполз от дыры.

Миднайт тоже глянула вниз. Она ничего не увидела, но по шуму воды можно было заключить, что река, бегущая под башней, достаточно велика.

Келемвар взял ведро и веревку.

– Думаю, мы можем попробовать вот это, – предложил он и, привязав веревку к потолочной балке, повис на импровизированной «лестнице», испытывая прочность узла.

Адон нахмурился:

– Может, нам поискать что-нибудь…

В комнате внезапно стемнело, как будто кто-то преградил доступ свету. Не закончив фразы, Адон повернулся к окну и увидел мужскую фигуру, стоящую на коленях. У мужчины был знакомый крючковатый нос.

– Посмотрите в окно! – заорал Адон, догадавшись, что только он заметил Кайрика.

Священнослужитель схватил Келемвара и повалил его на пол.

Миднайт обернулась. Что-то прожужжало мимо ее уха и с тупым звуком воткнулось в Адона. Жрец застонал и опустился на колени возле чародейки.

– Что с тобой? Что случилось? – склонилась над ним Миднайт.

Адон не ответил. Его глаза закатились, и священнослужитель пошатнулся, чуть не упав в дыру в полу, но Миднайт быстро поймала его, ухватив за плечо и торчавшую из-под ребер окровавленную стрелу. Однако древко обломилось, и тело Адона выскользнуло из рук чародейки. Через мгновение она услышала отдаленный всплеск.

– Адон! – задыхаясь, крикнула Миднайт, не понимая, как в ее испачканной кровью руке оказался обломок стрелы.

Келемвар быстрее разобрался, что к чему. Он увидел, как Кайрик достал другую стрелу и уже натянул тетиву.

– Я убью тебя! – проревел воин, метнувшись к окошку, чтобы вонзить в вора меч.

– Ты упустил свой шанс, – ответил Кайрик, ловко отскочив от окна. – Но знай, я не попал в тебя лишь потому, что помешал этот герой-святоша.

– Зато у меня еще есть кое-что в запасе, – прошипела Миднайт, поворачиваясь к окну.

При звуке голоса Кайрика сердце чародейки словно превратилось в лед. В ее мозг явилось заклинание смертоносного холода, и Миднайт, указав пальцем на окно, начала произносить магические слова.

Кайрик тут же рухнул на землю и откатился в сторону, ожидая, что сейчас его настигнет ужасная смерть. Однако вместо этого из окна выкатилась лишь холодная черная волна – собравшись в черный клубок, она со свистом пролетела мимо съежившегося на земле вора, отскакивая от одной стены замка к другой. В тех местах, где шар касался плит, камень сначала покрывался инеем и сосульками, а потом осыпался темной пылью. Наконец черный шар перемахнул через стену и, оставляя за собой ледяной след, умчался в сторону Вересковой Пустоши.

Облегченно вздыхая, вор отполз от окна. Теперь убийство Миднайт и Келемвара, знающих, что Кайрик снова преследует их, становилось куда более сложной задачей.

Келемвар выглянул из окна. Кайрика нигде не было видно.

– Ты промахнулась, – промолвил воин, до сих пор не пришедший в себя после смерти Адона.

Миднайт ничего не ответила. Скорчившись, она лежала на полу, жадно глотая воздух и обливаясь потом. Тело с головы до ног ныло от боли, и чародейке казалось, что душа удерживается в ней лишь благодаря неимоверному усилию воли. Миднайт вспомнила слова Ваала, предупредившего ее о том, что она может сгореть, если не научится обращаться с магией Мистры.

Похоже, произошло именно то, о чем говорил Покровитель Убийц. Любое заклинание тяжело отражалось на самочувствии мага, выматывало его, поэтому подготовка чародея всегда включала в себя не только изучение магии, но и повышение сопротивляемости организма различным видам магических энергий. Однако Миднайт, наделенная теперь способностью безграничного использования магических сил, еще не научилась противостоять их необъятной энергии. Теоретически с помощью своей магии чародейка могла творить почти все, что захочет, однако она на собственном опыте убедилась, что эти силы могут превратить ее в безжизненное вместилище чар.

Обернувшись, Келемвар увидел то, чего боялся больше всего.

– Миднайт! – вскричал он.

С того момента, когда Адон передал Камень Судьбы Келемвару, воин не расставался с табличкой. Но теперь он снял с себя седельные сумки, бросил их на пол и грохнулся на колени рядом с Миднайт, заключая ее в свои объятия.

– Чем я могу помочь? – тихо спросил воин. – Что я могу для тебя сделать?

Миднайт хотела сказать, чтобы он лишь покрепче обнял ее и не дал ей замерзнуть, но боялась раскрыть рот. Сейчас она тратила все свои силы только на то, чтобы не потерять сознание.

Со стороны лестницы донеслось шарканье тяжелых шагов, и Келемвар понял, что зомби все-таки добрались до них. Сначала он решил броситься к лестнице и остановить мертвецов, но тут же понял, что зомби легко разорвут его на куски и Миднайт останется один на один с врагом.

Воин схватил ведро, обрезал веревку и отшвырнул ведро в сторону. Затем свободным концом веревки он обвязал талию Миднайт, намереваясь спустить чародейку в подземную пещеру, после чего последовать за ней.

Однако воин скоро сообразил, что времени у него не осталось. В тот самый миг, когда Келемвар опустил чародейку во мрак темного подземелья, в дверном проеме появился первый зомби. Не обращая внимания на мертвеца, Келемвар начал спускать Миднайт вниз. Еще два воскресших трупа проникли в комнату.

Миднайт осознавала лишь то, что Келемвар опускает ее в темноту и что силы медленно возвращаются к ней. Подземный поток, рокот и плеск которого отражался эхом от стен пещеры, шумел невероятно громко, гораздо громче, чем какая-нибудь небольшая речушка.

Через несколько мгновений спуск прекратился, и чародейка повисла в воздухе, окруженная черной бездной.

Хотя вода шумела так громко, что казалось, будто до нее остается всего несколько футов, чародейка все же не могла быть уверена в этом. Миднайт подняла глаза и посмотрела вверх. Там, вокруг квадрата тусклого света, мелькали какие-то тени, но что именно там происходит, видно не было.

Когда Келемвар начал спускать Миднайт в пещеру, первый зомби, не обращая внимания на воина, подобрал седельные сумки с Камнем Судьбы и уже направился было к выходу, когда, полностью вытравив веревку, Келемвар схватил меч и нанес удар. Рука зомби отлетела от тела, и сумки упали на пол. Но не успел Келемвар подобрать их, как двое других мертвецов присоединились к своему собрату, и все трое дружно набросились на воина.

Келемвар тщетно наносил удар за ударом. Он вступил в схватку с тем самым зомби, который уже лишился одной руки, и рассек ему живот, временно остановив мертвеца. Но тем временем на воина наступали двое других, отчаянно пытаясь зацепить его своими грязными лапами.

Пятясь, Келемвар угодил прямо в дыру, проделанную в полу посреди комнаты. Воин едва не упал вниз, но успел все же уцепиться за веревку, а затем яростно ударил мечом одного из противников. Клинок отсек голову мертвеца от туловища, и та полетела на пол. Другой зомби бросился к руке Келемвара, которой воин держался за веревку. Келемвар инстинктивно взмахнул мечом, преграждая мертвецу путь, однако клинок пролетел мимо цели и перерезал веревку.

Миднайт услышала крик Келемвара; затем веревка затрещала и оборвалась. Упав в воду, чародейка ощутила прохладные объятия речного потока и начала бороться с течением, стараясь держать голову над водой. Истощение по-прежнему давало о себе знать, но чародейка понимала, что либо она найдет в себе необходимые силы, либо просто утонет.

Слева Миднайт услышала громкий всплеск – это обрушился в воду Келемвар. Чародейка попыталась плыть на шум, однако она была слишком слаба, а течение – слишком сильным.

– Миднайт? Где ты? – окликнул Келемвар.

– Тут, – выкрикнула она в ответ.

В реве несущейся воды чародейка едва расслышала собственный голос и поняла, что Келемвар не мог услышать ее. Миднайт снова попыталась подплыть к воину, но поток неумолимо увлекал ее за собой.

В отличие от Миднайт Келемвару хватило бы сил, чтобы плыть против течения, однако воин понимал, что чародейку должно было унести потоком, а потому решил не сопротивляться. Разумеется, то, что камень попал в лапы Миркула, весьма скверно, но Келемвар не мог потерять Миднайт.

Воин плыл вниз по течению; в надежде отыскать чародейку он вновь и вновь останавливался и оглядывался по сторонам. В принципе это был верный способ, однако Келемвар неправильно рассчитал скорость и плыл слишком быстро. Вскоре, уносимый быстрым течением, он опередил Миднайт.

Минут через пятнадцать утомительных поисков Келемвар совсем вымотался – теперь он должен был изо всех сил бороться уже за собственное выживание. В течение следующей четверти часа течение уносило воина и чародейку все дальше и дальше. Иногда река протекала по длинным, доверху заполненным водой туннелям – тогда и Миднайт, и Келемвару казалось, что им не хватит дыхания и они все-таки погибнут. Иногда поток бросал их на скалы и стены пещеры. Несмотря на боль, герои всякий раз цеплялись за скользкие камни, надеясь ухватиться за что-нибудь и выбраться из воды.

Однако вырваться из цепких лап реки не удалось ни одному, ни другому; впрочем, никто и не утонул. Миднайт и Келемвара продолжало тащить вперед. Продрогшие, ничего не различая во тьме, они видели лишь стремительный поток, ощущали только промокшую и отяжелевшую одежду и глотали зловонную воду, попадавшую в рот с каждым вздохом.

Спустя какое-то время – Келемвар уже не мог сказать какое – река стала более прямой, а течение менее бурным. Воин потихоньку начал раздеваться, поскольку промокшая одежда лишь мешала ему. Но вдруг впереди послышалось какое-то странное хлюпанье. Келемвар замер, держа голову над водой, и прислушался. Шум доносился откуда-то из центра пещеры.

Воин поплыл к стене подземного туннеля. Вскоре течение снова усилилось, а заунывный гул воды сделался громче. Келемвар энергично заработал руками, и с каждым мгновением ему приходилось грести все сильнее и сильнее, чтобы преодолеть водовороты, затягивавшие его вглубь. Но вот воин почувствовал, что настоящий водяной вихрь подхватил его и понес за собой. Измотанный безуспешной борьбой, Келемвар опустил голову и из последних сил рванулся вперед. Ему все-таки удалось преодолеть стремнину, и, подхваченный течением, он спокойно поплыл вниз по реке.

Воин догадался, что чуть было не угодил в сильный водоворот. К счастью, воронка оказалась небольшой, иначе Келемвара неминуемо затянуло бы в нее. Однако победа далась воину немалой ценой – он совершенно выбился из сил.

Вдруг Келемвар вспомнил о Миднайт.

– Миднайт! – закричал он. – Здесь водоворот. Греби вправо.

Воин выкрикивал предупреждение снова и снова, пока наконец рокот водоворота не смолк далеко позади.

Но даже если бы чародейка и услышала предупреждение воина, она все равно не смогла бы уйти от опасности. Миднайт была слишком измотана – она даже не могла стянуть с себя одежду. Все ее тело окоченело; руки и ноги налились свинцом; при каждом вдохе легкие охватывало жаром; мысли путались от усталости.

Когда русло реки выпрямилось, Миднайт получила наконец возможность немного расслабиться и отдалась во власть течения. Оно вынесло ее на середину реки. Вскоре послышался гул водоворота. Он становился все громче, но чародейка лишь подняла голову над водой и сделала несколько жадных глотков воздуха. Затем, когда течение усилилось, Миднайт просто вытянула ноги по ходу реки – и водяная спираль увлекла чародейку вглубь.

Бросаясь в водоворот, Миднайт не отдавала себе отчета в том, что делает, да и едва ли могла думать об этом. Она просто задержала дыхание и не сопротивлялась воде, тащившей ее за собой.


10 КАБАНИЙ МОСТ | Глубоководье | 12 ЧЕРНЫЙ ЛЕД