home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Остров Зюльт, 2006

Лаборатория находилась в пятнадцати минутах ходьбы, на берегу, там, где кончался пляж. Белое трёхэтажное здание с плоской крышей, филиал немецкой фармацевтической фирмы «Генцлер».

Пётр Борисович Кольт инвестировал солидную сумму в исследования по разработке серии препаратов на основе каких-то особенных водорослей, водившихся исключительно в этой части моря. Соня должна была войти в научную группу как независимый эксперт от инвестора. Зубов открыл своим ключом.

— Никого нет? — удивилась Соня.

— Сегодня суббота.

— И охраны никакой?

— Зачем? Здесь, на острове, даже двери вилл не всегда запирают. Одно из самых спокойных мест в Германии, а возможно, во всей Европе.

Недавно кончился ремонт. Пахло краской. Многие комнаты были пустыми. Только столы, шкафы, стулья.

— Ещё не все оборудование завезли, — объяснил Зубов.

— Но что-то уже есть?

— Да, конечно. На втором этаже неделю назад начали работать немецкие химики.

Поднялись по лестнице, вошли в просторный кабинет. Там стояли компьютеры, какие-то пробирки, банки, коробки. Широкое окно выходило на море.

— Посмотрите, какой красивый отсюда вид, — сказал Зубов.

— Да, — кивнула Соня, но даже не взглянула в сторону окна. Её больше занимали пробирки на столе, электронные весы и шкаф с реактивами.

— Софья Дмитриевна, пойдёмте наверх. Там зона отдыха с маленьким зимним садом.

— Иван Анатольевич, вы идите, а я должна кое-что проверить.

— Вы что, прямо сейчас собираетесь начать работать?

— Нет. Не совсем. Может, вы всё-таки поднимитесь наверх? Или покурите где-нибудь? Простите, но мне надо остаться одной, — она сняла куртку.

— Курить я не хочу, и наверху мне, в общем, делать нечего, — Зубов тоже снял куртку. — Я пришёл сюда только ради вас. Мне не терпится узнать, чем вы собираетесь тут заниматься, поэтому, уж простите, я останусь, с вашего позволения.

— Ну ладно, хорошо, я объясню. — Она поставила свой портфель на стул, вытащила пластиковый пакетик. В нём лежала овальная коричневая таблетка.

— Хотите провести экспертизу? — Зубов улыбнулся. — Почему так срочно?

— Эти витамины принимал мой папа. Я должна посмотреть, что там внутри, — быстро тихо проговорила Соня.

Она была страшно бледной, у неё побелели губы и заметно дрожали руки.

— Софья Дмитриевна, вы очень нервничаете.

— Да. Я нервничаю. Сейчас так много поддельных лекарств, вдруг папа вместо витаминов принимал какую-нибудь дрянь?

— Разумно. Я бы на вашем месте обязательно проверил. А он давно стал принимать именно эти витамины?

Она закатала рукава свитера, вымыла руки, достала несколько склянок, какие-то пипетки, ящичек со стеклянными пластинками, пинцеты.

— Он пробовал разные варианты, остановился на этих, «Витаком плюс», и пил только их, год, наверное, или даже полтора года.

— Покупал в одной аптеке?

— Да. В ближайшей, за углом. Но последние две баночки купил здесь, в Германии. Витамины немецкие. Известная фирма.

— Софья Дмитриевна, тогда это совсем нелогично. Здесь значительно меньше шансов нарваться на подделку. Тем более, если фирма известная. Вы сказали, он купил две упаковки?

— Да. Одну открыл и принимал. Другая осталась нераспечатанной. Здесь должны быть перчатки. А, вот. Отлично, как раз мой размер.

Соня высыпала на чашку электронных весов тонкий серо-жёлтый порошок. Зубов только сейчас заметил, что капсула легко открывается.

— В том-то и дело, что она не сплошная, не запаянная, — пробормотала Соня, как будто прочитав его мысли, и отсыпала часть порошка на стеклянную пластинку.

Несколько минут он стоял у неё за спиной и молча наблюдал, как порошок на стёклышке слегка пенится под каплей какого-то бесцветного вещества, темнеет, потом на другом стёклышке проступают красноватые разводы.

Руки у неё уже не дрожали. Стоило ей надеть перчатки и сесть к столу, она совершенно успокоилась. Ни одного неточного движения. И больше ни одного слова. В лаборатории повисла плотная, как будто предгрозовая тишина. Когда вдруг её прорезала мелодия из «Времён года» Вивальди, Зубов чуть не подпрыгнул от неожиданности. Но Соня не вздрогнула, не повернула головы.

Он быстро вышел в коридор.

— Дед, ты как живёшь? — прозвучал в трубке голос его трёхлетней внучки Даши. — Я тебя сама набрала на папином мобильнике. У тебя там какая погода?

Он говорил минут пять с Дашей, потом ещё минуты три с сыном, а когда вернулся, Соня стояла у окна, прижавшись лбом к стеклу.

— Софья Дмитриевна, удалось что-нибудь понять?

— Да, — ответила она глухо и не двинулась с места.

— Ну, расскажите, я тоже немного волнуюсь. Поделитесь результатами, что вы там обнаружили?

— Да. Сейчас. Простите.

Он подошёл и увидел, что она плачет. Он накинул на неё куртку, они вышли на улицу и сели на скамейку у крыльца.

— Рофексид-6, — произнесла она тусклым голосом и закурила, — экспериментальный препарат, так и не запущенный в производство.

— Вам хватило двадцати минут, чтобы выяснить это?

— Нет. За двадцать минут точно определить нельзя. Я его узнала. Я работала с ним. Он относится к новому поколению сердечных гликозидов. На него возлагали большие надежды, но выяснилось, что при незначительной передозировке рофексид-6 оказывает сильнейшее побочное действие на сердце.

— То есть это яд?

— В каком-то смысле он даже страшнее яда. Он не даёт характерных симптомов отравления. Ни рвоты, ни судорог, ни болей. Но при определённой концентрации в организме он ограничивает кровоснабжение миокарда. Ишемия. Внезапная сердечная смерть. Очень все естественно и натурально, особенно если человеку шестьдесят семь лет.

— То есть получается, кто-то выкрал баночку, поменял содержимое капсул?

— А потом я собственными руками эту баночку папе отдала. «Софи, папа твой, разиня, оставил у нас свои витамины, они, между прочим, жутко дорогие. Я положу к тебе в сумку, не забудь ему вручить». Господи, они дружили почти пятьдесят лет, они вместе плавали на байдарках, ездили отдыхать в Карелию, на Селигер, ночевали в одной палатке, дарили друг другу подарки на дни рожденья. Я знала его с детства, сколько себя помню. Он рыдал на похоронах, он говорил, что потерял лучшего друга. Как такое может быть? Почему?

— Софья Дмитриевна, ошибка возможна? — спросил Зубов.

— Нет. Теперь уже нет. Только как дальше быть, не знаю. В Москве проведут дополнительную экспертизу. В той банке остались ещё капсулы. Есть и закрытая, можно сравнить. Но и так ясно. Количество препарата, дозы, сроки. Всё совпадает. Но язык не поворачивается сказать. Папу убил Бим. Мельник Борис Иванович.


Москва, 1917 | Источник счастья | Москва, 1917