home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 4

Яркая звезда располагалась в середине кормового экрана. Ментор задумчиво рассматривал ее, испытывая чувство раскаяния. Это была его звезда. Звезда, подарившая ему жизнь, под которой он вырос, он и вся его раса. Теперь он покинул ее и несется в этом смертельном мраке и ужасном одиночестве, носившем имя космос. На что он поменял ее? Он вздохнул, признаваясь себе в том, что не может ответить на этот вопрос.

Он повернулся и посмотрел в глаза Кану, который стоял и наблюдал за ним. Его друг, как видно, думал о том же. Кан показал рукой на экран:

— Хело — это теперь звезда среди миллиардов других. Отсюда мы уже не можем различить свои планеты. Каждая звезда, которую ты там видишь, может обладать планетами, несущими жизнь. Ты думаешь, что поменял шило на мыло. Правильно я считаю? Со мной происходит то же самое, но я не сожалею ни о чем. Странно, ведь это ты уговорил меня, а сегодня я должен поддерживать в тебе мужество.

— Нет, Кан, в этом нет необходимости. Я не жалуюсь на недостаток мужества. Я только думал о том, как ничтожно было наше существование на Хело-2, хотя мы могли летать от планеты к планете и думать, что завоевали космос. Здесь же понимаешь, что наша империя состоит всего-навсего из одной маленькой звезды, которая ничем не отличается от других. Она мне кажется такой беспомощной и покинутой, так нуждающейся в защите.

— Расстояния уменьшают и делают все предметы невидимыми, даже солнца. Скоро мы потеряем из вида и нашу крошечную звездочку.

— Сможем ли мы так далеко улететь, Кан?

— Может быть. Это уже больше вопрос не техники, а только времени в двойном смысле.

— Что ты имеешь в виду?

— Все просто. Мы должны преодолевать время, чтобы побеждать огромные пространства, которые лежат между мирами. Поверь мне, придет день, когда мы установим контакт с другой галактикой. Возможно, мы будем пионерами в этой области.

Ментор еще раз взглянул на яркую звезду и подошел к столу, на котором лежали его расчеты.

— Они во всем сходятся с твоими? — осведомился он.

— Точь-в-точь. Ошибка невозможна. Но если мы разовьем половинную скорость света, пройдет всего несколько секунд.

— А кто-то думал, что это будет одиннадцать лет.

— Заблуждение, которое мы долгое время принимали за правду. Но мы еще подождем! Вычисления показывают точно двенадцать лет, но я не уверен, что пройдет именно столько. Время может сыграть с нами злую шутку.

— Но оно не может не подчиняться математическим законам.

— Почему нет? Наши математические законы распространяются на трехмерное пространство. Теперь мы имеем дело с четырехмерным. Сможет ли двудеминзиональное существо понять физические законы?

Ментор покачал головой и убежденно ответил:

— Никогда!

— Ну вот! Мы и являемся этими двудеминзиональными существами, которые находятся в пространстве, состоящем из трех измерений. Но сейчас мы трехдеминзиональные существа, а пространство имеет четыре измерения. Подождем, что случится.

Он замолчал и уставился на передний экран. Солнце Леркс стояло в перекрестье — маленькая яркая звездочка с интенсивной силой излучения. Почти вплотную с ней располагалось много звезд: яркие и темные, маленькие и большие. Они, казалось, были совсем близко друг от друга, но в действительности расстояние между ними превышало сотни и даже тысячи световых лет.

Рядом с маленьким экраном бортовой связи вспыхнул красный огонек. Загорелся монитор, и появилось лицо Кермы.

— Большой астероид, около трех километров в диаметре. Он пересекает наш курс за пару световых секунд. Радар его сразу засек.

Керма сразу сообразил. Использование излучателя вручную было предусмотрено только в случае защиты от нападения, но в том случае, когда цель лежала на орбите корабля, представлялась хорошая возможность опробовать автоматику излучателя.

Керма, отлично разбиравшийся в этом устройстве, сразу включил его. Кан подбежал к приборной доске и установил показатель на цифре «три».

Ментор подошел к нему и удивленно посмотрел на шкалы.

— Временная установка для автоматического излучателя, — быстро объяснил Кан. — Когда включена автоматика, излучатель сработает сразу, когда замкнет препятствие, удаленное от звездолета на три световых секунды. Чем больше устанавливаемое расстояние или время, тем больше поле обстрела. Через минуту мы достигнем нужного расстояния и увидим, будет ли действовать излучатель.

На переднем экране показалась маленькая звездочка, которой раньше не было. Она не светилась, как другие, а отливала матовым блеском и чернотой. Только большое увеличение позволяло ее видеть. Астероид быстро увеличивался в размерах, приближаясь к кораблю с огромной скоростью. Можно было уже разглядеть его неровную поверхность.

Кан глянул на хронометр:

— Осталось пять секунд.

Ментор почувствовал, как на голове у него шевелятся волосы. Что будет, если не сработает излучатель? Хватит ли у него энергии разрушить за три секунды это огромное и крепкое тело? Ведь через три секунды звездолет будет в точке, где они встретятся, — он и астероид.

Из носа корабля вырвался фиолетовый луч, устремившийся к болиду. Вспышка была ослепительной, Ментор едва успел закрыть глаза. Ему показалось, будто перед ними возникло солнце и они вот-вот в него врежутся. Сверкающий ад выпущенных на волю природных сил расширялся с возрастающей скоростью, превращаясь в газ. Материя летела в пространстве, образовав группу интенсивно светящихся туманных вихрей.

Корабль прошел сквозь этот ад, через секунду преодолев его. Перед ним опять простиралось пространство, такое, каким они его знали. В перекрестье нитей стоял Леркс.

Задний экран показывал быстро удаляющееся туманное облако, кажущееся теперь спиральной туманностью. Астероид превратился в миниатюрный млечный путь. Может быть, этот ничтожно малый млечный путь через миллиарды лет станет опять астероидом или чем-то другим.

Кан втянул в себя воздух и посмотрел на шкалу.

— Мы оставим автоматику включенной. Лучшей защиты против различных препятствий быть не может. Мы не можем положиться на то, что заметим реакцию радара в нужное время. Так можно легко опоздать.

К Ментору вернулось его самообладание.

— Прекрасная защита, если посмотреть с одной стороны. С другой стороны, это ужасное оружие, если кто-то осмелится на нас напасть.

— С его помощью можно уничтожить целый вражеский флот. Будем надеяться, что использовать излучатель как оружие нам не придется.


На третьем году их долгого путешествия они пережили нечто странное.

Радар сообщил об одном препятствии через четыре световых часа. Радар показывал, что диаметр препятствия равен семи с половиной тысячам километров.

Кан ворвался в рабочую комнату друга.

— Планета! Планета без солнца! — закричал он в возбуждении.

Ментор поднял голову. Он читал книгу, лежащую перед ним на столе.

— Планета без солнца? В каком смысле это понимать?

— В самом прямом. На расстоянии четырех световых часов находится планета. Следующая звезда удалена от нее на два световых года, если уклониться от нашего курса на шестьдесят градусов. Между телами нет ничего общего.

Ментор встал. Спокойствие не покидало его.

— Солнце без планет мы еще можем представить, это обычное явление. Но чтоб планета без солнца? Это противоречит законам природы.

— Она лежит на нашей орбите, Ментор. Я сомневаюсь, что мы ее сможем уничтожить, как астероид.

— Я тоже сомневаюсь в этом. Мы должны уклониться.

— Это означает, что нужно будет опять вырубать автоматику, и принимать управление на себя. Я этого не люблю, но если нам не остается никаких шансов… Ты пойдешь со мной в центральный отсек?

Ментор бросил взгляд на книгу.

— Я думаю, что у нас есть время, — пробурчал он и последовал за Каном в коридор.

Керма был уже там.

На экране не было ничего необычного. По крайней мере, на первый взгляд. Но потом Ментор заметил, что чего-то недостает.

— Где Леркс?

Кан слегка улыбнулся.

— Леркс закрыт темной планетой. Скоро исчезнут еще несколько звезд, они скроются за планетой. Или это астероид?

— Это вопрос принципиальный. Эту одинокую планету можно принять также за огромный болид. Интересно, как ему удалось вырваться из гравитационного поля своей звезды? Может быть, мы найдем ответ, если исследуем его поближе.

Кан выключил автоматику. Усевшись в удобное кресло пилота, он спросил:

— Что ты имеешь в виду?

— Сократи скорость, Кан, тогда мы сможем получше рассмотреть этого вундеркинда. Мы не потратим много времени. Сможет ли корабль затормозить в течение четырех часов?

— Это не проблема. Что ж, может быть, ты и прав. Я поставлю корабль на замедление.

Его пальцы пробежали по приборной доске, и он вновь развалился в кресле.

— Все в порядке. Мы достигнем объекта только через двадцать часов. Двадцать часов на раздумье, покуда не решим окончательно, что мы…

Он замолчал.

— Что мы?.. — Ментор ждал окончания фразы. Керма с удивлением переводил взгляд с одного на другого.

— …что мы посетим его, — сказал Кан.

В центральном отсеке воцарилась тишина. Оба смотрели на Кана.

— Я тоже хотел это предложить, — нарушил молчание Ментор. — Поразительно, что у тебя такие же мысли, как и у меня. Хотя, впрочем, в этом нет ничего удивительного, ведь мы с тобой связаны духовно. У нас главный недостаток исследователей — неуемное любопытство.

— Этот недостаток зависит от самих исследователей. Прежде всего, то, что находится перед нами, — это первая внесистемная планета, которая нам повстречалась. В какой-то степени это историческое событие. Мы, конечно, не должны питать ложных иллюзий. Жизнь невозможна в такой форме. Керма, займись спектральным анализатором. Я уже объяснял тебе, как функционирует этот прибор. Я хочу знать, из чего состоит это тело. Меня особенно интересует атмосфера.

Керма кивнул и покинул центральный отсек.

Ментор сказал:

— Его атмосфера, скорее всего, заморожена. Поэтому вероятность существования жизни там равна нулю. Это будет мертвый мир.

— Ну и что? Это внесет хоть какое-то разнообразие в наш полет.

Ментор посмотрел на приборы.

— Когда мне тебя сменить?

— Я скажу. А пока советую тебе немного отдохнуть. Может быть, через десять часов эту планету уже можно будет хорошо разглядеть на экране, если только ее поверхность не состоит из темной материи. Я сгораю от любопытства.

Ментору тоже не терпелось поскорее увидеть новую планету, но он все же заставил себя поспать несколько часов. Потом они поменялись местами. Ментор взял управление кораблем на себя, пообещав Кану разбудить его через восемь часов.

Он сидел в одиночестве в центральном отсеке, перед ним лежали материалы с результатами спектрального обследования, которые Керма принес незадолго до того, как Кан пошел спать.

Атмосфера: почти нет. Температура: абсолютный ноль. Материя: нормальная. Следы радиоактивных элементов: умеренно. Составные элементы: железо, никель, золото, калий.

Ментор удивился высокому уровню содержания тяжелых элементов на планете. Но потом до него дошло, что многие астероиды имели такое же строение. Почему бы не быть такой и путешествующей планете?

На экране черная дыра. Вокруг звезды располагались как обычно, в середине же находилась просто дыра, путающая пропасть. Казалось, звезды располагались ближе, чем дыра, но это был обман зрения. Полная темнота дыры постепенно вытеснялась блеском. Хотя степень отражения света от поверхности у этой планеты была очень мала, все-таки уже можно было различить ее очертания. Это превращение длилось довольно долго, создавалось неприятное чувство падения в пустоту.

Ментор сидел совершенно неподвижно и рассматривал приближающийся мир.

Постепенно планета заполнила весь экран и звезды исчезли. Много времени займет маневрирование, чтобы корабль не врезался в поверхность. Скорость еще высокая.

Он связался с помещением Кана.

— Можешь приходить. Мы почти достигли планеты. Она удалена от нас не более чем на сто тысяч километров.

— Как высока наша скорость?

Ментор посмотрел на приборы.

— Почти тысяча.

Минутой позже Кан заменил Ментора. Корабль пошел по кривой, а на экране опять появились звезды. Но это были другие звезды, Леркса не было видно.

Темная планета оказалась под звездолетом, который приближался к поверхности. Он бесшумно скользил над обрывистыми горами и белоснежными полями. Это был мир вечного мрака, мир смерти. Здесь не могла существовать жизнь.

Ментор всматривался в носовой экран, который опять показывал поверхность планеты. Вид был как из самолета, летящего на небольшой высоте. Горные цепи то появлялись, то исчезали. Не было ни морей, ни пустынь, ни рек и, конечно, никакой растительности. Были только горы, холмы, пропасти и снег. Снег был основной составной частью атмосферы. Сила тяжести была велика. Она не давала окончательно улетучиться атмосфере.

Внезапно Ментор вздрогнул. Ткнув пальцем в поверхность экрана, он воскликнул:

— Там строения! Вон, уже пролетели. Мы должны немедленно сесть! Планета заселена! Заселена!

Кан тоже это заметил и решил действовать без промедления.

Корабль завис над плато и, описав короткую дугу, возвратился в намеченную точку. Звездолет начал медленно спускаться, используя двигатели посадки, все ниже и ниже.

Разрушенные и покрытые снегом, строения располагались у почти вертикальной стены горной цепи. Это наверняка были строения, даже если и казались давно покинутыми. Природа никогда не смогла бы придать горам такую форму. Только разумные существа могли возвести такие сооружения.

Ментор так разволновался, что в его голосе появилась дрожь.

— Чужой разум — впервые мы находим их следы. Может быть, они похожи на нас. Что привело их на эту планету, которая так одиноко бороздит просторы Вселенной?

— Я не понимаю, Ментор. Просто непостижимо. Эта планета — угроза всему живому, и в то же время мы находим здесь следы жизнедеятельности. Садиться будем?

Ментор не ответил, а только удивленно посмотрел на Кана. Кан понимающе улыбнулся и повернулся к пульту управления. Корабль начал снижаться, затем пролетел еще немного вперед и продолжил снижение. Посадка прошла благополучно, повреждений не было. Звездолет опустился на поверхность планеты с легким толчком, вскоре прекратилось и жужжание двигателя.

До строений оставалось около сотни метров.

— Керма, ты останешься в корабле, — приказал Кан. — Мы должны быть уверены в прикрытии с тыла. Ментор и я наденем скафандры и исследуем руины. Может быть, мы найдем следы создателей, которые уже давно мертвы. Займись излучателем и освободи его от магнитных скоб для увеличения радиуса обстрела. Но ты откроешь огонь только тогда, когда получишь соответствующий приказ. Мы будем поддерживать связь с тобой.

Керма кивнул и вышел за скафандрами.

— У нас есть ручное оружие, но мы не будем его использовать, — сказал Кан. — И хотя наша миссия мирная, мы все же не должны ослаблять внимания. Я считаю, что нам нечего опасаться. Нельзя, в конце концов, отвергать все неизвестное и считать его враждебным.

— Это последнее, что бы я сделал, — серьезно произнес Ментор. — Я предпринял эту экспедицию именно потому, что так не думаю. Вспомни о причинах моего побега с Хело-2. Ты должен знать мою позицию.

— Хорошо, Ментор. Это были только общие соображения, и они не имеют отношения к тебе. Мы уже давно поняли друг друга. Вот и Керма идет со скафандрами.

Через пять минут они стояли у открытого люка. Звездолет совершил посадку горизонтально, и большая лестница не выпускалась. От люка до поверхности было не более двух метров. Корабль оказался в низине, высокий край которой находился почти на одном уровне со шлюзом.

Их глазам предстал чужой, неприветливый мир. Отвесно поднимавшаяся горная цепь закрывала горизонт. Звезды, не заслоненные атмосферными слоями, сверкали во всей своей красе. Планета, погруженная во мрак, не казалась черной лишь благодаря белому снегу. Загадочные развалины примыкали к горам. Никаких признаков жизни. Казалось, какая-то невидимая угроза нависла над этим мертвым ландшафтом.

Ментор внутренне содрогнулся.

— Пойдем! — сказал он через передающее устройство в шлеме скафандра.

Кан кивнул и спрыгнул на лед. Сила тяжести на этой планете была вдвое меньше, чем на Хело-2. Ментор последовал за ним и, поскользнувшись, чуть было не покатился по склону, но Кан успел подхватить его.

— Если бы ты упал, это было бы дурным предзнаменованием, — сказал он и посмотрел на корабль. Он лежал в снегу как огромная серебряная рыба, почти не выделяясь на местности. Кан заметил, как на носу корабля в их сторону повернулся излучатель. У него неожиданно появилось чувство уверенности, хотя здесь им как будто ничто не угрожало.

Ментор решительно двинулся к ближайшим строениям. Идти было легче, чем он думал. Снег был твердым и не крошился. Он состоял из кислорода, углерода и других газов, которые в правильном соединении и при нужной температуре давали нормальную и пригодную для дыхания атмосферу.

Кан шел следом за другом. Он забыл о начавшем было расти в нем чувстве неуверенности и теперь понял, что никакая опасность им не грозит. Отважные исследователи подходили к началу целого комплекса строений, вытянувшегося на большое расстояние.

Этот город не походил на те, что были на Хело-2. Здесь здания были построены вдоль скал, примыкая к ним одной стороной. Кан даже заподозрил, что помещения тянулись в глубь горы и здания являлись частью ее.

Строительным материалом был металл, покрытый теперь толстым слоем ржавчины. Значит, здания были оставлены еще до исчезновения атмосферы. Опоры проржавели и разваливались. Пещерами выглядели пустые глазницы окон. Входы были открыты, кое-где еще оставались двери, чудом державшиеся на петлях. Сам металл, а может быть неизвестный сплав, был сравнительно прочным.

Ментор остановился и пощупал рукой в перчатке возвышавшуюся перед ним стену. Затем он изо всех сил ударил по ней. Ничего не случилось.

— Я думаю, что опасности никакой нет, — заметил он. Он знал, что его слова слышат сейчас как Кан, так и Керма в звездолете. — Я хочу знать, как все это выглядит внутри. Может быть, мы найдем хоть какие следы.

Кан утвердительно махнул рукой и последовал за ним внутрь здания.

Там они обнаружили ступеньки, также сделанные из неизвестного металла. Некоторые ступени проламывались под их тяжестью. Они попали в «отдельные квартиры», в которых не было даже следов хоть какого-то имущества. Складывалось впечатление, что жители бежали и забрали все с собой.

Ученые обошли все помещения до крыши, но не нашли ничего, кроме пустых комнат и пугающей тишины. Разочарованные, они покинули здание.

— Кто же они? — прошептал Ментор. — Как выглядели? Как мы? Их архитектура напоминает нашу, но дома неуклюжи и с углами. Не дома, а ящики без украшения, и выполняют, видимо, ту же функцию. На красоту обращали меньше внимания, чем на полную смысла конструкцию. А смысл в ней есть — эти здания, по всей вероятности, защищали жителей от непогоды. Как ты думаешь, Кан?

Кан прокашлялся.

— У меня на этот счет свое мнение. Я считаю, что мы стоим не перед останками бывших жилищ обитателей этой планеты. Все, что мы видим перед собой, является останками колонии. Эти здания были построены существами из другого мира.

— Почему ты так считаешь? На каком основании ты можешь это утверждать?

— Видел ли ты другие строения, кроме этих? Если бы эта планета раньше была заселена, то мы бы нашли здесь целые города. Но мы обнаружили только эту станцию. Вспомни нашу собственную историю. Разве мы не строили станции на наших лунах, прежде чем достигали других планет? Может быть, эта планета была когда-то составной частью другой системы.

Ментор задумался, потом сказал:

— Это возможно, но нет доказательств. Мы еще обследуем эту планету и тогда узнаем, есть ли тут другие следы цивилизации. Станция? Гм… Да, похоже.

Они зашагали дальше вдоль ряда прямых, но уже полуразрушенных стен домов. Но как ни старались, не смогли найти следов самих строителей. Судьба заставила их покинуть этот мир, не дав возможности оставить хотя бы что-то будущим поколениям. Их след потерялся в неизвестности.

Кан первым заметил этот силуэт. Они увидели здание, которое отличалось от других по своей архитектуре. Огромный купол напомнил Ментору о его обсерватории в горах недалеко от столицы Хело-2. Может быть, это здание служило для тех же целей.

Они прошли через огромный пустой зал, обнаружили лестницу и поднялись наверх. Там они впервые увидели помещение, в котором все осталось на месте. Создавалось впечатление, что о нем совершенно забыли, когда покидали этот мир.

Необычные приборы и длинные трубы стояли вокруг в различных положениях. Их функции на первый взгляд были непонятны, но Ментор знал, что предчувствия его не обманывают.

Это была обсерватория. Он узнал телескоп, отдаленно напоминавший телескопы трэков. Он осторожно подошел ближе и осмотрел прибор. Это был прекрасный инструмент. Тогда, когда его создатели были еще живы.

Сиденье находилось по другую сторону телескопа. Ментор направился к нему, но Кан его опередил. Вдруг в наушниках Ментора раздался крик его друга.

— Трэк! — закричал Кан, и внезапно наступила тишина.

Ментор остановился как вкопанный, ужас, казалось, парализовал его. Но он преодолел шок, подошел к креслу и взглянул на Кана, который стоял неподвижно, уставившись в одну точку. Ментор проследил за направлением его взгляда и увидел заржавевшее кресло, соединенное металлическими шинами с телескопом.

В кресле лежал трэк.

Ментор сразу увидел, что трэк был давно уже мертв, так как от него остался только скелет. Возможно, трэк скончался до того, как полностью исчезла атмосфера, иначе он выглядел бы по-другому.

Кан медленно повернулся и посмотрел на Ментора.

— Вот тебе твое доказательство. Это трэк!

— Это невозможно! — возразил Ментор. — Это существо не может быть трэком. Из нашей расы мы первыми так далеко углубились в космос. Речь может идти только о форме жизни, очень похожей на нашу. Но почему мы больше никого не нашли, кроме него?

— Они, должно быть, оставили его, когда эвакуировали станцию. По-другому я не могу это объяснить, и наверняка мы никогда этого не узнаем. Но почему мы нашли его именно здесь?

У Ментора были свои соображения на этот счет.

— Это единственное место, где все осталось, как было. Может быть, инструменты были очень тяжелыми или они слишком спешили. Это объясняет, почему он здесь. Свои последние часы он провел там, где обстановка напоминала ему о родине. Он уселся у телескопа и смотрел на звезды, которые были для него последней надеждой. Ведь по твоей гипотезе, они пришли со звезд.

— Да, но с каких?

— Это невозможно установить, а гадать бессмысленно. Я хотел бы посмотреть в их телескоп. Меня интересует, продвинулись ли они дальше, чем мы.

— Наверняка они начали летать в космос гораздо раньше нас. Нам ничего не остается, как убрать скелет с сиденья.

Керма в первый раз за эту вылазку связался с ними:

— Вы обнаружили трэка?

— Не трэка, Керма. Он только выглядит как трэк. На корабле все в порядке?

— Ничего не случилось.

— Хорошо. Оставайся у излучателя.

Кан наклонился и дотронулся до скелета рукой. Место, где он прикоснулся, обратилось в пыль. Кан вздрогнул. У него неожиданно появилось странное чувство, что только сейчас он убил незнакомое существо. Конечно, это чепуха. Вторым движением он отодвинул череп от окуляра, к которому так долго были прижаты глаза мертвого. Скелет сразу развалился, и от него осталась только одна светло-серая пыль, быстро покрывшая пол.

Ментор осторожно уселся на сиденье, рассматривая цоколь телескопа гораздо внимательнее, чем раньше. Он был вращающимся, его вращение позволяло поворачивать инструмент в любом направлении. Таким образом, можно было наблюдать любую точку неба.

Когда шлем Ментора соприкоснулся с металлом телескопа, микрофон наружной слышимости уловил едва различимый звук. Это был совсем тихий шорок, но Ментор в испуге отпрянул назад. Этого не может быть!

Неужели автоматически вращающийся механизм работал на атомной энергии? Другого быть не могло. Он был установлен неизвестно когда, может быть, даже этим самым мертвецом, которого они обнаружили, и до сих пор работал.

Ментор растерянно пробормотал:

— Обсерватория вращается вместе с планетой, Кан. У них была прекрасная техника — у этих трэков.

Кан не поверил.

— Ты думаешь, что телескоп точно направлен на то место, что и столетия, тысячелетия назад?

— Да, это так. И именно сюда возвратился этот оставшийся, чтобы посмотреть на звезды. Телескоп сфокусирован на той же точке. Мы сейчас узнаем, куда он смотрел и что видел.

Ментор приблизил глаз к окуляру, предварительно протерев стекло пальцами. Но окуляр был чист, на нем не было пыли. Кан стоял рядом с ним и терпеливо ждал. Он был убежден, что Ментор ошибается. Автоматика не может работать беспрерывно и безошибочно тысячелетиями. Этого не смогли сделать сами трэки, не говоря уже о чужой расе.

Чужая раса! Они ее нашли и получили доказательство, что и другие звезды обладают планетами, на которых развивается жизнь. Странно лишь то, что их форма жизни не отличалась от формы жизни трэков. Но сомнений больше не было, скелет был явным тому свидетельством. У трэков было точно такое же строение.

Удивленный возглас Ментора спугнул ход его мыслей.

— Кан, ты должен это видеть! Телескоп направлен на звезду, которая, правда, с течением времени немного сместилась в сторону. Но это наверняка та самая звезда, на которую он смотрел. Других поблизости нет.

Ментор поднялся, уступив место Кану, который тяжело опустился в кресло и приник к окуляру.

Ментор возбужденно ходил туда-сюда, поднимая тучи пыли, которая удивительно быстро опускалась на пол. С его губ слетали невнятные слова, дыхание участилось.

Затем он остановился перед Каном.

— Разве ты не видишь? Я хочу знать твое мнение. Неужели ты еще не понял?..

— Но это невероятное совпадение, — наконец выдавил из себя Кан. — Если бы я не видел своими собственными глазами…

— Скажи, что ты увидел, Кан? Ну же! Кан с трудом выбрался из кресла.

— Телескоп направлен на Леркс, на звезду, являющуюся нашей целью.

— Почему? — мгновенно последовал вопрос Ментора.

Кан с задумчивым видом ответил:

— Может быть, Леркс был и их целью? Да, скорее всего так оно и было. Они хотели туда лететь, поэтому и вели наблюдения.

— У тебя нет никакой логики, Кан. Ты же сам предположил, что это станция. Отсюда следует, что у них были другие причины для такого внимательного наблюдения за Лерксом. Этот несчастный возвратился назад и рассматривал Леркс до самой своей смерти. Кан! Солнце Леркс — это их родина! Они прилетели с одной из планет звезды Леркс! Система Леркс заселена!

Кан не ответил. Он был полностью согласен с Ментором, и это потрясало его до глубины души.

Он в последний раз окинул взглядом останки, которые уже начинали смешиваться с пылью, и затем повернулся.

— Пойдем, Ментор. Тут нам больше нечего делать.

Ментор медленно пошел за ним.

Он бы так многое здесь нашел…


Глава 3 | Планета Леркс-3 | Глава 5